За укрытием он мог и не видеть происходящего, но его уши наверняка ухватятся за свист – пушечное ядро прилетело прямо к нему в лист железа.
Несколько заложников, служивших живой преградой в руках людей Триады, пострадали от атак дозорных, и ведь зря! Пара выстрелов по рукам и ногам ничего не дали в пользу дозорных, зато у их оппонентов появилась возможность для атак. А в сердцах пострадавших поселилась дикая обида, вопящая болью. Почему они так делают?
Толкая людей, подставляя под удар сабель или выстрелы, преступники, ухватившие заложников, пытались перевернуть ход ближнего боя.
Живых и целых: 8. Раненных: 13. Неизвестный статус 5. Погибших: 14.
Главарь: 1.
Жители острова:
Заложников: 5. В ловушке огня: 3. На улице боя: 10.
ONE PIECE RP ·
[Ист Блю] Острова Орган
[club36291248:bp-36291248_261835|Ролевая "One Piece"],
Ночь обещала быть долгой... И для себя Вильгельма определяла лишь одну причину её длительности: в мозг Юстициара безжалостно впилась мысль о том, что она до самого утра будет не жалея своего живота вычищать всю эту мерзость своими руками, и не успокоится, пока не окажется с ног до головы покрыта кровью... И не только своей. Откуда в ней столько уверенности? Что же, вопрос хороший. Может, вдохновилась успехом прошлых операций? А может стержень глубоко в её душе не позволял думать иначе: никому не сломить человека с целью. Попытаться сломать - пожалуйста, но достигнуть успехов в этом задача едва ли подъёмная.
Тем не менее, на фронте ситуация оставалась такой же печальной. Оставшаяся взрывчатка на улицах уже пребывала в предельно бесполезном состоянии, о чём понял Маскауэкуэн со вторым командиром, а потому они отдувались своими силами. Правда, запасы гранат резко оскуднели после первых этапов сражений, а вот враг, кажется, окопался излишне скрупулезно: залпы пушек не переставая лишали Стражей Порядка укрытий и возможности продохнуть.
Впрочем, сдаваться было нельзя, - это понимали все, кто ещё дышал или стоял на ногах, а потому часть бойцов под руководством старшего сержанта Милонаса, вместо того, чтобы пытаться подстрелить противника с заложниками из сравнительной безопасности, отправились на заход с фланга, пока подоспевший капрал Лонго со сравнительно свежими бойцами и непотраченными запасами вооружений, поскольку стреляли они лишь с корабля, знатно усилили истощенный резерв мичмана Быстрое Перо! Звуки выстрелов, крики людей, треск горящей древесины, грохот - жуткая какофония продолжала играть свою партию на улицах Орандж Тауна. Пока ещё...
Чернокожий стрелок, всё ещё неспособный толком держать ружье, продолжал разряжать револьвер, поддерживая усилия остальных стрелков для прикрытия бедного Чарли, что получил - благо не прямо в себя, - попадание из пушки. Благо, что взрывчатка по-настоящему могла пойти в ход, и вот теперь уже точно пара связок гранат отправится в укрепления врага, чтобы утихомирить совсем уж распоясавшиеся пушки! И как только из зданий как крысы повалят члены Триады, их накроют всем доступным огнём!
Тем временем пострадавший мичман Харт, которому выбило из сустава кисть, упал на мостовую и, стеная от боли, пытался укрыться хоть где-то. Хотя бы откатиться, отползти, уйти с линии огня на мгновение...
- Чёрт! - воскликнул он, сдерживая крики и слезы, - Аы-ы...!
Благо, что пара последовавших за ним бойцов несла отдельный лист, снятый с повозки, иначе им бы тоже досталось на орехи, - как ранее указывалось, они именно последовали примеру молодого офицера. Прикрыв своего текущего командира, уже троица продолжит движение, благодаря прикрытию остальных товарищей. В таком бою не до отдельных мыслей, и не до отстранённых переживаний... Сейчас у них у всех есть боевая задача, которую нужно выполнить во что бы то ни стало!
Но вернемся же к лейтенанту Розз. Когда казалось, что манёвр просчитан от и до, Карна не оставил шанса на безупречное исполнение. Кровь действительно сумела застелить обзор, что выигрывало немного времени, - пару мгновений, - и важно было грамотно воспользоваться этим преимуществом... Хотелось бы... Да вот альбинос оказался не лыком шит, да не пальцем делан: он моментально пожелал перевести свой пронзающий выпад в сокрушительный удар о мостовую! Правда, не настолько сокрушительный, чтобы сиюсекундно разобраться с врагом. А до тех пор, пока Ви способна дышать, то не видать ему даже близко своей победы, сколько бы он не предвкушал её.
Ночь обещала быть долгой... И для себя Вильгельма определяла лишь одну причину её длительности: в мозг Юстициара безжалостно впилась мысль о том, что она до самого утра будет не жалея своего живота вычищать всю эту мерзость своими руками, и не успокоится, пока не окажется с ног до головы покрыта кровью... И не только своей. Откуда в ней столько уверенности? Что же, вопрос хороший. Может, вдохновилась успехом прошлых операций? А может стержень глубоко в её душе не позволял думать иначе: никому не сломить человека с целью. Попытаться сломать - пожалуйста, но достигнуть успехов в этом задача едва ли подъёмная.
Тем не менее, на фронте ситуация оставалась такой же печальной. Оставшаяся взрывчатка на улицах уже пребывала в предельно бесполезном состоянии, о чём понял Маскауэкуэн со вторым командиром, а потому они отдувались своими силами. Правда, запасы гранат резко оскуднели после первых этапов сражений, а вот враг, кажется, окопался излишне скрупулезно: залпы пушек не переставая лишали Стражей Порядка укрытий и возможности продохнуть.
Впрочем, сдаваться было нельзя, - это понимали все, кто ещё дышал или стоял на ногах, а потому часть бойцов под руководством старшего сержанта Милонаса, вместо того, чтобы пытаться подстрелить противника с заложниками из сравнительной безопасности, отправились на заход с фланга, пока подоспевший капрал Лонго со сравнительно свежими бойцами и непотраченными запасами вооружений, поскольку стреляли они лишь с корабля, знатно усилили истощенный резерв мичмана Быстрое Перо! Звуки выстрелов, крики людей, треск горящей древесины, грохот - жуткая какофония продолжала играть свою партию на улицах Орандж Тауна. Пока ещё...
Чернокожий стрелок, всё ещё неспособный толком держать ружье, продолжал разряжать револьвер, поддерживая усилия остальных стрелков для прикрытия бедного Чарли, что получил - благо не прямо в себя, - попадание из пушки. Благо, что взрывчатка по-настоящему могла пойти в ход, и вот теперь уже точно пара связок гранат отправится в укрепления врага, чтобы утихомирить совсем уж распоясавшиеся пушки! И как только из зданий как крысы повалят члены Триады, их накроют всем доступным огнём!
Тем временем пострадавший мичман Харт, которому выбило из сустава кисть, упал на мостовую и, стеная от боли, пытался укрыться хоть где-то. Хотя бы откатиться, отползти, уйти с линии огня на мгновение...
- Чёрт! - воскликнул он, сдерживая крики и слезы, - Аы-ы...!
Благо, что пара последовавших за ним бойцов несла отдельный лист, снятый с повозки, иначе им бы тоже досталось на орехи, - как ранее указывалось, они именно последовали примеру молодого офицера. Прикрыв своего текущего командира, уже троица продолжит движение, благодаря прикрытию остальных товарищей. В таком бою не до отдельных мыслей, и не до отстранённых переживаний... Сейчас у них у всех есть боевая задача, которую нужно выполнить во что бы то ни стало!
