[Гранд Лайн, 7 путь] Океания. 2-ой остров.

[id213233084:bp-36291248_190761|Аладей],

«Черта с два она может его контролировать. Дура. Теперь тут целых два безумных монстра и ещё надо поразмыслить над тем, кто опасен больше»
Взмыв в небо, так и не коснувшись земли после уклонения от атаки древесного монстра, Герцог снял с шеи шарф и бросил его в низ. Он колол кожу, буквально раздирал её, и как Бобби только его носил? Кстати о монстрах… Эта форма Карри оказалась и впрямь устрашающей. Фрукт помог её выпустить настоящего зверя, дремлющего в юном теле. Настоящего демона, живущего в душе каждого. Нужно лишь уметь себе в этом признаться. Ужасно зажило солнце, святящее в спину – после всех перемещений рыжий оказался на улице, завис над головой двух гигантов. Сейчас это битва не для него, пока что.
«Хотя скопировать её облик было бы полезно. Но сначала неплохо было бы оценить, насколько она агрессивна… и агрессивна ли ко мне»
Враг, тот, кто им точно был, увидев достойного, во всяком случае, по размерам, противника заострил внимание на нём. Сделав несколько шагов вниз, по лестнице с куда менее крутыми ступенями, чем те, которые вели к месту заточения разбушевавшегося существа, и спустившись тем самым вниз, оно, теперь получившее свою силу, втянуло в себя все отростки, но за место них вырастило из своей правой руки огромный изогнутый меч, на вид, состоящий исключительно из травинок и веток. Удар им по каменным ступеням и оставшаяся там глубокая борозда показали, что клинок вполне дееспособен и смертоносен. Для толстой кожи формы Монстра тоже.

[id19482413:bp-36291248_190775|Максимъ],
Этот чертов громадный траводух, как же он бесил! Он сам добивался того, чтобы Карри пошла на все. Ей же надо было сдержать обещание, а с таким напором силы и величины сложно справиться, да и она для рыжего являлась скорее обузой, чем подспорьем. Но, видимо, сведения об этом самом "все" у зеленого врага были, мягко скажем, неполные... Или он не настолько хорошо понимал природу искусственно пробуждаемого зоана. Последняя форма не поддавалась никакому объяснению, а девчонка и вовсе впадала в состояние полного и всеобъемлющего безумия первый раз в жизни. Видимо, поэтому травяной гигант и сподобился на оружие: охотиться на монстров с голыми руками такое себе развлечение.
Но, склонившись над плитами и зарычав, огромный рогатый монстр, скрывший морду под длинными клочкастыми прядями, рванул вперед прямо под меч. Воздух ответил на выпад свистом, а после взорвался грохотом и столбом пыли и осколков плит, поскольку, едва не раскроив Оленухе череп, воин уронил острие меча в основание стены.
Храм рушился от каждого удара. Совершив очередной безумный выпад и схватив обеими руками воина за шею, рогатый монстр швырнул им в сторону, к несчастью, как раз в сторону рыжего, которого теперь Оленуха просто не замечала. Зеленый был целью гораздо большей, значимой, вызывающей ненависть.
Заставляющей с рычанием отнюдь не оленьим кидаться под оружие, даже если невероятный древесный клинок при этом распарывал бок. Меч застрял между ребер, а Оленуха сомкнула челюсти у врага на том месте, где у человека находилась бы ключица. Не обращая никакого внимания на торчащее из тела острие, она грызла, рвала, подвывая и пытаясь добраться до безумных ненастоящих глаз, всем своим огромным, налитым кровью сердцем желая их выдрать или даже выскоблить длинными когтями.
От ее воя, мхм, храм тоже нехило так трясло, как и от того, что с монстром на себе воин пытался встать. На его вкус, Оленуха выходила весьма себе разрубаемой, даже если ее это не очень волновало.

[id213233084:bp-36291248_190806|Аладей],

Это Сицилия. Страна мафиози различного калибра и тех, кто пытается походить на них. Фруктовик посмотрел на свою пухлую руку, на не менее пухлых пальцах которой были надеты три перстня – на указательном, среднем и безымянном. Пальцы толстяка оказались настолько жирными, что кольца не хотели налезать обратно, так что пришлось их надевать сначала на тонкие пальцы Герцога, а потом уж экстренно толстеть.
«Хорошие блестяшки, тот ювелир из Ист-Блю несомненно бы оценил их. Однако даже мне ясно, что даже на Черном Рынке они не меньше чем за 30 миллионов уйдут. Каждый»
Он упёрся одним из драгоценных камней в подбородок. В складку из кожи, набитую жиром, которая теперь весела на месте подбородка увольня.
«Так я всё же мафиози или пытаюсь походить на него? Тот, кого прозвал однажды хамелеоном, обречён всю жизнь только-лишь притворятся кем-то другим, теряя и забывая при этом себя самого»

Рыжий клацнул зубами и поморщился, когда увидел, как меч поразил монстр-Карри в бочину. Сражение двух исполинов набирало обороты, древние ступени, на которых они схлестнулись, уже не выдерживали и начинали крошится, а храм… Монстр корнями буквально разрезал пол главной залы и нижние ярусы, отчего казалось будто вся гора вот-вот сложится и уйдёт под землю, прямиком в Преисподнюю. Заберёт тайну с собой в могилу. Атака Оленухи и последующее вгрызание в тело врага остановили последнего – даже подпитываемый солнцем он не мог игнорировать огромные зубы, вырывающие куски растительной «плоти». Гигант снова выпустил корни, тонкие, но многочисленные, которые начали оплетать шею оленя-переростка и сдавливать её, стараясь задушить бедняжку. В мече ещё оставалось топливо. Герцог, словно пикирующий бомбардировщик, упал с неба и вонзил клинок куда-то в район виска. Пламя прокладывало себе путь сквозь большие ветки, которые не удавалось спалить, словно вода. Левый глаз-сфера, окутанный огнём, покрылся трещинами, задрожал и разлетелся на осколки, расплёскивая жидкость по пустой глазнице. Рыжий почувствовал удар в грудь, а затем сразу ещё один, в руку. А потом третий, от плеча до колена, сбивший музыканта, который даже не успел ничего толком предпринять и уже через пару секунд впечатался спиной в лестницу, рядом с гигантской ногой-стволом. Всё плыло, однако рассмотреть Непрощённый, появившийся в безоблачном небе. Дирижабль взлетал всё выше, будто пытаясь закрыть собой само Солнце. В некотором роде именно в этом и состоял план.

[id19482413:bp-36291248_190818|Максимъ],
Грохот и срежет разрывамого корнями камня, гул двигателей цеппелина - остров трясло всеми возможными способами. И все ради... куба с письменами? Кажется, да, но Оленуха этого не понимала. Вообще ничего не понимала, потому что не знала себя. Совсем.
Но это вовсе не мешало ей, игнорируя меч, который воин кое-как извлек, попытаться разорвать врагу шею. Огонь полыхал внутри, огонь не пугал ее, но траводух собрал силы в кулак и, подняв свое необычное оружие, рубанул, что было сил.
Хотел раскроить чудовищу череп, закончив свой бой. Ведь он считал, что разобраться с рыжим будет весьма легко, не смотря на его огненный меч. Что бы там не знал этот пройдоха, древесный ублюдок знает не меньше, он был готов к этой встрече, вот только олень в уравнение никак не вписывался.
Но меч, разрубив рог, ушел по касательной, потому что даже в монстр-форме Оленуха не ждала смерти. Она сжала в длинных пальцах лицо воина, вдавила его всем своим весом в землю, пусть растет, много ли он может?
Развалины поглотила тень Непрощенного.
Упавшего Герцога - ладонь жуткого существа. Рог рухнул на землю, ветвистый, с отсеченными волосами, изгвазданный кровью и зеленым соком. Чудовище взревело и вновь рванулось вперед, смыкая мощные челюсти на шее траводуха, так и не убирая при том ладони, которой прикрывала рыжего. Осознанно? Вряд ли. Скорее, просто данное обещание заставляло действовать инстинктивно.
Сомкнув челюсти, Оленуха окончательно распласталась, упала всем телом на врага, из хватки его не упуская. Шерсть вокруг обрубленного рога сочилась, заливала кровью морду, но то ненадолго, поскольку время монстр-формы подходило к концу, как и силы зоанщицы.

