Вы думали Арабаста жарка и опасна? Да по сравнению с этой огромной пустыней королевство Кобры просто детская песочница. А всё из-за её природных катаклизмов, которые тут бушуют вечно. Песчаные штормы? Это меньшее из ваших бед. Во-первых, когда вы попадаете в климатическую зоны острова, то вас ждёт два варианта разворачивания событий: почти штиль и зной, сильный ветер с пылью. Во-вторых, этот ветер может просто выбросить вас вместе с судном на остров.
Ваш курорт разнообразит так же нестабильный пейзаж. Гигантские постоянно двигающиеся барханы, достигающие в высоту порой не одну сотню метров и длинной во многие километры, ведут себя как волны в шторм — порой на ногах даже устоять нельзя, поэтому будьте осторожны, иначе рискуете быть заживо погребённым под десятками тонн песка. Двигаясь, эти песчаные моря вытачивают камни и делают их острее всяких сабель, так что при очередном порыве ветра из земли могут выйти каменные шпили и скалы длинной не в один метр. А может даже и копья застывшей в пути армии непонятного кого. Новинкой сезона служат попавшие сюда судна, которые могут вас прихлопнуть. Довольно любопытный факт — в центре можно часто наблюдать чёрное облако, чей вид становится ещё мрачнее, когда она мечет молнии. На дождь не надейтесь, здесь нет ни единого источника воды, а из-за холодных течений — сухо. Разве что из трупов.
Надо ли говорить, что здесь водятся опасные животные? Естественно. Обратите внимание на вон того скорпиона и варана, размером с тех, кто обитал на архипелаге Шики? В при этом стоит заметить, что все они имеют чёрную окраску и довольно интересные светящиеся области на них, словно это ожившие созвездия. Убить их не так легко, тем более, что здесь их просто уйма. Порой они сталкиваются с главными мифическими созданиями этой безжалостной пустыни - хранителями императора Азириса, что обитает где-то в пирамидах, скрытых в самом центре острова. Поговаривают, что оттуда еще никто не возвращался.
Порой пески могут оголить огромную крепость из песка, где проживает королева этого острова — Эрида, богиня лжи, обмана и хаоса — и, возможно, её народ. Считается, что у неё есть некая демоническая сила, позволяющая вытворять такие чудеса на острове.
Азирис и Эрида ведут борьбу уже очень давно и никто не желает отступать. И если первому подконтрольна территория в центре острова, то вторая захватила пески вокруг и постепенно пытается сжать в тисках императора, удушив его.
ONE PIECE RP ·
[Гранд Лайн, 7 путь] Шурима. 6-ой остров.
Дирижабль Непрощенный ______________________________>
Карри выбралась на небольшую смотровую площадку на "корме" жилого отсека дирижабля, предчувствуя грозу. Это была первая гроза за долгое время, и нюх подсказывал ей - последняя за еще более долгое.
Девушка поначалу стояла, вжавшись в стену и глядя, как молнии вокруг освещают собой облака. Одно за другим, вспарывая воздух и, как кажется - вот вот собираясь ударить прямо в один из винтов дирижабля.
Но, когда зашумел дождь, девушка хотела бы уйти. Не стала. Легла на палубе, раскинув руки в стороны и уставившись в мутную глубину говорливого неба. Дождь был теплый, жадный, он очень быстро заполнил собой всю палубу и вымочил Оленуху до нитки, но это, кажется, нисколько ее не пугало. Она наслаждалась им, зачерпывала ладонями воду и давала ей стекать вниз по пальцам, по руке, к телу.
Тогда, несколько дней назад, она заперлась в каюте. Лемм пытался узнать, нет ли в этом его вины, но Карри доходчиво объяснила, что видеть никого не желает.
Не ела день. Не читала, не пела, не рисовала. Только молча пялилась в стену, пытаясь понять, как вообще можно было забыть... Ее ли это вообще память. Чему в себе верить, а чему нет.
Но сейчас, кажется, от этого не осталось ни следа. Букер в ночь явился, бесшумно вскрыл дверь, объяснив это тем, что пришел познакомиться. Надо же, целый дирижабль сумасшедших и беспардонных... Карри он понравился, как человек. Он показал ей одну из зарисовок и сказал, что дирижабль тоже нуждается в уходе, который он и обеспечит со временем.
"- Во что верить, Букер?" - внезапно спросила она тогда, переводя взгляд с его рук и карандаша на стену. На ней была нарисована ее собственной рукой конусообразная гора, за которую закатывалось фиолетовое солнце. Она даже не помнила, когда нарисовала это.
"= Во что хотите. Можете в то, что видите. Или в то, что чувствуете. Можно в дом или в какого-нибудь бога. Или вообще не верить. Жить просто потому, что хочется, а не за каким-то тайным смыслом."
Карри приподнялась, уселась по-турецки. Дождь еще даже не шел на спад, ее волосы разметались по плечам, промоченные насквозь и начавшие завиваться. Они порядком отросли с той поры, как она их стригла. Еще дома.
- Он надеялся, что у нас нет ключа. Но вряд ли не знал, что всегда найдется хороший взломщик или вор... так что же. Вдруг он все же ошибся и ее там нет? А если есть... Тогда зачем я стремлюсь туда попасть.
Теплые капли дождя стекали по губам, исчезая затем в полутьме, теплые капли дождя забирались за ворот и щекотали спину. Даже рогам, которые почему-то Карри оставила при себе, был приятен этот дождь, словно мягкое одеяло.
Но скоро и ему придется завершиться, а дирижаблю - вынырнуть в жару и песок коварной Шуримы.
Карри выбралась на небольшую смотровую площадку на "корме" жилого отсека дирижабля, предчувствуя грозу. Это была первая гроза за долгое время, и нюх подсказывал ей - последняя за еще более долгое.
Девушка поначалу стояла, вжавшись в стену и глядя, как молнии вокруг освещают собой облака. Одно за другим, вспарывая воздух и, как кажется - вот вот собираясь ударить прямо в один из винтов дирижабля.
Но, когда зашумел дождь, девушка хотела бы уйти. Не стала. Легла на палубе, раскинув руки в стороны и уставившись в мутную глубину говорливого неба. Дождь был теплый, жадный, он очень быстро заполнил собой всю палубу и вымочил Оленуху до нитки, но это, кажется, нисколько ее не пугало. Она наслаждалась им, зачерпывала ладонями воду и давала ей стекать вниз по пальцам, по руке, к телу.
Тогда, несколько дней назад, она заперлась в каюте. Лемм пытался узнать, нет ли в этом его вины, но Карри доходчиво объяснила, что видеть никого не желает.
Не ела день. Не читала, не пела, не рисовала. Только молча пялилась в стену, пытаясь понять, как вообще можно было забыть... Ее ли это вообще память. Чему в себе верить, а чему нет.
Но сейчас, кажется, от этого не осталось ни следа. Букер в ночь явился, бесшумно вскрыл дверь, объяснив это тем, что пришел познакомиться. Надо же, целый дирижабль сумасшедших и беспардонных... Карри он понравился, как человек. Он показал ей одну из зарисовок и сказал, что дирижабль тоже нуждается в уходе, который он и обеспечит со временем.
"- Во что верить, Букер?" - внезапно спросила она тогда, переводя взгляд с его рук и карандаша на стену. На ней была нарисована ее собственной рукой конусообразная гора, за которую закатывалось фиолетовое солнце. Она даже не помнила, когда нарисовала это.
"= Во что хотите. Можете в то, что видите. Или в то, что чувствуете. Можно в дом или в какого-нибудь бога. Или вообще не верить. Жить просто потому, что хочется, а не за каким-то тайным смыслом."
Карри приподнялась, уселась по-турецки. Дождь еще даже не шел на спад, ее волосы разметались по плечам, промоченные насквозь и начавшие завиваться. Они порядком отросли с той поры, как она их стригла. Еще дома.
- Он надеялся, что у нас нет ключа. Но вряд ли не знал, что всегда найдется хороший взломщик или вор... так что же. Вдруг он все же ошибся и ее там нет? А если есть... Тогда зачем я стремлюсь туда попасть.
Теплые капли дождя стекали по губам, исчезая затем в полутьме, теплые капли дождя забирались за ворот и щекотали спину. Даже рогам, которые почему-то Карри оставила при себе, был приятен этот дождь, словно мягкое одеяло.
Но скоро и ему придется завершиться, а дирижаблю - вынырнуть в жару и песок коварной Шуримы.
[id213233084:bp-36291248_203905|Аладей],
Во время полёта рыжий тоже особой активностью не отличался. В основном все время спал, восстанавливая силы после сражения со Свадами и готовя себя ко встречи с неизвестностью. Лишь одним вечером он прервал своё апатичное существование. На связь вышел Стабб, а флот показался в пределах прямой видимости. Герцог снизил скорость и высоту «Непрощенного», вылетел в люк и приземлился на палубе «Невинности». Узнав о причине смены курса и о том, куда лежит путь теперь, Стабб повёл своего начальника в трюм. По пути музыкант выслушал новости о том, что некоторые матросы недовольны фактом наличия гроба с трупом внутри на корабле.
-Сообщи всем о том, слишком верящие в плохие приметы смогут сойти в следующем порту, - сухо ответил рыжий. - А те, кто решиться остаться, но продолжит своим речами подрывать моральный дух команды, те поплатятся. Ты нашёл футляр, о котором я просил?
=Именной такой - нет, но вот этот похож. Знать бы ещё для чего он, может быть я бы подобрал чего получше.
-Этот подойдёт.
