[id799844790:bp-36291248_255360|Maximilian], [id217725250:bp-36291248_255624|Николай], [id564078609:bp-36291248_255626|Филла],
Чувствуя на себе взгляд Хестера больше, чем хотелось бы, Мерденмора в очередной раз краем сознания задумалась - что ведомо этому странному гхырьему вожаку о зверолюдях и их повадках, о том, что дремлет в глубине? Ведомо ли, что за дичь он держит под боком, и что однажды, хочет он этого или нет, но перед ним предстанет тот самый Шабнак, какого видеть бы в здравом уме не очень хотелось?
Все их объединение было странным, покуда - напоминающим четыре оголтелые сурикаты с придатком в виде двух медведеподобных сервантов, которые тянули в разные стороны шкуру еще не очень мертвой антилопы. Антилопа уже пела себе панихиду, сурикаты пищали о том, что им все равно надо тащить еще не оторванную запчасть в свою нору и ни в чью иную, сурикат-вожак матерился взглядом и тихонько зажевывал антилопу в себя, пока никто не напомнил этому бравому воинству, что сурикаты, мать их, антилоп вообще не жрут.
Кажется, там что-то было про ошейники и поводки? Занятно, ведь, не смотря на по сути свое соседство, не смотря на решение, принятое пока всеми, кроме Люци, ошейником и поводком сложно назвать то, что по собственной прочности покуда напоминает резинку от трусов. Они все были непозволительно разными, непростительно порывистыми, странными даже в пределах собственных жизней.
Но пока шли. И катили чертовы бочки.
Перемещение бочки по указанному направлению оказалось не столь интересно, сколько наблюдение за слегка осаженным Даби и Люци, которая явно слышала больше парня. Мор это забавляло, ежу было понятно, что за ними наблюдали, но реакция Люци действительно оказалась малясь побыстрее человеческой.
Мор же просто молча повернулась в сторону шороха. Медленно и с таким убийственным взглядом, что окажись там белка-переросток или худой медведь, не мудрено бы оказалось найти через пару минут там крупную кучу отменного удобрения.
Мор следила за рыбкой еще и потому, что в прошлый раз она уже уловила нотки недоговора в ее поведении и это аукнулось ей порядком, мало того, что сражением, которое ее выбесило, так еще и травмой в памяти. Это то, что бледноголовая не выносила катастрофически, до сих пор, натыкаясь на тот провал, девушка невольно могла осклабиться и загудеть, как заваривающийся бульон на непогашенной плите. Однако, сейчас за ними точно наблюдал человек, причем с какой-то вероятностью Мор даже могла бы определить, к кому именно он относится, но банальная логика подсказывала все куда проще - это был революционерский мышонок, потому что дозорным йоркширской породы нынче сталось не до того, с такими-то амбициозными планами и дурным начальством, угадываемом во взгляде подчиненных не сложнее, чем желание добежать до ближайшего клозета до того, как трагедия стала неисправимой.
Но вот занимательная беседа между Хаардом, Моркаром и Даби привлекла к себе внимание уже без всяких прокладок в виду собственной потешности. Мор остановила бочку и даже плюхнулась поверх, дабы разглядеть происшествие во всех красках. Интересно, насколько сильным проступком в их культуре считается подобная обчистка трупа? Рискнул бы Моркар так трепать ее саму, узнай он, скольких обчистила сама бледноголовая после смерти, взять хотя бы тот медальон, что теперь был у Люци?
Тем не менее, Мор не просто наблюдала и слушала, она вслушивалась, разве что не записывала. И интерес в ней обитал не только к обилию слов (новых и не очень, уже несколько она узнала и осознала куда более плотно, чем ранее, всему виной болтливость Моркара и сдержанное покуда желание отрезать мохнатому чудовищу язык, да вставить туда, откуда он сам не достанет, но слышать периодически будет), но и к тому, как на трепку реагирует Даби.
ONE PIECE RP ·
[Вест Блю] Илусиа
Тот явно не станет расставаться со своей "добычей", вопрос обстоял скорее в том, кто из трех сторон происходящего пойдет на компромисс: Даби, чья тощая задница вполне годилась бы в качестве клатча для Хаарда, Моркар, который, кажется, очень увлекся процессом вытряхивания правды из непочтительного куска тростника, али все же Темень, на чьем лице "как же вы меня задрали" читалось последние полчаса неизбывно и явственнее любых произнесенных слов.
Оказалось, дипломатией его длинное высочество одарен больше, чем мясом, что немало и объясняло присутствие рядом охотников в роли подчиненных.
Пусть и громковато вышло, но эффектно, словно Хестер укрощал тигров, просто наорав им на ухо. Будь тут меньше досужих пугливых глаз, Мерденмора бы даже сообразила для начальства апплодисменты, но пока ему придется обойтись, не до разборок по второму кругу сейчас.
- Шабнак всегда где-то бродит. - Многозначительно ухмыльнувшись, Мор кивнула на кусты. - Но не вам его бояться. У нас, вон, капитан ничем не хуже.
Дорога дальше прошла спокойно, Мор несла свою бочку, приглядывая, не стоит ли кому из сирых и убогих помочь с той же миссией - катить две она была способна без особых проблем, лишь в воспитательных целях поскрипывая зубами через усмешку. Весь путь девушка наблюдала за ползущей перед ней Сио, раздмывая, как отличается на вкус ее мясцо от обычного человеческого и отличается ли вообще, есть ли в нем тонкие нотки палтуса или лосося, али же мясо как мясо, без особых прекрас... Но дальше снова попахивало сурикатами. А именно - теми самыми, что стремятся утащить по кусочку каждый в свою нору.
Вход найден, но запросам гудзомов не отвечающий, что же тогда начинается? Правильно, кружок самодеятельности, но пока только на уровне устной репетиции, и на том спасибо.
По лицу Люци читалось прямое и простое "какого ляда я вообще во всем этом участвую?". Так и хотелось ободряюще похлопать по плечу и сказать "привыкай, ты вляпалась по горлышко", но что-то подсказывало, что рыбку можно невзначай вбить в землю, аки гвоздь, и тогда одной проблемой станет больше.
На замечание о самоубийстве девушка сначала взглянула в дыру, затем на Хестера. Кивнула. Пусть и так - она умела бывать в подобных местах, но не с огнестрельным оружием у врага, тут он оказался прав. К такому оружию приходилось долго привыкать и мозг все еще порой пытался от него избавиться в процессе осознания происходящего.
- Можем в эту лужу Даби скинуть, только пусть сначала еще что-то сопрет. Пробудит хрень какаую-нибудь, она всех на острове и порешит, а то тесно тут стало. - Имея в виду очередное засилье и дозора, и революционеров, девушка наклонилась над проемом. Много кого слышно, но заняты. Пока.
Прикинув, сколько до низу, Мор повела носом и направилась искать еще входы. Найти их оказалось нетрудно, куда труднее - скрипнуть мозгами так, чтобы не слишком громко.
От одного места пахло особенно сильно. В том числе - рыбой, кажется, те, кто ею промышляли, помогали воителям чести и доблести подтухающими остатками. Мало кто, судя по всему, искренне верил в дело революции, только защитникам об этом сказать запамятовали.
Доложить о проходе оказалось делом плевым. Куда более занимательным - выслушать предложение сначала Хестера, а потом и Даби.
- Арсенал должен быть пуст примерно также, как и твоя голова, если у них тут такие драки. Осталось наверняка только то, чем глушат рыбу. К ому же, респираторы делать - долго, к тому времени здесь будут дозорные, сколь бы они не плелись, их слышно. - судя по наморщенному носу и режущему взгляду, Мор оказалась неприятна собственная разговорчивость, но делать нечего. - Сена будет достаточно для поджога, а задымить тоннели - себе же подложить свинью, видимость и для нас будет нулевая. А вот заложить несколько тех штук так, чтобы бегущих на пожар оглушило и разбило на более мелкие компании...
Мор погрузилась в мысли. Что-то было не так - и только спустя пару секунд она воззрилась на Даби с выражением лица а ля "кто ты и когда ты сожрал нашего дурика".
Оказалось, дипломатией его длинное высочество одарен больше, чем мясом, что немало и объясняло присутствие рядом охотников в роли подчиненных.
Пусть и громковато вышло, но эффектно, словно Хестер укрощал тигров, просто наорав им на ухо. Будь тут меньше досужих пугливых глаз, Мерденмора бы даже сообразила для начальства апплодисменты, но пока ему придется обойтись, не до разборок по второму кругу сейчас.
- Шабнак всегда где-то бродит. - Многозначительно ухмыльнувшись, Мор кивнула на кусты. - Но не вам его бояться. У нас, вон, капитан ничем не хуже.
Дорога дальше прошла спокойно, Мор несла свою бочку, приглядывая, не стоит ли кому из сирых и убогих помочь с той же миссией - катить две она была способна без особых проблем, лишь в воспитательных целях поскрипывая зубами через усмешку. Весь путь девушка наблюдала за ползущей перед ней Сио, раздмывая, как отличается на вкус ее мясцо от обычного человеческого и отличается ли вообще, есть ли в нем тонкие нотки палтуса или лосося, али же мясо как мясо, без особых прекрас... Но дальше снова попахивало сурикатами. А именно - теми самыми, что стремятся утащить по кусочку каждый в свою нору.
Вход найден, но запросам гудзомов не отвечающий, что же тогда начинается? Правильно, кружок самодеятельности, но пока только на уровне устной репетиции, и на том спасибо.
По лицу Люци читалось прямое и простое "какого ляда я вообще во всем этом участвую?". Так и хотелось ободряюще похлопать по плечу и сказать "привыкай, ты вляпалась по горлышко", но что-то подсказывало, что рыбку можно невзначай вбить в землю, аки гвоздь, и тогда одной проблемой станет больше.
На замечание о самоубийстве девушка сначала взглянула в дыру, затем на Хестера. Кивнула. Пусть и так - она умела бывать в подобных местах, но не с огнестрельным оружием у врага, тут он оказался прав. К такому оружию приходилось долго привыкать и мозг все еще порой пытался от него избавиться в процессе осознания происходящего.
- Можем в эту лужу Даби скинуть, только пусть сначала еще что-то сопрет. Пробудит хрень какаую-нибудь, она всех на острове и порешит, а то тесно тут стало. - Имея в виду очередное засилье и дозора, и революционеров, девушка наклонилась над проемом. Много кого слышно, но заняты. Пока.
Прикинув, сколько до низу, Мор повела носом и направилась искать еще входы. Найти их оказалось нетрудно, куда труднее - скрипнуть мозгами так, чтобы не слишком громко.
От одного места пахло особенно сильно. В том числе - рыбой, кажется, те, кто ею промышляли, помогали воителям чести и доблести подтухающими остатками. Мало кто, судя по всему, искренне верил в дело революции, только защитникам об этом сказать запамятовали.
Доложить о проходе оказалось делом плевым. Куда более занимательным - выслушать предложение сначала Хестера, а потом и Даби.
- Арсенал должен быть пуст примерно также, как и твоя голова, если у них тут такие драки. Осталось наверняка только то, чем глушат рыбу. К ому же, респираторы делать - долго, к тому времени здесь будут дозорные, сколь бы они не плелись, их слышно. - судя по наморщенному носу и режущему взгляду, Мор оказалась неприятна собственная разговорчивость, но делать нечего. - Сена будет достаточно для поджога, а задымить тоннели - себе же подложить свинью, видимость и для нас будет нулевая. А вот заложить несколько тех штук так, чтобы бегущих на пожар оглушило и разбило на более мелкие компании...
Мор погрузилась в мысли. Что-то было не так - и только спустя пару секунд она воззрилась на Даби с выражением лица а ля "кто ты и когда ты сожрал нашего дурика".
Впрочем, вспомнив, что он буквально только что приправил речь хотя бы одним матным словом, Турсин сменила взгляд на прищур.
- Смотри у меня, огрызок человека, если ты еще и ненастоящий, я тебя вместо хвороста использую, говорят, угольки хорошо хранят тепло в костре.
Какой бы из планов ни одобрил Хестер, Мор возьмется за исполнение, поскольку сама по себе перспектива застрять здесь, пока их дозорная мишура на корабле может взбуянить и попытаться отжать корабль, ей всячески претила. С другой стороны и радовала - будет больше повод для ремонтных работ, когда товарищи дозорные окажутся превращены в новогоднее украшение с концами.
- Смотри у меня, огрызок человека, если ты еще и ненастоящий, я тебя вместо хвороста использую, говорят, угольки хорошо хранят тепло в костре.
Какой бы из планов ни одобрил Хестер, Мор возьмется за исполнение, поскольку сама по себе перспектива застрять здесь, пока их дозорная мишура на корабле может взбуянить и попытаться отжать корабль, ей всячески претила. С другой стороны и радовала - будет больше повод для ремонтных работ, когда товарищи дозорные окажутся превращены в новогоднее украшение с концами.
[Эдвард Ален: Островной квест]
Маленькая лодка с парусом волнами и усилиями рук с веслами прибилась к берегу рыбацкого острова. Её единственный пассажир с громким хлопком из положения сидя рухнул на спину, стоило только ему понять, что он достиг места назначения. Тяжелое дыхание юноши в пределах лодки заглушало звуки волн, неспешно бьющих о берег Илусии.
Путешествие выдалось тяжелым. И это мало сказано. Конечно, Эдвард ожидал, что переплывать по морю между островами будет сложно. Но ожидать и чувствовать на себе — разные вещи. Руки буквально ныли от боли, легкие хотелось выплюнуть, содержимое живота подступало к горлу, а ноги промерзли от постоянного плескающей вокруг воды, так и норовящей попасть в лодку и окатить мореплавателя. И это ему еще повезло, что море не сильно штормило, и его судно — честно захваченное у наглых рекетиров с Нотриса, не перевернулось в процессе плавания.
От одной мысли о том, что ему придется проходить через это, вероятно, еще не раз, хотелось сдохнуть. Впрочем, сдохнуть он пока не может. Не до тех пор, пока он совершит свою вендетту.
