Ярсий не знал покоя также, как, в целом, не знал и горя. Некогда затронутый большими переменами, остров сейчас пребывал в лоне Революционной Армии, чьи приверженцы поддерживали порядок в меру сил. Даже влияние опасных Пиратов Руфуса сошло на нет, когда неведомый герой сразил одного из его офицеров. Но значит ли это, что у вольных клинков не найдется работы? Нет. Мир устроен так, что всегда найдутся заказчики, и всегда найдутся исполнители тех или иных дел, что светлых, что тёмных.
Однако тихо стоявшая в переулке фигура была из тех, кто уже достаточно исполнил разного на этом веку: его смуглую кожу не жалели ветер и соль, его клинки звенели в сечах не раз, а его опытный взор вглядывался в суть вещей... Пусть сейчас и праздно скитался по ближайшей улице, покуда ему было нечем себя занять. Черты лица его, одновременно суровые и мягкие, веяли потерянным когда-то благородством, выцветшие добела волосы говорили о пройденном пути, а могучий рост, - метра два с половиной, не меньше, - заставлял выделяться на фоне любой местности, как и заставлял смотревших проникаться немым почтением. И тем не менее, сейчас он был похож на статую, подпирая стену одного из домов и скрестив руки на груди, заприметив не так давно небольшой светлый и живой [id543751360:bp-36291248_274609|лучик], что сновал по не самому благополучному району, и заставил его лишь слегка усмехнуться себе под нос, - бормочащая что-то самой себе, она выглядела слишком занятой и слишком не к месту, чтобы бродить тут.
Обычные бедняки, - народ простой и радушный здесь. Когда живешь в самом северном из морей, входит в привычку держаться вместе. Но вот пришлые... Скитальцы, чужеземцы, пираты, - они все другого пошива.
А потому, стоило фигурке пройти чуть дальше, как будто бы мимоходом протянулись сквозь поток идущих ещё два человека: мужчина, лет тридцати, и юноша едва за двадцать. Короткая стрижка, на поясе кортик, свободные рубахи, никаких опознавательных знаков. Впрочем, наблюдатель сразу узнал по одной их походке, что те чаще бывают на воде, чем на суше. И те подозрительно не торопились идти по своим делам, периодически поглядывая вперед, словно выжидая чего-то.
«А значит не местные... Рыбаки не ходят с оружием. - пронеслось в голове его. - Впереди только выход из города, но и на охотников не похожи».
Фыркнув, смуглокожий покинул свой недавний пост и зашагал следом за преследователями и той самой фигуркой, что привлекла его внимание ранее. Заставляя лицо предельно расслабиться, казалось бы непринуждённым шагом двинулся в скором ритме он, в ближайшую минуту нагоняя русоволосую барышню с холщовым мешком раньше преследователей и кладя ей на плечу руку со словами:
- Эгей, Карина! - улыбнувшись так тепло, насколько только мог, обратился он к ней по имени, первому попавшемуся в памяти, сильно склонившись в силу роста.
Его голос, натурально громоподобный, звучал перекатисто, мягко, не раскалывая воздух вокруг, а как будто плотно занимая его собой. Полный уверенности, силы и решимости, он напоминал что-то музыкальное... Как тромбон?
- Заплутала, гляжу. - на мгновение его лицо стало слишком серьезным, а сам он наклонился к ней ещё больше, шёпотом дополняя, - Подыграй мне. - после чего улыбка вернулась на лицо, а голос снова набрал былую мощь, - Ребята заждались, и обед стынет!
Конечно, причин доверять возникшему из ниоткуда силуэту, - так ещё и с оружием на перевес, - особо не было, но лучше вариантов у мужчины не было. Оставалось только надеяться, что девчушка примет условия игры и поучаствует в их маленьком спектакле.
ONE PIECE RP ·
[Норд Блю] Ярсий
[club36291248:bp-36291248_274808|Ролевая "One Piece"],
Елизавета Вебер плыла по улочке в легком облаке собственных мыслей, совершенно не подозревая, что за ней кто-то следит. Какой смысл преследовать её? Она — самое что ни на есть мирное существо, сравнительно бедная девушка без врагов и секретов. В её светлом мировоззрении просто не существовало мысли, что кто-то может поднять на неё руку со злым умыслом. Это не было зазнайством — она искренне верила, что все люди вокруг по умолчанию добры и отзывчивы! А даже если это не так, как было с дозорными в море... Просто к некоторым необходим сложный подход, но это ничего не меняет! Ведь так было дома, на Уайтфилде: там каждый знал, что их жизни зависят друг от друга, и спешить ссориться было против самой природы острова. А пьяные потасовки не считаются!
Её сумка, доверху набитая травами, разноцветными порошками и баночками целебных мазей, мягко постукивала о бедро. На голове красовалась любимая шляпка с длинным пером, а на плечо... вдруг легла чья-то рука?!
Елизавета неожиданно вздрогнула всем телом, а затем обернулась и... ещё раз вздрогнула, да как же так! Перед ней возвышался мужчина, казавшийся настоящим великаном на фоне её хрупкой фигурки. Таких мощных, широкоплечих воинов она, пожалуй, видела только в книжках сказок! Сама нелепость ситуации вдруг показалась ей до забавного комичной. И Елизавета рассмеялась. Тихо, искренне, прикрывая губы кулачком — прямо как флейта в руках искуссного мастера.
Доброе слово уже вертелось на языке, готовая улыбка сияла в глазах, но слова незнакомца повергли её в полнейшее замешательство. На лице Лизы застыла неловкая улыбка. Его слова – «Карина» и «заплутала» – совсем сбили с толку. Из её губ вырвалось растерянное, почти мычащее:
— «Ээ...?» Мысли метались из стороны в сторону: «Кто это? Почему он так говорит? Что мне делать?» Но прежде чем растерянность успела перерасти во что-то большее, прозвучал его шепот – просьба подыграть. И мгновенно – словно кто-то щелкнул выключателем – её внутренний хаос сменился детской решимостью помочь. Ведь если он просит – значит, так надо! Её вера в добрые намерения каждого перевесила смущение.
— А-а, конечно! Привет, эм... Тооомас! — Звучало это неестественно громко и чуть высоко, как у плохой актрисы в любительском спектакле. — Так и плутала бы весь день, если бы не ты! Что-то ты припозднился, знаешь! — Она добавила последнюю фразу с наигранной бойкостью, пытаясь звучать как «старый знакомый»
Внутри все еще дрожала неловкость. Её глаза, широко открытые, ловили его взгляд с немым вопросом: «Зачем мы это делаем? Кто ты? Что происходит?» Но на поверхности – только старательно подержанная улыбка и готовность продолжать эту странную, непонятную, но явно очень важную для незнакомца игру. Раз он просит – Лиза Вебер не подведет! Даже если правила игры ей совершенно не ясны.
Елизавета Вебер плыла по улочке в легком облаке собственных мыслей, совершенно не подозревая, что за ней кто-то следит. Какой смысл преследовать её? Она — самое что ни на есть мирное существо, сравнительно бедная девушка без врагов и секретов. В её светлом мировоззрении просто не существовало мысли, что кто-то может поднять на неё руку со злым умыслом. Это не было зазнайством — она искренне верила, что все люди вокруг по умолчанию добры и отзывчивы! А даже если это не так, как было с дозорными в море... Просто к некоторым необходим сложный подход, но это ничего не меняет! Ведь так было дома, на Уайтфилде: там каждый знал, что их жизни зависят друг от друга, и спешить ссориться было против самой природы острова. А пьяные потасовки не считаются!
Её сумка, доверху набитая травами, разноцветными порошками и баночками целебных мазей, мягко постукивала о бедро. На голове красовалась любимая шляпка с длинным пером, а на плечо... вдруг легла чья-то рука?!
Елизавета неожиданно вздрогнула всем телом, а затем обернулась и... ещё раз вздрогнула, да как же так! Перед ней возвышался мужчина, казавшийся настоящим великаном на фоне её хрупкой фигурки. Таких мощных, широкоплечих воинов она, пожалуй, видела только в книжках сказок! Сама нелепость ситуации вдруг показалась ей до забавного комичной. И Елизавета рассмеялась. Тихо, искренне, прикрывая губы кулачком — прямо как флейта в руках искуссного мастера.
Доброе слово уже вертелось на языке, готовая улыбка сияла в глазах, но слова незнакомца повергли её в полнейшее замешательство. На лице Лизы застыла неловкая улыбка. Его слова – «Карина» и «заплутала» – совсем сбили с толку. Из её губ вырвалось растерянное, почти мычащее:
— «Ээ...?» Мысли метались из стороны в сторону: «Кто это? Почему он так говорит? Что мне делать?» Но прежде чем растерянность успела перерасти во что-то большее, прозвучал его шепот – просьба подыграть. И мгновенно – словно кто-то щелкнул выключателем – её внутренний хаос сменился детской решимостью помочь. Ведь если он просит – значит, так надо! Её вера в добрые намерения каждого перевесила смущение.
— А-а, конечно! Привет, эм... Тооомас! — Звучало это неестественно громко и чуть высоко, как у плохой актрисы в любительском спектакле. — Так и плутала бы весь день, если бы не ты! Что-то ты припозднился, знаешь! — Она добавила последнюю фразу с наигранной бойкостью, пытаясь звучать как «старый знакомый»
Внутри все еще дрожала неловкость. Её глаза, широко открытые, ловили его взгляд с немым вопросом: «Зачем мы это делаем? Кто ты? Что происходит?» Но на поверхности – только старательно подержанная улыбка и готовность продолжать эту странную, непонятную, но явно очень важную для незнакомца игру. Раз он просит – Лиза Вебер не подведет! Даже если правила игры ей совершенно не ясны.
[id543751360:bp-36291248_274904|Tori],
Сначала он и сам не верил в то, что хоть кто-то сумел бы придержаться сотканного наспех образа, однако мужчина был приятно удивлен, что девчушка моментально подхватила его шарманку, наполняя их представление новыми красками. В его глазах она была чуть ли не гением, что тут же распознал необходимость отыграть свою роль!
«Неужели я похож на Томаса...? - на половину секунды его брови подопустились, - А вот она на Карину...»
После «дружеского» укора в задержке, мечник вытянулся во весь рост и виновато почесал затылок. Действительно, негоже друзьям пропадать надолго! Улыбка сменила окрас на несколько виноватый, а затем он аккуратно, как к вольной лани, протягивая ладонь к «знакомой».
- Ну, давай не теряться. - короткий взгляд слегка повернутой в сторону головы выдавал легкую настороженность, пусть мужчина и пытался вести себя максимально непринужденно, сохраняя уголки губ приподнятыми, - В «Припорошенной Вишне» сегодня подают очень славный томатный суп. Будет обидно, если все съедят до того, как мы вернемся!
Возьмет она его руку-лапищу или нет, «Томас» двинется понемногу в сторону порта, поглядывая за тем, чтобы «Карина» не отставала, а вместе с тем продолжая бдить за окружением. Он успел потерять тех двоих, что привлекли его внимание не меньше, чем лучик по соседству, а значит велики шансы, что их небольшая постановка прошла на славу и нашла своего зрителя. Это ли не повод порадоваться?
Так они и пройдут метров сто от того места, где недавно встретились, обсуждая вымышленные дела, которые у них могли накопиться за все это время. Настоящие друзья всегда найдут о чем поговорить! Но, как только озвученная дистанция была преодолена, мечник подойдет к стене одного из домов, чтобы не мешать общему движению на улице, после чего, снизив тон голоса, молвит куда-то слегка в сторону:
- Кажется, можно больше не играть. - с толикой облегчения прозвучал вздох, - Что ж, «Карина»... - повернул смуглокожий голову к собеседнице, - Не положено молодым девушкам-чужеземкам гулять вот так запросто. О своих-то люд беспокоится, а о чужих... Куда реже. Но ты, наверное, не одна странствуешь, да?
Сначала он и сам не верил в то, что хоть кто-то сумел бы придержаться сотканного наспех образа, однако мужчина был приятно удивлен, что девчушка моментально подхватила его шарманку, наполняя их представление новыми красками. В его глазах она была чуть ли не гением, что тут же распознал необходимость отыграть свою роль!
«Неужели я похож на Томаса...? - на половину секунды его брови подопустились, - А вот она на Карину...»
После «дружеского» укора в задержке, мечник вытянулся во весь рост и виновато почесал затылок. Действительно, негоже друзьям пропадать надолго! Улыбка сменила окрас на несколько виноватый, а затем он аккуратно, как к вольной лани, протягивая ладонь к «знакомой».
- Ну, давай не теряться. - короткий взгляд слегка повернутой в сторону головы выдавал легкую настороженность, пусть мужчина и пытался вести себя максимально непринужденно, сохраняя уголки губ приподнятыми, - В «Припорошенной Вишне» сегодня подают очень славный томатный суп. Будет обидно, если все съедят до того, как мы вернемся!
Возьмет она его руку-лапищу или нет, «Томас» двинется понемногу в сторону порта, поглядывая за тем, чтобы «Карина» не отставала, а вместе с тем продолжая бдить за окружением. Он успел потерять тех двоих, что привлекли его внимание не меньше, чем лучик по соседству, а значит велики шансы, что их небольшая постановка прошла на славу и нашла своего зрителя. Это ли не повод порадоваться?
Так они и пройдут метров сто от того места, где недавно встретились, обсуждая вымышленные дела, которые у них могли накопиться за все это время. Настоящие друзья всегда найдут о чем поговорить! Но, как только озвученная дистанция была преодолена, мечник подойдет к стене одного из домов, чтобы не мешать общему движению на улице, после чего, снизив тон голоса, молвит куда-то слегка в сторону:
- Кажется, можно больше не играть. - с толикой облегчения прозвучал вздох, - Что ж, «Карина»... - повернул смуглокожий голову к собеседнице, - Не положено молодым девушкам-чужеземкам гулять вот так запросто. О своих-то люд беспокоится, а о чужих... Куда реже. Но ты, наверное, не одна странствуешь, да?
[club36291248:bp-36291248_275283|Ролевая "One Piece"],
Притворная доброта «Карины» дрогнула, когда «Томас» протянул ей руку — вернее, могучую лапу. Подыгрывать мужчине, у которого, очевидно, есть причины для этой маски, — одно дело. Но вот отправиться с ним в неизвестность?.. Существует ли на самом деле эта «Припорошенная Вишня» или он снова лжёт, пытаясь отвлечь кого-то? Действительно ли их ждёт ужин или Лиза, как всегда, рискует угодить в ловушку собственной доверчивости?
Лиза собралась с духом, издала короткое «угу» и аккуратно, как дикий зверёк, поддалась вперёд. Её тонкие пальцы скользнули в его грубую ладонь. Шаг за шагом, она шла за незнакомцем, мучаясь многочисленными вопросами. Но Вебер всё ещё верила в добродушие любого, кого встретит на своём пути. Даже если мир ранил её единожды, это вовсе не причина становиться затворницей, угу? А значит, несмотря на то, что этот мужчина выглядит как грозный воин, у него не может быть причин желать ей зла!
... Правда ведь?
Пройдя некоторое расстояние под прикрытием пустых, искусственно-лёгких разговоров, Лиза наконец избавилась от незримых преследователей. Некоторые люди, кто шёл за ней по пятам, о чьём существовании она даже не подозревала. Незнакомцы с тёмными намерениями: обмануть, ограбить, воспользоваться её доверчивостью. И, зная наивность Вебер, у них, возможно, действительно могло получиться.
Оказавшись в относительной безопасности, девушка подняла на спутника растерянный взгляд. Смысл его слов ускользал от неё, особенно здесь, на этом острове, где многие уже обращались к ней с улыбкой.
— Вся эта игра, — тихо начала она. — Зачем мы это делали, мистер… э-э… Томас? — Голос дрогнул: а вдруг она попала в точку? — Я просто... не понимаю. Почему я не могу спокойно гулять по этому городу? Да, может быть, я здесь одна, но разве это преступление - любоваться его красотой?
Затем, после короткой паузы, она медленно протянула руку — уже не в притворном, а в искреннем рукопожатии, за которым скрывалась едва сдерживаемая боль. Елизавета не умела притворяться, и каждое упоминание о друзьях отзывалось в ней тихим уколом. Главное — не заплакать сейчас. Только не это.
— Я Елизавета Вебер! С Уайтфилда, вы когда нибудь слышали о таком? Там тихо, зелено, никто не запрещает молодым девушкам гулять одним, но... — губы её дрогнули, — там, правда, и бедновато... Я путешествую по миру, чтобы набраться опыта и ресурсов для спасения моего дома. А вы, мистер, кто такой на самом деле? Я буду рада, если вы пришли с намерением подружиться!
Притворная доброта «Карины» дрогнула, когда «Томас» протянул ей руку — вернее, могучую лапу. Подыгрывать мужчине, у которого, очевидно, есть причины для этой маски, — одно дело. Но вот отправиться с ним в неизвестность?.. Существует ли на самом деле эта «Припорошенная Вишня» или он снова лжёт, пытаясь отвлечь кого-то? Действительно ли их ждёт ужин или Лиза, как всегда, рискует угодить в ловушку собственной доверчивости?
Лиза собралась с духом, издала короткое «угу» и аккуратно, как дикий зверёк, поддалась вперёд. Её тонкие пальцы скользнули в его грубую ладонь. Шаг за шагом, она шла за незнакомцем, мучаясь многочисленными вопросами. Но Вебер всё ещё верила в добродушие любого, кого встретит на своём пути. Даже если мир ранил её единожды, это вовсе не причина становиться затворницей, угу? А значит, несмотря на то, что этот мужчина выглядит как грозный воин, у него не может быть причин желать ей зла!
... Правда ведь?
Пройдя некоторое расстояние под прикрытием пустых, искусственно-лёгких разговоров, Лиза наконец избавилась от незримых преследователей. Некоторые люди, кто шёл за ней по пятам, о чьём существовании она даже не подозревала. Незнакомцы с тёмными намерениями: обмануть, ограбить, воспользоваться её доверчивостью. И, зная наивность Вебер, у них, возможно, действительно могло получиться.
Оказавшись в относительной безопасности, девушка подняла на спутника растерянный взгляд. Смысл его слов ускользал от неё, особенно здесь, на этом острове, где многие уже обращались к ней с улыбкой.
— Вся эта игра, — тихо начала она. — Зачем мы это делали, мистер… э-э… Томас? — Голос дрогнул: а вдруг она попала в точку? — Я просто... не понимаю. Почему я не могу спокойно гулять по этому городу? Да, может быть, я здесь одна, но разве это преступление - любоваться его красотой?
Затем, после короткой паузы, она медленно протянула руку — уже не в притворном, а в искреннем рукопожатии, за которым скрывалась едва сдерживаемая боль. Елизавета не умела притворяться, и каждое упоминание о друзьях отзывалось в ней тихим уколом. Главное — не заплакать сейчас. Только не это.
— Я Елизавета Вебер! С Уайтфилда, вы когда нибудь слышали о таком? Там тихо, зелено, никто не запрещает молодым девушкам гулять одним, но... — губы её дрогнули, — там, правда, и бедновато... Я путешествую по миру, чтобы набраться опыта и ресурсов для спасения моего дома. А вы, мистер, кто такой на самом деле? Я буду рада, если вы пришли с намерением подружиться!
[id543751360:bp-36291248_275443|Tori],
Спектакль окончен, пора сбрасывать маски. Добрый друг стал неизвестным мужчиной в одночасье, стал разбрасываться загадочными фразами, сгустил краски до жути, да ещё и принялся советы раздавать не по делу и не к месту! Неприлично как-то, грубо, совсем не тактично. Но таков был он, - возвышающаяся гора, чей снег волос поблескивал на солнце, проглядывающим из-за облаков, отражая свет.
Он мог бы сказать ей, что спас её от наиболее из темных стечений обстоятельств, которые только могли бы произойти. Мог бы сказать, что те двое быстро потерялись в толпе. Но в голове возникла противоречивая мысль, что так бы он будто бы пытался выставить себя лучше, чем есть на самом деле. А глядя на лицо, в котором безошибочно угадывались волнение и тревога, сама мысль о том, чтобы пугать девчушку ещё больше попросту претила.
«Зачем эта игра?» - повторил мысленный, звучный голос внутри.
- Я... - хотел было вставить свои пять копеек «Томас», но собеседница не закончила ещё свою фразу, а потому он проглотил те слова, которые должны были прозвучать дальше. Привычную задумчивость сменила меланхолия, - Я просто иначе смотрю на мир. Прости, что помешал.
Но небольшая ручонка протягивается уже сама, и меланхолию сменяет удивление, ведь лучик уже становится знакомой личностью и обретает в его глазах собственный блеск.
«Удивительно, но настоящее имя ей подходит куда больше».
- Не то чтобы, но... - он аккуратно пожимает протянутую руку, негромко называя своё имя, - Вилькхор.
Необычное имя разрезало воздух, отдавая чем-то далеким от здешних мест и привычек, вея неизвестными травами, дикими ветрами и буйным нравом самой земли. Тем не мнее, предствляться мужчина продолжил по образу и подобию того, что изрекла мисс Вебер:
- Уроженец Язеса. В родном краю почти не бывает чужаков, но характер у людей суров. Сам - странствую, на... - короткая заминка съела часть правды, - нахожу работу по пути.
В груди крутились странные чувства. Спустя столько лет было как-то непривычно знакомиться с маленькой, - во всех для него смыслах, - девчушкой посреди улицы в таких неожиданных обстоятельствах, а потому он и не знал, что и сказать. Если Лиза не разобьет эту неловкую паузу, когда глаза его то касались её лица, то спадали оземь, смуглый странник наконец выдавит из себя:
- Так... в «Вишне» сегодня и правда подают славный суп. - проведя по бороде костяшками пальцев и оставляя любую ложь в уже сыгранном представлении, молвит он, - Ребят никаких нет - путешествую один, но угостить вполне смогу. Больше никакого обмана, клянусь клинками. - с этими словами он постучал по оружию, которое глухо отозвалось скорее щелчками о ножны, нежели лязгом.
Спектакль окончен, пора сбрасывать маски. Добрый друг стал неизвестным мужчиной в одночасье, стал разбрасываться загадочными фразами, сгустил краски до жути, да ещё и принялся советы раздавать не по делу и не к месту! Неприлично как-то, грубо, совсем не тактично. Но таков был он, - возвышающаяся гора, чей снег волос поблескивал на солнце, проглядывающим из-за облаков, отражая свет.
Он мог бы сказать ей, что спас её от наиболее из темных стечений обстоятельств, которые только могли бы произойти. Мог бы сказать, что те двое быстро потерялись в толпе. Но в голове возникла противоречивая мысль, что так бы он будто бы пытался выставить себя лучше, чем есть на самом деле. А глядя на лицо, в котором безошибочно угадывались волнение и тревога, сама мысль о том, чтобы пугать девчушку ещё больше попросту претила.
«Зачем эта игра?» - повторил мысленный, звучный голос внутри.
- Я... - хотел было вставить свои пять копеек «Томас», но собеседница не закончила ещё свою фразу, а потому он проглотил те слова, которые должны были прозвучать дальше. Привычную задумчивость сменила меланхолия, - Я просто иначе смотрю на мир. Прости, что помешал.
Но небольшая ручонка протягивается уже сама, и меланхолию сменяет удивление, ведь лучик уже становится знакомой личностью и обретает в его глазах собственный блеск.
«Удивительно, но настоящее имя ей подходит куда больше».
- Не то чтобы, но... - он аккуратно пожимает протянутую руку, негромко называя своё имя, - Вилькхор.
Необычное имя разрезало воздух, отдавая чем-то далеким от здешних мест и привычек, вея неизвестными травами, дикими ветрами и буйным нравом самой земли. Тем не мнее, предствляться мужчина продолжил по образу и подобию того, что изрекла мисс Вебер:
- Уроженец Язеса. В родном краю почти не бывает чужаков, но характер у людей суров. Сам - странствую, на... - короткая заминка съела часть правды, - нахожу работу по пути.
В груди крутились странные чувства. Спустя столько лет было как-то непривычно знакомиться с маленькой, - во всех для него смыслах, - девчушкой посреди улицы в таких неожиданных обстоятельствах, а потому он и не знал, что и сказать. Если Лиза не разобьет эту неловкую паузу, когда глаза его то касались её лица, то спадали оземь, смуглый странник наконец выдавит из себя:
- Так... в «Вишне» сегодня и правда подают славный суп. - проведя по бороде костяшками пальцев и оставляя любую ложь в уже сыгранном представлении, молвит он, - Ребят никаких нет - путешествую один, но угостить вполне смогу. Больше никакого обмана, клянусь клинками. - с этими словами он постучал по оружию, которое глухо отозвалось скорее щелчками о ножны, нежели лязгом.
Как раз когда Роу победил он услышал крик [id737784498:bp-36291248_273032|Хару] о том, что и он победил. Сюань нашел в себе силы дойти до Харуто.
—Молодец здоровяк. — Похвалил его Сюань.
После чего ничего не говоря пошёл в свою комнату в отеле. Там он быстро поднялся в номер, закрыл дверь и тут же упал на кровать тут же уснув. Он был очень уставший, так что быстро уснул крепким сном.
—Молодец здоровяк. — Похвалил его Сюань.
После чего ничего не говоря пошёл в свою комнату в отеле. Там он быстро поднялся в номер, закрыл дверь и тут же упал на кровать тут же уснув. Он был очень уставший, так что быстро уснул крепким сном.
[club36291248:bp-36291248_275451|Ролевая "One Piece"],
Елизавета буквально вспыхнула от счастья, едва её пальцы сомкнулись вокруг грубой ладони нового друга. Её улыбка расцвела, глаза заискрились по-детски радостным блеском, а голос наполнился тёплыми, почти родными интонациями. Казалось, перед ним не случайный встречный, а человек, которого знаешь всю жизнь – настолько естественно и доверчиво она светилась.
— Виль... Вилькхор, значит? — произнесла она осторожно, будто пробуя непривычное имя на языке. — Мне очень нравится! Оно куда благороднее «Томаса», да и твои родные края звучат загадочно... Но только... где это? — Она смущённо заёрзала. — Видишь ли, я... я почти не бывала за пределами родного острова, поэтому во всех этих названиях вечно путаюсь, хах! — Её смешок прозвучал чуть громче, чем нужно, а пальцы нервно завивали прядь золотистых волос. Лиза искренне любила новые встречи, интересные знакомства и эти тёплые беседы, которые согревали душу даже в самые мрачные дни. Чтобы поддержать её, не нужно ничего особенного – достаточно просто говорить искренне и без умолку — тогда Вебер обязательно станет легче. Особенно сейчас... особенно после того, что пришлось пережить с прошлой командой...
Глубоко вдохнув, будто сбрасывая оковы тяжёлых дум, Лиза вновь ухватилась за шершавую ладонь Вилькхора и потянулась к выходу — туда, где улицы сулили десятком заманчивых таверн. Главное — двигаться, пока солнце ещё не коснулось горизонта, а ноги не одеревенели от бездействия.
— Хорошо, пошли быстрее! Я вообще ничегошеньки не ела с утра! — задорно торопила она, уже выходя на свет. — А по дороге расскажешь, зачем понадобился весь этот спектакль с ролями. ? То, что ты... «видишь мир иначе» — это я уловила. Но разве это повод заводить знакомства с фальшивым именем и притворным голосом? Я не в обиде, честно! Мне просто дико интересно, зачем всё это!
Елизавета буквально вспыхнула от счастья, едва её пальцы сомкнулись вокруг грубой ладони нового друга. Её улыбка расцвела, глаза заискрились по-детски радостным блеском, а голос наполнился тёплыми, почти родными интонациями. Казалось, перед ним не случайный встречный, а человек, которого знаешь всю жизнь – настолько естественно и доверчиво она светилась.
— Виль... Вилькхор, значит? — произнесла она осторожно, будто пробуя непривычное имя на языке. — Мне очень нравится! Оно куда благороднее «Томаса», да и твои родные края звучат загадочно... Но только... где это? — Она смущённо заёрзала. — Видишь ли, я... я почти не бывала за пределами родного острова, поэтому во всех этих названиях вечно путаюсь, хах! — Её смешок прозвучал чуть громче, чем нужно, а пальцы нервно завивали прядь золотистых волос. Лиза искренне любила новые встречи, интересные знакомства и эти тёплые беседы, которые согревали душу даже в самые мрачные дни. Чтобы поддержать её, не нужно ничего особенного – достаточно просто говорить искренне и без умолку — тогда Вебер обязательно станет легче. Особенно сейчас... особенно после того, что пришлось пережить с прошлой командой...
Глубоко вдохнув, будто сбрасывая оковы тяжёлых дум, Лиза вновь ухватилась за шершавую ладонь Вилькхора и потянулась к выходу — туда, где улицы сулили десятком заманчивых таверн. Главное — двигаться, пока солнце ещё не коснулось горизонта, а ноги не одеревенели от бездействия.
— Хорошо, пошли быстрее! Я вообще ничегошеньки не ела с утра! — задорно торопила она, уже выходя на свет. — А по дороге расскажешь, зачем понадобился весь этот спектакль с ролями. ? То, что ты... «видишь мир иначе» — это я уловила. Но разве это повод заводить знакомства с фальшивым именем и притворным голосом? Я не в обиде, честно! Мне просто дико интересно, зачем всё это!
[id543751360:bp-36291248_275542|Tori],
Удивительным было наблюдать за тем, с каким воодушевлением встречала девчушка слова странника, ещё более поразительным была её открытость и искренность, которыми так и лучился милейший лик. Брови Вилькхора, кажется, даже и не планировали опускаться, застыв в полуудивленном положении. Его нестандартное для этих мест имя она встретила с радостью, а слова о неизведанных землях, видно, пробудили любопытство, - так ему казалось.
Стоять на дороге было бы лишним, потому как они начинали собирать взгляды всех присутствующих, - и здоровяк находил это немного смущающим. Сама новоиспеченная знакомая, впрочем, незамедлительно переняла инициативу у замешкавшегося мечника, потянув его за собой, а он и не планировал сопротивляться.
- Поторопимся, тогда. - добавил путешественник, когда Елизавета упомянула про отсутствие приемов пищи, - Бродить на голодный желудок не стоит даже мне, а я - опытный бродяга.
Слова про спектакль тупым ножом прошлись по груди: обманывать и без того претило, а сейчас даже отмазка «во благо» плохо срабатывала. Но говорить ли Лучику ту правду, которой она так жаждала? Вопрос продублировался в его голове, оставшись отголоском где-то в пространстве собственного разума. Решение, впрочем, пришло само собой: слегка искаженное, но от того не менее правдивое.
- Привык к тому, что выгляжу очень грозно, - начал издалека Вилькхор, - а потому люди меня немного сторонятся. А где сторонятся люди, там мимо проходят и злые намерения, которые так часто направлены на что-то хорошее и беззащитное. - речь выходила даже немного философской, пусть изначально такой цели не ставил себе странник, - А злые же намерения идут с добрыми рука об руку, где бы не жил человек. Природа такая. Уверен, ты хоть раз подобное встречала. Я просто работаю на опережение.
«Задвинул ты, дядь». - пронеслось где-то в чертогах разума, и сам мыслитель искренне надеялся, что Лиза разберется в цепочках, но не до конца докопается до сути, хотя её предыдущие размышления заставляли, скорее, верить в обратное...
- О, а вот мы и пришли! - не успев толком дать что-либо сказать, протянул он в сторону вывески массивную руку, - Заведение собственной персоной!
И правда, здание двухэтажной «Припорошенной вишни» сейчас было прямо перед дуэтом. Не слишком большое, не слишком маленькое, весьма уютное, насколько можно было судить по виду в окнах. Сейчас ещё было слишком рано, чтобы зажигались лампадки и фонари, а естественного освещения хватало за глаза. Людей здесь пока было не слишком много. Убранство... Ничего слишком выдающегося: добротная мебель, кажется, из дуба, широкие столы, массивные стулья, стойка со стеллажами под бутылки, - всё было штатным, кроме одного, а именно произрастающего прямо по центру помещения невысокого, всего полтора метра, вишневого дерева. Было немного удивительным, как мог хозяин его удерживать в бодром состоянии в помещении, но аккуратно подстриженные ветви и наливающиеся соком ягоды говорили о том, что относятся к растению с любовью.
По возможности, Вилькхор направится внутрь вместе со своей спутницей, в моменте предлагая выбрать столик на своё усмотрение.
Удивительным было наблюдать за тем, с каким воодушевлением встречала девчушка слова странника, ещё более поразительным была её открытость и искренность, которыми так и лучился милейший лик. Брови Вилькхора, кажется, даже и не планировали опускаться, застыв в полуудивленном положении. Его нестандартное для этих мест имя она встретила с радостью, а слова о неизведанных землях, видно, пробудили любопытство, - так ему казалось.
Стоять на дороге было бы лишним, потому как они начинали собирать взгляды всех присутствующих, - и здоровяк находил это немного смущающим. Сама новоиспеченная знакомая, впрочем, незамедлительно переняла инициативу у замешкавшегося мечника, потянув его за собой, а он и не планировал сопротивляться.
- Поторопимся, тогда. - добавил путешественник, когда Елизавета упомянула про отсутствие приемов пищи, - Бродить на голодный желудок не стоит даже мне, а я - опытный бродяга.
Слова про спектакль тупым ножом прошлись по груди: обманывать и без того претило, а сейчас даже отмазка «во благо» плохо срабатывала. Но говорить ли Лучику ту правду, которой она так жаждала? Вопрос продублировался в его голове, оставшись отголоском где-то в пространстве собственного разума. Решение, впрочем, пришло само собой: слегка искаженное, но от того не менее правдивое.
- Привык к тому, что выгляжу очень грозно, - начал издалека Вилькхор, - а потому люди меня немного сторонятся. А где сторонятся люди, там мимо проходят и злые намерения, которые так часто направлены на что-то хорошее и беззащитное. - речь выходила даже немного философской, пусть изначально такой цели не ставил себе странник, - А злые же намерения идут с добрыми рука об руку, где бы не жил человек. Природа такая. Уверен, ты хоть раз подобное встречала. Я просто работаю на опережение.
«Задвинул ты, дядь». - пронеслось где-то в чертогах разума, и сам мыслитель искренне надеялся, что Лиза разберется в цепочках, но не до конца докопается до сути, хотя её предыдущие размышления заставляли, скорее, верить в обратное...
- О, а вот мы и пришли! - не успев толком дать что-либо сказать, протянул он в сторону вывески массивную руку, - Заведение собственной персоной!
И правда, здание двухэтажной «Припорошенной вишни» сейчас было прямо перед дуэтом. Не слишком большое, не слишком маленькое, весьма уютное, насколько можно было судить по виду в окнах. Сейчас ещё было слишком рано, чтобы зажигались лампадки и фонари, а естественного освещения хватало за глаза. Людей здесь пока было не слишком много. Убранство... Ничего слишком выдающегося: добротная мебель, кажется, из дуба, широкие столы, массивные стулья, стойка со стеллажами под бутылки, - всё было штатным, кроме одного, а именно произрастающего прямо по центру помещения невысокого, всего полтора метра, вишневого дерева. Было немного удивительным, как мог хозяин его удерживать в бодром состоянии в помещении, но аккуратно подстриженные ветви и наливающиеся соком ягоды говорили о том, что относятся к растению с любовью.
По возможности, Вилькхор направится внутрь вместе со своей спутницей, в моменте предлагая выбрать столик на своё усмотрение.
[club36291248:bp-36291248_275653|Ролевая "One Piece"],
«Задвинул, дядь…» — пронеслось где-то в чертогах разума. Лиза и вправду не поняла ни единого слова из объяснений Вилькхора. Зачем сторониться такого, казалось бы, приятного человека? Откуда эта вечная тень зла, что неизменно следует по пятам за добрыми намерениями? И что за «опережение» он имел в виду, когда застал её на улице со спонтанным концертом? Ответы, вероятно, лежали на поверхности для того, кто познал опасности большого мира. Лизе же оставалось лишь слабо улыбнуться в ответ. Кивнуть. Сделать вид, что она всё прекрасно поняла — вот же, не дурочка какая! — пока рой неразрешимых вопросов жужжал у неё в голове.
— Ум... Ну да, конечно-конечно! — выпалила она с напускной бодростью, пока голос звенел неестественно высоко. — Сталкивалась и с таким! Всё ясно как день, не вопрос!
Надо было срочно увести разговор от этих мудрёных тем! А поэтому, не давая Вилькхору понять о своей несмышлённости, девочка тут же заговорила о другом: — А ты, значит, бывалый странник? О, это здорово! Я как раз хотела тыщу вещей спросить! Видишь ли, и мой путь не близкий, так что будет просто чудесно послушать дельные советы бывалого морского волка, — она уже почти тараторила, — за горяченькой похлёбкой! Или пирожком! Чем-нибудь согревающим, да!
А вот и «Припорошенная Вишня». Снаружи — рядовое заведение, ничем не выделяющееся среди других приземистых таверн на Ярсие. Но для Лизы, никогда не ступавшей ни в это, ни в какое иное заведение острова, оно сулило новые приключения и целый мир незнакомых вкусов. Главным соблазном были местные блюда: что ставят на столы здешние повара, какие пряности варят в своих котлах? Вопрос было много, но стоило ей переступить порог, и любопытство о кухне растворилось в один миг. Как тут сохранить хладнокровие, если прямо посреди зала, под самой крышей, возвышалось настоящее живое дерево?! Не какое-то там украшение, а ветвистое чудо, пустившее корни глубоко под фундамент и в землю!
— Смотри, Вилькхор! — Она не смогла сдержать восторженный крик. — Они и правда вырастили вишню! Здесь! Внутри!
Она уже неслась сквозь расставленные столы, не думая о суете, которую сама же и создавала. Сумка осталась лежать у самого входа — забылась там от удивления и от того, плечи хрупкой девушки стали побаливать от столь тяжёлой ноши. Она облетела вишню первый и второй раз, наслаждаясь её красотой, атмосферой и причудливостью. Опавший листик она подняла, рассмотрела на свет сквозь искрящиеся от восторга глаза и прижала к груди, точно сокровище. Быстрый, робкий взгляд по сторонам — не возбраняется ли взять это как сувенир на память? Лишь тогда её внимание вернулось к Вилькхору, высматривающему свободный столик.
— Я угощу нас томатным супом! — радостно выпалила она, подбежав и слегка запыхавшись. — Не суди по виду, но денег у меня в самый раз! Будет так здорово угостить нового друга в честь знакомства! А еще... — голос её чуть дрогнул, — одной было бы уж очень тоскливо на этом острове, я думаю... Ну что, идем? И как тут, эм... Как здесь принято заказывать? — добавила она, внезапно смутившись и оглядываясь на непривычную обстановку таверны. На родных землях каждый готовил для себя сам, на Мессе о ней заботилась милая женщина, а в плаваниях Лиза сама становилась за кастрюлю.
«Задвинул, дядь…» — пронеслось где-то в чертогах разума. Лиза и вправду не поняла ни единого слова из объяснений Вилькхора. Зачем сторониться такого, казалось бы, приятного человека? Откуда эта вечная тень зла, что неизменно следует по пятам за добрыми намерениями? И что за «опережение» он имел в виду, когда застал её на улице со спонтанным концертом? Ответы, вероятно, лежали на поверхности для того, кто познал опасности большого мира. Лизе же оставалось лишь слабо улыбнуться в ответ. Кивнуть. Сделать вид, что она всё прекрасно поняла — вот же, не дурочка какая! — пока рой неразрешимых вопросов жужжал у неё в голове.
— Ум... Ну да, конечно-конечно! — выпалила она с напускной бодростью, пока голос звенел неестественно высоко. — Сталкивалась и с таким! Всё ясно как день, не вопрос!
Надо было срочно увести разговор от этих мудрёных тем! А поэтому, не давая Вилькхору понять о своей несмышлённости, девочка тут же заговорила о другом: — А ты, значит, бывалый странник? О, это здорово! Я как раз хотела тыщу вещей спросить! Видишь ли, и мой путь не близкий, так что будет просто чудесно послушать дельные советы бывалого морского волка, — она уже почти тараторила, — за горяченькой похлёбкой! Или пирожком! Чем-нибудь согревающим, да!
А вот и «Припорошенная Вишня». Снаружи — рядовое заведение, ничем не выделяющееся среди других приземистых таверн на Ярсие. Но для Лизы, никогда не ступавшей ни в это, ни в какое иное заведение острова, оно сулило новые приключения и целый мир незнакомых вкусов. Главным соблазном были местные блюда: что ставят на столы здешние повара, какие пряности варят в своих котлах? Вопрос было много, но стоило ей переступить порог, и любопытство о кухне растворилось в один миг. Как тут сохранить хладнокровие, если прямо посреди зала, под самой крышей, возвышалось настоящее живое дерево?! Не какое-то там украшение, а ветвистое чудо, пустившее корни глубоко под фундамент и в землю!
— Смотри, Вилькхор! — Она не смогла сдержать восторженный крик. — Они и правда вырастили вишню! Здесь! Внутри!
Она уже неслась сквозь расставленные столы, не думая о суете, которую сама же и создавала. Сумка осталась лежать у самого входа — забылась там от удивления и от того, плечи хрупкой девушки стали побаливать от столь тяжёлой ноши. Она облетела вишню первый и второй раз, наслаждаясь её красотой, атмосферой и причудливостью. Опавший листик она подняла, рассмотрела на свет сквозь искрящиеся от восторга глаза и прижала к груди, точно сокровище. Быстрый, робкий взгляд по сторонам — не возбраняется ли взять это как сувенир на память? Лишь тогда её внимание вернулось к Вилькхору, высматривающему свободный столик.
— Я угощу нас томатным супом! — радостно выпалила она, подбежав и слегка запыхавшись. — Не суди по виду, но денег у меня в самый раз! Будет так здорово угостить нового друга в честь знакомства! А еще... — голос её чуть дрогнул, — одной было бы уж очень тоскливо на этом острове, я думаю... Ну что, идем? И как тут, эм... Как здесь принято заказывать? — добавила она, внезапно смутившись и оглядываясь на непривычную обстановку таверны. На родных землях каждый готовил для себя сам, на Мессе о ней заботилась милая женщина, а в плаваниях Лиза сама становилась за кастрюлю.
Tori (https://vk.ru/id543751360),
«И все же не поняла... Ну и к лучшему, в общем-то». - прозвучало в мыслях, когда Лиза заверила в ясности слов Вилькхора. Впрочем, эту тему вполне можно было оставить позади, за рамками, ведь её первопричина вряд ли даст о себе знать... Во всяком случае, в ближайшее время.
«Согревающего... Да можно бы...»
И, всё же, любопытство её было непомерным: стоило хоть какой-то информации прозвучать, как девчушка начинала тянуть за ниточки, до которых могла дотянуться, и это было слегка непривычно для того, кто странствует один и не особо распространяется о себе. Про себя он уже приготовился выбирать слова, дабы «не застилать тучами обзор», однако... В моменте придется отвечать, как есть.
- Действительно, вот уж чудеса. - кивком сопроводил речь здоровяк, бывавший тут разок, когда они заходили внутрь, - Много заботы вложено.
Сумка с грузом, столь спешно покинувшая плечи хозяйки, не остались без внимания: удивительным было и то, насколько шустро переключалась сама маленькая мисс Вебер, совершенно забывая о том, что было вокруг, когда видела что-либо, вызывающее интерес. Её суетливость была полной противоположностью размеренности и основательности Вилькхора в любой из моментов времени. Слегка потонув в мыслях, он перевел взгляд на спутницу, что успела подхватить себе листок плодового древа, ни слова не говоря на этот счёт. Редкие посетители, в том числе завсегдатаи, привлеченные происходящем, время от времени бросали взоры на прибывший дуэт, слишком вычурный и по-странному естественный. Пока шум со стороны Лучика не вызывал больших бурчаний, поэтому и сам мечник ничего не сказал... Возможно, играла роль и его внешность.
Предложение угостить его было, конечно, любопытным, но ни разу не соблазнительным: не пристало ему, здоровому взрослому лбу, нахлебничать на тонких девичьих кошельках, поэтому на все это странник лишь аккуратно махнул рукой, мол «да будет тебе». Во всяком случае, сам он вкладывал именно такой смысл.
- Давай присядем тут. - указала могучая длань на столик с четыремя стульями, на одном из которых очень скоро оказалась сумка Лизы, - Не теряй вещей-то. А заказывать...
Присев, мужчина поднял руку вверх, и обратился прямо к трактирщику в меру громко:
- Два томантых супа, добрый хозяин, хлеба, солонины немного, компота из сухофруктов. Тоже на двоих.
Скучающий до этого трактирщик, что по возрасту был где-то около оного же у Вилькхора, только телосложением не такой богатырский да с залысиной на голове, понимающе кивнул и передал заказ подбежавшей девушке, а та отправилась уже на кухню. Пройдет не меньше пятнадцати минут, прежде, чем еду принесут гостям, а пока странник смотрел на Лизу, понимая, что та не оставит его без очередных вопросов.
«И все же не поняла... Ну и к лучшему, в общем-то». - прозвучало в мыслях, когда Лиза заверила в ясности слов Вилькхора. Впрочем, эту тему вполне можно было оставить позади, за рамками, ведь её первопричина вряд ли даст о себе знать... Во всяком случае, в ближайшее время.
«Согревающего... Да можно бы...»
И, всё же, любопытство её было непомерным: стоило хоть какой-то информации прозвучать, как девчушка начинала тянуть за ниточки, до которых могла дотянуться, и это было слегка непривычно для того, кто странствует один и не особо распространяется о себе. Про себя он уже приготовился выбирать слова, дабы «не застилать тучами обзор», однако... В моменте придется отвечать, как есть.
- Действительно, вот уж чудеса. - кивком сопроводил речь здоровяк, бывавший тут разок, когда они заходили внутрь, - Много заботы вложено.
Сумка с грузом, столь спешно покинувшая плечи хозяйки, не остались без внимания: удивительным было и то, насколько шустро переключалась сама маленькая мисс Вебер, совершенно забывая о том, что было вокруг, когда видела что-либо, вызывающее интерес. Её суетливость была полной противоположностью размеренности и основательности Вилькхора в любой из моментов времени. Слегка потонув в мыслях, он перевел взгляд на спутницу, что успела подхватить себе листок плодового древа, ни слова не говоря на этот счёт. Редкие посетители, в том числе завсегдатаи, привлеченные происходящем, время от времени бросали взоры на прибывший дуэт, слишком вычурный и по-странному естественный. Пока шум со стороны Лучика не вызывал больших бурчаний, поэтому и сам мечник ничего не сказал... Возможно, играла роль и его внешность.
Предложение угостить его было, конечно, любопытным, но ни разу не соблазнительным: не пристало ему, здоровому взрослому лбу, нахлебничать на тонких девичьих кошельках, поэтому на все это странник лишь аккуратно махнул рукой, мол «да будет тебе». Во всяком случае, сам он вкладывал именно такой смысл.
- Давай присядем тут. - указала могучая длань на столик с четыремя стульями, на одном из которых очень скоро оказалась сумка Лизы, - Не теряй вещей-то. А заказывать...
Присев, мужчина поднял руку вверх, и обратился прямо к трактирщику в меру громко:
- Два томантых супа, добрый хозяин, хлеба, солонины немного, компота из сухофруктов. Тоже на двоих.
Скучающий до этого трактирщик, что по возрасту был где-то около оного же у Вилькхора, только телосложением не такой богатырский да с залысиной на голове, понимающе кивнул и передал заказ подбежавшей девушке, а та отправилась уже на кухню. Пройдет не меньше пятнадцати минут, прежде, чем еду принесут гостям, а пока странник смотрел на Лизу, понимая, что та не оставит его без очередных вопросов.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 2 Гость(ей)