[Гранд Лайн. 5-й путь] Каафенгард. 9-й остров.

Даже на первый взгляд Асперо - а в этот раз это точно была она - пребывала в состоянии если не отсутствия сознания, то очень близком к оному. И даже не из-за того, что ей довелось увидеть и, дайте духи, осознать, а от того, что за весь этот лесной и снежный сумбур она изменила облик столько раз и с такой скоростью, что видение охотника еще весьма мягко описывалось. Последнее же "овеществление" окончательно выбило из не самой трезвой колеи.
- Джин-Джин-Джин... - не смотря на то, все равно пробухтела она.
Оставался лишь один вопрос - достаточно ли молчаливого наблюдателя из верховий повеселила вся эта картина?

Тем временем оба чутких и живых могли ощутить приближение совсем иной живой силы. Вряд ли охотник уже успел вернуться в поселение, если только не сныкал где-то поблизости от встречи лыжи, что очень даже вероятно, но от края домов в сторону схода лавины выдвинулся целый отряд местных. И настроение их колебалось от настороженного до весьма недоброго.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀Джин Линч-Ган.

Врагу не пожелаешь оказаться в ситуации той, когда остаёшься один на три против дикой стихии, способной эфемерной руки мановением менять географию и судьбы, будто «всё» – ничего не значит. Впрочем, для снега целины это действительно мало что значило.
Река из разгоняющейся массы уволокла поперву Джина с Асперо, вскоре волной подхватила и Насуса. Сравнение с протоком воды не столь нелогично, как может показаться. Обилие мелких кристалликов льда, не способных сцепиться между собой, и они вращались, уволакивались вниз, поддавались общему мотиву, подобно леммингам. От однородности и количества отдельных элементов общее окружение нынча взаправду походило на воду – такая же вязкая и утягивающая.
Стрелок кое-как пытался барахтаться в попытках всплыть и противиться потоку снега, что намеревался закрутить и лишить понимания, где верх, где низ и чья это нога. Помощь пришла откуда ждали. Обращённая и, оставалось на то надеяться, пришедшая в себя Асперо ухватила громадной пастью торс мужчины, когда ловко закрепила того в просвете меж зубов. Хоть борьба стала и легче – нет, – теперь Л. Гана мотыляло, подобно тряпичной кукле в пасти волкодава. Казалось бы, откуда такое сравнение. Но и блохастый антропоморфный вскоре присоединился к банкету радости.
Шерстяной комок из Асперо обернул спасателей, которых теперь и самих бы того, от внешней угрозы укрывая. А именно, от пятисот пятидесяти девяти деревьев, шестидесяти трёх камней, что оказались на пути мячика из плоти, и семи тысяч трёхсот восьмидесяти двух камушков, которые кружили вкруг капсулы живой в потоке лавины. Синяки – станет самым скромным, чем обзаводишься в таких ситуациях.

И всё стихло так же резко и неожиданно, как и началось. Сопроводилось то мощным ударом, когда троицу сначала обрушило в небольшую впадину, прикрытую снегом, за окраиной поселения. А затем и оставшаяся волна лавины припорошила всё снегом. Одна радость, везение не покинуло группу – и могилка оказалась неглубокой.
Теряла последние силы, Алас Джарвис обратилась обратно в форму «ни рыба ни мясо», покуда бормотала имя и разрывала связь с реальностью. Едва гул в ушах от пережитого спал, а мозг осознал, что путь земной ещё не окончен, Линч потянулся к спасительнице, что вышло не слишком ловко, но и не комично глупо.
– Леди Джарвис! Не отключайтесь! Держитесь в сознании! – приказ выдался откровенно слабый и почти граничил с мольбой.
Пока рука татуированная ухватывала хрупкую девичью. Стоит ли говорить, что впечатанный в снег Насус пока не беспокоил относительно свежего потерпевшего от природного катаклизма. Перебирал руками и ногами, Джин пытался приблизиться к Асперо ещё ближе, но оказался вынужденным остановиться, когда что-то широкое и невероятно горячее прорезало белый потолок, пропускающий частички лунного света.

В новом просвете на всю троицу – на тех, кто оказался в поле зрения, – взирала тёмная и мрачная фигура с широким клинком архи причудливой формы. Словно-то не было у оного рукояти, или же торчал тот прямиком из ростового щита павезы.
Хруст гулкий вырывался из этой тёмной фигуры, пока волосы развевались на потоках воздуха. Тяжёлое молчание под тем звуком и чужим взглядом затягивалось. Рука Джина уже подползала к кобуре, покамест вторая конечность, обмёрзшая и почерневшая от силы воли, подбирала ближе к себе Асперо. Видать, он засунул пистолет в «ножны» интуитивно в самом начале заварушки со снегом.
А длань таинственного незнакомца – в ответ на приготовления Гана и, быть может, Насуса – дрогнула, словно-то в секундном замешательстве перед выбором, да отпрянула от странного оружия, когда потянулась к лицу, что-то продолговатое вынимая. В темноте Гану было не разобрать.
– Евать фы отчшаянные! – выдала фигура со звуком явно переполненных щёк.
Прошла ещё секунда, прежде чем звук проглатываемой еды нарушил общую идиллию, а пальцы, с батончиком в них, подняли снегозащитны

Мягкие и раздутые от тёплых варежек руки шмыгнули в просвет и ухватились и за Асперо и за Джина, лишь дабы вытянуть несчастных на поверхность. Насус был на очереди. Кажется, ни зверолюди, ни их вес не смущали человека, гостей острова заставшего.
– Умеете вы развлекаться, ничего не скажешь, хи-хих. Вы чего ночью по горам лазите? Переломы ищете? Я - Руслана. А вы чьих будете? – бодрый голос окутывал.
Рослая и улыбчивая девушка с длинными вьющимися волосами смотрела из высокого воротника, как из-за бруствера. Одежда на ней была столь нетипичной для всего виденного прежде, что создавался в голове поток вопросов. И первый, откель такая взялась.
– Внимание, зафиксирована задержка. Рекомендуется вернуться на маршрут в кратчайшие сроки. Маршрут перестроен. – Механический голос заскрипел из оружия Русланы, отчего оная тяжело выдохнула, очи от незнакомцев не отводя.
– Совсем задумалась с вами. И так опаздываю. Но не бросать же вас тут!
Рука в варежке указала на тёмный силуэт построек с огоньками света в окнах, когда люди оказались подняты грохотом снега – даром что они оказались уже ближе, чем думалось. А на фоне медленно светлело небо.
– Мне туда, – на поселение указывала девушка и ликом застыла в том направлении, – о, а нас уже встречают?
Джин, вероятно, на острове уже пережил слишком многое, чтобы адекватно реагировать на происходящее. В случае любом, сейчас оружие доставать он не планирует, да выжидал, в каком состоянии пребудет Насус. И останется Асперо. На её лицо и опал тёмный взор Гана, покамест продолжал он крепко прижимать капитана к себе, удерживать корень воли вооружения на руках, словно-то лишь так мог не дать Джарвис устроить узренный калейдоскоп обличий, трогающий думы стрелка сильней любого хаоса стечения событий. И не то, какие незнакомые формы оная принимала, но то, сколько сил лишилась и какие травмы приобрела.

[id213233084:bp-36291248_286171|Асперо].

[id799844790:bp-36291248_286173|Maximilian],

Круговерть снежная, ледяная, древесная и каменная закончилась для Асперо еще и тем фактом, что затормозилась она не только от стопора в самой снежной волне, но и от того, что приложилась то ли спиной, то ли головой зверовой об камень нехилых размеров. Собственно, это и выбросило ее окончательно из облика, однако, сознание и правда не шибко желало покидать только-только отскребенное обратно тело. Еще и Джин рядом ощутился так явственно, что полупесцовое тело пробрало крупной дрожью. Живой! Значит, там...
Интересно, по тулову Джарвис после этой занятной ночи получится составить карту звездного неба или хотя бы местной слабо пересеченной местности?

Рука зверолюдки сначала могла показаться Джину отощавшей и слабой, едва живой, но затем пальцы ее до металлического крепко схватились за все, что в них попалось.
- И ни одного "пожалуйста"... Я подумаю. - Проскрипела красноволосая на его требование не выключать телевизор, пытаясь одномоментно то ли и правда не доупасть в забвение, то ли приобрести несколько вертикальное состояние.
Разум торопливо ощупывал организм изнутри, прикидывая степень приобретенных травм, дабы сразу огласить Джину должную степень иммобилизации, если потребуется. Вряд ли тот будет очень рад, если у свеже добытой им капитанши вдруг внезапно отвалится копчик. Или хотя бы даже хвост.

Пока суть да дело, помятый не меньше человеческих формуляров Насус выпрямился, по грудь утопая в снегу, вытряхнул оный из ушей и отплевал из пасти. Поначалу, когда Джарвис в своем не самом миролюбивом обличии притопила шакала в сугроб, у него возникли мысли о сопротивлении, граничащие с откровенной паникой, сложно было сразу предположить, что то окажется действенной методой.
Но он, в отличие от Джина, теперь к коллеге не пошел - уставился молча на новое действующее лицо, на диво незаметное и заметное единомоментно.
"Она все время здесь была?"
Уши шакальи резко дернулись вперед, он даже сделал шаг вперед, когда обнаружил оружие, бесспорно угрожавшее обоим странникам, а рука Насуса дернулась к боку, на котором под слоем ткани простоватых брюк с трудом угадывался не просто пояс, а многосегментное лезвие складного клинка-хлыста. Достать таким противника, вернее - противницу - он смог бы очень быстро, но неспроста в своих краях прослыл зверотелый мудрым и нескорым в расправу.
И к благу явно было это. Оторопелый, он вместе с согорцами был вытянут из сугроба, как какой-то месячный щенок. Что за сила вообще бродила в руках этой женщины? Человеческая она была или еще какая? Судя по долгому молчаливому взору, Насус оказался весьма заинтересован.
Заговорить шакал и не успел. Удерживаемая от излишних телодвижений своим очевидно безмерно верным партнером по бедокурству, Асперо вдохнула поглубже, да ответила почти без следа усталости:

- И правда, умеем, увлечение у нас такое - искать приключения на предхвостье свое и подопечное. - Не спрятав лишь усталую хриплость из голоса, красноволосая положила остывающие ладони поверх ледяных рук Джина, давая понять, что вроде как устаканилась. Выкорчевываться из его хватки, впрочем, не спешила, оценивая покуда степень заполученного головокружения, как не слишком надежную.
- Меня зовут Асперо, это Джин, а это - Насус, мы на острове относительно недавно, вот и переделки выбираем со вкусом. - Уши треугольные жестко дернулись на голос из оружия, словно Асперо уже встречалась с подобными вещами или имела хоть какое-то представление о подобных технологиях. Впрочем, имея в виду ее близкое знакомство с Руджу... не удивительно.
- Благодарю, мел-ди Руслана. Вообще-то, изначально не туда, но компанию мы составим. Один ляд в таком состоянии никуда больше пока не дойдем. Надо согреться... Всем.
Беспокойство и усталость Джина, оторопелость Насуса - все это вызывало в Джарвис острую необходимость действовать как можно быстрее для их согрева, в хаосе и сумбуре собирая по осколочкам все виденное ранее, подходящее и зачем-то закулисно перебирая по косточкам облик Русланы, женщина понадеялась,

что сможет расспросить их своеобразную спасительницу чуть позже о снаряжении. Пока в уязвимом донельзя состоянии язык не слишком ворочался на такие темы, да и о чем в целом речь - она вообще не могла пока собрать воедино всю мозаику того, как вообще здесь оказалась сама и как здесь оказались эти двое. Джин - еще понимаемо, если в ночи ее унесло за тридевять земель, не мудрено, что его унесло туда же, хотя в мозгу цепочка изначально укладывалась ровно наоборот, но ей веры осталось маловато.
Насус? Короткого взгляда на извлеченного и уже отряхнувшегося шуримца оказалось достаточно, чтобы оценить его озадаченность. С большой вероятностью он бы предпочел вернуться сразу на постоялый двор, но выглядел помятым лишь на малость меньше, чем Ган.
"Что ж я такое натворила..."
"Что мы натворили." - в кои-то веки к тяжелой думе присоединился и Горыныч. Он, пребывающий в сонной дреме зимнего острова, на удивление отверз внутренние очи и теперь ощущался не менее ошарашенным, чем Насус или Джин.
"Ладно, все живы и вроде не по частям, значит, разбираемся с сухим итогом."

Люди, тем временем, оказались достаточно расторопны, чтобы до канавы дойти аккурат к концу короткой беседы.
И один из них, идущий впереди остальных, да еще и с ружьем в руке, выглядел донельзя знакомо... И крайне недовольно.
= ЭЙ! Вы тут что забыли?! Всю дрянь из леса решили вытащить?!

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀Джин Линч-Ган.

Подходящая к завершению ночь взирала на чудаковатую команду в одной точке собравшихся людей.
Новая знакомая лишь усмехнулась, когда Асперо, наружу вытащенная, подтвердила, сколь входило в планы находить приключения на пятые точки и все прочие, что сверх того лимита. Присобранные резинкой от очков волосы норовили чёлкой лезть в лицо, но словно-то сами не желали нарушать контакт глазных яблок меж собеседниками, оттого покорно огибали белое лицо зимнего острова обитателя. Зубы вновь вгрызлись в злаковый батончик, очередной кусок гулко отрывая.
– Фмефные вы! – не удосужилась для начала прожевать Руслана, когда работала челюстью параллельно речи. – Пфияфно пофнакомиться. Но согреться вам всем и правда нужно.
Окинула взглядом она компанию и примечала, что из всей группки у рыжеволосой девы с ушами было меньше всего одежды. Тем более – тёплой. И не похоже было, что оную это как-то беспокоило. Впрочем, два других персонажа вызывали также любопытство, раз Джин больше походил на культиста какого-то древнего и всеми позабытого божества. А Насус… Отдельная песня.
– Но люди тут добрые и помогут. Можете не пережи…
Рука Русланы готова была отправить очередную порцию закуски питательной в рот, но устройство в руках вновь подало голос.
– Обнаружена заминка. Предупреждение. В случае продолжительной заминки будет примененён дополнительный стимул.
Механический голос звучал достаточно настойчиво, чтобы девушка принялась ковыряться в кнопках, втягивая лезвие в приспособление с громким шуршащим звуком.
– Да иду, иду! Какая нетерпеливая сегодня. Усё, будет вьюга - поговорите с нашим руководителем, пока он на острове. Он любит всяких чудных. Сегодня ярмарка, так что заглядывайте обязательно – Подкрепляла слова прощальным жестом девушка, удаляясь в процессе испускания последних слов.
Бодрым и пружинистым шагом Руслана запорхала по снегу в направлении поселения, оставляла троицу на съедение местным, холоду. И мыслям, что под «вьюгой» могло подразумеваться на местном сленге.
Джину ничего не оставалось, кроме как волком смотреть на окружающий мир, пока оный не предпринял очередную попытку украсть капитана. Сжимал руку Алас Джарвис крепкой хваткой, стрелок провожал девушку и переводил взор на толпу людей, что приближалась и, хоть торопыгу заметила, пока её игнорировала.

Группу вёл рослый и весьма пушистый на лицо усач, держащий в руках ружьё. Видимо, чего-то подобного местные и ожидали. Но было ли в их головах то приправлено сходом лавины, оставим на групповую фантазию.
Вереница встречающих остановилась, тем позволяла прочувствовать весь спектр недоверия в отношении гостей, когда голос подал «вождь» племени снежных разведчиков.
– А вы много кого ждали? – отвечал, раздражения не скрывая, Джин.
Он замёрз. Проехал верхом на шакале путь в гору и с горы. Потерял и нашёл капитана. И напоследок поплавал в снежном потоке лавины. Не до любезностей татуированному мужу, пока зубы начинали отплясывать чечётку.
– А забыли мы тут хоть что-то тёплое и, надеюсь, не только пороховой газ, так что убери свою скалку. У меня и самого есть подобная.
Одна из рук Джина от песца отошла и легла на рукоять пистолета в немом обещании, что никто не хочет знать, сколько времени занимает реакция у руководителя встречающих и хватит ли оной, чтобы обогнать руку татуированного. А ещё и Насус рядом стоит. Станет ли он рисковать ради Асперо во второй раз, но теперь уже фактически переступая закон морали и юриспруденции всего Гранд Лайна.
Холодный ветер гулял над головами, пока стороны выясняли отношения, успокаивались постепенно после столь резкой тревоги со стороны толщи снега. Вот уж и правда, что у кого-то этот день начался не самым обычным образом.

[id213233084:bp-36291248_286175|Асперо].

[id799844790:bp-36291248_286176|Maximilian],

Быть смешными в данной ситуации - одно лучше, чем мертвыми. Или замерзшими до состояния, когда это самое "смешные" приходится из уст археолога.
От вида поедаемого батончика ощутив грызущий голод, вздымающийся из внутренностей, вывернутых наизнанку до неприличия много раз за единую ночь, Джарвис также ощутила и подступающую тошноту. Столько перекидываний определенно точно не могли обернуться без последствий для обладательницы слегонца тщедушного тулова, но оставалось иметь то, что имелось и не слишком на оное сетовать. Украдкой красноволосая подхватила пригоршню снега и отправила в рот, успокаивая пасть и охлаждая перегретое и перемороженное единомоментно нутро.
- Добрые... Но к нам ли. - Задумчиво протянула Асперо вслух аккурат тогда, когда в дело вновь вступил срежещащий голос странного интеллектуального... модуля? Чем бы оно ни было, и оно само, и формулировки оного прочно затесались в память Джарвис, хоть и не заняли на данный момент приоритетную позицию. Замерзающие мужчины поля сего все еще занимали главенствующий пост в мыслях хвостатой занозы.
"Стимул, значит... Обычно это ничего хорошего не значит."

Но запомнилось и важное. Ярмарка, руководитель - знать бы еще, кто это - вьюга... Вьюга определенно точно не казалась использованной в обыденном смысле.
Много всего.
И еще больше подошло.

= Вас и ждали, преимущественно. Но без нее. - Ответом раздражению Джина стало еще большее раздражение на лице усача, аж сморщившего морду на манер боксерской. Тем не менее, цепкие пальцы Асперо еще пуще сжали руку стрелка. Судя по всему, она пыталась собраться с силами.
= Теплое... Для тех, кто оставил моего достопочтенного отца без всего и спустил с горы, вы слишком много говорите не по делу. Чудовище должно быть убито. Только тогда мы пустим кого-то в селение.
Люди, идущие вместе со своим "вожаком", боязливо озирались и тоже держали оружие. Обстановка накалилась столь стремительно, что Асперо дернулась было вперед, лишь бы встать чин-чинарем, да поговорить самолично. Сама напортачила - самой и разгребать, тем более, что мужика в лесу напугал никто иной, как ее сомнительное обличие. Так ведь? Само это событие Ас не помнила изнутри, но сложить два с тремя все еще смогла бы без помощи извне.
Насус, не дожидаясь логичной эскалации конфликта со стороны своего татуированного наездника, сделал несколько ровных и резких шагов, явно стараясь под снегом нащупать дно и не провалиться снова по грудь. Вышло бы не слишком уместно.
Блеклая рука Асперо медленно перетекла пальцами поверх пистолета Джина. Чуть надавливая и настаивая - мы не в том положении сейчас, чтобы воевать со всеми сразу. Да и незачем.
Не смотря на то, как ружье дернулось в человеческих руках, теперь направляясь на него, шуримец приблизился почти вплотную, отчего дуло теперь смотрело и даже скреблось ему практически в пупок. Встав теперь между двумя группами людей и массивной серо-черной скалой он возвысился над усачом, приблизившись на дальность почти интимную. Человеководитель и сам был мужик не робких размеров, но до Насуса всем присутствующим расти пришлось бы минимум столетие-другое в обычном темпе.
На галерке испуганно охнули и начали перешептываться. Кто-то припомнил о правилах, а кто-то - о высоком госте острова. И том, что он вообще-то и правда тот еще пес.
- Я не стану ждать, пока мое тело или тела этих гостей окоченеет в снегу, человек. Я не стану ждать, пока вы продолжите пытаться перегрызть друг другу глотки. Вам напомнить ваш же внутренний кодекс? Я изучил его весьма недурно за то время, что работаю в ваших краях. Но помните ли вы сами о нем?
= Вред, нанесенный моему отцу, требует сатисфакции.
- Ты говоришь о нем с почтением. - Голос шакалоподобного воина гудел, как включенный трансформатор в ночной тиши или далекая автострада. - Так будь почтителен достаточно, чтобы твой отец сам выбрал меру положенной ему сатисфакции.

Рыжеусый скрипнул зубами - уж слишком хорошо брехал этот многоуважаемый иноземец. В нем ощущалась почти непримиримая внутренняя борьба, все же, уважение к старику заглушало разум и прежде, а правила требовали как пустить любого живого и разумного к очагу, никого не оставив на откуп холоду, так и не решать дела на горячую голову.
А чем, как не горячностью можно было назвать столь эмоциональный выход?
Наконец он фыркнул и кивнул.
= Идите в поселение. Мы отведем вам сарай. Все разговоры ближе к полудню. Полашка!
= Да что я то сразу?
За всеобщим копошением и напряженностью копошение чуть большее в задних рядах как-то утрясалось из поля зрения. Так что не удивительно, что названная морда вызвалась не из относительно стройного людского ряда, а из прилегающего к нему куста и сугроба.
= Отведи этих.. гостей в сарай, да все им устрой. - Безаппеляционно бросил он напоследок и безбоязненно - по крайней мере на внешний взгляд - развернулся спиной, да прошел через людскую толщу. И те, озираясь еще долго, побрели за ним в поселение обратно.
= Будет сделано... - разочарованно буркнула девчонка и оглянула все безобразие. = Етить ты рзукрашенный, а оно тебе зачем? Шоб не мерзнуть что ли??

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀Джин Линч-Ган.

Какой же истинно смешной окажется судьба, что уготована – пока ещё не сталась – Джину. Столь насыщенную и богатую на переломы да ссадины жизнь испытать, столько испытаний претерпеть, и не реже вытаскивать Асперо из всех наваливающихся передряг. В конечном итоге оказаться в ледяном, с позволения сказать, Чистилище – на Ад пока не тянет – замёрзшим и заледеневшим, в обнимку с Насусом. Сколь иронично было бы стать обнаруженным археологом будущего и незаслуженно возыметь пометку «зоофил-гомосексуал», в компрометирующем положении застыв. Но как сильно, в раз очередной, немилостива скажется эта чёртова судьба, если дадут всем окоченеть за расстояние краткого броска до спасения от хлада вездесущего.

Джин – а что ещё ему оставалось – мог лишь медлить и старательно считать до миллиона, чтобы не совершить сгоряча опрометчивый поступок. Ежели ему станется воевать против всего острова, да хоть и в одиночку, он рискнёт шагнуть в ту пропасть без раздумий. В особенности, когда свершённые дела в погоне уж стались общеизвестными.
Кровь вскипала в жилах, как на собственную торопливость злясь, так и на твердолобость населения сетуя, топила окружающий снег, вынуждала татуированного обладателя оной чуть оскалиться и крепче ухватиться за рукоять пистолета. И не мудрено, ведь меховые сапоги всё ещё были натянуты на ноги стрелка, а тяжёлая шуба играла роль плаща и щита от хлада.
Рука Асперо хоть и не единственный, однако точно один из самых действенных аргументов в той ситуации и сдерживала решительность «телохранителя» капитана. Помощь пришла, откуда не ждали. Насус, покуда очень осторожно прощупывал снежное одеяло ступнями, приблизился к охотнику, едва не упершись брюхом в ствол. Речь зверолюда оказалась по эффекту подобной ушату холодной воды в похмелье, снимала как ладонью всяческое действенное желание нашпиговать «гостей» пулями, переводила то в простое желание всем шеи посворачивать.

Джин, как уже понял для себя, занял самую выгодную позицию и не мешался отрицательными навыками дипломатии. И едва стало очевидно, что стрелять их пока что не станут, тяжело выдохнул, исторгая клубок густого водяного пара, кой туманом мгновенно обратился на краткий жизни миг, а рука, что Асперо удерживала – хотя кто кого – расслабилась и ослабила хват.
Вид уже начавшей рассасываться толпы был не менее обнадёживающим. Но сколь быстро расслабление сменилось скепсисом в том ледяном лежаке, что медленно превращался в берлогу снежную, и за пару часов ей, наверняка, станет, когда в провожатых назначили неопытного охотника. Не местного детину, что дубиной деревья сваливает. Но девчушку под патлатой копной светлых взорванных макарон.
И добила она не просто наотмашь, но по самому сокровенному. Одним выстрелом сложила сразу трёх зайцев. Настоящий профессионал ставить неуместные замечания как факт, приправив ненавистным напоминанием о показателе термометра.
Однако Линч - Ган не ответил девице напрямую, когда отнимал руку от оружия, коль уж в нём нужды более не находилось, и выпускал Джарвис из подобия защиты ненадёжной, из одной руки-то. Развёл стрелок конечности и без сил ухнул на ровный слой пушистого снега, что оказался не утрамбован в сход лавины. Тяжело дышал и взирал на светлеющее небо – такое же тяжёлое и холодное, какое бывает только в сильный и грызущий кожу мороз, – Джин размеренно паровал вертикальным гейзером, пока не нашёл в сердце и в теле сил на отстранённый ответ девчушке.
– Ненавижу морозные острова. – И был таков.
Выждет время, пока уже все не окажутся на ногах, стрелок татуированный и сам поднимется, кряхтя и демонстрируя, как сильно ему нравится на горнолыжном курорте. В отношении Полашки у Джина настроя негативного не имелось, но подарит ли то улыбку добродушную да разговор по душам? Отнюдь.
– Сарай, так сарай. – Лишь подытожил позицию стрелок.
Прежде чем проследовать за капитаном, куда бы она не отправилась.

[id799844790:bp-36291248_286179|Maximilian],

При взгляде на Джина со стороны, Асперо недалече чем через раз думалось: "мать твою достойную женщину, терпеливый ты мой, либо до нас ты жил еще веселее, либо частенько предполагаешь, что зря покинул чертов Футоши".
Диалог между Насусом и сыном пострадавшего от их шаловливых лап и рук человека вышел в большей мере напряженный, чем оконченный. Насколько могла судить красноволосая, шуримец пробыл на острове достаточно долго, чтобы освоитья в местных обычаях, однако, была и иная мысль. Имея немалый опыт в путешествиях и массивную наблюдательность, шакал вполне мог сделать вывод о схожих паттернах сложения обычаев в подобном устройстве общества и климате.
Но тогда эти слова были слишком рискованным шагом.
В любом случае, окончание этого конфликта им только предстояло. И Асперо, намеренная как можно скорее добраться до старадавшей от эпидемии деревни, ощущала в том немалую угрозу изначальному плану действий. Которую, и смешно, и грустно, вот этими бледными культяпками донельзя удачно создала сама.
Зато весьма недурно познакомились с ландшафтом, изведали местные опасности маршрута и даже чуток поднаторели в обычаях.
Сплошные плюсы!

Вот только провожатая... Одного взгляда на нее хватило, чтобы единственной появившейся в голове в адрес девицы стало "да мы бы и сами нашли этот ваш сарай".
Не впервой, в конце концов, в сараях да амбарах сон коротать, пусть и ожидаемо короткий, да не слишком продуктивный. Еще Джарвис подумалось наспех, что в сарае том наверняка они будут не одни и стоит ждать там как минимум коз.
Одно радовало - сегодня Джин бил просто все рекорды сдержанности и нервной крепости. Еще не зная, насколько далеко они оказались от первоначальной точки маршрута, Песец могла лишь с молчаливым уважением взирать за его реакцией на неосторожные в высшей мере слова.
Асперо же окончательно одолел холод. Пробрал до самых костей, заставил трястись изнутри и стучать зубами, напоминая, что все хорошо в меру, да и устойчивость к холоду имеет свои пределы, как и устойчивость нервной системы всех присутствующих. Оставшись стоять рядом с горизонтализированным Джином, женщина зябко помяла плечи, но на взгляд девчушки ответила выдавленной насилу улыбкой.
- И правда. Пойдемте, юная леди. Нам немногое нужно, чтобы днем старику было с кем говорить... Но тепло определенно точно надо. А Полашка - ваше полное имя?
Тряхнув ушами и тем самым невольно окончательно переведя фокус внимания с бритоголового орнаментариума на себя, Асперо в полоборота к ней развернулась, Джину протягивая руку. Отчего-то нужно было это нынче особо, да, и сам поднимется без сомнений, но после всего увиденного...
Изнутри стремилось слишком много слов, слишком много образов, которые удержать, да не отпустить с бледнеющих уст почти физически больно, но так необходимо. Никому это не принадлежит, кроме нескольких всего в этом мире душ, и уж точно ни мятежная духом Полашка, ни полководец далекой песчаной страны в список приличествующих рассказу морд не входили.
Насус терпеливо выжидал рядом, двинувшись за ними всеми лишь тогда, когда суетная девица, замявшись ответить на вопрос об имени, зашагала в селение прямо через кусты. А за ней следом и Асперо с Джином. Он предпочел в этом безумии занять молчаливую закрывающую позицию - но на деле, возможно, просто не хотел, чтобы кто-то слышал, как он тяжело дышит. Ничего из случившегося за ночь в его планы на ближайшие пару лет точно не входило.
И теперь он испытывал некоторое смятение. С одной стороны, вокруг этой парочки происходило нечто настолько странное, что это желалось изучить всеми возможными методами.
С другой стороны - такое отклонение вообще не входило в его планы.
Сон в сарае тоже.
Но мудрец обязан иметь ум гибкий, а тело и подавно....