Но вернемся же к лейтенанту Розз. Когда казалось, что манёвр просчитан от и до, Карна не оставил шанса на безупречное исполнение. Кровь действительно сумела застелить обзор, что выигрывало немного времени, - пару мгновений, - и важно было грамотно воспользоваться этим преимуществом... Хотелось бы... Да вот альбинос оказался не лыком шит, да не пальцем делан: он моментально пожелал перевести свой пронзающий выпад в сокрушительный удар о мостовую! Правда, не настолько сокрушительный, чтобы сиюсекундно разобраться с врагом. А до тех пор, пока Ви способна дышать, то не видать ему даже близко своей победы, сколько бы он не предвкушал её.
И правда, ухваченное под мышку копьё действительно проведет за собой лейтенанта до поверхности, но из-за того, что расстояние между ними изначально было не слишком большим, атака не станет решающей в этом бою. Важно ещё принимать во внимание тот факт, что отпускать кровавый кол Вильгельма не станет, и единственный способ ему покинуть её владение - сломаться под превосходящим давлением от смещения пользователя фрукта Кровь-Кровь. Возможно, этот факт слегка увеличит нанесённый урон или выиграет долю секунды... Но он остался слегка в прошлом.
Удар о мостовую пришёлся на нижнюю часть спины, разбивая доспех и неприятной, - да что там, болезненной, - вибрацией разносясь буквально по всему телу, заставляя лишиться возможности действовать на короткое мгновение. Как раз на мгновение выстрела. Две пули: одна в грудь, вторая в ногу. С такого расстояния невозможно промазать, если только сам стрелок этого не желает... И это было слегка прискорбно. И если угловатая броня на ноге поспособствовала тому, что пуля нанесет не так много урона, то вот попадание в грудь было куда более суровым. Стиснув зубы и легко застонав, Розз выставит свой, всё ещё готовый к стрельбе пистолет, и произведет выстрел в стоящего рядом врага, тут же с кручением поднимаясь на колено, восстанавливая части поврежденного спереди доспеха и укрепляя его спереди и по бокам большим рельефом, чтобы избежать атак от возможных врагов рядом. По левую её руку был Карна, а по правую - остальная часть переулка. Были ли там враги? Вопрос. Но, скорее всего больше ничего сделать она не успеет, пусть в приоритете будет защита от грозного оппонента в непосредственной близости. Казалось бы, они только разменялись ударами... Но позиция Ви была сейчас далеко не самой выгодной.
Группа капрала Лонго (корабль):
- 5 убиты;
- 2 ранены, но способны сражаться;
- 4 живы;
Группа мичмана Быстрое перо:
- 6 убиты;
- 1 ранен и не может продолжать бой
- 2 ранены, но способны сражаться;
Группа главного сержанта Милонаса:
- 4 убиты;
- 2 ранены и не могут продолжать бой;
- 3 ранены, но способны сражаться;
- 1 в строю.
Мичман Чарли Харт – ранен, но продолжает маневр в сопровождении одного раненного и одного полностью готового у бою бойца.
Лейтенант Вильгельма Розз – ранена, чувствует прилив адреналина, находится в шаге от поражения.
Суммарно крови потрачено: 6.6 литра. 4 литра было восполнено из общих запасов, процесс воспроизводства не запущен, запасы израсходованы.
Удар о мостовую пришёлся на нижнюю часть спины, разбивая доспех и неприятной, - да что там, болезненной, - вибрацией разносясь буквально по всему телу, заставляя лишиться возможности действовать на короткое мгновение. Как раз на мгновение выстрела. Две пули: одна в грудь, вторая в ногу. С такого расстояния невозможно промазать, если только сам стрелок этого не желает... И это было слегка прискорбно. И если угловатая броня на ноге поспособствовала тому, что пуля нанесет не так много урона, то вот попадание в грудь было куда более суровым. Стиснув зубы и легко застонав, Розз выставит свой, всё ещё готовый к стрельбе пистолет, и произведет выстрел в стоящего рядом врага, тут же с кручением поднимаясь на колено, восстанавливая части поврежденного спереди доспеха и укрепляя его спереди и по бокам большим рельефом, чтобы избежать атак от возможных врагов рядом. По левую её руку был Карна, а по правую - остальная часть переулка. Были ли там враги? Вопрос. Но, скорее всего больше ничего сделать она не успеет, пусть в приоритете будет защита от грозного оппонента в непосредственной близости. Казалось бы, они только разменялись ударами... Но позиция Ви была сейчас далеко не самой выгодной.
Группа капрала Лонго (корабль):
- 5 убиты;
- 2 ранены, но способны сражаться;
- 4 живы;
Группа мичмана Быстрое перо:
- 6 убиты;
- 1 ранен и не может продолжать бой
- 2 ранены, но способны сражаться;
Группа главного сержанта Милонаса:
- 4 убиты;
- 2 ранены и не могут продолжать бой;
- 3 ранены, но способны сражаться;
- 1 в строю.
Мичман Чарли Харт – ранен, но продолжает маневр в сопровождении одного раненного и одного полностью готового у бою бойца.
Лейтенант Вильгельма Розз – ранена, чувствует прилив адреналина, находится в шаге от поражения.
Суммарно крови потрачено: 6.6 литра. 4 литра было восполнено из общих запасов, процесс воспроизводства не запущен, запасы израсходованы.
[id29752100:bp-36291248_261929|Илья]
Мировой босс: Карна
В отношении тактики и взаимодействия отряды дозорных были на несколько голов выше, чем группы преступников – пусть те и находились под строгим командованием, но по-настоящему кооперироваться в разгаре жестокой бойни, где всё перемешалось от яростного боя, взрывов, стрельбы из пушек и жалящего до смерти пламени, просто не были способны. Кто-то терялся, забредая в невыгодное положение, а кто-то, подхватив заложников, пускался в импровизацию. Они не собирались в единый кулак на каком-либо направлении, дабы дать точный отпор флотским, а лишь пользовались возможностями и буквально падавшими в их руки гражданскими – всё же, пламя разгоралось всё быстрее, чем больше поглощало домов, и с этим проблем у них не было. Так что, когда дозор пошел в обход и нападал с флангов, преступники несли потери и наконец дали слабину.
Но куда важнее то, как одна группа дозорных, так и не раскинутая на кусочки выстрелом из пушки, настигла позицию людей альбиноса в доме. Гранаты разворотили помещение – опорная стена, давшая трещину из-за пожара в другой части здания, раскрошилась и рухнула, а вместе с ней обвалился и потолок. Вся эта масса камня переломила пушку и пол – всё это рухнуло на первый этаж и почти одновременно с этим взлетело на воздух. Рванул порох. Пламя беззвучно рассмеялось над нелепостью людей, выстилаясь пожирающим потоком по всему периметру дома, ранее занятого людьми Карны, но ныне обитаемого лишь развороченными, отнюдь не хладными телами.
