[id468231554:bp-36291248_278500|Серафим], [id290154650:bp-36291248_278503|God],
Исаак
Дозорный наблюдал как Майрон убирает в свой мешок то что напоминает о дозоре. Говоря о будущих действиях. Исаак же просто стоит на месте и смотрит как он это делает. Никак не комментируя этот процесс. У него хотя бы он был. А вот Исаак как прибыл на мыс, у него не было времени собрать вещи что бы взять их с собой. Так как это происходило во время боевых действий на Яролеке. Но его это нисколько не смущало на данный момент. Всё самое необходимое было при нем. Хотя другие опознавательные знаки были бы не лишними. Но у него был галстук, но под этой броней, и нашивка там же. Но доставать это всё сейчас не имело никакого смысла. Пока ему не требовалось ходить и всем показывать что он из Дозора. На базе, на которую он прибыл недавно и так в курсе о том кто он и откуда прилетел. Но об этом знает разве что начальник и еще некоторые люди. Точно не все. Очень трудно быть незаметным в этом прикиде.
—Служба есть служба. Если тебя поставили на это место, то тебе прийдется выполнять приказы. — это он сказал к саркастическому выводу Пипина. Якобы тут место не очень для службы или что-то в этом роде. Исаак считал что место тут очень спокойное сейчас. Когда-то давно они тут чуть все не погибли, он и его командир.
В момент, когда Пипин наконец-то собрался, Исаак поправил свою алебарду на плече:
—Я пока просто буду наблюдать со стороны. Может всё не так страшно как ты говоришь. Люди могут приукрашивать увиденное. Но надо в этом убедиться наверняка. — Исаак решил пока держаться по дальше от разговоров с другими Дозорными и потенциальными «очевидцами». Это связано было с тем, что его наряд не соответствовал доверительному диалогу. Но он и не стремился его налаживать. Лишь наблюдать. Но и понимал, что таким способом может привлечь к себе негативное внимание. Но с сослуживцами сражаться даже в игривой форме он тоже не планировал. А беспокоить Вице-Адмирала по таким вещам он не собирался.
—Я буду держаться на расстоянии. Может ты и прав и мы раскроем внутренний заговор. Или все будет наоборот… — добавил Исаак, его маска снова транслировала его голос как какое-то гневное рычание, но он говорил спокойно. К сожалению с этой особенностью он ничего не мог поделать. Но он и не слышал как это звучит со стороны. Ему казалось что это звучит как голос из любой маски, немного приглушенно.
Исаак уже примерно знал где находиться названная таверна-бар. Так как уже успел пройтись по знакомым местам. А то что за ними следили, не обратил внимания. На него и так переодически поглядывают.
ONE PIECE RP ·
Мыс Гранд-лайн
[id13305767:bp-36291248_278512|Станислав], God,
Пипин (не короткий)
По спине рыжевласого пробежал легкий холодок, который он запомнил, но не выделял. Продолжая слушать своего старшего по званию, он вытащил из внутреннего кармана брони маленький свисток в который подул предварительно набрав воздух диафрагмой, то есть не плечи его сгибались во время вздоха, а наполнялся живот. Пронзительный, но почти неслышный свист разрезал окружной воздух, инструмент же был убран обратно.
-Без помощников и я не смогу. Скоро здесь будет мой подопечный, что прибыл на пару недель раньше меня. Он тоже ветеран той самой битвы Маринфорта, правда был не так удачлив как я, вы скоро и сами поймёте, а пока - нам пора. -
Бывший король в привычной армейской традиции повернулся на месте, но пошагал уже как гражданский, выдавать себя он не хотел, но похоже слишком сильно сконцентрировался на шаге.
-Опа, плечи слишком лёгкие- с растеряным голосом говорил он ища глазами куда делся его мешок, и лишь повернувшись увидел его рядом с Исааком. Растеряность ушла, пришла улыбка над собственной нерасторопностью. Он вернулся, забрал вещьмешок и вновь отправился в путь, и вновь остановился на этот раз услышав издалека мышиный визг. Голова в бандане повернулась в сторону города откуда на него смотрела голова в шерсти. Его подопечный уже был здесь - Виктор. Зверочеловек чей слух идеально распознал свист и пришёл на место его произведения.
Виктор.
Голова в шерсти, также не выглядел как дозорный, деловой костюм, галстук, и два больших уха вместо кепки. Похоже в отсутствии прямого командира и своего друга, Виктор стал часто пропадать в городе под видом гражданского, за счёт своего интеллекта справляясь с работой мичмана быстрее остальных. Ушастый быстро добрался до своего босса протягивая ему руку.
-Рад видеть тебя живым, но почему ты не в форме?-
Мышеголового быстро ввели в курс дела, рассказывая и о странностях, и о планах на этот мыс. Его пустые глаза пристально рассматривали, хоть и плохо видели Пипина и, наверное, подошедшего Исаака.
-Хочешь устроить закон? Тут? Я согласен если потом свалим с этого отшиба, ибо я не хочу находится на острове где установлен подобный закон, да и ты давно уже должен был вернуться.-
Пипин и Виктор
Теперь уже вдвоём, данная парочка отправилась в город, огибая улицы и дома. Эти двоя общались меж собой на абсолютно случайные темы, пытаясь вновь восполнить время которое те были в разлуке. Так Виктор узнал, что Пипин ждёт уже второго ребёнка, параллельно поддерживая своего лейтенанта ибо тот снова не сможет присутствовать на рождении чада.
-Главное что ты присутствовал на его зачатии-отшучивался Мышеголовый получая по мышиной голове кулаком за подобные шутки.
Там же и Пипин узнал, что проблемы в дозоре на мысе есть, и далеко не только в хлебе и заключенном парнишке. Виктор был свидетелем контрабанды, но без везких доказательств это пустой звук. Наконец-то, они добрались до рынка. Виктор пошёл в одну сторону, Пипин в другую их целью было узнать местонахождение родителей заключённого парня чтобы получить подробности, и что более важно, свидетелей на будущем суде.
Пипин (не короткий)
По спине рыжевласого пробежал легкий холодок, который он запомнил, но не выделял. Продолжая слушать своего старшего по званию, он вытащил из внутреннего кармана брони маленький свисток в который подул предварительно набрав воздух диафрагмой, то есть не плечи его сгибались во время вздоха, а наполнялся живот. Пронзительный, но почти неслышный свист разрезал окружной воздух, инструмент же был убран обратно.
-Без помощников и я не смогу. Скоро здесь будет мой подопечный, что прибыл на пару недель раньше меня. Он тоже ветеран той самой битвы Маринфорта, правда был не так удачлив как я, вы скоро и сами поймёте, а пока - нам пора. -
Бывший король в привычной армейской традиции повернулся на месте, но пошагал уже как гражданский, выдавать себя он не хотел, но похоже слишком сильно сконцентрировался на шаге.
-Опа, плечи слишком лёгкие- с растеряным голосом говорил он ища глазами куда делся его мешок, и лишь повернувшись увидел его рядом с Исааком. Растеряность ушла, пришла улыбка над собственной нерасторопностью. Он вернулся, забрал вещьмешок и вновь отправился в путь, и вновь остановился на этот раз услышав издалека мышиный визг. Голова в бандане повернулась в сторону города откуда на него смотрела голова в шерсти. Его подопечный уже был здесь - Виктор. Зверочеловек чей слух идеально распознал свист и пришёл на место его произведения.
Виктор.
Голова в шерсти, также не выглядел как дозорный, деловой костюм, галстук, и два больших уха вместо кепки. Похоже в отсутствии прямого командира и своего друга, Виктор стал часто пропадать в городе под видом гражданского, за счёт своего интеллекта справляясь с работой мичмана быстрее остальных. Ушастый быстро добрался до своего босса протягивая ему руку.
-Рад видеть тебя живым, но почему ты не в форме?-
Мышеголового быстро ввели в курс дела, рассказывая и о странностях, и о планах на этот мыс. Его пустые глаза пристально рассматривали, хоть и плохо видели Пипина и, наверное, подошедшего Исаака.
-Хочешь устроить закон? Тут? Я согласен если потом свалим с этого отшиба, ибо я не хочу находится на острове где установлен подобный закон, да и ты давно уже должен был вернуться.-
Пипин и Виктор
Теперь уже вдвоём, данная парочка отправилась в город, огибая улицы и дома. Эти двоя общались меж собой на абсолютно случайные темы, пытаясь вновь восполнить время которое те были в разлуке. Так Виктор узнал, что Пипин ждёт уже второго ребёнка, параллельно поддерживая своего лейтенанта ибо тот снова не сможет присутствовать на рождении чада.
-Главное что ты присутствовал на его зачатии-отшучивался Мышеголовый получая по мышиной голове кулаком за подобные шутки.
Там же и Пипин узнал, что проблемы в дозоре на мысе есть, и далеко не только в хлебе и заключенном парнишке. Виктор был свидетелем контрабанды, но без везких доказательств это пустой звук. Наконец-то, они добрались до рынка. Виктор пошёл в одну сторону, Пипин в другую их целью было узнать местонахождение родителей заключённого парня чтобы получить подробности, и что более важно, свидетелей на будущем суде.
[id468231554:bp-36291248_278524|Серафим], [id13305767:bp-36291248_278512|Станислав],
Элинор
. . .
Нойдиллион и пять её идиотов лежали в кустах так давно, что даже жуки начали обходить их стороной, думая, что это какая-то новая растительная форма жизни. Она, не мигая, смотрела в бинокль. Её лицо было напряжено, глаза узкие и хищные, как у тигрицы, выслеживающей добычу. Сисястая не слышала ни слова, но понимала только одно: движения слишком уверенные. Слишком спокойные. Слишком наполненные смыслом.
— Это они… — прошептала она.
— Кэп, — пискнул один из дозорных, — кто "они"?
— Те, кто делают вид, что они не "они". Это худшие из "них".
Пятеро дружно кивнули, не поняв ни черта, но полностью согласные.
Тем временем Исаак и Майрон продолжали абсолютно невинный разговор о службе, дисциплине и проблемах на мысе.
Но в голове Нойдиллион это звучало так:
«Мы убьём всех дозорных и сожжём их дома!»
«Да! А потом всех продадим как рабов!»
«И никому не покажем настоящие доказательства!»
Каждый раз, когда один из них шевелил головой, Нойдиллион шептала:
— …и это жест подозреваемого.
Когда тот поправлял оружие:
— …военная подготовка.
Когда Майрон просто кашлянул:
— …договорный сигнал. Пиздец, всё ясно.
Но настоящая катастрофа началась, когда в сцену вошёл Виктор — антропоморфная мышь в деловом костюме.
Пятеро дозорных вздрогнули так сильно, что кусты пошли волной.
— МЫШЬ!!!
— ЛЕТАЮЩАЯ!!!
— ГОВОРЯЩАЯ!!!
— ОДЕТАЯ В ДЕЛОВОЙ КОСТЮМ!!!
Один даже перекрестился.
Нойдиллион же лишь слегка приподняла бровь.
— Минк… или фрукт… или гибрид… несёт себя уверенно… уши как локаторы… идеально подходит для слежки. — Она хмыкнула. — Опасный тип. И очень-очень подозрительный.
Один из дозорных робко поднял руку:
— К-кэп… кажется… я его знаю… Это мичман Виктор… он из дозора…
Все замерли.
Потом синхронно выдохнули:
— ЗА-ГО-ВОР!!!
— ПРЕДАТЕЛЬ!!!
— МЫ УЗНАЛИ СЛИШКОМ МНОГО!!!
Нойдиллион закрыла глаза рукой.
— Вы — стадо тупиц. Но… возможно… на этот раз случайно правы.
Она снова подняла бинокль. Теперь она видела троих вместе:
Исаак, он был очень сильный, скрытный.
Майрон, высоченный, уверенный, ловкий.
Виктор... слишком быстрый, слишком умный… и не в форме.
Трое.
Планирующие.
Обходящие город.
Идут в разные стороны.
— Они разделяются, чтобы скрыть следы. Это классика преступных группировок. Мы обязаны следовать.
Её голос был тихим, но острым, как свист пули.
Один из дозорных выдохнул:
— Кэп, но… это же, может, вообще не они…
Нойдиллион сверкнула глазами:
— Мы не знаем. А значит — идём.
Дозорная встала, поправила форму, бросила тяжкий вздох.
— Пора поймать их с поличным.
Драматическая пауза.
— Или умереть пытаясь.
Пятеро посмотрели друг на друга, побледнели, сглотнули…
И радостно закричали:
— ДА, КЭП!!! УМРЁМ ЗА ВАС!!!
— Я вас этого не просила… — устало сказала Нойдиллион.
Но они уже выстроились, блестя глазами. Их капитан махнула рукой.
— Вперёд. Мы идём за ними. Сначала — просто следуем, выясним, где их база. Потом — разговор. Потом… посмотрим. Но предупреждаю… если это контрабандисты… или предатели… я разнесу всё к хренам.
Пятеро радостно загорелись.
— ЕЁ ГНЕВ!!! ОН ТАКОЙ СЕКСУАЛЬНЫЙ!!!
Нойдиллион медленно закрыла лицо рукой.
— Я буду терпеть, я буду терпеть, я буду терпеть…
И они вышли из кустов, как самый нелепый, но самый опасный патруль на всём Мысе Гранд-Лайн.
Элинор
. . .
Нойдиллион и пять её идиотов лежали в кустах так давно, что даже жуки начали обходить их стороной, думая, что это какая-то новая растительная форма жизни. Она, не мигая, смотрела в бинокль. Её лицо было напряжено, глаза узкие и хищные, как у тигрицы, выслеживающей добычу. Сисястая не слышала ни слова, но понимала только одно: движения слишком уверенные. Слишком спокойные. Слишком наполненные смыслом.
— Это они… — прошептала она.
— Кэп, — пискнул один из дозорных, — кто "они"?
— Те, кто делают вид, что они не "они". Это худшие из "них".
Пятеро дружно кивнули, не поняв ни черта, но полностью согласные.
Тем временем Исаак и Майрон продолжали абсолютно невинный разговор о службе, дисциплине и проблемах на мысе.
Но в голове Нойдиллион это звучало так:
«Мы убьём всех дозорных и сожжём их дома!»
«Да! А потом всех продадим как рабов!»
«И никому не покажем настоящие доказательства!»
Каждый раз, когда один из них шевелил головой, Нойдиллион шептала:
— …и это жест подозреваемого.
Когда тот поправлял оружие:
— …военная подготовка.
Когда Майрон просто кашлянул:
— …договорный сигнал. Пиздец, всё ясно.
Но настоящая катастрофа началась, когда в сцену вошёл Виктор — антропоморфная мышь в деловом костюме.
Пятеро дозорных вздрогнули так сильно, что кусты пошли волной.
— МЫШЬ!!!
— ЛЕТАЮЩАЯ!!!
— ГОВОРЯЩАЯ!!!
— ОДЕТАЯ В ДЕЛОВОЙ КОСТЮМ!!!
Один даже перекрестился.
Нойдиллион же лишь слегка приподняла бровь.
— Минк… или фрукт… или гибрид… несёт себя уверенно… уши как локаторы… идеально подходит для слежки. — Она хмыкнула. — Опасный тип. И очень-очень подозрительный.
Один из дозорных робко поднял руку:
— К-кэп… кажется… я его знаю… Это мичман Виктор… он из дозора…
Все замерли.
Потом синхронно выдохнули:
— ЗА-ГО-ВОР!!!
— ПРЕДАТЕЛЬ!!!
— МЫ УЗНАЛИ СЛИШКОМ МНОГО!!!
Нойдиллион закрыла глаза рукой.
— Вы — стадо тупиц. Но… возможно… на этот раз случайно правы.
Она снова подняла бинокль. Теперь она видела троих вместе:
Исаак, он был очень сильный, скрытный.
Майрон, высоченный, уверенный, ловкий.
Виктор... слишком быстрый, слишком умный… и не в форме.
Трое.
Планирующие.
Обходящие город.
Идут в разные стороны.
— Они разделяются, чтобы скрыть следы. Это классика преступных группировок. Мы обязаны следовать.
Её голос был тихим, но острым, как свист пули.
Один из дозорных выдохнул:
— Кэп, но… это же, может, вообще не они…
Нойдиллион сверкнула глазами:
— Мы не знаем. А значит — идём.
Дозорная встала, поправила форму, бросила тяжкий вздох.
— Пора поймать их с поличным.
Драматическая пауза.
— Или умереть пытаясь.
Пятеро посмотрели друг на друга, побледнели, сглотнули…
И радостно закричали:
— ДА, КЭП!!! УМРЁМ ЗА ВАС!!!
— Я вас этого не просила… — устало сказала Нойдиллион.
Но они уже выстроились, блестя глазами. Их капитан махнула рукой.
— Вперёд. Мы идём за ними. Сначала — просто следуем, выясним, где их база. Потом — разговор. Потом… посмотрим. Но предупреждаю… если это контрабандисты… или предатели… я разнесу всё к хренам.
Пятеро радостно загорелись.
— ЕЁ ГНЕВ!!! ОН ТАКОЙ СЕКСУАЛЬНЫЙ!!!
Нойдиллион медленно закрыла лицо рукой.
— Я буду терпеть, я буду терпеть, я буду терпеть…
И они вышли из кустов, как самый нелепый, но самый опасный патруль на всём Мысе Гранд-Лайн.
[id468231554:bp-36291248_278524|Серафим], [id290154650:bp-36291248_278525|God],
Исаак
Вышло примерно так как и думал дозорный. Пипин отправился первый, к нему подошел его друг с головой летучей мыши. И они вдвоем стали выдвигаться в городок. Исаак же еще какое-то время стоял на месте и только смотрел в сторону их спин. Совсем скоро и он отправиться за ними. Но еще раз повернул голову в сторону, где предположительно располагалась база Дозора. Его черные непроглядные линзы на маске чумного врача немного поблескивали, поправив свою алебарду в руке, он закинул ее на плечо. И немного повернул голову в сторону, примерно туда, где прятались дозорные. Его привлек лишь легкий блик из каких-то кустов.
Но он не стал всматриваться в этот куст слишком внимательно. Развернувшись, он пошел следом за Майроном. Держась на расстоянии, конечно.
Как только он вошел в пределы улицы и строений, он закрепил алебарду за спиной и нырнул в небольшой переулок между домами. Используя свою силу и ловкость, он довольно быстро запрыгнул на крышу одного из домов. Теперь уже бредя по черепице, аккуратно, почти не заметно. Если это можно назвать так. Но держал в поле зрения Пипина и его друга. Беспокоиться о том, что он мог что-то не услышать, не было проблемой. Ему достаточно было использовать силу своего Зоана. А именно принять гибридную форму или хотя бы навострить свой слух на более чувствительные частоты. Поэтому мог слышать всё что говорили на улице, будто стоит рядом с ними. Просто не хотел нервировать обычный люд лишний раз. Поэтому выбрал такой подход. Однако, странный мужик на крыше уже вызывает подозрения. Но он вел себя тихо, и лишний раз не двигался.
Исаак
Вышло примерно так как и думал дозорный. Пипин отправился первый, к нему подошел его друг с головой летучей мыши. И они вдвоем стали выдвигаться в городок. Исаак же еще какое-то время стоял на месте и только смотрел в сторону их спин. Совсем скоро и он отправиться за ними. Но еще раз повернул голову в сторону, где предположительно располагалась база Дозора. Его черные непроглядные линзы на маске чумного врача немного поблескивали, поправив свою алебарду в руке, он закинул ее на плечо. И немного повернул голову в сторону, примерно туда, где прятались дозорные. Его привлек лишь легкий блик из каких-то кустов.
Но он не стал всматриваться в этот куст слишком внимательно. Развернувшись, он пошел следом за Майроном. Держась на расстоянии, конечно.
Как только он вошел в пределы улицы и строений, он закрепил алебарду за спиной и нырнул в небольшой переулок между домами. Используя свою силу и ловкость, он довольно быстро запрыгнул на крышу одного из домов. Теперь уже бредя по черепице, аккуратно, почти не заметно. Если это можно назвать так. Но держал в поле зрения Пипина и его друга. Беспокоиться о том, что он мог что-то не услышать, не было проблемой. Ему достаточно было использовать силу своего Зоана. А именно принять гибридную форму или хотя бы навострить свой слух на более чувствительные частоты. Поэтому мог слышать всё что говорили на улице, будто стоит рядом с ними. Просто не хотел нервировать обычный люд лишний раз. Поэтому выбрал такой подход. Однако, странный мужик на крыше уже вызывает подозрения. Но он вел себя тихо, и лишний раз не двигался.
God (https://vk.ru/id290154650), Станислав.
Пипин
Рыжик скользит между прилавками, заинтересованым взглядом выискивая самых, внешне, доброжелательных торговцев, одного из которых уже смог найти. Он останавливается у лотка со старинными навигационными приборами. Торговец, седой морской волк, но при том внешне ещё выглядит молодым. А руки его, испещренными татуировками. Морда-лица выглядит недружелюбно, но даже так Пипин понимал, что разговор меж ними случится.
-Медные подзорные трубы, компасы, обточенные песком логпосы, у вас неплохая коллекция.-
Торговец улыбнулся, наклонился к своему товару и меж ним с Пипином завязался диалог. Рыжик не спрашивает с порога о интересующих его делах, а восхищается работой, задает вопрос о методе гравировки, смеется над забавной историей о том, как компас спас корабль от верной гибели. Медленно выстраивая доверие между ним и Торговцем, и только когда в глазах его появляется не просто настороженность, а что-то похожее на уважение, Пипин мягко, почти мимоходом, касается сути:
-Говорят, морской дозор перестал защищать всех граждан острова, ничего не знаешь о родителях недавно заключённого мальчишки?
Взгляд торговца тут же каменеет. Улыбка слетает. Он резко отворачивается, начинает начищать уже сияющий секстант.
-Нечем мне тебе помочь, приятель. И вообще, лучше проваливай с такими вопросами дурацкими. Морской дозор нас защищает! -
То же самое повторяется у торгующей тканями женщины с усталыми глазами, и у дымящегося мангала с шашлыком. Сначала - разговор о товаре, о погоде, о цене. Обмен шуткой. Но стоит произнести кодовые слова как в глазах собеседников вспыхивает искра страха, и они отшатываются, как от прокаженного. Пипин получает вежливые, но железные отказы.
Виктор
Зверочеловек же, не так открыт. Он не любит людей, и особенно торговцев предпочитая искать не тех кто болтает, а тех кто знает о чем болтает. Его взгляд выхватывает важные детали: нервный вздох охранника у лавки с контрабандным ромом, задумчивое лицо мальчишки-подносчика, затаившуюся злобу в глазах мойщика рыбьих тушек. Он находит в узком переулке, заваленном пустыми ящиками, охранника лавки с ромом. Не говоря ни слова, С протягивает немного белли садясь рядом. Мешочек быстро исчезает в вместительном кармашке охранника
-Пацан из газеты- говорил Зверочеловек смотря в стену от собеседника.
-Как мне выйти на его родных? Слышно что в последнее время?-
Охранник бурчит что-то о "перешедших дорогу правосудию", о сломанных прилавках у торговца пряностями неделю назад. Но толком ответить не может, увы, торговцы с пряностями в подобном месте меняются как перчатки.
Виктор уходит, возвращаясь к мальчишке и выуживает уже у того информацию о произошедшем. Тот, получив в оплату монетку, глазами полными внезапной жадности и некой неловкости, бормочет о том, что после публикации газеты репартер был избит также как и вся редакция. А ещё, что в баре стали появляться больше пъяниц.
Но эти обрывки были слишком абстрактные, тем более летучая мышь не раз замечала из под маски одних и тех же дозорных, что словно шли за ним по пятам. Виктор не первый раз имеет дело с слежкой и такая была неуместной. Прятаться в толпе имяя знаки отличия, было плохой идеей. Особенно если у одного из дозорных эти знаки отличия прыгали и привлекали внимание как окружающих, так и дозорных вокруг. Хотя возможно тут сыграла скрытая любовь зверочеловека к подобным отличительным чертам.
Пипин и Виктор.
Раб своих идеалов (Пипин) и раб по документам (Виктор) встретились на краю рынка/базара.
-Ничего.
-Да. Единственное, что я узнал - дозор физически запугивает всех.
-Понятно, Виктор. Но судя по недовольному взгляду, ты нашёл не только эту информацию.
-Я потратил последние монетки которые ты мне дал.. А ещё за нами следят.
-А вот это уже серьёзно.
Пипин достал кошель и отдал небольшую сумму Виктору. Когда тот убрал свой кошель в карманы пиджака Пипин заговорил.
-А теперь про слежку. Это были дозорные или кто-то иной?
-Дозорные.
Пипин
Рыжик скользит между прилавками, заинтересованым взглядом выискивая самых, внешне, доброжелательных торговцев, одного из которых уже смог найти. Он останавливается у лотка со старинными навигационными приборами. Торговец, седой морской волк, но при том внешне ещё выглядит молодым. А руки его, испещренными татуировками. Морда-лица выглядит недружелюбно, но даже так Пипин понимал, что разговор меж ними случится.
-Медные подзорные трубы, компасы, обточенные песком логпосы, у вас неплохая коллекция.-
Торговец улыбнулся, наклонился к своему товару и меж ним с Пипином завязался диалог. Рыжик не спрашивает с порога о интересующих его делах, а восхищается работой, задает вопрос о методе гравировки, смеется над забавной историей о том, как компас спас корабль от верной гибели. Медленно выстраивая доверие между ним и Торговцем, и только когда в глазах его появляется не просто настороженность, а что-то похожее на уважение, Пипин мягко, почти мимоходом, касается сути:
-Говорят, морской дозор перестал защищать всех граждан острова, ничего не знаешь о родителях недавно заключённого мальчишки?
Взгляд торговца тут же каменеет. Улыбка слетает. Он резко отворачивается, начинает начищать уже сияющий секстант.
-Нечем мне тебе помочь, приятель. И вообще, лучше проваливай с такими вопросами дурацкими. Морской дозор нас защищает! -
То же самое повторяется у торгующей тканями женщины с усталыми глазами, и у дымящегося мангала с шашлыком. Сначала - разговор о товаре, о погоде, о цене. Обмен шуткой. Но стоит произнести кодовые слова как в глазах собеседников вспыхивает искра страха, и они отшатываются, как от прокаженного. Пипин получает вежливые, но железные отказы.
Виктор
Зверочеловек же, не так открыт. Он не любит людей, и особенно торговцев предпочитая искать не тех кто болтает, а тех кто знает о чем болтает. Его взгляд выхватывает важные детали: нервный вздох охранника у лавки с контрабандным ромом, задумчивое лицо мальчишки-подносчика, затаившуюся злобу в глазах мойщика рыбьих тушек. Он находит в узком переулке, заваленном пустыми ящиками, охранника лавки с ромом. Не говоря ни слова, С протягивает немного белли садясь рядом. Мешочек быстро исчезает в вместительном кармашке охранника
-Пацан из газеты- говорил Зверочеловек смотря в стену от собеседника.
-Как мне выйти на его родных? Слышно что в последнее время?-
Охранник бурчит что-то о "перешедших дорогу правосудию", о сломанных прилавках у торговца пряностями неделю назад. Но толком ответить не может, увы, торговцы с пряностями в подобном месте меняются как перчатки.
Виктор уходит, возвращаясь к мальчишке и выуживает уже у того информацию о произошедшем. Тот, получив в оплату монетку, глазами полными внезапной жадности и некой неловкости, бормочет о том, что после публикации газеты репартер был избит также как и вся редакция. А ещё, что в баре стали появляться больше пъяниц.
