[Гранд Лайн. 5-й путь] Айрин Диго. 3-й остров

[id13305767:bp-36291248_191173|Nazgul],

Своим видом люди здесь напоминали зверей, а некоторые из них и вовсе имели вредную привычку превращаться в зверей, что отдаленно напоминало последствия съедания Дьявольского Фрукта типа Зоан. Такое сходство, да и в целом метаморфоза, которой подвергались воины вызывала у Зига тошноту, которую он всеми силами старался побороть. Да, он привык видеть изуродованные тела, не важно были ли те несчастные, жертвами Крокодайла, экспериментов на Стимхолле или должниками Генри с Сецилии. Но здесь эти... Существа. Они были живыми, и такую трансформацию они, скорее всего, переживали не первый раз, учитывая общее спокойствие со стороны их сородичей

«Мерзкое зрелище.»

Напомнил о своем существовании Зиккери, голос которого растворился в сознании Зигфрида столь же быстро, как проявил себя. Отдернув взгляд, рыжий вернул его на собеседника, что не стал скрывать свое имя. Или по крайней мере назвался общедоступным.

«Где-то я слышал это имя... Или видел?»

Задумался Зиг, невольно потянувшись рукой к шлему, но еще на пол пути вернул ее в исходное положение, чтобы протянуть ее собеседнику.

— Зигфрид. Приятно познакомиться! — После того, как они пожмут руки, если пожмут, он сказал. — Но думаю, нам пора уже выдвигаться. —

[id219675888:bp-36291248_191223|Петр],
Когда группа людей превратилась в одну большую массу голов и когда она наконец двинулась в сторону поле боя, Хастур хотел было последовать за ней, но нет. Он продолжил стоять на месте как вкопанный. Ощущение чужого присутствие сразу же отбросила все желание сражаться с какими-то аборигенами. Внезапное возвращение существа внутри него заставило резко думать не о сражении.
М: Ты все еще сидишь в моей голове? Не надоело еще глядеть на мир моими глазами?
М(сущность): Тогда ты сделал выбор между двумя путями. Я лишь наблюдал. Мне нечего было тебе говорить и поддерживать контакт. И сейчас я вновь скроюсь, что бы увидеть как ты растешь и меняешься. Архипелаг будет отличным местом для разговора. - говорило существо у него в голове, и замолкло. Хастур что-то сказал в слух не разборчивое, рыжеволосый вряд ли бы понял его, оно звучало как-то жутко и не естественно для человека. Но тем не менее Хастур сказал на языке той сущности, что переодически говорит с ним и кузнец его понимает. И как то не замечает, как начинает сам говорить на этом очень непонятном языке. А то что сказал Хастур звучало как:
-С'ткунэар всптк ас. - со злобой. Перевод странному набору букв следовал перевод, который понимал сам сказавший "Пошел ты!", если очень вежливо можно это было перевести. Сейчас Хастура переполнял гнев от услышанного. Не то что бы его раздражал тот факт что кто-то с ним говорит время от времени, как раз его бесило что эта непонятная тварь выбирает время тогда когда хочет оно. Видите ли ему лень говорить с Хастуром переодически, а именно когда хочет, или по определенным обстоятельствам. К Архипелагу уже хотелось бы подготовиться, на нем будет много дел, кроме этого разговора в котором Хастур уже не хочет слушать непонятно кого, а взять этот базар в свои руки. Но он понимал что без культистов разговора не будет. И это его выносило еще больше. Кузнец сильно сжал в руки рукоятку чекана, который все это время носил с собой. Тут рыжий представился, назвавшись Зигфридом, и протянул руку для рукопожатия, но Хастур уже был не в том настроении что бы любезничать с кем то. Да, он мгновение назад вроде подозревал его и был осторожен, но был спокоен как никак. А сейчас голова ведро повернулось, и голубые глаза сверкнули, будто сейчас была ночь, а очи подсвечивались изнутри. Но руку он так и не пожал, гнев затмил ему ясность мысли, а исправить это может только одно. То ради чего эта толпа аборигенов вообще готовиться. Аборигены шли следом за более опытным воином, который был выше их и имел хорошую защиту.
Хастур в итоге ничего не ответил рыжему, он лишь стал двигаться за этой толпой, но шаг быстро перерос в бег. Практически игнорируя все крики из этой толпы аборигенов, пусть они и предостерегали или наоборот осуждали, этого человека было не остановить, а никто останавливать его и не собирался. За холмом было то самое поле битвы. Хастур оказался на его вершине и увидел как силы других племен постепенно собираются из разных мест. Они все были похожи на насекомых, не то что бы Хастур когда либо проводил аналогии с этими существами и людей, но это только визуальная ассоциация.