На поле боя теперь осталась лишь одна пушка, а вернее говорить – мортира, но человек, ответственный за её перезарядку и последующую стрельбу, оказался втянут в ближний бой между предводителями соперничающих сторон. Два выстрела и оба пришлись в цель, слегка самодовольно мужчина ухмыльнулся, и вскинув оружие, приступил к перезарядке. По его мнению, такие раны устилали прямой путь на кладбище, но он и понятия не имел, что у Вильгельмы в наличии необычные доспехи, сгладившие тяжесть повреждений. После короткой заминки и дезориентации от боли, лейтенант с особой отдачей подстрелила незатейливого врага – пуля пришлась в живот. Почувствовав резкую боль, этот парень уронил к ногам пистолет, не успев пихнуть в ствол второй патрон, и завалился на колено. Слабость покатилась по телу, ведь потрохам досталось в достатке.
А Карна в этот момент справлялся с собственной болью, поскольку кровавый шип, по-прежнему торчащий у него из зазора в шейной области нагрудника, чуть не пронзил ему шею, но и без того привнес серьезное увечье. А ещё – он ничего не видел. Свободной рукой альбинос попытался разодрать кровавую маску на своём лице, но наспех смог очистить только правый глаз – мутно, но всё же видел им. Остальная часть лица всё ещё оставалась перекрыта этой странной, – для мужчины, субстанцией, мешая полному обзору и вселяя крайне неприятное чувство дискомфорта.
И всё же, бой продолжается. Ухватив копьё второй рукой, мужчина сделал шаг назад и закрученным движением острия нацелился на восстановленный нагрудник Вильгельмы, провожая движение рук всем торсом.
Живых и целых: 4. Раненных: 11. Неизвестный статус 5. Погибших: 20.
Главарь: 1.
Жители острова:
Заложников: 3. Освобожденных: 5. В ловушке огня: 5. На улице боя: 16.
Мировой босс: Карна
В отношении тактики и взаимодействия отряды дозорных были на несколько голов выше, чем группы преступников – пусть те и находились под строгим командованием, но по-настоящему кооперироваться в разгаре жестокой бойни, где всё перемешалось от яростного боя, взрывов, стрельбы из пушек и жалящего до смерти пламени, просто не были способны. Кто-то терялся, забредая в невыгодное положение, а кто-то, подхватив заложников, пускался в импровизацию. Они не собирались в единый кулак на каком-либо направлении, дабы дать точный отпор флотским, а лишь пользовались возможностями и буквально падавшими в их руки гражданскими – всё же, пламя разгоралось всё быстрее, чем больше поглощало домов, и с этим проблем у них не было. Так что, когда дозор пошел в обход и нападал с флангов, преступники несли потери и наконец дали слабину.
Но куда важнее то, как одна группа дозорных, так и не раскинутая на кусочки выстрелом из пушки, настигла позицию людей альбиноса в доме. Гранаты разворотили помещение – опорная стена, давшая трещину из-за пожара в другой части здания, раскрошилась и рухнула, а вместе с ней обвалился и потолок. Вся эта масса камня переломила пушку и пол – всё это рухнуло на первый этаж и почти одновременно с этим взлетело на воздух. Рванул порох. Пламя беззвучно рассмеялось над нелепостью людей, выстилаясь пожирающим потоком по всему периметру дома, ранее занятого людьми Карны, но ныне обитаемого лишь развороченными, отнюдь не хладными телами.
На поле боя теперь осталась лишь одна пушка, а вернее говорить – мортира, но человек, ответственный за её перезарядку и последующую стрельбу, оказался втянут в ближний бой между предводителями соперничающих сторон. Два выстрела и оба пришлись в цель, слегка самодовольно мужчина ухмыльнулся, и вскинув оружие, приступил к перезарядке. По его мнению, такие раны устилали прямой путь на кладбище, но он и понятия не имел, что у Вильгельмы в наличии необычные доспехи, сгладившие тяжесть повреждений. После короткой заминки и дезориентации от боли, лейтенант с особой отдачей подстрелила незатейливого врага – пуля пришлась в живот. Почувствовав резкую боль, этот парень уронил к ногам пистолет, не успев пихнуть в ствол второй патрон, и завалился на колено. Слабость покатилась по телу, ведь потрохам досталось в достатке.
А Карна в этот момент справлялся с собственной болью, поскольку кровавый шип, по-прежнему торчащий у него из зазора в шейной области нагрудника, чуть не пронзил ему шею, но и без того привнес серьезное увечье. А ещё – он ничего не видел. Свободной рукой альбинос попытался разодрать кровавую маску на своём лице, но наспех смог очистить только правый глаз – мутно, но всё же видел им. Остальная часть лица всё ещё оставалась перекрыта этой странной, – для мужчины, субстанцией, мешая полному обзору и вселяя крайне неприятное чувство дискомфорта.
И всё же, бой продолжается. Ухватив копьё второй рукой, мужчина сделал шаг назад и закрученным движением острия нацелился на восстановленный нагрудник Вильгельмы, провожая движение рук всем торсом.
Живых и целых: 4. Раненных: 11. Неизвестный статус 5. Погибших: 20.
Главарь: 1.
Жители острова:
Заложников: 3. Освобожденных: 5. В ловушке огня: 5. На улице боя: 16.
Ролевая (https://vk.ru/id36291248),
Вне зависимости от исхода текущего сражения, битву за Орандж-Таун люди запомнят надолго. Неважно, кто останется в живых, - дозорные, триадовец или мирный, - каждый из них будет помнить огонь, взрывы и смерть, сопровождавшие их на каждом шагу. Но одних ждёт труд после триумфа, а других – поражение, с продолжением в трупной яме или в бегах с поджатым хвостом. Иронично, но и преступники, и служители Мирового Правительства отлично подходили для обоих вариантов.
Кто-то может задуматься о причинах происходящего, кто-то, зная о ситуации более детально, будет задавать предметные вопросы, а кто-то, возможно, захочет упрекнуть в самодеятельности и смертях лейтенанта Розз? Ведь именно ее решения спровоцировали эту бойню…
Но в причинах и следствиях будут разбираться чуть позднее: сейчас стоит все внимание посвятить сражению лидеров противоборствующих сторон! И пока Маскауэкуэн терпел боль осколков от финального выстрела пушки перед содрогающим взрывом, а Чарли, потеряв вследствие огненного расширения солдата, что храбро защитил офицера и товарища, был отброшен к соседнему зданию с минимальными возможными в такой ситуации повреждениями, Вильгельма продолжала свое сражение, далёкое от центрального по месту своего расположения, но не по значимости.
«Нужно заканчивать. – мелькнуло в ее голове под конец стрельбы, вместо награды визави или его окружение даже единственным словом, - Чем раньше я покончу с ним, тем лучше! Собрать волю в кулак…»
Выстрелы угомонили стрелка, решившего, что оппонент может быть прикончен парой пуль, заставив того испытывать агонию от попадания, в то время как все внимание Юстициара оказалось в миг перенаправлено на Карну. Не теряя драгоценного времени после предыдущего маневра и видя, что тот уже вернул себе возможность видеть, Ви хотела было продолжить свой натиск, однако движения врага сигнализировали о приближении мощной атаки! Обе руки несли вперёд древко и наконечник копья по дуговой траектории, и, приземлись удар наконечника в дозорную, ей точно было бы не сдобровать!
«Из-за выстрела в грудь особо не попрыгаешь. – констатировала пользовательница дъявольского фрукта, сжимая челюсти, - Придется избрать другой подход».
Как следствие, принимать подобный взмах или пытаться парировать атаку она не стала, прекрасно понимая, что не сдюжит мужчину, так легко несшего вперёд мортиру, - не смотри, что она была на колесах. Вместо этого сценария, разворачиваясь лицом к визави и поднимаясь на обе ноги, лейтенант Розз в едином движении немного отшагнула, едва-едва уходя из-под атаки, которая максимум, что могла сделать на данный момент – с хрустом прочертить по телу ее отреставрированного доспеха, выигрывая момент и дистанцию для молниеносного укола с подшагом, целью которого станет сочленение доспеха в районе подмышки. С тем же движением, ее левая рука, все также вооруженная пистолетом, обросла с внешней стороны запястья небольшим кровяным баклером, который стал сопроводителем для атаки Карны, не позволяя ей сразу изменить траекторию и наказать Вильгельму за наглость. Во всяком случае, для этого дозорная прикладывала все свои силы. Для успеха в этом самом моменте.
Сила на ловкость, прочность на скорость… Юстициар сделала свою ставку, надеясь одним метким ударом склонить на свою сторону чаши весов. Как говорится, «хирурга от мясника отличает точность». И в этом параметре в своем исполнении Ви редко сомневалась даже в худших из положений. А отсутствие слегка нахальной улыбки на лице оппонента говорило, что до подобного вновь неблизко.
Несмотря на выверенность действий, у Карны все еще есть опции противостоять надоедливой дозорной, а потому его нельзя было сбрасывать со счетов до самого последнего момента. Пока он не испустит дух… И она была готова. Все ещё горела решимостью. Все ещё выполняла свою работу как Защитника Справедливости… и Охотника…
Суммарно крови потрачено: 7.6 литра. 4 литра было восполнено из общих запасов, процесс воспроизводства не запущен, запасы израсходованы.
Вне зависимости от исхода текущего сражения, битву за Орандж-Таун люди запомнят надолго. Неважно, кто останется в живых, - дозорные, триадовец или мирный, - каждый из них будет помнить огонь, взрывы и смерть, сопровождавшие их на каждом шагу. Но одних ждёт труд после триумфа, а других – поражение, с продолжением в трупной яме или в бегах с поджатым хвостом. Иронично, но и преступники, и служители Мирового Правительства отлично подходили для обоих вариантов.
Кто-то может задуматься о причинах происходящего, кто-то, зная о ситуации более детально, будет задавать предметные вопросы, а кто-то, возможно, захочет упрекнуть в самодеятельности и смертях лейтенанта Розз? Ведь именно ее решения спровоцировали эту бойню…
Но в причинах и следствиях будут разбираться чуть позднее: сейчас стоит все внимание посвятить сражению лидеров противоборствующих сторон! И пока Маскауэкуэн терпел боль осколков от финального выстрела пушки перед содрогающим взрывом, а Чарли, потеряв вследствие огненного расширения солдата, что храбро защитил офицера и товарища, был отброшен к соседнему зданию с минимальными возможными в такой ситуации повреждениями, Вильгельма продолжала свое сражение, далёкое от центрального по месту своего расположения, но не по значимости.
«Нужно заканчивать. – мелькнуло в ее голове под конец стрельбы, вместо награды визави или его окружение даже единственным словом, - Чем раньше я покончу с ним, тем лучше! Собрать волю в кулак…»
Выстрелы угомонили стрелка, решившего, что оппонент может быть прикончен парой пуль, заставив того испытывать агонию от попадания, в то время как все внимание Юстициара оказалось в миг перенаправлено на Карну. Не теряя драгоценного времени после предыдущего маневра и видя, что тот уже вернул себе возможность видеть, Ви хотела было продолжить свой натиск, однако движения врага сигнализировали о приближении мощной атаки! Обе руки несли вперёд древко и наконечник копья по дуговой траектории, и, приземлись удар наконечника в дозорную, ей точно было бы не сдобровать!
«Из-за выстрела в грудь особо не попрыгаешь. – констатировала пользовательница дъявольского фрукта, сжимая челюсти, - Придется избрать другой подход».
Как следствие, принимать подобный взмах или пытаться парировать атаку она не стала, прекрасно понимая, что не сдюжит мужчину, так легко несшего вперёд мортиру, - не смотри, что она была на колесах. Вместо этого сценария, разворачиваясь лицом к визави и поднимаясь на обе ноги, лейтенант Розз в едином движении немного отшагнула, едва-едва уходя из-под атаки, которая максимум, что могла сделать на данный момент – с хрустом прочертить по телу ее отреставрированного доспеха, выигрывая момент и дистанцию для молниеносного укола с подшагом, целью которого станет сочленение доспеха в районе подмышки. С тем же движением, ее левая рука, все также вооруженная пистолетом, обросла с внешней стороны запястья небольшим кровяным баклером, который стал сопроводителем для атаки Карны, не позволяя ей сразу изменить траекторию и наказать Вильгельму за наглость. Во всяком случае, для этого дозорная прикладывала все свои силы. Для успеха в этом самом моменте.
Сила на ловкость, прочность на скорость… Юстициар сделала свою ставку, надеясь одним метким ударом склонить на свою сторону чаши весов. Как говорится, «хирурга от мясника отличает точность». И в этом параметре в своем исполнении Ви редко сомневалась даже в худших из положений. А отсутствие слегка нахальной улыбки на лице оппонента говорило, что до подобного вновь неблизко.
Несмотря на выверенность действий, у Карны все еще есть опции противостоять надоедливой дозорной, а потому его нельзя было сбрасывать со счетов до самого последнего момента. Пока он не испустит дух… И она была готова. Все ещё горела решимостью. Все ещё выполняла свою работу как Защитника Справедливости… и Охотника…
Суммарно крови потрачено: 7.6 литра. 4 литра было восполнено из общих запасов, процесс воспроизводства не запущен, запасы израсходованы.
[id29752100:bp-36291248_262170|Илья]
Мировой босс: Карна
Владелица дьявольского фрукта не преминула воспользоваться своими способностями, вытягивая из крови форму баклера – вовремя, ведь именно благодаря этому небольшому щитку у девушки получилось оградиться от колющего удара Карны, готового вонзаться в оппонентку, словно хищник, настигающий жертву. Казалось, что кровавая пелена, напавшая на его взор, мутившая алым оттенком восприятие окружения, понемногу переливалась в манеру его действий. Резкие движения рук, с хлестким полетом копья, и твердые шаги для перемены стойки с положением тела, свидетельствовали о наращивании темпа. Как если бы луна в ночном небе день за днём раскрывала свой лик всё шире, достигая полной фазы – таинственной и в то же время притягательной для каждого любителя ночи. Уподобляясь ей, альбинос сиял всё ярче, а окатившая кровь оборачивала его «алой луной» – вестником несчастья. И безумия.
Свирепеющий мужчина, достаточно крупный, но не лишенный элегантности, во многом благодаря своей бледности и белых волос, что являлось следствием аномалии, и золоченным доспехам, поднимающим его многим выше простых преступников, проявлял завидную стойкость и явно выделялся во всём сражении. Далеко не факт, что большинство присутствующих в сражении воинов вообще когда-либо за жизнь сумели бы заработать сумму, равноценную стоимости этого комплекта. И причина… Кроется далеко не в парадном, богатом облике, а в свойствах брони. В уме Вильгельмы должна щелкнуть мысль с намёком, когда её клинок, поймавший Карну в колкой контратаке, скользнет по чему-то твёрдому и оттого бьющему отдачей вдвое сильнее. Звон металла сопроводит это короткое столкновение, раскрывая весьма неприятный факт: весь доспех Карны выполнен с пластинчатыми вставками даже в зазорах, перекрывая очевидные уязвимые места, но при этом их строение сохраняло мужчине достойную подвижность, а сама броня не выглядела бременем утяжеления. Лёгкий сноп искр слетел с места столкновения, Карна слегка качнулся назад плечом, ощущая неприятную ударную силу – ведь, несмотря на прочность снаряжения, оно всё ещё не поглощало кинетическую энергию. Но и выбить плечо из сустава у атаки не получилось. А по своим ощущениям мечница могла понять, что лезвие поддело внутреннюю сторону брони, но манера атаки вышла недостаточно увесистой, чтобы преодолеть её полностью. Впрочем, и определенный вывод она бы сумела определить, если найдет время на размышления.
«Красная броня видоизменяется, у неё не было щита на руке. И я не вижу отверстий от попадания выстрелов. Понятно.» – Ужасно некомфортно осевшая на лице «маска» и образ доспеха, да к тому же приторный аромат крови, подтолкнули преступника к выводу, что это она и есть. А самое опасное – девушка перед ним является фруктовиком. Сражение обернулось кое-чем особенно опасным, но прискорбно как раз то, что альбинос уже попался на уловки вражеских способностей и видел теперь лишь одним глазом. Но он успевал подстраиваться за движениями оппонентки, от чего держался слегка боком, и не давал ей нырнуть в слепую зону. Не то, чтобы лейтенант сейчас пыталась это сделать.
С некоторой заминкой, ввиду ощущения боли в плече, Карна всё равно продолжил наступать, раскрывая новую фазу. Копьё в руке – это не только заостренная часть! Раз острие прошлось мимо, не вонзилось, то он последует за своими движениями, продолжит их с подшагом – как бы сближаясь к оппоненткой, а всё для того, чтобы вдарить ей в бок, чуть ближе к груди, тупым концом и нижней частью древка, вместе с тем перехватывая оружие с левого хвата на правый – круговым движением. И похоже, прочности у этого копья в достатке, по крайней мере оно переживет столкновение с твёрдой защитой из крови.
Мировой босс: Карна
Владелица дьявольского фрукта не преминула воспользоваться своими способностями, вытягивая из крови форму баклера – вовремя, ведь именно благодаря этому небольшому щитку у девушки получилось оградиться от колющего удара Карны, готового вонзаться в оппонентку, словно хищник, настигающий жертву. Казалось, что кровавая пелена, напавшая на его взор, мутившая алым оттенком восприятие окружения, понемногу переливалась в манеру его действий. Резкие движения рук, с хлестким полетом копья, и твердые шаги для перемены стойки с положением тела, свидетельствовали о наращивании темпа. Как если бы луна в ночном небе день за днём раскрывала свой лик всё шире, достигая полной фазы – таинственной и в то же время притягательной для каждого любителя ночи. Уподобляясь ей, альбинос сиял всё ярче, а окатившая кровь оборачивала его «алой луной» – вестником несчастья. И безумия.
Свирепеющий мужчина, достаточно крупный, но не лишенный элегантности, во многом благодаря своей бледности и белых волос, что являлось следствием аномалии, и золоченным доспехам, поднимающим его многим выше простых преступников, проявлял завидную стойкость и явно выделялся во всём сражении. Далеко не факт, что большинство присутствующих в сражении воинов вообще когда-либо за жизнь сумели бы заработать сумму, равноценную стоимости этого комплекта. И причина… Кроется далеко не в парадном, богатом облике, а в свойствах брони. В уме Вильгельмы должна щелкнуть мысль с намёком, когда её клинок, поймавший Карну в колкой контратаке, скользнет по чему-то твёрдому и оттого бьющему отдачей вдвое сильнее. Звон металла сопроводит это короткое столкновение, раскрывая весьма неприятный факт: весь доспех Карны выполнен с пластинчатыми вставками даже в зазорах, перекрывая очевидные уязвимые места, но при этом их строение сохраняло мужчине достойную подвижность, а сама броня не выглядела бременем утяжеления. Лёгкий сноп искр слетел с места столкновения, Карна слегка качнулся назад плечом, ощущая неприятную ударную силу – ведь, несмотря на прочность снаряжения, оно всё ещё не поглощало кинетическую энергию. Но и выбить плечо из сустава у атаки не получилось. А по своим ощущениям мечница могла понять, что лезвие поддело внутреннюю сторону брони, но манера атаки вышла недостаточно увесистой, чтобы преодолеть её полностью. Впрочем, и определенный вывод она бы сумела определить, если найдет время на размышления.
«Красная броня видоизменяется, у неё не было щита на руке. И я не вижу отверстий от попадания выстрелов. Понятно.» – Ужасно некомфортно осевшая на лице «маска» и образ доспеха, да к тому же приторный аромат крови, подтолкнули преступника к выводу, что это она и есть. А самое опасное – девушка перед ним является фруктовиком. Сражение обернулось кое-чем особенно опасным, но прискорбно как раз то, что альбинос уже попался на уловки вражеских способностей и видел теперь лишь одним глазом. Но он успевал подстраиваться за движениями оппонентки, от чего держался слегка боком, и не давал ей нырнуть в слепую зону. Не то, чтобы лейтенант сейчас пыталась это сделать.
С некоторой заминкой, ввиду ощущения боли в плече, Карна всё равно продолжил наступать, раскрывая новую фазу. Копьё в руке – это не только заостренная часть! Раз острие прошлось мимо, не вонзилось, то он последует за своими движениями, продолжит их с подшагом – как бы сближаясь к оппоненткой, а всё для того, чтобы вдарить ей в бок, чуть ближе к груди, тупым концом и нижней частью древка, вместе с тем перехватывая оружие с левого хвата на правый – круговым движением. И похоже, прочности у этого копья в достатке, по крайней мере оно переживет столкновение с твёрдой защитой из крови.
Ролевая "One Piece" (https://vk.ru/id36291248),
Рассекающий пространство укол тихо свистнул, приближаясь с весьма очевидным намерением испить крови, но громкий даже в таких условиях звон содрогнул воздух, возвещая о весьма прискорбных для мечницы новостях... Альбинос буквально оказался, без лишних слов, танком.
«Что это за доспех? - глаза раскрылись чуть шире от увиденного, когда клинок уже стремился обратно. Удивлению не было предела, ведь не только взор, но и отдача от удара однозначно давала понять, что её сабля не сумела найти путь внутрь уникально выполненной брони, а это значило только одно... - Ведет себя так агрессивно, потому что мне его не пробить, да? Умно».
В мыслях не было злобы или негодования, нет, ни капли. Перед ней был серьёзный оппонент, уверенный в своих силах не напрасно, ведь он знал себе цену, цену своим умениям, навыкам, снаряжению. На мгновение стало даже интересно, сколько белли было отдано за такую мастерскую работу! Но лишь мимолетно, ведь от боя нельзя было отвлекаться ни на секунду.
Итак, Карна, могучий воин, мерцающий аурой своего боевого безумия даже для невооруженного взгляда, старательно игнорируя боль от ранения при сокращении грудных мышц, не останавливался ни перед чем, продолжая свои атакующие манёвры! И в этот раз он решил вновь доказать, что боец с копьем - это не только сражение на определенной дистанции, но ещё и универсальность! Что же, в навыках его у дозорной действительно не оставалось сомнений, а потому требовалось противопоставить что-то достойное его внимания.
Силы всё ещё были, мышцы всё ещё слушались, боль всё ещё давала понять, что она жива, - требовалась лишь команда, да такая, что позволит добавить шансов на победу. В этом стрессовом режиме «шестеренки» уже не скрипели, нет, - лишь жалобно выли, разогнавшись до невиданных скоростей... И решение было сформировано сиюсекундно.
