Слова, словно метательные ножи, метили в самое сердце девушки, но все летели в молоко, ибо концентрация революционера не позволит противнику одурманить свой чистый разум. Много ли полезной информации удалось добыть? У Клода, среди местных жителей, есть друзья в этом городе, но, скорее всего, их друг -Уильям, а это значит, что к нападению они никак не причастны, и пираты перевернут кверху это место, как только будет дан сигнал к нападению. Что до амазонок, и зачем вообще сейчас их упоминать? Официантка безмолвна, она не проронила ни слова, пока оппонент делал заказ, скорее всего она одна из банды Саеко, и находится тут, дабы следить за пиратом, чтобы он не позволял себе лишнего. Что-то ещё? Охрана в этом заведении, и даже на этом этаже, присутствует, но их повадки, и неаккуратный внешний вид, говорит о принадлежности к весьма сомнительному типу людей, например, к пиратской общине. Ведь даже если одеть морского разбойника в строгий костюм, от этого им он быть не перестанет, и все повадки его наружу, словно бельмо — выдают себя. Их вечер, в уединении, шёл спокойно и размеренно: они болтали, что-то обсуждали, делились своими ненастоящими историями, смеялись. Ничего необычного для свидания, но Энкиду лишь отводит от себя лишние подозрения, дабы начать задавать «острые» вопросы.
— Мистер Уильям, Хане неудобно, и трудно говорить о таком, но ей немного страшно находиться на этом острове из-за пиратов, и амазонок… Поэтому… Можно ей спросить у вас? Что вы об этом думаете?
— Не переживай, Ханагоори, мистер Уильям защитит тебя в случае чего, обещаю. Пираты? Амазонки? Да просто шайка неудомков-балбесов, что зарылись в свои норы, и, иногда, показывают носы. А дозорные? Тоже мне «справедливость», хех. Знаешь что они делают? Ничего. Словно у капитана базы какой-то договор с пиратами, или амазонками. Получает он определенную сумму, и не выгоняет нарушителей с тепленького места, ха-ха-ха, но не бери в голову, это так… Хм… Мысли немного пьяного торговца, что уже достаточно давно наблюдает весь этот спектакль. Налить тебе ещё вина?
Вино они пьют из одной бутылки, и Клод проглатывает его — это заметно по «движению», глядя на его горло. Значит никто не пытается как-то отравить фруктовика, подсыпав наркотик, или транквилизатор в напитки. Но что насчёт еды? Рядовой почти ничего не ест, разве что десерты, и то небольшими порциями, по чуть-чуть. Сидят здесь они уже достаточно долго, и если бы в еде была отрава, то её эффект уже бы давно отразился на хилом теле революционера. Пока что, всё в порядке, но собеседник подкинул интересную мысль. Договор с капитаном базы? Это интересно. Если сказанное правда, то, рассказав об этом людям, они возненавидят дозор, а часть дозорных и того, переметнется на сторону революции, не желая иметь ничего общего с прогнившей справедливостью. Но разве можно воспринимать всерьёз слова, сказанные пьяным Уильямом, а не Клодом? Можно, ведь невозможно полностью скрыть себя за маской другого человека. Не боясь ничего, этот пират мог выдать ужасный секрет какой-нибудь красотке, только для того, чтобы произвести на неё впечатление. Но почему он не боится выдать тайну? Слишком неосторожен? Вряд ли. Энкиду не позволят просто так уйти? Эта мысль, словно осиновый кол в сердце вампира, впечаталась в мысли революционера, и полностью им овладела.
ONE PIECE RP ·
[Норд Блю] Ярсий
Это же очевидно. Ты можешь сказать правда собеседнику, или страшный секрет, если точно уверен, что от тебя он никуда не уйдет. Этот Уильям, или Клод, чтоб его, каждый день, или неделю, охотится на невинных девушек, и каждый раз похищает их, и именно поэтому амазонки следят за ним. Саеко не потерпит такого отношения к девушкам, это противоречит её идеологии, и если мужчина попытается изнасиловать невинную девушку, то она первая явится перед ним, дабы перерезать тому глотку. Но если не изнасилования, то что тогда? Как они смогли договориться? Энкиду, конечно, может узнать это, если продолжит играть роль наивной путешественницы, но это опасно, и непонятно к чему может привести. Слиться? Прямо сейчас? Сослаться на слишком позднее время суток, и пойти на корабль? Опасно. Он может послать кого-то следить за ней. Что делать? Да откуда я знаю что ему делать? Чего ты меня спрашиваешь? Ну ты же автор этого сюжета, значит должен иметь хоть какое-то представление о его продолжении. Ладно, ладно, сейчас что-нибудь придумаем. Лирическое (авторская биполярка) отступление закончено(на).
— Спасибо за столь приятный вечер, мистер Уильям О’Мейль, но время уже позднее, а вы и сами прекрасно знаете как на улицах опасно. Не хочу тревожить вас, или просить проводить себя, скорее Хана сама, без проблем, дойдет до дома, извините.
— Нет уж, Хана-тян, если мистер Уильям старший, с небес, увидит как я отправил прекрасную леди, в столь темное, и опасное время, одну до дома, то он, скорее всего, нашлёт на меня проклятие! Мне бы не хотелось позорить мой джентльменский род, а потому, давайте я провожу вас.
О, как. Значит, всё таки, покинуть это заведение революционер сможет, но что дальше? Как этот пират собирается похищать девушку на глазах у шестерок Саеко, или они окажутся там, где их никто не сможет видеть, и его грязный план осуществиться? Тц. Слишком много вопросов. Не думал Энкиду, что безобидный поход за картой острова может обернуться целым приключением, в котором его жизнь окажется висеть на тоненьком волоске над пропастью с неизвестной бедой. Как поступить? Они оба поднялись со своих мест, и направились к выходу, продолжая разговаривать о всякой неинтересной, и бытовой ерунду, описывать которую — занимать эфирное время.
На улице стоял темный вечер. Незаметно для революционера, время пролетело слишком быстро. Солнце уже давно скрылось за крышами высоких зданий, а фонари, что освещают путь, уже во всю горели, указывая двум новым знакомым дорогу до дома. Но куда идти-то? Энкиду заикнулся про дом, но дома у него здесь нет — спит он на корабле, ест он на корабле, всеми другими делами тоже занимается на корабле. Вести его в порт? К кораблю? Самоубийство. Тоже самое, что в лицо сказать: «Я твой потенциальный противник». Конечно, на поясе у революционера висела катана, а с другой стороны кремниевый пистолет; они должны были сказать Клоду о многом, и он спрашивал; но банальное: «Я ведь путешественница, плаваю по самому опасному морю, поэтому должна уметь за себя постоять! Хи-хи», не дословно, но что-то в таком духе, сошло за примитивную отмазку. И вот они идут рядом друг с другом, а над ними восседает чистое небо, яркие звезды, и большая луна. Романтическая обстановка, которой Уильям не мог не воспользоваться, а потому-то и начал закидывать свою собеседницу целым градом красивых комплиментов, и не менее красивых сравнений: то со звездным небом, то с закатом, то ещё с какой херней; в общем, для ветреных девиц, чтобы сбить их с толку, самое то.
— Спасибо за столь приятный вечер, мистер Уильям О’Мейль, но время уже позднее, а вы и сами прекрасно знаете как на улицах опасно. Не хочу тревожить вас, или просить проводить себя, скорее Хана сама, без проблем, дойдет до дома, извините.
— Нет уж, Хана-тян, если мистер Уильям старший, с небес, увидит как я отправил прекрасную леди, в столь темное, и опасное время, одну до дома, то он, скорее всего, нашлёт на меня проклятие! Мне бы не хотелось позорить мой джентльменский род, а потому, давайте я провожу вас.
О, как. Значит, всё таки, покинуть это заведение революционер сможет, но что дальше? Как этот пират собирается похищать девушку на глазах у шестерок Саеко, или они окажутся там, где их никто не сможет видеть, и его грязный план осуществиться? Тц. Слишком много вопросов. Не думал Энкиду, что безобидный поход за картой острова может обернуться целым приключением, в котором его жизнь окажется висеть на тоненьком волоске над пропастью с неизвестной бедой. Как поступить? Они оба поднялись со своих мест, и направились к выходу, продолжая разговаривать о всякой неинтересной, и бытовой ерунду, описывать которую — занимать эфирное время.
На улице стоял темный вечер. Незаметно для революционера, время пролетело слишком быстро. Солнце уже давно скрылось за крышами высоких зданий, а фонари, что освещают путь, уже во всю горели, указывая двум новым знакомым дорогу до дома. Но куда идти-то? Энкиду заикнулся про дом, но дома у него здесь нет — спит он на корабле, ест он на корабле, всеми другими делами тоже занимается на корабле. Вести его в порт? К кораблю? Самоубийство. Тоже самое, что в лицо сказать: «Я твой потенциальный противник». Конечно, на поясе у революционера висела катана, а с другой стороны кремниевый пистолет; они должны были сказать Клоду о многом, и он спрашивал; но банальное: «Я ведь путешественница, плаваю по самому опасному морю, поэтому должна уметь за себя постоять! Хи-хи», не дословно, но что-то в таком духе, сошло за примитивную отмазку. И вот они идут рядом друг с другом, а над ними восседает чистое небо, яркие звезды, и большая луна. Романтическая обстановка, которой Уильям не мог не воспользоваться, а потому-то и начал закидывать свою собеседницу целым градом красивых комплиментов, и не менее красивых сравнений: то со звездным небом, то с закатом, то ещё с какой херней; в общем, для ветреных девиц, чтобы сбить их с толку, самое то.
Есть один странный момент, который революционер заметил. Когда кто-то идет рядом друг с другом, то один из них берёт на себя роль ведущего, а второй — ведомого. Их же прогулка больше напоминала противостояние, ибо сначала Энкиду повёл собеседника в одну сторону, но потом тот резко перехватывает инициативу, и ведёт в другую, заговаривая зубы. Интересно. Поддаться этому, и узнать куда его ведут? Фруктовик решил рискнуть, и более он не претендовал на место лидера, а потому, словно наивная девица, он хлопал своими изумрудными глазами, глядя на Уильяма, и тяжело вздыхал на его каждый из его комплиментов. Симулирует как может. Вот они и оказались за городом, там, где вокруг не было ничего, и никого. Именно здесь он и воплотит в жизнь свой дьявольский план?
— М-мистер Уильям, э-это… Мы же вышла за город….
— Тсс… Милая Ханагоори, прости меня за такую грубость, но я не могу не показать тебе одно тайное место, которое нашёл здесь, исследуя остров. Красивейший водопад, с прекрасным видом за звёзды станет замечательным концом нашего свидания, ты так не считаешь?
Вот гей, называет это свиданием. Ну ладно-ладно. Пусть так. Энкиду неуверенно согласился, изобразив из себя смущенную жертву. Уильям, позволяя себе слишком многое, взял за руку революционера, сжимая мягкую ладонь, своими большими руками, и повел девицу по какой-то тропинке вглубь острова. Шли они не очень быстро, и, опять же, разговаривали о всякой ерунде: о печальном любовном опыте, о несправедливости, о том, как же жаль, что в мире так много всего опасного, и так мало прекрасного. Ерунда, которой очень легко расположить человека к себе, как бы «открывая душу», но фальшивую, и некоторые, не замечая подвоха, ведутся на это, а потом их разочарованию не найти пределов. К месту они пришли, и оно действительно было красивым. В глазах у Энкиду отражались звёзды, и огромная луна, на которую он смотрел с раскрытым ртом. Красиво. Даже очень. Настолько красиво, что невозможно описать. Уильям не стал лгать, это действительно замечательная концовка их свидания.
— Ээ-это очень к-красиво, Уильям-сама, но Ханагоори пой….
Не успел революционер договорить, как из кустов, позади него, появилось три человека: два пирата, и одна амазонка, но парень не видел этого, ибо на его голову тут же накинули мешок, и повалили на землю, и стали связывать руки и ноги. Скотина. Обещал хорошее свидание, и обманул. Энкиду предполагал, что подобное может произойти, а потому, когда противники только-только приблизились к нему, и выдали себя, он создал свою любимую, почти невидимую, стеклянную броню, которая покрыла всё его тело, защитив от удавки на шеи, и от оков на конечностях.
— Тц. Прости Ханагоори, но тебе просто не повезло встретить в порту свой конец. Эй, ты, амазонка. Не стал я её насиловать, видишь? Твоя Саеко довольна? Мы собираем девушек, и делаем из них рабынь, ибо всяких миленьких сучек хорошо скупают на рынке работорговцев. Сейчас скрутим её, и вместе доведём до базы, а там твои подружки дежурят, и следят за ними. Всё ведь нормально, без насилия. Как вы любите.
— Ээ, командир, чё-то странное.
— Что там ещё? Хочешь сказать, что не можете справиться с какой-то маленькой бабой? Совсем лопух что ли?
— Да её кожа словно металл, сами потрогайте. Завязывал веревку, и заметил. Подумал лучше скажу, а то мало ли чё.
Кожа фруктовика блестела, отражая от себя водопад, что находился неподалёку, и лица тех, кто смотрел на неё. Энкиду тут же, не позволяя противникам расслабиться, разорвал оковы, создав небольшие, но острые лезвия, что порвали веревки. Лихо стянув с себя мешок, парень перекатился по земле, и прыжком, со спины, поднялся на ноги, вглядываясь в лица тех, кто совсем недавно собирался куда-то там его вести. Игры кончились, карты на стол. Амазонка, вооруженная катаной, два двухметровых пирата с ружьями за спиной, и Клод на лице у которого отражался неописуемый шок.
— М-мистер Уильям, э-это… Мы же вышла за город….
— Тсс… Милая Ханагоори, прости меня за такую грубость, но я не могу не показать тебе одно тайное место, которое нашёл здесь, исследуя остров. Красивейший водопад, с прекрасным видом за звёзды станет замечательным концом нашего свидания, ты так не считаешь?
Вот гей, называет это свиданием. Ну ладно-ладно. Пусть так. Энкиду неуверенно согласился, изобразив из себя смущенную жертву. Уильям, позволяя себе слишком многое, взял за руку революционера, сжимая мягкую ладонь, своими большими руками, и повел девицу по какой-то тропинке вглубь острова. Шли они не очень быстро, и, опять же, разговаривали о всякой ерунде: о печальном любовном опыте, о несправедливости, о том, как же жаль, что в мире так много всего опасного, и так мало прекрасного. Ерунда, которой очень легко расположить человека к себе, как бы «открывая душу», но фальшивую, и некоторые, не замечая подвоха, ведутся на это, а потом их разочарованию не найти пределов. К месту они пришли, и оно действительно было красивым. В глазах у Энкиду отражались звёзды, и огромная луна, на которую он смотрел с раскрытым ртом. Красиво. Даже очень. Настолько красиво, что невозможно описать. Уильям не стал лгать, это действительно замечательная концовка их свидания.
— Ээ-это очень к-красиво, Уильям-сама, но Ханагоори пой….
Не успел революционер договорить, как из кустов, позади него, появилось три человека: два пирата, и одна амазонка, но парень не видел этого, ибо на его голову тут же накинули мешок, и повалили на землю, и стали связывать руки и ноги. Скотина. Обещал хорошее свидание, и обманул. Энкиду предполагал, что подобное может произойти, а потому, когда противники только-только приблизились к нему, и выдали себя, он создал свою любимую, почти невидимую, стеклянную броню, которая покрыла всё его тело, защитив от удавки на шеи, и от оков на конечностях.
— Тц. Прости Ханагоори, но тебе просто не повезло встретить в порту свой конец. Эй, ты, амазонка. Не стал я её насиловать, видишь? Твоя Саеко довольна? Мы собираем девушек, и делаем из них рабынь, ибо всяких миленьких сучек хорошо скупают на рынке работорговцев. Сейчас скрутим её, и вместе доведём до базы, а там твои подружки дежурят, и следят за ними. Всё ведь нормально, без насилия. Как вы любите.
— Ээ, командир, чё-то странное.
— Что там ещё? Хочешь сказать, что не можете справиться с какой-то маленькой бабой? Совсем лопух что ли?
— Да её кожа словно металл, сами потрогайте. Завязывал веревку, и заметил. Подумал лучше скажу, а то мало ли чё.
Кожа фруктовика блестела, отражая от себя водопад, что находился неподалёку, и лица тех, кто смотрел на неё. Энкиду тут же, не позволяя противникам расслабиться, разорвал оковы, создав небольшие, но острые лезвия, что порвали веревки. Лихо стянув с себя мешок, парень перекатился по земле, и прыжком, со спины, поднялся на ноги, вглядываясь в лица тех, кто совсем недавно собирался куда-то там его вести. Игры кончились, карты на стол. Амазонка, вооруженная катаной, два двухметровых пирата с ружьями за спиной, и Клод на лице у которого отражался неописуемый шок.
— Так значит наша дорогая Хана-тян не так-то проста, как кажется. Парни, и ты, амазонка, быстро скрутите её, без нежностей. Синяки до рынка заживут, можете не переживать из-за пары тройки травм на её теле, но чтоб ничего серьёзного!
Только он закончил свою фразу, как Энкиду рванул с места, и расправил руки в разные стороны. Революционер увернулся от каждого захвата, и от каждого удара, с легкостью листика, уворачиваясь от ветра, что они создают. Трое противников, что были обставлены за секунду, лежали на земле, связанные стеклянными цепями, и не могли произнести ни слова, не то чтобы пошевелиться. Клоду такой расклад не понравился, личность Уильяма исчезла, пират показал себя. Кортик медленно вылез из ножен, и своим кончиком был направлен в сторону неприятеля, которого работорговец желал заполучить всеми силами.
— Что же это такое, Хана-тян? Обманывала меня? Использовала? Что же ты не сказала, что фруктовик? Я бы сказал этим дурням подготовить кайросеки.
— От личности Уильяма ничего не осталось? Пират Клод показал себя, хороший был спектакль.
— Т-ты! Откуда тебе известно моё имя? Дозорная? Агент Сайфер Пол? Хотите прервать эту блокаду? Да ваш капитан сам рад держать этот гребаный остров в военном положении, таков уж уговор между ним и Саеко! Но он не знает… Хи-хи… Ха-ха-ха-ха!
— Не знает о том, что через 4 дня база дозорных взлетит на воздух, и это будет началом геноцида? Не нужно делать такое лицо, мистер Клод. Энкиду, глядя на него, ощущает себя каким-то преступником, или злодеем. Революционеру не нравится чувствовать себя так, ведь его справедливость идеальна, а методы, которыми он пользуются, чисты, и направлены лишь на сохранения блага простого народа.
Не будет у них больше диалога, ибо противник сорвался с места, и атаковал размашистым ударом, намереваясь обезглавить собеседника. Но его клинок встретил сопротивление в виде прочной стеклянной брони, и осознав, что битва эта не совсем равная, тот попытался отступить, но множество цепей, что вылетели из тела фруктовика, не позволили врагу сдвинуться с места. Он пойман. Его конечности оплетают цепи. Только он хотел открыть свой рот, и что-то сказать, как в него, с разбегу, влетел Энкиду, ударив своей ладонью в слишком говорливое место. Теперь там красовался стеклянный кляп, что не позволил наглому пирату произнести ни звука перед тем, как окончательно оказаться пойманным. Но всё это нельзя оставлять просто так, ибо будет множество вопросов. Клод — правая рука Саеко, и лидер пиратов, что намереваются захватить остров. До битвы остается 3 дня, и потеря лидера очень негативно скажется на общем состоянии армии, но отступать им будет уже некуда. Амазонка что-то заподозрит, нужно провернуть какой-то трюк. В голове возник план. Клод стоял на холоде, полностью раздетый, но в нижнем белье, все его красивые тряпки валялись на грязной земле. Революционер достал свой клинок, и нанес телу пирата несколько легких царапин, дабы вызвать у него не сильное кровотечение. От боли тот взвыл, но пусть терпит. Капли крови упали на самые видимые участки одежды, а сама одежда была ещё немного разодрана клинком Энкиду. Может они купятся на это? Подумают что какой-нибудь дикий зверь, или какая-нибудь дикая баба, зарезала его прямо тут, а тело выбросила в реку поблизости? Река, судя по течению, ведет куда-то в сторону моря, и если скинуть в неё труп, то в этой жизни ты больше никогда его не увидишь.
Только он закончил свою фразу, как Энкиду рванул с места, и расправил руки в разные стороны. Революционер увернулся от каждого захвата, и от каждого удара, с легкостью листика, уворачиваясь от ветра, что они создают. Трое противников, что были обставлены за секунду, лежали на земле, связанные стеклянными цепями, и не могли произнести ни слова, не то чтобы пошевелиться. Клоду такой расклад не понравился, личность Уильяма исчезла, пират показал себя. Кортик медленно вылез из ножен, и своим кончиком был направлен в сторону неприятеля, которого работорговец желал заполучить всеми силами.
— Что же это такое, Хана-тян? Обманывала меня? Использовала? Что же ты не сказала, что фруктовик? Я бы сказал этим дурням подготовить кайросеки.
— От личности Уильяма ничего не осталось? Пират Клод показал себя, хороший был спектакль.
— Т-ты! Откуда тебе известно моё имя? Дозорная? Агент Сайфер Пол? Хотите прервать эту блокаду? Да ваш капитан сам рад держать этот гребаный остров в военном положении, таков уж уговор между ним и Саеко! Но он не знает… Хи-хи… Ха-ха-ха-ха!
— Не знает о том, что через 4 дня база дозорных взлетит на воздух, и это будет началом геноцида? Не нужно делать такое лицо, мистер Клод. Энкиду, глядя на него, ощущает себя каким-то преступником, или злодеем. Революционеру не нравится чувствовать себя так, ведь его справедливость идеальна, а методы, которыми он пользуются, чисты, и направлены лишь на сохранения блага простого народа.
Не будет у них больше диалога, ибо противник сорвался с места, и атаковал размашистым ударом, намереваясь обезглавить собеседника. Но его клинок встретил сопротивление в виде прочной стеклянной брони, и осознав, что битва эта не совсем равная, тот попытался отступить, но множество цепей, что вылетели из тела фруктовика, не позволили врагу сдвинуться с места. Он пойман. Его конечности оплетают цепи. Только он хотел открыть свой рот, и что-то сказать, как в него, с разбегу, влетел Энкиду, ударив своей ладонью в слишком говорливое место. Теперь там красовался стеклянный кляп, что не позволил наглому пирату произнести ни звука перед тем, как окончательно оказаться пойманным. Но всё это нельзя оставлять просто так, ибо будет множество вопросов. Клод — правая рука Саеко, и лидер пиратов, что намереваются захватить остров. До битвы остается 3 дня, и потеря лидера очень негативно скажется на общем состоянии армии, но отступать им будет уже некуда. Амазонка что-то заподозрит, нужно провернуть какой-то трюк. В голове возник план. Клод стоял на холоде, полностью раздетый, но в нижнем белье, все его красивые тряпки валялись на грязной земле. Революционер достал свой клинок, и нанес телу пирата несколько легких царапин, дабы вызвать у него не сильное кровотечение. От боли тот взвыл, но пусть терпит. Капли крови упали на самые видимые участки одежды, а сама одежда была ещё немного разодрана клинком Энкиду. Может они купятся на это? Подумают что какой-нибудь дикий зверь, или какая-нибудь дикая баба, зарезала его прямо тут, а тело выбросила в реку поблизости? Река, судя по течению, ведет куда-то в сторону моря, и если скинуть в неё труп, то в этой жизни ты больше никогда его не увидишь.
«До сражения с пиратами Руфуса 3 дня»
Место действия: База Морского Дозора
Время: 09:00 утра.
— Товарищ Капитан, младший лейтенант Кловер Симпл прибыл!
— Че? Какой ещё Кловер Симпл? И почему тебя вообще пустили?
Утро. После всего того безумия, что творилось вечером, Энкиду вернулся на корабль, минуя город, и рассказал своим подчиненным о свидании с Клодом, и других приключениях. Им сразу же нужно было сделать 2 вещи: найти карту острова, и принести форму морского дозорного. Благо, после прошлых заданий, у них завалялась офицерская одежда, а потому «Парню» вновь пришлось переодеваться в дозорного, дабы утром проникнуть на их базу. Как им всё это провернуть? После прошлого захвата острова у них осталось официальное письмо от высший чинов дозора к низшим, они нашли его, и на новой бумаге переписали в точности, как там, а после, используя несколько хитрых способов, подделали печать, и запечатали письмецо.
«Парень» неуверенно протянул своему командиру белое письмо, на котором стояла печать морского дозора. Тот лишь недовольно фыркнул, и пробежался глазами по тому, что там было написано. Если описывать его содержание, то ничего интересного, просто прислали перспективного добровольца, что готов помочь отвоевать остров и избавить его от военного положения. Таких рекомендательных писем, и таких добровольцев, очень много, а потому капитан выдохнул, одобрительно кивнул, сложил письмо в карман, и этим действием «клюнул на революционный крючок».
— Располагайся. База мало чем отличается от любой другой. Познакомься там с кем-нибудь, пусть тебе выделят койку, и отдохни на ней. Завтра у тебя будет задание, пойдешь в ночной патруль, поставлю во главе, так как ты уже офицер. А теперь иди, у меня дела.
— Так точно!
«Парень» нашел какого-то бедолагу юнгу, что драил полы, и заговорил с ним. Бытовой диалог, ничего необычного, тот рассказывал про желание стать адмиралом, и вершить правосудие, а собеседник лишь молча кивал головой, и перебивал, спрашивая ту информацию, что ему была нужна: про капитана, про устройство базы, про других дозорных, про отношение к новеньким, про ситуацию в городе, про амазонок и так далее. Если, по крупицам, соединять всю информацию, то выходит много чего интересного. Оказывается, капитан готовит какой-то план по освобождению острова, но ни с кем им не делится, даже с собственными доверенными лицами, лишь сообщает об этом тревожным дозорным, уверяя что скоро всё закончится. А бояться есть чего. Некоторые дозорные, что служат здесь, это простые мужчины, живущие в этом городе, и они боятся как бы пираты, да или амазонки, не навредили их семьям. С каждым днем паника всё возрастает, и возрастает, а патрули, что не возвращаются после ночной вылазки, и вовсе воспринимаются как смертный приговор. Всем страшно, все боятся, но никто не хочет переходить дорогу капитану. Иерархия, статус. Стоит тебе хоть слово поперек ему пискнуть — он тебя тут же в темницу кинет, и будешь гнить там. Он человек суровый, и строгий, местами даже нервный, многие подчиненные его не любят, и их не стоит винить в этом. Что по ситуации в последние несколько дней? Капитан стал больше нервничать, он даже собирался самостоятельно выйти в патруль, ибо обвинял подчиненных в слабости, и невозможности противостоять каким-то зазнавшимся сукам. Но что поделать? Никуда он с базы так и не вышел, все его обещания — пустой звук, обещания, которым не суждено сбыться. Достаточно неприятно такое слышать, и, отчасти, грустно, но «Парень» оставался серьёзным на протяжении всего повествования. Их разговор быстро подошел к концу. Революционер решил обойти базу, и посмотреть что же интересного на ней есть. Может найдет секретный подземный проход? Или заглянет в темницу, найдет потенциальных союзников? За дело!
Место действия: База Морского Дозора
Время: 09:00 утра.
— Товарищ Капитан, младший лейтенант Кловер Симпл прибыл!
— Че? Какой ещё Кловер Симпл? И почему тебя вообще пустили?
Утро. После всего того безумия, что творилось вечером, Энкиду вернулся на корабль, минуя город, и рассказал своим подчиненным о свидании с Клодом, и других приключениях. Им сразу же нужно было сделать 2 вещи: найти карту острова, и принести форму морского дозорного. Благо, после прошлых заданий, у них завалялась офицерская одежда, а потому «Парню» вновь пришлось переодеваться в дозорного, дабы утром проникнуть на их базу. Как им всё это провернуть? После прошлого захвата острова у них осталось официальное письмо от высший чинов дозора к низшим, они нашли его, и на новой бумаге переписали в точности, как там, а после, используя несколько хитрых способов, подделали печать, и запечатали письмецо.
«Парень» неуверенно протянул своему командиру белое письмо, на котором стояла печать морского дозора. Тот лишь недовольно фыркнул, и пробежался глазами по тому, что там было написано. Если описывать его содержание, то ничего интересного, просто прислали перспективного добровольца, что готов помочь отвоевать остров и избавить его от военного положения. Таких рекомендательных писем, и таких добровольцев, очень много, а потому капитан выдохнул, одобрительно кивнул, сложил письмо в карман, и этим действием «клюнул на революционный крючок».
— Располагайся. База мало чем отличается от любой другой. Познакомься там с кем-нибудь, пусть тебе выделят койку, и отдохни на ней. Завтра у тебя будет задание, пойдешь в ночной патруль, поставлю во главе, так как ты уже офицер. А теперь иди, у меня дела.
— Так точно!
«Парень» нашел какого-то бедолагу юнгу, что драил полы, и заговорил с ним. Бытовой диалог, ничего необычного, тот рассказывал про желание стать адмиралом, и вершить правосудие, а собеседник лишь молча кивал головой, и перебивал, спрашивая ту информацию, что ему была нужна: про капитана, про устройство базы, про других дозорных, про отношение к новеньким, про ситуацию в городе, про амазонок и так далее. Если, по крупицам, соединять всю информацию, то выходит много чего интересного. Оказывается, капитан готовит какой-то план по освобождению острова, но ни с кем им не делится, даже с собственными доверенными лицами, лишь сообщает об этом тревожным дозорным, уверяя что скоро всё закончится. А бояться есть чего. Некоторые дозорные, что служат здесь, это простые мужчины, живущие в этом городе, и они боятся как бы пираты, да или амазонки, не навредили их семьям. С каждым днем паника всё возрастает, и возрастает, а патрули, что не возвращаются после ночной вылазки, и вовсе воспринимаются как смертный приговор. Всем страшно, все боятся, но никто не хочет переходить дорогу капитану. Иерархия, статус. Стоит тебе хоть слово поперек ему пискнуть — он тебя тут же в темницу кинет, и будешь гнить там. Он человек суровый, и строгий, местами даже нервный, многие подчиненные его не любят, и их не стоит винить в этом. Что по ситуации в последние несколько дней? Капитан стал больше нервничать, он даже собирался самостоятельно выйти в патруль, ибо обвинял подчиненных в слабости, и невозможности противостоять каким-то зазнавшимся сукам. Но что поделать? Никуда он с базы так и не вышел, все его обещания — пустой звук, обещания, которым не суждено сбыться. Достаточно неприятно такое слышать, и, отчасти, грустно, но «Парень» оставался серьёзным на протяжении всего повествования. Их разговор быстро подошел к концу. Революционер решил обойти базу, и посмотреть что же интересного на ней есть. Может найдет секретный подземный проход? Или заглянет в темницу, найдет потенциальных союзников? За дело!
Место действия: Корабль Революционеров.
Время: 11:00
На этот раз Энкиду не выходил из своей каюты, и не поднимался на верхнюю палубу, ибо мало ли что может случиться. Вдруг, вчера какая-нибудь амазонка его видела, или какой-нибудь пират, ибо внешность у парня, скажем так, очень запоминающаяся, лучше залечь на дно на какое-то время. Да и «друзья» Уильяма могут что-то рассказать, или пустить слухи, так как вчера революционер открыто обедал с ним в их ресторане. Но опустим все эти подробности, ибо сейчас в нашем распоряжении есть карта, которую принес командиру один из подчиненных. Если смотреть на неё, и вдумываться, то какой-то четкий план можно проследить. Вооружившись ручкой, линейкой, циркулем, и прочими канцелярскими принадлежностями, парень начал творить «искусство». В первую очередь он обвел кругом 3 базы противоборствующих сил: пиратов, революционеров, и дозора. Как он узнал где находится база пиратов? После того ночного случая он тут же послал Идзанами и Идзанаги на разведку, к тому месту. Как и предполагалось через несколько секунд туда стянулся небольшой отряд из пиратов, в компании одной амазонки, они пытались что-то понять по следам, по отпечаткам, пытались найти кого-то в лесах вокруг, но не добились успехов. В итоге, не направляясь в город, вышли на ту же самую тропинку, но не поворачивая к водопаду, и куда-то там пошли. Революционеры позволили себе проследовать за ними, и они, через несколько минут, сквозь листву, увидели бухту, но никаких кораблей в ней. Не решившись действовать дальше они отступили, и решили что именно это место и является пиратской базой. В принципе, в этом есть какой-то смысл. Поэтому кружок в той бухте, рядом со знаком вопроса, обозначал потенциальную базу пиратов, процентов так на восемьдесят. Два других кружка — объяснять не надо, один из них корабль революционеров, а другой — большая база дозорных. Это всё сейчас не очень интересно, ибо надо разобраться с пиратами. У них, предположительно, есть 2 линии атаки: одна короткая, по которой вчера шёл Энкиду, и одна длинная, через леса. Нарисовать две стрелочки от кружочка, продолжаем. Атаковать они будут, предположительно, с трех сторон, третья сторона — море. От пиратской бухты рисуем ещё одну стрелочку прямо в порт острова. В порту будут корабли Дариона Могрейна, который прибудет через два дня, так что с одной стороны мы защищены сто процентов. Но что с городом? Идзанаги и Идзанами встанут на коротком пути, вместе с другими революционерами, и буду сдерживать натиск пиратов, помогая местным жителям эвакуироваться. В этот момент Энкиду, находясь на вершине церкви — середина города, через рупор объявит всем о том, что пираты захватывают остров, а дозор ничего с этим сделать не может, и именно поэтому революционеры помогут им, протянут руку помощи, не бросив в беде. И пойдет к длинному пути, дабы сдерживать тех пиратов, что пойдут по нему. Масштабной битвы, скорее всего, не будет, или, желательно, её вообще избежать, чтобы свести потери среди мирного населения к минимуму. Что командир хочет сделать? Расставить ловушки в тех местах, по которым могут пойти пираты, и расставить их нужно за несколько часов/минут, до атаки, чтобы никто другой, кроме врага, на них не наступил. Что за ловушки? Банальные растяжки с простенькой системой обстрела стрелами через арбалеты, что можно спрятать в кустах. Почему революционер так уверен, что пираты пойдут в открытую, а не через леса? Атака будет неожиданной для дозорных, их сердце — база, пострадает от взрыва, а значит нет необходимости пиратам как-то придумывать велосипед, и атаковать из тени, если это за них сделают амазонки. У них 2 отряда: амазонки и пираты. Амазонки займутся базой, а пираты городом. Сделано это не просто так, а чтобы одни другим не мешали, ибо на почве разных идеологий, и мировоззрения, может возникнуть конфликт между союзниками, чего Саеко, конечно же, не хочет, хоть и придется немного уступить, но если это ради Руфуса, что так желает эту территорию, то она готова пойти на такие жертвы.
Время: 11:00
На этот раз Энкиду не выходил из своей каюты, и не поднимался на верхнюю палубу, ибо мало ли что может случиться. Вдруг, вчера какая-нибудь амазонка его видела, или какой-нибудь пират, ибо внешность у парня, скажем так, очень запоминающаяся, лучше залечь на дно на какое-то время. Да и «друзья» Уильяма могут что-то рассказать, или пустить слухи, так как вчера революционер открыто обедал с ним в их ресторане. Но опустим все эти подробности, ибо сейчас в нашем распоряжении есть карта, которую принес командиру один из подчиненных. Если смотреть на неё, и вдумываться, то какой-то четкий план можно проследить. Вооружившись ручкой, линейкой, циркулем, и прочими канцелярскими принадлежностями, парень начал творить «искусство». В первую очередь он обвел кругом 3 базы противоборствующих сил: пиратов, революционеров, и дозора. Как он узнал где находится база пиратов? После того ночного случая он тут же послал Идзанами и Идзанаги на разведку, к тому месту. Как и предполагалось через несколько секунд туда стянулся небольшой отряд из пиратов, в компании одной амазонки, они пытались что-то понять по следам, по отпечаткам, пытались найти кого-то в лесах вокруг, но не добились успехов. В итоге, не направляясь в город, вышли на ту же самую тропинку, но не поворачивая к водопаду, и куда-то там пошли. Революционеры позволили себе проследовать за ними, и они, через несколько минут, сквозь листву, увидели бухту, но никаких кораблей в ней. Не решившись действовать дальше они отступили, и решили что именно это место и является пиратской базой. В принципе, в этом есть какой-то смысл. Поэтому кружок в той бухте, рядом со знаком вопроса, обозначал потенциальную базу пиратов, процентов так на восемьдесят. Два других кружка — объяснять не надо, один из них корабль революционеров, а другой — большая база дозорных. Это всё сейчас не очень интересно, ибо надо разобраться с пиратами. У них, предположительно, есть 2 линии атаки: одна короткая, по которой вчера шёл Энкиду, и одна длинная, через леса. Нарисовать две стрелочки от кружочка, продолжаем. Атаковать они будут, предположительно, с трех сторон, третья сторона — море. От пиратской бухты рисуем ещё одну стрелочку прямо в порт острова. В порту будут корабли Дариона Могрейна, который прибудет через два дня, так что с одной стороны мы защищены сто процентов. Но что с городом? Идзанаги и Идзанами встанут на коротком пути, вместе с другими революционерами, и буду сдерживать натиск пиратов, помогая местным жителям эвакуироваться. В этот момент Энкиду, находясь на вершине церкви — середина города, через рупор объявит всем о том, что пираты захватывают остров, а дозор ничего с этим сделать не может, и именно поэтому революционеры помогут им, протянут руку помощи, не бросив в беде. И пойдет к длинному пути, дабы сдерживать тех пиратов, что пойдут по нему. Масштабной битвы, скорее всего, не будет, или, желательно, её вообще избежать, чтобы свести потери среди мирного населения к минимуму. Что командир хочет сделать? Расставить ловушки в тех местах, по которым могут пойти пираты, и расставить их нужно за несколько часов/минут, до атаки, чтобы никто другой, кроме врага, на них не наступил. Что за ловушки? Банальные растяжки с простенькой системой обстрела стрелами через арбалеты, что можно спрятать в кустах. Почему революционер так уверен, что пираты пойдут в открытую, а не через леса? Атака будет неожиданной для дозорных, их сердце — база, пострадает от взрыва, а значит нет необходимости пиратам как-то придумывать велосипед, и атаковать из тени, если это за них сделают амазонки. У них 2 отряда: амазонки и пираты. Амазонки займутся базой, а пираты городом. Сделано это не просто так, а чтобы одни другим не мешали, ибо на почве разных идеологий, и мировоззрения, может возникнуть конфликт между союзниками, чего Саеко, конечно же, не хочет, хоть и придется немного уступить, но если это ради Руфуса, что так желает эту территорию, то она готова пойти на такие жертвы.
Что с дозором? Информации, пока что, нет, или она совсем туманная, ибо «Парень» только-только пошел на разведку, и никакой полезной информации от него не поступало. Но, на данный момент, они никак не помешают революционерам, ибо будут заняты сражением с амазонками. Что насчёт финальной битвы? Где Саеко и Энкиду должны встретиться? В городе. Лидер противников всем сердцем не доверяет Клоду, и его головорезам, а потому тут же, после победы над капитаном дозора, побежит в город проверять обстановку, тут-то, в огромном порту, она увидит Энкиду, что спасает мирных жителей, и сражается против пиратов, и против амазонок, что Саеко послала вперед, на разведку. Тут-то в голове у неё все нити и соединяться, тут-то она и поймет кто виновница всех тех бед, что случались ранее. Найдет ли она битву в крупном городе? Конечно найдет, ибо первым делом, когда идешь с базы дозора до города, тебе открывается вид на побережье. Другой вопрос, почему революционер уверен, что Саеко вступит в бой, а не даст команду к отступлению, и не перегруппируется, чтобы придумать план нападения? Ярость, или гнев. Называйте это как хотите. Пропало четверо амазонок, пропал Клод, пропало два его телохранителя, и никто не знает где они. И после такого она не захочет отомстить? Сомневаюсь. Что насчёт мирных жителей? Часть из них укроется на кораблях, что будут стоять в порту, а мужская половина возьмет оружие в руки, и будет помогать революционерам давать отпор захватчикам, почему? Потому что Энкиду выступит со своей речью, что будет призывать этих слабаков бороться, и она-то уж точно подействует на них, и, может быть, на некоторых дозорных, но тут сомнительно.
Вся карта, что совсем недавно была чиста, ныне же была изрисована всякими пометками, и прочими вещами. Энкиду придумал план, придумал как его организовать, и придумал способ противостоять противнику, как бы этот бой не обернулся. Неужели это всё? И он может отдохнуть? На самом деле нет. Невозможно просчитать абсолютно все исходы, ибо их может быть бесконечное множество, именно поэтому голова командира забита сейчас тем, чтобы отбрасывать самые ужасные события, что могут произойти. Например, огромной пиратский флот — подкрепление от Руфуса, да такой, что Могрейн, в одиночку, не сможет осилить. Или капитан дозорных, который встанет на сторону Саеко, и сам будет вырезать местных жителей, вместе с другими дозорными. Такой вариант, конечно, очень маловероятен, ибо не у всех поднимется рука на беззащитных жителей. А буду ли убийства? Клод говорил о том, что они набирают рабов, может быть вся эта военная кампания нужна лишь для того, чтобы было побольше тел? Чтобы срубить как можно больше денег с аукциона рабов? Пираты не смогут сдержаться, и начнут грабить, это у них в крови, а во время грабежа, «случайно» могут задеть парочку человек, и никто жаловаться не будет. Пока что план таков. Его содержание изложено на нескольких листах бумаги, что исписаны от и до, с множеством помарок, а также на карте, на которой отмечены расположения ловушек, и расположение солдат всех трех противоборствующих сил. У революционеров есть козырь, которым они могут воспользоваться — ни Саеко, ни дозорные не догадываются об их деятельности здесь, а потому, эффект неожиданности, после эффекта неожиданности, может иметь огромные последствия, в плюс для революционеров. Поверят ли жители, что это не революционеры подорвали базу дозора? Конечно, появившиеся пираты сразу ответят на все вопросы, но это потраченные секунды времени, которые очень важны. Каждая секунда — десяток спасённых жизней, над этим революционер ещё задумается.
Вся карта, что совсем недавно была чиста, ныне же была изрисована всякими пометками, и прочими вещами. Энкиду придумал план, придумал как его организовать, и придумал способ противостоять противнику, как бы этот бой не обернулся. Неужели это всё? И он может отдохнуть? На самом деле нет. Невозможно просчитать абсолютно все исходы, ибо их может быть бесконечное множество, именно поэтому голова командира забита сейчас тем, чтобы отбрасывать самые ужасные события, что могут произойти. Например, огромной пиратский флот — подкрепление от Руфуса, да такой, что Могрейн, в одиночку, не сможет осилить. Или капитан дозорных, который встанет на сторону Саеко, и сам будет вырезать местных жителей, вместе с другими дозорными. Такой вариант, конечно, очень маловероятен, ибо не у всех поднимется рука на беззащитных жителей. А буду ли убийства? Клод говорил о том, что они набирают рабов, может быть вся эта военная кампания нужна лишь для того, чтобы было побольше тел? Чтобы срубить как можно больше денег с аукциона рабов? Пираты не смогут сдержаться, и начнут грабить, это у них в крови, а во время грабежа, «случайно» могут задеть парочку человек, и никто жаловаться не будет. Пока что план таков. Его содержание изложено на нескольких листах бумаги, что исписаны от и до, с множеством помарок, а также на карте, на которой отмечены расположения ловушек, и расположение солдат всех трех противоборствующих сил. У революционеров есть козырь, которым они могут воспользоваться — ни Саеко, ни дозорные не догадываются об их деятельности здесь, а потому, эффект неожиданности, после эффекта неожиданности, может иметь огромные последствия, в плюс для революционеров. Поверят ли жители, что это не революционеры подорвали базу дозора? Конечно, появившиеся пираты сразу ответят на все вопросы, но это потраченные секунды времени, которые очень важны. Каждая секунда — десяток спасённых жизней, над этим революционер ещё задумается.
Место действия: База Морского Дозора.
Время: 18:00
— Смотри, это устройство, что записывает звук, называется звуковая ракуша, я такую на рынке у торговца купил, говорят их можно встретить только на небесном острове, круто, да?
— Да, наверное. Но действительно ли оно работает?
*щелк*
— «Смотри, это устройство, что записывает звук, называется звуковая ракуша, я такую на рынке у торговца купил, говорят их можно встретить только на небесном острове, круто, да? Да, наверное. Но действительно ли оно работает?» А ты мне не верил, ха-ха-ха!
«Парень» старался не выдать себя, и поэтому проводил время как обычный младший лейтенант, познакомившись со всеми тут. Его облепили со всех сторон, и начали пытать вопросами, как новенького, в основном их интересовало то, где он служил ранее, и нет ли тут кого-то из его знакомых, с кем он мог пересекаться ранее. На все вопросы приходилось отстреливаться отмазками, или придумывать какие-то истории. Самое главное во вранье — не запутаться в собственных словах, а то на этом могут поймать, и взять с поличным, тем более, что у них есть такой интересный инструмент, хм.
— Не одолжишь мне на денёк свою ракушку? Я изобретатель, хочу разобрать и посмотреть как она работает.
— Эй, а если сломаешь?
— Давай я оставлю в залог столько, сколько она стоила, а потом, как верну тебе её, заберу деньги, идет?
— Двадцать тысяч белли.
На этом и рассчитались. Собственно, зачем «Парню» звукозаписывающая ракуша? Энкиду рассказал им, что капитан здешней базы может быть связан каким-то договором с амазонками, а потому лже-дозорный желает провести разведку, и записать слова лидера базы на ракушку, чтобы предъявить доказательства, или использовать это, чтобы переманить часть дозорных, и местных жителей на свою сторону.
23:00
Время отбоя, но «Парень» настоял на том, чтобы пойти в патруль базы, ибо хочет побольше узнать о ней, так как недавно прибыл. Ну… Патрулирующие забили на его желание, и позволили поменяться одному из них, ибо почему нет? Если сам проявляет желание сделать такое. По званию они все равны — младшие лейтенанты, поэтому никто не взялся быть лидером. Так они и пошли в обход по базе. Побывали тут, побывали там, на другом этаже, в подвале, посмотрели как там дела у заключенных в тюрьме, обошли улицу базы, проверили корабли, в общем занялись всем, чем только можно. И вот они поднялись на этаж, где располагался кабинет капитана, но патрулирующие решили не идти в ту сторону, сославшись на то, что командир разозлиться, ибо не любит когда мимо его дверей шастают. Но «Парень» заявил, что он честный дозорный, и не может оставить какое-то место базы не осмотренным, ибо там может быть всё что угодное запрещенное. С этим придурком никто не захотел спорить, поэтому его кинули, оставив один на один с собственными тараканами. Капитан не стал, ибо в его кабинете горел свет. Приблизившись к кабинету, парень начал слышать голос лидера базы. Сначала очень тихо, потом просто тихо, и так, по мере продвижения, голос становился всё более четким, и громким. И вот стоит наш революционер возле кабинета лидера базы, включает звукозаписывающую ракушу, и подставляет к двери.
Время: 18:00
— Смотри, это устройство, что записывает звук, называется звуковая ракуша, я такую на рынке у торговца купил, говорят их можно встретить только на небесном острове, круто, да?
— Да, наверное. Но действительно ли оно работает?
*щелк*
— «Смотри, это устройство, что записывает звук, называется звуковая ракуша, я такую на рынке у торговца купил, говорят их можно встретить только на небесном острове, круто, да? Да, наверное. Но действительно ли оно работает?» А ты мне не верил, ха-ха-ха!
«Парень» старался не выдать себя, и поэтому проводил время как обычный младший лейтенант, познакомившись со всеми тут. Его облепили со всех сторон, и начали пытать вопросами, как новенького, в основном их интересовало то, где он служил ранее, и нет ли тут кого-то из его знакомых, с кем он мог пересекаться ранее. На все вопросы приходилось отстреливаться отмазками, или придумывать какие-то истории. Самое главное во вранье — не запутаться в собственных словах, а то на этом могут поймать, и взять с поличным, тем более, что у них есть такой интересный инструмент, хм.
— Не одолжишь мне на денёк свою ракушку? Я изобретатель, хочу разобрать и посмотреть как она работает.
— Эй, а если сломаешь?
— Давай я оставлю в залог столько, сколько она стоила, а потом, как верну тебе её, заберу деньги, идет?
— Двадцать тысяч белли.
На этом и рассчитались. Собственно, зачем «Парню» звукозаписывающая ракуша? Энкиду рассказал им, что капитан здешней базы может быть связан каким-то договором с амазонками, а потому лже-дозорный желает провести разведку, и записать слова лидера базы на ракушку, чтобы предъявить доказательства, или использовать это, чтобы переманить часть дозорных, и местных жителей на свою сторону.
23:00
Время отбоя, но «Парень» настоял на том, чтобы пойти в патруль базы, ибо хочет побольше узнать о ней, так как недавно прибыл. Ну… Патрулирующие забили на его желание, и позволили поменяться одному из них, ибо почему нет? Если сам проявляет желание сделать такое. По званию они все равны — младшие лейтенанты, поэтому никто не взялся быть лидером. Так они и пошли в обход по базе. Побывали тут, побывали там, на другом этаже, в подвале, посмотрели как там дела у заключенных в тюрьме, обошли улицу базы, проверили корабли, в общем занялись всем, чем только можно. И вот они поднялись на этаж, где располагался кабинет капитана, но патрулирующие решили не идти в ту сторону, сославшись на то, что командир разозлиться, ибо не любит когда мимо его дверей шастают. Но «Парень» заявил, что он честный дозорный, и не может оставить какое-то место базы не осмотренным, ибо там может быть всё что угодное запрещенное. С этим придурком никто не захотел спорить, поэтому его кинули, оставив один на один с собственными тараканами. Капитан не стал, ибо в его кабинете горел свет. Приблизившись к кабинету, парень начал слышать голос лидера базы. Сначала очень тихо, потом просто тихо, и так, по мере продвижения, голос становился всё более четким, и громким. И вот стоит наш революционер возле кабинета лидера базы, включает звукозаписывающую ракушу, и подставляет к двери.
«Какого черта Саеко о себе думает? Пропал Клод — лидер пиратов на этом острове, и четыре её амазонки, и она думает что это моих рук дело? Да не трогал я этих, не трогал! У нас есть договор, и она об этом помнит. Я позволяю им находится на этом острове, а взамен они делят со мной долю от работорговли, которой промышляют, похищая с острова мужчин, и женщин. Сколько раз мне ещё повторить, чтобы до тебя дошло, и не зли меня, тупая амазонка! Если у этой женщины есть вопросы, то пусть сама приходит, или назначает место встречи. Да мне насрать на её угрозы, я просто сяду на корабль и свалю с острова, оставив этих кретинов дозорных, и тупых местных жителей, одних воевать со всей вашей компанией. И не забудьте про следующие выплаты, через 3 дня я жду у себя в кабинете посыльного с долей от продажи рабов, как мы и договаривались. А теперь сваливай отсюда, желательно через окно, ну или через дверь, все равно эти идиоты слишком сильно боятся меня, и моего звания, так что не станут патрулировать на этом этаже»
Дальше записывать было опасно, да и капитанишка этот сказал более чем достаточно для того, чтобы выставить его в плохом свете перед всеми жителями острова, да и перед всеми дозорными. «Парень» благополучно покинул этаж, быстренько умотав от кабинета лидера базы, дабы тот его не заметил. Найдя патрульную группу, он вместе с ней закончил обход, но спать ложиться не планировал, ибо, оказавшись в одиночестве, связался по Ден Ден Муши с Энкиду с просьбой прислать «курьера». Нужно как-то передать эту ракушу курьеру, чтобы тот донёс её до лидера, и последний пробел в этом плане был благополучно заполнен. «Парень», рискуя задницей, забрался на верхушку базы, и начал глядеть в сторону леса. Через несколько минут раздался сигнал - «свист» совы, что означало место, куда нужно перекинуть предмет. Тут же, без промедления, «Парень» кидает ракушу в лесную чащу, и оттуда, молниеносно, выбегает человек в темно-зеленом плаще, что скрывается среди листвы, и теряется среди зданий огромного города. Но капитан не дурак, и именно поэтому тут же посмотрел в окно, как только услышал сигнал, и на беду революции, он увидел что что-то летит за пределы базы, а потому открыл окно, и постарался как можно быстрее оказаться на крыше, чтобы увидеть крысу. Спину увидел, но вот только прикрытую офицерским плащом, на котором была надпись «Справедливость».
— Стой, сука!
Но не успел он сократить расстояние до противника, как тот нырнул в реку, кинув в лицо капитана плащ, чтобы закрыть тому обзор. Получилось, ибо попутный ветер сыграл своё. Лидер базы услышал лишь всплеск воды, который означал погружение неизвестного шпиона в морскую пучину, а там — сокрытие за кораблями, или побег в любую из четырех сторон. Он его упустил, но ещё не всё потеряно. Раздалась оглушительная сирена, и весь состав, как по струнке, за несколько секунд, собрался на плацу.
— Среди нас оказался предатель. Лидеры отрядов, осмотрите списки, проверьте наличие своих бойцов на месте. Если кого нет — тут же докладываете кто он, и откуда, быстро, олухи!
Темно-зеленый плащ быстренько добрался до Энкиду, и передал командиру революции ту самую звукозаписывающую ракушу. Не желая тратить времени, революционер тут же прослушал полностью всю запись от начала и до конца. Потом, переварив полученную информацию, он ещё раз включил запись, и ещё раз послушал. Снова перевариваем информацию, и вставляем детали в план. Дабы убедиться что всё идеально, третий раз не стал исключением, вот только реакция была иной — смех, уморительный смех Энкиду, который смеялся над нелепым капитаном из дозора, что так глупо подставил свою задницу под «расстрел». Если эта информация дойдет до местных жителей, то его репутация уйдет на дно, если эта информация распространится среди его подчиненных, то те тоже не будут рады содействовать ему.
Дальше записывать было опасно, да и капитанишка этот сказал более чем достаточно для того, чтобы выставить его в плохом свете перед всеми жителями острова, да и перед всеми дозорными. «Парень» благополучно покинул этаж, быстренько умотав от кабинета лидера базы, дабы тот его не заметил. Найдя патрульную группу, он вместе с ней закончил обход, но спать ложиться не планировал, ибо, оказавшись в одиночестве, связался по Ден Ден Муши с Энкиду с просьбой прислать «курьера». Нужно как-то передать эту ракушу курьеру, чтобы тот донёс её до лидера, и последний пробел в этом плане был благополучно заполнен. «Парень», рискуя задницей, забрался на верхушку базы, и начал глядеть в сторону леса. Через несколько минут раздался сигнал - «свист» совы, что означало место, куда нужно перекинуть предмет. Тут же, без промедления, «Парень» кидает ракушу в лесную чащу, и оттуда, молниеносно, выбегает человек в темно-зеленом плаще, что скрывается среди листвы, и теряется среди зданий огромного города. Но капитан не дурак, и именно поэтому тут же посмотрел в окно, как только услышал сигнал, и на беду революции, он увидел что что-то летит за пределы базы, а потому открыл окно, и постарался как можно быстрее оказаться на крыше, чтобы увидеть крысу. Спину увидел, но вот только прикрытую офицерским плащом, на котором была надпись «Справедливость».
— Стой, сука!
Но не успел он сократить расстояние до противника, как тот нырнул в реку, кинув в лицо капитана плащ, чтобы закрыть тому обзор. Получилось, ибо попутный ветер сыграл своё. Лидер базы услышал лишь всплеск воды, который означал погружение неизвестного шпиона в морскую пучину, а там — сокрытие за кораблями, или побег в любую из четырех сторон. Он его упустил, но ещё не всё потеряно. Раздалась оглушительная сирена, и весь состав, как по струнке, за несколько секунд, собрался на плацу.
— Среди нас оказался предатель. Лидеры отрядов, осмотрите списки, проверьте наличие своих бойцов на месте. Если кого нет — тут же докладываете кто он, и откуда, быстро, олухи!
Темно-зеленый плащ быстренько добрался до Энкиду, и передал командиру революции ту самую звукозаписывающую ракушу. Не желая тратить времени, революционер тут же прослушал полностью всю запись от начала и до конца. Потом, переварив полученную информацию, он ещё раз включил запись, и ещё раз послушал. Снова перевариваем информацию, и вставляем детали в план. Дабы убедиться что всё идеально, третий раз не стал исключением, вот только реакция была иной — смех, уморительный смех Энкиду, который смеялся над нелепым капитаном из дозора, что так глупо подставил свою задницу под «расстрел». Если эта информация дойдет до местных жителей, то его репутация уйдет на дно, если эта информация распространится среди его подчиненных, то те тоже не будут рады содействовать ему.
«До сражения с пиратами Руфуса 1 день»
09:00
Перескочим через один день, и перейдем сюда. Позавчера в руки Энкиду попала звукозаписывающая ракуша, а вчера ничего интересного не происходило, да и не должно было. Командиру революции нельзя появляться на людях, об этом уже говорилось выше, и нет причин повторять почему. Чем нам так важен именно этот день, чтобы на нем зацикливать своё внимание? Прибытие Дариона Могрейна. Это тот капитан, что возглавит собственное судно, и будет защищать город со стороны моря, если, конечно, пираты будут нападать оттуда. Он все ещё не до конца доверяет зеленоволосому, но как только он услышит план — проблема решится. Также сегодня утром, на корабле революционеров, прибыли ополченцы во главе с Франком, так что ряды солдат заметно возросли, и это не может не радовать, ибо любое пополнение способно привести к победе. Любой человек, способный держать оружие, важен.
— Ну что, дев...кхм.. Энкиду, есть у тебя план, или мне разворачивать обратно этот небольшой флот?
— Энкиду благодарен вам всем за то, что вы сегодня здесь собрались. Обсудим детали плана!
Дарион Могрейн, Франк Ольсен, Энкиду, и несколько персонажей второго тира собрались в небольшой каюте капитана, дабы выслушать план. На столе расположилась карта, и несколько листов бумаги, на которых были детально описаны все нюансы, и все подробности, что необходимо знать потенциальным союзникам. Осталось только донести до них эту мысль, и все, собственно.
15:00
— Скажу честно, Энкиду-тян, не ожидал я от тебя такого. Вам удалось добыть столько информации за такой короткий промежуток времени. Дарион Могрейн примет участие в этой битве.
— Так значит капитан обо всем знал, и сотрудничал с амазонками… Мне, как бывшему жителю этого острова, и работнику, стыдно за то, что я не заметил этого ранее, а потому Франк Ольсен, и его команда, помогут вам в этом сражении.
— Спасибо. Революционеры каждую секунду пребывают в городе, и следят за обстановкой, замаскировавшись под местных жителей. Энкиду надеется, что завтра все пройдет идеально. Давайте ещё раз обсудим все детали, и нюансы, чтобы точно ничего не забыть.
«День сражения с пиратами Руфуса»
Революционеры заняли свои позиции на тропах, что ведут из бухты. Они возвели на них простенькие ловушки, и готовы вставлять «палки в колёса» пиратов из тени, маскируясь в зданиях, или среди листвы. Среди местных жителей «спрятались» ополченцы, и другие революционеры, все были вооружены, и готовы к бою. Их количество тяжело назвать, но в каждой районе города было, минимум, по пять человек, готовых защищать гражданских. Дарион Могрейн, и его несколько судов. Стоял в порту, готовые выдвигаться на встречу неприятелю. Энкиду впервые покинул судно, нацепив на себя, поверх балахона, ещё и темно-зеленый плащ, дабы скрыть свою личность. Спрятался командир возле церкви, в каком-то переулке, просто сел на мусорный бак, и начал дожидаться сигнала, поглядывая на Ден Ден Муши. Долгое время ничего не происходило, и это могло действовать на нервы тем, кто собрался защищаться. Но нужно успокоиться, взять себя в руки. Остров проживает этот день так, как проживает всегда, и не догадывается что через несколько мгновений всё может измениться кардинальным образом. Десять минут. Полчаса. Час. Энкиду делает глубокий вдох, настолько, чтобы полностью заполнить легкие, и сразу же медленный выдох, настолько, чтобы полностью опустошить легкие. С выходом последнего миллилитра воздуха раздался оглушительный взрыв, что сотряс стены каждого здания в городе. Революционер аж поперхнулся в этот момент. База революционеров взорвана. Люди, раскрыв рты, не понимают что происходит, и тут на сцене появляется Энкиду, запрыгнув на крышу церкви. В одной руке рупор, в другой руке звукозаписывающая ракуша.
09:00
Перескочим через один день, и перейдем сюда. Позавчера в руки Энкиду попала звукозаписывающая ракуша, а вчера ничего интересного не происходило, да и не должно было. Командиру революции нельзя появляться на людях, об этом уже говорилось выше, и нет причин повторять почему. Чем нам так важен именно этот день, чтобы на нем зацикливать своё внимание? Прибытие Дариона Могрейна. Это тот капитан, что возглавит собственное судно, и будет защищать город со стороны моря, если, конечно, пираты будут нападать оттуда. Он все ещё не до конца доверяет зеленоволосому, но как только он услышит план — проблема решится. Также сегодня утром, на корабле революционеров, прибыли ополченцы во главе с Франком, так что ряды солдат заметно возросли, и это не может не радовать, ибо любое пополнение способно привести к победе. Любой человек, способный держать оружие, важен.
— Ну что, дев...кхм.. Энкиду, есть у тебя план, или мне разворачивать обратно этот небольшой флот?
— Энкиду благодарен вам всем за то, что вы сегодня здесь собрались. Обсудим детали плана!
Дарион Могрейн, Франк Ольсен, Энкиду, и несколько персонажей второго тира собрались в небольшой каюте капитана, дабы выслушать план. На столе расположилась карта, и несколько листов бумаги, на которых были детально описаны все нюансы, и все подробности, что необходимо знать потенциальным союзникам. Осталось только донести до них эту мысль, и все, собственно.
15:00
— Скажу честно, Энкиду-тян, не ожидал я от тебя такого. Вам удалось добыть столько информации за такой короткий промежуток времени. Дарион Могрейн примет участие в этой битве.
— Так значит капитан обо всем знал, и сотрудничал с амазонками… Мне, как бывшему жителю этого острова, и работнику, стыдно за то, что я не заметил этого ранее, а потому Франк Ольсен, и его команда, помогут вам в этом сражении.
— Спасибо. Революционеры каждую секунду пребывают в городе, и следят за обстановкой, замаскировавшись под местных жителей. Энкиду надеется, что завтра все пройдет идеально. Давайте ещё раз обсудим все детали, и нюансы, чтобы точно ничего не забыть.
«День сражения с пиратами Руфуса»
Революционеры заняли свои позиции на тропах, что ведут из бухты. Они возвели на них простенькие ловушки, и готовы вставлять «палки в колёса» пиратов из тени, маскируясь в зданиях, или среди листвы. Среди местных жителей «спрятались» ополченцы, и другие революционеры, все были вооружены, и готовы к бою. Их количество тяжело назвать, но в каждой районе города было, минимум, по пять человек, готовых защищать гражданских. Дарион Могрейн, и его несколько судов. Стоял в порту, готовые выдвигаться на встречу неприятелю. Энкиду впервые покинул судно, нацепив на себя, поверх балахона, ещё и темно-зеленый плащ, дабы скрыть свою личность. Спрятался командир возле церкви, в каком-то переулке, просто сел на мусорный бак, и начал дожидаться сигнала, поглядывая на Ден Ден Муши. Долгое время ничего не происходило, и это могло действовать на нервы тем, кто собрался защищаться. Но нужно успокоиться, взять себя в руки. Остров проживает этот день так, как проживает всегда, и не догадывается что через несколько мгновений всё может измениться кардинальным образом. Десять минут. Полчаса. Час. Энкиду делает глубокий вдох, настолько, чтобы полностью заполнить легкие, и сразу же медленный выдох, настолько, чтобы полностью опустошить легкие. С выходом последнего миллилитра воздуха раздался оглушительный взрыв, что сотряс стены каждого здания в городе. Революционер аж поперхнулся в этот момент. База революционеров взорвана. Люди, раскрыв рты, не понимают что происходит, и тут на сцене появляется Энкиду, запрыгнув на крышу церкви. В одной руке рупор, в другой руке звукозаписывающая ракуша.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: