[Саус Блю] Батерилла

Джонни проводил время весьма заурядно - он просто сидел на улице, протянув перед собой кружку и ожидая, чтобы хоть кто-то подошел и положил ему монетку другую или хотя бы кусочек хлеба. Его желание что-то делать и зарабатывать деньги неминуемо разбивалось об угрозы бандитов, контролирующие некоторую часть рынка этого города. У него было 50 000, накопленных упорным трудом и профессией "поберушки". Его не брали на нормальную работу, так как Джонни обязательно бы привел за собой хвост в виде все тех же бандитов. А дозору просто не интересно дело бродяги, который как-то насолил бандитам, о которых они ничего не знают и которые не имеют, казалось бы, никого веса. Но Джонни желал,чтобы справедливость восторжествовала и покарала этих, хоть и весьма мелких, но всех же разбойниках, зарабатывающие на чужом горе в лице попрошаек и некоторых торговцев, не способных постоять за себя.
Собрав свои немногочисленные пожитки, в виде небольшой сумки с своеобразным набором путешественника, свои "кровные", отряхнув одежду, легкой, но одновременно весьма решительной походкой отправился в сторону ближайшего бара, в надежде найти человека или группу людей, готовых за его сбережения помочь ему в поимке этих преступников.
Придя в местный бар, который находился в центре города, не по далеку от нескольких весьма видных мастерских, продающих великолепные клинки, он уселся за свободный столик и стал высматривать подходящих и готовых за такие деньги, как 50 000 белли, людей для этого нелегкого дела

[id216866752:bp-36291248_225055|Лидия],

Джон удивился не меньше от ответа девушки, чем сама зверолюдка, узнавшая о существовании разных сортов чая. На мгновение замерев, он с изумлением взглянул на нее через левое плечо, после чего вернул взгляд на чайник, который набрал ранее водой из кувшина. Подвесив его над костром, брюнет выдохнул, пытаясь отстранить негативные мысли.

«Насколько же рано ее поймали?» — Поймав себя на этой мысли, Джонатан медленно поднялся, отстраняясь от костра. Уайт неторопливой походкой зашел в дом, пробормотав что-то невнятное, отстраненно напоминающее знаковую фразу "подожди здесь" и маховым движением кисти указал девушке, что скоро вернется. Пройдя через порог, он стянул полотенце с своей шеи, вешая ее на крючок. Уже пройдя на кухню, он поймал себя на мысли, что забыл верхнюю одежду на камне, от чего из скривившейся в недовольстве морды доносилось раздраженное мычание, походившее на рык.

«Я слишком рассеянный в последнее время... Так и до деменции недалеко.» — Поймав депрессивные нотки, брюнет рассеянно потрепал свои волосы на затылке, приближаясь к верхним ящикам в кухне. Раскрыв их настежь, Джонатан провел по полкам взглядом, с самых низких до самых высоких, задирая свою голову. На удивление, здесь было все, как будто кто-то нарочито оставил это для заблудшего убийцы.

— А вот турку зажали. — Уже вслух сетовал Джон, в конечном счете доставая железную банку с листовым чаем. Это был, пожалуй, самый прогревающий чай, который только знал юноша. В нем были, как приятные нотки от сушенного манго и легкая перчинка от перца чили. Какой был чай по итогу, черный или красный, Джонатан к сожалению не знал. Вернее, не помнил, чего не скажешь о самом вкусе. Было достаточно открыть жестяную крышку и махнуть ладонью к лицу, чтобы проникнуться запахом.

— Не знаю, как у тебя с сахаром, но если что, есть рафенад. — В скором времени Джон вернулся. Он вышел в еще одной кофте, держа в руках банку листового чая, два граненных стакана в жестяном каркасе с ручкой. Последние висели на указательном и среднем пальцы, как на крючках для сушки. Устроившись на бревне, он отложил стаканы в сторону, чтобы открыть крышку чайника и высыпать туда немного содержимого из банки. — Ну, а пока он заваривается. Может наконец-то расскажешь? Ну, о своем прошлом. —