Взяв чёрную коробочку размером с кулак, Герцог раскрыл ее и прощупал пальцем все внутри. Она была полностью обита мягким материалом, эдакая комната психушки для мухи.
-Стой здесь.
=С радостью.
Войдя в отсек трюма и закрыв за собой дверь, он тут же направился к единственному предмету внутри. К стальному гробу. Поставив футляр на пол рядом, мужчина открыл два засова. Рыжий одной рукой отбросил крышку, другой прикрывая рот и нос. Запах разложения уже присутствовал.
-Плохо выглядишь, старый друг. Но, как бы то ни было, я не мог бросить тебя на всеми забытом острове. Я похороню тебя со всеми остальными. Но у тебя есть кое-что чужое.
Фруктовик превратил свою руку в руку человека-стервятника с длинными когтями на пальцах. Отодвинув веки, он вставил когти в глазницу и вытащил то, во что превратился глаз кучера, после чего перерезал все нервы, соединяющие его с мозгом. Глазное яблоко после вмешательства инородных сил стало куда более крепким, потому Герцог не беспокоился о том, что оно растечется у него по ладони, однако хранить его предпочёл в мягком контейнере. Закрыв крышку гроба и попрощавшись со Стаббом, музыкант вернулся на дирижабль. Там он продолжил свое ничегонеделанье, прервавшись разве что на небольшой медицинский осмотр, на котором настояла Криста. Призывом к возобновлению активных действий стал дождь, под которым решила искупаться Карри. Герцог возник позади неё, скрываясь под большим серым зонтом.
-Вот мы, ведомые костлявой рукой судьбы, почти и на месте. Твоя решимость узнать тайны Шуримы все так же непоколебима?
Во время полёта рыжий тоже особой активностью не отличался. В основном все время спал, восстанавливая силы после сражения со Свадами и готовя себя ко встречи с неизвестностью. Лишь одним вечером он прервал своё апатичное существование. На связь вышел Стабб, а флот показался в пределах прямой видимости. Герцог снизил скорость и высоту «Непрощенного», вылетел в люк и приземлился на палубе «Невинности». Узнав о причине смены курса и о том, куда лежит путь теперь, Стабб повёл своего начальника в трюм. По пути музыкант выслушал новости о том, что некоторые матросы недовольны фактом наличия гроба с трупом внутри на корабле.
-Сообщи всем о том, слишком верящие в плохие приметы смогут сойти в следующем порту, - сухо ответил рыжий. - А те, кто решиться остаться, но продолжит своим речами подрывать моральный дух команды, те поплатятся. Ты нашёл футляр, о котором я просил?
=Именной такой - нет, но вот этот похож. Знать бы ещё для чего он, может быть я бы подобрал чего получше.
-Этот подойдёт.
Взяв чёрную коробочку размером с кулак, Герцог раскрыл ее и прощупал пальцем все внутри. Она была полностью обита мягким материалом, эдакая комната психушки для мухи.
-Стой здесь.
=С радостью.
Войдя в отсек трюма и закрыв за собой дверь, он тут же направился к единственному предмету внутри. К стальному гробу. Поставив футляр на пол рядом, мужчина открыл два засова. Рыжий одной рукой отбросил крышку, другой прикрывая рот и нос. Запах разложения уже присутствовал.
-Плохо выглядишь, старый друг. Но, как бы то ни было, я не мог бросить тебя на всеми забытом острове. Я похороню тебя со всеми остальными. Но у тебя есть кое-что чужое.
Фруктовик превратил свою руку в руку человека-стервятника с длинными когтями на пальцах. Отодвинув веки, он вставил когти в глазницу и вытащил то, во что превратился глаз кучера, после чего перерезал все нервы, соединяющие его с мозгом. Глазное яблоко после вмешательства инородных сил стало куда более крепким, потому Герцог не беспокоился о том, что оно растечется у него по ладони, однако хранить его предпочёл в мягком контейнере. Закрыв крышку гроба и попрощавшись со Стаббом, музыкант вернулся на дирижабль. Там он продолжил свое ничегонеделанье, прервавшись разве что на небольшой медицинский осмотр, на котором настояла Криста. Призывом к возобновлению активных действий стал дождь, под которым решила искупаться Карри. Герцог возник позади неё, скрываясь под большим серым зонтом.
-Вот мы, ведомые костлявой рукой судьбы, почти и на месте. Твоя решимость узнать тайны Шуримы все так же непоколебима?
[id19482413:bp-36291248_203916|Максимъ],
- Иногда я скучаю по Бобби. Ну, если не учитывать... Ладно, витиевато будет звучать. Я скучаю по тому, каким славным болваном он был. Хотя, теперь ведь функцию славного болвана выполняет Лемм. Но мечи ему в руки лучше все же не давать.