Но эти обрывки были слишком абстрактные, тем более летучая мышь не раз замечала из под маски одних и тех же дозорных, что словно шли за ним по пятам. Виктор не первый раз имеет дело с слежкой и такая была неуместной. Прятаться в толпе имяя знаки отличия, было плохой идеей. Особенно если у одного из дозорных эти знаки отличия прыгали и привлекали внимание как окружающих, так и дозорных вокруг. Хотя возможно тут сыграла скрытая любовь зверочеловека к подобным отличительным чертам.
Пипин и Виктор.
Раб своих идеалов (Пипин) и раб по документам (Виктор) встретились на краю рынка/базара.
-Ничего.
-Да. Единственное, что я узнал - дозор физически запугивает всех.
-Понятно, Виктор. Но судя по недовольному взгляду, ты нашёл не только эту информацию.
-Я потратил последние монетки которые ты мне дал.. А ещё за нами следят.
-А вот это уже серьёзно.
Пипин достал кошель и отдал небольшую сумму Виктору. Когда тот убрал свой кошель в карманы пиджака Пипин заговорил.
-А теперь про слежку. Это были дозорные или кто-то иной?
-Дозорные.
[id13305767:bp-36291248_278538|Станислав], [id468231554:bp-36291248_278543|Серафим],
Элинор
. . .
Когда Исаак скрылся между домами и исчез с крыш так же бесшумно, как тень от заходящего солнца, Нойдиллион ощутила, как мир вокруг стал плотнее. Воздух потяжелел; шум торговых рядов, хоть и доносился отчётливо, казался далёким эхом. Пахло жареной рыбой, горячим металлом от кузниц, дешевым ромом и опасностью, той, что нельзя вычленить взглядом, но которая царапает кожу, как кошачья когтистая лапа.
Она шла по краю рынка, будто просто гуляла, но каждый шаг был выверен, каждый взгляд — точечным, холодным. Пятеро её людей пытались повторить профессиональную грацию командира, но выглядели рядом с ней как пятеро утопленников, которые учатся ходить заново.
Пятерка дозорных держалась за её спиной плотным клином.
Слишком плотным.
Так плотным, что Нойдиллион в итоге тихо прорычала:
— Отойдите хотя бы на метр. Я не тень, чтобы на мне висеть.
Все пятеро одновременно отпрыгнули в стороны, будто по команде барабанщика.
— Да, кэп! Мы просто… ну… мы…
— Поняли. Шагаем. Молчим. Наблюдаем.
В этот момент она увидела то, чего не хватало в головах её людей: настоящих контрабандистов.
Двое мужчин в широких плащах, кривые ножи за поясом, глаза бегают, руки дрожат. Они передавали маленький ящик третьему — худому, как тростинка, с грязными пальцами.
Сделка явно происходила прямо на виду.
Но трое дозорных позади неё даже не моргнули. Один из них наклонился к другому:
— Это обычные… да? Торговцы… да?..
— Ну да… Наверное…
— Наверное…
Нойдиллион закрыла глаза. Если бы они хоть немного отвлеклись, то сумели бы заметить истинного врага, что маячил так близко.
И пятеро радостно кивнули, и даже не поняли, что прошли мимо людей, которые были в розыске.
Тем временем Майрон и Виктор двигались через рынок, как две тени, вписанные в самую плоть города. Нойдиллион следовала за ними на расстоянии, и делала это осторожнее, чем могла бы. Иногда её золотистые волосы мелькали между торговых рядов, словно вспышка монеты. Иногда её янтарные глаза ловили отблеск спины Виктора, и она чувствовала, как где-то в глубине её груди лёгкая дрожь стрелы откликается.
Она не знала, кто они.
Не знала, виновны ли.
Но она знала запах заговорщиков, он был похож на запах людей, что убили бы ребёнка ради выгоды. И лучше предположить худшее, чем недооценить.
Её пятеро подчинённых тоже старались держаться незаметно. Один из них шёл вприсядку, другой — боком, третий — на цыпочках, четвёртый — прикрывая глаза ладонью, будто так он становился невидимым. Пятый вообще ползал, ну или был просто в полуприсяде.
Но это была та редкая сцена в Гранд-Лайн, где именно эта нелепость и спасла их, никто в городе не принимал такую толпу идиотов за угрозу.
Пипин перешептывался с Виктором, их слова были серьёзны, обрывки фраз тонули в морском шуме:
«дозор… избили… контрабанда… запуганы… следят…»
И Нойдиллион не слышала слов.
Но слышала то, что ей важно: страх, сомнения, и планы, которые нельзя говорить случайным людям.
Элинор
. . .
Когда Исаак скрылся между домами и исчез с крыш так же бесшумно, как тень от заходящего солнца, Нойдиллион ощутила, как мир вокруг стал плотнее. Воздух потяжелел; шум торговых рядов, хоть и доносился отчётливо, казался далёким эхом. Пахло жареной рыбой, горячим металлом от кузниц, дешевым ромом и опасностью, той, что нельзя вычленить взглядом, но которая царапает кожу, как кошачья когтистая лапа.
Она шла по краю рынка, будто просто гуляла, но каждый шаг был выверен, каждый взгляд — точечным, холодным. Пятеро её людей пытались повторить профессиональную грацию командира, но выглядели рядом с ней как пятеро утопленников, которые учатся ходить заново.
Пятерка дозорных держалась за её спиной плотным клином.
Слишком плотным.
Так плотным, что Нойдиллион в итоге тихо прорычала:
— Отойдите хотя бы на метр. Я не тень, чтобы на мне висеть.
Все пятеро одновременно отпрыгнули в стороны, будто по команде барабанщика.
— Да, кэп! Мы просто… ну… мы…
— Поняли. Шагаем. Молчим. Наблюдаем.
В этот момент она увидела то, чего не хватало в головах её людей: настоящих контрабандистов.
Двое мужчин в широких плащах, кривые ножи за поясом, глаза бегают, руки дрожат. Они передавали маленький ящик третьему — худому, как тростинка, с грязными пальцами.
Сделка явно происходила прямо на виду.
Но трое дозорных позади неё даже не моргнули. Один из них наклонился к другому:
— Это обычные… да? Торговцы… да?..
— Ну да… Наверное…
— Наверное…
Нойдиллион закрыла глаза. Если бы они хоть немного отвлеклись, то сумели бы заметить истинного врага, что маячил так близко.
И пятеро радостно кивнули, и даже не поняли, что прошли мимо людей, которые были в розыске.
Тем временем Майрон и Виктор двигались через рынок, как две тени, вписанные в самую плоть города. Нойдиллион следовала за ними на расстоянии, и делала это осторожнее, чем могла бы. Иногда её золотистые волосы мелькали между торговых рядов, словно вспышка монеты. Иногда её янтарные глаза ловили отблеск спины Виктора, и она чувствовала, как где-то в глубине её груди лёгкая дрожь стрелы откликается.
Она не знала, кто они.
Не знала, виновны ли.
Но она знала запах заговорщиков, он был похож на запах людей, что убили бы ребёнка ради выгоды. И лучше предположить худшее, чем недооценить.
Её пятеро подчинённых тоже старались держаться незаметно. Один из них шёл вприсядку, другой — боком, третий — на цыпочках, четвёртый — прикрывая глаза ладонью, будто так он становился невидимым. Пятый вообще ползал, ну или был просто в полуприсяде.
Но это была та редкая сцена в Гранд-Лайн, где именно эта нелепость и спасла их, никто в городе не принимал такую толпу идиотов за угрозу.
Пипин перешептывался с Виктором, их слова были серьёзны, обрывки фраз тонули в морском шуме:
«дозор… избили… контрабанда… запуганы… следят…»
И Нойдиллион не слышала слов.
Но слышала то, что ей важно: страх, сомнения, и планы, которые нельзя говорить случайным людям.
[id13305767:bp-36291248_278538|Станислав], [id468231554:bp-36291248_278543|Серафим],
Она замедлилась.
Выдохнула.
Сосредоточилась.
— Эти двое блять скрывают слишком много, — прошептала она. — И слишком легко движутся по городу, будто знают каждый камень. Это не простые граждане. Это не бродяги. Это.. кто-то, кто чувствует власть.
Нойдиллион слегка улыбнулась. Чуть. Едва заметно.
— Подозрительные. Умные. Сильные.
— Кэп, это диагноз?
— Это.. цель.
Именно в этот момент Виктор остановился и поднял уши, услышав шаги.
Виктор знал, что за ними следят.
Исаак это тоже знал.
Но ни один из них не представлял, что за ними идёт шестёрка, состоящая из одной прекрасной, но чрезвычайно параноидальной женщины и пяти идиотов, которые считали, что шпионаж — это “просто идти и делать вид, что ты куст”.
Нойдиллион знала только одно:
— Теперь мы не разделяемся. Идём вместе. Только так не упустим их след.
Она сделала шаг вперёд.
В её груди тихо затрещала сила стрелы.
— И если они связаны с контрабандой…
Её голос стал мягким, почти нежным:
— …тогда я с удовольствием сорву с них маски.
Они вышли им на хвост.
Следовали. И впервые за всё время выглядели как настоящие дозорные. Пусть и абсолютно без понятия, что никакого заговора нет. Пока что.
Обозначая серьезность своих потенциальных намерений, младший лейтенант достала из кобуры на бедре свой пистоль.
Она замедлилась.
Выдохнула.
Сосредоточилась.
— Эти двое блять скрывают слишком много, — прошептала она. — И слишком легко движутся по городу, будто знают каждый камень. Это не простые граждане. Это не бродяги. Это.. кто-то, кто чувствует власть.
Нойдиллион слегка улыбнулась. Чуть. Едва заметно.
— Подозрительные. Умные. Сильные.
— Кэп, это диагноз?
— Это.. цель.
Именно в этот момент Виктор остановился и поднял уши, услышав шаги.
Виктор знал, что за ними следят.
Исаак это тоже знал.
Но ни один из них не представлял, что за ними идёт шестёрка, состоящая из одной прекрасной, но чрезвычайно параноидальной женщины и пяти идиотов, которые считали, что шпионаж — это “просто идти и делать вид, что ты куст”.
Нойдиллион знала только одно:
— Теперь мы не разделяемся. Идём вместе. Только так не упустим их след.
Она сделала шаг вперёд.
В её груди тихо затрещала сила стрелы.
— И если они связаны с контрабандой…
Её голос стал мягким, почти нежным:
— …тогда я с удовольствием сорву с них маски.
Они вышли им на хвост.
Следовали. И впервые за всё время выглядели как настоящие дозорные. Пусть и абсолютно без понятия, что никакого заговора нет. Пока что.
Обозначая серьезность своих потенциальных намерений, младший лейтенант достала из кобуры на бедре свой пистоль.
Исаак
Пока [id468231554:bp-36291248_278543|Пипин] с Виктором продолжали свой обход по городку, Исаак занял позицию на одном из домов у которого была небольшая башня, такую обычно используют для голубей или других птиц. Как кормушку или место их хранения для абсолютно разных задач. Но и как наблюдательный пункт, по крайней мере изнутри. Исаак то был снаружи. В его поле зрения был высокий рыжеволосый дозорный, который пытался докопаться до сути. Исаак просто стоял и скрестив руки на груди наблюдал, не двигаясь, притворявшись статуей. Он даже не двигал головой, от чего со стороны действительно мог походить на изваяние.
Он фокусировал свой слух на разговорах. Но и зрение тоже, подмечая некоторые детали в разговоре некоторых случайных людей и не только. Но поймал себя всё-таки на мысли, что на мысе сейчас довольно спокойно. Те кто не чист на руку и промышляет незаконной контрабандой это мелочи по сравнению с настоящими угрозами. Но он лишь мысленно рассуждал об этом. Проводя параллели с теми заданиями, в которых он помогал своему командиру. Где даже смог пасть и вернуться в строй. На его душе это оставило незримые раны. Которые не зажили до сих пор и иногда донимают его. Но сейчас, глядя на довольно миролюбивую картину происходящего. Все эти заговоры казались чем-то незначительным. И больше успокаивало именно то что он видел. Спокойная жизнь и как она течет на улицах городка. И именно в момент полного спокойствия изнутри его сознания прозвучал его же голос «Убей…». Это звучало подобно шепоту. Который быстро утих, как только он обратил на него внимание.
М: Эта чертова зараза до сих пор во мне… Похоже мне прийдется с ней жить до конца своих дней. — подумал он, к счастью этот его исковерканный голос из глубин его оставленных ран был слаб и не мог выйти дальше простого и редкого шепота.
Но именно это легкое отвлечение от наслаждения наблюдаемой картины безмятежности вернули его в реальность и он заметил [id290154650:bp-36291248_278549|светловолосую] барышню, что идет по улице вместе с пятеркой солдат за ней. Он не видел что она держит оружие в руках. Но двигается уверенно. Походка явно выверенная. Но на улицах и так были другие дозорные, которые занимались патрулем. Просто ее внешность выделялась на общем их фоне. Исаак даже не шелохнулся. Продолжая стоять на месте и наблюдать. В случае необходимости, конечно, он вмешается. Но пока всё было достаточно тихо и мирно.
Пока [id468231554:bp-36291248_278543|Пипин] с Виктором продолжали свой обход по городку, Исаак занял позицию на одном из домов у которого была небольшая башня, такую обычно используют для голубей или других птиц. Как кормушку или место их хранения для абсолютно разных задач. Но и как наблюдательный пункт, по крайней мере изнутри. Исаак то был снаружи. В его поле зрения был высокий рыжеволосый дозорный, который пытался докопаться до сути. Исаак просто стоял и скрестив руки на груди наблюдал, не двигаясь, притворявшись статуей. Он даже не двигал головой, от чего со стороны действительно мог походить на изваяние.