[id58801583:bp-36291248_223408|Валерия],

Сёкудайкири выдавил из себя улыбку когда увидел как девушка возвращается к нему, все таки она не ушла и не бросила его и это было приятно, даже не смотря на боль и слабость что окутывали его тело, мужчина мог думать только о ней в этот момент. Возможно это было глупо, но он не мог поверить в то что Оливия так просто уйдет от него, и до последнего верил что она вернется и именно поэтому так улыбался когда она все же вернулась и начала помогать ему с его раной.
- И я тебя люблю Оливия, и я понимаю что ты не хотела сделать мне больно, так что не стоит тебе извиняться. Я сам виноват что пострадал в бою с казалось бы таким простым противником... А ты молодец, расправилась с их Капитаном, и мне пришлось лишь немного тебе помочь. Вон уже и нами спешат сюда.. скоро будем уже отдыхать на своем корабле, попивая коктейли и забывая этот чертов остров как плохой сон. - Сёку кивнул в сторону спешивших в их направлении дозорных и прикрыл глаза, погружаясь в теплое ощущение свободы и прижимающейся к нему Оливии, которая уже немало помогла ему. Через какое-то время Сёку на носилках вынесли с поле боя, и после короткого доклада от Оливии, их отпустили. Когда они уплывали с острова, дозорные ещё добивали остатки пиратов в городе, однако те уже не представляли опасности для них и поэтому дело было сделано, а путь наших героев лежал в штаб, дабы доложить Контр-Адмиралу о выполнении задания.

--Переход

Ланселот (https://vk.ru/id202552723),

-Все закончилось, давай просто забудем об этом. Сейчас не это главное, важнее всего твои раны. Поэтому успокойся и постарайся не тратить силы на разговоры. Пока не придут дозорные я посижу с тобой рядом и буду просто тебя согревать. - Ждать пришлось не долго. Белые плащи оперативно все сделали. Оливии даже не пришлось их чему-то учить, они все делали быстро и правильно, стараясь не навредить еще больше раненному мужчине. Наконец-то операция была закончена и они действительно могли отдохнуть немного от всех этих дел и борьбу за справедливость. Каждый мой персонаж мечтает просто побатониться на солнышке на белоснежном пляже, но ввязываются в опасные приключения. Какой тут отдых.

Переход —-> Штаб

[id579566779:bp-36291248_225123|Ish'ilah],

Пока мужчина решался отойти за чаем, Шая присела рядом с костром и начала наблюдать за чайником. Находилась в рабстве она действительно давно. Но при этом не отставала от настоящего времени, ведь благодаря слугам о многом узнала. Однако различие чаев для неё было, правда, удивительно.
— Угу. — Кивнула она, когда Уайт окончательно ушел, пробормотав себе под нос фразу в её сторону. Слух у девушки был острый, поэтому даже такое ей удалось услышать, а также элементарное его передвижение по дому и постукивание железными банками. Опять мужчина что-то сказал, что не совсем было для неё понятно... Почесав затылок, Момо вздохнула, поворачивая голову в сторону дома. Уайт как раз уже направлялся к ней.
— Рафинад? — Переспросила она, изобразив вопросительную моську. — Если это что-то сладкое, то буду. — Хмыкнула она. Теперь точно можно было сделать вывод, что зверолюдка любила сладкое. Мужчина присел рядом на бревно и, разложившись, решил поинтересоваться жизнью Шаи.
— Что? — Будто не услышав вопроса, она опустила голову и погрузилась в свои мысли. Прошлое... Жизнь в рабстве с тех времен, как она помнит. Кто она и какая цель в жизни... Для чего всё это?
Спустя несколько секунд Момо махнула головой и вновь посмотрела на Уайта.
— Мы с тобой не друзья, чтобы я тут душу раскрывала. Что тебе интересно от того, кто всю жизнь был в рабстве? Думаешь, что я там была любима? Даже учитывая, что я была ЕГО главной и дорогой игрушкой, Джейми не относился ко мне с заботой и беспокойством. Его люди постоянно издевались надо мной... По его прихоти и настроению. — Закусив нижнюю губу, она поднялась и отошла в сторону. Вспоминать самый ужасный период жизни было самым сложным. Тем более та мнимая история с побегом.
— Из-за него я больше никогда не смогу взлететь. — Уже более твердо добавила Шая, намекая на то, что лишена крыла именно из-за этого человека. Поэтому она должна убить его собственноручно. Оборвать ему жизнь, как он когда-то ей.

[id216866752:bp-36291248_225499|Лидия],

Джон уже некоторое время наблюдает за Момо, но все еще не перестает удивляться скачками ее настроения. Сначала по поведя себя, как подросток, который только-только познавал этот мир, она по итогу согласилась на несколько кусочков сахара в свою чашку. Уже после ответа, Джон вздохнул, слегка растягивая оное действие, показывая не столько тяжесть, сколько надоевшей зацикленности его передвижения в последние несколько минут. Выполнил задачу - молодец, а теперь обратно на исходную точку. Все это выглядело, как извращенный алгоритм, по которому после выполнения каждого действия Уайт должен был возвращаться в дом, и чем больше он задумывался над этим, тем больше сие действо напоминало издевку бога.