-Что ты будешь делать, если я здесь погибну? - сказал Хастур кому-то неизвестному. И тот не ответил. Альхазред расплылся в улыбке, словно молчание и дало ему ответ:
-Отлично! Тогда я буду стоять до конца, а если какой-нибудь враг добьет меня когда я не смогу его даже ударить, так тому и быть. Ты меня бесишь! А если и нет, то сам свожу себе нож в сердце. Лишь бы тебе, тварюга, не угождать! - закричал он на поле битвы. Уже все равно, слышал его кто или нет. Но по факту, существо наблюдало за ним, а его слуги точно постоянно были рядом и следили. Но что точно ему было нужно, это его тело. Пока оно не готово к полной синхронизации, и Хастур нужен ему как оболочка. И лишь мысль о таком заставляло Хастура двигаться в противоположную сторону, и даже без страха смерти бежать к ней на встречу. Если она и заберет его, то сущность точно не получит его тело. Или же его слуги вмешаются и это сразу подтвердит догадки Хастура о том, что он лишь оболочка, которую хотят вырастить для будущего носителя.
Но сейчас он об этом не думал. Племя желтых было уже за спиной Хастура, они продвигались спокойно, будто война у них по расписанию, так собственно оно и было. Но Хастуру было уже все-равно. Полное беспамятство врагов и союзников, он просто хотел разорвать все что движется, лишь бы кто-нибудь попытался убить его в этом сражении, что захлестнет обоих в безумной грации смерти. И даже если он прогорает, то покинет мир достойно.
=Идиот! Куда спешишь! - вдруг из толпы аборигенов выбежал мужчина с копьями и побежал к Хастуру, который уже хотел броситься вперед не раздумывая.
=По сигналу мы все сойдемся в битве, мы же.... - он не договорил, кузнец согласился участвовать в сражении, но следовать правилам и расписаниям он точно не собирался, поэтому он раздавил говорившего чеканом, оставив от него мокрое место на земле. Или что-то похожее на это.
-Никаких правил. - даже тихо молвил Альхазред и кинулся на это поле битвы. Он точно был безбашенный в каком-то смысле.

[id13305767:bp-36291248_191246|Nazgul],

Сказать, что Зиг был немного расстроился от реакции Альхазреда, значит сказать толком ничего. Отдернув руку и запрокинув ту за спину, мол хотел почесать меж лопаток, Зиг несколько опешил и отшагнул назад. Этот гнев и раздраженность были для него сюрпризом. Лишь Зиккери в его голове радостно охнул с нотками удивления.

«Не ожидал, что увижу здесь кого-то вроде тебя!»

Сказал дух, очертания руки которого почувствовались на плече. Зиг сразу же почувствовал некоторую неловкость, смутившись появлению «себя прошлого». Он прекрасно помнил, что его никто не видит и не слышит кроме него, но почему-то не мог успокоить свой рассудок.

— Мне кажется, что ему просто не понравилось, что я использовал его клинок для стрижки... —

Виновато прошептал тот, нисколько не стесняясь пояснять свои мысли вслух. Он остался один в этом импровизированном форте, лишь некоторые из девушек соблазняюще глядели ему в спину, но он так и не заметил их внимания перед тем, как двинуться вслед за остальными воинами. Серьезного отношения к этому сражению так и не было замечено в его поведении, быть может он считал себя гораздо сильнее любого здесь, или же это так сказывалась пустота в его душе, из-за которой ему было попросту плевать на все вокруг. Словно каждое его движение было бессмысленным, лишенное всякой идеи.