[id213233084:bp-36291248_190826|Аладей],

Увидев над собой огромную лапу, опускающуюся словно купол, рыжий подумал о самом плохом. О том, что сейчас превратится в лепёшку. Удар спиной о ступени оказался довольно болезненным и не позволил резко откатиться в сторону, а потому пришлось экстренно превращаться в Кэша и принимать удар на себя. Рыбьи глаза закрылись, зубы сжались.

= Прибыл Владимир Салден, - сказала высокая худощавая девушка, наклонившись к уху сидящего в кресле седого мужчины. Её выбеленные, неестественно светлые волосы, коснулись плеча старка. = Он всё принёс, так что его пропустили.
= Хорошо, хорошо, - ответил мужчина, проведя рукой по светлым волосам, а затем по своим усам. Этакий волософил. = Почти все в сборе, объяви начало через двадцать пять минут, через пятнадцать все должны занять свои места.
Толстяк положил сумку на столик, расставил, как мог, ноги и развёл руки в стороны. Крепкого телосложения охранник в тёмно-зелёном костюме, внимательно проследил за каждым движением гостя, а затем снял с крепления какую-то очень редкую ден-ден муши, выполняющую роль металлоискателя. Проведя улиткой по корпусу и конечностям пухляша и получив положительное «блым-блым», охранник кивком указал на сумку и отошёл в сторону, позволяя гостю пройти. Владимир забрал сумку. Ему на секунду показалось, что он тут уже был. Словно чужие воспоминания, непонятно как оказавшиеся в его голове. Он и девчонка, оба в дурацких нарядах и с разукрашенными лицами.
= Владимир! – протяжно воскликнул седовласый, всё ещё потирая свои усы. Он протянул свою жилистую кисть вперёд, а мгновением позже на ней сомкнулась жирная, безразмерная лапа Салдена.
- Рад тебя видеть, Рэй, сколько лет прошло, а?
Он долго искал подходящего кандидата. Все, кто попадались по началу, были в слишком близком знакомстве с Реем Лингом, а значит, высока была и вероятность раскрытия. Потом верная пташка принесла информацию о Владимире Салдене – о давнем соратнике криминального босса, который так же приглашён на мероприятие.

Дирижабль завис на месте, немного покачиваясь. Он больше не взлетал. «Все орудия заряжены и готовы» произнёс кто-то на борту. «Огонь, нас уже заждались», ответил ему другой неизвестный. Весь воздушный корабль содрогнулся, а небо очертили полосы, оставляемые снарядами. Но снарядам до земли долететь оказалось не суждено – все они взорвались и выпустили огромную дымовую завесу. Она растянулась по небу и, как туча, закрыла Солнце.
Монстр взвыл, поняв, что живительные лучи теперь ему не помогут. Меж тем уже всю лестницу и небольшую территорию помимо неё покрыла зеленеющая, высокая, примерно до голени, трава – если гигант не сможет видеть, то он всё ещё сможет чувствовать и знать о каждом шаге Карри и Герцога.

[id19482413:bp-36291248_190828|Максим],
Но, что примечательно, лапища не принесла Герцогу вреда. Сверху рухнул, больно ударив по пальцам, срезанный мечом травяного кусок скалы с какого-то соседнего выступа, а голубая трава недобро защекотала, шебурша под руками.
Оленуха убрала ладонь, с хриплым и надорванным рычанием попыталась встать. В тени, поглотившей обсыпанное пылью поле боя, ее глаза сияли потусторонне и зло, аки синие фары.
"Самые горячие звезды - голубые."
К чему бы это, разум? Какие звезды? Откуда вообще мысль, пусть и всего одна, в заполненной чистой яростью и безумием башке монстр-формы?
Оленуха прикрывает на секунду страшные неживые глазищи и перед внутренним взором в огромной черной пустоте появляется чужое воспоминание - знакомое лицо, но только украшенное зачем-то молниями. Он помогает подняться с песка? Кому? Почему?
Видение растворяется, как и не было его, исчезает в памяти. Монстр, покачивая угловатой башкой, увенчанной одним оставшимся ветвистым рогом, вновь попытался встать, мстительно опираясь об изорванное древесное тело врага и скручивая переплетенные стебли его грудины в отвратительное зеленое пюре. Оно липнет к пальцам, пятнает собой шерсть, мешается с капающей из пасти кровью. Но Оленуха продолжает. Она - не она вовсе, поэтому оскал ее абсолютно звериный.
Противник, подвывая от старания избавиться от нависшего монстра, хватает Оленуху рукой за рог и тянет, тщась отбросить.
Но так ли это на самом деле? Траводух решил пойти на риск, попытаться если не повторить ее кошмарный облик своими лианами, то поменяться с ней местами. Или же подвинуть девчонку, заперев внутри огромного тела, занять его самому. Ведь пока она сама себе не хозяин, с этим можно поиграться... а эта форма, если ее подлатать зеленью, имеет потрясающий разрушительный потенциал. И уж он-то знает, как его использовать с толком.
"Сжечь бы все это...Огонь, иди со мной."
Меч оказался в боку повторно. Судя по характерному (и совсем неприятному) хрусту, пару ребер разрубил, не сильно утружлаясь. Но Оленуха подалась вперед, перекусывая стебли плеча и поднялась, держась за рукоять меча, который тут же из себя извлекла. В ее руках он был всего лишь пучком травы, который тоже оказался сразу же перекушен и отброшен в сторону.
Но она замерла. В тени сияли глаза, но, как сломавшийся светофор или светопушка над сценой: синий, зеленый. Синий, зеленый. Словно кто-то перед лампой менял цветные пластинки.
Но силы Оленухи исчерпались и этого противник не учел. Покачнувшись, она опрокинулась на спину, исчезнув в высокой траве.

[id213233084:bp-36291248_190859|Аладей],

Трава щекотала ладонь. Миниатюрные корешки смогли углубиться в вековые каменные ступени, но тело музыканта остановило бурный рост, отчего на месте, где он лежал, осталась небольшая впадина. Слишком мелкая, чтобы быть замеченной одним глазом монстра в пылу битвы. Рыжий сжал пучок травы в кулаке, словно нёс маме с рынка пучок укропа или петрушки, и поднялся. Не полностью – всё ещё сидел на одном колене, наблюдая за концом битвы двух гигантов. Битвы, в которой Карри явно проигрывала. Но не всё ещё козырные карты разыграны, не все!

Владимир ногтем, гораздо более длинным, чем остальные, приподнял карты. Козырями тут точно и не пахнет. Однако показывать этого точно не стоит. Толстяк исподлобья посмотрел на Линга, окружённого своими особо приближёнными и расположившегося в дальнем конце стола. Сидит себе, курит, прижав картонки к груди. Фруктовик выдавил из себя улыбку, заметив, что он без внимания тоже не остался – на него лупилась дама в возрасте с причёской типа «гнездо» и уродливой родинкой по центру подбородка. И даже она… Что она могла найти в этом куске сала?
= Что думаете о игре, мистер Сэлден?
Это его окликнул смуглый молодой человек, сидевший напротив той-самой женщины. Он чем-то походил на Рэя, возможно, предположил Владимир, это его племянник, а может быть и вообще незаконный сын или что-то в том роде.
- Не жалуюсь, не жалуюсь. Я ещё поборюсь! – воскликнул он и ещё раз посмотрел карты.
Все знали, в чём реальная суть игры. Ты проигрываешься, а потом или уходишь или играешь по крупному. Ставка высока – ставка свобода. Линг связан с рабовладельцами, так что судьба проигравших довольна очевидна. Фруктовик намеривался выиграть.

Она всё. Отвоевалась. Упала в траву, словно мешок с картошкой. Герцог проскочил между ног-колонн. Двигался прыжками, как можно более широкими, постоянно изменяя траекторию движения, а так же ударяя стальным мечом по траве, стараясь сбить монстра с толку. Гигант решил разделаться с опасным противником, даже если сейчас он превратился в не самую крупную девушку – занёс огромную ступню.
- Стреляйте по моей позиции, сейчас же! – раздражённо сказал рыжий в мини ден-ден муши, которая заменила собою меч в руке.
Пришлось выпустить крылья. Совершив с их помощью прыжок на добрых два десятка метров, рыжий всё же успел вырвать Оленуху из-под смертельного пресса. И сразу же полетел прочь, будто убегая от врага.
Вдали послышались выстрелы – Драгник сделал залп. Из всех орудий по правому борту, зажигательными снарядами. В гиганта попала треть, подпалив его тело и скрыв в клубах тёмно-серого дыма.