Облака начали светлеть, пронизанные тонкими нитями солнечного света. Тонкими - но уже жаркими, как ощутила это воровка, когда они пали на ее оголенные плечи и лицо. Девушка повернулась к Герцогу и с улыбкой покачала головой, представляя, как ему наверное не по вкусу эта погода. Раньше ей тоже она была непривычна, всякий дождь казался серым и промозглым, а вот теперь стекающие по ресницам теплые крупные капли, запутавшийся в волосах ливень, промокшая насквозь и прилипшая к телу одежда - все это было куда приятнее, чем липкая кровь, которая пристала уже по ощущениям не столько к телу, сколько прямо к душе.
Дождь окончательно исчез, сменившись ярким, умытым солнцем. Карри поднялась на ноги и подошла к Рыжему, аккуратно извлекла рукоятку зонта из его рук. Закрыв его и отряхнув от капель, она наконец ответила на его вопрос.
- Как никогда, Герцог. Старик в Логтауне говорил про какое-то королевство. Но теперь я уверена, что имел в виду он именно ее. Аметистовую. Еще он говорил, что что-то должно измениться, если я туда попаду. Так что меня теперь оттуда никаких гхыром не выманишь.
Девушка выставила ладонь под солнечный луч. Он уже заметно припекал, высушивая влагу, оставшуюся от дождя. Н-да, может статься так, что даже для выходца с пустынного острова жар Шуримы будет нестерпим.
- Я мало знаю о Шуриме. Знаю, что будет жарко, что с водой беда... Что дирижабль лучше оставить над морем. Чем мы с тобой сейчас, кстати, и займемся. Но я не знаю, что и кто может нас там поджидать. А таблеток у меня осталось две штуки.
Замявшись немного, Карри смяла в пальцах небольшой пустой листок, совсем недавно украденный у Букера. Он что-то мог бы на нем нарисовать, но иногда воровке было проще спереть что-то бессмысленное, чем сдержаться.
- Ну и как же без недобрых предчувствий. Тем не менее, те два закадычных врага считали, что ты в курсе, какова Аметистовая и что с ней не так.
- Иногда я скучаю по Бобби. Ну, если не учитывать... Ладно, витиевато будет звучать. Я скучаю по тому, каким славным болваном он был. Хотя, теперь ведь функцию славного болвана выполняет Лемм. Но мечи ему в руки лучше все же не давать.
Облака начали светлеть, пронизанные тонкими нитями солнечного света. Тонкими - но уже жаркими, как ощутила это воровка, когда они пали на ее оголенные плечи и лицо. Девушка повернулась к Герцогу и с улыбкой покачала головой, представляя, как ему наверное не по вкусу эта погода. Раньше ей тоже она была непривычна, всякий дождь казался серым и промозглым, а вот теперь стекающие по ресницам теплые крупные капли, запутавшийся в волосах ливень, промокшая насквозь и прилипшая к телу одежда - все это было куда приятнее, чем липкая кровь, которая пристала уже по ощущениям не столько к телу, сколько прямо к душе.
Дождь окончательно исчез, сменившись ярким, умытым солнцем. Карри поднялась на ноги и подошла к Рыжему, аккуратно извлекла рукоятку зонта из его рук. Закрыв его и отряхнув от капель, она наконец ответила на его вопрос.
- Как никогда, Герцог. Старик в Логтауне говорил про какое-то королевство. Но теперь я уверена, что имел в виду он именно ее. Аметистовую. Еще он говорил, что что-то должно измениться, если я туда попаду. Так что меня теперь оттуда никаких гхыром не выманишь.
Девушка выставила ладонь под солнечный луч. Он уже заметно припекал, высушивая влагу, оставшуюся от дождя. Н-да, может статься так, что даже для выходца с пустынного острова жар Шуримы будет нестерпим.
- Я мало знаю о Шуриме. Знаю, что будет жарко, что с водой беда... Что дирижабль лучше оставить над морем. Чем мы с тобой сейчас, кстати, и займемся. Но я не знаю, что и кто может нас там поджидать. А таблеток у меня осталось две штуки.
Замявшись немного, Карри смяла в пальцах небольшой пустой листок, совсем недавно украденный у Букера. Он что-то мог бы на нем нарисовать, но иногда воровке было проще спереть что-то бессмысленное, чем сдержаться.
- Ну и как же без недобрых предчувствий. Тем не менее, те два закадычных врага считали, что ты в курсе, какова Аметистовая и что с ней не так.
[id213233084:bp-36291248_203917|Аладей],
-Свято место славного болвана долго пусто не бывает. Хотя я вот по Бобби не скучаю. Уж больно глупо я себя в его шкуре ощущал.
Оказавшись без своего зонтика, поднял голову к небу, желая убедиться в том, что оттуда и правда больше не льёт. Лишь пара капель, задержавшихся там вверху, упала на его лицо, после чего он провёл рукой по волосам.
-Я помню, да. Ты ещё принесла мне от того старика сигареты. Отлично помню. И это в очередной раз заставляет проснуться внутри меня очень неприятному чувству.
Подойдя ближе к краю смотровой площадки, Герцог оперся рукой о ограждение и закурил.
-У меня идеальная память, с другой мой фрукт сильно теряет в полезности. Я знаю очень многое, про сотни островов в океане. Но не про этот. И все же когда я узнаю хоть что-то, то точно осознаю - я знал это уже очень давно. И это не касается не только самой Шуримы. С тех пор как мы оказались среди беженцев Бладроаста каждое наше действие отдаётся во мне эхом. Эхом забытого прошлого думал я по-началу. Но нет! Это память о том, что грядёт. Джеронимо и Буч были правы - я знаю о тюрьме. Знаю, что нас там ждёт. Но не помню.
-Свято место славного болвана долго пусто не бывает. Хотя я вот по Бобби не скучаю. Уж больно глупо я себя в его шкуре ощущал.
Оказавшись без своего зонтика, поднял голову к небу, желая убедиться в том, что оттуда и правда больше не льёт. Лишь пара капель, задержавшихся там вверху, упала на его лицо, после чего он провёл рукой по волосам.
-Я помню, да. Ты ещё принесла мне от того старика сигареты. Отлично помню. И это в очередной раз заставляет проснуться внутри меня очень неприятному чувству.
Подойдя ближе к краю смотровой площадки, Герцог оперся рукой о ограждение и закурил.
-У меня идеальная память, с другой мой фрукт сильно теряет в полезности. Я знаю очень многое, про сотни островов в океане. Но не про этот. И все же когда я узнаю хоть что-то, то точно осознаю - я знал это уже очень давно. И это не касается не только самой Шуримы. С тех пор как мы оказались среди беженцев Бладроаста каждое наше действие отдаётся во мне эхом. Эхом забытого прошлого думал я по-началу. Но нет! Это память о том, что грядёт. Джеронимо и Буч были правы - я знаю о тюрьме. Знаю, что нас там ждёт. Но не помню.
[id19482413:bp-36291248_203921|Максимъ],
- Значит, нас там ждет что-то по-настоящему странное. Вот прям... даже страннее, чем это было в месте, в котором океан на позиции неба находится. А, так как там всего лишь пустыня, остров не покрывает свои баллы по странности и отыгрываться придется одной аметистовой яме.
Карри все еще улыбалась. Причем, сложно было сказать, почему именно. То ли она окончательно решила, что помирать - так с музыкой, то ли приняла взвешенное решение вообще не помирать, а то и коварно претендовать на бессмертие. В компании Герцога это почти не представлялось возможным, но воровку мало заботила ее собственная незаметность. Хотя бы потому, что она развязывала ей руки.
Дирижабль дернулся всем своим гигантским телом, как конь, которого ужалило несколько слепней сразу. Непрощенного обдало волной жаркого до изнеможения воздуха, который сдувало с Шуримы. Они приближались и уже даже со смотровой площадки было видно пламенеющий кусок земли, необозримый, настолько большой.
- Только об одном попрошу тебя, Герцог. Не пропадай. Я не могу обещать, что справлюсь одна, не потеряв при этом что-то важное. Для тебя.
Сделав короткий, но сильный выдох, как будто наконец сказав что-то, до этого долго жившее в мыслях, Карри стерла с лица улыбку и направилась в сторону рубки. На это много времени не потребовалось, поскольку спустя минуту голос первого пилота цеппелина уже разносился по всем помещениям:
- Всем приготовиться к остановке, позиция - над морем, прямо над палубой "Невинности". Лемм следит за курсом, Букер занимается ремонтом тех частей, на которые хватит деталей в запасе. Все остальные - под командование Герцога и на его усмотрение.
На ходу надевая длинный светлый плащ с капюшоном, Оленуха сщелкнула тумблер, запускающий программу зависания. Расход топлива переходил на минимум, но сажать Непрощенного на самой Шуриме - идея откровенно глупая, поскольку вероятность удачного последующего подъема может колебаться от семидесяти процентов до ровного и категоричного "ни гхыра".
Запустив еще и проверку всех бортовых систем, которую накладно было запускать при возможной необходимости срочного подъема, девушка зашнуровала высокие сапоги и достала из бардачка очки. Вторые такие она устроила на втором пилотском кресле, так же как и второй плащ - все это по ее просьбе заготовили на Футоши... абсолютно бесплатно. Но она думала, что пригодятся эти вещи гораздо позже.
- Значит, нас там ждет что-то по-настоящему странное. Вот прям... даже страннее, чем это было в месте, в котором океан на позиции неба находится. А, так как там всего лишь пустыня, остров не покрывает свои баллы по странности и отыгрываться придется одной аметистовой яме.