«Не кажется ли тебе, что ты слишком поник после ухода от них?»

Вопросил Зиккери, облетев вокруг Зигфрида, лениво трепавшего себя же по волосам, пробирая длинные пряди меж пальцами. Он не счел нужным отвечать на этот вопрос, ведь все было видно невооруженным взглядом. Парню до банального не хватало... Друзей. Ну или как минимум товарищей, с которыми можно было посидеть у костра, насладится гармонией, тишиной... Или же нарушить ее звонким гулом голосов в каком-нибудь жарком споре.

— На самом деле, мне не хватает тех вечеров в компании Дайлена и Крока. Даже Ал'акир был собеседником приятнее чем... Джакарта. Встреча с Старлордом и остальными лишь расковыряла эту... Рану. —

Рассуждал рыжий, неторопливым шагом направляясь вперед по полю боя. Его никто не отдергивал, никто не реагировал вообще на парня, мечтательно смотревшего на храм, что возвышался посреди серой, безжизненной пустоши, пропитанной вонью гнилых тел и крови. Даже деревья здесь более не росли, остались лишь хрупкие, почерневшие, покрытые сажей коряги.

«Да, ты прав... Однако не забыл ли ты, как страшен он стал за время твоего отсутствия?»

Дух сделал очередной оборот вокруг него, остановившись перед ним из-за чего рыжий прекратил свой ход, переведя взгляд уже на полу-прозрачный силуэт с огненно-рыжими волосами. Он был не совсем согласен с ним, но где-то в глубине души боялся. Боялся, что это действительно окажется правдой, и продолжить путь по стопам этого капитана будет просто... Невозможно. Это будет совершенно иной человек.

— Да... Наверное, ты прав. Забудь. — Зиг краем глаза обратил внимание на Хастура, что кажется тоже не скрывал общения с кем-то извне, но выглядел он в этот момент очень угрожающе. — Кажется, у этих совсем ничего не вяжется... —

Посмотрев в сторону его взора, Зик криво ухмыльнулся, после чего растворился в воздухе, оставив лишь легкий смешок, звонко отдаляющийся от пирата куда-то в пустоту. Еще несколько минут, Зиг продолжал смотреть на Хастура, поведение которого казалось ему занятным. Разговор продолжать было уже не с кем, поэтому Лоуп-Гароу полностью сосредоточился на назревающем сражении. Рваться впереди всей планеты всей - не его конек. Гораздо удобнее бить тех кто сам бежит к тебе в лапы. С отсутствующей конечностью загонять жертв, прыгать в толпу... Ну явно было излишне. Рыжий наблюдал небольшое затишье перед бурей, примерно так можно было описать то, что творилось среди аборигенов и тех кто присоединился к их отрядам. Лишь Хастур производил какой-то впечатление мятежника, того кто не будет ведомо следовать большинству, даже если ему придется идти наперекор всему миру.

Не прошло и века, как сражение началось и толпы воинов сомкнулись в одно единое море. Но Зигфрид... Он не торопился. Не прибавил шагу, даже когда все остальные уже схлестнулись в битве, превращая свое оружие в жеванный металл прямо при столкновении о щиты и броню. Окружение казалось Зигу все таким же серым пятном. Чувство, будто на и без того серый пейзаж пустоши добавили много грязных красок, добавив изредка мелькающие знаки отличия. Да, пожалуй лишь они мельтешили на воинах ярче всего. Хорошая краска, жаль остальное было не очень хорошим.

«И все таки.» - Задумался он, потирая подбородок. - «Почему Хастур не в ладах с кем-то? Он не похож на плохого парня.»

Пока он думал на него уже набросился первый из врагов, замахивающегося топором, но сломавший его еще до нанесения увечий. Одним махом ноги рыжий срубил древко топора, вторым же, пяткой сломал противнику челюсть и вырубивший его до конца боя.

«Ну, по крайней мере он не идиот, живущий лишь битвой.»

Второй противник не заставил себя ждать, но так-как мужчина был уже отвлечен на сражение, то среагировал быстрее. Рывком сократил дистанцию, после чего, пока оппонент замахивался мечом над головой, отбросил его ударом руки в живот, столь сильным, что ударная сила от него проделала дыру в кирасе аборигена. Она просто потрескалась и лопнула насквозь.

«Хотя, учитывая последние события... Можно ли назвать его более сложным человеком, чем я думаю?»

Противники принялись окружать того, кто отбился от общей группы, и в общем-то зря. Один за другим они падали замертво, сталкиваясь в гору из людей. Их действия были слишком прямыми, можно даже сказать, что они не воспринимали бойца всерьез, хотя он отнюдь не сильнейший из тех кто сражается голыми руками. Было множество людей превосходящие его, и уж тем более его мастерство.

«Ладно. После боя с ним поговорю, если выживет. »

Сошелся на этой мысли рыжий, воссев на гору трупов и подперев голову рукой, которой локтем упирался в колено. Он вообще был расслаблен и мог позволить себе и закусить яблоко, которое осталось в сумке на поясе, скажем, про запас, но ему было так лень поднимать голову для этого, а луком здесь, кажется, мало кто промышлял.

[id219675888:bp-36291248_191250|Петр],
Поле битвы напоминало небольшую нишу, словно тут раньше было озеро с хорошей глубиной, но со временем это место стало похоже на кратер в который упал метеорит. От чего земля давно потеряла всякие краски, став лишь одним большим верным пластом грязи и глины. Хастур несся вперед, он быстро увеличил расстояние между тем племенем которое нанесло ему желтую краску и сейчас несся по прямой на ту, которая имела синий цвет. Никакого гонга к битве еще не было, но ему было абсолютно все равно на какие-то там правила острова. Перехватив свой щит левой рукой, он выставил его перед собой, перехватывая чекан так, что бы схватиться почти за его конец тем самым усилить удар перед собой.
-Как же ты меня бесишь! - заорал Хастур, обращаясь к сущности в своем нутре. Врываясь в вражеское племя. Совершая удар по горизонтали, но проводя его потом в вертикаль вверх. Удар и пятеро аборигенов подлетели в воздух на несколько метров. Трое из них мгновенно сложило на несколько частей, как бумагу, а оружие разлетелось на осколки. До этого момента они даже не пытались защищаться, но как только Альхазред ворвался в их толпу, то тут же началась движуха, прозвучал сигнальный гонг и вся остальная масса бросилась в атаку. Все племена и их союзники начали сражения, началось абсолютное безумие на поле битвы, кто союзник, а кто враг не имело уже никакого значения, по крайней мере для Альхазреда. Он был полностью поглощен своим гневом к тому, кто смотрел его глазами, жил в нем и еще требовал чего-то. Наглый ублюдок.
Атакующие синие бросились в рассыпную, атакуя других воинов племен, но так же пытались оказать сопротивление и Кузнецу, но оружие их действительно было хуже мусора. Щит Альхазреда выдерживал сопротивление и по сильнее. Союзные аборигены добрались и до кузнеца, но держались от него на расстоянии. Ибо один замах чеканом Альхазреда сметал всех противников вокруг, при этом он крутился на месте. И это было важно какой стороной чекана он пользовался. Если это был часть молота, то один удар сметал по десять человек за раз, собирая их в одну кучу поломанных тел, отбрасывая всех в одну кучу, которую Хастур не стеснялся добивать нижней частью своего щита, заточенное как лезвие. Разрезавшее тело как нож масло. И была еще другая сторона чекана, в виде двух лезвий от двойного топора, которые были направлены перпендикулярно. Эта сторона была смертоносна, отделяла любые конечности друг от друга, раскидывая останки вокруг себя. Кровавое зрелище, не каждому такая картина прийдет по вкусу, а кто видит такое в первой, одолевал рвотный рефлекс. И так всегда, сколько Альхазред себя помнит. После тройки - пятерки таких атак, к Альхазреду уже старались не приближаться не обдуманно. Но это продолжалось не долго, перед Альхазредом появился воин в более хорошей экипировке, он криво улыбался:
=А ты хорош. Но моя сила прикует тебя к земле! - крикнул он, направляя руку. На его руке красовалась красная краска. Пока Альхазред не атаковал, вокруг него появились еще воины от других племен, но они сражались с другими врагами не особо замечая воина с щитом и молотом. И вдруг они все прижались к земле. Как раз таки не самостоятельно, их прижимала гравитация. Радиус составлял около трех метров, и все они пали, Хастур же стоял в центре этого гравитационного поля. Но он сам не почувствовал ничего особенного для себя. Но потом этот воин использовал и вторую руку, дабы усилить эффект, падшие были живы при первом давлении, но со вторым они с трудом могли дышать или двигаться. Наконец до кузнеца дошло что это за сила, и где он уже видел ее.
-Эта сила... - он посмотрел на лежачих и на воина, который оказывал на него это давление. Под ведром он расплылся в улыбке и стал смеяться, его хохот становился громче, после чего он согнул руки в локтях и поднял голову вверх в небо громко крича, может быть это было не так громко, что бы его услышали по всему полю сражений, но в радиусе десяти метров точно услышали и все очи были направлены на его персону.

Воин что использовал способности фрукта похожую на гравитацию все равно пытался заставить Альхазреда пасть наземь, но ничего не происходило.
-Слабак! На моей родине гравитация в пять раз мощнее! - проорал Альхазред делая рывок к воину, прямо перед самым врагов с фруктом гравитации он отбросил назад и щит и чекан, схватив обеими руками противника в неплохой экипировке. Шлем ведро приблизило противника вплотную, от чего тот увидел пронзительный взгляд голубых глаз, ощутив буквальное намерение на себе и сила гравитации исчезла.
-Ты недостоин владеть такой силой! - заорал Альхазред поднимая жертву над собой тянут его руки в стороны. Жертва заорала от боли, которая потом только усилилась, когда Кузнец оторвал ему одну руку, сразу же бросая на землю, нащупывая чекан, что лежал на земле, занося его обеими руками за голову и ударяя со всей силой по однорукому противнику.
-Умри! - заорал Альхазред перед самим ударом, он не услышал что кричал этот человек, но по губам он точно прочитал "Нееет!!". Окровавленный молот раздавил его голову и пол тела, образовалась даже ударная волна, которая слегка отбросила рядом лежащие конечности и осколки сломанного оружия.. Как только противник умер, кузнец подобрал свой щит и вставил перед собой и снова бросился в толпу, делая аналогичный удар, как и ранее.
-Моя жизнь принадлежит только мне! Тебе никогда мною не овладеть! - кричал Альхазред, проворачивая удар за ударом, кровь обливало его тело и шлем, который и шлемом вовсе не был. Кузнец хотел его было снять, но тут же он защитил его цепного меча, который прилетел вообще со стороны, словно змея минуя любых противников и защиту, дырявая и царапая часть ведра, если бы он его снял, то таинственный обладатель оружия точно бы задел его шею, скорее всего приведя Хастура к летальному исходу. Но удача на его стороне. Змеевидный клинок тут же устремился обратно к хозяину. И только тогда Альхазред снял ведро с головы, видя самого противника. Это был высокий человек, но не для Хастура, они все были высокими для своего роста. 190 см или чуть более, но Альхазред все равно был выше и получалось так, что он глядел на него с высока. Человек был одет в капитанский камзол, со всякими мнимыми наградами на груди, с очень длинными волосами и точно такой же бородой. С большой шляпой с чудными перьями на ней. Правый глаз был абсолютно белый, с шрамом наискосок. Цепной меч сложился, напоминая обычный, только с лезвиями по бокам вместо цельного острия.
=Тварь! Убил моего человека! Тебе не жить паскуда! - крикнул он, тряхнув рукой, от чего меч снова удлинился подобно хлысту, пару не сложных движений и острие клинка понеслось на Альхазреда вновь. При том, что расстояние между ними было больше десятки метров. Но вместо того что бы ждать когда эта железная змея прилетит к нему, Кузнец метнулся в сторону, пытаясь сократить расстояние по дуге. Но цепной меч вернулся обратно к обладателю, снова полетев в Альхазреда по новому направлению, да так, что бы обмотать кузнеца сразу спереди и сзади, такая бы атака точно бы что-нибудь ему отрезала. Руку там или ногу.
-Завались, старикан! - заорал в ответ Альхазред, ударяя по цепному мечу, как только он прошел перед ним, чеканом. Прижимая его к земле, не давая двигаться дальше и окружить его с незащищенной стороны. Сам кузнец не хотел рисковать, он бы мог перехватить цепной меч своей рукой, но даже с волей он страшился этого. Ведь он еще был не опытен в ее владении. Поэтому воспользовался чеканом, попытавшись обмотать этот цепной клинок вокруг древка, но у него ничего не вышло, цепной меч без проблем прорубил собой землю на которой лежал и вернулся к хозяину. Прежде чем продолжить эту дуэль, старый пират решил продемонстрировать реальную мощь клинка, и без разбору разрезал всех аборигенов, что сражались вокруг него. Сначала окружив себя им подобно лассо, а потом направил его в сторону по кругу, расправив почти на всю длину в диаметре шести-семи метров от себя, превращая всех аборигенов половинки тела и ног и рук.

Но Хастуру сейчас повезло, он увеличил расстояние перед самим ударом, от чего между ним и старым Пиратом было больше десять метров и цепной меч настиг всех тех, кто был между ними. Это поле битвы превратилось в кровавую баню, видимо так и задумывалось, но тут творилась просто невероятная жесть. Аборигены просто превращались в груды мяса и никого это не волновало. Альхазред лишь улыбался, сейчас его противником вышел довольно умелый мечник и от желание битвы только кипела кровь, сам процесс, а не его исход. Не долго думая, кузнец сорвал с головы ведро, оно уже мешало обзору, а противник использовал цепной меч как хотел. Такая штуковина точно досталось ему не за красивые глаза, или в его случае глаз. Клинок снова вернулся к своему хозяину, сейчас никто не мог помешать их дуэли. Альхазред перехватил свой чекан по ближе к саму оружию и рванул с места, выставляя щит перед собой, тем самым полностью защищая себя от встречной атаки цепной змеи. Но Старый пират и не думал атаковать в лоб, он забросил меч вверх, будто закидывал удочку. Железная змея удлинялась все выше и выше. Альхазред видел как железный хвост становился длиннее, уже уйдя за пределы семи метров, а расстояние с стариком быстро сокращалось.
=Консервная банка! - крикнул лишь в отместку старик, и направил руку резко вниз точно по направлению бегущего воина. Защищаться щитом было не вариант, это бы дало возможность застать Кузнеца врасплох, так бы цепной меч точно бы лишил его главной защиты, а потом бы и навредил. Судя по демонстрации этот клинок был очень хорошо заточен, раз разрубал аборигенов в броне с оружием. Но его необычные данные можно было бы назвать оружием легендарного происхождения. Но об этом потом. Хастур лишь отпрыгнул в сторону, выглядело это немного неуклюже, но зато эта железная змея его не задела, но лезвие прошло в пару сантиметров от его лица,разрубив землю перед ним на несколько метров вглубь. От такого удара пыль и кровь, что растеклась от большинство мертвецов устремилась вверх как извергающийся гейзер. Альхазред приземлился на ноги и пытался поймать равновесие, что бы не упасть после такого прыжка. Пару раз он наступил на мертвые головы и мягкую почву, которые замедлили его в поиске баланса, но все таки он остался на ногах. Железная змея вырвалась из под земли и по круговому движению старого пирата устремилась в сторону Альхазреда, но ее острие врезалось в щит соскользнув в сторону, но это было хуже так как остальной зовут продолжал бить и царапать его защиту, те острые части что Альхазред установил на щите стали деформироваться и ломаться. Искры летели в стороны как от сварки, скрежет бил по ушам, трудно было сосредоточиться, несмотря на то, что Хастур был полностью поглощен своим главным недостатком. Но похоже именно этот ужасный звук выводил его из этого состояния и давал ясность мысли. Но рвущийся в сторону змеевидный клинок начал обратное движение к своему хозяину, возобновив скрежет еще сильнее, но оттолкнуть его было невозможно, иначе Кузнец будет открыт для удара, поэтому пришлось стерпеть весь этот звук до самого конца. А когда он прекратился, то Кузнец как пытался прийти в себя, понимая, что у него нет на это время. Цепной меч вернулся к своему хозяину, снова собравшись в одно целое. Казалось уже, что Хастур сражается не с пиратом, а с его мечем, который по всем своим возможностям лучше его самого. Защита сильна лишь с одной стороны, а все остальное открыто, если ничего не делать, то змеевидный меч разорвет Хастура на части, оставив от него лишь чекан и щит. Нужно было что-то придумать, ведь в таком ключе, Альхазреду прийдется только уворачиваться, он не может даже приблизиться к нему что бы задеть.
М: Я хочу этот клинок... - подумал лишь Хастур. Прекрасно понимая что такое оружие заменяет атаки на средние дистанции. Не давая никак приблизиться к тебе. Отличное оружие.

Эта мысль приободрила Альхазреда, от чего он воспарял духом.
=И это все?! Я ожидал большего от такой груды металла. Жалкий дилетант! Твой щит я расколю, после чего разделаюсь с твоим бренным телом не сходя с места! Получай! - старик легко встряхнул свой клинок, направляя его вверх, извиваясь железная змея удлинялась, после чего он резко направил его в дура по диагонали. Именно с той стороны, в которой Хастур сдерживал чекан, вроде как место с меньшей защитой. Но это разве что для такого оружия, но точно не для ближнего боя.
Скорость цепного меча была высока, он мгновенно оказался вблизи Хастура, но пролетел мимо, делая долгий поворот, обходя мечника со спины, что бы связать его и разрезать на пополам. Но еще было время что-то предпринять. Теперь Хастур видел, что длинна этого клинка куда выше девяти метров. Это одновременно радовало и огорчало. И второе было ближе, ибо он сейчас мог оказаться мертвым.
М: Думай! Думай! - острие цепного меча приближалось и уже медлить было нельзя. И все что придумал Хастур это - заставить Старика изменить направления своего оружия. Перехватив чекан так, что бы было удобно бросать его, а именно почти за самый край, кузнец размахнулся, открывая свою защиту по направлению к противнику и швыряя чекан что есть силы. Здоровенное оружие закрутилось в вертикальном положении, быстро летев на старика. Может быть оно бы и не попало в него, но габариты такого оружия точно бы задели. Именно это немного напрягло старика, он сделал движение рукой, будто притягивает клинок обратно и тот с удвоенной скоростью двинулся обратно к своему хозяину, быстрее чем чекан летел в его сторону. Как только он оказался на месте, он снова его удлинил, быстро раскручивая перед собой, а потом и под, делая некую пружину, которая мгновенно подбросила его в воздух. Чекан врезался в место, рядом с бывшим местом, где стоял старик.
=Черт! - крикнул он, продолжая висеть в воздухе. Поняв что клюнул на уловку Хастура и слегка испугался оружия, которое и не попало на то место где он стоял. Это дало время Хастуру броситься в сторону Старика, к месту куда он предположительно приземлиться. Никаких особых приспособлений для того что бы лететь у пирата старика не было, поэтому он уже скоро должен был приземлиться на землю. Хастур ускорился, намеревавшись оказаться на месте приземления раньше. Но Старый пират вновь собрал свой клинок, что бы снова нанести удар. Забросив его за голову словно удочку, он удлинился, и сделал сильный вертикальный удар. Цепной меч двигался точно так, что бы разрубить Хастура на пополам, а из защиты остался только щит. Хастур взял его обеими руками и подбросил над собой, делая рывок прыжок вперед, что бы та сила с которой цепной меч ударил по щиту не задела и его. Но на это он потратил драгоценные секунды, которые сейчас решали все. Цепной меч врезался в щит, с силой вдавив его в землю, даже отколов от него несколько острых деталей, даже погнув немного, и ударив в землю. Но эта атака сбила направление, но Старик уже приземлился на землю.
Хастур после прыжка приземлился на руки, его тело по инерции могло упасть, но сгруппировавшись, кузнец сделал кувырок по земле после чего оттолкнулся ногами вперед. В коротком, но быстром прыжке кузнец оказался уже совсем близко к старику. Который снова собрал меч перед собой, но атаковать уже не мог, у него не было времени на замах, поэтому он удлинил клинок над собой и стал делать волнистые движения, создавая постоянно движущийся щит перед собой. Хастур на подлете, в прыжке обнажил два своих клинка. Ятаган и Дирнуин оказались в его руках, единственное что мелькнуло в мыслях:
М: Не используй огонь! - именно такой козырь нужно оставить на потом, если дела совсем будут плохи, а сейчас пока что шло нормально. Как только оба клинка были в его руках, он сделал вертикальный замах, занеся оба меча за голову и как только оказался почти на земле, обрушил всю силу на движущийся щит цепного клинка.

Ноги оказались на земле, а сила удара Хастура врезалась в цепной меч, постепенно замедляя его движения, и как только кузнец почувствовал замедление, предпринял отчаянный шаг, разводя руки рывком, при этом попытавшись усилить волей вооружения лезвий, у него это вышло лишь отчасти и на мгновение. Но желаемого результата он достиг и этот развод руками не только прекратил движение цепного меча, но и выбил его из рук старого пирата. Цепной меч отлетел на несколько метров в сторону, снова став одним целым. А старик закричал, хватаясь свободной рукой за ту, что держал меч. Запястье его руки повисло без движение, похоже он еще не встречал такое сильное давление в ближней атаки, но для Хастура это уже стало обыденно. Кузнец ощущал лишь жжение в мышцах спины и рук, но не более.
-Умри! - заорал уже Альхазред, занося оба клинка за спину, и совершая последний удар, разрезав старика на три части. Отсекая голову, и тело от ног. Струи крови облили мечника, а голова старого капитана отлетела в сторону будто мяч, пару раз отпружинив от земли и повернувшись к Хастуру. Лицо отражало гримасу предсмертного ужаса.
Кузнец смотрел на мертвое тело своего противника, и тяжело дышал. Все таки это бой дался ему не так просто, но у него было лишь несколько минут прийти в себя. СО всех сторон снова показались племена, которые бежали на это поле. Новая волна решила продолжить сражение, а за этим боем они наблюдали, или же не замечали. Однако действия цепного меча точно заставили их отступить на безопасное расстояние.
М: Война продолжается. - подумал Хастур, несущиеся со всех сторон воины уже стали сходиться в битвах между собой, почти добираясь до центра поля, на котором Хастур и стоял. Кузнец сунул Дирнуин и ятаган обратно на свои места, подобрав новый трофей. Оружие было очень легким для него. Он не испытывал никакого веса, особенно отдачи в замах, который попытался провести, но клинок оставался собранным. Но решил разобраться с ним позже. Если он тут не помрет, то точно найдет время разобраться в этом удивительном оружии. Быстрым шагом Хастур достиг щита, подобрав его и быстро оглядев повреждения. Он был погнут по центру, но использовать его еще можно было. Это не такие повреждения, что бы отказаться от него. А следом и чекан, который вспахал немного землю при ударе. Подняв его и немного очистив, он снова был готов к бою. Который уже вот вот должен был продолжиться.