Мыс Гранд-лайн

Следующим противником Клено был лучник. Он поступил умнее своего друга метателя и устроил турнир. После того, как Клено вогнала во все мишени стрелы поверх его тот кивнул Клено и ушёл с ринга. Победила Клено. Лили достался боец с кастетами и хоть удары его были сокрушительные Лили смогла его достать приёмом тае код - нижний боковой удар он же лоу-кик. Ударив его в голень она лишила его возможности стоять и атаковать и атаковала приёмом тае хао, известный как удар топор наносимый сверху вниз ногой по голове. Итог. Победа была за Лили.

Следующим противником Клено был снайпер стреляющий иглами и девушка расстреляла его стрелами получив при этом несколько игл в руки и ноги. Победа была за ней. Лили же достался здоровяк с нунчаками. Их битва была похожа на танец. Танцем он и был. Когда один противник нападал а другой оборонялся и уклонялся. Танец продолжался несколько часов и оба противника получили уже удары, но не отступали. Зрители уже заскучали когда Лили решила заканчивать и атаковала приёмом ха йеп тае или удар с подскоком. Не ожидавший такой подлянки бандит упал на пол ринга. Нунчаки выпав из ослабевшей руки покатились по полу. Победа снова была за Лили. Главарь был уже не рад что устроил эти бои. Почти все его люди были ранены и убиты, только лучник ушёл целым и невредимым. Схватив своего старшего помощника он прошипел = *Сделай уже что нибудь, покажи ей почему ты старпом. Вперёд.*
Клено вытащила свой лук со стрелами и приготовилась к битве.
= Мано Мано но ми - сказал мужчина тип черный медведь, и превратился в чёрного медведя.
= Медвежий таран - атаковал он Клено, но та успела отскочить в правую сторону и медведь налетел на ограждение ринга сломав его. Клено же выстрелила в него из лука попав в правую ногу. Тот зарычал от боли и снова бросился на неё, но девушка снова увернулась и выстрелила снова. На этот раз в другую лапу.
= Да когтями её, когтями. Меньше рыпаться будет - закричал бандит, но заметив взгляд Лили благоразумно замолчал. Медведь встал на задние лапы и снова двинулся на Клено, но на этот раз она не стала убегать и выстрелила в его грудь как всегда попав в цель. Зверь зарычал и упал на пол ринга. Клено достала стрелу и направила её на верзилу на троне.
- Ну что, мы победили? - спросила она.
Тот торопливо закивал.
- Отлично - сказала Клено и выпустила стрелу которая угодила прямо в лоб мерзавца. Затем собрала свои стрелы, и вытащила стрелу из лба бугая.
- Теперь он их не потревожит, а другие ничего не узнают.
-А если тот лучник все расскажет? - спросила Лили.
- Не расскажет - сказала Клено вытерев стрелы о шкуры - скорее всего он попытается уйти с острова на первом же корабле. Ведь на него всё и повесят. Она стала вытаскивать иглы и пошатнулась, пригляделась к иглам.
- Это яд? - спросила Лили.
- Да - сказала Клено сев на ограждение ринга - обыщи его, у него должно быть противоядие. Найдя противоядие Лили дала его Клено.

Немного отдохнув девушки решили осмотреть бойцовский клуб и не зря. В одной из дальних комнат они увидели две клетки в одной был молодой волк, а в другой... странное существо.
= Не пугайтесь - сказало оно и разогнулось. Лили замерла на месте, а Клено выругалась ведь перед ними стоял огромный паук.
= Кто вы? - спросил паук - вы не бандиты.
- Какой ты наблюдательный - усмехнулась Клено. Оглядев комнату она обнаружила на гвозде связку ключей и уверенно сняв её открыла клетку существа. Когда оно выбралось подошла к клетке волка. Тот зарычал вздыбив шерсть. Клено открыла клетку и отошла в сторону. Выскочив из клетки волк бросился бежать.
- Нам тоже пора - сказала Клено - за нас будут волноваться.
= Вам хорошо - вздохнул паук - у меня никого нет.
- Идём с нами - сказала Клено - думаю капитан не откажет тебе в помощи. Естественно она имела в виду Рио. Ведь он помог тогда бывшим рабам.
= Я с вами - сказал паук и перебирая своими паучьими лапками засеменил к выходу. В начале они пошли в цирк где очень были рады их возвращению. Паук на это время спрятался в переулке чтобы никого не пугать своим видом. Одна из цирковых артистов обработала раны девушек, особенно раны Лили, ведь она поранила ладони о копьё и хорошо что на нём не было яда. После они вернулись в отель. Паука пока спрятали в трюме корабля устроив его прямо на полу. Лили и Клено ушли спать в свою комнату в отеле и без сил завалились спать.

Тренировки продолжались но теперь уже в цирке, а именно на арене. Клено по прежнему метала кинжалы и стреляла из лука, но теперь ей нужно было из них сделать "лестницу," Лили же должна была подниматься по этой "лестнице". Сначала без утяжелителей, а потом с ними. И утяжелители с каждым разом становились всё тяжелее. Конечно Лили не сразу стала ходить по лестнице, одна из цирковых акробаток показала ей, что нужно делать, и первое время её страховали страховочным тросом, но спустя несколько дней девушка без какого либо труда, не ходила, а порхала по "лестнице". Ещё спустя несколько дней ей даже утяжелители были не помехой.
= Молодец девочка - говорил мастер Бак наблюдая за Лили - ты могла бы стать цирковой актрисой и выступать в моем цирке.
- Простите мастер Бак - сказала Лили грациозно спрыгивая с "лестницы" - но я ищу одного человека. И без него, я точно не смогу уйти в цирк. Если он захочет уйти из пиратов, мы вернёмся на мыс вместе.
= Кхм. Этот твой человек твой любимый? - спросил мужчина внимательно смотря на Лили.
- Скорее он мне как брат - ответила девушка не сказав всей правды.

Клено так же не всё удавалось. Сложность была в том, чтобы воткнуть следующий кинжал выше предыдущего и чуть дальше делая своего рода опору для ноги. Также кинжал нужно было воткнуть и достаточно сильно чтобы он не выскочил из дерева под ногой у Лили позволяя ей удержаться и не упасть с высоты на пол. Конечно над полом была подвешена страховочная сетка, но всё же приятного было мало. Клено пыталась устроить в цирк и паука, но директор цирка и одновременно метатель ножей мастер Бак замахал руками - да вы с ума сошли что ли мисс? Он же всех здесь перепугает. Я верю что паук умный и сообразительный, но люди то этого не знают. Так что берите своего паука себе.
Вуда Макри - как звали паука, грустно вздохнул - простите. От меня сплошные проблемы - пророкотал он.
- Не говори ерунды - сказала Клено - это не так. И только от тебя будет зависеть быть тебе хищником или жертвой. Идём Вуд, возвращаемся на корабль.
= Завтра приходите снова - раздался за спиной девушки голос мастера Бака.
- Конечно мастер Бак - сказала Клено остановившись - как же можно пропустить момент когда я посажу вас в лужу? В ответ раздался хохот.
Вернувшись в отель Лили и Клено отправились в душ. После Лили пошла тренироваться. Вуда Макри как всегда спрятался на корабле в трюме. Там в темном углу он сплел себе гамак из паутины и забрался в него.

И вот настал последний день тренировок. И Клено и Лили готовились к нему как проклятые тренируясь до изнеможения и вот он настал. Заданием была игра Вильяма Телля. Но вгонять в деревянный щит нужно было не только стрелы но и кинжалы. Причем мишени были движущимися. Клено справилась прекрасно. Лили же сражалась с силачом и победила его. И мастер Бак и силач были довольны.
= Все же, зря вы не хотите примкнуть к цирку - вздохнул мастер Бак.
- На это есть свои причины - вздохнула Клено - но я не готова их раскрыть.
= Я понимаю - сказал мужчина со вздохом. Ну что ж, на этом ваше обучение закончилось. Куда отправитесь дальше?
- Пока никуда - ответила Клено - нужно найти нашего друга. Он уплыл раньше нас. Так что временно останемся здесь.
= Ну что ж - повторился мужчина - буду рад видеть вас в любое время в моем цирке.
- Если снова будут наезжать сообщите разберёмся- сказала Клено и дала свой номер ден Ден муши. После они вернулись в отель.

[id799844790:bp-36291248_279112|Maximilian], [id217725250:bp-36291248_279286|Николай], [id564078609:bp-36291248_279491|Φιλία],

Как и всякий зверь, живущий свою нещадную зверскую жизнь, в каком-то смысле именно к такому образу жизни Мерденмора и была привычна больше всего, пусть и не осознавала оное в полной мере. Чередование периодов почти глухого спокойствия, сравнимого с тем, как пасется дичь на лугу после затяжных дождей в обнимку с сочной травой, с периодами вот такой вот гонки с кирпичом в ухвате, когда либо ты думаешь быстро и бьешь быстрее, либо не очень живой и уже не слишком свежий лежишь у кого-то более сноровистого в желудке.
Получалось пока с попеременным успехом, но внезапное бойнище, породившее внушительную куча-малу, разогнало кровь, пробудив в глубинах нечто дремлющее, нехорошее такое, воистину рогатое. Оно обитало всегда, оно было воющим зверем страшнее любого хищника - тем, кто убивает не ради собственной жизни, будь это спасение или пропитание, а ради свободной дороги, потому, что может, потому что просто считает нужным.
Но пробудило и пробудило, что бубнить то, в общем? Пока не беснуется по новой, на том и спасибо. Да и драка, без преувеличений и преуменьшений, вышла славной. Только, разумеется, не по плану - и пернатая в итоге оказалась сама по себе, затянутая в глубину ревущей каши, и рыбно-булочная барышня оставалась здесь, все еще подставленная удару, на который и сама вообще-то горазда была ответить в достойной мере.
Увидеть воочию ее искусство боя тоже оказалось занятным, было бы еще время что-то разглядеть, особенно когда чья-то игривая рука в очередной раз пытается в морду прилететь с нетривиальным желанием раскатать ее под максимально ровную поверхность, пригодную для последующего задержания.
И плевать, что вряд ли в бледной немочи вообще хоть кто-то опознал то самое, за чью голову платить предполагается.
А с демонстрацией пока дела не укладывались, тут хоть рогами потолок чеши и всяких нервных с балок доставай. Ах. Точно. Рогом.
При желании разношерстную потасовку вполне можно было бы разобрать на своеобразный музыкальный бит, особенно с учетом наличия странноватого аккомпанемента, многие, хотели они этого или нет, мешали друг другу движениями именно потому, что ни вписывались в какой-то ритм, но не были сплочены пройденными совместно битвами.
Пусть Гудзомы еще нгедолго строились, недолго вместе небо коптили и людям портили кровь, но уже во многом уловили ритм как собственный, так и ближнего своего. Моркар, кажется, больше прочих - бледноголовой даже странным показалось, как часто мелькает его лохматая шкура где-то поблизости в такие моменты. И неизменно помогал, да так, словно это само собой разумелось.

Следом за одним изувеченным от ее рук и орудий труда шли вторые, третьи, пятые.. И не счесть, кому досталось просто по морде, а кому и посерьезнее. Не наблюдая излишне за действиями рыбной леди, рогатая держала все время в уме, как она пахнет, где конкретно находится и не пахнет ли кровью. В помощи Моркара девушка не сомневалась, но тут, что называется, на другого надейся и сам не плошай.
Но все это разом смолкло и смеркло.

Затишье оказалось оглушительным. Кровь стучала в ушах, дыхание сбилось, удары все еще вибрировали в разбитых костяшках, а с кастетов капала на пол чья-то кровь. Скорее всего, коктейль.
И все же, забитый собственной пульсацией крови уловил до боли знакомый звук, превратив за мгновение чуть усталое тело в сжатую пружину.
Времени определенно мало.
Насколько действенны методы самих варваров - проверять в тесной обстановке не хотелось. Хотя стоило бы.

Мор развернулась, подхватила руки Люци, приподнимая их ладонями вверх, вложила в них свои кастеты. И, ни слова не сказав, направилась к Асавару. Вид ее, очень уж удрученный и хмурый без того, сейчас и вовсе стал льдисто-серым, словно она не в мысли ушла, а в какой-то транс, накинувший ей в синяки под глазами килограмм пять картошки к существующим десяти. Лишь мазнув взглядом по расползающемуся в пространстве и времени Теменю и замученному Даби, девушка убедилась, что уж с ними-то все в порядке.

А Асавар этим похвастаться пока не мог.
Тень самой Мерденморы, кажется, ширилась и величилась, не отражаясь при том в ее собственном лике чем-то новым, но девушка оказалась возле удерживаемого Асавара, не по своей воле выпаиваемого твирином, подошла вплотную. Ладони ее вскинулись вверх, пальцы нащупали какую-то точку за ухом и такую же за другим, надавили с силой.
"Не уверена, что на таком, как он это сработает... но вдруг?"
Реакция поступила не сразу. Асавар испытает странное онемение, а когда девушка жест повторит также резко и быстро, оно расползется по верхней части тела. Справится ли с этим он сам или то будет зверь?
После чего, впрочем, следующий девичий жест окажется простым и завершающим: то был удар торцом кулака (ну, тут уж как достала, хотя выглядело это так, словно дева решила вхреначить мужику в сознании прекардиальный удар) в область сочленения ключиц.

В оригинале ритуала предполагалось валить так быстро, как можно, но Мор положилась на Моркара и Хаарда, дабы проконтролировать, получилось то или нет.
И ритуалу этому без труда было насчитать несколько сотен лет... А может и больше. Чем пуще желаешь забыть все то, чем был, тем пуще оно будет гнаться, хватать зубами за хвост, ехидно выщипывая по пучку, по тростинке.
Так и с этим: в конце концов, Мор была тесно, слишком тесно связана с жречеством. А там знали и как спровоцировать зверочеловека на взрыв эмоций, так и наоборот - как усмирить, когда оно не надо. Но всегда оставался важный нюанс: прокатить такой фокус может лишь в случае, если схвачена определенная стадия переходного состояния, измеряющаяся секундами, если не долями оных. Сноровкой, силой, умением к телу иметь подход и, конечно, удачей...
Надо ли говорить - в случае неудачи жреца зачастую ждала схватка, в которой ставкой оказывалась жизнь его и всех присутствующих.
Страх пробирал до самых костей - но пока успешно отодвигался на задний план, уступая место простому и ясному "делай и жди, либо не мешай".

Некогда весьма приличного вида трактир было не узнать. Погром имел характерный почерк в формах разгромленной мебели, проломленных досок пола и, что уж далеко ходить, разрушенной стены. И большая часть из этого нашла новое предназначение в виде членовредительства и человеконенавистничества.
Лужи крови заставляли ноги прилипать, а разливной алкоголь придавал воздуху запах дешёвого, но всё ещё приемлемого пойла. Занятно, прекрасная как попойка, так и кровавая бойня во многом заканчиваются примерно одинаково. Крепкие и стойкие – остаются на своих двоих. Кто-то бросается выяснять отношения, и ему в глотку почти насильно вливают дополнительную дозу, дабы поспал и успокоился. Но большинство – просто валяются на полу. Разве что последние как раз сильно и отличаются. Нет, разумеется, шумная пьянка тоже приводит порой к переходному состоянию в хладненьких. Но уж точно не в тех количествах, как пара десятков охотников за головами. А если и да, то вечеринка явно пошла не по той дорожке.

Асавар, бросок, яростный и бессмысленный, которого оказался прерванным столь беспардонным образом, как крепкое плечо товарища поперёк горла, рычал и щёлкал зубами, старался высвободиться из хватки Моркара и Хаарда. И что странно, хоть мир Асавара и свёлся до игольного ушка и вряд ли он слышал заявление скрипача-пока-не-на-крыше, но на посторонний голос явно стал злее и упорней в стремлении закусить кем-то тёплым.
– Мултрахыг хусэхгуй байвал холд, сул дорой минь! – не утруждал мозг попыткой перевести Моркар, когда обращался к [id217725250:bp-36291248_279285|скрипачу], что так не к месту пришёлся к столу Зверя.
Хаард же оказался не столь болтливым, пыхтя и ухватываясь за покрытое шерстью тело, не позволяя орудовать могучей лапой с длинными когтями, что блестели природной остротой. И это при том, что сейчас Асавар явно был не в лучшей форме, – уж точно не в той, как предстал на Хильдоре. Всё же химический коктейль, введённый внутривенно, имел решающее значение в учинении бесконечной по продолжительности резни.
Но вклинилась третья удерживающая. [id213233084:bp-36291248_279105|Мерденмора] встала прямиком перед громадным котом, что не сопоставил новое - старое лицо, не меняя поведения, но жест беловолосой внёс свои коррективы.
На миг Моркар вцепился глазами в однорогую, будто впервые её увидел. Среди хун искусство ухода за животными сродни квантовой физике. Ведь на острове большом, но откровенно бедном на растительность умение ладить со зверьми – очень ценный для общины навык. Особенно если учитывать, что в морозных пустошах быки, или же бос-ы, были колоссами в сравнении с обычными коровами. И норов имели такой, что раздавить случайного человека проще, чем высморкаться.
И новая нотка трепета зародилась в этих раскосых глазах. Ненадолго, ведь отвлекаться было некогда, если никто не хотел оказаться в зубах охотника.
Давление на две ямочки близ ушных раковин возымело эффект аналогичный не очень мощной гранате. Вероятно, что давление пришлось на скопление нервных узлов, или просто особо чувствительный нерв, и вместо ожидаемого онемения наступил ожидаемый эффект разбрызганной слюны на лице кон Турсин. Асавар принялся рваться и метаться с новой силой, чем вынуждал Моркара и Хаарда скривиться от напряжения. Когти на ногах оставляли на деревянном полу глубокие борозды, а это немало, ведь царапался кот против волокон досок.
А вот прилетевший удар в соединение ключиц – уже пришёлся чуть более к месту, ведь дрожь, прошедшая по костям, заставила выдохнуть весь накопленный воздух и сбить зверя дыхание. Оный запнулся и замотал головой, пока ноздри усиленно раздувались на морде чуть приплюснутой. И примерно тогда же зрачки в глазах Асавара сузились до степени той, что стали почти незаметными, а уши повернулись в разном направлении. На миг Асавар замер, оставаясь почти неподвижным. И в этой части трактира, если его ещё можно так охарактеризовать, воцарилась хрупкая идиллия, не нарушаемая рыком или звуком борьбы.

Осторожно мужчины разомкнули руки, чтобы дать Асавару пространство, которым он мог бы распорядиться по собственному усмотрению. Но смотрел следопыт куда-то вдаль, ничего конкретного не замечая.
– Басаган хоньчин? – переспросил Моркар.
Но запнулся на вопросе, принялся рассматривать пальцы, как силился вспомнить что-то на них записанное. Отдельно приметим, письменности у хун, как таковой, нет. Как и нужды в ней. А оттого предположение, что рыжий юноша стал бы вести заметки на полях, али же на конечностях, весьма сомнительно.
– Марданмор пастх… – коверкая слова, выдавил Моркар.
А Хаард ничего не сказал. Он был занят восстановлением дыхания. Возраст сказывался на теле больше, чем противники. А тушу хун ещё потаскать нужно, так что усталость была, в целом, оправдана. Лишь взгляд уважительный пал на молодую деву, по причине уже обозначенной. Даже если первичный приём возымел обратный эффект, морские пираты о том не знали и знать не могли.

Ближе к центру зала разыгралось немного иное представление. Едва Хаард отошёл от колонны, отвлечённый сдерживанием Асавара от щуплой закуски, как оная на балке всё же изволил выдохнуть и обманчиво расслабиться в предположении, что буря миновала. Не привык человек в броской рубашке получать по лицу. А уж тем более, кулаком. Да ещё таким. За то, чего не совершал. Хотя кому до того было дело.
Зависал над хаосом погрома, мужчина с аккуратной бородкой осматривал окружение, покуда улавливал, что остался никому не интересен. И обижаться на сей факт он планировал уже потом, когда пираты соизволят отправиться по своим бездельям за горизонт от мыса.
Вороватая мордашка собиралась разжать ноги на балке, ведь держался он фактически только на руках, – на ногах когтей не наблюдалось, ведь туфли кожаные уцелели и не пострадали в суматохе. А пара пятнышек крови – дело наживное. Благо, что не хозяина обуви – и на том спасибо. И всё же, в план вновь пришлось вносить срочное изменение.
Едва одна опасность отдалилась, как на балку горизонтальную из дерева тёмного вырубленную – ту, что стала спасением, решила приземлиться массивная – в определённой степени то так и было, и отнюдь не в обиду сказано, птичка была отнюдь немалая – пернатая [id564078609:bp-36291248_279490|фигура], что напоминала одновременно и гарпию и алконоста. Что-то гибридное. И вместе с тем, жутко опасное.
И стала она с интересом наблюдать за странным человеком. Острые когти вгрызлись в деревянную поверхность и даже в нутро, пока глаза интересующиеся, хоть и не совсем понимающие, что делать с этим люля, следили за каждым движением, а ноги медленно приближали птицу ко млекопитающему.
Барыга и мелкий делец оскалился и зашипел, как умеет, тут со зверем несильно повезло, ведь большой угрозы тот не создавал даже в теории, и вопреки браваде шипящей, медленно, синхронно с Илайн, смещался всё дальше от вертикального входа на «безопасную» территорию. Мужчина старался отдалиться от наседающей Тьютони, но в конечном итоге, разрыв в метр - два так и не возымел наглости измениться.
Краем глаза пленник обстоятельств видел, что стена всё ближе, и тупик всё перспективней. Нужно было что-то делать и быстро. И говоря «что-то», вряд ли подразумевается «что-то не совсем логичное».
Расширил оскал ещё больше, заложник Илайн резко ударил рукой в воздух, как имел намерение отогнать преследователя. Но даже стороннему наблюдателю было бы очевидно, что длина руки не совсем соответствовала требованиям, ведь была короче и ноги и торса вкупе. А значит, даже если бы пернатая и захотела, клюнуть в пятку ей никто не запретит и помехи создать не сумеет.
Ах, да, ещё немаловажный момент. Мы же помним, что получеловек держался за балку двумя руками?
А вот он сам сего момента не учёл. Оставшись без половины цепкости, да ещё и со столь резким рывком в направлении ифриты, делец потерял примерно половину собственной цепкости. Верхняя половина тела резко качнулась, вторая рука непослушно выскользнула из спасительного устройства и ноги сжаться достаточно не успели.