— Спрессованный сахар... — Отвлеченно произнес он, прежде чем вновь подняться в дом. На сей раз, он уже собирался заранее взять с собой сумку, с которой планировал отправится в город. Ну, знаете. Кошелек, расческа, кулек семечек, брикет С4, план особняка, карта острова, ключи от сейфа, отмычка и, как вишенка на торте - пачка сигарет с зажигалкой. Когда же он уже обратил внимание на девушку, полноценно переводя не только взгляд, но и все свое внимание на нее, Джонатан подметил одну интересную особенность женского мышления.

«Она же вроде отказалась говорить о прошлом?» — Наемник то уже был готов принять эту новость, как данность. Ему не сильно хотелось вникать в прошлое девушки, просто было желание поддержать разговор, а может подметить для себя какие-то моменты. Озвучивать свое недопонимание он не стал, молча кивнув, прикрывая свои глаза.

— Я ничего не думаю. — Ответил он, поднимаясь с бревна упором рук в колени. Обратив внимание на ее спину, Джон покривил лицо, все еще не до конца понимая, что за чудо-юдо перед ним восседает. — С крылом плохо вышло. Но не думаю, что это нельзя исправить. — Мужчина расслаблено пожал плечами и неспешной походкой двинулся в сторону дома. Опять. И уже в пути, говорил. — В любом случае, ты послаще хотела... Сейчас принесу рафинад. И не только. —

Что имел ввиду Джон? Ничего особенного, просто для него, в мире где ты можешь превращаться в огромного плотоядного ящера, обращаться стихийной катастрофой или рубить на части судно, обходясь исключительно мастерством, восстановление крыла - вопрос, скорее, времени, нежели возможности. Вернувшись в дом, он провел некоторое время в поиске рафинада и вернулся Уайт к костру, держа пачку оного с ложкой и маленьким сито, диаметром не превышающего диаметр граненных чашек у бревна. За спиной же, на плотном кожаном ремешке свисала сумка в тон одежды.

[[id579566779:bp-36291248_225510|Ish'ilah].]

Мужчина слишком часто отлучался и это мелькание перед ней туда-сюда начинало бесить. Сложив руки под грудью, Шая просто стояла и наблюдала за огнем. Удивительный процесс. Он был будто живым, испуская искры в разные стороны и горящие ветки приятно хрустели. Хотя, может оно и правда так было. Ну, в плане того, что огонь — живой. Ей, право, не ведомо, но красиво.
Когда Уайт вернулся, надеемся со всем необходимым, то приступил к процессу приготовления чая? Наверное. Она с любопытством наблюдала, ведь ранее её обделали таким удовольствием.
— Зачем тебе человек Джейми? — Вдруг спросила Момо. Да-да, временами она слушала, что он ей говорил и то, что тогда было сказано — заинтересовало пташку. Так что, от скуки она решила озвучить свой вопрос, переводя на мужчину взгляд.
Понятно дело, что Шая была с яркой причиной мести над своим бывшим хозяином, но вот какой повод был у Уайта? Может она интересовалась, потому что было реально интересно, а может — понять смысл его поступков, таких как её спасение и возможный поход дальше с ней.

[id488860596:bp-36291248_225550|Sakura],

Стоило кубикам рафинада застучать на дне кружек, как Момо подала голос. Она проявила интерес к делу Джонатана, что слегка удивило его, это можно было увидеть по его слегка вскинутым бровям и оттянутым уголкам рта. Обратив свое внимание на зверолюдку, мужчина некоторое время молчал, его взгляд неспешно соскользнул на чайник, который уже закипел и в общем-то, чай внутри него был явно готов к употреблению. Уайт пожал плечами, приподнимаясь с бревна для того, чтобы снять чайник с огня.

— Сложный вопрос. — Ответил он, не отрывая взгляда от сосуда с горячим напитком. Уложив тот почерневшим от языков пламени дном на землю, фруктовик вернулся на исходную позицию, задумчиво опуская взгляд на танцующие языки пламени. — Он одна из немногих ниточек, ведущих к цели моего заказчика... Да и личных мотивов расправится с ним у меня предостаточно. —

Тяжело вздохнув, от чего пламя в костре заплясало активнее, Джон вновь застыл, погружаясь в собственные раздумья. В своей голове он взвешивал все за и против, он решал, стоит ли говорить о своем прошлом с случайной попутчицей. Через несколько минут жребий, что называется, был брошен и Джонатан начал неспешно говорить о своем прошлом.

— Мы когда-то были партнерами. — Отведя взгляд к чайнику, брюнет взялся за него и сперва налил чай девушке, предварительно поставив сито, которое не позволяло чайным листьям оказаться в сосуде. От багрово-рыжей жидкости поднимался пар, говоря о высокой температуре напитка. — Не сказать, что друзьями, но открыто мы не враждовали. Мне не нравились его методы вести "бизнес", ему же казалось, что стоит ему уснуть, как мои пальцы сожмутся на его глотке. — Повторив аналогичное действие с своей чашкой, он отложил сито и сосуд в сторону. Жестяные ручки не нагревались из-за того, что сосуд граненного стакана был из каленного стекла. И таким образом мужчина мог спокойно держать его в руке. Отвлекаясь от рассказа, Уайт предупредил собеседницу.

— Осторожнее, он горячий. — И вновь вздох. Джонатан пытался вспомнить все в подробностях, но картина в голове расплывалась, навевая тоску и паршивую ностальгию. — В общем, по итогу он был одним из тех людей, что предали меня. Поэтому можешь считать это сведением счетов. Рациональное, просчитанное с выгодой для меня, но сведение счетов. Мне плевать от чьей руки он помрет, главное, чтобы привел меня к своему покровителю. — И на сей ноте, Уайт подул на чай, сбивая линии пара, прежде чем пригубить чашку и сделать несколько аккуратных глотков.

[[id579566779:bp-36291248_225611|Ish'ilah].]

Приняв кружку с чаем, она всё выслушала, но ничего не ответила. Почему? Просто. Она решила обдумать полученную информацию. Опустив взгляд на жидкость в кружке, Шая подула, чтобы не обжечь свой язык. Чай ведь был очень горячим... В общем, дождавшись идеальной температуры, она выпила все залпом.
— Ладно, я поняла. Пошли уже, у меня нет времени, чтобы прятаться в лесу. Чем быстрее я с ним разберусь, тем быстрее... Почувствую, что в безопасности. — Сжав кулачки, Момо отдала кружку мужчине и отправилась в сторону реки, где находился тот самый паром. Ей не обойтись без помощи Уайта, поэтому в его ожидании, сложила ручки под грудью и осматривалась, слушая пение птиц.

[id488860596:bp-36291248_225745|Sakura],

Чаепитие и без того затянулось за всеми этими блужданиями и душевными разговорами. Нельзя было сказать, что Момо прониклась историей Джонатана, но он и не ожидал, что кому-то будет интересно его прошлое. Ожидание, когда чай немного остынет длилось долго, по крайней мере так ощущалось. И все это время мужчина смотрел на пляшущие языки пламени, погруженный в мысли о своих воспоминаниях. Из омута раздумий его вывел голос девушки, что залпом осушила чашку чая. Брюнет какое-то время смотрел на нее, после чего вернул взгляд на костер, прежде чем после недолгого промедления дать свое согласие.

— Да, думаю, ты права. — Голос Джона прозвучал слегка размыто, словно хотел продолжить или конкретизировать эту фразу. Но предпочел замолчать, залив слова горячим чаем. Чем меньше становилось в чашке чая, тем сильнее он запрокидывал голову, пока последняя капля не коснулась его языка. — Пошли. —

Чистильщик поднялся с бревна, пиная горку песка в сторону костра, от чего тот заискрился и зашипел. Достаточно скоро костер был потушен, а Уайт добрался до Момо, что ожидающе смотрела в сторону леса, наслаждаясь местным пением птиц. Ее схожесть с ними заставляла его задуматься, а не слышит ли она нечто иное кроме красочного щебетания?

«Ладно, это уже не мое дело.» — Громко выдохнув, брюнет прошел мимо и забрался на паром, бросая сумку ближе к его центру. Ввиду своей немногословности, Джонатан ничего не говоря, просто дождался, когда Момо заберется на паром и уже после этого, засучив рукава, начал перетягивать массивный канат. Пальцы сжимались на его поверхности с неимоверной силой, от чего со стороны казалось, что Уайт не просто тянет канат, а буквально выжимает из него воду, случайно попавшую с реки. Стиснув зубы от общего напряжения, он довел паром до противоположного берега и ударил ладони друг о друга, стряхивая грязь и капли воды.

— Прибыли. — Кротко подчеркнув факт прибытия, Джон поднял сумку с земли и неспешной походкой сошел на берег, запрокинув сумку через плечо таким образом, что ручка оттягивала его фаланги пальцев, согнутые крючками, назад. Вещей там было предостаточно, как и веса у данной сумки. — Есть идеи где он может прятаться? —