В двери, между досок, образовалась небольшая щель, что и стала путеводным маяком, ведущим наёмника к намеченной цели. Поднялся к двери уже более уверенным шагом, Персиваль попытался толкнуть оную, но сбитые доски поддались лишь частично, удерживаемые небольшим металлическим крючком, зацепленным за вбитое в дверной портал ушко. Решив, что высаживать дверь – слишком шумно и грубо, герой принялся просовывать в небольшую щель между косяком и дверью пальцы в попытках поддеть досадное препятствие. Увлекшись процессом, юноша не был уверен, сколько времени занял взлом столь тривиального замка, и сколько небольших заноз стали наградой для пальцев его. Но это беды будущего. Сейчас же цель была близка, что стоило лишь протянуть руку. А одна будет жертва или две – в сущности, не было никакой разницы. Теперь обстановка позволяла, и требовала, прислушаться к разговору людей. Они обсуждали перевод книги. Более возбуждённый представитель – настаивал на скорейшем завершении работы, а спокойный соучастник – наседал на сложность языка и витиеватость формулировок написанного, и что ускорение перевода приведёт к неминуемым ошибкам.
Монселе вплотную подошёл к двери, откуда доносились голоса, и не стал тратить времени на размышления, резко открыл оную настежь. Переговоры резко смолкли, будучи прерваны столь бесцеремонным способом. В комнате за столом сидели мужчина с небольшой аккуратной бородой, хотя остальной вид – говорил о крайней степени усталости и длительной паранойе. Второй же – пожилой человек в монашеской рясе и традиционной тороидальной причёской служителей веры, когда макушка посыпалась пеплом и более не родила волос.
– Что? Как? Кто ты такой? – щедро осыпал незваного гостя первый мужчина.
– Это неважно. Я пришёл за книгой. Надеюсь, не нужно объяснять, за какой, – процедил Персиваль.
Направил руку к пистолету за пазухой, юноша за следствием недавних событий не имел желания к излишним беседам, по итогу которых он обойдётся малой кровью.
– Почему? Что в этом трактате такого особенного? Что этой ненормальной нужно от меня? – Паника впилась в сердце мужчины, когда вся тяжесть последних дней, наконец, прорвала плотину ментального здоровья – Почему после прихода этой коллекционерши книга начала шептать мне? Я отдал последние деньги за перевод этого проклятого гримуара! Но я всё ещё не понимаю! ЧТО С НИМ НЕ ТАК?
Пока мужчина изливал душу, обращаясь скорее к себе, чем к присутствующим, монах пристально всматривался в лицо Персиваля, делая лишь ему доступные умозаключения. Не желая дальше слушать нытьё сломленного человека, наёмник резко сократил дистанцию и со всех сил приложил рукоять пистолета к переносице мужчины, вызвал резкий, но негромкий, хруст хряща. Дышать носом в дальнейшем будет сложно.
– Надеюсь, ты не будешь оказывать сопротивления? Насчёт гостей цели мне установок не было.
Монселе холодно взглянул на монаха. Священник скупо кивнул и закрыл лежащую пред ним книгу, подталкивая её к седому юноше. Удовлетворившись таким ответом, герой взял со стола толстую и явно очень старую книгу, направился к выходу с явным намерением скрыться с места преступления. Но едва нога юноши пересекла порог, как за спиной прозвучал голос монаха.
– Вы ведь отпрыск рода Монселе, не так ли?
Словно ушат ледяной воды, предположение священника заставило Персиваля остановиться, как вкопанного, словно имя не было напечатано на объявлениях о розыске. Стрелок медленно повернулся к пожилому мужчине, теряясь в догадках, к чему было сделано предположение. Можно было напрячь память, и наёмник постарался взглядом отсканировать текущий образ человека, пред ним находящегося, чтобы сопоставить с теми личностями, кои были в детстве им встречаемы. Никаких схождений. Седовласый совершил пару шагов в обратную сторону и не отводил глаз от пожилого человека.
ONE PIECE RP ·
Мыс Гранд-лайн
– Да, я так и понял. Вы слишком похожи на своих предков, даже если Ваши волосы и потеряли каштановый цвет Вашего семейства. Персиваль, ведь так? Я не припомню, чтобы Вы являлись на церемонию на Альферац.
– Ты лишь больше путаешь меня, старик – Скептицизм юноши брал верх и заставлял усомниться в помыслах церковника, ведь никакой гармонии от слов не возникало, а всей потусторонностью Персиваль был сыт и благодаря Ортхаксу – Что с того, что я потомок Монселе? Моё лицо хорошо видно на листовках, там же написано и имя.
– Нет, нет. Я имел удовольствие свидеться с Вашими братьями и сёстрами, когда они посещали наш монастырь. Выходит, что Вы – единственный, кому лишь предстоит встретиться с покровителями Вашей фамилии.
Рука священника оказалась протянута вперёд, и оставляла за собой ощутимый, мимолётный эфирный след. Указательный палец, кой вычертил контур в воздухе молодого наёмника, завис и молчаливо пронзал лоб седовласого, пока монах не закончил монолог в голове своей. Кисть также плавно опустилась и спряталась за складками одежды.
– Я разорвал связи с семьёй давным-давно. Мой отец недвусмысленно намекнул, что не намерен считать меня полноправным членом семьи. Так что я не собираюсь, да и отец бы не позволил, встречаться с «покровителями» или кем бы то ни было, связанным с фамилией Монселе.
Монах скупо усмехнулся, и лицо его перестало напоминать каменное изваяние, наполнившись искоркой жизни и ребяческой игривости. Сбросил он с десяток лет, и перевоплощение казалось таким реалистичным, что юноша задумался, насколько много «энергии» жизни, силы и возможностей хранит это староватое, поношенное тело.
– Ваш отец может не считать Вас достойным фамилии, но это не значит, что покровители разделят его мнение. Вы – сын своего отца и ничто этого не изменит – Монах принялся копошиться в складках своей рясы в поисках чего-то – Да куда же я его положил…
Поиски затянулись на полдюжины невероятно долгих секунд, когда священник, наконец, вытащил из кармана этернал пос.
– Я не стану Вам приказывать или влиять на Ваше решение, но лишь даю этот этернал пос. Он приведёт Вас к монастырю Альферац на Калм Белт. Вы можете проигнорировать моё приглашение, а можете приплыть и увидеть всё воочию. Правда может оказаться не столь ординарной, как может показаться на первый взгляд.
Персиваль смотрел на небольшой предмет на столе в раздумьях. Слишком резкий поток информации, выбивающей из колеи, обрушился на юношу, и чтобы получить чуть больше времени на раздумья, герой бросил взгляд на книгу.
– Что в ней содержится? Почему эта книга так интересует моего заказчика? И почему этот… - Инженер указал на немирно сопящего мужчину на земле – Испытывал такой страх от этой книги?
– Боюсь, что даже если я Вам объясню – это мало, что прояснит для Вас. Но если любопытно, в книге «De Horis», в первой её части, содержится Наставление цирюльника. Я не был уверен до конца, пока не начал работу над переводом, но теперь могу сказать однозначно.
– Весь сыр бор из инструкции, как правильно брить и стричь людей? Не смеши меня старик.
– О, нет, это не простые правила стрижки или что-то подобное. Но это знание можно найти много где. Можно сказать, что это лишь первый кирпичик в постижении знаний, что находятся за пределами понимания многих людей.
– И что это за наставления?
– Если коротко: «Лес возрадуется, едва локон расстанется с черепом. Если желаешь привлечь внимание – сожги. Хочешь найти возможность – закопай.
– Бессмыслица. И ради этого можно пойти на убийство и ограбление?
– Вся правда Вам может открыться на Альферац. Но уверяю, неподготовленный ум может сломаться уже от столь незначительных знаний. Хотя понимать в данном деле – не менее важно.
– Ты лишь больше путаешь меня, старик – Скептицизм юноши брал верх и заставлял усомниться в помыслах церковника, ведь никакой гармонии от слов не возникало, а всей потусторонностью Персиваль был сыт и благодаря Ортхаксу – Что с того, что я потомок Монселе? Моё лицо хорошо видно на листовках, там же написано и имя.
– Нет, нет. Я имел удовольствие свидеться с Вашими братьями и сёстрами, когда они посещали наш монастырь. Выходит, что Вы – единственный, кому лишь предстоит встретиться с покровителями Вашей фамилии.
Рука священника оказалась протянута вперёд, и оставляла за собой ощутимый, мимолётный эфирный след. Указательный палец, кой вычертил контур в воздухе молодого наёмника, завис и молчаливо пронзал лоб седовласого, пока монах не закончил монолог в голове своей. Кисть также плавно опустилась и спряталась за складками одежды.
– Я разорвал связи с семьёй давным-давно. Мой отец недвусмысленно намекнул, что не намерен считать меня полноправным членом семьи. Так что я не собираюсь, да и отец бы не позволил, встречаться с «покровителями» или кем бы то ни было, связанным с фамилией Монселе.
Монах скупо усмехнулся, и лицо его перестало напоминать каменное изваяние, наполнившись искоркой жизни и ребяческой игривости. Сбросил он с десяток лет, и перевоплощение казалось таким реалистичным, что юноша задумался, насколько много «энергии» жизни, силы и возможностей хранит это староватое, поношенное тело.
– Ваш отец может не считать Вас достойным фамилии, но это не значит, что покровители разделят его мнение. Вы – сын своего отца и ничто этого не изменит – Монах принялся копошиться в складках своей рясы в поисках чего-то – Да куда же я его положил…
Поиски затянулись на полдюжины невероятно долгих секунд, когда священник, наконец, вытащил из кармана этернал пос.
– Я не стану Вам приказывать или влиять на Ваше решение, но лишь даю этот этернал пос. Он приведёт Вас к монастырю Альферац на Калм Белт. Вы можете проигнорировать моё приглашение, а можете приплыть и увидеть всё воочию. Правда может оказаться не столь ординарной, как может показаться на первый взгляд.
Персиваль смотрел на небольшой предмет на столе в раздумьях. Слишком резкий поток информации, выбивающей из колеи, обрушился на юношу, и чтобы получить чуть больше времени на раздумья, герой бросил взгляд на книгу.
– Что в ней содержится? Почему эта книга так интересует моего заказчика? И почему этот… - Инженер указал на немирно сопящего мужчину на земле – Испытывал такой страх от этой книги?
– Боюсь, что даже если я Вам объясню – это мало, что прояснит для Вас. Но если любопытно, в книге «De Horis», в первой её части, содержится Наставление цирюльника. Я не был уверен до конца, пока не начал работу над переводом, но теперь могу сказать однозначно.
– Весь сыр бор из инструкции, как правильно брить и стричь людей? Не смеши меня старик.
– О, нет, это не простые правила стрижки или что-то подобное. Но это знание можно найти много где. Можно сказать, что это лишь первый кирпичик в постижении знаний, что находятся за пределами понимания многих людей.
– И что это за наставления?
– Если коротко: «Лес возрадуется, едва локон расстанется с черепом. Если желаешь привлечь внимание – сожги. Хочешь найти возможность – закопай.
– Бессмыслица. И ради этого можно пойти на убийство и ограбление?
– Вся правда Вам может открыться на Альферац. Но уверяю, неподготовленный ум может сломаться уже от столь незначительных знаний. Хотя понимать в данном деле – не менее важно.
Наступило неловкое молчание, по окончании которого Персиваль взял со стола этернал пос и направился к выходу тем же путём, что и пришёл. Слишком странным был этот монах, но он абсолютно точно знал, о чём говорил. Любопытство – грех многих людей, особенно инженеров и детей. И теперь любопытство било ключом в голове юноши. Передал наёмник книгу Олимпии, и та была несказанно счастливая получить заветный материал для издания. Герой не стал донимать девушку расспросами относительно её интереса, монаха или Наставления цирюльника, ограничившись сугубо деловой частью сделки. Однако даже мадам Беше смотрела на наёмника с некой долей понимания, словно и без слов способно была оценить настроение героя.
По пути обратно к судну, Персиваль с каждым шагом всё более сомневался, стоит ли ему вообще задумываться над той историей, в которой он оказался частично по своей воле. Но вместе с тем росло любопытство узнать, что именно имел в виду тот монах. Эта мысль не давала покоя. Вся семья Монселе посещала Альферац? Покровители? Отец никогда не упоминал никаких инвесторов или благожелателей, окромя мирового правительства и морского дозора. Возможно, это просто трёп выжившего из ума человека, а возможно – сложно сплетённая ловушка. Но об этом можно будет думать уже на месте. К моменту, когда Персиваль добрался до своего судна и приготовился отшвартоваться от причала, он был уже стойко уверен, что если не проверит всё лично, то эта мысль может ещё долго преследовать молодого авантюриста. А пока Ортхакс не наседает со своими контрактами – у героя была полная свобода действий и перемещения. А значит – юноша не простит себе. К добру или худу, Персиваль отложил в каюту лог пос и, расправив паруса своего судна, взял курс на Альферац, не утруждая себя догадками, что же он там увидит.
Конец.
Переход.
По пути обратно к судну, Персиваль с каждым шагом всё более сомневался, стоит ли ему вообще задумываться над той историей, в которой он оказался частично по своей воле. Но вместе с тем росло любопытство узнать, что именно имел в виду тот монах. Эта мысль не давала покоя. Вся семья Монселе посещала Альферац? Покровители? Отец никогда не упоминал никаких инвесторов или благожелателей, окромя мирового правительства и морского дозора. Возможно, это просто трёп выжившего из ума человека, а возможно – сложно сплетённая ловушка. Но об этом можно будет думать уже на месте. К моменту, когда Персиваль добрался до своего судна и приготовился отшвартоваться от причала, он был уже стойко уверен, что если не проверит всё лично, то эта мысль может ещё долго преследовать молодого авантюриста. А пока Ортхакс не наседает со своими контрактами – у героя была полная свобода действий и перемещения. А значит – юноша не простит себе. К добру или худу, Персиваль отложил в каюту лог пос и, расправив паруса своего судна, взял курс на Альферац, не утруждая себя догадками, что же он там увидит.
Конец.
Переход.
Ещё один корабль Морского Дозора вошёл в изменчивые воды Гранд-Лайн, пересеча вечно спокойный Калм-Белт. Сколько таких переходов происходить за день? Сколько новобранцев из четырёх морей попадает впервые в эти смертельно опасные края?
- Буду ли я особенной…, - произнесла томным голосом женщина, у открытого окна, через которое снова начал залетать в каюту морской бриз, возвещая о выходе из зоны штиля. – Или же у судьбы закончились для меня благоприятные исходы?
Больше в каюте никого не было, а потому и ответа не последовало. Судьба молчала, как всегда, разыгрывая свои карты в оглушительной тишине. Она протёрла глаза, всё ещё слипающиеся от сна, в котором Кафка до недавнего времени прибывала. Что ей снилось? Бесконечная, бесформенная и бессмысленная мешанина из образов и событий прошлого. Только во сне, вопреки всякому дозволению, они и настигнуть её, бесцеремонно пытаясь отвоевать себе место в сознании.
- Вы мне не нужны, - сказала Дозорная, взмахивая рукой, этим взмахом прогоняя последние рваные воспоминания о сне.
Сидя на своей кровати, поджав ноги к груди. Дотянувшись до тумбочки, что стояла рядом, женщина взяла резинку для волос, лежащую сверху. Натянув резинку через кисть на запястье, Кафка собрала спадающие на плечи и спину винно-фиолетовые волосы в хвост, закрепляя его уже не раз упомянутой резинкой. Позволив себе последний зевок, женщина повернулась, свешивая ноги к полу. Она встала, помогая себе руками, упираясь ими в кровать и на носочках дошла до шкафчика, где хранились все её вещи. Распахнув дверцы и найдя глазками колготки, Морская Дозорная ловко влезла в них. Проверив, что всё хорошо сидит, покачавшись из стороны в сторону, будто в такт одной ей слышимой музыки, Кафка довольно «угукнула», надевая сверху ещё и свои обтягивающие шортики.
- Нужно будет не забыть найти приличный магазин, обновить гардероб…
Повернувшись на месте на носках, она, как и прежде осторожно, не желая лишний раз пачкаться о не самый чисты корабельный пол, пересекла каюту и уселась на простенький стул, что стоял у не менее простого стола. Там были какие-то книги, сложенные стопкой, несколько розыскных листовок – куда же Дозорному без них? Женщина предпочла быть в курсе того, с кем ей предстоит встретиться в этих незнакомых морях. Хотя, действительно ли столь незнакомых, учитывая покрытое непроглядным туманом прошлое девушки? Всегда можно нарваться на неожиданность…
- Холодная…
Еда, что томилась на тарелке, стоявшей по центру стола, остыла уже как несколько часов. Не удивительно, если учитывать тот факт, что взяла её Кафка из камбуза ещё до того, как отправилась спать. Тогда она съела совсем ничего, а теперь придётся есть холодное. Не выкидывать же… Вооружившись вилкой и ножом, Дозорная принялась расправляться с крупой и небольшим куском мяса, совсем не получая от этого удовольствия, но хотя бы утоляя чувство голода.
- И ресторан… От этой еды мне уже не по себе. И кожа портится…
Когда с приёмом пищи было закончено, Кафка откинулась на спинку стула, поглаживая живот. Долго это не продлилось – резко вскинув левую ногу, женщина развернулась, прижавшись к спинке уже грудью.
От Саут-Блю до мысов-близнецов было относительно недалеко. Но даже имея возможность пересечь Калм-Белт, путь всё равно занимал не один день. Заниматься всё это время было особо нечем, а потому Кафка или спала, или играла на скрипке, или практиковалась во владении дьявольским фруктом. Его силы женщина получила сравнительно недавно, пару месяцев назад. Ей его дал Рикон Галоу – как прощальный подарок перед тем, как Коммандера перевели под командование Вице-адмирала Стеинлесса.
- Буду ли я особенной…, - произнесла томным голосом женщина, у открытого окна, через которое снова начал залетать в каюту морской бриз, возвещая о выходе из зоны штиля. – Или же у судьбы закончились для меня благоприятные исходы?
Больше в каюте никого не было, а потому и ответа не последовало. Судьба молчала, как всегда, разыгрывая свои карты в оглушительной тишине. Она протёрла глаза, всё ещё слипающиеся от сна, в котором Кафка до недавнего времени прибывала. Что ей снилось? Бесконечная, бесформенная и бессмысленная мешанина из образов и событий прошлого. Только во сне, вопреки всякому дозволению, они и настигнуть её, бесцеремонно пытаясь отвоевать себе место в сознании.
- Вы мне не нужны, - сказала Дозорная, взмахивая рукой, этим взмахом прогоняя последние рваные воспоминания о сне.
Сидя на своей кровати, поджав ноги к груди. Дотянувшись до тумбочки, что стояла рядом, женщина взяла резинку для волос, лежащую сверху. Натянув резинку через кисть на запястье, Кафка собрала спадающие на плечи и спину винно-фиолетовые волосы в хвост, закрепляя его уже не раз упомянутой резинкой. Позволив себе последний зевок, женщина повернулась, свешивая ноги к полу. Она встала, помогая себе руками, упираясь ими в кровать и на носочках дошла до шкафчика, где хранились все её вещи. Распахнув дверцы и найдя глазками колготки, Морская Дозорная ловко влезла в них. Проверив, что всё хорошо сидит, покачавшись из стороны в сторону, будто в такт одной ей слышимой музыки, Кафка довольно «угукнула», надевая сверху ещё и свои обтягивающие шортики.
- Нужно будет не забыть найти приличный магазин, обновить гардероб…
Повернувшись на месте на носках, она, как и прежде осторожно, не желая лишний раз пачкаться о не самый чисты корабельный пол, пересекла каюту и уселась на простенький стул, что стоял у не менее простого стола. Там были какие-то книги, сложенные стопкой, несколько розыскных листовок – куда же Дозорному без них? Женщина предпочла быть в курсе того, с кем ей предстоит встретиться в этих незнакомых морях. Хотя, действительно ли столь незнакомых, учитывая покрытое непроглядным туманом прошлое девушки? Всегда можно нарваться на неожиданность…
- Холодная…
Еда, что томилась на тарелке, стоявшей по центру стола, остыла уже как несколько часов. Не удивительно, если учитывать тот факт, что взяла её Кафка из камбуза ещё до того, как отправилась спать. Тогда она съела совсем ничего, а теперь придётся есть холодное. Не выкидывать же… Вооружившись вилкой и ножом, Дозорная принялась расправляться с крупой и небольшим куском мяса, совсем не получая от этого удовольствия, но хотя бы утоляя чувство голода.
- И ресторан… От этой еды мне уже не по себе. И кожа портится…
Когда с приёмом пищи было закончено, Кафка откинулась на спинку стула, поглаживая живот. Долго это не продлилось – резко вскинув левую ногу, женщина развернулась, прижавшись к спинке уже грудью.
От Саут-Блю до мысов-близнецов было относительно недалеко. Но даже имея возможность пересечь Калм-Белт, путь всё равно занимал не один день. Заниматься всё это время было особо нечем, а потому Кафка или спала, или играла на скрипке, или практиковалась во владении дьявольским фруктом. Его силы женщина получила сравнительно недавно, пару месяцев назад. Ей его дал Рикон Галоу – как прощальный подарок перед тем, как Коммандера перевели под командование Вице-адмирала Стеинлесса.
= Ты сохранишь воспоминания обо мне? – спросил Коммодор перед самым их расставанием. Почти два года они провели плечом к плечу, но это, как и всё остальное, подошло к концу.
- А какой в этом смысл? – без раздумий ответила Кафка. Она не боялась обидеть его. Отсутствие страха проявлялось даже в таких вещах.
