Максим,
- Мое место там, где я решу. - Не смотря на саму фразу, сказала это Карри весьма спокойно и буднично. Судя по всему, она и не намеревалась никуда бежать, уже звериным чутьем ощутив присутствие чего-то большего, чем толпа очередных неудавшихся экспериментов.
Как и раньше - нечто особенное.
Очень быстро явившее себя. Откуда вообще местные "разработчики" брали материал? Не могло же в краткое время то, что находилось в самом Мастеме, так разнообразно видоизмениться. Хотя, если припомнить яйцо, которое она нашла ранее, тут и удивляться нечему, у некоторых специалистов наблюдалась нездоровая тяга попытаться напихать все что можно разом. Авось результат превзойдет ожидания?
Тут явно превзошел. Но не в ту сторону. В эту сторону вообще лучше ничего не ожидать, таких гибридов поди еще в фантазиях поищи... Чешуя ему уж точно не шла, как и лишние конечности, которые оказались снабжены гипертрофированными наростами, напоминающими помесь клинков или когтей.
- А мы не ищем легких путей, да? В следующий раз давай возьмем с собой хотя бы проигрыватель. - Карри коротко рассмеялась, отчего чудовище подняло свою голову, устремив взгляд к гостям. А девушка и правда шагнула вперед, с одной лишь разницей, что перед этим вскочила на какой-то обломок и подпрыгнула ввысь, насколько было способно тяжелое тело силовой формы.
Страх... Страха в ее жизни было много. Так много, что впору было делиться с теми, кто испытывает острую нехватку адреналина. К тому же, из раза в раз ее противники представляли собой нечто, от которого содержимое желудка стремилось наружу без спросу. То от немого ужаса и ощущения собственной микроскопичности, то от неестественности, надлома самой сути бытия. К такому почти невозможно привыкнуть, разум не столько привыкает, сколько притупляет само по себе мироощущение, давая ему большую широту и оттого большую размытость.
Карри этим жертвовать не намеревалась. И пусть вот эта куча жести во плоти, бросившаяся ей навстречу с разинутой пастью и переливчатым воем, от которого перед взглядом все плыло, представляла собой самый что ни на есть страх, она все еще состояла из костей и плоти.
А еще она не была самим Мастемой. А значит и возродиться, как он, не должна.
Карри приземлилась бы рядом с ним, ударяя тяжестью в хвост, но змей стремительно развернулся, пропарывая воздух клинками и разевая пасть так, что олень мог в ней без труда поместиться целиком.
Пришлось прямо в полете резко развернуться, врезая по морде змея копытом. Сила у этого удара должна была оказаться чудовищной - Карри уже хорошо освоила этот облик и умела вложить столько, чтобы подобным махом уничтожались стены.
Воспользовавшись тем, что ее саму от этого удара слегка отбросило, как и голову твари, Оленуха приземлилась уже на засыпанный обломками пол, стремительно меняя обличие. Тяжесть сменилась изящными линиями и тонким изгибом тела, над головой древесной короной взвилось три витых рога, а на локтях образовались собственные наросты-клинки.
Чудовище замешкалось лишь на несколько мгновений. Словно внимая какому-то внутреннему ритму, огромное и разъяренное, оно спружинило длинным телом от пола и бросилось сверху, обдавая изрядно уменьшившуюся противницу шквалом клинковых ударов. но орало и верещало, вообще не давая сосредоточиться, от этих звуков и грохота разрушаемого бетона вибрировали стены.
Слишком быстрый темп его атаки давал о себе знать. Карри больше не отыскивала Севатара взглядом, но зону атаки змея покинула сразу, как он накинулся, взбежав по обрушенной опорной колонне и скрывшись за одним из камней. Она пыталась в первой стычке на ощупь и взгляд отыскать место, в которое имеет смысл стрелять, но пока все тело противника выглядело донельзя бронированным, а от удара по харе у него даже не осталось следа. Опоздай она с отступлением - кто знает, может, из нее вышел бы неплохой тартар.
Блюдо, не соус.
ONE PIECE RP ·
Остров 13-A-4 N-5-S-5
Короткий глубокий вдох сразу напомнил о проблемах винтовой формы. Девушка ощутила, как дурнота сковывает горло и тут же страх сдавил солнечное сплетение - она ощутила на себе его ВЗГЛЯД. Внимательный, с резко замедлившимся и углубившимся дыханием. Она почти не чуяла его собственный смрад, а от окружающего мутило, зато змей словно бы запомнил ее сильно отличающийся запах и теперь точно знал, почти чувствовал до миллиметра, где она сама.
Удар последовал молниеносно, пока Карри уговаривала себя хотя бы сдвинуться с места, хотя со стороны ее движение выглядело как быстрый рывок, почти стерший ее из видимого пространства. Обломок, послуживший ей укрытием, взорвался облаком осколков от взмаха первой руки, а остальные три ударили аккурат в ее позицию, отбросив на пол и вдавив в бетон. Оленуху не проткнуло лишь потому, что она успела собрать крохи сосредоточенности и собрать волю достаточную, чтобы сдержать удар попавшего клинка.
"Не пробил" - разочарование читалось в нечеловечески внимательном и голодном взгляде, нависшем над ней. И тут же громадная пасть рванулась девушке навстречу.
Карри попыталась было нанести клинку хоть какой-то урон, но змей словно и сам использовал некую волю, на его наростах даже не оставалось царапин от множественного разрушения.
Когда тот попытался укусить, подняв клинок, она кое-как успела откатиться в сторону и исчезла ненадолго из виду, скользнув через несколько обломков вверх, вскарабкавшись по колонне и замерев сверху.
Змей снова выпрямился, обманчиво медленно покачиваясь в такт собственному дыханию, он шумно втянул воздух.
"Где-то должно быть слабое место." - укол когтем в ладонь заставил девушку отвлечься от запаха и сосредоточиться на собственной боли в руке и брюшине. Взгляд ничего не давал, воспользовавшись заминкой, которую дало ей расстояние до змея и то время, которое он подслеповато разыскивал ее в полутьме, Карри утихомирила собственное дыхание, как делала это перед выстрелом из винтовки.
Она знала, куда стрелять в человека, быстро соображала, куда выстрелить в противника странного вида, но здесь любая пуля казалась не более, чем заусенцем по эффективности, так что и выстрел должен был стать таким точным, чтобы оказаться фатальной занозой.