[id19482413:bp-36291248_190902|Максимъ],
Отвоевалась. Доигралась и допрыгалась деточка ровно настолько, насколько вообще это походу возможно. И все ради чего? Правильно, ради почти что нихрена. И в последствии быть раздавленным огромной лапищей, в принципе, тоже такая себе концовка оленьей истории.
Выход из монстр-формы оказался ужасающим. Все тело пронизало болью, усталостью, полученные травмы монстр-формы пришли в масштаб обычного человеческого тела. Огромный выброс адреналина, который до этого воздействовал на каком-то низком автономном уровне, почти вышиб девчонку из памяти.
Но хуже оказалось, когда она все же поняла, кто она и что происходит.
Собственная измученная тушка стала ей клеткой. Ни рукой пошевелить, ни даже глаза открыть у Карри не получалось, не слушалось вообще ничего и под веками бродила тьма непроглядная, пугающая, вводящая в отчаяние.
"Зачем, зачем я на это решилась..."
Со стороны Оленуха выглядела весьма удручающе, да еще и опять вынуждала Герцога таскать ее на руках. Еле прощупываемый пульс, слабое едва уловимое дыхание, даже реакция рефлекторная ослаблена до безумия, что уж говорить о том, что лезущая во все кусающиеся и машущие оружием бочки воровка опять элегантно посвистывает дырочкой в боку? И на сей раз даже не одной.
Она не помнила, что произошло, пока она была в гигантской форме. Это тоже пугало. Даже больше, чем тело, которое не слушалось.
Но, сделав все же усилие неимоверное и приоткрыв глаз, Карри увидела поначалу только размытую кляксу из-за крови, этот самый глаз залившей. Но, поморгав, она обнаружила массивное облако дыма, напоминающее вулканический, и то, что ее снова спасают посредством перетаскивания из самых опасных мест.
- О. Жив.
Как бы глупо это не звучало, но это оказалось всем, на что Карри сейчас была способна. Даже на нелепую улыбку сил не хватило, а еще очень хотелось, чтобы ее уже положили под какой-нибудь куст и не кантовали, потому как с такой ношей Герцог был слишком уж медлителен. Или легко доставаем. Или что-нибудь еще.
Представьте, что в вашу голову залили густой кисель, а тело отключили. То есть, управление им отключили, а вот болит оно так, что хоть вой, были бы силы.
"Опять дохну. Ну, на этот раз хоть не позорюсь своим по-о-олным бессилием. Гы. Папаня, смотришь небось на меня с неба и ржешь над моими потугами стать чем-то полезным, хех."
- У тебя был план..

[id213233084:bp-36291248_190903|Аладей],

- Верно, был, - отстранённо подтвердил музыкант. Он тщетно пытался взглядом продырявить дым, узнать сколь серьёзный урон нанёс первый залп артиллерии. К тому же было ясно, в каком состоянии Карри, так что размусоливать ей план совсем незачем. Скорее всего, забудет, а если спросит потом, то так уж и быть, узнает. Дело за малым – разобраться с гигантом и выбраться отсюда. И показать её врачу. С этим точно надо поспешить.

- Хаха, как же так получается, я проиграл – расстроенно констатировал пухляш, осматривая карты других игроков и «вскрывая» свои. Родственничек босса расстроенно покачал головой, делая вид, будто ему и правда есть дело до неудачи Владимира, а дамочка облизала губы, размышляя о чём-то своём. Неудачники её не интересовали – она, как и все остальные, точно была уверена в том, что Салден сейчас покинет стол, рисковать не станет. Однако Рэй не задать вопрос всё же не мог. Традиция.
= Ты проиграл, Виктор. Пришло время выбирать. Правила… Тебе стоит их объяснять, - спросил Линг, выбравшись со своего кресла и одёрнув пиджак.
- Нет, я знаю. Свобода моя и моих людей на одной чаще, твоих на другой. Или я могу просто уйти.
= Этот мир жесток, а потому и игры соответствующие.
- Верно, но что поделать, а? Сыграем!
Посетители сего мероприятия пораскрывали рты в изумлении, а Рэй, пригладив в очередной раз усы, уселся обратно и ударил раскрытой ладонью по столу.
= Сыграем! Какой хороший день! Отбросьте карты, прислуга, подготовьте собачьи бега! За мной, господа, за мной! Игра не будет ждать!