Пролежав в лодке еще пару минут, Эд начал подниматься. Солнце постепенно клонилось к закату, а ему “повезло” пристать не к причалу одной из трех рыбацких деревушек, а в промежутке между ними. Отплывать от берега и искать пристань не было сил, а потому решение было самое простое. Лодка была привязана канатом к одному из камней в этом небольшом заливе. Сам же Эдвард едва сошел на берег, стал проверять, заряжена ли винтовка и сухой ли в ней порох. Убедившись, что все в порядке, он завернул ее в сверток и еще раз мысленно пересчитал все свое вооружение — имеющиеся у него патроны и бомбочки. Жизнь на Нотрисе подарила ему привычку пересчитывать свои боеприпасы в уме, убеждаясь, что он, в случае чего, всегда готов к боевому столкновению, и знает, где что находится. В отличие от разных бугаев и громил с огромными мышцами, орудующими мечами и топорами, Эд был обычным человеком, не вечно тренирующимся мечником, не бойцом, кулаками и ногами разбивающим скалы, и не везучим владельцем дьявольского фрукта, позволяющего усилием воли сжигать недоброжелателей. Поэтому его лучшим другом была винтовка — оружие, позволявшее при должной сноровке давать отпор не владея, в сущности, никакой особенной силой.
Все, с проверками дело окончено, можно направляться топтать ногами сам остров. Первым делом — найти ночлежку, дальше можно будет заняться поиском информации. Правда, для начала надо все же выйти в люди. Потянувшись в мешок и ловким движением руки вынув оттуда записную книжку, путешественник принялся изучать ее, одновременно с этим подходя к пролеску, отделяющему залив от других частей острова. Пошерудив страницами, пальцы быстро долистали до листка с Илусией. Три деревни, слухи про революционеров и подземные проходы. Стоит держать информацию про подземные проходы в голове, может пригодиться.
Примерно час пути через лесные массивы, и нога юного стрелка ступила на протоптанную тропу. Оглядевшись по сторонам, он зашагал в правую сторону. В сущности, не было никакой разницы, какую сторону выбирать. Это было своеобразным броском монетки в попытке угадать, какая из деревень окажется ближе. Все эти протоптанные и проезженные телегами тропы напоминали ему о чем-то родном и приятном. Месте, где Эдвард родился. Тот островок был такой же глушью, как и этот. Тоже небольшие деревушки и отсутствие цивилизации. Незаметно для себя, парень стал предаваться воспоминаниям о прошлом, о доме. О том, как он впервые выковал меч под наставления отца. Тот самый, немного перекошенный и неровный, но все же получившийся меч. Сейчас бы Эд и такого не выковал — без практики навыки приходили в негодность.
От воспоминаний, впрочем, его вырвал доносящийся откуда-то издалека звук топота и колес катящейся телеги. Похоже, кто-то ехал позади него.
[575]
Маленькая лодка с парусом волнами и усилиями рук с веслами прибилась к берегу рыбацкого острова. Её единственный пассажир с громким хлопком из положения сидя рухнул на спину, стоило только ему понять, что он достиг места назначения. Тяжелое дыхание юноши в пределах лодки заглушало звуки волн, неспешно бьющих о берег Илусии.
Путешествие выдалось тяжелым. И это мало сказано. Конечно, Эдвард ожидал, что переплывать по морю между островами будет сложно. Но ожидать и чувствовать на себе — разные вещи. Руки буквально ныли от боли, легкие хотелось выплюнуть, содержимое живота подступало к горлу, а ноги промерзли от постоянного плескающей вокруг воды, так и норовящей попасть в лодку и окатить мореплавателя. И это ему еще повезло, что море не сильно штормило, и его судно — честно захваченное у наглых рекетиров с Нотриса, не перевернулось в процессе плавания.
От одной мысли о том, что ему придется проходить через это, вероятно, еще не раз, хотелось сдохнуть. Впрочем, сдохнуть он пока не может. Не до тех пор, пока он совершит свою вендетту.
Пролежав в лодке еще пару минут, Эд начал подниматься. Солнце постепенно клонилось к закату, а ему “повезло” пристать не к причалу одной из трех рыбацких деревушек, а в промежутке между ними. Отплывать от берега и искать пристань не было сил, а потому решение было самое простое. Лодка была привязана канатом к одному из камней в этом небольшом заливе. Сам же Эдвард едва сошел на берег, стал проверять, заряжена ли винтовка и сухой ли в ней порох. Убедившись, что все в порядке, он завернул ее в сверток и еще раз мысленно пересчитал все свое вооружение — имеющиеся у него патроны и бомбочки. Жизнь на Нотрисе подарила ему привычку пересчитывать свои боеприпасы в уме, убеждаясь, что он, в случае чего, всегда готов к боевому столкновению, и знает, где что находится. В отличие от разных бугаев и громил с огромными мышцами, орудующими мечами и топорами, Эд был обычным человеком, не вечно тренирующимся мечником, не бойцом, кулаками и ногами разбивающим скалы, и не везучим владельцем дьявольского фрукта, позволяющего усилием воли сжигать недоброжелателей. Поэтому его лучшим другом была винтовка — оружие, позволявшее при должной сноровке давать отпор не владея, в сущности, никакой особенной силой.
Все, с проверками дело окончено, можно направляться топтать ногами сам остров. Первым делом — найти ночлежку, дальше можно будет заняться поиском информации. Правда, для начала надо все же выйти в люди. Потянувшись в мешок и ловким движением руки вынув оттуда записную книжку, путешественник принялся изучать ее, одновременно с этим подходя к пролеску, отделяющему залив от других частей острова. Пошерудив страницами, пальцы быстро долистали до листка с Илусией. Три деревни, слухи про революционеров и подземные проходы. Стоит держать информацию про подземные проходы в голове, может пригодиться.
Примерно час пути через лесные массивы, и нога юного стрелка ступила на протоптанную тропу. Оглядевшись по сторонам, он зашагал в правую сторону. В сущности, не было никакой разницы, какую сторону выбирать. Это было своеобразным броском монетки в попытке угадать, какая из деревень окажется ближе. Все эти протоптанные и проезженные телегами тропы напоминали ему о чем-то родном и приятном. Месте, где Эдвард родился. Тот островок был такой же глушью, как и этот. Тоже небольшие деревушки и отсутствие цивилизации. Незаметно для себя, парень стал предаваться воспоминаниям о прошлом, о доме. О том, как он впервые выковал меч под наставления отца. Тот самый, немного перекошенный и неровный, но все же получившийся меч. Сейчас бы Эд и такого не выковал — без практики навыки приходили в негодность.
От воспоминаний, впрочем, его вырвал доносящийся откуда-то издалека звук топота и колес катящейся телеги. Похоже, кто-то ехал позади него.
[575]
[Эдвард Ален: Островной квест]
Возврат от воспоминаний к реальности был как нельзя кстати. Всегда, когда Эдвард им придавался, он, спустя некоторое время, доходил до воспоминаний о пиратах Красного сердца. В эти моменты в его груди всегда начинал полыхать пожар негодования, обиды и гнева, мешая здраво мыслить. Однажды он даже попал в уличную потасовку, не справившись с эмоциями в подобный момент.
Обернувшись, перед глазами Эда открылась следующая картина. Выехав из-за поворота, спрятанного деревьями от взгляда юноши, на тропе появилась запряженная лошадью небольшая телега. Возничим был немолодой мужчина, далеко за 40, в обычной бежевой рубахе, с большими мускулистыми руками и шрамом на левом глазу. Судя по фигуре, мужчина либо уделял много времени тренировкам, либо занимался тяжелым физическим трудом. За его спиной, в кузове телеги были расположены какие-то бочки.
Уже на подъезде к пареньку, возничий сбавил ход телеги, почти останавливаясь рядом с ним. Из его уст прозвучал довольно грубый и низкий голос
— Ты же не местный, да? — крупный мужчина быстро обвел всего путешественника глазами, после чего вернулся к зрительному контакту и продолжил. — Могу подвезти до деревни. Дешево.
Невероятная удача для уставшего путника. Конечно, подобный мужчина не мог не вызывать подозрений, но усталость и нежелание идти собственными ногами сделали свое дело.
— Сколько? — спросил юнец для виду. Он был согласен в принципе на любую цену, пока она не будет заоблачной, но для виду решил все же попробовать поторговаться.
Буквально парой минут позднее Эд уже ехал в телеге сидя, опираясь спиной на бочку. Тафт — именно так звали мужичка в годах, который сейчас вез повозку. Переговоры, когда ты нуждающийся, проходят не так гладко, как хотелось бы. Конечно, еще существовала “особая дипломатия”, которую часто практиковали банды — подчиненные Дона Гамбино. Но за такие методы без особых причин Эдварда сожрет совесть. С потрохами. Да и не стоило поднимать шум на острове раньше положенного. Безусловно, искомый им человек его не узнает, но пираты, даже бывшие, довольно часто ведут себя как крысы, бегущие с тонущего корабля.
Когда телега въехала в деревушку, на улице уже смеркалось, а солнце уплыло за горизонт. Тем не менее, жизнь в деревушке все еще кипела. В окнах глиняных домиков горел свет, а из двух находящихся в деревне баров валил шум и смех. Спрыгнув с телеги, и распрощавшись с извозчиком, Эд направился на поиски ночлежки.
[937]
Возврат от воспоминаний к реальности был как нельзя кстати. Всегда, когда Эдвард им придавался, он, спустя некоторое время, доходил до воспоминаний о пиратах Красного сердца. В эти моменты в его груди всегда начинал полыхать пожар негодования, обиды и гнева, мешая здраво мыслить. Однажды он даже попал в уличную потасовку, не справившись с эмоциями в подобный момент.
Обернувшись, перед глазами Эда открылась следующая картина. Выехав из-за поворота, спрятанного деревьями от взгляда юноши, на тропе появилась запряженная лошадью небольшая телега. Возничим был немолодой мужчина, далеко за 40, в обычной бежевой рубахе, с большими мускулистыми руками и шрамом на левом глазу. Судя по фигуре, мужчина либо уделял много времени тренировкам, либо занимался тяжелым физическим трудом. За его спиной, в кузове телеги были расположены какие-то бочки.
Уже на подъезде к пареньку, возничий сбавил ход телеги, почти останавливаясь рядом с ним. Из его уст прозвучал довольно грубый и низкий голос
— Ты же не местный, да? — крупный мужчина быстро обвел всего путешественника глазами, после чего вернулся к зрительному контакту и продолжил. — Могу подвезти до деревни. Дешево.
Невероятная удача для уставшего путника. Конечно, подобный мужчина не мог не вызывать подозрений, но усталость и нежелание идти собственными ногами сделали свое дело.
— Сколько? — спросил юнец для виду. Он был согласен в принципе на любую цену, пока она не будет заоблачной, но для виду решил все же попробовать поторговаться.
Буквально парой минут позднее Эд уже ехал в телеге сидя, опираясь спиной на бочку. Тафт — именно так звали мужичка в годах, который сейчас вез повозку. Переговоры, когда ты нуждающийся, проходят не так гладко, как хотелось бы. Конечно, еще существовала “особая дипломатия”, которую часто практиковали банды — подчиненные Дона Гамбино. Но за такие методы без особых причин Эдварда сожрет совесть. С потрохами. Да и не стоило поднимать шум на острове раньше положенного. Безусловно, искомый им человек его не узнает, но пираты, даже бывшие, довольно часто ведут себя как крысы, бегущие с тонущего корабля.
Когда телега въехала в деревушку, на улице уже смеркалось, а солнце уплыло за горизонт. Тем не менее, жизнь в деревушке все еще кипела. В окнах глиняных домиков горел свет, а из двух находящихся в деревне баров валил шум и смех. Спрыгнув с телеги, и распрощавшись с извозчиком, Эд направился на поиски ночлежки.
[937]
[id217725250:bp-36291248_255624|Даби], [id564078609:bp-36291248_255626|Люци], [id213233084:bp-36291248_255863|Мерденмора],
Деревья зашелестели под единичным порывом, что мощной волной накатил на остров и стряхивал с него пыль. Хруст веток, старых, не способных выдержать природный натиск, стих слишком быстро, будто кто-то придержал колокольчик над дверью, чтобы он не мешал здороваться с входящими в дом гостями и их слышать. Хестер стоял всё с тем же полунепроницаемым выражением лица, обдумывая предложения своих товарищей. Молчание начало затягиваться и уже создавало несколько неуютную атмосферу. Пока черноволосый не объявил окончание размышлений едва заметным кивком.
– Гхмм – Прочистил горло черноволосый, как будто вёл ещё какие-то внутренние дискуссии, которые следовало бы уже прекратить. – Да, идея мне бы понравилась, но Мерденмора права.
Юноша встряхнул головой, спуская более живой взгляд куда-то за спины товарищей и стал постукивать по эфесу клинка, как если бы отмерял такт словам.
– Увы, но мы можем своими же руками создать себе проблему на пустом месте, но тактические решения не ограничиваются дымовой завесой. Даби, твоей основной задачей будет поиск снаряжения, которое поможет нам в условиях тоннелей. Может, световые гранаты. В условиях слабого освещения они могут быть намного эффективнее. Я бы ещё взял пороховых гранат, но в условиях замкнутого пространства, гхм, палка о двух концах. Не хотелось бы привести породу в движение и вызвать обвал. Но в то же время оглушающий эффект в эпицентре взрыва, если заряд будет маломощным, может оказаться весьма кстати и не создаст достаточной ударной волны. Если не найдёшь готовые заряды, попробуй найти материалы для них. Наверняка знаешь, что для этого необходимо. Но это лишь в том случае, если сможешь соорудить заряды быстро, если сомневаешься, то не трать время попусту. – Вносил дальнейшие распоряжения Алдори.
С лесных пустот фехтовальщик перевёл оценивающий взгляд на беловласую, начав говорить ещё до того, как сведёт с неё взгляд обратно в простор позади команды.
– Пойдёшь с Даби. Ему есть, чем заняться, и ты знаешь, что лишнее внимание к нему не нужно. Люци… Поджигать всё, что видишь, но если для тебя это слишком, просто держись в безопасности, одной возле бочек лучше не оставаться. Как-никак за нами следят. Не слишком пристально, но наше передвижение отслеживают. Ты об этом знаешь, трава тебе нашептала или сама уловила, вижу по твоему поведению. Если узнают, что ты осталась одна, могут прийти слишком заинтересованные люди и начать задавать вопросы. Я бы на их месте послал людей проверить. Будут они ломать колени до или после того, как спросят, не могу оценить человеческую глупость. Если задачи всем ясны – выдвигаемся, – закончил монолог де Скари.
Чёрный силуэт вновь проявлял себя лиственной тенью, витая над Хестером, и пристально следил за всем происходящим. Перевоплотившаяся тёмная сущность, которой нравилось остроконечное обличье своего полотна, уловила приближение кровавого пира и не собиралась упускать шанса поприсутствовать на празднике жизни, двинувшись подолом за командой. Первые метры им точно предстояло пройти вместе, и потом ей придётся выбирать, но выбор её очевиден. А Хестер тем временем нагонит беловласую, двигаясь строго за её правым плечом и не выходя на одну линию.
– Мерденмора, насчёт твоих замечаний. Не стоит шутить лишний раз про Шабнак. Хун относятся к этому… излишне серьёзно, если Моркар ещё молод и пытается храбриться, особенно в твоём присутствии, то Хаард начинает нервничать. Глиняный убийца – не лучший объект для шуток, – вполголоса, не теряя какого-то низинного тона, проговорил де Скари.
Но в начале его голос незначительно надломился, показывая, насколько имя новоиспеченной было для него некомфортно. Хотя Алдори владел общим в совершенстве, от этого имени веяло иной культурой, и оттого проблема была не столько в произношении, сколько в требуемом звучании самого слова. Закончил же разговор Хестер, будто бы и не спотыкался.
Деревья зашелестели под единичным порывом, что мощной волной накатил на остров и стряхивал с него пыль. Хруст веток, старых, не способных выдержать природный натиск, стих слишком быстро, будто кто-то придержал колокольчик над дверью, чтобы он не мешал здороваться с входящими в дом гостями и их слышать. Хестер стоял всё с тем же полунепроницаемым выражением лица, обдумывая предложения своих товарищей. Молчание начало затягиваться и уже создавало несколько неуютную атмосферу. Пока черноволосый не объявил окончание размышлений едва заметным кивком.
– Гхмм – Прочистил горло черноволосый, как будто вёл ещё какие-то внутренние дискуссии, которые следовало бы уже прекратить. – Да, идея мне бы понравилась, но Мерденмора права.
Юноша встряхнул головой, спуская более живой взгляд куда-то за спины товарищей и стал постукивать по эфесу клинка, как если бы отмерял такт словам.
– Увы, но мы можем своими же руками создать себе проблему на пустом месте, но тактические решения не ограничиваются дымовой завесой. Даби, твоей основной задачей будет поиск снаряжения, которое поможет нам в условиях тоннелей. Может, световые гранаты. В условиях слабого освещения они могут быть намного эффективнее. Я бы ещё взял пороховых гранат, но в условиях замкнутого пространства, гхм, палка о двух концах. Не хотелось бы привести породу в движение и вызвать обвал. Но в то же время оглушающий эффект в эпицентре взрыва, если заряд будет маломощным, может оказаться весьма кстати и не создаст достаточной ударной волны. Если не найдёшь готовые заряды, попробуй найти материалы для них. Наверняка знаешь, что для этого необходимо. Но это лишь в том случае, если сможешь соорудить заряды быстро, если сомневаешься, то не трать время попусту. – Вносил дальнейшие распоряжения Алдори.
С лесных пустот фехтовальщик перевёл оценивающий взгляд на беловласую, начав говорить ещё до того, как сведёт с неё взгляд обратно в простор позади команды.
– Пойдёшь с Даби. Ему есть, чем заняться, и ты знаешь, что лишнее внимание к нему не нужно. Люци… Поджигать всё, что видишь, но если для тебя это слишком, просто держись в безопасности, одной возле бочек лучше не оставаться. Как-никак за нами следят. Не слишком пристально, но наше передвижение отслеживают. Ты об этом знаешь, трава тебе нашептала или сама уловила, вижу по твоему поведению. Если узнают, что ты осталась одна, могут прийти слишком заинтересованные люди и начать задавать вопросы. Я бы на их месте послал людей проверить. Будут они ломать колени до или после того, как спросят, не могу оценить человеческую глупость. Если задачи всем ясны – выдвигаемся, – закончил монолог де Скари.
Чёрный силуэт вновь проявлял себя лиственной тенью, витая над Хестером, и пристально следил за всем происходящим. Перевоплотившаяся тёмная сущность, которой нравилось остроконечное обличье своего полотна, уловила приближение кровавого пира и не собиралась упускать шанса поприсутствовать на празднике жизни, двинувшись подолом за командой. Первые метры им точно предстояло пройти вместе, и потом ей придётся выбирать, но выбор её очевиден. А Хестер тем временем нагонит беловласую, двигаясь строго за её правым плечом и не выходя на одну линию.
– Мерденмора, насчёт твоих замечаний. Не стоит шутить лишний раз про Шабнак. Хун относятся к этому… излишне серьёзно, если Моркар ещё молод и пытается храбриться, особенно в твоём присутствии, то Хаард начинает нервничать. Глиняный убийца – не лучший объект для шуток, – вполголоса, не теряя какого-то низинного тона, проговорил де Скари.
Но в начале его голос незначительно надломился, показывая, насколько имя новоиспеченной было для него некомфортно. Хотя Алдори владел общим в совершенстве, от этого имени веяло иной культурой, и оттого проблема была не столько в произношении, сколько в требуемом звучании самого слова. Закончил же разговор Хестер, будто бы и не спотыкался.
А Хаард, словно в подтверждение, резко обернулся на шум, который зазвучал в траве. Он был слишком тихим, чтобы его издавало что-то крупнее кошки, но здоровяк явно немного нервничал.
Так или иначе – задачи были ясны, и группа выдвинулась в направлении поселения. Путь занял совсем немного времени, так как местность уже была разведана. Когда команда дошла до широкого прохода, в глаза бросалась протоптанная тропа. Достаточно широкая, чтобы по ней могла пройти вполне большая группа людей, или даже повозка, хотя в пещеру она бы всё равно не пролезла. Этим путём пользовались часто и активно, что указывало на тесные взаимоотношения между революционерами и местными жителями. Взвесив все за и против, де Скари всё же решил идти вдоль тропы, а не по ней самой. Мало ли кто мог сейчас ей пользоваться, а в условиях отсутствия стрелков идти в открытую – слишком большой риск.
Наконец сквозь деревья пробились очертания частокола, а лес начал редеть, так что сейчас было хорошо видно, что солнце уже давно переплыло точку зенита и медленно склонялось в сторону заката. Охраны нигде не видно, словно её и не было.
– Мысли: Что это? Все заняты в противостоянии с дозорными? Или о нашем приближении уже известно, и в поселении засада?
Варианты проносились в голове, словно вихрь, и все они в условиях нехватки информации были примерно одинаково верными. Однако слишком поздно было отступать, если засада – группу настигнут с тыла, если охраны нет – то поселение можно брать тёплым. Кажется, пришла пора рисковать, ставки сделаны и жребий брошен. Тёмный силуэт, смешавшийся с тенью своего носителя, стал нервным, словно он озирался по сторонам, предчувствуя что-то, однако сам пока не понимал, что именно.
Когда они подошли к поселению, без спешки, без лишней беготни, ощущение пустынности лишь усилилось, а в мозжечке варвара всё громче звучали звуки тревоги от неправильности происходящего. Или напротив, слишком правильности. Хоть остров и под нападением, нигде нет никого, кто плевал бы на безопасность и решил, что его личные дела с соседом сейчас важнее. Все двери, все ставни – всё плотно закрыто, ни из одного окна не выбивался даже свет лучины, оставляя пиратов гадать, кто или что может притаиться среди окон.
– Всем быть начеку. Все знают, что делать, так что приступаем – Переведя взгляд на двух амбалов, Алдори добавил лишь одно слово ровным и спокойным голосом – Аллага.
Твердолобое движение варваров стало сигналом к началу светопредставления. Даби предстояло устроить первый очаг. Схватив один из факелов, что был установлен на воротах – де Скари поджог его от разгорающегося огня и чёрной молнией устремился к другому зданию, поджигая то, что было проще. Где-то соломенную крышу, где-то сложенные в аккуратные конструкции дрова. Началась паника. Люди, до сих пор прятавшиеся в зданиях, начали вываливаться наружу, спасаясь от буйства всепожирающей стихии, на откуп которой было отдано поселение. Люди выбегали даже из ещё неподожжённых домов, поддавшись всеобщей панике. Но никого, кто нёс бы с собой оружие, пока видно не было.
– Мысли: Неужели поселение просто оставлено на откуп? Что-то не так.
Тёмный силуэт полностью разделял эти мысли, или, возможно, это были его собственные, что передались носителю – роли это не играло. Эта кровожадная сущность не ощущала радости от вида страха на лицах людей. Всё было не так, как предполагалось. Нет риска, нет противостояния, нет крови. Послышались первые выстрелы, но где-то со стороны моря.
– Мысли: Даби уже так далеко продвинулся? Или он утонул в экстазе от вида огня и совсем отказался от своей же идеи. Или всё же это не он. Дозорные разделились и напали на город одновременно с нами? Тогда всё плохо.
Плотная застройка скрывала от капитана гудзомов развернувшуюся на другом конце города сцену. Как это часто бывает, в моменты сражений, где решается судьба острова, нередко в выигрыше остаются падальщики. И именно они и стянули на себя всё внимание местного немногочисленного, но всё же гарнизона.
Так или иначе – задачи были ясны, и группа выдвинулась в направлении поселения. Путь занял совсем немного времени, так как местность уже была разведана. Когда команда дошла до широкого прохода, в глаза бросалась протоптанная тропа. Достаточно широкая, чтобы по ней могла пройти вполне большая группа людей, или даже повозка, хотя в пещеру она бы всё равно не пролезла. Этим путём пользовались часто и активно, что указывало на тесные взаимоотношения между революционерами и местными жителями. Взвесив все за и против, де Скари всё же решил идти вдоль тропы, а не по ней самой. Мало ли кто мог сейчас ей пользоваться, а в условиях отсутствия стрелков идти в открытую – слишком большой риск.
Наконец сквозь деревья пробились очертания частокола, а лес начал редеть, так что сейчас было хорошо видно, что солнце уже давно переплыло точку зенита и медленно склонялось в сторону заката. Охраны нигде не видно, словно её и не было.
– Мысли: Что это? Все заняты в противостоянии с дозорными? Или о нашем приближении уже известно, и в поселении засада?
Варианты проносились в голове, словно вихрь, и все они в условиях нехватки информации были примерно одинаково верными. Однако слишком поздно было отступать, если засада – группу настигнут с тыла, если охраны нет – то поселение можно брать тёплым. Кажется, пришла пора рисковать, ставки сделаны и жребий брошен. Тёмный силуэт, смешавшийся с тенью своего носителя, стал нервным, словно он озирался по сторонам, предчувствуя что-то, однако сам пока не понимал, что именно.
Когда они подошли к поселению, без спешки, без лишней беготни, ощущение пустынности лишь усилилось, а в мозжечке варвара всё громче звучали звуки тревоги от неправильности происходящего. Или напротив, слишком правильности. Хоть остров и под нападением, нигде нет никого, кто плевал бы на безопасность и решил, что его личные дела с соседом сейчас важнее. Все двери, все ставни – всё плотно закрыто, ни из одного окна не выбивался даже свет лучины, оставляя пиратов гадать, кто или что может притаиться среди окон.
– Всем быть начеку. Все знают, что делать, так что приступаем – Переведя взгляд на двух амбалов, Алдори добавил лишь одно слово ровным и спокойным голосом – Аллага.
Твердолобое движение варваров стало сигналом к началу светопредставления. Даби предстояло устроить первый очаг. Схватив один из факелов, что был установлен на воротах – де Скари поджог его от разгорающегося огня и чёрной молнией устремился к другому зданию, поджигая то, что было проще. Где-то соломенную крышу, где-то сложенные в аккуратные конструкции дрова. Началась паника. Люди, до сих пор прятавшиеся в зданиях, начали вываливаться наружу, спасаясь от буйства всепожирающей стихии, на откуп которой было отдано поселение. Люди выбегали даже из ещё неподожжённых домов, поддавшись всеобщей панике. Но никого, кто нёс бы с собой оружие, пока видно не было.
– Мысли: Неужели поселение просто оставлено на откуп? Что-то не так.
Тёмный силуэт полностью разделял эти мысли, или, возможно, это были его собственные, что передались носителю – роли это не играло. Эта кровожадная сущность не ощущала радости от вида страха на лицах людей. Всё было не так, как предполагалось. Нет риска, нет противостояния, нет крови. Послышались первые выстрелы, но где-то со стороны моря.
– Мысли: Даби уже так далеко продвинулся? Или он утонул в экстазе от вида огня и совсем отказался от своей же идеи. Или всё же это не он. Дозорные разделились и напали на город одновременно с нами? Тогда всё плохо.
Плотная застройка скрывала от капитана гудзомов развернувшуюся на другом конце города сцену. Как это часто бывает, в моменты сражений, где решается судьба острова, нередко в выигрыше остаются падальщики. И именно они и стянули на себя всё внимание местного немногочисленного, но всё же гарнизона.
Пираты как-то прознали о происходящем на острове и решили поживиться лёгкой добычей, даже если она и не обещала быть богатой. Более приспособленные к бою и привыкшие смотреть смерти в лицо, они легко теснили революционеров и уже пробрались в город, разгоняя панику ещё больше. Стоит ли говорить, что для пиратов послужил сигналом именно пожар, устроенный Хестером и его командой. Защитники впали в замешательство, так как не ожидали тылового обхода, и пираты, по природе своей жуткие оппортунисты, не стали пренебрегать подвернувшейся возможностью и свели преимущество защитников на нет.
Факел Хестера уже почти догорел, и он просто забросил его в покинутый жителями дом. Он не отвлекался на снующих повсюду людей, которые не представляли угрозы, а задача уже была почти выполнена. Скоро можно будет уходить и следить, явятся ли революционеры защищать мирных жителей или нет. Однако у судьбы были другие планы. На глаза капитану попался человек, вооружённый двумя тесаками. Он настолько разительно отличался от других людей, словно чёрная клякса на белом полотне, что мгновенно бросался в глаза. Пират был в той же ситуации – облачённый в чёрный костюм Алдори был виден издалека, так что глаза обоих пиратов встретились, и дружелюбия в их взглядах не было.
Неприятели по случаю стали приближаться друг к другу, шпага мягко покинула ножны и жаждала крови, как и тесаки чёрного пирата. Едва они достигли своей цели, как запела сталь. Пират был хорош, в диком натиске он пытался теснить юркого фехтовальщика, что его и погубило. Не будь Хестер хорош в обращении именно со шпагой, он бы, безусловно, проиграл это столкновение. Однако, выгадав момент между ударами, пират совершенно не беспокоился о защите. Привыкнув к бою с более тяжёлым оружием, он рассчитывал просто не давать шанса на атаку под градом ударов, но острие шпаги всё же нырнуло под рукой пирата и вонзилось в мягкую плоть, мгновенно добравшись до сердца. Чужак-пират мгновенно осел наземь, жизнь покинула его тело, и тонкая струйка крови сочилась из раны, когда варвар извлёк острие из трупа. Людей, подобных этому, уже виднелось всё больше, и те, что были свидетелями потасовки, теперь приближались к капитану. Каждый из них был так же хорош, как и мёртвый, так что они пытались задавить Хестера числом, однако всё же жало шпаги неумолимо настигало противников, едва появлялась возможность.
Была ли это воля случая или чей-то холодный расчёт, однако гудзомы вновь оказались в полном составе на главной улице поселения. Кого-то оттеснили пираты, кто-то оказался здесь скорее по случайности и решил не отделяться от группы, осознавая численный перевес противника. Наша команда, окружённая пиратами, отчаянно сопротивлялась. Пока никто, кажется, ещё не получил ранений, но силы начали бы неумолимо покидать их, тогда как количество неизвестных пиратов уменьшалось удручающе медленно. Они работали как слаженный механизм, атакуя одновременно и мешая наносить ответные удары.
Бой мог продлиться ещё очень долго, пока сильный женский голос не врезался в общий шум боя.
– Стоп, стоп, стоп! Довольно! Эти вроде не из местных. Шибко уж хорошо дерутся, – останавливалась всех девушка.
Голос был достаточно громогласным, чтобы его мог услышать каждый. Бой мгновенно стих, хотя пираты дружелюбнее выглядеть не стали. Они медленно расступались перед плывущей сквозь них фигурой, хотя за их головами пока виднелась лишь треуголка, которая проходила сквозь толпу, словно корабль, подгоняемый попутным ветром. Наконец, перед героями стояла женщина, одетая, что называется, по последней пиратской моде, собрав на себе вещи, какие-то слишком большие для неё, а какие-то, наоборот, слишком маленькие. А на поясе красовалась недешёвого вида сабля, украшенная несколькими драгоценными камнями, хотя их подлинность была не совсем очевидна, но как известно – понты дороже денег. Так или иначе, вещи явно перешли к ней не по воле предыдущих владельцев.
Факел Хестера уже почти догорел, и он просто забросил его в покинутый жителями дом. Он не отвлекался на снующих повсюду людей, которые не представляли угрозы, а задача уже была почти выполнена. Скоро можно будет уходить и следить, явятся ли революционеры защищать мирных жителей или нет. Однако у судьбы были другие планы. На глаза капитану попался человек, вооружённый двумя тесаками. Он настолько разительно отличался от других людей, словно чёрная клякса на белом полотне, что мгновенно бросался в глаза. Пират был в той же ситуации – облачённый в чёрный костюм Алдори был виден издалека, так что глаза обоих пиратов встретились, и дружелюбия в их взглядах не было.
Неприятели по случаю стали приближаться друг к другу, шпага мягко покинула ножны и жаждала крови, как и тесаки чёрного пирата. Едва они достигли своей цели, как запела сталь. Пират был хорош, в диком натиске он пытался теснить юркого фехтовальщика, что его и погубило. Не будь Хестер хорош в обращении именно со шпагой, он бы, безусловно, проиграл это столкновение. Однако, выгадав момент между ударами, пират совершенно не беспокоился о защите. Привыкнув к бою с более тяжёлым оружием, он рассчитывал просто не давать шанса на атаку под градом ударов, но острие шпаги всё же нырнуло под рукой пирата и вонзилось в мягкую плоть, мгновенно добравшись до сердца. Чужак-пират мгновенно осел наземь, жизнь покинула его тело, и тонкая струйка крови сочилась из раны, когда варвар извлёк острие из трупа. Людей, подобных этому, уже виднелось всё больше, и те, что были свидетелями потасовки, теперь приближались к капитану. Каждый из них был так же хорош, как и мёртвый, так что они пытались задавить Хестера числом, однако всё же жало шпаги неумолимо настигало противников, едва появлялась возможность.
Была ли это воля случая или чей-то холодный расчёт, однако гудзомы вновь оказались в полном составе на главной улице поселения. Кого-то оттеснили пираты, кто-то оказался здесь скорее по случайности и решил не отделяться от группы, осознавая численный перевес противника. Наша команда, окружённая пиратами, отчаянно сопротивлялась. Пока никто, кажется, ещё не получил ранений, но силы начали бы неумолимо покидать их, тогда как количество неизвестных пиратов уменьшалось удручающе медленно. Они работали как слаженный механизм, атакуя одновременно и мешая наносить ответные удары.
Бой мог продлиться ещё очень долго, пока сильный женский голос не врезался в общий шум боя.
– Стоп, стоп, стоп! Довольно! Эти вроде не из местных. Шибко уж хорошо дерутся, – останавливалась всех девушка.
Голос был достаточно громогласным, чтобы его мог услышать каждый. Бой мгновенно стих, хотя пираты дружелюбнее выглядеть не стали. Они медленно расступались перед плывущей сквозь них фигурой, хотя за их головами пока виднелась лишь треуголка, которая проходила сквозь толпу, словно корабль, подгоняемый попутным ветром. Наконец, перед героями стояла женщина, одетая, что называется, по последней пиратской моде, собрав на себе вещи, какие-то слишком большие для неё, а какие-то, наоборот, слишком маленькие. А на поясе красовалась недешёвого вида сабля, украшенная несколькими драгоценными камнями, хотя их подлинность была не совсем очевидна, но как известно – понты дороже денег. Так или иначе, вещи явно перешли к ней не по воле предыдущих владельцев.
– Так-так-так – Говорила капитан пиратов, чеканя каждое слово – И кто же это тут у нас? Явно не дозорные, да и на революционеров не похожи. Кажется, не только мы прибыли потрепать этот остров. А пёстрая у вас тут компашка собралась.
– Вы кто такие? – задал очевидный для складывающейся беседы вопрос де Скари.
Хестер так же не опустил шпаги, хотя столь затяжные схватки сильно сказывались на его выносливости.
– Да ладно, сам не догадался? Мы тут приплыли пограбить чутка. Проплывали рядом, когда услышали грохот пушек – Девушка держалась нарочито спокойно, она чувствовала, что владела ситуацией. – А вы?
– Прибыли набрать воды, хотели поджогом выманить революционеров из пещер, чтобы добраться до подземного озера. Их там, как муравьёв, так что уменьшить их число было бы не лишним. – Хестер отвечал сухо.
Но юноша решил не устраивать кордебалет из словесных конструкций, призванных скрыть правду под завесой лжи.
– Интересный у вас способ пополнять запасы. Купить в какой бухте на отшибе не судьба? – Бровь капитана пиратов поползла вверх – Хотя мне способ определённо нравится. Не хотите ко мне в команду? Мне сорвиголовы всегда нужны, особенно такие.
– Я не привык исполнять чужие приказы, так что откажусь. – сохранил сухость разговора юноша, налаживая дыхание.
Глаза Алдори сузились. Он ожидал, что после отказа на них набросятся с новой силой, так что он покрепче сжал рукоять шпаги.
– Очень жаль. Ладно, ребят, с этими рубиться не будем. И так уже нескольких потеряли – Огласив команду, девушка вновь повернулась к черноволосому – Раз уж вам безразлична судьба местного добра, то и смысла нет. Я люблю блеск дорогих побрякушек и шелест белли, особенно если никто не охраняет. Так что смысла продолжать бой я не вижу. Только утихомирь того, что как труп выглядит. Он моих людей нервирует.
Видимо, вид Моры и двух бугаёв её смущал значительно меньше, чем Даби, который по всем законам логики действительно не очень походил на живого человека. Хестер принял расслабленную позу и повернул голову в сторону алхимика так, что глаз его видно капитану другой команды не было. На самом же деле он посмотрел на варваров, дав им какую-то безмолвную команду, тем временем как Даби сам должен был принять решение и утихомириться. Свой умственный потенциал он подтвердил совсем недавно, и сомневаться де Скари в нём не было необходимо, чтобы лишний раз прожигать взглядом, как нашкодившего кота.
– Вот и замечательно, – заключила девушка-капитан и слишком позитивно хлопнула в ладоши.
Пираты последовали примеру де Скари и тоже принялись складывать оружие. В городе образовался удивительный островок спокойствия, который старательно обходили жители города, силясь совладать с учинённым пожаром, столб дыма от которого уже должно быть виден с любой точки острова. Кроме как из леса – там как-никак, кроны мешают. Когда все наконец успокоились, даже пиратов, по всей видимости, не сильно заботило, что некоторых из них они больше в живых не увидят, все они отдавали себе отчёт, что ремесло пирата – это не прогулка по полю одуванчиков. Самый раздосадованный голос принадлежал пирату, сокрушавшемуся о том, что убитый был ему денег должен.
– Хорошо, что нам удалось договориться. Раз уж вы здесь не ради грабежа, а с поджогом уже справились, предлагаю разойтись каждый своей дорогой. Мои люди вас не тронут, только если сами в драку не полезете. Ну, так что, мир? – вновь организовала разговорную часть девушка.
Капитан протянула руку для рукопожатия. Вернув шпагу в ножны, Хестер подошёл к ней и пожал руку, показывая, что соглашение достигнуто.
– Вы кто такие? – задал очевидный для складывающейся беседы вопрос де Скари.
Хестер так же не опустил шпаги, хотя столь затяжные схватки сильно сказывались на его выносливости.
– Да ладно, сам не догадался? Мы тут приплыли пограбить чутка. Проплывали рядом, когда услышали грохот пушек – Девушка держалась нарочито спокойно, она чувствовала, что владела ситуацией. – А вы?
– Прибыли набрать воды, хотели поджогом выманить революционеров из пещер, чтобы добраться до подземного озера. Их там, как муравьёв, так что уменьшить их число было бы не лишним. – Хестер отвечал сухо.
Но юноша решил не устраивать кордебалет из словесных конструкций, призванных скрыть правду под завесой лжи.
– Интересный у вас способ пополнять запасы. Купить в какой бухте на отшибе не судьба? – Бровь капитана пиратов поползла вверх – Хотя мне способ определённо нравится. Не хотите ко мне в команду? Мне сорвиголовы всегда нужны, особенно такие.
– Я не привык исполнять чужие приказы, так что откажусь. – сохранил сухость разговора юноша, налаживая дыхание.
Глаза Алдори сузились. Он ожидал, что после отказа на них набросятся с новой силой, так что он покрепче сжал рукоять шпаги.
– Очень жаль. Ладно, ребят, с этими рубиться не будем. И так уже нескольких потеряли – Огласив команду, девушка вновь повернулась к черноволосому – Раз уж вам безразлична судьба местного добра, то и смысла нет. Я люблю блеск дорогих побрякушек и шелест белли, особенно если никто не охраняет. Так что смысла продолжать бой я не вижу. Только утихомирь того, что как труп выглядит. Он моих людей нервирует.
Видимо, вид Моры и двух бугаёв её смущал значительно меньше, чем Даби, который по всем законам логики действительно не очень походил на живого человека. Хестер принял расслабленную позу и повернул голову в сторону алхимика так, что глаз его видно капитану другой команды не было. На самом же деле он посмотрел на варваров, дав им какую-то безмолвную команду, тем временем как Даби сам должен был принять решение и утихомириться. Свой умственный потенциал он подтвердил совсем недавно, и сомневаться де Скари в нём не было необходимо, чтобы лишний раз прожигать взглядом, как нашкодившего кота.
– Вот и замечательно, – заключила девушка-капитан и слишком позитивно хлопнула в ладоши.
Пираты последовали примеру де Скари и тоже принялись складывать оружие. В городе образовался удивительный островок спокойствия, который старательно обходили жители города, силясь совладать с учинённым пожаром, столб дыма от которого уже должно быть виден с любой точки острова. Кроме как из леса – там как-никак, кроны мешают. Когда все наконец успокоились, даже пиратов, по всей видимости, не сильно заботило, что некоторых из них они больше в живых не увидят, все они отдавали себе отчёт, что ремесло пирата – это не прогулка по полю одуванчиков. Самый раздосадованный голос принадлежал пирату, сокрушавшемуся о том, что убитый был ему денег должен.
– Хорошо, что нам удалось договориться. Раз уж вы здесь не ради грабежа, а с поджогом уже справились, предлагаю разойтись каждый своей дорогой. Мои люди вас не тронут, только если сами в драку не полезете. Ну, так что, мир? – вновь организовала разговорную часть девушка.
Капитан протянула руку для рукопожатия. Вернув шпагу в ножны, Хестер подошёл к ней и пожал руку, показывая, что соглашение достигнуто.
– Славно-славно. Ну, раз уж так сложилось, мы тут ещё поживимся и отчалим к другому поселению. Нам и самим не шибко с руки ввязываться в очередную стычку с мятежными ребятами. Не пропадай, незнакомец.
Девушка развернулась и зашагала в неизвестном направлении, пока её люди принялись заниматься своим излюбленным делом – грабежом.
Дальше дело оставалось за малым. Нужно дождаться, когда революционеры решат выяснить, от чего переполох и судьбу поселения, и пройти за их спинами в пещеры. По пути из поселения Хестер обратит взгляд на Даби в немом вопросе, достал ли тот то, что искал.
Девушка развернулась и зашагала в неизвестном направлении, пока её люди принялись заниматься своим излюбленным делом – грабежом.
Дальше дело оставалось за малым. Нужно дождаться, когда революционеры решат выяснить, от чего переполох и судьбу поселения, и пройти за их спинами в пещеры. По пути из поселения Хестер обратит взгляд на Даби в немом вопросе, достал ли тот то, что искал.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: