- Но и оставить его в заключении без присмотра тоже не вариант. Не здесь. Заберём с собой, может быть, выбросим на необитаемом острове. Не убивайте его, если он не пытается сбежать и не проявляет сопротивления. Что до солдат, подчинявшихся ему, то отправим их в открытое море на том корабле, с которого они и сошли. Но сначала нужно снять пушки, забрать ядра и всё оружие. Если повезёт, доберутся до своего штаба без потрясений. – Решение было на поверхности, и полностью всё обдумав, парень высказал его вслух, чтобы Ал и Сон были в курсе. Им обоим проще всего наблюдать за пленниками, преимущественно из-за специфики их способностей.
Битвы закончились. Обезоружив и удостоверившись, что те не нанесут нового вреда, не было смысла лишать их жизней. Дайлен по-прежнему стремился не убивать понапрасну.
= Он живучий, Дайлен, и даже с необитаемого острова выберется. А потом вернётся на службу, может, будет питать желание отомстить. – Ал’акир покачал головой. = Этого не должно произойти. Позволь отнять у него вторую руку, если намерен сохранить жизнь.
= Ему могут сделать протезы. – Вклинился Джин Ву. = Но… Можно убедить его не возвращаться в Дозор. Что, если я расскажу ему…? – Его устами говорил дозорный, не желающий смерти и страданий для бывшего товарища по службе.
- Это излишнее, даже может стать медвежьей услугой, если он решит вести свои интриги и влиять на других дозорных. Тогда его точно убьют. – Парень хмыкнул. – Пока пусть всё остаётся так, как есть. Не концентрируйтесь на этом. – Золотые глаза направились в сторону Джин Ву.
- Ты знал, что Шинохара Мэй тоже была в дозоре? – Заметив небольшой кивок, капитан продолжил. – Оказалось, она дезертировала из-за того, что на её отряд возложили смертельную миссию, справиться с которой не удалось.
= … – Черноволосый тихо вздохнул, мысленно взглянув на девушку под другим углом. Толика жалости промелькнула в уме. Может, стоило воспрепятствовать в момент раздраженности Крокодайла? = Она не похожа на труса. К несчастью, жертвы среди солдат Морского Дозора всегда высоки – они сталкиваются с опасными пиратами, не гнушающимися разорять страны и торговые пути, и их не всегда принимают жители островов, где выстраиваются базы. Некоторые командиры не рассматривают рядовых матросов больше, чем как пушечное мясо. – Тьма изнутри всколыхнулась, придавая голосу Сона грубость и двойственное эхо. Пообещав себе стереть истинную черноту, он ощущал, как принятый мрак питался его эмоциями.
- Но она решила не присоединяться к нашей команде, потому что хочет отыскать важного для себя человека. Её путь отличается от нашего, мы не сможем помогать ей. Но. – Дайлен ненадолго смолк, вглядываясь в собеседника с чёрными волосами. – Может быть, присмотришь за ней с помощью своих воинов? Помнится, ты рассказывал, что они способны скрываться в любых тенях. – С интересом спросил пират, а ответ не заставил себя ждать.
= Верно, я бы мог. Солдаты сливаются с чужой тенью, выжидая своего часа. От них не будет особого проку в неожиданных ситуациях, и пока я не уверен, что смогу координировать их на большом расстоянии. Но я смогу поручить им вмешаться в самой крайней ситуации. В смертельной. – Джин Ву вытянул левую руку в сторону, вынуждая вытянуться по полу вязкую тень – из неё тотчас же вырвались трое солдат. Все они имели крупный рост, свыше двух метров, даже доходя до двух с половиной. А их оснащение состояло из плотных доспехов и мечей, сотканных из тьмы, но повторяющих точные копии оригиналов – тех, что были у них при жизни. Дайлен сразу узнал в троице уроженцев Серых Островов. Это были воины свады.
= Скройтесь в тени Мэй, не дав себя обнаружить. Вы должны вмешаться только в том случае, если она будет находиться на грани смерти, без шансов на спасение. – Раздав указания, Сон наблюдал за тем, как оболочки воинов растворились в тени вдоль стены, перемещаясь по поместью в невероятно стремительном темпе.
Желания знакомых стоило уважать, а потому, раз то было её личное решение, нельзя вмешиваться в избранный ею путь.
ONE PIECE RP ·
[Гранд Лайн, 6 путь] Иония.4-ый остров.
Солдаты послужат лишь крошечной подстраховкой, если она и вправду угодит в нерешаемую передрягу.
Три тени свадов мелькнули по коридорам поместья, застав Шинохару в тот момент, когда та начала беседу с Витторио. Раскинутых теней от предметов и стен было достаточно, чтобы их перемещение было плавным и незамеченным для посторонних взгляд – никаких тревог и вопросов, пока те не утонули в теневом силуэте Мэй.
- Замечательно! По крайней мере, это поможет ей в критической ситуации. Главное, чтобы сама была осторожной. – Проговорил Дайлен, одобрительно кивнув черноволосому. – А как там пираты Ризли? Никто не пытался сбежать? – Отпустив прошлую тему, поинтересовался капитан.
= Попыток не было. Их состояние можно описать, как ослабленное. Тюремное заключение серьёзно сказалось на их здоровье, а ещё одно поражение истощило моральные силы. Они даже не возмущаются. – Задумавшись, парень продолжил вопросом. = Что стало с их капитаном?
- Он пойман Меруемом. Попозже я хочу поговорить с ним лично. Но сейчас пора бы обговорить все дела с правителем острова. Учитывая всю разруху в городе, на Ионии полно работы. – На этих словах Дайлен поднялся из-за стола, подозвав одну из служанок. Он попросил её предупредить Генерала о том, что он желает встретиться с ним.
Совсем скоро в обеденном зале вместе со служанкой появился беловолосый мужчина. Поздний подъём никак не отразился на его облике – Юань выглядел бодрее, чем прежде, и явно успел отдохнуть.
= Добрый день. – Очертив взглядом присутствующих пиратов, он кивнул, а затем обратился к синеволосому. = Надеюсь, поместье показалось для тебя комфортным, Дайлен. Ты и твои товарищи желанные гости в моём доме. – На лице Генерала появилась добродушная улыбка.
- Всё отлично. Я наконец-то смог хорошенько выспаться на роскошной кровати, не испытывая качку морских волн! – Юноша рассмеялся, припоминая, каким был путь от архипелага Серых Островов до Ионии. В отличии от Орлеанца, бороздящего небесные просторы, фрегат из древесины ривен шел только по морю. Как следует отдохнуть после битв не удалось.
- Пришло время обсудить дела, Юань. – Заявил синеволосый. Наконец настал момент, которого Генерал уже некоторое время ожидал. Один из Йонко, капитан Чёрного Лотоса, прибыл на этот остров, и оставалось надеяться, что он поддержит его сторону.
= Тогда прошу за мной. В моём рабочем кабинете более приватная обстановка для такого разговора. – Пригласив пиратского капитана и его компаньонов следовать за собой, Цзин направил шаги к лестнице, ведущей на второй этаж, чтобы добраться до кабинета.
Внутреннее убранство было нетронутым с прошлого вечера, так что наблюдался небольшой беспорядок: там и тут лежали документы, кое-что скинуто со стола в порыве злости, а мебель стояла не на своём месте. Юань об этом даже позабыл, а теперь, лицезрея всё воочию, чувствовал лёгкий стыд.
= Прошу прощения. Вчера выдался тяжелый день. – Он хмыкнул, подбирая с пола сваленные в кучу свитки. Затем, пододвинув пару кресел, мужчина предложил пирату присесть, а сам уселся напротив, не за стол.
- Не парься об этом, всё нормально! Важно, что сейчас всё наладилось. И будет лучше, я гарантирую. – Посмотрев на Генерала, мечник усмехнулся. – Мне рассказали обо всём в подробностях, что вам всем пришлось пережить за последние дни, и я воочию видел, насколько тяжело пришлось городу из-за битв и раздора. Кроме того, твои недруги из знатных семей… Что ж, всё может стать гораздо серьёзнее, чем кажется на поверхности. – Задумавшись о том, какими подлыми себя показали представители знати, а именно Мигами Магацу, позарившийся на жизнь Провидицы и власть Юаня, парень вздохнул.
Три тени свадов мелькнули по коридорам поместья, застав Шинохару в тот момент, когда та начала беседу с Витторио. Раскинутых теней от предметов и стен было достаточно, чтобы их перемещение было плавным и незамеченным для посторонних взгляд – никаких тревог и вопросов, пока те не утонули в теневом силуэте Мэй.
- Замечательно! По крайней мере, это поможет ей в критической ситуации. Главное, чтобы сама была осторожной. – Проговорил Дайлен, одобрительно кивнув черноволосому. – А как там пираты Ризли? Никто не пытался сбежать? – Отпустив прошлую тему, поинтересовался капитан.
= Попыток не было. Их состояние можно описать, как ослабленное. Тюремное заключение серьёзно сказалось на их здоровье, а ещё одно поражение истощило моральные силы. Они даже не возмущаются. – Задумавшись, парень продолжил вопросом. = Что стало с их капитаном?
- Он пойман Меруемом. Попозже я хочу поговорить с ним лично. Но сейчас пора бы обговорить все дела с правителем острова. Учитывая всю разруху в городе, на Ионии полно работы. – На этих словах Дайлен поднялся из-за стола, подозвав одну из служанок. Он попросил её предупредить Генерала о том, что он желает встретиться с ним.
Совсем скоро в обеденном зале вместе со служанкой появился беловолосый мужчина. Поздний подъём никак не отразился на его облике – Юань выглядел бодрее, чем прежде, и явно успел отдохнуть.
= Добрый день. – Очертив взглядом присутствующих пиратов, он кивнул, а затем обратился к синеволосому. = Надеюсь, поместье показалось для тебя комфортным, Дайлен. Ты и твои товарищи желанные гости в моём доме. – На лице Генерала появилась добродушная улыбка.
- Всё отлично. Я наконец-то смог хорошенько выспаться на роскошной кровати, не испытывая качку морских волн! – Юноша рассмеялся, припоминая, каким был путь от архипелага Серых Островов до Ионии. В отличии от Орлеанца, бороздящего небесные просторы, фрегат из древесины ривен шел только по морю. Как следует отдохнуть после битв не удалось.
- Пришло время обсудить дела, Юань. – Заявил синеволосый. Наконец настал момент, которого Генерал уже некоторое время ожидал. Один из Йонко, капитан Чёрного Лотоса, прибыл на этот остров, и оставалось надеяться, что он поддержит его сторону.
= Тогда прошу за мной. В моём рабочем кабинете более приватная обстановка для такого разговора. – Пригласив пиратского капитана и его компаньонов следовать за собой, Цзин направил шаги к лестнице, ведущей на второй этаж, чтобы добраться до кабинета.
Внутреннее убранство было нетронутым с прошлого вечера, так что наблюдался небольшой беспорядок: там и тут лежали документы, кое-что скинуто со стола в порыве злости, а мебель стояла не на своём месте. Юань об этом даже позабыл, а теперь, лицезрея всё воочию, чувствовал лёгкий стыд.
= Прошу прощения. Вчера выдался тяжелый день. – Он хмыкнул, подбирая с пола сваленные в кучу свитки. Затем, пододвинув пару кресел, мужчина предложил пирату присесть, а сам уселся напротив, не за стол.
- Не парься об этом, всё нормально! Важно, что сейчас всё наладилось. И будет лучше, я гарантирую. – Посмотрев на Генерала, мечник усмехнулся. – Мне рассказали обо всём в подробностях, что вам всем пришлось пережить за последние дни, и я воочию видел, насколько тяжело пришлось городу из-за битв и раздора. Кроме того, твои недруги из знатных семей… Что ж, всё может стать гораздо серьёзнее, чем кажется на поверхности. – Задумавшись о том, какими подлыми себя показали представители знати, а именно Мигами Магацу, позарившийся на жизнь Провидицы и власть Юаня, парень вздохнул.
- Нельзя допустить подобное в будущем. Для того, чтобы обезопасить Ионию от сторонних угроз, таких как Ризли, и перекрыть воздух всем бунтовщикам, я помогу тебе. Этот остров и ваша страна присоединятся к территории Чёрного Лотоса, Цзин Юань – вот моё слово. – Торжественно заявил Дайлен, не делая долгой паузы. – Но ты должен осознавать, что это обоюдно – вы становитесь товарищами для меня, союзниками Чёрному Лотосу, и в период нужды я буду рассчитывать на вас тоже. Будь то подготовленные воины, оснащенные корабли, особые материалы или торговые союзы. Особенно торговля. Мой флаг уже поднят над несколькими островами, я уверен, что сотрудничество с Ионией пойдет на пользу для их развития. При этом каждый из них может предложить кое-что уникальное взамен, не сомневайся. – На этих словах парень выжидающе взглянул на собеседника. Ему было интересно узнать, какую реакцию проявит мужчина.
= Да, я понимаю это. – Генерал не засомневался. Это решение, озвученное ещё во время званого ужина с Леоне и её спутниками, было серьёзно обдумано во всех нюансах. И он нередко разговаривал об этом с Фу Сюань, советуясь с ней, как и всегда. Однако сейчас пришел момент выступить единолично, как правитель, и дать Провидице как следует отдохнуть – ей пришлось немало натерпеться, потому-то она не покидала спальни.
= Члены твоей команды показали себя верными товарищами и надёжными воинами. Их вклад в защиту Ионии неоценим, и показал, что вы отличаетесь от простых пиратов. Для того, чтобы защитить нашу страну от внешних угроз и пресечь безумные интриги, на которые могут пойти люди, похожие на Магацу, я буду рад возвысить над островом ваш флаг. – С лица Юаня не сходила приветливая улыбка, но тон голоса сохранял серьёзность – он полностью осознавал всё, что повлечет за собой это решение.
Поднявшись, беловолосый направил ладонь для рукопожатия.
Ответив на него, Йонко громко усмехнулся.
- Наш флаг. С этой минуты вы официально часть Чёрного Лотоса, Юань. Ваши враги – мои враги, проблемы и трудности – тоже.
= О… Верно. Сегодня же я поручу вышивку флагов нашим портным. – Осознав корректировку слов, Белый Лев согласно кивнул. = Но перед нами ещё долгий путь восстановления… Многое в городе было разрушено, и гавань не исключение. Пострадал даже флот. – Мысли о трудностях и груде дел, которые ещё решать и решать, никогда не покидали голову правителя.
- Корабли – это про Фраудрин, хах. Один из островов архипелага свадов. Они тоже присоединились ко мне. Думаю, им удастся построить для Ионии новый флот. Но… Пока я бы хотел попросить тебя выделить одно судно для отбытия Леоне. – Коротко юноша рассказал детали, позволив собеседнику понять, почему добродетельница острова покидает его так скоро, при этом отдельно от команды.
= Трудный у неё путь. – С толикой грусти заметил мужчина. = Для неё мы сможем подготовить к путешествию один корабль. И понадобятся матросы – без них не получится управлять этим судном. – Речь была об одном из уцелевших судов, находившихся не в гавани. Из-за размеров и устройства парусов ему необходимы люди, иначе настоящие качества столь быстрого корабля раскрыть не выйдет.
- Благодарю, это действительно очень важно. – Позже он обязательно сообщит эту приятную новость зверолюдке. – А теперь о планах на восстановление острова… Есть несколько мыслей. – Переключившись к насущным делам, Дайлен сфокусировался на трудностях острова. Меж тем, он попросил Ал’акира позвать к их разговору Лоркана – того, чья роль будет наибольшей в предстоящих работах, ведь манипуляции с породами земли и строительным пространством для него не составляют проблем. Кроме того, брюнет искусный плотник, а эта профессия хороша не только в постройке плавательных средств, но и в архитектуре.
На составление плана по отстройке разрушенных районов и особо важных зданий ушло достаточно времени, но за беседу компания пиратов успела лучше узнать Цзина, а тот, в свою очередь, познакомился с ними, отмечая различия в характере и подходе к решению дел.
= Да, я понимаю это. – Генерал не засомневался. Это решение, озвученное ещё во время званого ужина с Леоне и её спутниками, было серьёзно обдумано во всех нюансах. И он нередко разговаривал об этом с Фу Сюань, советуясь с ней, как и всегда. Однако сейчас пришел момент выступить единолично, как правитель, и дать Провидице как следует отдохнуть – ей пришлось немало натерпеться, потому-то она не покидала спальни.
= Члены твоей команды показали себя верными товарищами и надёжными воинами. Их вклад в защиту Ионии неоценим, и показал, что вы отличаетесь от простых пиратов. Для того, чтобы защитить нашу страну от внешних угроз и пресечь безумные интриги, на которые могут пойти люди, похожие на Магацу, я буду рад возвысить над островом ваш флаг. – С лица Юаня не сходила приветливая улыбка, но тон голоса сохранял серьёзность – он полностью осознавал всё, что повлечет за собой это решение.
Поднявшись, беловолосый направил ладонь для рукопожатия.
Ответив на него, Йонко громко усмехнулся.
- Наш флаг. С этой минуты вы официально часть Чёрного Лотоса, Юань. Ваши враги – мои враги, проблемы и трудности – тоже.
= О… Верно. Сегодня же я поручу вышивку флагов нашим портным. – Осознав корректировку слов, Белый Лев согласно кивнул. = Но перед нами ещё долгий путь восстановления… Многое в городе было разрушено, и гавань не исключение. Пострадал даже флот. – Мысли о трудностях и груде дел, которые ещё решать и решать, никогда не покидали голову правителя.
- Корабли – это про Фраудрин, хах. Один из островов архипелага свадов. Они тоже присоединились ко мне. Думаю, им удастся построить для Ионии новый флот. Но… Пока я бы хотел попросить тебя выделить одно судно для отбытия Леоне. – Коротко юноша рассказал детали, позволив собеседнику понять, почему добродетельница острова покидает его так скоро, при этом отдельно от команды.
= Трудный у неё путь. – С толикой грусти заметил мужчина. = Для неё мы сможем подготовить к путешествию один корабль. И понадобятся матросы – без них не получится управлять этим судном. – Речь была об одном из уцелевших судов, находившихся не в гавани. Из-за размеров и устройства парусов ему необходимы люди, иначе настоящие качества столь быстрого корабля раскрыть не выйдет.
- Благодарю, это действительно очень важно. – Позже он обязательно сообщит эту приятную новость зверолюдке. – А теперь о планах на восстановление острова… Есть несколько мыслей. – Переключившись к насущным делам, Дайлен сфокусировался на трудностях острова. Меж тем, он попросил Ал’акира позвать к их разговору Лоркана – того, чья роль будет наибольшей в предстоящих работах, ведь манипуляции с породами земли и строительным пространством для него не составляют проблем. Кроме того, брюнет искусный плотник, а эта профессия хороша не только в постройке плавательных средств, но и в архитектуре.
На составление плана по отстройке разрушенных районов и особо важных зданий ушло достаточно времени, но за беседу компания пиратов успела лучше узнать Цзина, а тот, в свою очередь, познакомился с ними, отмечая различия в характере и подходе к решению дел.
[id182617020:bp-36291248_280028|Андрей],
Мэй ощущала странный диссонанс. Хотя она никого не предупредила о собственном уходе, ведь не любила и не умела прощаться, Вито всё равно нашёл её. Кажется, он стал единственным человеком из команды, кто заметил и заинтересовался уходом горничной. Она не хотела этого. Боялась осуждений, слёз и того самого холода, каким уже встретил её капитан. В конце концов она никогда не прощалась — только убегала от проблем, за что получила звание дезертира дважды.
Но мечник, которого она знала не так близко, как хотелось бы, всё-таки пришёл. Он задаёт вопросы, выражает беспокойство и, кажется, хочет что-то показать напоследок. Девушка замирает от странного чувства, что неожиданно застаёт её сердце. Это было тепло.
«Вот бы каждый раз меня кто-то провожал»
Она кивнула. Короткое и уверенное согласие, даже если не до конца известно, каковы намерения собеседника.
— Я могу позволить себе... немного задержаться, — она подбирала слова. — Даже если мы не закончили ту тренировку, я увидела достаточно. Твоё умение атаковать дистанционно, пользуясь одним только мечом, станет для меня ориентиром. Скоро я научусь также...
Она двинулась вслед, провожая взглядом Линь. Служанка не знала, как быть и что сказать, а поэтому осталась на месте, соблюдая формальность. С одной стороны ей было грустно прощаться с Мэй, с другой стороны — они знают друг друга не больше трёх недель, а по третью сторону ощущался неприятный зуд. Будто бы всё, что происходит с Мэй, выглядит как-то неправильно.
Шинохара молчала, не комментируя остальные слова Джоули. Нельзя сказать, что она просто не хотела отвечать. Будет правдой вспомнить, что она не из тех, кто не любит прощаться, а значит не сможет подобрать правильных слов.
В конечном счёте, если говорить об истинных намерениях горничной, она не хотела разочаровывать Витторио. Он, наверное, беспокоится о её судьбе. Ну, или по крайней мере не хочет, чтобы эта девушка погибла в своих странствиях. Но Мэй не могла согласиться с этими мыслями. На самом деле она не против умереть, преследуя свои цели. В таком случае погибель кажется ей чем-то осмысленным и даже красивым. Всё-таки она умерла не просто так, повинуясь воле надзирателя, а по итогам собственных решений, следуя за смыслом жизни.
Об этом, впрочем, не сейчас...
Мэй ощущала странный диссонанс. Хотя она никого не предупредила о собственном уходе, ведь не любила и не умела прощаться, Вито всё равно нашёл её. Кажется, он стал единственным человеком из команды, кто заметил и заинтересовался уходом горничной. Она не хотела этого. Боялась осуждений, слёз и того самого холода, каким уже встретил её капитан. В конце концов она никогда не прощалась — только убегала от проблем, за что получила звание дезертира дважды.
Но мечник, которого она знала не так близко, как хотелось бы, всё-таки пришёл. Он задаёт вопросы, выражает беспокойство и, кажется, хочет что-то показать напоследок. Девушка замирает от странного чувства, что неожиданно застаёт её сердце. Это было тепло.
«Вот бы каждый раз меня кто-то провожал»
Она кивнула. Короткое и уверенное согласие, даже если не до конца известно, каковы намерения собеседника.
— Я могу позволить себе... немного задержаться, — она подбирала слова. — Даже если мы не закончили ту тренировку, я увидела достаточно. Твоё умение атаковать дистанционно, пользуясь одним только мечом, станет для меня ориентиром. Скоро я научусь также...
Она двинулась вслед, провожая взглядом Линь. Служанка не знала, как быть и что сказать, а поэтому осталась на месте, соблюдая формальность. С одной стороны ей было грустно прощаться с Мэй, с другой стороны — они знают друг друга не больше трёх недель, а по третью сторону ощущался неприятный зуд. Будто бы всё, что происходит с Мэй, выглядит как-то неправильно.
Шинохара молчала, не комментируя остальные слова Джоули. Нельзя сказать, что она просто не хотела отвечать. Будет правдой вспомнить, что она не из тех, кто не любит прощаться, а значит не сможет подобрать правильных слов.
В конечном счёте, если говорить об истинных намерениях горничной, она не хотела разочаровывать Витторио. Он, наверное, беспокоится о её судьбе. Ну, или по крайней мере не хочет, чтобы эта девушка погибла в своих странствиях. Но Мэй не могла согласиться с этими мыслями. На самом деле она не против умереть, преследуя свои цели. В таком случае погибель кажется ей чем-то осмысленным и даже красивым. Всё-таки она умерла не просто так, повинуясь воле надзирателя, а по итогам собственных решений, следуя за смыслом жизни.
Об этом, впрочем, не сейчас...
[id543751360:bp-36291248_280039|Tori],
- Хорошо.
Только и ответил Витторио коротко кивнув, получив не только положительный ответ на свою просьбу пройтись вместе, но и на заявление Мэй касаемо ее скорого постижения навыков дистанционного аэро-резака. Причин не верить ей не было, впрочем...как и причин верить. А проверить лично, к сожалению, у мечника уже вряд ли удастся, разве что им повезет встретиться еще раз когда-нибудь в будущем. Развернувшись в обратном направлении беловолосый двинулся вперед не оглядываясь, предполагая что девушка двинется за ним следом.
Часть пути они преодолели молча, но в какой-то момент Джоули нарушил эту тишину заговорив, все так же не смотря на свою собеседницу.
- Думаю ты понимаешь что клинок для фехтовальщика - самый важный фактор для него, сразу после личного умения и стремлений. Твой мечевзрыв - хорошее оружие, но не более. Когда ты станешь лучше и сильнее ты поймешь причины этого.
К концу своих слов они уже подошли к комнате Витторио, тот незамедлительно открыл ее и прошел внутрь оставляя проход свободным и легким кивком приглашая девушку пройти следом. Помещение не отличалось чем-то особенным, за время пребывания в поместье зоанщик никак не персонализировал место собственного жилья, а потому от самого Витторио здесь совершенно ничего не было, будто бы в эту комнату и не въезжал никакой гость.
- До того как Эвраш сковала мне мой меч, Катарсис Витэ - парень мягко похлопал рукой по ножнам что висели у него на поясе и неторопливым шагом подошел к одному из длинных сундуков для хранения вещей, присев и открыв его Джоули потратил некоторое время на изъятие оттуда некоей вещи и пока это происходило он продолжал говорить.
- Я пользовался иным клинком...не так долго, он не успел стать "моим", он достался мне от одного из офицеров Йонко Рука, во время сражения Черного Лотоса с его командой. И это действительно прекрасный клинок, острее многих именитых мейто, вероятно, способный конкурировать в этом аспекте даже с некоторыми Сайдзе О Вадзомоно.
Вставая и отходя от сундука Джоули повернулся держа в руках ножны с вложенной в нее катаной. Судя по размеру она была несколько длиннее стандартной катаны, однако недостаточно длинной чтобы переходить в ряд нодати. Вито несколько секунд смотрел на свое старое оружие, будто бы не совсем определившись с тем что ему стоит сделать...но подняв взгляд обратно на Мэй он едва заметно кивнул, будто бы сам себе, и протянул руки вперед, позволяя девушке свободно забрать ее из рук Вито.
- Нозарачи, имя этого клинка. И я хочу передать его тебе, у меня он все равно просто пылится. Не думаю что сейчас ты будешь способна осознать преимущества этого меча перед твоим мечевзрывом - Пусть слова и могли показаться несколько унизительными, однако Витторио вовсе не вкладывал в свои слова подобный смысл...в таком случае он бы вообще не заводил этот разговор:
- Так что это будет моим первым и последним наставлением для тебя. В тот момент когда ты сможешь постигнуть и осознать все преимущества этого клинка ты и правда сможешь называться мастером фехтования. И мастерское владение дистанционными атаками - основа для этого. Не одиночный разрез, пущенный с подготовкой в несколько секунд. Ты должна будешь научится использовать свои способности вместе с этим клинком так же просто, как ты дышишь сейчас.
После этих слов Витторио замолчал. Он итак говорил больше обычного, но...раз уж пообещал потренировать и это, как оказалось, их первая и последняя "теоретическая" тренировка, нужно было выложиться максимально возможно. Вероятно...зная характер Мэй, она могла бы разозлиться на подобные слова и некоторую..."недооценку" ее нынешних навыков, но пусть. Даже если это произойдет, в будущем она поймет о чем сейчас говорил Вито и это было самым главным.
- Хорошо.
Только и ответил Витторио коротко кивнув, получив не только положительный ответ на свою просьбу пройтись вместе, но и на заявление Мэй касаемо ее скорого постижения навыков дистанционного аэро-резака. Причин не верить ей не было, впрочем...как и причин верить. А проверить лично, к сожалению, у мечника уже вряд ли удастся, разве что им повезет встретиться еще раз когда-нибудь в будущем. Развернувшись в обратном направлении беловолосый двинулся вперед не оглядываясь, предполагая что девушка двинется за ним следом.
Часть пути они преодолели молча, но в какой-то момент Джоули нарушил эту тишину заговорив, все так же не смотря на свою собеседницу.
- Думаю ты понимаешь что клинок для фехтовальщика - самый важный фактор для него, сразу после личного умения и стремлений. Твой мечевзрыв - хорошее оружие, но не более. Когда ты станешь лучше и сильнее ты поймешь причины этого.
К концу своих слов они уже подошли к комнате Витторио, тот незамедлительно открыл ее и прошел внутрь оставляя проход свободным и легким кивком приглашая девушку пройти следом. Помещение не отличалось чем-то особенным, за время пребывания в поместье зоанщик никак не персонализировал место собственного жилья, а потому от самого Витторио здесь совершенно ничего не было, будто бы в эту комнату и не въезжал никакой гость.
- До того как Эвраш сковала мне мой меч, Катарсис Витэ - парень мягко похлопал рукой по ножнам что висели у него на поясе и неторопливым шагом подошел к одному из длинных сундуков для хранения вещей, присев и открыв его Джоули потратил некоторое время на изъятие оттуда некоей вещи и пока это происходило он продолжал говорить.
- Я пользовался иным клинком...не так долго, он не успел стать "моим", он достался мне от одного из офицеров Йонко Рука, во время сражения Черного Лотоса с его командой. И это действительно прекрасный клинок, острее многих именитых мейто, вероятно, способный конкурировать в этом аспекте даже с некоторыми Сайдзе О Вадзомоно.
Вставая и отходя от сундука Джоули повернулся держа в руках ножны с вложенной в нее катаной. Судя по размеру она была несколько длиннее стандартной катаны, однако недостаточно длинной чтобы переходить в ряд нодати. Вито несколько секунд смотрел на свое старое оружие, будто бы не совсем определившись с тем что ему стоит сделать...но подняв взгляд обратно на Мэй он едва заметно кивнул, будто бы сам себе, и протянул руки вперед, позволяя девушке свободно забрать ее из рук Вито.
- Нозарачи, имя этого клинка. И я хочу передать его тебе, у меня он все равно просто пылится. Не думаю что сейчас ты будешь способна осознать преимущества этого меча перед твоим мечевзрывом - Пусть слова и могли показаться несколько унизительными, однако Витторио вовсе не вкладывал в свои слова подобный смысл...в таком случае он бы вообще не заводил этот разговор:
- Так что это будет моим первым и последним наставлением для тебя. В тот момент когда ты сможешь постигнуть и осознать все преимущества этого клинка ты и правда сможешь называться мастером фехтования. И мастерское владение дистанционными атаками - основа для этого. Не одиночный разрез, пущенный с подготовкой в несколько секунд. Ты должна будешь научится использовать свои способности вместе с этим клинком так же просто, как ты дышишь сейчас.
После этих слов Витторио замолчал. Он итак говорил больше обычного, но...раз уж пообещал потренировать и это, как оказалось, их первая и последняя "теоретическая" тренировка, нужно было выложиться максимально возможно. Вероятно...зная характер Мэй, она могла бы разозлиться на подобные слова и некоторую..."недооценку" ее нынешних навыков, но пусть. Даже если это произойдет, в будущем она поймет о чем сейчас говорил Вито и это было самым главным.
[id182617020:bp-36291248_280078|Андрей],
Они шли почти-что молча. Шинохара оглядывала поместье словно в последний раз и лишь теперь по‑настоящему заметила его красоту. Коридоры были просторными и светлыми, а стены выкрашены в спокойные, приглушённые тона. На них картины в простых деревянных рамах: пейзажи Ионии, портреты важных людей, скромные натюрморты. Вдоль стен стояли небольшие столики и консоли. На подоконниках и столешницах — керамические горшки с растениями. В воздухе едва уловимо пахло воском и сухими травами. Каждая деталь — от аккуратных дверных наличников до расставленных ваз — складывалась в цельный образ. Именно это ощущение аутентичности Мэй будет вспоминать всякий раз, когда речь зайдёт об Ионии.
Поместье, конечно же, не родилось таким. Именно горничные — настоящие стражи порядка — вставали до восхода солнца, чтобы привести эти коридоры в порядок. Ответственные, милые, покорные. Мэй, наверное, никогда не стать такой же. Сравнив себя с ними, она поняла, что на самом отвратительная горничная.
К счастью, момент самоуничижения продлился недолго. Когда Витторио озвучил новую мысль, Мэй перевела на него взгляд и внимательно выслушала. А затем вздохнула.
— Мне известны эти вещи, — прозвучал сравнительно короткий ответ. Что удивительно, мечница не обратила внимания на те слова, что унижают статус её фамильного клинка. Бабушка подарила эту катану её отцу, а тот, незадолго до собственной смерти, передал дочери. Даже если в мире есть мечи сильнее и легендарнее этого, у Мэй просто не было другого выбора. Да и память, что хранит эта вещь, не позволяла относить к ней пренебрежительно.
«Знакомая комнатка» — подумалось Мэй, когда та переступила порог и осмотрелась.
Почему эта девушка посчитала знакомой комнату, в которой никогда не была? Правильный ответ — пустота. Здесь почти не было личных вещей Витторио, только сундук в углу комнаты. Постельное бельё уже сложили, пыль вытерли, полы помыли. И даже воздух, поскольку помещение часто проветривали, казался слишком свежим. У Мэй всё точно также. Она пользовалась спальней исключительно для сна, а затем, прибравшись за собой же, уходила на целый день. И никаких личных вещей, которыми можно заставить шкафы и полки, у неё не было.
Когда она посмотрела на Джоули, тот уже держал в руках меч. Нозарачи славился не внешним видом и даже не способностями, а своей богатой историей. Трофейный клинок, что достался Витторио после битвы с офицером йонко. Этим мечом могли писать историю, свергая сильнейших этого мира. Получить подобный, наверное, мечтает каждый мечник, но Мэй его просто подарят.
Она протянула руку. Не чтобы взять, а просто дотронуться до ножен, ощущая текстуру кончиками пальцев.
— Витторио... Ты точно уверен? — она говорила тихо. — Мы знакомы всего ничего, а в будущем можем не встретиться вовсе, но... ты хочешь подарить мне это...
Любопытство возобладало. Она ещё не приняла этот подарок, но уже взяла его в руки, оценивая. О-катана была не привычным, но давно знакомым Мэй инструментом. Танто, вакидзаши, цуруги и даже одачи — семья Шинохара пользовалась всем, что режет плоть. Раздвинув ножны, она увидела острый блеск. Этот клинок казался опаснее прочих, что Мэй держала в собственных руках. Кажется, стоит взмахнуть им разок — и даже пространство поделится на две части.
Она сжала губы, сдерживая улыбку. Понравился. Ей действительно понравился этот клинок. Иметь такой в коллекции — значит превосходить противника.
— Почему и зачем? — она резко подняла взгляд, голос стал увереннее. — Я не могу принять Нозорачи просто так, как подарок. Это не в моей природе... Но если ты скажешь, что тебя сподвигло и за какие заслуги я его получаю, то... наверное, тогда я смогу принять этот меч. Он... правда хороший.
Они шли почти-что молча. Шинохара оглядывала поместье словно в последний раз и лишь теперь по‑настоящему заметила его красоту. Коридоры были просторными и светлыми, а стены выкрашены в спокойные, приглушённые тона. На них картины в простых деревянных рамах: пейзажи Ионии, портреты важных людей, скромные натюрморты. Вдоль стен стояли небольшие столики и консоли. На подоконниках и столешницах — керамические горшки с растениями. В воздухе едва уловимо пахло воском и сухими травами. Каждая деталь — от аккуратных дверных наличников до расставленных ваз — складывалась в цельный образ. Именно это ощущение аутентичности Мэй будет вспоминать всякий раз, когда речь зайдёт об Ионии.
Поместье, конечно же, не родилось таким. Именно горничные — настоящие стражи порядка — вставали до восхода солнца, чтобы привести эти коридоры в порядок. Ответственные, милые, покорные. Мэй, наверное, никогда не стать такой же. Сравнив себя с ними, она поняла, что на самом отвратительная горничная.
К счастью, момент самоуничижения продлился недолго. Когда Витторио озвучил новую мысль, Мэй перевела на него взгляд и внимательно выслушала. А затем вздохнула.
— Мне известны эти вещи, — прозвучал сравнительно короткий ответ. Что удивительно, мечница не обратила внимания на те слова, что унижают статус её фамильного клинка. Бабушка подарила эту катану её отцу, а тот, незадолго до собственной смерти, передал дочери. Даже если в мире есть мечи сильнее и легендарнее этого, у Мэй просто не было другого выбора. Да и память, что хранит эта вещь, не позволяла относить к ней пренебрежительно.
«Знакомая комнатка» — подумалось Мэй, когда та переступила порог и осмотрелась.
Почему эта девушка посчитала знакомой комнату, в которой никогда не была? Правильный ответ — пустота. Здесь почти не было личных вещей Витторио, только сундук в углу комнаты. Постельное бельё уже сложили, пыль вытерли, полы помыли. И даже воздух, поскольку помещение часто проветривали, казался слишком свежим. У Мэй всё точно также. Она пользовалась спальней исключительно для сна, а затем, прибравшись за собой же, уходила на целый день. И никаких личных вещей, которыми можно заставить шкафы и полки, у неё не было.
Когда она посмотрела на Джоули, тот уже держал в руках меч. Нозарачи славился не внешним видом и даже не способностями, а своей богатой историей. Трофейный клинок, что достался Витторио после битвы с офицером йонко. Этим мечом могли писать историю, свергая сильнейших этого мира. Получить подобный, наверное, мечтает каждый мечник, но Мэй его просто подарят.
Она протянула руку. Не чтобы взять, а просто дотронуться до ножен, ощущая текстуру кончиками пальцев.
— Витторио... Ты точно уверен? — она говорила тихо. — Мы знакомы всего ничего, а в будущем можем не встретиться вовсе, но... ты хочешь подарить мне это...
Любопытство возобладало. Она ещё не приняла этот подарок, но уже взяла его в руки, оценивая. О-катана была не привычным, но давно знакомым Мэй инструментом. Танто, вакидзаши, цуруги и даже одачи — семья Шинохара пользовалась всем, что режет плоть. Раздвинув ножны, она увидела острый блеск. Этот клинок казался опаснее прочих, что Мэй держала в собственных руках. Кажется, стоит взмахнуть им разок — и даже пространство поделится на две части.
Она сжала губы, сдерживая улыбку. Понравился. Ей действительно понравился этот клинок. Иметь такой в коллекции — значит превосходить противника.
— Почему и зачем? — она резко подняла взгляд, голос стал увереннее. — Я не могу принять Нозорачи просто так, как подарок. Это не в моей природе... Но если ты скажешь, что тебя сподвигло и за какие заслуги я его получаю, то... наверное, тогда я смогу принять этот меч. Он... правда хороший.
[id543751360:bp-36291248_280094|Tori],
Вито громко выдохнул и прикрыл глаза с легким кивком, будто бы от усталости или какой-то раздраженности. Да, Витторио действительно думал и надеялся что Мэй примет этот меч без лишних вопросов и пререканий. Это было бы куда проще...или же откажется без каких-то вопросов и слов, что тоже было бы намного легче для зоанщика...но нет. Сначала, правда, она подарила эту маленькую "надежду" на легкий путь, то как она осматривала клинок, перехватила его в свои руки. В глазах горничной как и на ее лице можно было легко увидеть восторг.
Сдерживаемый за маской хладнокровности, спокойствия, умело скрываемый, вероятно, годами воздержания от проявления подобных эмоций...но восторг. Парень выслушал ее вопросы так и не открывая глаза...значит, такие простые действия идут против ее природы? Не любит принимать дорогие подарки просто так? Для человека чьи эмоции внешне кажутся минимальными, как и забота о других людях, подобная реакция была необычной. Выходит, Джоули несколько ошибался в том какой Мэй человек, по настоящему, внутри себя, какова ее душа. И это неплохо, еще бы он не ошибался, как верно заметила беловолосая-они знают друг друга преступно мало времени для каких-то серьезных выводов.
Много времени Джоули ждать не заставил. Он выпрямил голову и открыл глаза, видя как девушка буквально сверлит его своим уверенным, не терпящим споров взглядом.
- Полагаю...фраза "за красивые глазки" будет воспринята в штыки, да...? - Легкий смешок покинул уста Витторио, это определенно был не флирт, а лишь попытка разрядить ситуацию...уж слишком напряженной она казалась.
- Этот меч заслуживает большего чем пылиться в коллекции моих трофеев в сундуке. Он создан для битвы, проливать кровь и исполнять волю своего хозяина. Это преступление держать такое оружие не у дел. - Говоря это мечник водрузил свою левую руку на рукоять своего клинка на поясе, слегка направляя его вперед, не словами, а жестом показывая- У Вито меч уже есть и оружие, что сейчас покоилось в руках Мэй, ему просто не нужно, ведь он не владеет стилем двух мечей.
- Среди всего Черного Лотоса кто владеет искусством меча, включая новичков с которыми я знаком столько же сколько с тобой - Ни один не нуждается в новом оружии. А если таковые и есть...что же, тот факт что я о них не вспомнил, или не решил отдать Нозарачи в их руки, говорит лишь о том, что они не заслужили подобного признания от меня. И я обещал потренировать тебя, но исполнить обещание не смогу. А потому можешь счесть этот подарок и в качестве извинений за нарушенное слово. Но в первую очередь я доверяю его тебе потому что так захотел, вот и все, в конце концов тебе я рассказал о своем прошлом даже больше чем Дайлену.
На этом Витторио замолчал. Ему больше было нечего сказать, ведь какой-то сакральной, душевной причины у него не было. Просто не могло развиться и появиться за столь короткий срок, ни симпатия, ни дружеские отношения, ни что-то большее за пару дней возникнуть не способно. И все же, среди всех "кандидатов" Мэй была лучшей. Она нуждалась в лучшем оружии, а Витторио имея это самое оружие мог легко его отдать и закрыть сразу несколько проблем. Вернуть Нозарачи обратно "в дело", закрыть вопрос со своим наставничеством над Шинохарой и эгоистичное, личное желание в выражении собственного..."признания" в сторону этой дамы, о которой он не знает слишком много, но определенно мог заявить о родственности их душ.
Вито громко выдохнул и прикрыл глаза с легким кивком, будто бы от усталости или какой-то раздраженности. Да, Витторио действительно думал и надеялся что Мэй примет этот меч без лишних вопросов и пререканий. Это было бы куда проще...или же откажется без каких-то вопросов и слов, что тоже было бы намного легче для зоанщика...но нет. Сначала, правда, она подарила эту маленькую "надежду" на легкий путь, то как она осматривала клинок, перехватила его в свои руки. В глазах горничной как и на ее лице можно было легко увидеть восторг.
Сдерживаемый за маской хладнокровности, спокойствия, умело скрываемый, вероятно, годами воздержания от проявления подобных эмоций...но восторг. Парень выслушал ее вопросы так и не открывая глаза...значит, такие простые действия идут против ее природы? Не любит принимать дорогие подарки просто так? Для человека чьи эмоции внешне кажутся минимальными, как и забота о других людях, подобная реакция была необычной. Выходит, Джоули несколько ошибался в том какой Мэй человек, по настоящему, внутри себя, какова ее душа. И это неплохо, еще бы он не ошибался, как верно заметила беловолосая-они знают друг друга преступно мало времени для каких-то серьезных выводов.
Много времени Джоули ждать не заставил. Он выпрямил голову и открыл глаза, видя как девушка буквально сверлит его своим уверенным, не терпящим споров взглядом.
- Полагаю...фраза "за красивые глазки" будет воспринята в штыки, да...? - Легкий смешок покинул уста Витторио, это определенно был не флирт, а лишь попытка разрядить ситуацию...уж слишком напряженной она казалась.
- Этот меч заслуживает большего чем пылиться в коллекции моих трофеев в сундуке. Он создан для битвы, проливать кровь и исполнять волю своего хозяина. Это преступление держать такое оружие не у дел. - Говоря это мечник водрузил свою левую руку на рукоять своего клинка на поясе, слегка направляя его вперед, не словами, а жестом показывая- У Вито меч уже есть и оружие, что сейчас покоилось в руках Мэй, ему просто не нужно, ведь он не владеет стилем двух мечей.
- Среди всего Черного Лотоса кто владеет искусством меча, включая новичков с которыми я знаком столько же сколько с тобой - Ни один не нуждается в новом оружии. А если таковые и есть...что же, тот факт что я о них не вспомнил, или не решил отдать Нозарачи в их руки, говорит лишь о том, что они не заслужили подобного признания от меня. И я обещал потренировать тебя, но исполнить обещание не смогу. А потому можешь счесть этот подарок и в качестве извинений за нарушенное слово. Но в первую очередь я доверяю его тебе потому что так захотел, вот и все, в конце концов тебе я рассказал о своем прошлом даже больше чем Дайлену.
На этом Витторио замолчал. Ему больше было нечего сказать, ведь какой-то сакральной, душевной причины у него не было. Просто не могло развиться и появиться за столь короткий срок, ни симпатия, ни дружеские отношения, ни что-то большее за пару дней возникнуть не способно. И все же, среди всех "кандидатов" Мэй была лучшей. Она нуждалась в лучшем оружии, а Витторио имея это самое оружие мог легко его отдать и закрыть сразу несколько проблем. Вернуть Нозарачи обратно "в дело", закрыть вопрос со своим наставничеством над Шинохарой и эгоистичное, личное желание в выражении собственного..."признания" в сторону этой дамы, о которой он не знает слишком много, но определенно мог заявить о родственности их душ.
[id182617020:bp-36291248_280188|Андрей],
— У меня самые обычные глаза, — она ответила слишком уж серьёзно для человека, который получает комплимент. Повисла неловкая пауза.
К счастью, следующие аргументы звучали убедительнее.
Во-первых, меч не должен пылиться без дела. Речь идёт не только о Нозарачи, какой бы легендарной не была его история. Любой клинок, вне зависимости от его происхождения и носителя, должен быть применим в бою. Это смысл его существования, каким не обладает даже Шинохара. Отложить оружие в забытый ящик — проявить невежественность к нему.
Но Витторио, отнюдь сказанному, нельзя было назвать невежественным человеком. Одного намерения передать Нозарачи достаточно, чтобы увидеть в нём ответственного человека.
Во-вторых, Мэй нуждалась в этом клинке. Взрывомеч, будучи наследием её небольшого, но честного рода, обладает слишком уж разрушительной силой. Когда с клинка срывается вспышка, мечница ощущает тупую боль. Разрывы мышц, повреждение суставов, трещины в костях — для этого достаточно трёх-четырёх применений. Будь у Мэй такой клинок, которым можно пользоваться без вреда собственному здоровью, было бы хорошо.
В конце концов таковой была воля Витторио. Раз он действительно ничего не теряет, значит и волноваться не о чём. В конце концов кто такая Мэй, чтобы бороться с желаниями окружающих?
— Хорошо, — она коротко кивнула. — Если ты правда так считаешь, я приму этот подарок. И найду ему достойное применение, поскольку вижу свой путь опасным. Да, меня так просто не отпустят...
Морской Дозор уже назвал её дезертиром, обладающим информацией о государственной тайне. Другие пираты, будучи не такими честными, как Чёрный Лотос, будут не против ограбить девушку с ценным снаряжением. В конечном счёте в этом мире много больных, кто может решиться на убийство без особых на то причин.
— Спасибо тебе, Витторио. Не только за этот меч. И не за намерение обучать, — она поджала губы. — Кажется, что одного твоего присутствия достаточно, чтобы я осталась благодарной. Этим утром, например, ты заступался за меня перед Крокодайлом. А ранее мы провели тренировку вместе, поговорив по душам. За пару дней мы стали так близко друг к другу, что я просто не могу поверить...
Она опустила взгляд. Смущённо и печально. Смущённо, ведь не привыкла к искренним признаниям. Печально, ведь пришло время для расставания.
— Слушай, — говорила тихо, не поднимая глаз. — Когда я достигну своей цели... Когда я всё-таки найду Зельду, обещаю ещё раз встретиться с тобой. Просто так. Как с другом. И доказать тебе, что научилась создавать дистанционные атаки...
Когда Мэй посмотрела на мечника снова, на лице виднелась лёгкая улыбка, а глаза блестели от горького чувства. Расставание. Она знакома с Витторио пару дней, а с Чёрным Лотосом несколько недель, но этого оказалось достаточно, чтобы глубоко тронуть Мэй. Будучи человеком, что долгое время назывался дезертиром и изгоем, она была рада даже паре мгновений настоящей дружбы. С Витторио. С Уориком. С Фу Сюань.
Она подняла руку, чтобы утереть глаза рукавом и привести себя в форму. Кажется, что не произошло ничего особенного, но эмоции почему-то били через край. Для людей нормально встречаться, общаться и расставаться, но для Мэй эти события всегда были чем-то громким. И только сегодня, спустя двадцать лет собственной жизни, она наконец-то уходит по собственной воле.
— Я, наверное, пойду? Путь обещает быть долгим, мне нужно закупиться на местном рынке и отыскать попутку до Кселариса. Ну, или до любого другого острова на пути к Кселарису...
Она уже сделала шаг на пути к выходу, но затем остановилась. Ещё раз посмотрела на Витторио, будто бы хотела запечатлить его в памяти именно таким. И дополнила:
— И скажешь другим, что я ушла? Прости, сама не могу. Не умею, да и... не хочется плакать на глазах у толпы. Не люблю прощания...
С этими словами, получив подтверждение Витторио, она вышла.
— У меня самые обычные глаза, — она ответила слишком уж серьёзно для человека, который получает комплимент. Повисла неловкая пауза.
К счастью, следующие аргументы звучали убедительнее.
Во-первых, меч не должен пылиться без дела. Речь идёт не только о Нозарачи, какой бы легендарной не была его история. Любой клинок, вне зависимости от его происхождения и носителя, должен быть применим в бою. Это смысл его существования, каким не обладает даже Шинохара. Отложить оружие в забытый ящик — проявить невежественность к нему.
Но Витторио, отнюдь сказанному, нельзя было назвать невежественным человеком. Одного намерения передать Нозарачи достаточно, чтобы увидеть в нём ответственного человека.
Во-вторых, Мэй нуждалась в этом клинке. Взрывомеч, будучи наследием её небольшого, но честного рода, обладает слишком уж разрушительной силой. Когда с клинка срывается вспышка, мечница ощущает тупую боль. Разрывы мышц, повреждение суставов, трещины в костях — для этого достаточно трёх-четырёх применений. Будь у Мэй такой клинок, которым можно пользоваться без вреда собственному здоровью, было бы хорошо.
В конце концов таковой была воля Витторио. Раз он действительно ничего не теряет, значит и волноваться не о чём. В конце концов кто такая Мэй, чтобы бороться с желаниями окружающих?
— Хорошо, — она коротко кивнула. — Если ты правда так считаешь, я приму этот подарок. И найду ему достойное применение, поскольку вижу свой путь опасным. Да, меня так просто не отпустят...
Морской Дозор уже назвал её дезертиром, обладающим информацией о государственной тайне. Другие пираты, будучи не такими честными, как Чёрный Лотос, будут не против ограбить девушку с ценным снаряжением. В конечном счёте в этом мире много больных, кто может решиться на убийство без особых на то причин.
— Спасибо тебе, Витторио. Не только за этот меч. И не за намерение обучать, — она поджала губы. — Кажется, что одного твоего присутствия достаточно, чтобы я осталась благодарной. Этим утром, например, ты заступался за меня перед Крокодайлом. А ранее мы провели тренировку вместе, поговорив по душам. За пару дней мы стали так близко друг к другу, что я просто не могу поверить...
Она опустила взгляд. Смущённо и печально. Смущённо, ведь не привыкла к искренним признаниям. Печально, ведь пришло время для расставания.
— Слушай, — говорила тихо, не поднимая глаз. — Когда я достигну своей цели... Когда я всё-таки найду Зельду, обещаю ещё раз встретиться с тобой. Просто так. Как с другом. И доказать тебе, что научилась создавать дистанционные атаки...
Когда Мэй посмотрела на мечника снова, на лице виднелась лёгкая улыбка, а глаза блестели от горького чувства. Расставание. Она знакома с Витторио пару дней, а с Чёрным Лотосом несколько недель, но этого оказалось достаточно, чтобы глубоко тронуть Мэй. Будучи человеком, что долгое время назывался дезертиром и изгоем, она была рада даже паре мгновений настоящей дружбы. С Витторио. С Уориком. С Фу Сюань.
Она подняла руку, чтобы утереть глаза рукавом и привести себя в форму. Кажется, что не произошло ничего особенного, но эмоции почему-то били через край. Для людей нормально встречаться, общаться и расставаться, но для Мэй эти события всегда были чем-то громким. И только сегодня, спустя двадцать лет собственной жизни, она наконец-то уходит по собственной воле.
— Я, наверное, пойду? Путь обещает быть долгим, мне нужно закупиться на местном рынке и отыскать попутку до Кселариса. Ну, или до любого другого острова на пути к Кселарису...
Она уже сделала шаг на пути к выходу, но затем остановилась. Ещё раз посмотрела на Витторио, будто бы хотела запечатлить его в памяти именно таким. И дополнила:
— И скажешь другим, что я ушла? Прости, сама не могу. Не умею, да и... не хочется плакать на глазах у толпы. Не люблю прощания...
С этими словами, получив подтверждение Витторио, она вышла.
[id543751360:bp-36291248_280331|Tori],
Говоря честно - Витторио был удивлен. Он не ожидал подобной реакции со стороны Мэй на его решение и действие. Они не были близки настолько, чтобы расставание заставляло душу трепетать в печальных чувствах, пусть между ними и сложились положительные отношения, но их нельзя было назвать близкими...однако прямо сейчас поведение горничной будто бы говорило об обратном. Слова благодарности за те короткие встречи, взгляд опущенный в пол...Витторио не нашел в себе ни сил, ни слов чтобы ответить ей, позволяя девушке говорить и дальше. Подобная откровенность, если так можно выразится, действительно застала его врасплох и Джуоли не привык к такому. Просто не знал как правильно и своевременно отреагировать на слова Мэй, а потому просто промолчал, наблюдая своими глазами за движение беловолосой девушки перед ним.
Обещание....обещания были той самой константой, что часто и неумолимо заставляли людей двигаться вперед и преодолевать испытания. Обещаю стать сильнее, обещаю защитить и множество иных воплощений этого "обета" одного человека к другому. Казалось бы, всего лишь слова, но в зависимости от личности человека в эти слова вкладывается самая разная сила...Мэй решила дать обещание, хотя оно и не требовалось, разве не она сказала ранее, что скорее всего закончит свои приключения и путешествия после выполнения цели? Однако с таким обещанием ей придется искать Витторио когда она достигнет окончания своего путешествия...похоже, это действительно было важно для нее.
Фехтовальщик слегка покачал головой, будто бы укладывая в голове эти мысли. Рука, до этого покоящаяся на рукояти клинка, безвольно и расслабленно опустилась с него повисая сбоку от мужчины, как будто бы он отпустил не только рукоять меча, но и что-то еще.
- Тогда, буду ждать нашей следующей встречи. Постараюсь остаться целым разумом и телом к твоему прибытию, сама понимаешь, жизнь в команде Йонко вряд ли будет спокойной. - не совсем обещание, однако Витторио явно дал понять что эта встреча вполне желанна для него.
Долгие прощания были ни к чему, особенно если это прощание было не навсегда и они решили встретиться в будущем. Каждая лишняя секунда проведенная на грани расставания заставляла желать оттянуть этот момент еще сильнее. В большей степени, кажется, именно для Мэй, ведь Витторио с его черствым, не эмпатичным характером не чувствовал столь ярких эмоций сожаления и грусти от ее ухода. Но если бы ему и правда было все равно, то этого диалога не было бы вовсе. Мечник кивнул на ее просьбу, но не остался безмолвным, подкрепив свое согласие и своим голосом.
- Конечно, это не доставит проблем. Еще раз удачи тебе в твоем пути, Мэй, искренне надеюсь на твой успех и надеюсь мы еще встретимся.
За сим мечник более ее не задерживал, смотря вслед уходящей горничной, а после еще некоторое время наблюдая за дверью которую она закрыла за собой. В голове не было каких-то конкретных мыслей или чувств, но почему-то отводить взгляд от двери не хотелось...как и не хотелось покидать эту комнату ежесекундно.
С тяжелым выдохом мечник опустился на кровать и лег закинув руки за голову, не снимая обуви и оставляя ноги на полу не планируя задерживаться в постели надолго.
- И так бывает...
Он коротко поставил точку в своих мыслях и прикрыл глаза, позволяя своему раненному телу и неспокойному разуму провалиться в легкое небытие.
Говоря честно - Витторио был удивлен. Он не ожидал подобной реакции со стороны Мэй на его решение и действие. Они не были близки настолько, чтобы расставание заставляло душу трепетать в печальных чувствах, пусть между ними и сложились положительные отношения, но их нельзя было назвать близкими...однако прямо сейчас поведение горничной будто бы говорило об обратном. Слова благодарности за те короткие встречи, взгляд опущенный в пол...Витторио не нашел в себе ни сил, ни слов чтобы ответить ей, позволяя девушке говорить и дальше. Подобная откровенность, если так можно выразится, действительно застала его врасплох и Джуоли не привык к такому. Просто не знал как правильно и своевременно отреагировать на слова Мэй, а потому просто промолчал, наблюдая своими глазами за движение беловолосой девушки перед ним.
Обещание....обещания были той самой константой, что часто и неумолимо заставляли людей двигаться вперед и преодолевать испытания. Обещаю стать сильнее, обещаю защитить и множество иных воплощений этого "обета" одного человека к другому. Казалось бы, всего лишь слова, но в зависимости от личности человека в эти слова вкладывается самая разная сила...Мэй решила дать обещание, хотя оно и не требовалось, разве не она сказала ранее, что скорее всего закончит свои приключения и путешествия после выполнения цели? Однако с таким обещанием ей придется искать Витторио когда она достигнет окончания своего путешествия...похоже, это действительно было важно для нее.
Фехтовальщик слегка покачал головой, будто бы укладывая в голове эти мысли. Рука, до этого покоящаяся на рукояти клинка, безвольно и расслабленно опустилась с него повисая сбоку от мужчины, как будто бы он отпустил не только рукоять меча, но и что-то еще.
- Тогда, буду ждать нашей следующей встречи. Постараюсь остаться целым разумом и телом к твоему прибытию, сама понимаешь, жизнь в команде Йонко вряд ли будет спокойной. - не совсем обещание, однако Витторио явно дал понять что эта встреча вполне желанна для него.
Долгие прощания были ни к чему, особенно если это прощание было не навсегда и они решили встретиться в будущем. Каждая лишняя секунда проведенная на грани расставания заставляла желать оттянуть этот момент еще сильнее. В большей степени, кажется, именно для Мэй, ведь Витторио с его черствым, не эмпатичным характером не чувствовал столь ярких эмоций сожаления и грусти от ее ухода. Но если бы ему и правда было все равно, то этого диалога не было бы вовсе. Мечник кивнул на ее просьбу, но не остался безмолвным, подкрепив свое согласие и своим голосом.
- Конечно, это не доставит проблем. Еще раз удачи тебе в твоем пути, Мэй, искренне надеюсь на твой успех и надеюсь мы еще встретимся.
За сим мечник более ее не задерживал, смотря вслед уходящей горничной, а после еще некоторое время наблюдая за дверью которую она закрыла за собой. В голове не было каких-то конкретных мыслей или чувств, но почему-то отводить взгляд от двери не хотелось...как и не хотелось покидать эту комнату ежесекундно.
С тяжелым выдохом мечник опустился на кровать и лег закинув руки за голову, не снимая обуви и оставляя ноги на полу не планируя задерживаться в постели надолго.
- И так бывает...
Он коротко поставил точку в своих мыслях и прикрыл глаза, позволяя своему раненному телу и неспокойному разуму провалиться в легкое небытие.
Будучи закрытым человеком, Мэй не любила показывать эмоции на людях. Она не оповещает о своих планах, не даёт знать о переживаниях, не говорит без острой необходимости. Сделать это - значит выставить себя уязвимой, что считается непозволительной роскошью в её положении. Однако сейчас, в компании Витторио, которого знает пару дней от силы, она чуть ли не расплакалась. Почему ты изменяешь себе, Шинохара Мэй?
Она вышла из комнаты, зашла за ближайший угол и остановилась, глубоко вздохнув. Спина прильнула к холодной стене, руки сжимали новенький меч - тот самый Нозарачи. Просто так, практически "за красивые глазки", получить столь дельное оружие - нечто сравни фантастики. Неужели так себя ощущают девушки, получающие дорогие подарки от пожилых чиновников? И если это правда, неужели Мэй сыскала расположение мечника от части потому, что просто красивая? Эта мысль заставила её криво улыбнуться - она никогда не считала себя женственной, уж тем более красивой.
Только что, попрощавшись с мечником из Черного Лотоса, она призналась в сложных чувствах. Но причиной столь эмоционального поведения послужил далеко не Витторио - точнее не он один. прощаясь с ним, Мэй как бы обращалась ко всей команде. Именно поэтому она попросила передать свои слова - хотела надеяться, что их услышит и беспечный Уорик, и безмолвная Чикара, и даже самоуверенный Бенимару, хотя он точно не придаст значения уходу горничной. Гораздо проще было передать эти слова через одного человека, чем обращаться к каждому, растягивая и без того тяжёлое прощание.
Она покинула поместье, спокойным шагом направляясь в сторону города, а там - к портовому району. Главное сейчас - это отыскать попутку до Кселариса, где может находиться некоторая информация на повод Зельды. В то же время Мэй понимает, что не каждый капитан согласится плыть так далеко, поэтому готова плыть пересадками. Таким образом, попутка за попуткой, она должна достичь намечанной цели.
Сегодня в порту было как никогда шумно. Иония, пережив две катастрофы к ряду, поспепенно вставала с колен - это требовало ресурсов. Главный источник ресурсов - безусловно торговля, поэтому остров был рад принять любого торговца, кто продаст материалы за хорошую цену. Грузчик несёт в руках тяжёлый ящик, ругаясь на собственную жизнь. Девушка ходит из стороны в сторону, явно заблудившись на незнакомой территории. Отряд из дюжины рабочих отбивает нестройные мелодии молотками, восстанавливая мостовую. И таких людей, каждый занятый своим делом, здесь было сотни. Они ходили, толкались, разговаривали и даже спорили, наполняя порт жизнью. Мэй не скрывала хмурого взгляда - ей не нравились подобные места. В частности потому, что их нельзя было назвать безопасными. Даже обычный человек мог потеряться, раниться и даже умереть в порту - просто потому, что такова воля госпожи Неудачи. А Мэй, будучи не простой девушкой, а разыскваемым преступником, нажившим себе не мало врагов, оставалась в ещё худшем положении.
За спиной покачивалась тяжёлая сумка - скромные запасы в путь. Отыскав подходящую лавку, Мэй купила провизию, смену одежду и прочую мелочь, что может быть необходимой в дороге. Обе катаны висели на поясе, время от времени становясь объектом заинтересованных взглядов. Если бы не платье горничной, эту девушку могли принять за пирата. Впрочем, образ вооруженной служанки был не менее подозрительным...
Она курсировала от человека к человеку, пытаясь найти такого капитана, кто возьмёт на борт эту скромную девушку. Но вот проблема - не каждый соглашался. Кто-то не возил пассажиров из принципа, другие обещали отправиться только через неделю, а третьи просили столько денег, что Мэй срывалась на мат. Тогда от её "скромности" не оставалось ни капли, а люди быстро отказывались от сотрудничества. Иония - не лучшее место, если с тобой под руку не ходит генерал Юань, Провидица Сюань или ещё кто-то, способный покупать людей одним статусом. Из-за тяжёлого положения на острове доля пассажирских рейсов была отменена, а с торговцами было почти-что не договориться - уж точно не с её бюджетом.
Она вышла из комнаты, зашла за ближайший угол и остановилась, глубоко вздохнув. Спина прильнула к холодной стене, руки сжимали новенький меч - тот самый Нозарачи. Просто так, практически "за красивые глазки", получить столь дельное оружие - нечто сравни фантастики. Неужели так себя ощущают девушки, получающие дорогие подарки от пожилых чиновников? И если это правда, неужели Мэй сыскала расположение мечника от части потому, что просто красивая? Эта мысль заставила её криво улыбнуться - она никогда не считала себя женственной, уж тем более красивой.
Только что, попрощавшись с мечником из Черного Лотоса, она призналась в сложных чувствах. Но причиной столь эмоционального поведения послужил далеко не Витторио - точнее не он один. прощаясь с ним, Мэй как бы обращалась ко всей команде. Именно поэтому она попросила передать свои слова - хотела надеяться, что их услышит и беспечный Уорик, и безмолвная Чикара, и даже самоуверенный Бенимару, хотя он точно не придаст значения уходу горничной. Гораздо проще было передать эти слова через одного человека, чем обращаться к каждому, растягивая и без того тяжёлое прощание.
Она покинула поместье, спокойным шагом направляясь в сторону города, а там - к портовому району. Главное сейчас - это отыскать попутку до Кселариса, где может находиться некоторая информация на повод Зельды. В то же время Мэй понимает, что не каждый капитан согласится плыть так далеко, поэтому готова плыть пересадками. Таким образом, попутка за попуткой, она должна достичь намечанной цели.
Сегодня в порту было как никогда шумно. Иония, пережив две катастрофы к ряду, поспепенно вставала с колен - это требовало ресурсов. Главный источник ресурсов - безусловно торговля, поэтому остров был рад принять любого торговца, кто продаст материалы за хорошую цену. Грузчик несёт в руках тяжёлый ящик, ругаясь на собственную жизнь. Девушка ходит из стороны в сторону, явно заблудившись на незнакомой территории. Отряд из дюжины рабочих отбивает нестройные мелодии молотками, восстанавливая мостовую. И таких людей, каждый занятый своим делом, здесь было сотни. Они ходили, толкались, разговаривали и даже спорили, наполняя порт жизнью. Мэй не скрывала хмурого взгляда - ей не нравились подобные места. В частности потому, что их нельзя было назвать безопасными. Даже обычный человек мог потеряться, раниться и даже умереть в порту - просто потому, что такова воля госпожи Неудачи. А Мэй, будучи не простой девушкой, а разыскваемым преступником, нажившим себе не мало врагов, оставалась в ещё худшем положении.
За спиной покачивалась тяжёлая сумка - скромные запасы в путь. Отыскав подходящую лавку, Мэй купила провизию, смену одежду и прочую мелочь, что может быть необходимой в дороге. Обе катаны висели на поясе, время от времени становясь объектом заинтересованных взглядов. Если бы не платье горничной, эту девушку могли принять за пирата. Впрочем, образ вооруженной служанки был не менее подозрительным...
Она курсировала от человека к человеку, пытаясь найти такого капитана, кто возьмёт на борт эту скромную девушку. Но вот проблема - не каждый соглашался. Кто-то не возил пассажиров из принципа, другие обещали отправиться только через неделю, а третьи просили столько денег, что Мэй срывалась на мат. Тогда от её "скромности" не оставалось ни капли, а люди быстро отказывались от сотрудничества. Иония - не лучшее место, если с тобой под руку не ходит генерал Юань, Провидица Сюань или ещё кто-то, способный покупать людей одним статусом. Из-за тяжёлого положения на острове доля пассажирских рейсов была отменена, а с торговцами было почти-что не договориться - уж точно не с её бюджетом.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 2 Гость(ей)