Мыс Гранд-лайн

Большой рыбочеловек не был зол на Маширо, за то что тот ы него врезался. Он так и сказал, мол ничего страшного. Маширо от этого улыбнулся. После чего комок белой шерсти представилась. У нер было сложное имя, хотя не Маширо с его фамилией об этом говорить. Но как выяснилось малышку можно звать просто Лаха.

- Приятно познакомиться Лаха чан. - Искренне сказал Мсширо. - А ты что за существо? - Спросил он. - Ой, извини если вопрос грубый. - Спохватившись сказал малыш.

И тут Гио присел рядом и взволнованно спросил не потерялся ли Маширо. Пареньку была приятна такая забота.

- Нет, я не потерялся. - Ответил Маширо. - Просто мои друзья сражались с пиратами и сестренка Эш сказала мне спрятаться. - Объяснил он. - Но спасибо за заботу... Ээ. - Начал он. - А ваше то имя как дядя? - Спросил он у Гио.

К счастью Маширо не потерялся, о чем он и поспешил сообщить Лахе и Гио.

— Раз не потерялся это хорошо.

"Сказал Гио."

Касок белой шерсти посмотрел сначала на Гио, а затем на Маширо. После чего Полаха улыбнулась.

— Хорошо.

"Повторила Лаха за своим спутником."

Так же по словам [id688603619:bp-36291248_285946|Маширо] он просто прятался, пека его друзья сражались с пиратами. Ребята понимающе кивнули. Тут паренёк спросил и имя спутника Лахи. Тот слегка смутился, что не назвался сразу.

— Ой точно, мое имя Гио, приятно познакомиться Маширо кун.

"Сказал рыбочеловек."

Он посадил Лаху обратно в сумку где та устроилась поудобнее. После чего встал с корточки и сверху вниз посмотрел на Маширо с улыбкой.

— Пока можешь побыть с нами, так безопаснее, а когда твои друзья закончат я думаю они нас найдут.

"Сказал Гио."

Лаха выглянула из сумки и улыбнулсась пареньку.

— Согласна, давай вместе погуляем.

"Предложила Полаха."

Ну и если Маширо согласился то Гио посадил его на свое левое плечо и они пошли гулять по Мысу Грант Лайн.

| Ликорис (https://vk.ru/id658217889). |

Изабель.
| Реквием: Сложное задание — Corporis Custodes (B+). |

Впрочем, неудивительно, что Ликорис не пошла следом в подозрительное помещение. Если бы Изабель поставила себя на её место, то приняла бы точно такое же решение. Однако сейчас они находились немного в разных ситуациях и для девушки этот мужчина – заказчик, поэтому опасаться за свою жизнь ей не было смысла, не считая тех самых наёмников, которые угрожают Вианту. Вот они могут быть опасными…

Оказавшись на улице, озвученный план подругой не был оценен. Чуть нахмурившись, выслушивая отказ и ту пламенную речь, которую она выместила на де Монфоре, послышался протяжный выдох.

Она уже что-то хотела сказать, но резкие движения и крепко сжатая кисть, вдруг дали понять, что Ликорис слишком сильно переживала. У Бель не было ни единой причины, чтобы уговорить ту, поэтому ничего кроме смирения и соглашения не могла предпринять.

И прежде чем послышался ласковый, более мягкий голос, располагающий к себе, спутница уловила что-то подозрительное на крыше здания. Конечно, сообщать об этом не стала, и сама Изабель не поняла из-за резкой смены подхода к разговора.

— Хорошо, — соглашается она. — Пойдём на корабль. Заодно проверим Аль-Хайтама… — Чуть помедлив, дополнила девушка. Поддавшись тяге, она бросила взгляд в сторону Вианта, давая понять, что вернётся, и пошла следом за Ликорис. Некоторые сложности, которые совсем не подходят профессионалам… Однако таковой Изабель ещё не назвать. Главное, по возвращению не обнаружить заказчика мертвым…

Свободной рукой она вдруг нащупала в своём кармане что-то чужое… Инородное. И до неё, спустя секунду, дошло осознание, что в кармане вещь, которая нужна наёмникам. Это выиграет ему время? Или наоборот срежет её?

«— Чёртов жмурик…» — Выругалась про себя беловолосая, не подавая виду для подруги. Надежда о том, что их не заподозрят таила на глазах. Нужно как можно скорее разобраться с этим заданием. Если Ликорис ещё посматривала за крышами, то заметит, как тень двигалась параллельно с ними, но настолько незаметно, что можно и не понять… Если не считаешь себя параноиком. Наёмники хорошо прятались… И, возможно, то, что она заметилась — лишь её разыгравшееся воображение?

В принципе, вылазка тоже не была просто так: этого времени хватило, чтобы осмотреться и понять содержимое мыса Гланд-Лайна. Примерное расположение продуктовых лавок и даже мастерскую по ремонту кораблей…

Вскоре девушки вернутся на корабль. И не то, чтобы там что-то изменилось… Недолго думая, Изабель быстрым шагом направилась в каюту Аль-Хайтама. В случае, если он уже пришёл в себя, то оная просто присядет на край его кровати, тихо вздыхая.

Лидия (https://vk.ru/id216866752), Микаэль (https://vk.ru/id658217889)
Аль-Хайтам
===> С Норд Блю.
| Реквием: сложное задание — Corporis Custodes (B+). |

Не все приключения в северном море заканчивались безоговорочным успехом – компании путешественников нередко приходилось сталкиваться с опасностями и стоять в бою против многочисленных врагов. Но всё хорошо, что хорошо заканчивается! Избегая действительно непоправимых травм, прикрывая друг друга в сражениях, они смогли пройти через все злоключения, что выступали на пути. И в итоге проблемы оборачивались опытом, которым они пользовались в будущем, и благодаря которому становились сильнее – как физически, так и в плане мастерства.
Вот только кто-нибудь время от времени оказывался в роли пациента Лаумы, и так уж получилось, что на сей раз им оказался Аль-Хайтам. Как человек, орудующий двумя стальными клинками, и не обладающий специфическими способностями, вроде дьявольского фрукта, он каждый бой проводил на самой короткой дистанции – той, что позволяло оружие. И оно было более, чем вдвое меньше, нежели копья, находящиеся в оснащении Изабель и Флинса. Любая промашка, непонятый финт оппонента, или подавляющий удар – это риск. А рисковал он с умеренной частотой, полагаясь на свою физическую силу и остроту реакции, чтобы свести к минимуму потенциальный вред. Вёл себя как тот, кто может забрать внимание большинства недругов на себя, и вручал своё прикрытие товарищам. Всё потому, что он оставался проницательным и понимал, что окружающим его людям можно доверять – время, проведённое в совместном путешествии, прошло не даром.
И так вышло, что на острове, предшествующем их отплытию к Реверс Маунтин, у их группы завязался быстро накаляющийся конфликт с группой пиратов, замышляющих такое же путешествие. А как известно, пираты – люди своеобразные, среди них полно людей, не щадящих никого, лишь бы удовлетворить свои собственные нужды. Слово за слово, и они начали битву, в которой Аль-Хайтам получил несколько рассечений в области торса. Не столь глубоких, чтобы переживать о внутренних травмах и опасном риске, но всё ещё болезненных, требующих внимания. Ко всему этому ещё и потеря крови. Но, вырвав победу, им удалось избавиться от врагов и закончить надлежащие приготовления.
Со свежими травмами выходить в море – идея не лучшая, но и задерживаться до полного выздоровления не захотел сам учёный. Как только почувствовал себя лучше, сразу проголосовал за отплытие.

Впереди их ждала непогода – грузные тучи, изредка сверкающие молниями, а вслед за ними налетал оглушающий раскат грома. Всё из-за того, что протоки бегущей вверх реки были недалеко от Калм Белта, а влияние непосредственно Гранд Лайна сказывалось на граничащих с ним зонах. Впрочем, причин может быть много, и не обязательно, что настоящая только одна – природа непредсказуема. А когда речь идёт об опаснейшем из морей, высказывание нельзя преуменьшать.
Флинс, как обученный навигатор, проявивший свои навыки на практике, отлично улавливал перемены ветра и командовал оставшимися матросами для стабилизации каравеллы. Но преодолеть опасный маршрут можно лишь единым вкладом всего экипажа. Поэтому Аль-Хайтам не мог себе позволить отсиживаться в каюте – он выбрался на капитанский мостик, сжав штурвал в крепкой хватке, борясь с течением и налётами буйного ветра.
Проблески молний раскрывали им путь вперёд, и большое благо, что им удалось своевременно заметить «арку», сквозь которую струилась вода. Как будто зачарованная, она вздымалась вверх по склону Ред Лайна, утягивая за собой настойчивую, но уже измождённую странствиями «Надежду». И каков же был вид, когда им наконец удалось забраться на самую верхушку Реверс Маунтин…
Зелёные глаза Аль-Хайтама широко распахнулись, стоило только посмотреть вперёд – необъятное море сливалось с горизонтом, куда ни глянь. Чёрные тучи позади казались столь незначительными, а все тревоги будто стали пылью, улетающей вслед ветру. С этого мгновения они действительно покинули Норд Блю и попали на территорию Гранд Лайна.

В воды, к которым стремятся самые отчаянные и амбициозные пираты, опасные преступники и люди, следующие зову открытий и духа приключений. Хайтам считал себя человеком, желающим лишь ответов, но не мог отрицать, что и в нём было это чувство… Предвкушения. С тех пор, как он покинул королевство Электрон, только сейчас он сможет по-настоящему свободно путешествовать по Гранд Лайну!

Тем не менее, подъём по красной горе и последующий стремительный спуск несли за собой приличную нагрузку на организм. В обычном состоянии от этого несложно отойти, но вот у сероволосого оставался отягощающий фактор: ранения. Едва они стабилизировались на водной глади, он завалился на борт мостика, тяжело дыша. Лаума тут же оказалась рядом, помогая вернуться в каюту.
Не было сил, чтобы оценить состояние каравеллы и общую обстановку, но его компаньоны наверняка со всем разберутся. Из рук врачевательницы он получил лечебную настойку, а как только принял её, отправился отдыхать.
А под управлением Флинса их «Надежда» добралась до твёрдой земли Мыса, а затем они пришвартовались в порту небольшого поселения. Маяк уже давно не единственное, чем богат этот отдалённый уголок земли.
После недолгих обсуждений о насущных делах Изабель и Ликорис сошли с корабля, а Чудомирович принялся осматривать корабль на наличие новых повреждений. Плотник из него ненадёжный, но оставалось надеяться, что местные жители помогут им с починкой накопленных поломок. Этого будет достаточно, дабы продлить их путешествие ещё хотя бы на остров-другой… Ведь так просто новый корабль не найти. Уж точно не на Мысе.

Через некоторое время, частично восполнив силы и придя в себя, Аль-Хайтам поднялся в вертикальное положение. Протерев глаза, юноша обратил внимание на свежие мозоли, оставшиеся от рулевого колеса, и тихо выдохнул.
«Точно. Мы преодолели Реверс Маунтин и сошли с горы по реке. Теперь мы в водах Гранд Лайна. И судя по тому, что нас ещё не качают штормовые волны, а на палубе не слышно суетливых криков, мы ещё не успели попасть в неприятности. Уже хорошо.» – По мере того, как он осознавал обстановку, парень поднялся с кровати и проверил состояние тела. Раны подвывают, но, если верить словам врачевательницы, заживут они быстро А общая усталость незначительна, чтобы отсыпаться и дальше. В конце концов, на Мысе им предстояло сделать несколько важных вещей. И без выполнения одной из задач они никуда не уйдут.
Задумавшись об этом, парень хотел было выйти из каюты в поисках Кирилла, но вдруг остановился. Отпустил ручку двери, прислушиваясь к слабому стуку в иллюминатор. Повернувшись без спешки, юноша направил зелёные глаза к стеклу и обнаружил, что за ним сидит чёрная птица. Ворон, имеющий отличительную черту, намекающую на его принадлежность к тайной организации.
Чуть насупившись, Аль-Хайтам подошел ближе и открыл иллюминатор, впуская пернатое чудо внутрь. Хорошо обученная птица без лишних расшаркиваний вытянула из маленькой сумки на своей спине свёрток, а потом, потоптавшись на месте, выдала своё «ка-а-а-р» и юркнула обратно на свободу.
Оторвав печать, историк развернул свёрток и понял, что в его руках конверт с письмом. Вернувшись к кровати, он присел на край, и многозначительно взглянул на вещицу в руках. Он прекрасно осознавал, кто послал это письмо, и без долгих раздумий надорвал конверт, принимаясь читать содержание нового контракта.
«Не лучший момент… Но дело, развернувшееся здесь? Кто бы мог подумать, что даже на Мысе найдутся люди, востребованные в услугах «Реквиема». Любопытное дело… Телохранитель? Это мне подходит.» – Кивнув самому себе, Аль-Хайтам аккуратно свернул пергамент, собираясь уже подняться, как вдруг дверь в каюту начала открываться. Замешкав лишь на мгновение, сероволосый сунул сложенное письмо под подушку и направил взгляд на дверной проём. Фигура, вошедшая в комнату, была хорошо ему знакома – белые волосы, тёплый взгляд и миловидное выражение лица. Это Изабель, и похоже, она захотела проведать его.

Мягко улыбнувшись, историк поприветствовал её без намёка на растерянность:
- Здравствуй, Бель. Прости, что покинул вас так скоро, мне действительно нужно было немного отлежаться. Как прошла швартовка? – Его интерес был искренен, ведь он всё ещё не знал, как на мысе обстоят дела.
Но вскоре до него дошло осознание, что он всё ещё полуголый – на нём были лишь штаны. Рельеф мышц торса был перекрыт только рядами бинтов и не более. Приглушенно покашляв, Хайтам поднялся с кровати в поисках рубахи.
- Минутку.

Лидия,

Ликорис.

Поддавшись уговорам, даже не ответив взаимной агрессией, что было крайне странно, Изабель согласно двинулась в сторону выхода из столь отвратительного места, к облегчённому выдоху Ликорис. Танцовщица знала, что тот, кто следил за ними, прячась на крышах, так легко уже не отвяжется – её подозрение росло вместе с приближением к кораблю – они так и не купили овощи, хотя первоначально шли за ними. Их наблюдатель точно теперь будет знать где находится каравелла команды. Ликорис шла и думала о том, что надо вернуться и убить ту сволочь, что посмела считать себя в достаточной мере профессионалом, чтобы бегать за ними хвостиком. А ещё лучше после этого поговорить с Бель и уточнить точно ли дела обстояли так, как она ей рассказала, ведь слишком много факторов смущало темноволосую путешественницу: целенаправленная и уверенная походка Бель, то, как она пошла за незнакомым стариком по подозрительным закоулкам и не почесалась, то, как она переступила порог без промедления и то, как легко она согласилась затем уйти. Что это было? Кто этот старик? Кто следит за ними?

Она задумчиво проследила за тем, как скрывается на нижней палубе де Монфора, щуря глаза, а затем решила для начала посоветоваться с Дрейком, будучи не уверенной в своих догадках. Поискав его по всей «Надежде», Ликорис прошла от носа до кормы, так и не увидев знакомой синей макушки, а затем, подняв голову вверх, зло и недоверчиво посмотрела на воронье гнездо. Ветер волновал поднятые паруса и снасти, а вокруг наступила мирная тишина, которую танцовщица считала затишьем перед бурей.

Оттолкнувшись от земли и забравшись по вантам на грот, Ликорис зацепилась за ганапуть, по нему переходя на мачту и, подпрыгнув, бесшумно забралась в окно вороньего гнезда, замечая заныкавшегося О`Коннела у стены с бутылкой (судя по пустой стекляшке рядом явно не первой) чего-то алкогольного. Он безразлично смотрел в потолок, но повернул голову, когда маленькая тень перекрыла ему яркий солнечный свет, и, заметив гостью, отсалютовал ей ромом. Ликорис злобно перекосило. Она замерла, не зная, стоит ли ей сейчас подходить.

- Нагулялась? – Радостно и несколько невнятно спросил он. Девушка, чуть подобравшись, диким зверем, подошла ближе, делая полукруг на носках, а затем, приблизившись, от души пнула товарища по ноге, хотя тот, впрочем, отреагировал почти никак. Она потянула носом, вдыхая знакомый мерзкий кислый запах, сжимая зубы чуть ли не до скрежета.

- Я всё это время занималась делом. А ты сидишь тут и бухаешь, - обвинительно прошипела Ликорис, ярко указывая на то, что видела, — на корабле, на котором алкоголя нет и в помине. Где ты его откопал? Ты ради этого нашёл какого-то местного разливалу?

- Я сделал все свои дела и отдыхаю, - важно сообщил он, вновь отпивая из бутылки. Он глядел в пол, блуждая далеко от этого места, путаясь в веренице нетрезвых мыслей. Ликорис почти ненавидела его в этот момент.

- Дай сюда, я вылью, - произнесла танцовщица, протянув руку. Дрейк отрицательно промычал.

— Только если в себя, — рассмеялся он, глядя на неё. Танцовщица, щуря глаза, представляла как разбивает эту глупую голову о стену позади или втыкает ему клинки в глаза, но, переводя дух, решает изменить тактику. Он уже вылил в себя большую часть – она ничего не исправит. Сейчас этот человек вызывает в ней только холодное раздражение — Ликорис не может избавиться от воспоминаний, что мелькают жалким калейдоскопом, мешаясь с запахом вина, пота, грязной постели и чужих почти животных глаз. Вместо Дрейка она видит отражение собственной трагедии, сгорающей в голубом пламени ненависти и не хочет с ним вести диалог. Она делает шаг назад. Он, замечая перемену, резко, насколько позволяет его состояние, вытягивается, перехватывая её предплечье, держит крепко, смотря голубыми глазами в ответ и в них она видит туманную растерянность, переливающуюся тёмной и унизительной горечью. Поджав губы, девушка вопросительно вскидывает подбородок.

— Знаешь, мне кажется я правда остатки один в себя не залью, ахах, — произносит он, улыбаясь и протягивая ей бутылку, — ты когда-нибудь пробовала пить?

— Нет, — рычит она, желая дёрнуть руку на себя, но что-то явно останавливает её от этого действия и остаётся лишь смотреть на то, как синий клоун давит из себя подобие улыбок.

— Зря, может попробуешь? — В его голосе звучит глупая надежда. Ликорис хочет плеваться ядом и кусаться, но вместо этого она, сжимая зло зубы, долго молчаливо стоит посреди освещённого солнцем вороньего гнезда, не зная что ответить.

— Ты меня задерживаешь, — в итоге отвечает она, думая о наблюдателе, что почти наверняка не ушёл далеко и совершенно неясно кому тот принадлежал. Стоило избавиться от него как можно раньше.

Хватка на руке плавно ослабевает, а голубые глаза болезненно стекленеют, но Дрейк согласно кивает головой всё с той же дурацкой улыбкой и машет рукой в сторону окна.

— Проваливай, — безразлично отвечает он, отворачиваясь и вновь прислоняясь к горлышку.

Нечто неясное противно скребёт Ликорис изнутри, когда она подходит к окну, в последний раз кидая на товарища взгляд, а затем спускается вниз тем же путём, что и забралась, проверяя на месте ли снаряжение. Танцовщица думает об этом, покидая корабль и выдвигаясь в сторону города, надеясь, что никому не взбредёт в голову искать её раньше истечения часа.