= Смысл… - повторил Рикон, заметно опешив. Хоть и знал он, что женщина может ответить подобным образом, её слова всё равно ранили его сердце, врезаясь в него штопором.
- Может увидимся ещё, - улыбнувшись сказала женщина, махнув рукой.
Парамеция нитей сразу пришлась ей по душе. Буквально любовь с первого взгляда! Она сразу поняла потенциал попавшей в её руки силы. Резать, связывать, но самое главное… управлять. Повелевать делать то, что другой не стал бы делать не под какими уговорами или угрозами. Надо лишь развить эту силу и тогда ничто не сможет её остановить.
Всё ещё находясь на стуле, Дозорная взмахнула рукой, вытягивая ту перед собой. Едва заметные глазу нити протянулись к стоявшей у стены катаны, оплятаясь вокруг её рукояти. Движение пальцами заставило клинок покинуть ножны и полететь к Кафке. Опасно, да вот кого это беспокоило? Описав дугу и перевернувшись в воздухе, рукоять меча легла ровно в ладонь.
- Есть куда расти… Так много возможностей…
Взмахнув клинком, она приставила кончик его лезвия к полу и встала. Как раз вовремя, ведь за дверью сначала послушались лёгкие шаги, а затем в неё постучали. Женщина прекрасно знала, кто с той стороны, потому обошлась без лишних вопросов, дабы это подтвердить. Вернувшись к шкафу, она сняла с тремпеля белую рубашку, на коей не было и единой смятости, а после надела её, заправив в шорты. Вернув катану в ножны, Кафка опустила свои ножки в сапоги с каблуками, что стояли у двери.
Стоило Дозорной только открыть дверь, в каюту тут же ворвалась молодая девушка с серебряными волосами, что была на голову ниже Кафки. Последняя улыбнулась, в очередной раз умиляясь гипер-активности своей подчинённой.
- Что привело тебя сюда, Серебряный Волк?
Странное имя, что очевидно и не именем было, а лишь прозвищем, что сама себе Волк и взяла. Имя, что было дано ей при рождении, девушке совсем не нравилось, а потому она желала, чтобы все называли её именно Серебряным Волком. Кафка с радостью подыгрывала, тем более что сереброволосая была полезным союзником, что пока не подводила.
= Решила удостовериться, что ты не проспишь прибытие, - ответила девушка, прислоняясь спиной к стене и складывая руки на груди. = Не хочу, чтобы слава о нас на Гранд Лайн началась с того, кто командир проспал высадку.
- Ох, ты слишком добра ко мне, - сказала Кафка, скрывая смешок приставленной ко рту ладонью. – Я уже минут пятнадцать как проснулась.
= Везёт тебе, - надувая губы, сказала Волк. = Ты везде спать можешь. А мне вот не спалось, да ещё и… море, бе!
- Ну-ну, ничего. Скоро сойдём на землю – будет тебе счастье. Как там Сэм?
= Да как обычно, - ответила девушка. = Сказал будет готов к нужному времени.
- Аааах, - протянула Кафка, задумчиво постукивая пальцем по скуле. – Его «нужное время»… Ну ладно, пути его одной судьбе известны.
= Ладно, - отлипая от стены сказала Волк. = Пойду соберу вещи, хочу сойти в первых рядах. И ты не задерживайся.
Женщина кивнула и уже через несколько секунд снова осталась в одиночестве. Собрать вещи – хорошее дело, полезное. И вот Кафка в очередной раз перед шкафом, в раздумьях. Нет, не о том, что взять, а что оставить – она возьмёт всё, скорее в каком порядке. Наклонившись, Дозорная подняла за ручку футляр, внутри которого томилась скрипка. Пришлось приподнять ногу, дабы опереть чехол о переднюю часть бедра, открыть замки и вытащить сам инструмент и смычок. Мягко опустив футляр на пол, используя одну из своих тончайших нитей, женщина прижала скрипку к шее, прижимая корпус подбородком. Опустив смычок на струны, она сыграла несколько нот, покачиваясь на сей раз в такт музыке хоть и никому, кроме неё не слышимой, но вполне реальной.
- А какой в этом смысл? – без раздумий ответила Кафка. Она не боялась обидеть его. Отсутствие страха проявлялось даже в таких вещах.
= Смысл… - повторил Рикон, заметно опешив. Хоть и знал он, что женщина может ответить подобным образом, её слова всё равно ранили его сердце, врезаясь в него штопором.
- Может увидимся ещё, - улыбнувшись сказала женщина, махнув рукой.
Парамеция нитей сразу пришлась ей по душе. Буквально любовь с первого взгляда! Она сразу поняла потенциал попавшей в её руки силы. Резать, связывать, но самое главное… управлять. Повелевать делать то, что другой не стал бы делать не под какими уговорами или угрозами. Надо лишь развить эту силу и тогда ничто не сможет её остановить.
Всё ещё находясь на стуле, Дозорная взмахнула рукой, вытягивая ту перед собой. Едва заметные глазу нити протянулись к стоявшей у стены катаны, оплятаясь вокруг её рукояти. Движение пальцами заставило клинок покинуть ножны и полететь к Кафке. Опасно, да вот кого это беспокоило? Описав дугу и перевернувшись в воздухе, рукоять меча легла ровно в ладонь.
- Есть куда расти… Так много возможностей…
Взмахнув клинком, она приставила кончик его лезвия к полу и встала. Как раз вовремя, ведь за дверью сначала послушались лёгкие шаги, а затем в неё постучали. Женщина прекрасно знала, кто с той стороны, потому обошлась без лишних вопросов, дабы это подтвердить. Вернувшись к шкафу, она сняла с тремпеля белую рубашку, на коей не было и единой смятости, а после надела её, заправив в шорты. Вернув катану в ножны, Кафка опустила свои ножки в сапоги с каблуками, что стояли у двери.
Стоило Дозорной только открыть дверь, в каюту тут же ворвалась молодая девушка с серебряными волосами, что была на голову ниже Кафки. Последняя улыбнулась, в очередной раз умиляясь гипер-активности своей подчинённой.
- Что привело тебя сюда, Серебряный Волк?
Странное имя, что очевидно и не именем было, а лишь прозвищем, что сама себе Волк и взяла. Имя, что было дано ей при рождении, девушке совсем не нравилось, а потому она желала, чтобы все называли её именно Серебряным Волком. Кафка с радостью подыгрывала, тем более что сереброволосая была полезным союзником, что пока не подводила.
= Решила удостовериться, что ты не проспишь прибытие, - ответила девушка, прислоняясь спиной к стене и складывая руки на груди. = Не хочу, чтобы слава о нас на Гранд Лайн началась с того, кто командир проспал высадку.
- Ох, ты слишком добра ко мне, - сказала Кафка, скрывая смешок приставленной ко рту ладонью. – Я уже минут пятнадцать как проснулась.
= Везёт тебе, - надувая губы, сказала Волк. = Ты везде спать можешь. А мне вот не спалось, да ещё и… море, бе!
- Ну-ну, ничего. Скоро сойдём на землю – будет тебе счастье. Как там Сэм?
= Да как обычно, - ответила девушка. = Сказал будет готов к нужному времени.
- Аааах, - протянула Кафка, задумчиво постукивая пальцем по скуле. – Его «нужное время»… Ну ладно, пути его одной судьбе известны.
= Ладно, - отлипая от стены сказала Волк. = Пойду соберу вещи, хочу сойти в первых рядах. И ты не задерживайся.
Женщина кивнула и уже через несколько секунд снова осталась в одиночестве. Собрать вещи – хорошее дело, полезное. И вот Кафка в очередной раз перед шкафом, в раздумьях. Нет, не о том, что взять, а что оставить – она возьмёт всё, скорее в каком порядке. Наклонившись, Дозорная подняла за ручку футляр, внутри которого томилась скрипка. Пришлось приподнять ногу, дабы опереть чехол о переднюю часть бедра, открыть замки и вытащить сам инструмент и смычок. Мягко опустив футляр на пол, используя одну из своих тончайших нитей, женщина прижала скрипку к шее, прижимая корпус подбородком. Опустив смычок на струны, она сыграла несколько нот, покачиваясь на сей раз в такт музыке хоть и никому, кроме неё не слышимой, но вполне реальной.
- Я уже и сама себе скрипка… Да вот настоящую те струны не заменят.
«И ты не задерживайся»
Кафка рассмеялась, дивясь собственной рассеянности. Больше тянуть она себе позволить не могла. Вернув инструмент туда, где ему быть и положено, женщина надела свой чёрный плащ с надписью «Справедливость», небольшой рюкзак с вещами повесила на одно плечо, беря футляр со скрипкой под другую руку, а ножны с катаной закрепляя на поясе при помощи своих нитей. На этом всё, а потому Дозорная со спокойным сердцем покинула каюту, прощаясь с ней навсегда.
Когда Коммандер спустилась по трапу, Волк уже ждала её, причём делала это с таким лицом, будто ждёт тут уже несколько часов, а не несколько минут. Кафка сунула в руки своей подчинённой, на что та ответила недовольным вздохом, но все же инструмент не был выброшен, дабы скрыться в морской пучине.
- Будь так добра – выясни прибыл ли Вице-Адмирал Стеинлесс.
= А ты не говорила, что у нас встреча…
- Не у нас. У меня.
= Ох, меня не позвали? – с обидой в голосе спросила Волк. = Пф, не больно-то и хотелось…
- Можешь подслушать, если тебе это так важно.
= Так и собиралась сделать!
Местная база Морского Дозора точно не была из списка самых крупных. Несколько зданий, разместившихся в небольшом углублении в Рэд Лайн, огороженные некогда белой стеной, что приняла красноватый оттенок из-за близости с красящей породы. Кафка и Волк, в компании ещё пары десятка солдат, сошедших с корабля, прошли через деревеньку и оказались перед мощными стальными воротами. Оценив прибывших, часовой отдал приказ и массивные створки распахнулись, пуская новоприбывших внутрь. Отправив серебряноволосую на разведку ситуации, Кафка со всеми своими вещами уселась на скамеечку у одного из зданий.
- Лишь немного подождать…
«И ты не задерживайся»
Кафка рассмеялась, дивясь собственной рассеянности. Больше тянуть она себе позволить не могла. Вернув инструмент туда, где ему быть и положено, женщина надела свой чёрный плащ с надписью «Справедливость», небольшой рюкзак с вещами повесила на одно плечо, беря футляр со скрипкой под другую руку, а ножны с катаной закрепляя на поясе при помощи своих нитей. На этом всё, а потому Дозорная со спокойным сердцем покинула каюту, прощаясь с ней навсегда.
Когда Коммандер спустилась по трапу, Волк уже ждала её, причём делала это с таким лицом, будто ждёт тут уже несколько часов, а не несколько минут. Кафка сунула в руки своей подчинённой, на что та ответила недовольным вздохом, но все же инструмент не был выброшен, дабы скрыться в морской пучине.
- Будь так добра – выясни прибыл ли Вице-Адмирал Стеинлесс.
= А ты не говорила, что у нас встреча…
- Не у нас. У меня.
= Ох, меня не позвали? – с обидой в голосе спросила Волк. = Пф, не больно-то и хотелось…
- Можешь подслушать, если тебе это так важно.
= Так и собиралась сделать!
Местная база Морского Дозора точно не была из списка самых крупных. Несколько зданий, разместившихся в небольшом углублении в Рэд Лайн, огороженные некогда белой стеной, что приняла красноватый оттенок из-за близости с красящей породы. Кафка и Волк, в компании ещё пары десятка солдат, сошедших с корабля, прошли через деревеньку и оказались перед мощными стальными воротами. Оценив прибывших, часовой отдал приказ и массивные створки распахнулись, пуская новоприбывших внутрь. Отправив серебряноволосую на разведку ситуации, Кафка со всеми своими вещами уселась на скамеечку у одного из зданий.
- Лишь немного подождать…
Приключение Серебряного Волка.
А куда же именно направилась тем временем Волк? Оставив Кафку витать в облаках, девушка завалилась прямиком в самое крупное здание всей базы. Если где и искать Вице-Адмирала или какую-либо информацию о нём, то как не здесь.
Внутри было людно – все новоприбывшие, кроме Кафки, направились сразу в расположенный здесь пункт записи, дабы поставить отметку и попасть в списки проживающих на базе. Старая добрая бюрократия, без которой невозможно существование столь многочисленной организации как Морской Дозора. Всё ещё довольно неповоротливой, но свою роль выполняющей. Насколько на это хватает сил. Но вернёмся к нашим бедам. Очередь тянулась от самых дверей – очередь, в которой Серебряный Волк стоять уж точно не собиралась.
«Я тут на часы застряну!»
Благо худоба и невысокий рост уже не в первый раз выручили девушку. Кое-как она смогла протиснуться сквозь толпу, для чего пришлось кое-как проталкивать себя между другими людьми, а иногда просто проныривать у них между ног. Но своего Волка добилась – оказалась у стройки регистрации, за ней стоял усатый мужчина в сером плаще, опрашивающий прибывших, а рядом сидела на стуле средних лет женщина, вооружённая ручкой – она записывала все ответы на вопросы, которые задаст её коллега. Записывала в большую гостевую книгу с твёрдой обложкой красного цвета. Волку пришлось подпрыгнуть и перевеситься через стойку, буквально ложась на неё, дабы заглянуть в записи.
= Я могу... вам чем-то помочь? – спросил несколько опешивший от подобной наглости усач.
Ответила на вопрос девушка не сразу. Да и обратила внимание на что-то вокруг она только тогда как женщина прикрыла рукой записи, которые с таким интересом разглядывала Волк.
- Можно и не прятать... Одни рядовые, да сержанты и лейтенанты!
= А кто вы такая?
- Дозорная, сюда, насколько я поняла, никого кроме не пускают.
Стоит сказать, что другим солдатам в очереди тоже не нравилось. А потому вызванная серебряноволосой задержка отозвалась недовольством в толпе, что нарастало с каждым мгновением и каждой новой фразой Волка.
= Что-то я вас тут раньше не видел.
- Только что прибыла. С Кафкой. Она сказала разузнать, здесь ли Стреинлесс. Вице-Адмирал.
= Я знаю, кто это такой... Но все ещё не знаю, кто ты!
- А. Серебряный Волк, приятно познакомиться! Боюсь только я тут сильно задержалась!
На что же решилась девушка, после такого заявления? На поступок столь очевидный, но всё ещё тяжело ожидаемый от носящего гордое звание Морского Дозорного, что поверить в него не могли до самого момент, как он случился, а затем ещё и несколько секунд позже. Снова подпрыгнув, залезая на стойку ещё сильнее, Серебряный Волк дотянулась до гостевой книги, вырвала ещё и под всё ещё лежащей на ней руки делопроизводителя, а затем рванула наутёк. Ошалевшая от подобной наглости очередь не стала большой помехой, а потому воровка смогла вырваться на улицу... Где её сразу же схватили за капюшон её кофты, поднимая над землёй. Это Волка явно не устраивала, а потому она вытащила пистолет, что хранился за поясом и наставила на обидчика.
А куда же именно направилась тем временем Волк? Оставив Кафку витать в облаках, девушка завалилась прямиком в самое крупное здание всей базы. Если где и искать Вице-Адмирала или какую-либо информацию о нём, то как не здесь.
Внутри было людно – все новоприбывшие, кроме Кафки, направились сразу в расположенный здесь пункт записи, дабы поставить отметку и попасть в списки проживающих на базе. Старая добрая бюрократия, без которой невозможно существование столь многочисленной организации как Морской Дозора. Всё ещё довольно неповоротливой, но свою роль выполняющей. Насколько на это хватает сил. Но вернёмся к нашим бедам. Очередь тянулась от самых дверей – очередь, в которой Серебряный Волк стоять уж точно не собиралась.
«Я тут на часы застряну!»
Благо худоба и невысокий рост уже не в первый раз выручили девушку. Кое-как она смогла протиснуться сквозь толпу, для чего пришлось кое-как проталкивать себя между другими людьми, а иногда просто проныривать у них между ног. Но своего Волка добилась – оказалась у стройки регистрации, за ней стоял усатый мужчина в сером плаще, опрашивающий прибывших, а рядом сидела на стуле средних лет женщина, вооружённая ручкой – она записывала все ответы на вопросы, которые задаст её коллега. Записывала в большую гостевую книгу с твёрдой обложкой красного цвета. Волку пришлось подпрыгнуть и перевеситься через стойку, буквально ложась на неё, дабы заглянуть в записи.
= Я могу... вам чем-то помочь? – спросил несколько опешивший от подобной наглости усач.
Ответила на вопрос девушка не сразу. Да и обратила внимание на что-то вокруг она только тогда как женщина прикрыла рукой записи, которые с таким интересом разглядывала Волк.
- Можно и не прятать... Одни рядовые, да сержанты и лейтенанты!
= А кто вы такая?
- Дозорная, сюда, насколько я поняла, никого кроме не пускают.
Стоит сказать, что другим солдатам в очереди тоже не нравилось. А потому вызванная серебряноволосой задержка отозвалась недовольством в толпе, что нарастало с каждым мгновением и каждой новой фразой Волка.
= Что-то я вас тут раньше не видел.
- Только что прибыла. С Кафкой. Она сказала разузнать, здесь ли Стреинлесс. Вице-Адмирал.
= Я знаю, кто это такой... Но все ещё не знаю, кто ты!
- А. Серебряный Волк, приятно познакомиться! Боюсь только я тут сильно задержалась!
На что же решилась девушка, после такого заявления? На поступок столь очевидный, но всё ещё тяжело ожидаемый от носящего гордое звание Морского Дозорного, что поверить в него не могли до самого момент, как он случился, а затем ещё и несколько секунд позже. Снова подпрыгнув, залезая на стойку ещё сильнее, Серебряный Волк дотянулась до гостевой книги, вырвала ещё и под всё ещё лежащей на ней руки делопроизводителя, а затем рванула наутёк. Ошалевшая от подобной наглости очередь не стала большой помехой, а потому воровка смогла вырваться на улицу... Где её сразу же схватили за капюшон её кофты, поднимая над землёй. Это Волка явно не устраивала, а потому она вытащила пистолет, что хранился за поясом и наставила на обидчика.
- Ах... Я только на секунду закрыла глаза, а ты уже наделала дел, - медленно сказала Кафка, опуская глаза вниз. Дуло пистолета смотрело прямо ей в лицо, однако сей факт явно ни в коей мере не смущал женщину. Она улыбнулась, наклоняя голову. – И что это ты такое стянула?
Следом выбежал и тот усатый офицер в плаще, а также двое вооружённых солдат. Увидев, что беглянку поймали, Дозорный облегчённо выдохнул, а его спутники опустили оружие. Однако поняв, что лица спасителя ситуации он не знает, мужчина снова насторожился.
= Спасибо за поимку вора. А вы...
- Моё имя Кафка. Коммандер, - приставив два пальца ко лбу, она отдала эдакое воинское приветствие, а затем сложила руки на животе. - А эта девушка под моим командованием. И под моей ответственностью.
Офицер хотел тут же выказать своё недовольство, однако невинно-виноватый взгляд Кафки заставил его смутиться, передавая инициативу в руки женщины.
- Прошу прощения за этот инцидент, - сказала она, опуская Волка на землю. Движением руки Кафка повелела передать украденную книгу ей, что серебряноволосая сразу же и сделала. Надпись на обложке «журнал поступающих в гарнизон» заставила женщину расстроенно покачать головой. – Вице-адмирал не станет записываться здесь. Пожалуйста, Серебряный Волк, верни журнал этому человеку.
= Пфф, - недовольно выдавила Волк. = Как скажешь!
Забрав свой трофей, девушка передала его офицеру, буквально прожигая его взглядом своих серых глаз.
- Спасибо. И вам тоже, надеюсь это недопонимание не станет ничьей проблемой в будущем, - сказала Кафка, сменяя жалобную невинность на улыбку благодарности. – И всё же... Прибыл ли уже Вице-адмирал Стеинлесс? У меня с ним назначена здесь встреча.
= Боюсь, вам предстоит подождать, - ответил мужчина в плаще. - Я, кстати, Лейтенант-коммандер Кроу.
- Приятно познакомиться, - кокетливо улыбнувшись, ответила Кафка. – И спасибо за информацию.
= В том здании – Кроу указал на двухэтажный дом. = Есть гостевые комнаты, вы можете остановиться и оставить вещи там.
- Ох, огромное спасибо за подсказку! Идём, Серебряный Волк.
Не забыв забрать свои вещи, что всё это время ждали на скамеечке, нарушительница спокойствия и её начальства проследовали в гостиницу. Там они сняли комнату на втором этаже, где и оказались, поднявшись по винтовой лестнице.
= Он сам меня вынудил! Зануда.
- Понимаю, понимаю. Я тебя не виню.
= Правда?
- Правда. Разве что ты стянула то, что нам бы не помогло.
= Ошибочка вышла...
- Ну да ладно, не бери в голову. Мы обе знаем, как тяжело подчас следовать правилам.
Уместившись в кресле, что стояло в углу комнаты, у окна, Кафка откинулась на спинку и закинула ногу на ногу.
- И всё же... Всегда делать что вздумается мы не сможем. Нужно держаться рамок.
Волк кивнула, смотря в окно, из которого открывался вид на уходящий далеко в небо Рэд Лайн.
- Или не оставлять свидетелей.
Следом выбежал и тот усатый офицер в плаще, а также двое вооружённых солдат. Увидев, что беглянку поймали, Дозорный облегчённо выдохнул, а его спутники опустили оружие. Однако поняв, что лица спасителя ситуации он не знает, мужчина снова насторожился.
= Спасибо за поимку вора. А вы...
- Моё имя Кафка. Коммандер, - приставив два пальца ко лбу, она отдала эдакое воинское приветствие, а затем сложила руки на животе. - А эта девушка под моим командованием. И под моей ответственностью.
Офицер хотел тут же выказать своё недовольство, однако невинно-виноватый взгляд Кафки заставил его смутиться, передавая инициативу в руки женщины.
- Прошу прощения за этот инцидент, - сказала она, опуская Волка на землю. Движением руки Кафка повелела передать украденную книгу ей, что серебряноволосая сразу же и сделала. Надпись на обложке «журнал поступающих в гарнизон» заставила женщину расстроенно покачать головой. – Вице-адмирал не станет записываться здесь. Пожалуйста, Серебряный Волк, верни журнал этому человеку.
= Пфф, - недовольно выдавила Волк. = Как скажешь!
Забрав свой трофей, девушка передала его офицеру, буквально прожигая его взглядом своих серых глаз.
- Спасибо. И вам тоже, надеюсь это недопонимание не станет ничьей проблемой в будущем, - сказала Кафка, сменяя жалобную невинность на улыбку благодарности. – И всё же... Прибыл ли уже Вице-адмирал Стеинлесс? У меня с ним назначена здесь встреча.
= Боюсь, вам предстоит подождать, - ответил мужчина в плаще. - Я, кстати, Лейтенант-коммандер Кроу.
- Приятно познакомиться, - кокетливо улыбнувшись, ответила Кафка. – И спасибо за информацию.
= В том здании – Кроу указал на двухэтажный дом. = Есть гостевые комнаты, вы можете остановиться и оставить вещи там.
- Ох, огромное спасибо за подсказку! Идём, Серебряный Волк.
Не забыв забрать свои вещи, что всё это время ждали на скамеечке, нарушительница спокойствия и её начальства проследовали в гостиницу. Там они сняли комнату на втором этаже, где и оказались, поднявшись по винтовой лестнице.
= Он сам меня вынудил! Зануда.
- Понимаю, понимаю. Я тебя не виню.
= Правда?
- Правда. Разве что ты стянула то, что нам бы не помогло.
= Ошибочка вышла...
- Ну да ладно, не бери в голову. Мы обе знаем, как тяжело подчас следовать правилам.
Уместившись в кресле, что стояло в углу комнаты, у окна, Кафка откинулась на спинку и закинула ногу на ногу.
- И всё же... Всегда делать что вздумается мы не сможем. Нужно держаться рамок.
Волк кивнула, смотря в окно, из которого открывался вид на уходящий далеко в небо Рэд Лайн.
- Или не оставлять свидетелей.
Безоблачный день, что встречал лишь приятным и теплым бризом очередной корабль Морского Дозора, неспешно рассекавшим волны близ Ред Лайна. Оный, как и тот, что прибыл парой часов ранее, выплыл из беззвучных вод Калм Белт. Их путь прежде был отнюдь не схож, несмотря на конечную точку прибытия, а сам корабль относился к классу массивных галеонов, что ответственно выполняли свою роль на службе флота. Корабль поспел проделать немалый путь и последней отправной точкой был Маринфорд - одна из ключевых баз Дозора. Та самая, уже поныне восстановленная, локация, где всего-то два года назад произошло эпохальное событие - битва, что изменила будущее этого мира и положила начало новой эры. Которую, между тем, уже устремилась окончить одна скромная персона, затаившаяся у носовой фигуры приближающего корабля. Она тихо, не издавая и шороху, наблюдала за массивными скалами, что уже виднелись на горизонте, попутно погружаясь в свои безграничные мысли, освятив собственное сознание каплями сомнения и недоверия. Юной девушке, что на вид не было и шестнадцати, пришлось испытать за последние пару дней и страх, и тревогу, и восторг, и даже восторг. Виною тому, как ни странно, была вовсе не она сама или же её действия. Катализатором к столь бурным переменам была верхушки, частью иерархии которой она была на добровольных началах. События, терзавшие её, имели весьма неоднозначное начало - приказ, при котором миловидное дарование Морского Дозора была вынуждена отправиться на один из неизвестных ей островов. Тех клочков земли, что казались, и вовсе не изучены, не открыты миру или же забыты под влиянием времени. Недоумение - первое, что ощутила сребровласая девушка, бегло осматривавшая письменный вид приказа зеленоватыми глазами. Не было ни объяснений, ни причин, ни четких указаний последующих действий. И поди от того сомнениями и недоверием наполнился разум не слишком застенчивой соратницы нашей героини - Юбель. Зеленоволосая и местами бестактная девушка, отчетливо понимавшая громкую недосказанность грядущей миссии. Именно она вскружила голову, напоив теми же эмоциями молодую девушку, которая, будучи в окружении высших чинов, - что и доставили указание, - банально не имела даже возможности ослушаться или откинуть скептичные вопросы. С того момента корабль отправился вплавь к загадочному месту.
Не поспело пройти и суток, как знакомое "пулюм-пулюм" сорвало угрюмую тишину с капитанскою каюты галеона, а голос по ту сторону связи донес новый приказ. Тот самый, который в последствии заставит лишь еще больше усомниться в благочестии и здравости происходящего - повышение. И указание отправиться на Мыс Гранд Лайн. Чудное известие, что добавило спонтанных и нелепых пестрых красок на пейзаж той картины, которую непроизвольно рисовала для себя Беатрис - именно так звали ту, кто отныне носила гордое звание Коммандер. Заслужила ли она его? Произошла какая-то ошибка? Попытки узнать больше деталей у тех, кто сопровождал её - были тщетны. Оставляя сребровласую дамочку без ответов, корабль заплыл в гавань Маринфорда - не из очередных непредвиденных перемен, а как закономерный исход и необходимость. Восполнить провиант, сменить состав и команду, где отныне не было никаких хмурых вице-адмиралов, с их презрительными взглядами и осуждением, которые ловила на себе Беатрис во время краткого путешествия и которые, к слову, оставляла без ответа. Наверное, именно с тех пор она могла выдохнуть с некоторым облегчением и отсутствием тяжелой ноши, что нависла над её шеей. Так и чувствовалась подвисшая гильотина, что вот - вот отрубит ей голову.
Всего один день - столько ей дали, дабы она могла перевести дух от нескончаемых путешествий по бескрайним морским просторам. А затем... Затем, как и ожидалось, путь этого корабля действительно выбрал своим курсом мыс Гранд Лайн. Удивительное место, о котором она слышала лишь из уст других. Будучи далекой от навигаторского дела, она даже не заинтересовалась тем, каким же образом корабль смог найти тот остров, клочок суши, который находился близ водопада. Впрочем, так ли это важно?
Не поспело пройти и суток, как знакомое "пулюм-пулюм" сорвало угрюмую тишину с капитанскою каюты галеона, а голос по ту сторону связи донес новый приказ. Тот самый, который в последствии заставит лишь еще больше усомниться в благочестии и здравости происходящего - повышение. И указание отправиться на Мыс Гранд Лайн. Чудное известие, что добавило спонтанных и нелепых пестрых красок на пейзаж той картины, которую непроизвольно рисовала для себя Беатрис - именно так звали ту, кто отныне носила гордое звание Коммандер. Заслужила ли она его? Произошла какая-то ошибка? Попытки узнать больше деталей у тех, кто сопровождал её - были тщетны. Оставляя сребровласую дамочку без ответов, корабль заплыл в гавань Маринфорда - не из очередных непредвиденных перемен, а как закономерный исход и необходимость. Восполнить провиант, сменить состав и команду, где отныне не было никаких хмурых вице-адмиралов, с их презрительными взглядами и осуждением, которые ловила на себе Беатрис во время краткого путешествия и которые, к слову, оставляла без ответа. Наверное, именно с тех пор она могла выдохнуть с некоторым облегчением и отсутствием тяжелой ноши, что нависла над её шеей. Так и чувствовалась подвисшая гильотина, что вот - вот отрубит ей голову.
Всего один день - столько ей дали, дабы она могла перевести дух от нескончаемых путешествий по бескрайним морским просторам. А затем... Затем, как и ожидалось, путь этого корабля действительно выбрал своим курсом мыс Гранд Лайн. Удивительное место, о котором она слышала лишь из уст других. Будучи далекой от навигаторского дела, она даже не заинтересовалась тем, каким же образом корабль смог найти тот остров, клочок суши, который находился близ водопада. Впрочем, так ли это важно?
Солнце, уже под для как скрылось за Рэд Лайн, а на небе стали появляться звёзды, когда корабль Вице-Адмирала наконец-то пришвартовался у мыса Гранд-лайн. Стеинлесс не собирался задержаться здесь на долго - кроме встречи с Кафкой у него была ещё целая куча дел, а дела эти довольно далеко от этих мест, потому ещё плыть и плыть. Морской Дозорный взял с собой лишь двоих - женщину «в самом соку» капитана Рин, да довольно молодого парня с длинными светлыми волосами - Коммандера Шейна. Все трое быстро оставили деревеньку позади и попали на базу - им ворота открыли без каких-либо промедлений, несмотря на поздний час. Кафке о том, что тот, кого она ждёт и ради кого устроила переполох Волк, заранее не сообщили, но судьба всё сделала сама. В тот момент, когда Вице-Адмирал оказался во внутреннем дворе, женщина прохлаждалась на скамеечке там же - закинув одну ногу наверх и уперевшись в своё же колено, она хрустела какой-то печенюшкой, выделенной ей, среди прочих продуктов, в качестве суточного пайка.
- Не вкусно, - недовольно прошептала она, поднимая глаза прямо на Стеинлесса. Женщина знала, как выглядит её начальник - видела фото. А даже если бы и не знала, то точно бы поняла, что это какая-то шишка, учитывая то, как все отдавали ему честь и расступались на пути. - Я уже заждалась.
Едой разбрасываться, конечно, грешно, но Кафка всё же выкинула недоеденное печенье за скамейку, поднявшись со скамейки. Вытащив из кармана шорт белый платок, она вытерла из крошки с губ, дабы предстать перед Вице-Адмиралом во всей красе.
- Доброго вечера и здравия желаю, - поприветствовала Дозорная начальника и его немногочисленную свиту. Она встала у них на пути и, приложив указательный и средний пальцы ко лбу, салютовала коллегам. - Моё имя Кафка. У нас с вами встреча.
Кафка была явно ниже Стеинлесса что по росту - дышала ему в грудь, или даже в пупок, что по положение в иерархии Морского Дозора. И всё же она не выглядела на фоне его маленькой, гордо стоя с выпрямленной спиной и чуть повернув таз. В её глазах была уверенность в себе, но от кокетства и заигрываний она решила на сей раз отказаться.
= Приятно познакомиться, - серьёзно и без какого-либо подтекста ответил Вице-Адмирал после небольшой задержки - несколько он оценивал подчинённую, что предстала перед ним впервые. = Прошу меня извинить, времени у меня особо нет, потому предлагаю сразу перейти к сути. Не посреди улицы, конечно.
- Хорошо, - ответила Кафка, прищуриваясь и склоняя голову набок.
«Так-так, не хочет говорить при посторонних ушах. Вечер перестаёт быть томным»
- Я думаю, что в регистратуре главного здания уже никого нет. Это там.
Указав кивком на тот-самый дом, Коммандер повела остальных. Самолично открыв двери, она завела всех внутрь, где их ждали лишь двое вооружённых солдат – уже не те, что бегали за Серебряным Волком, а сменивших их постовые. Завидев Вице-Адмирала и его компанию, оба вытянулись по стойке смирно, отдавая воинское приветствие, приложив руку ко лбу.
= Вечер добрый, - начал Стеинлесс, уперев кулак в бок. = Будьте так добры – оставьте нас минут на десять. У нас срочный и приватный разговор.
Пререкаться постовые не стали. Стерегли они ни великое сокровище, а лишь холл, да и с чего бы вдруг им не доверять целым четырём офицерам? Рин и Шейн уместились на диванчике, тогда как Вице-Адмирал и Кафка остались стоять рядом.
- Не вкусно, - недовольно прошептала она, поднимая глаза прямо на Стеинлесса. Женщина знала, как выглядит её начальник - видела фото. А даже если бы и не знала, то точно бы поняла, что это какая-то шишка, учитывая то, как все отдавали ему честь и расступались на пути. - Я уже заждалась.
Едой разбрасываться, конечно, грешно, но Кафка всё же выкинула недоеденное печенье за скамейку, поднявшись со скамейки. Вытащив из кармана шорт белый платок, она вытерла из крошки с губ, дабы предстать перед Вице-Адмиралом во всей красе.
- Доброго вечера и здравия желаю, - поприветствовала Дозорная начальника и его немногочисленную свиту. Она встала у них на пути и, приложив указательный и средний пальцы ко лбу, салютовала коллегам. - Моё имя Кафка. У нас с вами встреча.
Кафка была явно ниже Стеинлесса что по росту - дышала ему в грудь, или даже в пупок, что по положение в иерархии Морского Дозора. И всё же она не выглядела на фоне его маленькой, гордо стоя с выпрямленной спиной и чуть повернув таз. В её глазах была уверенность в себе, но от кокетства и заигрываний она решила на сей раз отказаться.
= Приятно познакомиться, - серьёзно и без какого-либо подтекста ответил Вице-Адмирал после небольшой задержки - несколько он оценивал подчинённую, что предстала перед ним впервые. = Прошу меня извинить, времени у меня особо нет, потому предлагаю сразу перейти к сути. Не посреди улицы, конечно.
- Хорошо, - ответила Кафка, прищуриваясь и склоняя голову набок.
«Так-так, не хочет говорить при посторонних ушах. Вечер перестаёт быть томным»
- Я думаю, что в регистратуре главного здания уже никого нет. Это там.
Указав кивком на тот-самый дом, Коммандер повела остальных. Самолично открыв двери, она завела всех внутрь, где их ждали лишь двое вооружённых солдат – уже не те, что бегали за Серебряным Волком, а сменивших их постовые. Завидев Вице-Адмирала и его компанию, оба вытянулись по стойке смирно, отдавая воинское приветствие, приложив руку ко лбу.
= Вечер добрый, - начал Стеинлесс, уперев кулак в бок. = Будьте так добры – оставьте нас минут на десять. У нас срочный и приватный разговор.
Пререкаться постовые не стали. Стерегли они ни великое сокровище, а лишь холл, да и с чего бы вдруг им не доверять целым четырём офицерам? Рин и Шейн уместились на диванчике, тогда как Вице-Адмирал и Кафка остались стоять рядом.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)