Он фокусировал свой слух на разговорах. Но и зрение тоже, подмечая некоторые детали в разговоре некоторых случайных людей и не только. Но поймал себя всё-таки на мысли, что на мысе сейчас довольно спокойно. Те кто не чист на руку и промышляет незаконной контрабандой это мелочи по сравнению с настоящими угрозами. Но он лишь мысленно рассуждал об этом. Проводя параллели с теми заданиями, в которых он помогал своему командиру. Где даже смог пасть и вернуться в строй. На его душе это оставило незримые раны. Которые не зажили до сих пор и иногда донимают его. Но сейчас, глядя на довольно миролюбивую картину происходящего. Все эти заговоры казались чем-то незначительным. И больше успокаивало именно то что он видел. Спокойная жизнь и как она течет на улицах городка. И именно в момент полного спокойствия изнутри его сознания прозвучал его же голос «Убей…». Это звучало подобно шепоту. Который быстро утих, как только он обратил на него внимание.
М: Эта чертова зараза до сих пор во мне… Похоже мне прийдется с ней жить до конца своих дней. — подумал он, к счастью этот его исковерканный голос из глубин его оставленных ран был слаб и не мог выйти дальше простого и редкого шепота.
Но именно это легкое отвлечение от наслаждения наблюдаемой картины безмятежности вернули его в реальность и он заметил [id290154650:bp-36291248_278549|светловолосую] барышню, что идет по улице вместе с пятеркой солдат за ней. Он не видел что она держит оружие в руках. Но двигается уверенно. Походка явно выверенная. Но на улицах и так были другие дозорные, которые занимались патрулем. Просто ее внешность выделялась на общем их фоне. Исаак даже не шелохнулся. Продолжая стоять на месте и наблюдать. В случае необходимости, конечно, он вмешается. Но пока всё было достаточно тихо и мирно.
[id799844790:bp-36291248_278116|Maximilian],
Мерденмора сопроводила диалог между допрашивающим Даби Хестером и его повинной жертвой вдумчивым взглядом, как дитя, что старается разобрать уж слишком быструю взрослую речь. На деле же рогатая невольно анализировала, каковы вопросы подходящи в такие моменты к людям сомнительного качества мысли. Попа собственно уже нашла присущее ей место посадки, ухи оказались заняты делом, а взгляд периодически находил себе дело в наблюдателях окружающих, которые теперь на незваных гостей смотрели с подозрительной долей недовольства. Взгляд бледноголовой медленно переползал с одной внимательной хари к другой, покуда те невольно слушали уж слишком подробный отчет Даби.
На ее вкус, разумеется.
На вкус Мерденморы в целом достаточным казалось рот открыть, брякнуть что-то на скорые зубы, да и хватит, но вкусы ее весьма специфичны, а интеллект отчего-то узрел в ответах безбашенного мечника нечто подозрительное. Сбрехнул где-то, но вот где - поди разбери, пока не проявилось полноценно.
А может тому и в целом его поведение стало причиной...
В любом случае, уделять диалогу все свое внимание Однорогая не стала, вместо этого привстав, когда явилась дама крепкого вида, разносившая пропитание, дабы ускорить процесс отоваривания пищей. Тарелки глубокие, более сродственные мискам, наполняло нечто с той самой курицей, которой во всех ипостасях провоняло все заведение до последних винтиков и соседствующих шпунтиков, нечто это оказалось коварно сдобрено какой-то вонючей приправой и абсолютно не вызывало у Мор желания к тому питанию примкнуть.
С другой стороны, это без сна она долго не могла прожить, а вот с пропитанием дела обстояли полегче. Человеческое (почти) население стола тоже пока энтузиазмом к пище не злопыхало, вон, и у Люци кусок в рот вдруг заползать начал куда медленнее, и у Даби какой-то странный интерес к хрючеву пророс...
Мерденмора же, миску чуть отодвинув (скорее всего - в сторону, что Моркару предназначалась по энной случайности, ну вдруг побудет дедом иносказательно), зарылась увлеченно в карманы новой одевы.
Мимоходом поглядывая за лицами подозрительными и паленый дозор в них пытаясь загодя учуять - мало ли, довелось встретить относительно старые лица, судьба любит такие изыски - звекролюдка в сторону Люци негромко обратилась, едва ли не губами одними:
- Простые, только на табло написано, что не слишком. К тому же, иногда единственный способ разжиться логом - у кого-то его отжать.
Слышали ли ее? Возможно. По лицам и без того излишне напряженным читалось одинаково как размышление о природе гостей, кои обещались назваться, но так и не соизволили, так и напряжение седалищной области, прямо связанное с качеством местной пищи.
- На перекладных в Раю не протянуть долго. Но и здесь... не слишком густой выбор.
Что всегда изумляло Мор - так это отстутсвие на местном пути верфи с продажей кораблей. Расходились бы, как горячие пирожки, живо покрывая расходы на подвоз материалов. Да и ремонтная мастерская после восходящего потока казалась чем-то почти идеальным с точки зрения бизнес-плана.
Однако, Мор довелось краем уха слышать только про какого-то в крайность ежнутого престарелого хулигана, занимавшегося ремонтом особо неудачливых персон то ли за деньги, то ли за алкоголь и байки. Или за возможность издевнуться - но тут уж голоса сказующие расходились. Быть может, с тех слухов что поменялось значительно, но видела девица только все те же маяки да деревню и бар.
Тем не менее, не смотря на скудный ландшафт и рацион, народу все равно бродило достаточно, чтобы всех разом зачислить в гипотетические соперники.
Хотелось странным образом больше звука.
Но его скрипело так мало, что только стук ложек в мисках разбавлял повисающее с каждой минутой все больше напряжение.
Мерденмора сопроводила диалог между допрашивающим Даби Хестером и его повинной жертвой вдумчивым взглядом, как дитя, что старается разобрать уж слишком быструю взрослую речь. На деле же рогатая невольно анализировала, каковы вопросы подходящи в такие моменты к людям сомнительного качества мысли. Попа собственно уже нашла присущее ей место посадки, ухи оказались заняты делом, а взгляд периодически находил себе дело в наблюдателях окружающих, которые теперь на незваных гостей смотрели с подозрительной долей недовольства. Взгляд бледноголовой медленно переползал с одной внимательной хари к другой, покуда те невольно слушали уж слишком подробный отчет Даби.
На ее вкус, разумеется.
На вкус Мерденморы в целом достаточным казалось рот открыть, брякнуть что-то на скорые зубы, да и хватит, но вкусы ее весьма специфичны, а интеллект отчего-то узрел в ответах безбашенного мечника нечто подозрительное. Сбрехнул где-то, но вот где - поди разбери, пока не проявилось полноценно.
А может тому и в целом его поведение стало причиной...
В любом случае, уделять диалогу все свое внимание Однорогая не стала, вместо этого привстав, когда явилась дама крепкого вида, разносившая пропитание, дабы ускорить процесс отоваривания пищей. Тарелки глубокие, более сродственные мискам, наполняло нечто с той самой курицей, которой во всех ипостасях провоняло все заведение до последних винтиков и соседствующих шпунтиков, нечто это оказалось коварно сдобрено какой-то вонючей приправой и абсолютно не вызывало у Мор желания к тому питанию примкнуть.
С другой стороны, это без сна она долго не могла прожить, а вот с пропитанием дела обстояли полегче. Человеческое (почти) население стола тоже пока энтузиазмом к пище не злопыхало, вон, и у Люци кусок в рот вдруг заползать начал куда медленнее, и у Даби какой-то странный интерес к хрючеву пророс...
Мерденмора же, миску чуть отодвинув (скорее всего - в сторону, что Моркару предназначалась по энной случайности, ну вдруг побудет дедом иносказательно), зарылась увлеченно в карманы новой одевы.
Мимоходом поглядывая за лицами подозрительными и паленый дозор в них пытаясь загодя учуять - мало ли, довелось встретить относительно старые лица, судьба любит такие изыски - звекролюдка в сторону Люци негромко обратилась, едва ли не губами одними:
- Простые, только на табло написано, что не слишком. К тому же, иногда единственный способ разжиться логом - у кого-то его отжать.
Слышали ли ее? Возможно. По лицам и без того излишне напряженным читалось одинаково как размышление о природе гостей, кои обещались назваться, но так и не соизволили, так и напряжение седалищной области, прямо связанное с качеством местной пищи.
- На перекладных в Раю не протянуть долго. Но и здесь... не слишком густой выбор.
Что всегда изумляло Мор - так это отстутсвие на местном пути верфи с продажей кораблей. Расходились бы, как горячие пирожки, живо покрывая расходы на подвоз материалов. Да и ремонтная мастерская после восходящего потока казалась чем-то почти идеальным с точки зрения бизнес-плана.
Однако, Мор довелось краем уха слышать только про какого-то в крайность ежнутого престарелого хулигана, занимавшегося ремонтом особо неудачливых персон то ли за деньги, то ли за алкоголь и байки. Или за возможность издевнуться - но тут уж голоса сказующие расходились. Быть может, с тех слухов что поменялось значительно, но видела девица только все те же маяки да деревню и бар.
Тем не менее, не смотря на скудный ландшафт и рацион, народу все равно бродило достаточно, чтобы всех разом зачислить в гипотетические соперники.
Хотелось странным образом больше звука.
Но его скрипело так мало, что только стук ложек в мисках разбавлял повисающее с каждой минутой все больше напряжение.
Пипин и Виктор
—Они не то чтобы хороши в слежке.- продолжал Виктор поправляя свой пиджак.
—И похожи скорее на детей, нежели солдат.
—И всё же, они следили за тобой, Вик, и смотря по глазам, ты не смог сбросить их с хвоста.-
-Ой, да ладно, тебе мистер Пи. (это ключевое событие), они не выглядят особо опасными, да и к тому же, нам всё равно придётся с ними что-то делать.-
Пипин с выгнутой бровью посмотрел на своего подопечного. Нельзя было сказать, что он доверял идее зверочела, но доля правды в нем была, что то делать со слежкой нужно, и лучше понять что делать с дозорными, что явно положили на них глаз. Что забавно, стоило Пипину повернуть взгляд и лишь немного присмотреться к толпе, так он сразу обнаружил дозорных и причину почему Вик позволил им и дальше следит за ним.
-Девятый, десятый, да?-
-У нее есть потенциал на весь двенадцатый.-
-Виктор, помяни мои слова, когда одна такая девушка свернет тебе голову. Не забыл причину почему ты оказался в рабстве?
-Не надо было тебе рассказывать.-
-Да.-
Пипин сделал шаг назад и проволился в толпу. Его рост был проблемой, он не мог полностью слится с местностью, но они всё ещё были на рынке. Яркие вывески, лотки с товаром стали для него лучше всякого комуфляжного костюма. Ловко маневрируя между окружения он пропал из поля зрения как своего союзника так и преследователей. Лишь Исаак мог увидеть как ехидный рыжик забрался на торговые лавки, аки летуинский ловкач пробираясь к своим преследователям.
Мгновение, в толпу дозорных упала высокая фигура. Пользуясь эффектом неожиданности она пытается выбить оружие у ближайших солдат одним из которых была светлоголовая военная.
—И так, любители вваливаться в личную жизнь, что же вам понадобилось от простого путника, что следили за ним, так ещё и с оружием?-
Пипин не стал показывать себя как дозорного, ему не нужно лишнее внимание, при том.. Он знал, что если начнётся драка у него будет подстраховка. Зверочеловек принял свою гибридную форму и встал прямо за бойцами дозора и конкретно спиной Ной возвышаясь над ними, правда даже так он не был больше Пипина который словно скала врезалась в середину улицы
—Они не то чтобы хороши в слежке.- продолжал Виктор поправляя свой пиджак.
—И похожи скорее на детей, нежели солдат.
—И всё же, они следили за тобой, Вик, и смотря по глазам, ты не смог сбросить их с хвоста.-
-Ой, да ладно, тебе мистер Пи. (это ключевое событие), они не выглядят особо опасными, да и к тому же, нам всё равно придётся с ними что-то делать.-
Пипин с выгнутой бровью посмотрел на своего подопечного. Нельзя было сказать, что он доверял идее зверочела, но доля правды в нем была, что то делать со слежкой нужно, и лучше понять что делать с дозорными, что явно положили на них глаз. Что забавно, стоило Пипину повернуть взгляд и лишь немного присмотреться к толпе, так он сразу обнаружил дозорных и причину почему Вик позволил им и дальше следит за ним.
-Девятый, десятый, да?-
-У нее есть потенциал на весь двенадцатый.-
-Виктор, помяни мои слова, когда одна такая девушка свернет тебе голову. Не забыл причину почему ты оказался в рабстве?
-Не надо было тебе рассказывать.-
-Да.-
Пипин сделал шаг назад и проволился в толпу. Его рост был проблемой, он не мог полностью слится с местностью, но они всё ещё были на рынке. Яркие вывески, лотки с товаром стали для него лучше всякого комуфляжного костюма. Ловко маневрируя между окружения он пропал из поля зрения как своего союзника так и преследователей. Лишь Исаак мог увидеть как ехидный рыжик забрался на торговые лавки, аки летуинский ловкач пробираясь к своим преследователям.
Мгновение, в толпу дозорных упала высокая фигура. Пользуясь эффектом неожиданности она пытается выбить оружие у ближайших солдат одним из которых была светлоголовая военная.
—И так, любители вваливаться в личную жизнь, что же вам понадобилось от простого путника, что следили за ним, так ещё и с оружием?-
Пипин не стал показывать себя как дозорного, ему не нужно лишнее внимание, при том.. Он знал, что если начнётся драка у него будет подстраховка. Зверочеловек принял свою гибридную форму и встал прямо за бойцами дозора и конкретно спиной Ной возвышаясь над ними, правда даже так он не был больше Пипина который словно скала врезалась в середину улицы
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)