[id656692935:bp-36291248_282285|Mia],
Знали бы люди, что смотрят на эту миловидную девушку с кошачьими ушами, что ей не нужен лук, чтобы пристрелить их за милую душу. Большую часть ее изречений Хун'хель отложил в "далекий ящик", мысленно готовясь продолжить разговор уже внутри здания. Или как они еще могли назвать это награмождение обломков разных форм и размеров? Базой? Вопросов оставалось больше, чем ответов.
= А кому он не нужен? - усмехнулся стражник, издавая спрыснутый смешок. - Валите отсюда. С хабаром приходите завтра, может примет.
— Вот оно как, - с присущими тонками безразличия и хладнокровия выскользнуло из его уст, прежде чем его фигура в трапье настигла обоих стражников, сжимая их черепа в цепких когтистых пальцах. Стук. Размашистым движением падальщики познакомились друг с другом ближе, чем планировали ранее, столкнувшись головами на манер тарелок. Обычно, когда нечто подобное происходило на ритуалах в его деревне, тарелки еще долго издавали глубокий звук, наполняющий старинные залы. Здесь же, стук и все.
"А ведь раньше вместо ритуальных чаш использовали черепа поверженных врагов..." - удивившись результату, далекому от ожидания, Халаса'бали развел руками и наконец ослабил хватку, позволяя телам людей осесть на землю.
— Это было не запугивание, а предупреждение, - пожал плечами зверочеловек, проходя к массивным дверям из стальных листов. - Они ему не вняли... К слову, по поводу человечности. Ты правда считаешь, что кровь решает, много ее в тебе или же нет?
Небольшая пауза. Зеленовласому было интересно, что же ответит ему Клео и, как только получил ответ, дернул за ручку. К сожалению, ворота не поддались. Заперто. Глаза зацепились за связку ключей на поясе одного из стражников. Подцепив оную хвостом, вытянувшимся из копчика, революционер принялся осторожно пробовать ключ на совместимость с дверным замком. А пока занимался этим, решил все же ответить на ряд вопросов Клеопатры.
— Что до Аша... Он просто дитя насилия. Поверь мне, если бы ты росла в жестокости, как и он, вас бы отличали только методы, но не вкусы... Так, не тот. Если бы меня продали, я бы сумел выбраться и достичь своих целей своими методами. Они бы мало отличались от методов Аша, надо сказать, а может, даже превосходили их по жестокости. Но цели своей я бы достиг. И даже сейчас мы планомерно продвигаемся к ее достижению... Тц, снова не тот! А трубку мою лучше не кури, это травы с седативным действием. Транквилизаторы, можно сказать. Аш иногда балуется, чтобы расслабиться и почувствовать себя в безопасности... Но это то, что может принести ему покой. И тебе не принесет. Разве что загробный. О!
Ключ ласково повернулся в замочной скважине и тяжелая дверь слегка приоткрылась, впуская внутрь "свежий" воздух с улицы внутрь. Хун с некоторой торжественностью вздохнул и укрыл связку ключей в сумку. Те им еще пригодятся, если придется шастать туда-сюда по этому лабиринту. Раздвоенный язык на мгновение выскользнул из плотно сжатых узких линий губ. Несколько секунд зверочеловек обдумывал ощущаемое, прежде чем сказать.
— Не все пираты плохие, не все дозорные хорошие, не все революционеры добрые. У каждого свои тараканы в голове и оная на плечах. Поэтому охоться и выслеживай сколько влезет, я тебя в этом отдергивать не стану. Но думай, кого выслеживаешь для охоты, а кого для информации... Идем, кажется, их убежище уходит вглубь.
На сим словах он неспешно скрылся за дверью.
ONE PIECE RP ·
[Норд Блю] Спайдер Майлс
[id219675888:bp-36291248_282290|Петр],
|Клеопатра|
Снова усмешка. Клео уже хотела взять свои слова обратно по поводу человечности, однако, как только вцепилась в кожу руки, чтобы выудить несколько стрел, она себя одернула. Во-первых, потому что Хун'хель уже вышел вперед, проучив смеяк, а во-вторых, вспомнила, что они все же являются чужаками, посему такая реакция вполне себе ожидаема. Сделав вдох-выдох, смуглянка выдавила из себя ухмылку, но не от ситуации со стражниками, а, скорее, от того, как нелепо пыталась скрыть свою хищную природу.
— Ладно, в этот раз уступлю тебе в этом споре, — отрешенно ответила синеглазая, дернув ушами и хвостом, — К тому же, явные различия в поведении у нас с тобой есть, но что уж там, ты же громила, которой особо нет дела до правоты других. Верно же?
Едкий прищур показался на личике девицы, прежде чем стала искать другие способы проникнуть за ворота, что были бы гораздо быстрее, чем подборка ключей, но мыслей не было. Все же, ей было слишком беспокойно, чтобы здраво мыслить в данный момент времени. Посему, пришлось выслушивать очередные тирады напарника, пока он ковырялся с подборкой нужного ключа.
— И смысл вообще таскать столько ключей, тц.
Револьционерша встала неподалеку от змея, так сказать, на шухер, на случай, если все таки кто-то в такую темень еще будет проходить к дверям своего убежища.
— Быть падальщиками не тоже самое, что революционерами, — все же начала та, скрестив руки, — Они выживают как могут. Мы же сейчас зависимы от обстоятельств, посему отсвечивать лишний раз затея не из хороших. Аш должен знать, тем более, что его черная шерсть очень выделяется в свете дня.
Предвкушая аналогичное замечание по поводу ее внешности, да проигнорировав подколку по поводу трубки, она поспешила добавить:
— На меня не нужно смотреть, я действую в тени. И я не минк, чтобы не суметь слиться с толпой. Кое-что в маскировке я все же смыслю, ха!
Черный хвост закачался из стороны в сторону, как только дверь поддалась всем усилиям парня, так что, как только он закончил с очередными умозаключениями, закатила глаза и юркнула в коридорную темень.
— Без тебя знаю, — сухо ответила она, вырываясь вперед, но следя за тем, куда направляется зеленовласый.
...все же карты убежища никто любезно не предоставит, а запахи здесь слишком чужие, чтобы понять что куда.
|Клеопатра|
Снова усмешка. Клео уже хотела взять свои слова обратно по поводу человечности, однако, как только вцепилась в кожу руки, чтобы выудить несколько стрел, она себя одернула. Во-первых, потому что Хун'хель уже вышел вперед, проучив смеяк, а во-вторых, вспомнила, что они все же являются чужаками, посему такая реакция вполне себе ожидаема. Сделав вдох-выдох, смуглянка выдавила из себя ухмылку, но не от ситуации со стражниками, а, скорее, от того, как нелепо пыталась скрыть свою хищную природу.
— Ладно, в этот раз уступлю тебе в этом споре, — отрешенно ответила синеглазая, дернув ушами и хвостом, — К тому же, явные различия в поведении у нас с тобой есть, но что уж там, ты же громила, которой особо нет дела до правоты других. Верно же?
Едкий прищур показался на личике девицы, прежде чем стала искать другие способы проникнуть за ворота, что были бы гораздо быстрее, чем подборка ключей, но мыслей не было. Все же, ей было слишком беспокойно, чтобы здраво мыслить в данный момент времени. Посему, пришлось выслушивать очередные тирады напарника, пока он ковырялся с подборкой нужного ключа.
— И смысл вообще таскать столько ключей, тц.
Револьционерша встала неподалеку от змея, так сказать, на шухер, на случай, если все таки кто-то в такую темень еще будет проходить к дверям своего убежища.
— Быть падальщиками не тоже самое, что революционерами, — все же начала та, скрестив руки, — Они выживают как могут. Мы же сейчас зависимы от обстоятельств, посему отсвечивать лишний раз затея не из хороших. Аш должен знать, тем более, что его черная шерсть очень выделяется в свете дня.
Предвкушая аналогичное замечание по поводу ее внешности, да проигнорировав подколку по поводу трубки, она поспешила добавить:
— На меня не нужно смотреть, я действую в тени. И я не минк, чтобы не суметь слиться с толпой. Кое-что в маскировке я все же смыслю, ха!