Герцог чувствовал, как из израненного тела девушки течёт кровь. Чувствовал, прижимая её к себе. Стоило винить себя за то, что ей опять досталось? Да, наверно. Потом, враг ещё жив, корчится объятый огнём, но жив. Рыжий приземлился у первой ступени, за пределами травяного ковра, который, к слову, потемнел, а травинки поникли. Девушку он, вопреки её желаниям, о которых музыкант, конечно же, ничего знать не мог, на землю не положил, а снова запихнул подмышку.
- Не смей больше ничего жрать, - процедил фруктовик, опустив взгляд на Оленуху.
Монстр смог пережить залп с галеона – обгоревший, заметно похудевший, он пёр вниз, к Герцогу и Карри. От оглушительного, холодящего душу, рёва больше ничего не осталось – теперь только стоны. Стоны при каждом шаге. При каждом движении.
- Продолжайте стрелять и пришлите к нам Кристу. Срочно! – рявкнул он в ден-ден муши.
Этот залп был куда громче – теперь стреляли не только с Драгника, но и с ещё одного корабля, бросившего якорь рядом. Рыжий почувствовал жар от огненного шара, поглотившего гиганта. От душераздирающего стона помутился рассудок, музыкант с трудом удержался на ногах.

[id19482413:bp-36291248_190907|Максимъ],
Винить себя можно сколько угодно, а толку? Кто ж знал, что из всех смекалистых и ловких барышень сего времени ему в подручные достанется девчонка без царя в голове? Уж точно не он заставил ее так поступить. Не он купил ей эти чертовы таблетки с количеством побочных эффектов, десятикратно превышающим значимость эффектов необходимых.
Не он виноват в том, что она больше никого не хотела терять. В том, что она абсолютно плевала на жизнь собственную, считая себя потерянным и в целом бесполезным человеком.
В ней жив дух борьбы и этого, наверное, должно быть достаточно.
В глазах плыло и голова кружилась. Сил не было совсем, даже голову не поднять, тело сковало параличом, но это совсем не мешало крови его покидать. От этого то и казался мир вокруг куда более серым... или от пепла? В очередной раз по собственной дурости девчонка оказывается нос к носом со смертью, но если в прошлый раз это было досадной ошибкой, то теперь она даже в погибель свою не верила.
Путешествие по воздуху до каменных ступеней оказалось таким себе приключением, ибо Карри мрачно осознала, что обессиленное тело с радостью бы избавилось от... ах да, она же не ела так давно, что уже даже не помнила, какой сейчас год? Как причудливо путаются мысли в тускнеющем разуме.
"Увидеть бы лицо."
Но взгляду доступно только то, что снизу. Он и сам ранен, а так носится с оленем, словно она ему еще зачем-то нужна. Словно он вовсе и не против терпеть ее выходки раз за разом. Кровь с повисших бессильно ладоней капает на ступени. Прежде капала на траву и та распускалась какой-то новой жизнью, становилась другой, не такой, как ее первоначальный создатель. Монстр, которого она так и не победила.
"Это все, на что я способна..."
От душераздирающего вибрирующего вопля содрогнулась земля и боль новым взрывом вспыхнула, ненадолго лишив Карри какого-либо мыслительного процесса. Даже в глазах потемнело окончательно, последним, что она увидела, был пошатнувшийся музыкант. Как же хотелось ему помочь, как не хотелось и дальше быть бесполезным мешком картошки.
- Если у тебя есть план... - все, что оставалось доступным - слова. И они давались с трудом титаническим. И не очень-то она верила, что это поможет, поскольку даже толком не думала, о чем говорит. Как получалось - сипло и еле слышно. - Значит, все в порядке.
Мир погас и закончился. Даже непроглядной темноты не стало - Карри окончательно потеряла сознание, поскольку кровопотеря уже превосходила допустимый лимит и медленно, но верно приближала глупую Оленуху к смерти. Карри не хотелось умирать, но не потому, что она совсем недавно ощутила любовь к жизни такой, какой она складывается, а потому, что с Герцога хватит. Сколько лет он бродил по миру, наблюдая по новому кругу призраки собственной жизни? Скольких потерял как за безумно долгую жизнь до петли, так и в оной? Достаточно. Должно же хоть иногда в его жизни все получаться более-менее нормально.