Раз баклер более не провожал копьё в добрый путь, то дуло пистолета, всё ещё готового к стрельбе, моментально повернулось в сторону головы Карны. Оставалось лишь два патрона, но любой из них мог вполне стать решающим, а отпускать такое преимущество в своих руках Вильгельма попросту не собиралась. Щелчок спускового крючка станет сигналом, но успеет ли визави отреагировать на столь близкой дистанции? Между дулом смертоносной железки и предводителем Триады на этом острове было... Порядка метра? Может ещё меньше? Сложно определить точное расстояние, кроме как «достаточно маленькое». Во всяком случае, попасть в центр лица в этой ситуации можно даже не будучи шибко тренированным стрелком. А в случае Юстициара, постоянно поддерживающей себя в тонусе для использования подобного оружия, это и вовсе не должно стать проблемой.
Но что, если чуда не случится? Что делать, если тактика не сработает и пуля не попадёт? И для такого случая были предприняты действия. Неважно, чем сейчас пытался ударить враг: наконечником, древком, концом древка, - лейтенант Розз с шагом вперёд сокращала дистанцию между ними ещё больше, выходя к правому для себя боку оппонента, добавляя в общую композицию удар кулаком со скручиванием корпуса в ближайший локоть оппонента с использованием гарды холодного оружия как кастета. Всё же, две оперирующие руки с двумя инструментами давали чуть больше пространства для манёвра, нежели две руки - с одним.
Она верила в свой успех, но не потому, что боялась поражения. Вильгельма с самого детства прилежно готовилась к любым поворотам судьбы, - и в этом во многом была заслуга её строгого отца, который хотел скорее видеть сына, чем дочь. Впрочем... это уже запылившаяся на полках история, которую вряд ли кто-либо сумеет услышать от самой Розз. Других-то рассказчиков попросту нет. Сейчас есть лишь эта история. И они с Карной прекрасно беседуют в горячем танце схватки.
Рассекающий пространство укол тихо свистнул, приближаясь с весьма очевидным намерением испить крови, но громкий даже в таких условиях звон содрогнул воздух, возвещая о весьма прискорбных для мечницы новостях... Альбинос буквально оказался, без лишних слов, танком.
«Что это за доспех? - глаза раскрылись чуть шире от увиденного, когда клинок уже стремился обратно. Удивлению не было предела, ведь не только взор, но и отдача от удара однозначно давала понять, что её сабля не сумела найти путь внутрь уникально выполненной брони, а это значило только одно... - Ведет себя так агрессивно, потому что мне его не пробить, да? Умно».
В мыслях не было злобы или негодования, нет, ни капли. Перед ней был серьёзный оппонент, уверенный в своих силах не напрасно, ведь он знал себе цену, цену своим умениям, навыкам, снаряжению. На мгновение стало даже интересно, сколько белли было отдано за такую мастерскую работу! Но лишь мимолетно, ведь от боя нельзя было отвлекаться ни на секунду.
Итак, Карна, могучий воин, мерцающий аурой своего боевого безумия даже для невооруженного взгляда, старательно игнорируя боль от ранения при сокращении грудных мышц, не останавливался ни перед чем, продолжая свои атакующие манёвры! И в этот раз он решил вновь доказать, что боец с копьем - это не только сражение на определенной дистанции, но ещё и универсальность! Что же, в навыках его у дозорной действительно не оставалось сомнений, а потому требовалось противопоставить что-то достойное его внимания.
Силы всё ещё были, мышцы всё ещё слушались, боль всё ещё давала понять, что она жива, - требовалась лишь команда, да такая, что позволит добавить шансов на победу. В этом стрессовом режиме «шестеренки» уже не скрипели, нет, - лишь жалобно выли, разогнавшись до невиданных скоростей... И решение было сформировано сиюсекундно.
Раз баклер более не провожал копьё в добрый путь, то дуло пистолета, всё ещё готового к стрельбе, моментально повернулось в сторону головы Карны. Оставалось лишь два патрона, но любой из них мог вполне стать решающим, а отпускать такое преимущество в своих руках Вильгельма попросту не собиралась. Щелчок спускового крючка станет сигналом, но успеет ли визави отреагировать на столь близкой дистанции? Между дулом смертоносной железки и предводителем Триады на этом острове было... Порядка метра? Может ещё меньше? Сложно определить точное расстояние, кроме как «достаточно маленькое». Во всяком случае, попасть в центр лица в этой ситуации можно даже не будучи шибко тренированным стрелком. А в случае Юстициара, постоянно поддерживающей себя в тонусе для использования подобного оружия, это и вовсе не должно стать проблемой.
Но что, если чуда не случится? Что делать, если тактика не сработает и пуля не попадёт? И для такого случая были предприняты действия. Неважно, чем сейчас пытался ударить враг: наконечником, древком, концом древка, - лейтенант Розз с шагом вперёд сокращала дистанцию между ними ещё больше, выходя к правому для себя боку оппонента, добавляя в общую композицию удар кулаком со скручиванием корпуса в ближайший локоть оппонента с использованием гарды холодного оружия как кастета. Всё же, две оперирующие руки с двумя инструментами давали чуть больше пространства для манёвра, нежели две руки - с одним.
Она верила в свой успех, но не потому, что боялась поражения. Вильгельма с самого детства прилежно готовилась к любым поворотам судьбы, - и в этом во многом была заслуга её строгого отца, который хотел скорее видеть сына, чем дочь. Впрочем... это уже запылившаяся на полках история, которую вряд ли кто-либо сумеет услышать от самой Розз. Других-то рассказчиков попросту нет. Сейчас есть лишь эта история. И они с Карной прекрасно беседуют в горячем танце схватки.
[id29752100:bp-36291248_262194|Илья]
Мировой босс: Карна
В ало-белой голове высоким темпом искрились мысли, разбиваясь одна за другой на составляющие – мужчина ухватывал мгновения перед своим единственно зрячим глазом, выстраивая происходящее в картину. Он пытался достраивать, что там, по левую руку, и старался отследить каждое движение своей соперницы. Близкая дистанция, немногим больше, чем на расстоянии вытянутой руки, сильно укорачивала промежуток времени, позволяющий отреагировать на чужую атаку, а посему их все необходимо предполагать чуть заранее. Может, для кого-то эта задача и была не так тяжела, но для людей вроде Карны и Вильгельмы подобный навык недосягаем. Оставалось только полагаться на чутьё, заостренное, как его позолоченное копьё, восприятие, и удачу. Всё вместо позволило ему ухватиться за короткое движение дозорной – рука, удерживающая кровавый баклер, также держала и пистолет, но угол наклона у его дула не был направлен к лицу мужчины, и чтобы воспользоваться отсутствующим давлением на защиту, девушке предстояло вскинуть кисть и пистолет соответственно. Глаз Карны будто загорелся, а вместе с ним и всё лицо, реагируя на опасность – смертельную. Немедля альбинос занырнул вниз, аккурат под звук выстрела, и сдвигался вправо, подшагивая всё так же вперёд – для собственного удара древком. Послышался треск, и мужчина ощутил острую боль, схожу со вспышкой, когда пуля раздробила часть кровавой маски на левой стороне лица, вместе с тем раскурочив щеку касательным пролётом. Свежая кровь преступника хлынула в сторону, слегка заметна скуловая кость, и всё же мужчина сумел избежать пульсирующей смертью опасности – уготованная ему участь пасть с дырой в лице развеялась с красными каплями, сопровождающими пролетевший выстрел.
- ААА!!! – На выдохе сорвался крик, наполовину изливающий подступившую боль, а ещё формируя подступившую злобу и желание отомстить в огромный выброс силы. Его лицо исказилось в агрессивной, но болезненной гримасе, оскалив зубы за громким криком. Адреналин бурлил как в котле, предшествующий подшаг вылился в удар древка с тупой стороной оружия тогда же, когда Вильгельма обогнула его по левую руку, целясь гардой в локоть. Они словно двигались зеркально, но здесь-то и выпирало преимущество копья – атакующая дистанция у мужчины позволяла выступить первым номером в атаке по боку и груди. По крайней мере, туда он целился, но левая сторона лица ещё не полностью освободилась от затвердевшей крови и он по-прежнему ничего там не видел, бил лишь по додуманной картине, улавливая лишь шагающие ноги.
Мировой босс: Карна
В ало-белой голове высоким темпом искрились мысли, разбиваясь одна за другой на составляющие – мужчина ухватывал мгновения перед своим единственно зрячим глазом, выстраивая происходящее в картину. Он пытался достраивать, что там, по левую руку, и старался отследить каждое движение своей соперницы. Близкая дистанция, немногим больше, чем на расстоянии вытянутой руки, сильно укорачивала промежуток времени, позволяющий отреагировать на чужую атаку, а посему их все необходимо предполагать чуть заранее. Может, для кого-то эта задача и была не так тяжела, но для людей вроде Карны и Вильгельмы подобный навык недосягаем. Оставалось только полагаться на чутьё, заостренное, как его позолоченное копьё, восприятие, и удачу. Всё вместо позволило ему ухватиться за короткое движение дозорной – рука, удерживающая кровавый баклер, также держала и пистолет, но угол наклона у его дула не был направлен к лицу мужчины, и чтобы воспользоваться отсутствующим давлением на защиту, девушке предстояло вскинуть кисть и пистолет соответственно. Глаз Карны будто загорелся, а вместе с ним и всё лицо, реагируя на опасность – смертельную. Немедля альбинос занырнул вниз, аккурат под звук выстрела, и сдвигался вправо, подшагивая всё так же вперёд – для собственного удара древком. Послышался треск, и мужчина ощутил острую боль, схожу со вспышкой, когда пуля раздробила часть кровавой маски на левой стороне лица, вместе с тем раскурочив щеку касательным пролётом. Свежая кровь преступника хлынула в сторону, слегка заметна скуловая кость, и всё же мужчина сумел избежать пульсирующей смертью опасности – уготованная ему участь пасть с дырой в лице развеялась с красными каплями, сопровождающими пролетевший выстрел.
- ААА!!! – На выдохе сорвался крик, наполовину изливающий подступившую боль, а ещё формируя подступившую злобу и желание отомстить в огромный выброс силы. Его лицо исказилось в агрессивной, но болезненной гримасе, оскалив зубы за громким криком. Адреналин бурлил как в котле, предшествующий подшаг вылился в удар древка с тупой стороной оружия тогда же, когда Вильгельма обогнула его по левую руку, целясь гардой в локоть. Они словно двигались зеркально, но здесь-то и выпирало преимущество копья – атакующая дистанция у мужчины позволяла выступить первым номером в атаке по боку и груди. По крайней мере, туда он целился, но левая сторона лица ещё не полностью освободилась от затвердевшей крови и он по-прежнему ничего там не видел, бил лишь по додуманной картине, улавливая лишь шагающие ноги.
[club36291248:bp-36291248_262196|Ролевая "One Piece"],
Рокот выстрела, произведенного Вильгельмой, был громче всех присутствующих: и не только потому, что он был близко, но и по той причине, что был куда более значимым для этих двоих. Летальное танго на короткой дистанции становилось всё смертоноснее от каждого движения бойца, и теперь время слегка замедлило для них свой ход, позволяя организмом обоих чувствовать запал от хлынувшего адреналина.
И, как ранее уже указывалось, лейтенант Розз пыталась сделать всё, чтобы минимизировать урон от вражеской атаки, продолжая ранее начатое движение. К сожалению, удар гардой максимум вызовет болевые ощущения и не сможет повредить мышцы или кость достаточно, чтобы вывести конечность из строя: заброневые травмы - не шутка, но только в том случае, когда ты способен их нанести. Всё же, физической силы у дозорной было не так много, иначе они бы уже не сражались, а потому... Потому, вероятно, слегка ослабленный удар копьём, всё же, достигнет цели, вбиваясь в кровавый доспех, не слишком устойчивый перед, в каком-то смысле, дробящими ударами. Вряд ли будет сломано ребро, но заработать трещину от попадания более могучего оппонента шансы были. Нельзя не учитывать специфики его движения и соотношения прочности материалов. Гематома будет заживать достаточно долго, даже несмотря на её власть над собственной кровью.
«Нет. Не успеваю. Проказа...» - не надо иметь семь пядей во лбу, дабы осознать всю картину в момент её происхождения.
Вновь боль. Вновь страдание. Обыденные спутники не только битвы, но и карьеры Юстициара. Такие близкие за всё это время, но они снова и снова продолжали измываться над ней, когда её бесчувственная маска лица исказилась под крики механо-рецепторов. Она старалась приложить максимум усилий, но некоторые моменты просто не могут быть изменены действиями одно лишь человека. Приём заставить Ви отшатнуться на пару метров, выигрывая оппоненту немного времени на передышку, пока сама же Розз надеялась, что её атака также заставит визави замедлить натиск. И лишь взяв себя в руки она поудобнее перехватит саблю, вновь залечивая раны своего однозначно эффективного доспеха и сосредотачивая внимания на оппоненте. Всё ещё готова. Всё ещё в строю. Всё ещё жаждет победы.
И если Карна провожал её взглядом до самого конца, то он увидит, как доспех в месте повреждения сначала становится жидким, а затем моментально твердеет, словно море выравнивало свою поверхность после попадания камня. Возможно, он найдёт в этом определенную иронию? Всё же, они оба были владельцами весьма необычного снаряжения, пусть Вильгельма и использовала для этого силу в каком-то смысле ужасающего фрукта.
Исход всё ещё не определен, ранения не критичны, оба способны продолжать бой. Кто же приблизится к победе первым?
Рокот выстрела, произведенного Вильгельмой, был громче всех присутствующих: и не только потому, что он был близко, но и по той причине, что был куда более значимым для этих двоих. Летальное танго на короткой дистанции становилось всё смертоноснее от каждого движения бойца, и теперь время слегка замедлило для них свой ход, позволяя организмом обоих чувствовать запал от хлынувшего адреналина.
И, как ранее уже указывалось, лейтенант Розз пыталась сделать всё, чтобы минимизировать урон от вражеской атаки, продолжая ранее начатое движение. К сожалению, удар гардой максимум вызовет болевые ощущения и не сможет повредить мышцы или кость достаточно, чтобы вывести конечность из строя: заброневые травмы - не шутка, но только в том случае, когда ты способен их нанести. Всё же, физической силы у дозорной было не так много, иначе они бы уже не сражались, а потому... Потому, вероятно, слегка ослабленный удар копьём, всё же, достигнет цели, вбиваясь в кровавый доспех, не слишком устойчивый перед, в каком-то смысле, дробящими ударами. Вряд ли будет сломано ребро, но заработать трещину от попадания более могучего оппонента шансы были. Нельзя не учитывать специфики его движения и соотношения прочности материалов. Гематома будет заживать достаточно долго, даже несмотря на её власть над собственной кровью.
«Нет. Не успеваю. Проказа...» - не надо иметь семь пядей во лбу, дабы осознать всю картину в момент её происхождения.
Вновь боль. Вновь страдание. Обыденные спутники не только битвы, но и карьеры Юстициара. Такие близкие за всё это время, но они снова и снова продолжали измываться над ней, когда её бесчувственная маска лица исказилась под крики механо-рецепторов. Она старалась приложить максимум усилий, но некоторые моменты просто не могут быть изменены действиями одно лишь человека. Приём заставить Ви отшатнуться на пару метров, выигрывая оппоненту немного времени на передышку, пока сама же Розз надеялась, что её атака также заставит визави замедлить натиск. И лишь взяв себя в руки она поудобнее перехватит саблю, вновь залечивая раны своего однозначно эффективного доспеха и сосредотачивая внимания на оппоненте. Всё ещё готова. Всё ещё в строю. Всё ещё жаждет победы.
И если Карна провожал её взглядом до самого конца, то он увидит, как доспех в месте повреждения сначала становится жидким, а затем моментально твердеет, словно море выравнивало свою поверхность после попадания камня. Возможно, он найдёт в этом определенную иронию? Всё же, они оба были владельцами весьма необычного снаряжения, пусть Вильгельма и использовала для этого силу в каком-то смысле ужасающего фрукта.
Исход всё ещё не определен, ранения не критичны, оба способны продолжать бой. Кто же приблизится к победе первым?
[id29752100:bp-36291248_262200|Илья]
Мировой босс: Карна
От локтя до кисти и плеча – по руке мужчины хлестала дрожь, рожденная ударом Вильгельмы. Несмотря на то, что ей не удалось выбить суставы и уж тем более разломать локоть надвое, но всё равно атака с использованием прочной гарды оказалась весьма удачной, при том оружие добавляло весу. Но с этим можно свыкнуться, стоит немного прибавить усилий к хватке, а через время болезненное ощущение и вовсе пройдет, так что Карна не концентрировал на этом своё внимание, словно отмахнулся от лёгкой пощечины. А вот что действительно приносило существенный дискомфорт, так это кол из крови, торчащий у него из зазора между нагрудником и шеей. Ранение понемногу кровоточило, однако альбинос разумно решил не выдергивать кол, дабы не усугублять повреждение, и только это помогало спастись от обильной кровопотери, чего не скажешь о состоянии ранения. Края травмы слегка разворотило этим шипом, да и постоянная нагрузка, оказываемая телом при атакующих движениях и маневрах, лучше не делала. Что до крови, его собственной, то рассеченный подбородок и простреленная по касательной щека выпускали из тела куда больше алой жидкости, заливая золотое снаряжение новым оттенком.
И всё же мужчина старался удерживать стабильное дыхание, не лишая самого себя возможности сражаться на износ, и как только отбился от противницы в ближнем бою, слегка оттолкнув на метр-другой, не сорвался в последующее наступление. Свыкнуться с дрожью в руке, стабилизировать дыхание, погасить ноющие позывы от ран на лице… Он потратил время на это. И ещё – постарался разодрать застывшую кровь на левой стороне лица, освобождая наконец и левый глаз. Он видел чуть мутнее, потому как оказался залит кровью, при том, вероятно, и собственной, но это лучше, чем мрак перед взором.
Как и ожидалось, алые доспехи лейтенанта – это не какая-то дорогая вещица, а в действительности часть её собственных способностей, поскольку они вновь восстановили целостность, в этот раз уже на глазах у копьеносца. Иметь дело с фруктовиком, – неважно, какими способностями тот располагает, всегда труднее, чем если бы Карна бился против кого-то с мечом или даже хорошим ружьём. Неподвластная обычному человеку сила становится весомым подспорьем и обязательно сыграет свою роль в какой-нибудь ситуации. И это уже произошло.
Но.
«Фруктовики тоже не бессмертны. Она своё уже получила, мне нельзя ошибаться. От того и интереснее.» – Бегло мыслил преступник, делая первое атакующее движение в новом раунде боя. Его руки твёрдо держали копьё в момент резкого укола вперёд, в то же время бёдра провернулись в полукруговом движении, добавляя скорости для атаки. Древко с заостренным золотым наконечником выбросилось по направлению к груди Вильгельмы, когда мужчина оказался на нужном расстоянии. Теперь он пользовался своим преимуществом по полной, поскольку длина копья Карны превышала два метра – подобная дистанция позволяла бить соперника, исключая прямую контратаку.
Мировой босс: Карна
От локтя до кисти и плеча – по руке мужчины хлестала дрожь, рожденная ударом Вильгельмы. Несмотря на то, что ей не удалось выбить суставы и уж тем более разломать локоть надвое, но всё равно атака с использованием прочной гарды оказалась весьма удачной, при том оружие добавляло весу. Но с этим можно свыкнуться, стоит немного прибавить усилий к хватке, а через время болезненное ощущение и вовсе пройдет, так что Карна не концентрировал на этом своё внимание, словно отмахнулся от лёгкой пощечины. А вот что действительно приносило существенный дискомфорт, так это кол из крови, торчащий у него из зазора между нагрудником и шеей. Ранение понемногу кровоточило, однако альбинос разумно решил не выдергивать кол, дабы не усугублять повреждение, и только это помогало спастись от обильной кровопотери, чего не скажешь о состоянии ранения. Края травмы слегка разворотило этим шипом, да и постоянная нагрузка, оказываемая телом при атакующих движениях и маневрах, лучше не делала. Что до крови, его собственной, то рассеченный подбородок и простреленная по касательной щека выпускали из тела куда больше алой жидкости, заливая золотое снаряжение новым оттенком.
И всё же мужчина старался удерживать стабильное дыхание, не лишая самого себя возможности сражаться на износ, и как только отбился от противницы в ближнем бою, слегка оттолкнув на метр-другой, не сорвался в последующее наступление. Свыкнуться с дрожью в руке, стабилизировать дыхание, погасить ноющие позывы от ран на лице… Он потратил время на это. И ещё – постарался разодрать застывшую кровь на левой стороне лица, освобождая наконец и левый глаз. Он видел чуть мутнее, потому как оказался залит кровью, при том, вероятно, и собственной, но это лучше, чем мрак перед взором.
Как и ожидалось, алые доспехи лейтенанта – это не какая-то дорогая вещица, а в действительности часть её собственных способностей, поскольку они вновь восстановили целостность, в этот раз уже на глазах у копьеносца. Иметь дело с фруктовиком, – неважно, какими способностями тот располагает, всегда труднее, чем если бы Карна бился против кого-то с мечом или даже хорошим ружьём. Неподвластная обычному человеку сила становится весомым подспорьем и обязательно сыграет свою роль в какой-нибудь ситуации. И это уже произошло.
Но.
«Фруктовики тоже не бессмертны. Она своё уже получила, мне нельзя ошибаться. От того и интереснее.» – Бегло мыслил преступник, делая первое атакующее движение в новом раунде боя. Его руки твёрдо держали копьё в момент резкого укола вперёд, в то же время бёдра провернулись в полукруговом движении, добавляя скорости для атаки. Древко с заостренным золотым наконечником выбросилось по направлению к груди Вильгельмы, когда мужчина оказался на нужном расстоянии. Теперь он пользовался своим преимуществом по полной, поскольку длина копья Карны превышала два метра – подобная дистанция позволяла бить соперника, исключая прямую контратаку.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)