Карри все еще улыбалась. Причем, сложно было сказать, почему именно. То ли она окончательно решила, что помирать - так с музыкой, то ли приняла взвешенное решение вообще не помирать, а то и коварно претендовать на бессмертие. В компании Герцога это почти не представлялось возможным, но воровку мало заботила ее собственная незаметность. Хотя бы потому, что она развязывала ей руки.
Дирижабль дернулся всем своим гигантским телом, как конь, которого ужалило несколько слепней сразу. Непрощенного обдало волной жаркого до изнеможения воздуха, который сдувало с Шуримы. Они приближались и уже даже со смотровой площадки было видно пламенеющий кусок земли, необозримый, настолько большой.
- Только об одном попрошу тебя, Герцог. Не пропадай. Я не могу обещать, что справлюсь одна, не потеряв при этом что-то важное. Для тебя.
Сделав короткий, но сильный выдох, как будто наконец сказав что-то, до этого долго жившее в мыслях, Карри стерла с лица улыбку и направилась в сторону рубки. На это много времени не потребовалось, поскольку спустя минуту голос первого пилота цеппелина уже разносился по всем помещениям:
- Всем приготовиться к остановке, позиция - над морем, прямо над палубой "Невинности". Лемм следит за курсом, Букер занимается ремонтом тех частей, на которые хватит деталей в запасе. Все остальные - под командование Герцога и на его усмотрение.
На ходу надевая длинный светлый плащ с капюшоном, Оленуха сщелкнула тумблер, запускающий программу зависания. Расход топлива переходил на минимум, но сажать Непрощенного на самой Шуриме - идея откровенно глупая, поскольку вероятность удачного последующего подъема может колебаться от семидесяти процентов до ровного и категоричного "ни гхыра".
Запустив еще и проверку всех бортовых систем, которую накладно было запускать при возможной необходимости срочного подъема, девушка зашнуровала высокие сапоги и достала из бардачка очки. Вторые такие она устроила на втором пилотском кресле, так же как и второй плащ - все это по ее просьбе заготовили на Футоши... абсолютно бесплатно. Но она думала, что пригодятся эти вещи гораздо позже.
[id213233084:bp-36291248_203922|Аладей],
- Если бы я мог пообещать тебе не исчезать, отправляясь в созданные больным мозгом измерения, то сделал бы это с огромной радостью. Но имеем что имеем.
Он развел руками, а когда Карри ушла, то остался на площадке. Прежде всего, чтобы докурить сигарету, а вместе с этим рассмотреть открывающиеся с высоты пустынные просторы.
«Меня терзают смутные предчувствия»
Жара уже подбиралась. Она была всё ближе и ближе, а скоро в неё придётся окунуться с головой. Лучше бы уж этот дождь не заканчивался. Герцог развернулся и потопал во внутрь. Путь его лежал в одну из кают. Там музыкант заприметил ранее шкаф с чьей-то одеждой. Женской, мужской, для взрослых и детей. Кто это всё сюда натащил – вопрос без ответа. Пока что, а может и навсегда. Фруктовик взял две кепки, две курки (зимнюю и осеннюю), две пары шорт, футболку и майку-алкашку. С этим всем добром он направился к Кристе. Врачевательница, что совершенно не удивительно, встретила своего пациента недоумевающим взглядом. Ей на секунду подумалось, что к его недугам добавилось расстройство разума средней тяжести.
- Одевайся.
= Рыжий…
- Не спрашивай, просто делай.
Пришлось повиноваться. Музыкант вышел за дверь, а когда доктор разрешила войти, то предстала во всём этом безобразии и своих ботинках.
- Отлично. Теперь моя очередь.
Герцог нацепил на себя то, что не стала надевать Криста. Войди кто сейчас к ним в каюту – точно бы на дирижабль больше ногой не ступил. Но долго они в таком виде не пробыли. Фруктовик коснулся лица врачевательницы, после чего они оба облачились в одежды бедуинов.
= Теперь надо найти путеводную звезду, - спросила Криста, отбрасывая с лица куфию. = И следовать за ней к обещанному младенцу.
- Что?
= Да так, в одной сказке было что-то похожее.
- Хм. Собери свои вещи в рюкзак.
Мужчина так же одежду свою сложил в заплечную сумку. Чуть позже двое странников пустыни заявились в рубку.
- Если бы я мог пообещать тебе не исчезать, отправляясь в созданные больным мозгом измерения, то сделал бы это с огромной радостью. Но имеем что имеем.
Он развел руками, а когда Карри ушла, то остался на площадке. Прежде всего, чтобы докурить сигарету, а вместе с этим рассмотреть открывающиеся с высоты пустынные просторы.
«Меня терзают смутные предчувствия»
Жара уже подбиралась. Она была всё ближе и ближе, а скоро в неё придётся окунуться с головой. Лучше бы уж этот дождь не заканчивался. Герцог развернулся и потопал во внутрь. Путь его лежал в одну из кают. Там музыкант заприметил ранее шкаф с чьей-то одеждой. Женской, мужской, для взрослых и детей. Кто это всё сюда натащил – вопрос без ответа. Пока что, а может и навсегда. Фруктовик взял две кепки, две курки (зимнюю и осеннюю), две пары шорт, футболку и майку-алкашку. С этим всем добром он направился к Кристе. Врачевательница, что совершенно не удивительно, встретила своего пациента недоумевающим взглядом. Ей на секунду подумалось, что к его недугам добавилось расстройство разума средней тяжести.
- Одевайся.
= Рыжий…
- Не спрашивай, просто делай.
Пришлось повиноваться. Музыкант вышел за дверь, а когда доктор разрешила войти, то предстала во всём этом безобразии и своих ботинках.
- Отлично. Теперь моя очередь.
Герцог нацепил на себя то, что не стала надевать Криста. Войди кто сейчас к ним в каюту – точно бы на дирижабль больше ногой не ступил. Но долго они в таком виде не пробыли. Фруктовик коснулся лица врачевательницы, после чего они оба облачились в одежды бедуинов.
= Теперь надо найти путеводную звезду, - спросила Криста, отбрасывая с лица куфию. = И следовать за ней к обещанному младенцу.
- Что?
= Да так, в одной сказке было что-то похожее.
- Хм. Собери свои вещи в рюкзак.
Мужчина так же одежду свою сложил в заплечную сумку. Чуть позже двое странников пустыни заявились в рубку.
[id19482413:bp-36291248_203950|Максимъ],
- Спешу вас обрадовать, на Невинности нас сочтут дебилами. Но, зато, скоро осознают свою вопиющую неправоту!
Зрелище, конечно, было интересное. К сожалению, Оленухе не довелось наблюдать процесс одевания Кристы в капустку, уж она то бы позабавилась на эту тему, настолько удивительно-интригующим зрелищем это обязано было статься в глазах оленячьих.
Что ж, теперь все выглядело слишком обычно и просто (по крайней мере для того, кто в подобном пустынном виде чуть ли не за грибами каждые выходные собирался), так что Карри ухмыльнулась безо всякого возможного подтекста, ухмылок таких хоть горстями собирай по любому восточному базару.
- Мм, раз Криста идет с нами - значит, поступим вот так. - девица отвлеклась от шнуровки и сняла с себя очки, тут же оперативненько присобачив их на врачевательницу. Вторые, извлеченные из бардачка, девушка столь же оперативно напялила на Рыжего.
Сама же она забралась не то, что в бардачок, кажется, в самые недра сущности Непрощенного, сосредоточенные в пульте управления. Чуть ли не с ногами забравшись в какое-то припольное отделение, воровка извлекла нечто, напоминающее монокль - не столько темное, сколько какое-то... радужное?
И, использовав цепочку, на которой когда-то висела дорогая ее сердцу монета с дыркой - символ благосклонности Фортуны - Карри повесила сей странный предмет на шею, а лицо замотала синей тканью.
- Вы воду то хоть взяли, умники? - девушка вновь вернулась к сапогам, по ходу сщелкнув еще один тумблер, который прикрывал большую часть смотровых окон чем-то вроде штор, только из пластинок. Бронебойными их не назовешь, а жаль, такая классная штука была бы в бою при зависании.
Карри воду взяла. В небольшом рюкзаке всего-то и было, что еще один бесформенный отрез ткани, немного еды, вода и патроны.
Она очень надеялась, что долго здесь быть не придется, но в то же время знала, что сможет найти что добыть даже в пустыне. Вернее, именно здесь она точно будет знать, что добывать можно, а что никак нельзя.
А вот с водой было интересно. В родных краях Карри бы точно знала, как ее добыть, когда и за какие шиши, причем не только звенящие, но и физико-моральные. Здесь пустыня могла послать девку такими горами и лесами, что век не разгадаешь, за что она тебя так ненавидит. Хотя, воды при Карри было достаточно даже для троих на несколько дней пути, хранить ее у одного точно не стоило.
Закончив с подготовкой, девушка открыла люк и сбросила лестницу. Съехав по ней, воровка неаккуратно приземлилась на чью-то голову и кое-как спрыгнула на фальшборт, тут же чуть для пущей прелести не выпав в море.
- Спешу вас обрадовать, на Невинности нас сочтут дебилами. Но, зато, скоро осознают свою вопиющую неправоту!
Зрелище, конечно, было интересное. К сожалению, Оленухе не довелось наблюдать процесс одевания Кристы в капустку, уж она то бы позабавилась на эту тему, настолько удивительно-интригующим зрелищем это обязано было статься в глазах оленячьих.
Что ж, теперь все выглядело слишком обычно и просто (по крайней мере для того, кто в подобном пустынном виде чуть ли не за грибами каждые выходные собирался), так что Карри ухмыльнулась безо всякого возможного подтекста, ухмылок таких хоть горстями собирай по любому восточному базару.
- Мм, раз Криста идет с нами - значит, поступим вот так. - девица отвлеклась от шнуровки и сняла с себя очки, тут же оперативненько присобачив их на врачевательницу. Вторые, извлеченные из бардачка, девушка столь же оперативно напялила на Рыжего.
Сама же она забралась не то, что в бардачок, кажется, в самые недра сущности Непрощенного, сосредоточенные в пульте управления. Чуть ли не с ногами забравшись в какое-то припольное отделение, воровка извлекла нечто, напоминающее монокль - не столько темное, сколько какое-то... радужное?
И, использовав цепочку, на которой когда-то висела дорогая ее сердцу монета с дыркой - символ благосклонности Фортуны - Карри повесила сей странный предмет на шею, а лицо замотала синей тканью.
- Вы воду то хоть взяли, умники? - девушка вновь вернулась к сапогам, по ходу сщелкнув еще один тумблер, который прикрывал большую часть смотровых окон чем-то вроде штор, только из пластинок. Бронебойными их не назовешь, а жаль, такая классная штука была бы в бою при зависании.
Карри воду взяла. В небольшом рюкзаке всего-то и было, что еще один бесформенный отрез ткани, немного еды, вода и патроны.
Она очень надеялась, что долго здесь быть не придется, но в то же время знала, что сможет найти что добыть даже в пустыне. Вернее, именно здесь она точно будет знать, что добывать можно, а что никак нельзя.
А вот с водой было интересно. В родных краях Карри бы точно знала, как ее добыть, когда и за какие шиши, причем не только звенящие, но и физико-моральные. Здесь пустыня могла послать девку такими горами и лесами, что век не разгадаешь, за что она тебя так ненавидит. Хотя, воды при Карри было достаточно даже для троих на несколько дней пути, хранить ее у одного точно не стоило.
Закончив с подготовкой, девушка открыла люк и сбросила лестницу. Съехав по ней, воровка неаккуратно приземлилась на чью-то голову и кое-как спрыгнула на фальшборт, тут же чуть для пущей прелести не выпав в море.
[id213233084:bp-36291248_203951|Аладей],
= Я взяла, - сказала Криста, показывая наполненный до верха полуторалитровый пузырь, в котором изначально хранился медицинский спирт. = Хотя, будь моя воля, высадилась бы с дирижабля прямо на город. На этом острове же есть город?
- Что-то похожее точно есть. Может даже найдём людей. Или кого-то их напоминающих.
Рыжий поправил очки, вытаскивая попавшие по их резинку волосы. Смотреть на мир сквозь линзы было непривычно, но Герцог все же решил довериться Оленухе. Жизнь в пустыне - это то немногое, в чём она действительно могла хоть немного разбираться. Мужчина резким движением вытащил из ножен «Прошлое». Взглянув на своё отражение на стали лезвия, он провёл по нему рукой. Этот меч тоже пришёл из кузницы, затерянной в песках.
«Надеюсь, в песке же ты и не сгинешь»
Криста Белл уже спустилась вслед за Карри, пока рыжий придавался размышлениям. Не только насчёт судьбы своего оружия, но и о том, во что вообще может вылиться посещение Шуримы. И не стоит ли ему развернуться пока не поздно. Его дело будет жить и без выяснения тайны этой огромной пустыни. Так и не определившись до конца с этим решением, он спрыгнул вниз и, держась за лестницу одной рукой, соскользнул вниз.
= Я взяла, - сказала Криста, показывая наполненный до верха полуторалитровый пузырь, в котором изначально хранился медицинский спирт. = Хотя, будь моя воля, высадилась бы с дирижабля прямо на город. На этом острове же есть город?
- Что-то похожее точно есть. Может даже найдём людей. Или кого-то их напоминающих.
Рыжий поправил очки, вытаскивая попавшие по их резинку волосы. Смотреть на мир сквозь линзы было непривычно, но Герцог все же решил довериться Оленухе. Жизнь в пустыне - это то немногое, в чём она действительно могла хоть немного разбираться. Мужчина резким движением вытащил из ножен «Прошлое». Взглянув на своё отражение на стали лезвия, он провёл по нему рукой. Этот меч тоже пришёл из кузницы, затерянной в песках.
«Надеюсь, в песке же ты и не сгинешь»
Криста Белл уже спустилась вслед за Карри, пока рыжий придавался размышлениям. Не только насчёт судьбы своего оружия, но и о том, во что вообще может вылиться посещение Шуримы. И не стоит ли ему развернуться пока не поздно. Его дело будет жить и без выяснения тайны этой огромной пустыни. Так и не определившись до конца с этим решением, он спрыгнул вниз и, держась за лестницу одной рукой, соскользнул вниз.
Сообщений игроков на странице: 9
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)