"Как понять, в какой момент он ударит? В какой - укусит? Логика обычного существа в бою может быть предугадана за счет боевого опыта, а тут все равно, что пытаться предугадать решение холодильника упасть на тебя темной ночью."
Шорох заставил девушку встрепенуться. В этот раз она успела изменить укрытие до того, как его разметало на осколки ударом массивного хвоста - но этот самый хвост догнал ее в дороге к следующей позиции, отбросив в сторону и впечатав сразу после еще одним или двумя резкими ударами. Змей развернулся к ней, вновь издавая тягучий вопль, но Карри только чувствовала, как гудит ее голова, а кровь заливает глаза. Отерев морду лица пыльной рукой, она первым делом увидела, как в нее на скорости локомотива летит раззявленная пасть.
"Интересно, а он ядовитый?"
Мысль оказалась отрезвляющей вспышкой. В голове мгновенно перестало гудеть, зато боль заместила собой почти все, но Карри успела, ударив копытами в пол, подбросить себя вверх перед самым ударом. И тут же обрушиться вниз, изменив угол падения об стену, чтобы вонзить локтевые клинки в лицо твари и разодрать его ноздри, да постараться как можно больше ободрать лицо. Пришлось даже укреплять клинки, чтобы это действительно получилось - хотя даже так у Карри создалось ощущение, что она впала ими по металлоконструкции, которая, о чудо, поддалась и разъехалась бороздами, тут же плеснувшими кисловато пахнущей кровью.
Змей взревел, вскинув руки к лицу. Девушка чуть не заорала в ответ, настолько омерзительным вышел этот звук. Его глаза бешено вращались, выискивая жертву, но Винт уже бросилась в сторону, чтобы дать себе еще немного времени на передышку и сосредоточение.
"Пасть. Надо дать ему себя атаковать. Но как угадать? Как угадать?"
Удар последовал молниеносно, пока Карри уговаривала себя хотя бы сдвинуться с места, хотя со стороны ее движение выглядело как быстрый рывок, почти стерший ее из видимого пространства. Обломок, послуживший ей укрытием, взорвался облаком осколков от взмаха первой руки, а остальные три ударили аккурат в ее позицию, отбросив на пол и вдавив в бетон. Оленуху не проткнуло лишь потому, что она успела собрать крохи сосредоточенности и собрать волю достаточную, чтобы сдержать удар попавшего клинка.
"Не пробил" - разочарование читалось в нечеловечески внимательном и голодном взгляде, нависшем над ней. И тут же громадная пасть рванулась девушке навстречу.
Карри попыталась было нанести клинку хоть какой-то урон, но змей словно и сам использовал некую волю, на его наростах даже не оставалось царапин от множественного разрушения.
Когда тот попытался укусить, подняв клинок, она кое-как успела откатиться в сторону и исчезла ненадолго из виду, скользнув через несколько обломков вверх, вскарабкавшись по колонне и замерев сверху.
Змей снова выпрямился, обманчиво медленно покачиваясь в такт собственному дыханию, он шумно втянул воздух.
"Где-то должно быть слабое место." - укол когтем в ладонь заставил девушку отвлечься от запаха и сосредоточиться на собственной боли в руке и брюшине. Взгляд ничего не давал, воспользовавшись заминкой, которую дало ей расстояние до змея и то время, которое он подслеповато разыскивал ее в полутьме, Карри утихомирила собственное дыхание, как делала это перед выстрелом из винтовки.
Она знала, куда стрелять в человека, быстро соображала, куда выстрелить в противника странного вида, но здесь любая пуля казалась не более, чем заусенцем по эффективности, так что и выстрел должен был стать таким точным, чтобы оказаться фатальной занозой.
"Как понять, в какой момент он ударит? В какой - укусит? Логика обычного существа в бою может быть предугадана за счет боевого опыта, а тут все равно, что пытаться предугадать решение холодильника упасть на тебя темной ночью."
Шорох заставил девушку встрепенуться. В этот раз она успела изменить укрытие до того, как его разметало на осколки ударом массивного хвоста - но этот самый хвост догнал ее в дороге к следующей позиции, отбросив в сторону и впечатав сразу после еще одним или двумя резкими ударами. Змей развернулся к ней, вновь издавая тягучий вопль, но Карри только чувствовала, как гудит ее голова, а кровь заливает глаза. Отерев морду лица пыльной рукой, она первым делом увидела, как в нее на скорости локомотива летит раззявленная пасть.
"Интересно, а он ядовитый?"
Мысль оказалась отрезвляющей вспышкой. В голове мгновенно перестало гудеть, зато боль заместила собой почти все, но Карри успела, ударив копытами в пол, подбросить себя вверх перед самым ударом. И тут же обрушиться вниз, изменив угол падения об стену, чтобы вонзить локтевые клинки в лицо твари и разодрать его ноздри, да постараться как можно больше ободрать лицо. Пришлось даже укреплять клинки, чтобы это действительно получилось - хотя даже так у Карри создалось ощущение, что она впала ими по металлоконструкции, которая, о чудо, поддалась и разъехалась бороздами, тут же плеснувшими кисловато пахнущей кровью.
Змей взревел, вскинув руки к лицу. Девушка чуть не заорала в ответ, настолько омерзительным вышел этот звук. Его глаза бешено вращались, выискивая жертву, но Винт уже бросилась в сторону, чтобы дать себе еще немного времени на передышку и сосредоточение.
"Пасть. Надо дать ему себя атаковать. Но как угадать? Как угадать?"
Она прижалась разодранной спиной к холодной колонне. Об этом и говорил Севатар. Шаг навстречу. Нужно увидеть, ощутить само намерение, нечто большее, чем просто желание убить и поглотить, даже у откровенно тупого животного есть намерение сделать это определенным образом, иначе оно само будет убито и поглощено. Куда большего труда должно стоить умение отключить собственные намерения.
Рука сама опустилась к кобуре. Она слышала - он перестал протяжно гудеть, а ровное дыхание сменилось сопением и шипением, хлюпаньем крови в ране. Теперь чудовище не слышало ее запах так явственно, не ощущало так чисто ее суть, но уже явно знало направление, в котором искать. Или бить.
Пальцы, чуть дрожа от напряжения в пораненых мышцах, обхватили рукоять. Риггер заряжен пробивными - двумя - может и хватит.
Карри сделала шаг из-за колонны, вставая на одну линию с чудовищем. Он заносил руки-клинки, разметав хвостом несколько камней на обратной стороне, чтобы ударить туда, где она только что была, но метавшийся из стороны в сторону взгляд мгновенно замер на ее мелкой фигурке.
Короткий проблеск понимания, не смотря на вновь затекшую в глаза кровь, заставил Карри отпрыгнуть вправо - бетон брызнул обломками, задев ее лишь чуть, но один клинок остался ненадолго в проломе.
Дальше - хаотичный удар еще тремя. Он уже так делал и теперь она ощутила это явственно, ринувшись к первому и, перепрыгнув его, прямо навстречу чудовищу.
Дальше пасть. Вот она, после короткого вдоха ринулась к ней, неестественно растянувшись, молниеносная и точно со всеми возможными билетами в один конец.
Еще один короткий мутный проблеск, ощущение того, как эту пасть должно увести вниз, чтобы уудар точно стал фатальным, настолько она мерзкая быстрая муха.
"Рано."
Карри сделала короткий рывок к змею, заставляя чудовище в догоняющем цель движении пасть раззявить максимально и оказываясь прямо под ней, под клыками и языком.
"Рано. Рано. Момент."
Образовался смрадный купол, в котором оба прогремевших выстрела прозвучали оглушающими и чуть не пошатнули саму девушку. Оленуха прямо перед ударом вытянула руку вверх, поддерживая ее второй, и выстрелила в нёбо твари по линии примерного расположения глаз и мозга.
Его руки и когти бешено заскребли по развалинам, оставляя борозды и заливая пол кровью вперемешку с кислой жижей.
Рука сама опустилась к кобуре. Она слышала - он перестал протяжно гудеть, а ровное дыхание сменилось сопением и шипением, хлюпаньем крови в ране. Теперь чудовище не слышало ее запах так явственно, не ощущало так чисто ее суть, но уже явно знало направление, в котором искать. Или бить.
Пальцы, чуть дрожа от напряжения в пораненых мышцах, обхватили рукоять. Риггер заряжен пробивными - двумя - может и хватит.
Карри сделала шаг из-за колонны, вставая на одну линию с чудовищем. Он заносил руки-клинки, разметав хвостом несколько камней на обратной стороне, чтобы ударить туда, где она только что была, но метавшийся из стороны в сторону взгляд мгновенно замер на ее мелкой фигурке.
Короткий проблеск понимания, не смотря на вновь затекшую в глаза кровь, заставил Карри отпрыгнуть вправо - бетон брызнул обломками, задев ее лишь чуть, но один клинок остался ненадолго в проломе.
Дальше - хаотичный удар еще тремя. Он уже так делал и теперь она ощутила это явственно, ринувшись к первому и, перепрыгнув его, прямо навстречу чудовищу.
Дальше пасть. Вот она, после короткого вдоха ринулась к ней, неестественно растянувшись, молниеносная и точно со всеми возможными билетами в один конец.
Еще один короткий мутный проблеск, ощущение того, как эту пасть должно увести вниз, чтобы уудар точно стал фатальным, настолько она мерзкая быстрая муха.
"Рано."
Карри сделала короткий рывок к змею, заставляя чудовище в догоняющем цель движении пасть раззявить максимально и оказываясь прямо под ней, под клыками и языком.
"Рано. Рано. Момент."
Образовался смрадный купол, в котором оба прогремевших выстрела прозвучали оглушающими и чуть не пошатнули саму девушку. Оленуха прямо перед ударом вытянула руку вверх, поддерживая ее второй, и выстрелила в нёбо твари по линии примерного расположения глаз и мозга.
Его руки и когти бешено заскребли по развалинам, оставляя борозды и заливая пол кровью вперемешку с кислой жижей.
[id213233084:bp-36291248_252342|Аладей],
Вернув сигарету в зубы, хамелеон вышел на врага. Он во многом был противоположностью того, что достался Оленухе. Разве что в степени уродства не отличался. Если, конечно, уродство можно измерить. Существо передвигалась на коротких, но сильных и массивных ногах, а его тело было поистине огромным – широкое, с большим горбом, что возвышался над головой, которая будто располагалась по центру корпуса. А руки... Ох, их было не две, как должно, и даже не четыре, как у противника Карри. Сосчитать их было примерно невозможно, ибо торчали они из каждой точки корпуса, на спине вообще складываясь в ежиную спину, чьи иголки вечно находились в движении, пытаясь что-то ухватись, переплетаясь друг с другом.
= Какой красавчик, - усмехаясь прокомментировала Мойра.
Рыжий промолчал. Ему надо было сосредоточиться, если он хочет одержать верх. К врагу подкрасться не вышло, хотя хамелеон не больно то и пытался. Стоило ему только ступить в пещерный зал, усеянный разорванными на части телами, или же просто отрезанными конечностями, как огромный уродец развернулся, нависая над рыжим.
= Убить!
Даже не жить, нет. В этом существе не было ничего, кроме желания убивать. Его массивная, основная, права рука опустилась туда, где только что стоял хамелеон, который уже оказался между его ног. Усиленные Волей мечи вонзились в плоть, обдавая руку мужчины кровью, что при попадании на одежду тут же её прожгла и начала въедаться в кожу. Существо мгновенно развернулось – сделало это, как и другие, с немыслимой для него скоростью, и отбросило Герцога ударом дюжины рук так, что тот, пролетев несколько метров, впечатался спиной в каменную стену.
= Ну же, тебе надо постараться. Вот так просто вряд ли получится, - прокомментировала Мойра. Её существо не замечало, сосредоточившись на рыжем.
Вернув сигарету в зубы, хамелеон вышел на врага. Он во многом был противоположностью того, что достался Оленухе. Разве что в степени уродства не отличался. Если, конечно, уродство можно измерить. Существо передвигалась на коротких, но сильных и массивных ногах, а его тело было поистине огромным – широкое, с большим горбом, что возвышался над головой, которая будто располагалась по центру корпуса. А руки... Ох, их было не две, как должно, и даже не четыре, как у противника Карри. Сосчитать их было примерно невозможно, ибо торчали они из каждой точки корпуса, на спине вообще складываясь в ежиную спину, чьи иголки вечно находились в движении, пытаясь что-то ухватись, переплетаясь друг с другом.
= Какой красавчик, - усмехаясь прокомментировала Мойра.
Рыжий промолчал. Ему надо было сосредоточиться, если он хочет одержать верх. К врагу подкрасться не вышло, хотя хамелеон не больно то и пытался. Стоило ему только ступить в пещерный зал, усеянный разорванными на части телами, или же просто отрезанными конечностями, как огромный уродец развернулся, нависая над рыжим.
= Убить!
Даже не жить, нет. В этом существе не было ничего, кроме желания убивать. Его массивная, основная, права рука опустилась туда, где только что стоял хамелеон, который уже оказался между его ног. Усиленные Волей мечи вонзились в плоть, обдавая руку мужчины кровью, что при попадании на одежду тут же её прожгла и начала въедаться в кожу. Существо мгновенно развернулось – сделало это, как и другие, с немыслимой для него скоростью, и отбросило Герцога ударом дюжины рук так, что тот, пролетев несколько метров, впечатался спиной в каменную стену.
= Ну же, тебе надо постараться. Вот так просто вряд ли получится, - прокомментировала Мойра. Её существо не замечало, сосредоточившись на рыжем.
И правда, вот так с наскока едва ли выйдет что-то путное. Раны в районе паха врага хоть и были глубокими, но кровотечение остановилось практически сразу и сейчас вся эта махина неслась на Герцога, что все ещё не поднялся на ноги. Сложив основные руки в огромный молот, он нанёс удар, поднявший облако пыли и скрывший рыжего от женщины.
«Только он и я. Только я и мой враг. Нет больше никого. Нет других меня. Моя воля и его»
Хамелеон поймал руки существа прямо перед своим лицом. В этом ему помогла внешность Ренектона, его массивные лапы, ибо без них физической силы едва ли было бы достаточно. Но и пересилить, оттолкнуть махину представлялось делом явно непростым. Получив мгновение замешательства врага, Герцог сбросил звериную форму, отчего потерявший точку опоры враг стал заваливаться вперёд. Проскочив у того между ног и вытащив всё ещё торчавшие там мечи, рыжий оказался за спиной и ударил с разворота, разом отсекая дюжину рук. Перехватив меч и вонзив его во врага, мужчина смог начать взбираться наверх, почти бежав и используя клинки для устойчивости и отсекая ими попадающиеся на пути руки. К сожалению, двигались они очень быстро, иногда слишком быстро, отчего рыжий не мог по ним попасть. Это и сыграло с ним злую шутку, ибо когда Герцог уже буквально мог достать клинками до шеи, ещё чуть-чуть и голова урода слетит с плеч, несколько пар рук вцепились мёртвой хваткой в его лодыжки. Сменить форму, вырваться из капкана – на это не уйдёт и секунды. Дали ему куда меньше времени. Стоило только путам обернуться вокруг ног, мощный удар оглушил хамелеона. Следом огромная рука сжала его, ударила о стену так, что по ней пошли трещины и отбросила прочь, словно отработанный материал.
«Моя воля и его. Его воля убивать, моя воля... Ах, а чего же я хочу? Хочу отдохнуть. Устал»
С десяток метров рыжий проехал на спине, чувствуя после приземления каждый камешек и выступ. За ним остался явный след – в месиве крови, мяса и костей теперь виднелась длинная борозда. Остановился Герцог прямо у ног Мойры, перемазанный нечистотами с ног до головы.
= Выглядишь потрясающе, - любезно констатировала женщина, властно взирая на своего начальника сверху вниз. = Как никогда потрясающе.
- Можно я здесь полежу, отдохну? – спросил музыкант, подняв на неё взгляд.
= Боюсь, что нет. Вставай, у тебя совсем мало времени, чтобы отряхнуться. А потом... Аура этого существа буквально светится. Распознать её, распознать его намерения не должно составить труда. Тебе нужно лишь сосредоточиться, а не пытаться всё сделать по старинке. Руку подать?
- Ну уж нет, - ответил он, издав протяжный выдох. Уйдя рукой в жижу почти по локоть, рыжий всё же нащупал дно и, получив точку опоры, смог подняться. Нечистоты стекали с него, даже рыжие волосы на затылке стали грязно-красными, почти как у уродца-Мастемы. – Лишь сосредоточиться.
Оно, существо, ведомое лишь эмоциями, ждало. Подняв оружие и стряхнув с него омерзительную субстанцию, Герцог побежал вперёд.
«А не делать всё по старинке»
Несмотря на то, каким противоестественным это не казалось, рыжий закрыл глаза. Сосредоточиться. Сосредоточиться. Очистить разум, оставив место лишь для врага, лишь для его туманного силуэта. Силуэта, что он смог почувствовать перед самым ударом. Очертания кулака за мгновение до того, как он влетел в Герцога отбросив его на метров пять и приземлиться мордой в жижу.
= Если ты решил таким образом покончить со своей жизнью, то у меня для тебя плохие новости. Я буду ставить тебя на ноги снова и снова. Снова и снова. Пока мне не надоест, или силы не закончатся.
- Нет, нет, - ответил музыкант, вытащив лицо из жижи и отрицательно помахав рукой. – Я не собираюсь тут отдавать концы. Всё именно так, как я и хотел.
«Только он и я. Только я и мой враг. Нет больше никого. Нет других меня. Моя воля и его»
Хамелеон поймал руки существа прямо перед своим лицом. В этом ему помогла внешность Ренектона, его массивные лапы, ибо без них физической силы едва ли было бы достаточно. Но и пересилить, оттолкнуть махину представлялось делом явно непростым. Получив мгновение замешательства врага, Герцог сбросил звериную форму, отчего потерявший точку опоры враг стал заваливаться вперёд. Проскочив у того между ног и вытащив всё ещё торчавшие там мечи, рыжий оказался за спиной и ударил с разворота, разом отсекая дюжину рук. Перехватив меч и вонзив его во врага, мужчина смог начать взбираться наверх, почти бежав и используя клинки для устойчивости и отсекая ими попадающиеся на пути руки. К сожалению, двигались они очень быстро, иногда слишком быстро, отчего рыжий не мог по ним попасть. Это и сыграло с ним злую шутку, ибо когда Герцог уже буквально мог достать клинками до шеи, ещё чуть-чуть и голова урода слетит с плеч, несколько пар рук вцепились мёртвой хваткой в его лодыжки. Сменить форму, вырваться из капкана – на это не уйдёт и секунды. Дали ему куда меньше времени. Стоило только путам обернуться вокруг ног, мощный удар оглушил хамелеона. Следом огромная рука сжала его, ударила о стену так, что по ней пошли трещины и отбросила прочь, словно отработанный материал.
«Моя воля и его. Его воля убивать, моя воля... Ах, а чего же я хочу? Хочу отдохнуть. Устал»
С десяток метров рыжий проехал на спине, чувствуя после приземления каждый камешек и выступ. За ним остался явный след – в месиве крови, мяса и костей теперь виднелась длинная борозда. Остановился Герцог прямо у ног Мойры, перемазанный нечистотами с ног до головы.
= Выглядишь потрясающе, - любезно констатировала женщина, властно взирая на своего начальника сверху вниз. = Как никогда потрясающе.
- Можно я здесь полежу, отдохну? – спросил музыкант, подняв на неё взгляд.
= Боюсь, что нет. Вставай, у тебя совсем мало времени, чтобы отряхнуться. А потом... Аура этого существа буквально светится. Распознать её, распознать его намерения не должно составить труда. Тебе нужно лишь сосредоточиться, а не пытаться всё сделать по старинке. Руку подать?
- Ну уж нет, - ответил он, издав протяжный выдох. Уйдя рукой в жижу почти по локоть, рыжий всё же нащупал дно и, получив точку опоры, смог подняться. Нечистоты стекали с него, даже рыжие волосы на затылке стали грязно-красными, почти как у уродца-Мастемы. – Лишь сосредоточиться.
Оно, существо, ведомое лишь эмоциями, ждало. Подняв оружие и стряхнув с него омерзительную субстанцию, Герцог побежал вперёд.
«А не делать всё по старинке»
Несмотря на то, каким противоестественным это не казалось, рыжий закрыл глаза. Сосредоточиться. Сосредоточиться. Очистить разум, оставив место лишь для врага, лишь для его туманного силуэта. Силуэта, что он смог почувствовать перед самым ударом. Очертания кулака за мгновение до того, как он влетел в Герцога отбросив его на метров пять и приземлиться мордой в жижу.
= Если ты решил таким образом покончить со своей жизнью, то у меня для тебя плохие новости. Я буду ставить тебя на ноги снова и снова. Снова и снова. Пока мне не надоест, или силы не закончатся.
- Нет, нет, - ответил музыкант, вытащив лицо из жижи и отрицательно помахав рукой. – Я не собираюсь тут отдавать концы. Всё именно так, как я и хотел.
«Подняться надо всего-навсего на один раз больше, чем ты упал»
И у него это снова получилась. Ещё одна атака, теперь он видел отчётливее, теперь он видел раньше. Он огромного кулака он увернулся, но последующий тут же ещё один удар все же задел рыжего. Почти упав, он смог вогнать меч в плоть врага и, несмотря на обжигающую кожу кровь, удержался на ногах. Прыжок и вот хамелеон уже у его перекошенного лица. Одно касание. Нет, не чтобы изменить его. Чтобы знать, что внутри. Взмах появившихся крыльев и рыжий смог уйти от ещё от одного удара, приземляясь через секунду справа от гиганта. Очередной удар, что Герцог принимает, что оставляет на его лице синяк, но он устоял. И вогнал свой меч под руку, а затем наполнил рану огнём. Там было его сердце, что разорвалось на части и сгорело. Лже-Мастема взялся за грудь и несколькими секундами позже упал замертво. Рыжий сел рядом, снова погружаясь в нечистоты и опираясь спиной о тело. Перепачканными руками он достал промокшую сигарету и закурил, улыбаясь Мойре.
И у него это снова получилась. Ещё одна атака, теперь он видел отчётливее, теперь он видел раньше. Он огромного кулака он увернулся, но последующий тут же ещё один удар все же задел рыжего. Почти упав, он смог вогнать меч в плоть врага и, несмотря на обжигающую кожу кровь, удержался на ногах. Прыжок и вот хамелеон уже у его перекошенного лица. Одно касание. Нет, не чтобы изменить его. Чтобы знать, что внутри. Взмах появившихся крыльев и рыжий смог уйти от ещё от одного удара, приземляясь через секунду справа от гиганта. Очередной удар, что Герцог принимает, что оставляет на его лице синяк, но он устоял. И вогнал свой меч под руку, а затем наполнил рану огнём. Там было его сердце, что разорвалось на части и сгорело. Лже-Мастема взялся за грудь и несколькими секундами позже упал замертво. Рыжий сел рядом, снова погружаясь в нечистоты и опираясь спиной о тело. Перепачканными руками он достал промокшую сигарету и закурил, улыбаясь Мойре.
Максим,
Пасть чудовища рухнула тупорылой мордой в пол, западший в истерическом вое язык стремительно посинел, а саму Карри буквально обдало душем из крови и того, о чьем составе думать хотелось в последнюю очередь. Ободранную спину и живот обожгло так, что она мгновенно пожалела о невозможности принять более плотную форму - секундное глубочайшее сосредоточение лишило ее возможности спокойно сменить облик на более практичный. Она даже не пыталась, ощущала, что стоит только сбросить на мгновение это напряжение и вспышка наступающей атаки змеехреновины просто не случится, не получится увидеть даже краешком сознания, когда именно стоит выстрелить, куда именно.
Но то, что она увидела вместе с этой вспышкой, повергло Оленуху в оторопь.
На какой-то момент она словно увидела саму суть этого существа, красноватое марево, тянущееся поглотить ее целиком, растворить в себе, сделать частью неимоверного количества других измученных душ. Потребовалось пропустить вдох, чтобы в угасающей жизни чудовищного змея, в его льющей, словно из трубопровода, крови и ликворе разглядеть сотни иных утраченных безвременно жизней и сущностей.
И вряд ли он поглотил их действительно сам. Его буквально слепили из них, залили, как в пробирку, стремясь напихать как можно больше, чтобы уж точно сработало то, что сработать просто не может.
Мастему так не сотворить.
Вообще можно ли его сотворить...
Пасть чудовища разъехалась еще шире и завалилась набок, открывая девушке доступ к воздуху. Карри сделала несколько шагов в сторону, шлепая сапогами по зловонной луже, развернулась и сделала несколько выстрелов по морде твари. Потом достала второй пистолет из-под локтя и выстрелила еще раз, сжав губы и еле сдерживая слезы, норовящие градом катиться из глаз. С каждым выстрелом лицо-морда змея все больше теряла хоть какие-то человеческие черты, ее разворотило, глаза лопнули, там, где раньше угадывались высокие очерченные скулы и в целом красивые черты почти человеческого лица, теперь остались только лохмотья.
Эту битву определенно стоило отнести к запоминающимся. Пусть она и оказалась короче многих и куда менее кровопролитной на первый взгляд, но Карри ощущала, насколько дорого на самом деле вышло это наитие. Иначе назвать такой риск сложно, все же, ошибка без сомнения стоила бы ей если не жизни, то немалой части здоровья.
Остановившись и сбросив гильзы с Риггера, Оленуха опустила оружие и перезарядила его тем, что еще оставалось в подсумке на поясе. Утерев только после этого собственную морду лица, которую прямо-таки жгло, Карри коротко оглядела залу и выстрелила пробивным патроном в основание осколка колонны на потолке. Крупный шматок бетона рухнул на верхнюю часть тела змея, окончательно прекратив его конвульсии и лишив возможности "вернуться", с чем явно стоило перебдеть.
Она попыталась отряхнуть и куртку, но та явно уже ремонту не подлежала. На спине красовалась огромная драная дыра со следами бетона, крови и протравленными кислотой кругляшами. Такие же легко отмечались и на ее спине, но разглядывать их доведется Мойре, сейчас Оленуха с удовольствием окатила бы себя ушатом воды, чтобы избавиться от ядовитой жижи, но комплекс надежд на дополнительное время не давал.
- Иди вперед. Здесь мы закончили, дорогу к Рыжему найду сама.
Разумеется, эта фраза была адресована Севатару. Его присутствие, весьма тягостное, но не чуждое, сейчас стало куда более явным на ощупь - возможно, поэтому девушка подняла почти невидящий взгляд в его сторону безошибочно, но не надолго.
Суури дошла до края залы и только тогда вновь сосредоточилась снова, пытаясь ухватить ту нить ощущений. Аура снова разлилась вокруг, она оглушала одним только количеством, только сейчас удалось понять, насколько много на самом деле здесь живых существ - и каких. Алое море за ее спиной уже почти растворилось во тьме, а впереди расстилалась пустошь с редкими вкраплениями вопящих сородичей этой образины и парочкой куда более теплых и уютных огоньков.
Пасть чудовища рухнула тупорылой мордой в пол, западший в истерическом вое язык стремительно посинел, а саму Карри буквально обдало душем из крови и того, о чьем составе думать хотелось в последнюю очередь. Ободранную спину и живот обожгло так, что она мгновенно пожалела о невозможности принять более плотную форму - секундное глубочайшее сосредоточение лишило ее возможности спокойно сменить облик на более практичный. Она даже не пыталась, ощущала, что стоит только сбросить на мгновение это напряжение и вспышка наступающей атаки змеехреновины просто не случится, не получится увидеть даже краешком сознания, когда именно стоит выстрелить, куда именно.
Но то, что она увидела вместе с этой вспышкой, повергло Оленуху в оторопь.
На какой-то момент она словно увидела саму суть этого существа, красноватое марево, тянущееся поглотить ее целиком, растворить в себе, сделать частью неимоверного количества других измученных душ. Потребовалось пропустить вдох, чтобы в угасающей жизни чудовищного змея, в его льющей, словно из трубопровода, крови и ликворе разглядеть сотни иных утраченных безвременно жизней и сущностей.
И вряд ли он поглотил их действительно сам. Его буквально слепили из них, залили, как в пробирку, стремясь напихать как можно больше, чтобы уж точно сработало то, что сработать просто не может.
Мастему так не сотворить.
Вообще можно ли его сотворить...
Пасть чудовища разъехалась еще шире и завалилась набок, открывая девушке доступ к воздуху. Карри сделала несколько шагов в сторону, шлепая сапогами по зловонной луже, развернулась и сделала несколько выстрелов по морде твари. Потом достала второй пистолет из-под локтя и выстрелила еще раз, сжав губы и еле сдерживая слезы, норовящие градом катиться из глаз. С каждым выстрелом лицо-морда змея все больше теряла хоть какие-то человеческие черты, ее разворотило, глаза лопнули, там, где раньше угадывались высокие очерченные скулы и в целом красивые черты почти человеческого лица, теперь остались только лохмотья.
Эту битву определенно стоило отнести к запоминающимся. Пусть она и оказалась короче многих и куда менее кровопролитной на первый взгляд, но Карри ощущала, насколько дорого на самом деле вышло это наитие. Иначе назвать такой риск сложно, все же, ошибка без сомнения стоила бы ей если не жизни, то немалой части здоровья.
Остановившись и сбросив гильзы с Риггера, Оленуха опустила оружие и перезарядила его тем, что еще оставалось в подсумке на поясе. Утерев только после этого собственную морду лица, которую прямо-таки жгло, Карри коротко оглядела залу и выстрелила пробивным патроном в основание осколка колонны на потолке. Крупный шматок бетона рухнул на верхнюю часть тела змея, окончательно прекратив его конвульсии и лишив возможности "вернуться", с чем явно стоило перебдеть.
Она попыталась отряхнуть и куртку, но та явно уже ремонту не подлежала. На спине красовалась огромная драная дыра со следами бетона, крови и протравленными кислотой кругляшами. Такие же легко отмечались и на ее спине, но разглядывать их доведется Мойре, сейчас Оленуха с удовольствием окатила бы себя ушатом воды, чтобы избавиться от ядовитой жижи, но комплекс надежд на дополнительное время не давал.
- Иди вперед. Здесь мы закончили, дорогу к Рыжему найду сама.
Разумеется, эта фраза была адресована Севатару. Его присутствие, весьма тягостное, но не чуждое, сейчас стало куда более явным на ощупь - возможно, поэтому девушка подняла почти невидящий взгляд в его сторону безошибочно, но не надолго.
Суури дошла до края залы и только тогда вновь сосредоточилась снова, пытаясь ухватить ту нить ощущений. Аура снова разлилась вокруг, она оглушала одним только количеством, только сейчас удалось понять, насколько много на самом деле здесь живых существ - и каких. Алое море за ее спиной уже почти растворилось во тьме, а впереди расстилалась пустошь с редкими вкраплениями вопящих сородичей этой образины и парочкой куда более теплых и уютных огоньков.
Рядом с ними затухало еще одно подобное средоточение, но Карри чувствовала, как мимолетный контроль ускользает от нее и больше ничего ощутить не выйдет. Да и даже разглядеть за всем этим месивом тех, к кому она направлялась, особо не удалось.
Она запомнила дорогу. Этого достаточно. Она все еще зверь.
"Если так выглядят его копии, то как выглядит он сам?"
Кровь - к счастью, собственная - все еще заливала глаза. По дороге нащупав порез на лбу, Карри отодрала матерчатую подкладку и выкинула куртку, но видок у нее все равно по классике - в гроб и то краше выкладывают, хотя, уж им-то не привыкать. А ей - к очередному обломанному рогу, о котором пока Оленуха даже не подозревала, попросту не заметив из-за сосредоточения на Воле, как клык чудовища цепляется за ее едва отросший (почти) рог и обламывает его снова почти под корень. Видимо, симметрия - вовсе не ее конек...
Когда она дошла, по пути пристрелив еще пару тварей, Герцог все еще курил. Карри убрала второй пистолет в кобуру, а с первым в левой руке плюхнулась рядом с Рыжим и похлопала по карманам, пытаясь найти собственные сигареты. Зря - они остались в ошметках куртки, выкинутой где-то по пути, как и зажигалка. Тихо выругавшись, Суури подняла взгляд сначала на Мойру, потом на Герцога, и пространно улыбнулась.
- Времени вы тут тоже явно не теряли зря. А где виновник торжества, ящер наш печеночный?
Она запомнила дорогу. Этого достаточно. Она все еще зверь.
"Если так выглядят его копии, то как выглядит он сам?"
Кровь - к счастью, собственная - все еще заливала глаза. По дороге нащупав порез на лбу, Карри отодрала матерчатую подкладку и выкинула куртку, но видок у нее все равно по классике - в гроб и то краше выкладывают, хотя, уж им-то не привыкать. А ей - к очередному обломанному рогу, о котором пока Оленуха даже не подозревала, попросту не заметив из-за сосредоточения на Воле, как клык чудовища цепляется за ее едва отросший (почти) рог и обламывает его снова почти под корень. Видимо, симметрия - вовсе не ее конек...
Когда она дошла, по пути пристрелив еще пару тварей, Герцог все еще курил. Карри убрала второй пистолет в кобуру, а с первым в левой руке плюхнулась рядом с Рыжим и похлопала по карманам, пытаясь найти собственные сигареты. Зря - они остались в ошметках куртки, выкинутой где-то по пути, как и зажигалка. Тихо выругавшись, Суури подняла взгляд сначала на Мойру, потом на Герцога, и пространно улыбнулась.
- Времени вы тут тоже явно не теряли зря. А где виновник торжества, ящер наш печеночный?
Аладей,
= Найдёшь, - ответил Севатар, кивнув после. = Теперь найдёшь. Не умри только по пути.
Долго расшаркиваться он не стал. Обратившись стаей воронья, Яго отправился вперёд, оставляя Карри тех уродцев, что она встретит после.
Когда девушка воссоединилась с рыжим, Мойра уже стояла рядом с ним и трупом здоровяка. Из её руки лился поток целительной энергии, что тут же перекинулся и на Суури, излечивая и её раны. Поняв, что Оленуха свои сигареты куда-то дела, хамелеон протянул её пачку.
- Можешь считать это проявлением Воли, но и без неё скажу – недалеко.
= Отсюда дальше только один путь, - сказала врач, кивну в сторону обрыва. Туда стекала жижа, туда же не так давно спустился Севатар.
- Тогда и для нас другого пути нет. Наш друг и так заждался.
Ощутив приток энергии, Герцог, схватившись за одну из рук трупа, встал ноги. Хоть он ощущал себя отвратно, не в последнюю очередь из-за опыта купания в неизвестной, но крайне омерзительной субстанции. Когда же Мойра полностью закончила латать его и Карри, все трое отправились за следом за Вороном.
И вот они, наконец, добрались. До сцены, что была с таким трепетом подготовлена. Просторная, почти круглая, диаметром добрых сто метров – есть где развернуться. Даже чистая, насколько это возможно – жижа здесь не задерживалась, стекая в несколько рукотворных отверстий по краям. Там трое встретили и Севатариона, и Мастему, конечно же.
= Ну вот все и в сборе, - радостно констатировал дозорный-ренегат. = Хорошее вышло путешествие, вы не согласны?
- Хорошего тут было мало, честно говоря. Однако польза для нас, которую ты задумал, и правда имеет место быть.
Мастема довольно улыбнулся.
- И всё же неужели дело только в такой-вот изощрённой благодарности?
= Не веришь в подобные намерения, да? Что же, правильно делаешь. Мои планы рассчитаны на долгую перспективу. Перспективу, в которой вам ещё долго будет отведена роль.
= А что, если ты не станет плясать под твою дудку?!
Вопрос Севтара, наверняка, задавали себе и другие собравшиеся.
= Почему вам просто не наброситься на меня всем разом и не покончить здесь и сейчас? Потому, что я не дам вам этого сделать. Потому, что моя связь с тем местом, откуда вы меня вытащили, превосходит вашу и это даёт мне возможность диктовать условия.
= Хватит болтовни!
Севатар сорвался с места, за мгновенье преодолев разделяющее его и Местему пространство. Алебарда встретилась с клинком блондина, а ударная волна сотрясла всю пещеру. Поток отрицательной энергии Мойры окутал врага, заставив того на секунду поморщиться от разнёсшейся по телу боли. Лишь на секунду. Один взмах его руки и врач с воином в тяжёлых доспехах пропали, будто их здесь никогда и не было.
= Ах. Неприятно.
- Где они?
= Ты же знаешь, зачем спрашивать? Но не беспокойтесь – как только вы закончите, я их вам верну, обещаю.
- Чёрт тебя подери... Чего ты хочешь?
= Одно последнее представление.
Взмах меча пробил потолок и из образовавшейся дыры упал тяжёлый металлический саркофаг, обвязанный цепями. Он с грохотом приземлился между Карри и Герцогом, и Мастемой.
= Найдёшь, - ответил Севатар, кивнув после. = Теперь найдёшь. Не умри только по пути.
Долго расшаркиваться он не стал. Обратившись стаей воронья, Яго отправился вперёд, оставляя Карри тех уродцев, что она встретит после.
Когда девушка воссоединилась с рыжим, Мойра уже стояла рядом с ним и трупом здоровяка. Из её руки лился поток целительной энергии, что тут же перекинулся и на Суури, излечивая и её раны. Поняв, что Оленуха свои сигареты куда-то дела, хамелеон протянул её пачку.
- Можешь считать это проявлением Воли, но и без неё скажу – недалеко.
= Отсюда дальше только один путь, - сказала врач, кивну в сторону обрыва. Туда стекала жижа, туда же не так давно спустился Севатар.
- Тогда и для нас другого пути нет. Наш друг и так заждался.
Ощутив приток энергии, Герцог, схватившись за одну из рук трупа, встал ноги. Хоть он ощущал себя отвратно, не в последнюю очередь из-за опыта купания в неизвестной, но крайне омерзительной субстанции. Когда же Мойра полностью закончила латать его и Карри, все трое отправились за следом за Вороном.
И вот они, наконец, добрались. До сцены, что была с таким трепетом подготовлена. Просторная, почти круглая, диаметром добрых сто метров – есть где развернуться. Даже чистая, насколько это возможно – жижа здесь не задерживалась, стекая в несколько рукотворных отверстий по краям. Там трое встретили и Севатариона, и Мастему, конечно же.
= Ну вот все и в сборе, - радостно констатировал дозорный-ренегат. = Хорошее вышло путешествие, вы не согласны?
- Хорошего тут было мало, честно говоря. Однако польза для нас, которую ты задумал, и правда имеет место быть.
Мастема довольно улыбнулся.
- И всё же неужели дело только в такой-вот изощрённой благодарности?
= Не веришь в подобные намерения, да? Что же, правильно делаешь. Мои планы рассчитаны на долгую перспективу. Перспективу, в которой вам ещё долго будет отведена роль.
= А что, если ты не станет плясать под твою дудку?!
Вопрос Севтара, наверняка, задавали себе и другие собравшиеся.
= Почему вам просто не наброситься на меня всем разом и не покончить здесь и сейчас? Потому, что я не дам вам этого сделать. Потому, что моя связь с тем местом, откуда вы меня вытащили, превосходит вашу и это даёт мне возможность диктовать условия.
= Хватит болтовни!
Севатар сорвался с места, за мгновенье преодолев разделяющее его и Местему пространство. Алебарда встретилась с клинком блондина, а ударная волна сотрясла всю пещеру. Поток отрицательной энергии Мойры окутал врага, заставив того на секунду поморщиться от разнёсшейся по телу боли. Лишь на секунду. Один взмах его руки и врач с воином в тяжёлых доспехах пропали, будто их здесь никогда и не было.
= Ах. Неприятно.
- Где они?
= Ты же знаешь, зачем спрашивать? Но не беспокойтесь – как только вы закончите, я их вам верну, обещаю.
- Чёрт тебя подери... Чего ты хочешь?
= Одно последнее представление.
Взмах меча пробил потолок и из образовавшейся дыры упал тяжёлый металлический саркофаг, обвязанный цепями. Он с грохотом приземлился между Карри и Герцогом, и Мастемой.
= Последний, о ком стоит беспокоиться. Единственный из оставшихся моих клонов, что может пережить момент, когда Дозор сотрёт это места с лица земли. Идеальный образец, но с одним изъяном, из-за которого ему не дали права на существование. Жизнью я бы это в любом случае не назвал. Неуправляемый, чья ярость и желание убивать перекрывает всё прочее. Убейте его. Или он убьёт вас. Всё настолько просто, что хочется зевать. Но, уверен, шоу не разочарует.
Удар клинка перерубил цепи и расколол крышку. Запустив руку внутрь, экс-дозорный достал оттуда необычный меч. Чрезвычайно длинный – один его клинок превосходил 2 метра, с квадратной гардой и длинной рукоятью. Вскинув его вверх, оценив вес, Мастема вонзил оружие в пол.
= Пора вставать.
Он отошёл от раскрытого саркофага. Спустя пару секунд на стенку гроба легла рука, сжала её, оставляя вмятины. Находящийся внутри поднялся, представая перед собравшимися во всей красе. На нём были лишь оборванные снизу станы, так что рассмотреть его можно было хорошо. Это был Мастема, его точная копия, если бы не несколько очень важных «но». Волосы, что более не отливали золотом – теперь они были почти белыми. Коже же наоборот приобрела смуглый оттенок, сменив собой почти аристократическую бледность «оригинала». Но самым важным, безусловно, было одно чёрное крыло, что росло из спины. Осмотрев всех троих, создание вышагнуло из своей обители, положило руку на рукоять своего клинка и, вытащив его, завело меч за спину, держа лезвием вверх.
= Вы освободили меня. За это я дарую вам смерть.
Удар клинка перерубил цепи и расколол крышку. Запустив руку внутрь, экс-дозорный достал оттуда необычный меч. Чрезвычайно длинный – один его клинок превосходил 2 метра, с квадратной гардой и длинной рукоятью. Вскинув его вверх, оценив вес, Мастема вонзил оружие в пол.
= Пора вставать.
Он отошёл от раскрытого саркофага. Спустя пару секунд на стенку гроба легла рука, сжала её, оставляя вмятины. Находящийся внутри поднялся, представая перед собравшимися во всей красе. На нём были лишь оборванные снизу станы, так что рассмотреть его можно было хорошо. Это был Мастема, его точная копия, если бы не несколько очень важных «но». Волосы, что более не отливали золотом – теперь они были почти белыми. Коже же наоборот приобрела смуглый оттенок, сменив собой почти аристократическую бледность «оригинала». Но самым важным, безусловно, было одно чёрное крыло, что росло из спины. Осмотрев всех троих, создание вышагнуло из своей обители, положило руку на рукоять своего клинка и, вытащив его, завело меч за спину, держа лезвием вверх.
= Вы освободили меня. За это я дарую вам смерть.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 2 Гость(ей)