Черный хвост закачался из стороны в сторону, как только дверь поддалась всем усилиям парня, так что, как только он закончил с очередными умозаключениями, закатила глаза и юркнула в коридорную темень.
— Без тебя знаю, — сухо ответила она, вырываясь вперед, но следя за тем, куда направляется зеленовласый.
...все же карты убежища никто любезно не предоставит, а запахи здесь слишком чужие, чтобы понять что куда.
[id656692935:bp-36291248_283013|Mia],
Пока он возился с замком, ему не оставалось ничего, кроме как закатить глаза на эту язвительную фразу полукровки, которая почти никогда не упустит упрекнуть Хуна в несовершенстве его методов.
— Я не громила, - вздохнул змей, закатывая глаза. Он понимал, к чему она клонит, но отказывался признавать самому себе, что его методы на этом острове были до чрезмерного прямолинейны и резки. - Да, возможно, я переборщил с Эшем, но я предпочитаю обычно действовать куда... Осторожнее. И плавнее. Быть может, когда мы выберемся отсюда, ты понаблюдаешь за мной, когда меня не подгоняет время. Все, что меня сейчас волнует - это информация. И, к сожалению, времени заигрывать с людьми и дипломатией у меня нет.
Он и сам был не дурак, понимая, что с этим заданием было все не так с самого начала. Дернулся на поиски практически сразу, как подвернулась возможность, в порту, наверное, даже и не поняли, чего зверочеловек так резво спустился на воду и поплыл черт возьми зачем и куда. Вероятно, ему даже устроят нагоняй по итогу, но... У него были свои идеи, как подсластить генералу горькую пилюлю своего "проступка". Если так можно назвать то, что он сделал. Уже шагая по коридору, уходящего кишкой вглубь мусорного завала, он на мгновение остановился, оборачиваясь назад в пол корпуса, чтобы увидеть темный силуэт Клеопатры на фоне внешнего факельного освещения.
— Сколько ключей, столько и комнат. Не факт, что там есть что-то кроме мусора, но будет нелишним проверить... Но сначала Авантюрин, - закончив, Халаса'бали (которого заебали) двинулся в темноту. В глубины завала из мусора огромных размеров. Целая гора, в которой было множество ходов и комнат. Страшно представить, как и сколько времени данное убежище создавалось из всего, что попадается под руку. И как мало нужно, чтобы обвалить всю эту крепость под собственным весом. - Я и не собирался на тебя смотреть... Впрочем, насчет тени ты права. Гаси свет, если заметишь по пути. Он нам с тобой не нужен, чтобы видеть, а вот падальщикам вполне.
Выдав очень важный приказ для лучницы, Хун'хель двинулся дальше вглубь, спускаясь глубже на один этаж, прежде чем наступить на относительно ровный пол из сплетения множества металлических плит, где-то сцепленных между собой болтами и сваркой. Он не очень хотел продолжать разговор, но закончить его все же надо было.
— Что до падальщиков... Между нами разница лишь в том, что мы сражаемся против того, что угнетает нас, а они выживают вопреки. Им не столь важна наша цель, но они с радостью могут принять ее, если призвать сюда оратора получше, нежели я или ты. И не забывай, что единственная причина, по которой МЫ не должны отсвечивать, это то, что мы разведчики. Шпионы, если так угодно. Тем, кто получает наши сведения скрытыми быть не обязательно.
Пока он возился с замком, ему не оставалось ничего, кроме как закатить глаза на эту язвительную фразу полукровки, которая почти никогда не упустит упрекнуть Хуна в несовершенстве его методов.
— Я не громила, - вздохнул змей, закатывая глаза. Он понимал, к чему она клонит, но отказывался признавать самому себе, что его методы на этом острове были до чрезмерного прямолинейны и резки. - Да, возможно, я переборщил с Эшем, но я предпочитаю обычно действовать куда... Осторожнее. И плавнее. Быть может, когда мы выберемся отсюда, ты понаблюдаешь за мной, когда меня не подгоняет время. Все, что меня сейчас волнует - это информация. И, к сожалению, времени заигрывать с людьми и дипломатией у меня нет.
Он и сам был не дурак, понимая, что с этим заданием было все не так с самого начала. Дернулся на поиски практически сразу, как подвернулась возможность, в порту, наверное, даже и не поняли, чего зверочеловек так резво спустился на воду и поплыл черт возьми зачем и куда. Вероятно, ему даже устроят нагоняй по итогу, но... У него были свои идеи, как подсластить генералу горькую пилюлю своего "проступка". Если так можно назвать то, что он сделал. Уже шагая по коридору, уходящего кишкой вглубь мусорного завала, он на мгновение остановился, оборачиваясь назад в пол корпуса, чтобы увидеть темный силуэт Клеопатры на фоне внешнего факельного освещения.
— Сколько ключей, столько и комнат. Не факт, что там есть что-то кроме мусора, но будет нелишним проверить... Но сначала Авантюрин, - закончив, Халаса'бали (которого заебали) двинулся в темноту. В глубины завала из мусора огромных размеров. Целая гора, в которой было множество ходов и комнат. Страшно представить, как и сколько времени данное убежище создавалось из всего, что попадается под руку. И как мало нужно, чтобы обвалить всю эту крепость под собственным весом. - Я и не собирался на тебя смотреть... Впрочем, насчет тени ты права. Гаси свет, если заметишь по пути. Он нам с тобой не нужен, чтобы видеть, а вот падальщикам вполне.
Выдав очень важный приказ для лучницы, Хун'хель двинулся дальше вглубь, спускаясь глубже на один этаж, прежде чем наступить на относительно ровный пол из сплетения множества металлических плит, где-то сцепленных между собой болтами и сваркой. Он не очень хотел продолжать разговор, но закончить его все же надо было.
— Что до падальщиков... Между нами разница лишь в том, что мы сражаемся против того, что угнетает нас, а они выживают вопреки. Им не столь важна наша цель, но они с радостью могут принять ее, если призвать сюда оратора получше, нежели я или ты. И не забывай, что единственная причина, по которой МЫ не должны отсвечивать, это то, что мы разведчики. Шпионы, если так угодно. Тем, кто получает наши сведения скрытыми быть не обязательно.
[id219675888:bp-36291248_283184|Петр],
|Клеопатра|
Пантера что-то пробурчала себе под нос, но озвучивать в полный голос не решилась. Она терпеливо ждала, когда напарник закончит со взломом, но все же была маленькая деталь, которая эту "терпеливость" сдавала с потрохами: хвост, что хаотично подергивался из стороны в сторону, пока Клеопатра старалась делать безразличное лицо.
— Как только вернемся на корабль, я вдоволь отосплюсь... Почти сутки уже бодрствуем, а для меня это слишком много.
Девушка шла по слабо освещаемым коридорам, всем своим важным видом показывая, как она слушает Хуна (хотя, кажется, прослушала часть из того, что он говорил). Да и не особо что-то было полезное для нее, быть честным. Лишь приняв приказ, она с легким ворчанием двинулась вперед, после чего источники света один за другим стали угасать. Без лишнего шороха, звука...
— Не отсвечивать, так не отсвечивать, — вдруг легко согласилась смуглянка, хмыкнув, — Ты итак знаешь, что мы оба сейчас зависимы от Революционной Армии. В ином случае, от нас двоих была бы кровавая баня, и явно не в этом месте.
И шепотом, еле слышным, добавила:
— Вот бы снова бегать по лесам и наслаждаться свободой... Вы же хотели моей свободы, да, мама и папа...?
Но вдруг замолкнуть заставил звук шагов позади, отчего черновласая резко затихла. Дернув ушами и слегка принюхавшись, она плавно проскользнула назад, не говоря ни слова.
Позади шел падальщик, явно осматривающий окрестности, что что-то недовольно ворчал себе под нос. Едва были различимы слова про бардак и сон, о котором он грезил после долгих дежурств. Темная тень пронеслась мимо него, пока не оказалась у него за спиной.
— Что за...
Девица резким движением вцепилась в мужчину, что явно не ожидал такой нападки, а черные когти вцепились ему в шею, угрожая той быть явно не в жизнеспособном состоянии. И только хрип вырвался с его уст, когда он попытался закричать — хват синеглазки усилился, заставляя того хватать воздух сильнее.
— Тише-тише. Кричать будет лишним, — мягкий, но мрачный шепот дошел до ушей оного, — Не подскажешь ли, где Авантюрин находится? А я, так и быть, отпущу тебя, если твоя информация будет полезной.
— Кх-х, тебе это с рук не сойдет, тва... — но он тут же оступился в изречениях, когда острые когти вонзились в плоть, — В конце...коридора... Направо и до упора...
Жертва девчушки уже начала было пытаться сцепить ту с себя, но, довольная этим ответом, революционерша убрала когти, но вместо этого обхватила шею оного под локоть и довела бедолагу до бессознательного состояния.
— Sleep well, little wanderer.
Вскоре, та вернулась к змею с довольной улыбкой. Хвост плавно качался позади лучницы, а она сама будто мурчала от удовлетворения.
— До конца и направо. Не отставай!
И она прытью кинулась дальше, продолжая тушить свет.
Кажется, Клео не так уж и бесполезна в чужих пространствах...
|Клеопатра|
Пантера что-то пробурчала себе под нос, но озвучивать в полный голос не решилась. Она терпеливо ждала, когда напарник закончит со взломом, но все же была маленькая деталь, которая эту "терпеливость" сдавала с потрохами: хвост, что хаотично подергивался из стороны в сторону, пока Клеопатра старалась делать безразличное лицо.
— Как только вернемся на корабль, я вдоволь отосплюсь... Почти сутки уже бодрствуем, а для меня это слишком много.
Девушка шла по слабо освещаемым коридорам, всем своим важным видом показывая, как она слушает Хуна (хотя, кажется, прослушала часть из того, что он говорил). Да и не особо что-то было полезное для нее, быть честным. Лишь приняв приказ, она с легким ворчанием двинулась вперед, после чего источники света один за другим стали угасать. Без лишнего шороха, звука...
— Не отсвечивать, так не отсвечивать, — вдруг легко согласилась смуглянка, хмыкнув, — Ты итак знаешь, что мы оба сейчас зависимы от Революционной Армии. В ином случае, от нас двоих была бы кровавая баня, и явно не в этом месте.
И шепотом, еле слышным, добавила:
— Вот бы снова бегать по лесам и наслаждаться свободой... Вы же хотели моей свободы, да, мама и папа...?
Но вдруг замолкнуть заставил звук шагов позади, отчего черновласая резко затихла. Дернув ушами и слегка принюхавшись, она плавно проскользнула назад, не говоря ни слова.
Позади шел падальщик, явно осматривающий окрестности, что что-то недовольно ворчал себе под нос. Едва были различимы слова про бардак и сон, о котором он грезил после долгих дежурств. Темная тень пронеслась мимо него, пока не оказалась у него за спиной.
— Что за...
Девица резким движением вцепилась в мужчину, что явно не ожидал такой нападки, а черные когти вцепились ему в шею, угрожая той быть явно не в жизнеспособном состоянии. И только хрип вырвался с его уст, когда он попытался закричать — хват синеглазки усилился, заставляя того хватать воздух сильнее.
— Тише-тише. Кричать будет лишним, — мягкий, но мрачный шепот дошел до ушей оного, — Не подскажешь ли, где Авантюрин находится? А я, так и быть, отпущу тебя, если твоя информация будет полезной.
— Кх-х, тебе это с рук не сойдет, тва... — но он тут же оступился в изречениях, когда острые когти вонзились в плоть, — В конце...коридора... Направо и до упора...
Жертва девчушки уже начала было пытаться сцепить ту с себя, но, довольная этим ответом, революционерша убрала когти, но вместо этого обхватила шею оного под локоть и довела бедолагу до бессознательного состояния.
— Sleep well, little wanderer.
Вскоре, та вернулась к змею с довольной улыбкой. Хвост плавно качался позади лучницы, а она сама будто мурчала от удовлетворения.
— До конца и направо. Не отставай!
И она прытью кинулась дальше, продолжая тушить свет.
Кажется, Клео не так уж и бесполезна в чужих пространствах...
[id656692935:bp-36291248_283786|Mia],
Полукровка вставила жалобную, но верную ремарку - они почти сутки не отдыхали, а сам Хун'хель провел на день больше на ногах, перебиваясь тонизирующим эффектом курительной смеси и чаем. Природа, наградившая его змеиными чертами играла ему на руку, усталости почти не ощущалось, но сколько это продлится и не обманка ли это разума посредством курения - скажет только время.
— Ага, - сухо кивнул он, соглашаясь с кошачьими доводами. Возможно, Эш уже наслаждается их отсутствием где-то на острове или корабле, в зависимости от уровня наглости, который мог достигнуть максимально допустимой границы в любой промежуток времени.
"Нет, вряд-ли," - откинул эти варианты змей, - "После взбучки он старается прилежно выполнить задачу, а уже потом отдыхать. Он ведь не самоубийца..."
Внутренний голос, озвучивающий его мысли на миг показался ему чрезмерно кровожадным в обращении к своим товарищам по оружию. Но других мыслей о том, как следует держать этого минка в узде у Хуна отродясь не было. Сколько бы они не были знакомы, всегда появляется та грань, через которую Эш не просто переступает, а перепрыгивает в кульбите. Девушка тенью проскользнула мимо него и вскоре освещение в коридоре погасло. По крайней мере в этом промежутке.
— Кто знает, кто знает... - сказал он уже, когда она подошла ближе. - Мы бы могли стать охотниками за головами, это мало бы повлияло на нашу жизнь...
Еле слышно Клеопатра добавила что-то про свободу. Но разве же они не свободны сейчас?... Халаса'бали не успел толком ответить, как за спиной послышались шаги. Клеопатры уже не было, а зверочеловеку только и оставалось, что стоять истуканом, скрестив руки на груди. Зеленовласый пожал плечами и оперся на близлежащую стену спиной, в ожидании подопечной рассуждая о словах. Свобода... Они свободны или же все же...? Взгляд невольно пал на шею. У змея был очень мрачный юмор, что ни раз доказывалось его любовью носить перерезанную петлю на шее, как напоминание о том, от чего он ушел. От глубоких размышлений его отвлек звонкий голос девушки, которую словно в задницу ужалили. Уж больно резко она вошла в охотничий азарт...
— Ну что за котенок... - усмехнувшись, Хун обернулся в сторону бессознательного тела, лежащего на полу, - А лук ей зачем? -
Клео слишком уж сильно напоминала котенка, который учится охотится на хвосте матери. К добру это или к худу, вопрос открытый, но что-то внутри змея подсказывало, что если он не поторопится, то этот котенок с радостью побежит за бабочкой прямо в обрыв. Хун двигался стремительно и плавно, следуя за шлейфом потушенных огоньков, пока вскоре не нагнал ее у огромной двери, где стояло двое стражников, а рядом с ними два факела. Девушка могла уже предвкушать дальнейший бросок, столкновение их затылков с металлическим мусором, из которого были сделаны стены этого места. Но змей ее опередил. Рывок, пятерня левой лапы схватилась за лицо и повороте тело стражника на манер мешка влетело в второго, едва успевшего опомнится. Хун не мог оставить полукровке все веселье, какой пример он покажет, отсиживаясь позади?
— Ну что, стучать будем?...
Полукровка вставила жалобную, но верную ремарку - они почти сутки не отдыхали, а сам Хун'хель провел на день больше на ногах, перебиваясь тонизирующим эффектом курительной смеси и чаем. Природа, наградившая его змеиными чертами играла ему на руку, усталости почти не ощущалось, но сколько это продлится и не обманка ли это разума посредством курения - скажет только время.
— Ага, - сухо кивнул он, соглашаясь с кошачьими доводами. Возможно, Эш уже наслаждается их отсутствием где-то на острове или корабле, в зависимости от уровня наглости, который мог достигнуть максимально допустимой границы в любой промежуток времени.
"Нет, вряд-ли," - откинул эти варианты змей, - "После взбучки он старается прилежно выполнить задачу, а уже потом отдыхать. Он ведь не самоубийца..."
Внутренний голос, озвучивающий его мысли на миг показался ему чрезмерно кровожадным в обращении к своим товарищам по оружию. Но других мыслей о том, как следует держать этого минка в узде у Хуна отродясь не было. Сколько бы они не были знакомы, всегда появляется та грань, через которую Эш не просто переступает, а перепрыгивает в кульбите. Девушка тенью проскользнула мимо него и вскоре освещение в коридоре погасло. По крайней мере в этом промежутке.
— Кто знает, кто знает... - сказал он уже, когда она подошла ближе. - Мы бы могли стать охотниками за головами, это мало бы повлияло на нашу жизнь...
Еле слышно Клеопатра добавила что-то про свободу. Но разве же они не свободны сейчас?... Халаса'бали не успел толком ответить, как за спиной послышались шаги. Клеопатры уже не было, а зверочеловеку только и оставалось, что стоять истуканом, скрестив руки на груди. Зеленовласый пожал плечами и оперся на близлежащую стену спиной, в ожидании подопечной рассуждая о словах. Свобода... Они свободны или же все же...? Взгляд невольно пал на шею. У змея был очень мрачный юмор, что ни раз доказывалось его любовью носить перерезанную петлю на шее, как напоминание о том, от чего он ушел. От глубоких размышлений его отвлек звонкий голос девушки, которую словно в задницу ужалили. Уж больно резко она вошла в охотничий азарт...
— Ну что за котенок... - усмехнувшись, Хун обернулся в сторону бессознательного тела, лежащего на полу, - А лук ей зачем? -
Клео слишком уж сильно напоминала котенка, который учится охотится на хвосте матери. К добру это или к худу, вопрос открытый, но что-то внутри змея подсказывало, что если он не поторопится, то этот котенок с радостью побежит за бабочкой прямо в обрыв. Хун двигался стремительно и плавно, следуя за шлейфом потушенных огоньков, пока вскоре не нагнал ее у огромной двери, где стояло двое стражников, а рядом с ними два факела. Девушка могла уже предвкушать дальнейший бросок, столкновение их затылков с металлическим мусором, из которого были сделаны стены этого места. Но змей ее опередил. Рывок, пятерня левой лапы схватилась за лицо и повороте тело стражника на манер мешка влетело в второго, едва успевшего опомнится. Хун не мог оставить полукровке все веселье, какой пример он покажет, отсиживаясь позади?
— Ну что, стучать будем?...
Прямо перед дверью полукровка задрожала. Все то, что копилось в ней все это путешествие, оставшееся где-то за кадром и события на острове привело к текущему положению. Хун был строг, а иногда и до невыносимости жесток. Поучение Эша было фатальным и стало последним гвоздем в крышку их партнерства.
= Давай, лучше, без меня... - слегка дрожащим голосом произнесла она и отстранившись, резко скрылась в темноту. Лишь благодаря змеиным чертам Хун мог наблюдать в пол оборота, как хрупкая фигура полукровки, нервно мотая хвостом скрылась где-то за поворотом в полутьме.
"Странно," - пронеслось у него в голове. Он и сам чувствовал всю эту напряженность, которая сопровождала их на этом острове. Токсичность, нервозность, комплекс матери... Это было тяжело для нее. И для него, как для человека, не умеющего сопереживать. Так уж его воспитали и эту сломанную болванку уже не перековать. Взгляд змеиных очей невольно пал на вставленную отбраковку. Да, у него с этим местом было слишком много общего. Шкатулка забытых и сломанных вещей, именуемое Спайден Майлз. И наконец, его взгляд пал на дверь. Массивную дверь, за которой скрывался некий информатор. Но стоит ли доверять Эшу?... Глупый вопрос. Хоть кошак и отбился от рук, но он был в Революционной армии еще раньше, чем сам Хун.
Стук. Еще один. И двери резко раскрываются от удара ногой, открывая взору Хун'хеля просторный зал с игральным столом посередине. В центре, буквально у самой стены на стуле восседал молодой блондин. Беглого взгляда было достаточно: появление Хуна было внезапным, неказистым, вульгарным, но лишь этот человек оставался достаточно спокойным в то время, как остальные, вооружившись ломом, обрезами, трубами, кто на что горазд, резко повскакивали со стульев.
= Рыбочеловек?... - неуверенно произнес Авантюрин, ловко скрывая свои карты, положив их мастью на стол. - Нет, чешуя слишком крупная, острая...
Юноша считывал революционера в гибридной форме его звериного естества, на что тот презрительно хмыкнул, внимательно изучая проблемных подчиненных картежника, готовых вот-вот сорваться на него с места. Халаса'бали двигался неспешно, не оставляя и подобие звука своей легкой босой поступью. Никто более не двигался в его направлении, все кто находился сейчас перед ним были единственными людьми в комнате. В голову невольно закралась мысль, что будь здесь полукровка, она бы сумела прибить стрелков к стене своими стрелами. Но сержант вынужден выпутываться из данной ситуации сам.
— Город в упадке, а самые активные граждане перекидываются в покер... - меланхолично прошипел он, продолжая свое приближение к столу. Люди переглядывались, ожидая команды, хоть какой-то реакции на появление незваного гостя, но Авантюрин был непреклонен. Сложив руки перед собой в замок, глава Падальщиков смотрел на зверочеловека, ожидая чего угодно, но не таких заявлений. Это было... Странно.
= Активные граждане? - с усмешкой переспросил блондин. - Скорее отбросы общества. По меркам рабочих и, разумеется, поморников. Дам тебе должное, назвать нас активными гражданинами! Аха... - Авант залился смехом, слегка отклоняясь в кресле поудобнее. Другие же подхватили его смех, начиная хехекать невпопад, но в комнате тотчас воцарилась тишина, когда улыбка пропала с его лица, а взгляд стал холодной сталью, впивавшуюся в змеиное лицо - Может представишься наконец? Из-за тебя мы не доиграли партию. Или мне лучше звать тебя Грубияном?
— Мое имя тебе ничего не скажет, - отмахнулся врач, доставая из сумки курительную трубку и усаживаясь на освободившийся стул напротив. - Можешь звать меня Хуном, если так удобно. И разве же между вами и горожанами есть большая разница? Остров то один.
= Не остров, свалка, - поправил его блондин, отводя взгляд куда-то в сторону. - И разница все же есть. Пока горожане доблестно и с честью надевают на себя поводья, мы предпочтем эти поводья вырвать. Вместе с рукой, разумеется.
= Босс, может мы его... - один из приближенных осторожно нагнулся к блондину, но ответом получил одну из игральных костей в лоб.
= Давай, лучше, без меня... - слегка дрожащим голосом произнесла она и отстранившись, резко скрылась в темноту. Лишь благодаря змеиным чертам Хун мог наблюдать в пол оборота, как хрупкая фигура полукровки, нервно мотая хвостом скрылась где-то за поворотом в полутьме.
"Странно," - пронеслось у него в голове. Он и сам чувствовал всю эту напряженность, которая сопровождала их на этом острове. Токсичность, нервозность, комплекс матери... Это было тяжело для нее. И для него, как для человека, не умеющего сопереживать. Так уж его воспитали и эту сломанную болванку уже не перековать. Взгляд змеиных очей невольно пал на вставленную отбраковку. Да, у него с этим местом было слишком много общего. Шкатулка забытых и сломанных вещей, именуемое Спайден Майлз. И наконец, его взгляд пал на дверь. Массивную дверь, за которой скрывался некий информатор. Но стоит ли доверять Эшу?... Глупый вопрос. Хоть кошак и отбился от рук, но он был в Революционной армии еще раньше, чем сам Хун.
Стук. Еще один. И двери резко раскрываются от удара ногой, открывая взору Хун'хеля просторный зал с игральным столом посередине. В центре, буквально у самой стены на стуле восседал молодой блондин. Беглого взгляда было достаточно: появление Хуна было внезапным, неказистым, вульгарным, но лишь этот человек оставался достаточно спокойным в то время, как остальные, вооружившись ломом, обрезами, трубами, кто на что горазд, резко повскакивали со стульев.
= Рыбочеловек?... - неуверенно произнес Авантюрин, ловко скрывая свои карты, положив их мастью на стол. - Нет, чешуя слишком крупная, острая...
Юноша считывал революционера в гибридной форме его звериного естества, на что тот презрительно хмыкнул, внимательно изучая проблемных подчиненных картежника, готовых вот-вот сорваться на него с места. Халаса'бали двигался неспешно, не оставляя и подобие звука своей легкой босой поступью. Никто более не двигался в его направлении, все кто находился сейчас перед ним были единственными людьми в комнате. В голову невольно закралась мысль, что будь здесь полукровка, она бы сумела прибить стрелков к стене своими стрелами. Но сержант вынужден выпутываться из данной ситуации сам.
— Город в упадке, а самые активные граждане перекидываются в покер... - меланхолично прошипел он, продолжая свое приближение к столу. Люди переглядывались, ожидая команды, хоть какой-то реакции на появление незваного гостя, но Авантюрин был непреклонен. Сложив руки перед собой в замок, глава Падальщиков смотрел на зверочеловека, ожидая чего угодно, но не таких заявлений. Это было... Странно.
= Активные граждане? - с усмешкой переспросил блондин. - Скорее отбросы общества. По меркам рабочих и, разумеется, поморников. Дам тебе должное, назвать нас активными гражданинами! Аха... - Авант залился смехом, слегка отклоняясь в кресле поудобнее. Другие же подхватили его смех, начиная хехекать невпопад, но в комнате тотчас воцарилась тишина, когда улыбка пропала с его лица, а взгляд стал холодной сталью, впивавшуюся в змеиное лицо - Может представишься наконец? Из-за тебя мы не доиграли партию. Или мне лучше звать тебя Грубияном?
— Мое имя тебе ничего не скажет, - отмахнулся врач, доставая из сумки курительную трубку и усаживаясь на освободившийся стул напротив. - Можешь звать меня Хуном, если так удобно. И разве же между вами и горожанами есть большая разница? Остров то один.
= Не остров, свалка, - поправил его блондин, отводя взгляд куда-то в сторону. - И разница все же есть. Пока горожане доблестно и с честью надевают на себя поводья, мы предпочтем эти поводья вырвать. Вместе с рукой, разумеется.
= Босс, может мы его... - один из приближенных осторожно нагнулся к блондину, но ответом получил одну из игральных костей в лоб.
= Тихо! Прежде чем вы, парни, начнете что-то делать с нашим гостем, я хотел бы его послушать... Разговор складывается ой какой интересный, - вернув на лицо рядовую улыбку, Авантюрин вновь обратился взором к Хун'хелю, лениво покуривающего свою трубку. - Так на чем мы остановились? Ах, да... Поводья, кнут и оторванная рука.
"Жесток, расчетлив. С таким привычнее было бы беседовать, прикованным к стулу... Уж чем-то он напоминает мне Эша. Неужели мне так везет на психов?" - в голове Хун'хеля пронеслась шальная мысль: сделать из информатора не просто источник знаний, а сделать его своим подопечным, фигурой на шахматной доске. Более ловкий на язык, менее кровожаден до криков. Манипулятор, как он есть, использующий людей, как расходный материал, но знающий этому материалу цену.
— Угу, - зверочеловек согласно кивнул собеседнику, выпуская аккуратную струю дыма в потолок. - И все же, вы такая же часть этого общества. Я пришел сюда за информацией и... Выгодным сотрудничеством.
= За информацией по адресу, за сотрудничеством увы... Мы, знаешь ли, люди в опале, мне нечего тебе дать, если только ты не собрался переехать сюда с твоей... Родины? - брови задумчиво собрались домиком, блондин хмуро оглядел собеседника еще раз, откинувшись в кресле на правый бок, прижимая пальцы правой руки к виску. - Кто ты вообще такой? Для владельца дьявольского фрукта больно худощав, да и с рыбочеловеком мало общего.
— Я зверочеловек, - сказав это, он затянулся от трубки и расслабленно отклонился на спинку стула. - Ищу украденный артефакт из моего дома.
= Ты же осознаешь, как незначительно ты сузил поиск искомого? Каждый день какой-нибудь идиот решается на кражу артефактов, семейных реликвий и прочего мусора времен, когда мамонты ходили по земле. Мысли шире, уточняй точнее... А впрочем... Зверочеловек, змея... Я знаю только одного идиота, который позарился на сокровище какого-то народа в глубинах Нового Мира...
— Скорее-всего, об этом, как ты выразился, "идиоте" и идет речь.
= Хорошо, я скажу тебе, где искать его, но какова же цена? - улыбка картежника и информатора в одном лице расплылась по лицу, приобретая черты хищного оскала. - Ты что-то говорил о "выгодном сотрудничестве", ведь, как я вижу, денег у таких, как ты не водится.
Халаса'бали невольно вздохнул. Да, революционная армия платит малый гонорар за просветление угнетенных и сбор сведений... Впрочем, всяко лучше, чем прибиться с какой-то пиратской шайке. Да и информацию добывать проще. Вот только, что еще может предложить ему змеелюд? Здесь нужно было подбирать слова с умом.
— Разницы между вами и горожанами лишь в решимости. Вы достаточно решительны отказаться от пряника, чтобы перестать получать кнутом по спине. Я сержант Революционной Армии и моих сведений должно быть достаточно, чтобы...
= Стоп-стоп-стоп, погоди! - перебил его картежник, резко ударив ладонями по столу. - Как-то мы резко скаканули от "выгодного предложения" до "отдайте ваши сердца за революцию". Ты хоть понимаешь о чем говоришь?
Несмотря на яркую реакцию информатора, Хун ни на йоту не поменялся в лице. Лишь хмыкнул, выдыхая дым через ноздри.
— Я предлагаю вам свободу, - пожал он плечами. - Вы перестанете быть, как ты выразился, "отбросами", будете героями своего острова. Это не смена руки у поводьев. Это возможность изменить жизнь острова, а не питаться объедками и строить... - Хун невольно поморщился, ощущая на языке лист табака, который тотчас был сплюнут куда-то в сторону, - Кхм. Шалашики из металлолома и прятаться от мира, как какие-то прокаженные. Как скоро Мировое Правительство решит, что вы неугодны и мешаете их деяниям? Как скоро ваши лица окажутся наравне с листовками пиратов и других преступников?
"Жесток, расчетлив. С таким привычнее было бы беседовать, прикованным к стулу... Уж чем-то он напоминает мне Эша. Неужели мне так везет на психов?" - в голове Хун'хеля пронеслась шальная мысль: сделать из информатора не просто источник знаний, а сделать его своим подопечным, фигурой на шахматной доске. Более ловкий на язык, менее кровожаден до криков. Манипулятор, как он есть, использующий людей, как расходный материал, но знающий этому материалу цену.
— Угу, - зверочеловек согласно кивнул собеседнику, выпуская аккуратную струю дыма в потолок. - И все же, вы такая же часть этого общества. Я пришел сюда за информацией и... Выгодным сотрудничеством.
= За информацией по адресу, за сотрудничеством увы... Мы, знаешь ли, люди в опале, мне нечего тебе дать, если только ты не собрался переехать сюда с твоей... Родины? - брови задумчиво собрались домиком, блондин хмуро оглядел собеседника еще раз, откинувшись в кресле на правый бок, прижимая пальцы правой руки к виску. - Кто ты вообще такой? Для владельца дьявольского фрукта больно худощав, да и с рыбочеловеком мало общего.
— Я зверочеловек, - сказав это, он затянулся от трубки и расслабленно отклонился на спинку стула. - Ищу украденный артефакт из моего дома.
= Ты же осознаешь, как незначительно ты сузил поиск искомого? Каждый день какой-нибудь идиот решается на кражу артефактов, семейных реликвий и прочего мусора времен, когда мамонты ходили по земле. Мысли шире, уточняй точнее... А впрочем... Зверочеловек, змея... Я знаю только одного идиота, который позарился на сокровище какого-то народа в глубинах Нового Мира...
— Скорее-всего, об этом, как ты выразился, "идиоте" и идет речь.
= Хорошо, я скажу тебе, где искать его, но какова же цена? - улыбка картежника и информатора в одном лице расплылась по лицу, приобретая черты хищного оскала. - Ты что-то говорил о "выгодном сотрудничестве", ведь, как я вижу, денег у таких, как ты не водится.
Халаса'бали невольно вздохнул. Да, революционная армия платит малый гонорар за просветление угнетенных и сбор сведений... Впрочем, всяко лучше, чем прибиться с какой-то пиратской шайке. Да и информацию добывать проще. Вот только, что еще может предложить ему змеелюд? Здесь нужно было подбирать слова с умом.
— Разницы между вами и горожанами лишь в решимости. Вы достаточно решительны отказаться от пряника, чтобы перестать получать кнутом по спине. Я сержант Революционной Армии и моих сведений должно быть достаточно, чтобы...
= Стоп-стоп-стоп, погоди! - перебил его картежник, резко ударив ладонями по столу. - Как-то мы резко скаканули от "выгодного предложения" до "отдайте ваши сердца за революцию". Ты хоть понимаешь о чем говоришь?
Несмотря на яркую реакцию информатора, Хун ни на йоту не поменялся в лице. Лишь хмыкнул, выдыхая дым через ноздри.
— Я предлагаю вам свободу, - пожал он плечами. - Вы перестанете быть, как ты выразился, "отбросами", будете героями своего острова. Это не смена руки у поводьев. Это возможность изменить жизнь острова, а не питаться объедками и строить... - Хун невольно поморщился, ощущая на языке лист табака, который тотчас был сплюнут куда-то в сторону, - Кхм. Шалашики из металлолома и прятаться от мира, как какие-то прокаженные. Как скоро Мировое Правительство решит, что вы неугодны и мешаете их деяниям? Как скоро ваши лица окажутся наравне с листовками пиратов и других преступников?
= А, то есть, если мы устроим здесь революцию, с вашей помощью или без, то на нас не польется огненный дождь и город не наполнят кровавые реки? Не, ну звучит, конечно логично... В твоем крошечном змеином мозгу, разумеется. Ты предлагаешь нести войну в мой дом, суля выгоду, но я вижу лишь убытки, - Авантюрин рассмеялся и рухнул в свое кресло, краем глаза видя задумчивые и озадаченные лица подчиненных. А что с них взять? Он по тому и главный, потому что между "сильным" и "умным" выбрал последнее с припиской "хитрый до жути".
— Выгоднее ждать, пока горы мусора не закроют небо? - парировал в ответ змеелюд, наконец-то возвращая свое человеческое обличье. Так говорить было проще, без этого извечного шипения между строк. Да и курить удобнее без клыков. - Этот остров - отработанный материал на отшибе мира. Клочок земли, почти полностью наполненный мусором, куда стекается прочий сброд. Где гарантии, что без помощи революционной армии этот клочок суши не станет зоной беззакония в Норд Блю?
= Эй, парень, погоди... - разговор был очень интересным и веселым для Авантюрина. Впрочем, это было далеко не его настоящее имя, но не суть. Сам разговор был донельзя смешон и странен. - Ты же в курсе, что вы так-то тоже вне закона?
Змеелюд глубоко вздохнул. Как же ему хотелось сказать что-то вроде: "ну ты тоже не неси пургу, тут так-то ровные пацанчики, которых до последнего не хотели в преступники записывать, пока больное колено до крови не расчесали", но манеры, манеры. Чертов этикет, присущий ему по должности. Или же все же нет? Ему было сложно рассуждать на такие темы, а положение и привычка не говорить сводила все в лаконичное.
— Пока вне закона.
= А вы, батенька, идеалист... - закончив на сим свою речь блондин задумался, оставляя свой взгляд на змеелюде. Но мысль его гуляла далеко за пределами этой комнаты, взвешивая все за и против. Как вообще можно понять, что этот парень в лохмотьях с петлей на шее хоть что-то может ему дать? Испытание! Зрелищ и крови! - Если честно, то мне понятны твои мотивы. Увидел бунтующих против власти, решил подкатить, так сказать, на хромой кобыле... В целом, ты прав, между нами и горожанами нет весомой пропасти, скорее наоборот, от реальности отстранилось Правительство, использующее нас, как расходный материал. Но вот ты... Не внушаешь мне доверие. Сыграем?
— Боюсь, я не умею играть в покер, - преждевременная радость, когда Авантюрин начал рассуждать о всех плюсах и минусах их сотрудничества растворилась в дегте реальности. Он не согласен идти на поводу у Хун'хеля просто так. И, к сожалению для него, Халаса'бали был отвратительным игроком в покер, пусть и отлично исполнял "каменное лицо".
= Ох, нет, я не о покере... Твоя ставка против моей. Если ты сможешь убрать одного человека...
— Я не наемный убийца, картежник, - прервал его революционер.
= Да, не убийца, - сказал он, словно пробуя это согласие на вкус, прежде чем выплюнуть в лицо змею. - Насколько мне известно вы, революционеры, готовы жизни свои отдать во благо простого народа... Так уж вышло, что один из моих людей, как ты правильно указал ранее, бандит с дороги, прибывший сюда укрытия ради, обжился на окраине свалки и не брезгует нападать на поморников... Ну и на остальных тоже. Как говорится, раб своих привычек.
— И горожан, и дозорных, и вас, - Хун подытожил то, что сам Авантюрин решил упустить из виду. И кто из них еще хитрая змея? - Хорошо, я разберусь с ним. Но у меня есть условие.
= Условие? - Авантюрин удивленно вскинул брови и переспросил, это явно не входило в его планы.
— Если я выполню свою часть сделки, ты - пойдешь со мной, как гарант нашего сотрудничества. Расскажешь о своих людях, о положении на острове, а также, приведешь меня к "тому самому идиоту", о котором ты говорил ранее. У всякой информации есть срок годности, а добывать ее - твой хлеб, соль и вода.
Картежник невольно поморщил лицо, не теряя на нем ухмылки. Этот человек был наглым.
— Выгоднее ждать, пока горы мусора не закроют небо? - парировал в ответ змеелюд, наконец-то возвращая свое человеческое обличье. Так говорить было проще, без этого извечного шипения между строк. Да и курить удобнее без клыков. - Этот остров - отработанный материал на отшибе мира. Клочок земли, почти полностью наполненный мусором, куда стекается прочий сброд. Где гарантии, что без помощи революционной армии этот клочок суши не станет зоной беззакония в Норд Блю?
= Эй, парень, погоди... - разговор был очень интересным и веселым для Авантюрина. Впрочем, это было далеко не его настоящее имя, но не суть. Сам разговор был донельзя смешон и странен. - Ты же в курсе, что вы так-то тоже вне закона?
Змеелюд глубоко вздохнул. Как же ему хотелось сказать что-то вроде: "ну ты тоже не неси пургу, тут так-то ровные пацанчики, которых до последнего не хотели в преступники записывать, пока больное колено до крови не расчесали", но манеры, манеры. Чертов этикет, присущий ему по должности. Или же все же нет? Ему было сложно рассуждать на такие темы, а положение и привычка не говорить сводила все в лаконичное.
— Пока вне закона.
= А вы, батенька, идеалист... - закончив на сим свою речь блондин задумался, оставляя свой взгляд на змеелюде. Но мысль его гуляла далеко за пределами этой комнаты, взвешивая все за и против. Как вообще можно понять, что этот парень в лохмотьях с петлей на шее хоть что-то может ему дать? Испытание! Зрелищ и крови! - Если честно, то мне понятны твои мотивы. Увидел бунтующих против власти, решил подкатить, так сказать, на хромой кобыле... В целом, ты прав, между нами и горожанами нет весомой пропасти, скорее наоборот, от реальности отстранилось Правительство, использующее нас, как расходный материал. Но вот ты... Не внушаешь мне доверие. Сыграем?
— Боюсь, я не умею играть в покер, - преждевременная радость, когда Авантюрин начал рассуждать о всех плюсах и минусах их сотрудничества растворилась в дегте реальности. Он не согласен идти на поводу у Хун'хеля просто так. И, к сожалению для него, Халаса'бали был отвратительным игроком в покер, пусть и отлично исполнял "каменное лицо".
= Ох, нет, я не о покере... Твоя ставка против моей. Если ты сможешь убрать одного человека...
— Я не наемный убийца, картежник, - прервал его революционер.
= Да, не убийца, - сказал он, словно пробуя это согласие на вкус, прежде чем выплюнуть в лицо змею. - Насколько мне известно вы, революционеры, готовы жизни свои отдать во благо простого народа... Так уж вышло, что один из моих людей, как ты правильно указал ранее, бандит с дороги, прибывший сюда укрытия ради, обжился на окраине свалки и не брезгует нападать на поморников... Ну и на остальных тоже. Как говорится, раб своих привычек.
— И горожан, и дозорных, и вас, - Хун подытожил то, что сам Авантюрин решил упустить из виду. И кто из них еще хитрая змея? - Хорошо, я разберусь с ним. Но у меня есть условие.
= Условие? - Авантюрин удивленно вскинул брови и переспросил, это явно не входило в его планы.
— Если я выполню свою часть сделки, ты - пойдешь со мной, как гарант нашего сотрудничества. Расскажешь о своих людях, о положении на острове, а также, приведешь меня к "тому самому идиоту", о котором ты говорил ранее. У всякой информации есть срок годности, а добывать ее - твой хлеб, соль и вода.
Картежник невольно поморщил лицо, не теряя на нем ухмылки. Этот человек был наглым.
Вернее, он даже человеком то и не был. Змеиные черты ярко выражали его опасную натуру, которая сильно контрастировала с его спокойными рассуждениями. Такое чувство, будто человек перед ним запретил себе чувствовать, но озвучивать все свои рассуждения Авантюрин не стал, оставив это за занавесом улыбки. Пройдя мимо Хуна, он взглянул в мрак коридоров и озадаченно посмотрел на революционера в спину.
= Твоя работа?
— Нет, думаю, светильники перегорели. Тут все из мусора, - без лишней мысли наврал змей. Ему в целом было не нужно лишнее внимание Авантюрина к своей персоне, чем наоборот привлек его внимание.
= Окак, - одарив революционера хитрым прищуром, произнес блондин и двинулся вперед, освещая свой путь зажигалкой. Хун последовал за ним, но он и без яркого света без проблем ориентировался в этой темноте, лишь иногда освещая свет тлеющим табаком в мундштуке. Они не говорили друг с другом, предпочитая сохранять молчание до места, где Хун'хель должен будет сразиться с "проблемным активом" блондина. Где-то на пол пути, когда до шалашика, скрытого под обломками какого-то корабля Авантюрин задумчиво спросил.
= Хун... Это ведь не твое настоящее имя? Я не слышал ни о ком в революционной армии, кого бы звали так небрежно.
Остановившись на холме из мусора, зверочеловек недовольно нахмурился, смотря блондину в спину. Говорить ли ему? А впрочем, какая была от того разница? Змей не собирался проигрывать и в его планы входило, что этот человек станет частью его сборища негодяев, которые по мере сил желают спасти этот мир от тирании... Спасти мир от тирании. Как забавно звучит от человека, для которого это скорее средство и чувство долга перед своими спасителями.
— Мое полное имя Хун'хель Халаса'бали Хан'юго, - монотонно произнес он с акцентом своей родины. Немного помолчав, Авант, взглянувший на него из-за плеча с крайне внимательным взглядом ответил лишь.
= Ну, Хун так Хун, - понимая, что не произнесет его полное имя без ошибок даже под пыткой, отмахнулся блондин, пожимая плечами. - Мы почти пришли. Видишь вон тот кусок мачты, на который натянули паруса палаткой? Вот там твой клиент.
Уже светало. Сквозь пасмурное небо с трудом пробивались солнечные лучи, но палатку, из которой исходил свет костра. Остального видно пока-что не было, как не было видно и самого виновника "торжества". Хун небрежно кивнул и нехотя начал спускаться по выпирающим металлическим деталям кораблей, заводов и другого мусора, на который можно было спрыгнуть без боязни пробить свою ногу ржавым гвоздем. Он передвигался бесшумно, насколько это было возможно и чем ближе он приближался, тем ощутимее чувствовал запах похлебки. Аромат буквально оставался на его языке, шлейфом ведя к массивному шалашу, где скрывалась его добыча. Чуть позже, по мере приближения он стал слышать легкий напев грубым голосом. Уже по пути к цели он заметил, как в свете костра поблескивает натянутая леска с подвязанными консервными банками.
"Он подготовлен," - поток размышлений не прервался даже на время попытки пройти незамеченным. Взгляд зацепился за острые зубья капканов, разбросанные на подходе к логову "охотника". Было не сильно удивительно, что Авант и его ребята не сумели подобраться к этому человеку. Слишком много подготовки, слишком много креативности... Он видел в людях не более, чем зверей, которых можно поймать и убить так же, как обычных зверей. Осторожно переступая, зверочеловек едва-ли не попал ногой в один из капканов, встав в сантиметре от его острых зубьев. Достав баночку из сумки, он разлил ее содержимое по рукам, готовый к бою.
"Хм?" - пение прервалось. И эта возникшая гнетущая тишина навевала на змея тревогу, схожей с паникой зверя, который услышал хруст ветки в лесу. Звук механического затвора. Без хлопка. Без какой-либо вспышки. Два тяжелых арбалетных болта пробили парусину и вонзились в левое плечо. Боль пронзила зеленоволосого, резко отвлекая его от любых размышлений. Было только два выбора: бить или бежать.
= Твоя работа?
— Нет, думаю, светильники перегорели. Тут все из мусора, - без лишней мысли наврал змей. Ему в целом было не нужно лишнее внимание Авантюрина к своей персоне, чем наоборот привлек его внимание.
= Окак, - одарив революционера хитрым прищуром, произнес блондин и двинулся вперед, освещая свой путь зажигалкой. Хун последовал за ним, но он и без яркого света без проблем ориентировался в этой темноте, лишь иногда освещая свет тлеющим табаком в мундштуке. Они не говорили друг с другом, предпочитая сохранять молчание до места, где Хун'хель должен будет сразиться с "проблемным активом" блондина. Где-то на пол пути, когда до шалашика, скрытого под обломками какого-то корабля Авантюрин задумчиво спросил.
= Хун... Это ведь не твое настоящее имя? Я не слышал ни о ком в революционной армии, кого бы звали так небрежно.
Остановившись на холме из мусора, зверочеловек недовольно нахмурился, смотря блондину в спину. Говорить ли ему? А впрочем, какая была от того разница? Змей не собирался проигрывать и в его планы входило, что этот человек станет частью его сборища негодяев, которые по мере сил желают спасти этот мир от тирании... Спасти мир от тирании. Как забавно звучит от человека, для которого это скорее средство и чувство долга перед своими спасителями.
— Мое полное имя Хун'хель Халаса'бали Хан'юго, - монотонно произнес он с акцентом своей родины. Немного помолчав, Авант, взглянувший на него из-за плеча с крайне внимательным взглядом ответил лишь.
= Ну, Хун так Хун, - понимая, что не произнесет его полное имя без ошибок даже под пыткой, отмахнулся блондин, пожимая плечами. - Мы почти пришли. Видишь вон тот кусок мачты, на который натянули паруса палаткой? Вот там твой клиент.
Уже светало. Сквозь пасмурное небо с трудом пробивались солнечные лучи, но палатку, из которой исходил свет костра. Остального видно пока-что не было, как не было видно и самого виновника "торжества". Хун небрежно кивнул и нехотя начал спускаться по выпирающим металлическим деталям кораблей, заводов и другого мусора, на который можно было спрыгнуть без боязни пробить свою ногу ржавым гвоздем. Он передвигался бесшумно, насколько это было возможно и чем ближе он приближался, тем ощутимее чувствовал запах похлебки. Аромат буквально оставался на его языке, шлейфом ведя к массивному шалашу, где скрывалась его добыча. Чуть позже, по мере приближения он стал слышать легкий напев грубым голосом. Уже по пути к цели он заметил, как в свете костра поблескивает натянутая леска с подвязанными консервными банками.
"Он подготовлен," - поток размышлений не прервался даже на время попытки пройти незамеченным. Взгляд зацепился за острые зубья капканов, разбросанные на подходе к логову "охотника". Было не сильно удивительно, что Авант и его ребята не сумели подобраться к этому человеку. Слишком много подготовки, слишком много креативности... Он видел в людях не более, чем зверей, которых можно поймать и убить так же, как обычных зверей. Осторожно переступая, зверочеловек едва-ли не попал ногой в один из капканов, встав в сантиметре от его острых зубьев. Достав баночку из сумки, он разлил ее содержимое по рукам, готовый к бою.
"Хм?" - пение прервалось. И эта возникшая гнетущая тишина навевала на змея тревогу, схожей с паникой зверя, который услышал хруст ветки в лесу. Звук механического затвора. Без хлопка. Без какой-либо вспышки. Два тяжелых арбалетных болта пробили парусину и вонзились в левое плечо. Боль пронзила зеленоволосого, резко отвлекая его от любых размышлений. Было только два выбора: бить или бежать.
Бежать было некуда, оставалось только сражаться. Хун'хель принял стойку. Правая нога плавно заведена назад, отталкивая один из капканов, левая рука в раскрытой ладони выставлена вперед, правая же была согнута в локте с сжатым кулаком. Обе руки были покрыты разлитым на них прозрачным ядом, а из плеча торчало два стальных болта, напоминающих скорее гвоздь или кол, которые забивают в железную дорогу. На его широких одеждах расцвел кровью цветок, красным пятном разрастаясь по ткани. Сзади него были натянуты веревки с консервными банками, которые более были не нужны, оппонент прекрасно заметил его и без сигнализации. Где-то на фоне, на холме из мусора стоял Авантюрин, наблюдающий за боем с такого расстояния, чтобы видеть бой, оставаясь неприметным силуэтом на вершине.
= Любопытно. Вроде ранен, а не дрогнул особо... - блондину доставляло отдельный, извращенный вид удовольствия смотреть за тем, как фигуры на доске сталкиваются, не зная очевидного финала наперед. Риски, азарт, жизнь и смерть, все это переплеталось в одну единую картину.
Распахнув занавес из шалаша вышел мужчина, одетый в черную кожу. Жилет, поверх него небольшой плащ с капюшоном, цепляющийся на уровне ключиц шнуровкой, штаны, обмотанные ремнями, на которых размещено несколько сумок с неизвестным содержимым, а через плечо перекинут пояс с размещенными колами, как обычно держат перевязь метательных ножей. Сам мужчина был худощав с большими глазами и короткой стрижкой белых волос, контрастирующих своей белизной с матовым черным на всех элементах одежды. Серые глаза с вопросом и некоторым удивлением посмотрели на Хун'хеля, готового сорваться в бой.
= Ты не похож на дозорного или же... Как они там себя величают? - его тон звучал пренебрежительно по отношению... Да ко всем вообще. Он охотник - они добыча, все было просто до нельзя. В руках у него было странное оружие, напоминающее одновременно арбалет и ружье по размеру. Один выстрел. Два отверстия в противнике. Чешуя гибридной формы немного осыпалась от прямого попадания, но болты вошли не очень глубоко.
— ... - Хан'юго не любил лишних разговоров, лишних разговоров во время сражения он в принципе не понимал. Исключением были лишь попытки узнать у своего визави какую-то информацию и этот случай в это исключение явно не входил. Правая рука слегка опустилась и восходящим взмахом направила в незнакомца "водяной" снаряд из яда. После чего юноша резко рванул в направлении противника. Водяной снаряд пулей влетел в торс, пробивая одежду и доходя до тела неглубоким ранением. Разбойник огрызнулся оскалом, ловко снимая два кола и размещая его в свое оружие. Выстрел. Зверочеловек резво отпрыгнул в сторону, подходя уже к проему шалаша, где не было никаких капканов. Колья вонзились в землю. Несмотря на ноющую боль в плече, он двигался в стойке. Плавно, как змея по песку, словно в танце. Они сблизились и разбойник занес оружие для удара прикладом в голову, но в ответ Хун сделал ответный взмах левой рукой, делая "акулий блок", отбивающий обе руки с арбалетом вверх и влево от себя. Правая рука вновь занеслась ближе к торсу на уровне пупка для удара. Начиная ход вперед от бедра, змей ударил, словно вонзая свою ладонь, в живот противника, делая скоростной удар моря в желудок. Разбойник скорчился, прорычав что-то несвязанное и его левая рука схватилась за снаряд на поясе, словно за нож. За орудие последнего шанса. Он возжелал вонзить кол в сердце змееподобного противника, взявшегося будто из неоткуда и от части у него это получилось. Острие болта неглубоко полоснуло торс змея по диагонали, от левого плеча до правого бока. Левая рука Хун'хеля резко вцепилась в горло, отрывая разбойника от земли. Последний шаг, вызывающий мандраж у зверочеловека даже от одной только мысли. Сейчас он убьет человека. Хрупкого, но опасного зверя, который убил немало людей. Убьет того, кто не имеет ничего общего с целью его поисков. Ему просто не повезло. "Укусом Акулы" зверочеловек сдавил его шею. Послышался отчетливый хруст и тело разбойника обмякло.
= Любопытно. Вроде ранен, а не дрогнул особо... - блондину доставляло отдельный, извращенный вид удовольствия смотреть за тем, как фигуры на доске сталкиваются, не зная очевидного финала наперед. Риски, азарт, жизнь и смерть, все это переплеталось в одну единую картину.
Распахнув занавес из шалаша вышел мужчина, одетый в черную кожу. Жилет, поверх него небольшой плащ с капюшоном, цепляющийся на уровне ключиц шнуровкой, штаны, обмотанные ремнями, на которых размещено несколько сумок с неизвестным содержимым, а через плечо перекинут пояс с размещенными колами, как обычно держат перевязь метательных ножей. Сам мужчина был худощав с большими глазами и короткой стрижкой белых волос, контрастирующих своей белизной с матовым черным на всех элементах одежды. Серые глаза с вопросом и некоторым удивлением посмотрели на Хун'хеля, готового сорваться в бой.
= Ты не похож на дозорного или же... Как они там себя величают? - его тон звучал пренебрежительно по отношению... Да ко всем вообще. Он охотник - они добыча, все было просто до нельзя. В руках у него было странное оружие, напоминающее одновременно арбалет и ружье по размеру. Один выстрел. Два отверстия в противнике. Чешуя гибридной формы немного осыпалась от прямого попадания, но болты вошли не очень глубоко.
— ... - Хан'юго не любил лишних разговоров, лишних разговоров во время сражения он в принципе не понимал. Исключением были лишь попытки узнать у своего визави какую-то информацию и этот случай в это исключение явно не входил. Правая рука слегка опустилась и восходящим взмахом направила в незнакомца "водяной" снаряд из яда. После чего юноша резко рванул в направлении противника. Водяной снаряд пулей влетел в торс, пробивая одежду и доходя до тела неглубоким ранением. Разбойник огрызнулся оскалом, ловко снимая два кола и размещая его в свое оружие. Выстрел. Зверочеловек резво отпрыгнул в сторону, подходя уже к проему шалаша, где не было никаких капканов. Колья вонзились в землю. Несмотря на ноющую боль в плече, он двигался в стойке. Плавно, как змея по песку, словно в танце. Они сблизились и разбойник занес оружие для удара прикладом в голову, но в ответ Хун сделал ответный взмах левой рукой, делая "акулий блок", отбивающий обе руки с арбалетом вверх и влево от себя. Правая рука вновь занеслась ближе к торсу на уровне пупка для удара. Начиная ход вперед от бедра, змей ударил, словно вонзая свою ладонь, в живот противника, делая скоростной удар моря в желудок. Разбойник скорчился, прорычав что-то несвязанное и его левая рука схватилась за снаряд на поясе, словно за нож. За орудие последнего шанса. Он возжелал вонзить кол в сердце змееподобного противника, взявшегося будто из неоткуда и от части у него это получилось. Острие болта неглубоко полоснуло торс змея по диагонали, от левого плеча до правого бока. Левая рука Хун'хеля резко вцепилась в горло, отрывая разбойника от земли. Последний шаг, вызывающий мандраж у зверочеловека даже от одной только мысли. Сейчас он убьет человека. Хрупкого, но опасного зверя, который убил немало людей. Убьет того, кто не имеет ничего общего с целью его поисков. Ему просто не повезло. "Укусом Акулы" зверочеловек сдавил его шею. Послышался отчетливый хруст и тело разбойника обмякло.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: