[Вест Блю] Илусиа

[id213233084:bp-36291248_224907|Румата], [id581055576:bp-36291248_224889|Мэтрим],

Некоторое время расслабления. Будь мужчина психикой послабее, он как засмеялся бы от произошедшего и явно пустился в истерию. Так должно быть у многих «новичков», которые впервые сталкиваются с чем-то невероятно опасным. Но Бекман в своё время пережил столько, что мало какая ситуация могла вывести его из-под контроля собственного состояния и разума. По этой причине он мог только сейчас с минуту уделить внимание сумраку и понять… «Небо над головой одно, да, Ас?»

Без нарушения паузы в ближайшую минуту, Бенн просто подтянул себя на локтях в сидячее положение и уже приготовился вставать. Больше всего ему хотелось сейчас поесть и привести себя в порядок, потому что морская вода создавала жуткие шумы в ушах и дискомфорт в глазах. Мышцы жгло от перегрузки после долгого сна, а одежда была насквозь промокшая и не могла высохнуть по «щелчку пальцев» от водной и ночной прохлады.
– Ну и что делаем дальше? – на выдохе обратился к ним стрелок, – лично мне надо возвращаться.
Бенн посмотрел в сторону горизонта, указывая туда легким коротким движением рукой и представляя, какой по-новому ему предстоит сделать путь. Но только ли у него в голове такая цель – за чем следуют эти ребята, и не стала ли эта ситуация точкой отсчета нечто совместного. Скрестив руки на груди, мужчина посмотрел сначала на Дайн, потом на Мэтрима.

[id580994004:bp-36291248_224979|Max], [id213233084:bp-36291248_224907|Аладей],

Наконец отдышавшись, Мэт смог заставить себя сесть, мышцы по-прежнему плохо слушались. Осмотрев своего собеседника, Мэт всё-таки включился в разговор.
– И кто вас просил влезать в мои дела? Я планировал выловить эту местную легенду и загнать или на чучело, чтобы какой-нибудь толстосум тешил своё чувство собственной важности, или на мясо, смотря кото больше заплатит. А теперь что? Потрепали как тряпичную куклу, чуть не закончил карьеру в брюхе этого гада морского, едва не захлебнулся, пока кашалот бесновался, так ещё и тащил эту селёдку до берега на своём горбу. Вроде, ничего не забыл. – Мэт стал хлопать по карманам и достал из одного две костяшки и бросил их на землю. Отскочив пару раз, они упали единицами вверх – О как.
После недолгого молчания Коутон продолжил.
– Спасибо, без твоей помощи болтаться мне в брюхе этой твари, которая сейчас уже стремительно идёт ко дну. Я – Мэт, Мэтрим Коутон. Говоришь, тебе надо плыть куда? Выглядишь как тёртый калач, наверняка бывал на Гранд Лайне. Не знаю, чего тебя туда тянет, но это и не моё дело.
Мэт достал из нагрудного кармана мешочек, из которого достал щепотку табака.
– Холера, весь промок. Слушай, ты мне задолжал, за эту рыбину, а она – за нападение, и вы, как я понял друзья-товарищи. Так вот, мне тут задерживаться не резон, по своим причинам, вывезешь меня отсюда и мы будем в расчёте, балластом быть я не намерен, под парусом ходить умею, а там уже как пойдёт. – Мэт тяжело выдохнул – Что-то я разболтался. Ну так, идёт, Бэнн Бэкман?

[id581055576:bp-36291248_224985|Димитри], [id580994004:bp-36291248_224979|Max],

"Этот рыболов гхыров меня не понял...Ай, хрен с ним."
Румата зажала ладонью дыру в боку и поднялась на ноги, поднимая глаза. Небо над ними действительно было одним на всех, и, как выясняется, у всех троих наличествовали планы на будущее, не связанные с этим куском земли, полным нелепости и глупых спокойных чаяний.
- Я не селедка! Я сельдяной король! - девушка аж вспыхнула - откуда вообще этот...гадатель мог знать, что из себя представляет ее вид?! Он общался с рыболюдьми? Откуда такие познания, когда даже в родных краях ее не сразу распознавали, как представительницу "королевской династии".
Взгляд Руматы упал на загадочные кости. Эта игра была ей неведома, но ощущение складывалось такое, что горе-гарпунер сам с собой заигрывал.
- Ничего я тебе не должна, Мэтрим Коутон. - Румата оскалилась и развернулась на месте. В их сторону уже шли Нэнно и Бушидо, второй, крайне обеспокоенный, был даже с оружием наперевес, думал - случилось что, раз ни его подопечной, ни Бенна на месте не было.
- Вам не выбраться с острова быстро без моей помощи. Смиритесь, человечишки. Занимайте на ночь амбар, Нэнно вам поможет. Встретимся позже.
Рыболюдка зло цыкнула, поймав на себе обеспокоенный взор Ооги. Нэнно и вовсе запричитала, увидев, как между пальцев Дайн сочится теплая кровь. Румату вообще не беспокоило что-либо из перечисленного, разве только то, что теперь к ее вольнице прибавлялось два каких-то мужика.
Не дав себ изловить кому-то из особо заботливых, девушка быстрым шагом направилась в сторону дома. Залатать себя дело недолгое, а у старика еще должна была остаться заживляющая мазь. Осколок разве что отмыть - так может и останется розовым. Пусть этот Коутон его и продает, как особо редкую розовую кость, ха.

[id581055576:bp-36291248_224985|Димитри], [id580994004:bp-36291248_224979|Max],

Солнце.
Горячее, сладко-соленое, слепящее даже если закрыть глаза и поднять голову.
Когда оно так запекает, даже прожившие всю свою короткую жизнь в этих пятнах света, людишки чувствуют себя жареной рыбой. Что уж говорить о самой представительнице рыболюдного племени. Жарко, сухо, на коже то и дело отчетливее проступают серебристые чешуйки, топорщась на теплом ветре.
Румата остановилась и подняла голову. Преимущество запасного века делало солнечную красноту при обращенном к светилу лице с закрытыми глазами не таким ярким. Жаль. Однако, девушка все равно была согласна потерпеть ради этого алого сполоха и эту жару, зная, насколько непредсказуемо море. Поднявшись однажды на поверхность в дневное время, она уже не могла расстаться с собственной любовью к солнцу.
= Не хотелось бы, чтобы ты покидала остров.
- Кому? – повернув одно лишь лицо в сторону вояки-краба, девушка ехидно острозубо улыбнулась. Ооги стушевался, насколько вообще можно распознать смущение на лице краба. Он-то пытался придать своим словам более безликую окраску, общественную, что ли. Но водить за нос Румату ему редко когда удавалось, уж слишком скользким для его покрытых панцирем пальцев был ее мелкий человечий пятачок.
= Подловила. Ни я, ни Нэнно не хотим, чтобы ты уезжала, но я вижу, как шило в хвосте не дает тебе покоя. Сколько ты уже помышляешь...
- С первого дня, как в себя пришла. Не думал же ты, что будет иначе?
= Надеялся.
- Глупо.
= Нам нет места там. – под «там» он, конечно, имел в виду подводное королевство. Родину всех рыболюдей. Привкус соли, застывший на губах после долгой охоты и пары приключений с людишками, только больше ее дразнил, но явно не больше, чем слова далекого родственника.
- И все же, дом есть дом. И мой явно не здесь.
= Местные тебя любят.
- А я их нет. Мне не сдалась эта любовь людишек, которые не способны даже прожить чуть подольше.
= И все же, отправишься ты в компании «людишек». – Бушидо не постеснялся подколоть ее, гулко хохотнув. Вид племянницы, морщащей недовольно моську, вызывал у него какую-то необъяснимую тоску. Он прекрасно помнил, какими словами их провожали в родных краях, что пророчили... Особенно ей. На себя Ооги по большей части давным-давно было наплевать, но в очередной раз увидеть ее, почти умирающую, на своих собственных руках – тяжело это представлялось, даже его умудренный временем взгляд невольно погас от некоей степени ухода в глубины панциря за совсем недобрыми мыслями.
- Старик. Прекращай. У тебя своя жизнь, у меня своя. Ты все свои долги уже всем отплатил, а я тухнуть в твоем человешнике не собираюсь. Как говорится, не можешь избежать хренового общества, заведи свое собственное хреновое общество! Так что ты сиди здесь в компании своих людишек, мой же путь ведет меня по пути опытного дрессировщика мягкотелых.
Ооги хмыкнул. Просияв – и вовсе расхохотался. Как только можно было решить, что он сумеет уговорить этого сквернословного тюленя остаться в местах слишком спокойных и недостаточно кровопролитных. Ей бы родиться какой-нибудь акулой-кошкой, не иначе, обличие сельдяного короля слишком уж смешно сочеталось с боевыми навыками и острозубой натурой души Руматы. Вообще никак не сочеталось. Куда больше на этот подводный лик походили представители королевского семейства с их длинными усами и взором ясным.
Воин в крабовом панцире перестал смеяться так же внезапно, как и начал. Дайн уже уселась на край забора, пожевывая длинную травинку…распиливая ее острыми зубами на мелкие кусочки. Не похоже, что ее хоть как-то трогал смех родственника, да и слова его, сказанные прежде.
= Черт с тобой, золотая рыбка, плыви, куда хочешь. Я даже подсоблю с оружием, но вот корабль…
- Отдай мне Сол-зар, Ооги.
= И что, вот даже ни пожалуйста, ни причину, по которой моя подопечная так охамела – не скажешь?
- Причину? – девушка протянула руку вниз, изгибаясь всем телом в спине назад, и островатыми коготками срезала качавшийся на ветру травяной колосок.

После чего мягко стукнула им Бушидо по его плоскому каменно-твердому лбу.
- Ты завязал с путешествиями. Ты решил осесть и ты хочешь этого всем сердцем. Старый усталый воин, который нашел себе причину отложить оружие и вспахать огород на странной сыпучей земле. Нет по твою душу русалки, нет для тебя радости в бесконечных морских скитаниях… Ты остановился. И тебе это по нраву. Настолько же, насколько я всю эту местную благодать вертела на...
= Я понял. Можешь не продолжать. – Ооги хмыкнул. Румата как всегда, себе на уме, слишком резкая, слишком... Та самая. В этих краях такой девице и правда делать нечего. – Но дело ведь не только в твоем умении «вертеть» и желании оной цикличности. Те люди тебе интересны. Или чем зацепили. Ты хочешь поехать с ними. Неужто дело в том человеке?
- Которого ты спас?
В этот раз Румата замолчала, не став говорить что-то, оставив какую-то пустоту в их диалоге. Ее задумчивость поразила Ооги, он даже склонил голову набок, заинтересованно шевеля мандибулами.
= Ах вот оно что. Мои рассказы слушала слишком внимательно. Ладно, есть еще кое-что, что знать тебе не помешает. Тот, на кого я работал и, собственно, тот, кто попытался убить Бекмана и его команду, судя по некоторым слухам, все еще жив.
- Значит, у нас есть цель!
= Не смей говорить ему об этом. Обещай мне, что не скажешь, если только не поймешь, что это существо стоит прямо перед вами. Но тогда он поймет и сам.
- Почему? Это же важно для твоего человечишки! – Румата ни много, ни мало – охренела. Только что ей сообщили что-то, что могло бы стать отличной зацепкой для угрюмого наградника, но тут же ей запрещают об этом говорить. Ооги даже схватился клешнями за ее плечи, внимательно заглядывая в глаза и хмуря островатые щитки
= Обещай! У него есть цели жить. Я не в праве давать ему цель умереть! Он может стать сильнее Ардата, но погоня за ним может вновь лишить его времени в этой жизни.
- Я.. Черт с тобой, старик! Обещай мне, что отдашь Сол-зар! И тогда я пообещаю не говорить.
Ооги тяжко вздохнул. Ах, этот сочный, солнечный день, пропахший морем и летними травами. Тяжелый воздух и густой оранжевый свет пророчили ему бурю не меньшую, чем та, которую пророчили острые восклицания Руматы.
= Я продал корабль. Я надеялся, что ты останешься. У меня нет возможности дать тебе денег на его выкуп.
- Продал.. Сол-зар продал… Не бывать этому!
Румата ужом выскользнула из цепких рук Бушидо. И тут же бросилась в лесную кущу – не стоило даже гадать, куда. Она направилась прямиком в порт.
Можно сказать – и вполне справедливо – что девица была абсолютно бессовестной, к тому же, лишенной какого-либо уважения к старику, который потратил на нее лучшие годы своей жизни. Но куда справедливее будет отметить: лучшие годы Ооги Бушидо только начинались, а столь острая реакция Дайн на слова о корабле имели под собой фундамент похлеще бункерной постройки.
Сол-зар был кораблем «солнечного паруса», ранее он принадлежал ее ветви семейства. Не так много рыболюдей могут позволить себе постройку корабля, тем более – личного. И тем более с таким парусом. Он не был приспособлен для подводной навигации, да и в штиль его красочность становилась весьма неуместной, но даже самое слабое дуновение ветра Сол-зар ловил, как голодный пес ловит след в пыли.
И теперь этот корабль принадлежит каким-то чертовым… людям! Даже не ее человечишкам, уж хоть на что-то годящимся, а хрен пойми кому, еще и рыболовам каким-нибудь, недалеча история.
Ооги ее не догнал. Он пришел в порт и не обнаружил Румату, что заставило его подумать – девица может и одумается. А о клятве крабий рыбочеловек и вовсе забыл. Солнечный парус маячил где-то у горизонта, верно дело, рыболовы когда еще вернутся за заплыва… Румата слишком нетерпелива, чтобы их ждать, наверняка найдет себе другое судно.
Вечерело. Стало душно и тяжело сдавливало виски, а на горизонте огромная иссиня-черная туча заплывала своим мягким боком на остров, обещая принести долгожданное облегчение.

- Собирайте свои манатки, человеки. На этом острове вам задерживаться ни к чему. Вам нужен корабль, не так ли? Он у вас будет. Но как только мы все окажемся на нем, обратного пути уже не будет. Через полчаса жду вас в порту. – девица, собранная не хуже натянутой струны или сжатой пружины, явилась к Бекману и Коутону уже не с пустыми руками. Она швырнула Бенну раздобытое где-то ружье, сгодившееся бы хоть на какую, но все же стрельбу, а Мэтриму – стыбренное у Ооги старое орудие, что-то вроде копья, но более похожее на алебарду. Не смотря на возраст и множество зарубок на древке, оно все еще было в идеальном боевом состоянии.
- Не придете в срок – уплываю без вас и чхать я хотела на вашу дальнейшую судьбу.
Собственно, на том их короткая встреча кончилась. Что было дальше.. добрым словом не опишешь, по крайней мере, вряд ли старик помянет родственницу каким теплым эпитетом еще долгие годы.
На свою беду, рыбаки все же вернулись к ночи в порт. Их можно было понять, не смотря на то, что корабль был качественным и на поверку показал себя превосходно, ни один здравомыслящий рыбак не останется в море, когда над ним начинается громогласная свистопляска. Ооги слишком долго путешествовал с теми, кто плевать хотел на непогоду в силу особенностей некоторых лезвийных судов, но вот Румата еще помнила, как мыслят людишки и просто наземники в подобной ситуации.
Зря Ооги думал, что Дайн просто нетерпелива и с этой идеей в итоге расстанется. Румата оказалась кошмарно нетерпелива. И именно поэтому при необходимости своровала бы свой корабль даже пока они в море, настолько сильна была ярость, клокотавшая в ее рыбном сердце.
Когда корабль причалил, а швартовы были отданы под шум начинающегося дождя, Сол-зар уже поджидала собственная буря в стакане. Девица вломилась на борт, стоило только трапу коснуться камней, хотя до этого мига она, знакома местным, стояла недвижно, как всякий встречающий. После истории со смертью Морского короля был ожидаем ее интерес к рыбакам.
Вот только девушка влетела по трапу, перемахнула через фальшборт, чтобы срезать, резко развернулась и ударом локтя отправила рыбака в море. Его выплюнуло мимо причала, а следом за первым полетел и второй, который как раз разбирался со снастями.
- Никто не будет заниматься своим гхыровым рыбным промыслом на моем Сол-заре, мягкотелые слюнтяи! Вон! Вон с моего корабля!
Третий рыбак был катапультирован сочным пендалем аккурат по булкам. Ему не повезло просто потому, что он, как предпоследний остававшийся на борту, попытался драться и с воплем (в котором наличествовало непонимание и даже страх), попробовал ударить рыболюдку гарпуном. Но она умело схватила парня за руку, проводила его в его собственном замахе и ногой подкрепила действие дополнительным усилием. Звучный плеск возвестил ее, что полет прошел нормально, никто не превратился в пюре от слишком близкого знакомства с мостками.
Оставался только капитан. К этому моменту Румата уже достаточно походила на какого-то морского демона: перепонки топорщатся, когти на пальцах оставляют царапины на коже и дереве, а взглядом можно пилить тяжелый брус. Не удивительно, что рыбаки просто не решились возвращаться на корабль и теперь двое неловко переминались на мостках, а третий велением общества был отправлен за подмогой.
Румата взяла сеть с уловом и перекинула ее через борт. Пришлось вложить немало сил, чтобы она долетела, но сеть плюхнулась аккурат в рыбаков, припечатав их к доскам не хуже севшего задницей слоника.
Оставался только главный рыбак из этой компании. И он как раз вышел на шум, отбросив расчеты и записи в бортовой журнал, которые вел столь аккуратно.
= Нет-нет! Стой, не смей! Мы купили это судно! – у этого парня даже было ружье. Он нацелился на Дайн, но.. нет, родимый, хочешь стрелять? Стреляй! Нечего молоть языком!
- ДА МНЕ ПО БАРАБАНУ, НИКОГДА СОЛ-ЗАР НЕ БУДЕТ ПРИНАДЛЕЖАТЬ КАКИМ-ТО ЧЕРТОВЫМ РЫБАКАМ!

Ее голос звучал уже не из полутьмы начинающейся грозы, он донесся до мужчины сверху. Злостная преступница подпрыгнула достаточно высоко, чтобы по приземлению надломить доску, под которой раньше прятала свой ятаган. Ничего, ремонт – дело десятое. А вот подлетевший чуток рыбак сразу понял, что ничем хорошим ему это не светит.
Румата не останавливалась – девица сложила ладони основаниями и оттолкнула мужика за борт спиной вперед, доставив ему пару самых неприятных мгновений в жизни. Очухаться он даже не успел – его вытащили из воды пришибленные рыбой свои же, а злобная рыболюдка устроила третий раунд хаоса с выселением: в рыбаков полетело их шмотье, запускаемое со скоростью неплохой пулеметной очереди, а так же все документы, пожитки и даже посуда. Только успевай ловить.
- Радуйтесь, что я сегодня добрая, огрызки. Эй, капиташка, держи! – Содрав что-то с шеи, Дайн метнула это в мужика и исчезла, не став даже уверяться в том, что он поймал.
Рыбак с удивлением и неверием еще с минуту пялился на оказавшуюся в руке цепочку с поистине пылающим опалом. Никаких сомнений в его подлинности не имелось, камень оказался весьма редким, а, судя по простой, но аккуратной цепочке и идеальному состоянию при всей дикости девицы, был еще и дорог ей.
Сколь бы ни была дика на вид и повадки Румата Дайн, но свои понятия о чести у нее были. Можно было оставить все на совести Ооги, который не спросясь продал корабль, но его самого совесть еще погрызет и не раз. А вот она собиралась заниматься разбоем и другими грязными делами с абсолютно чистой душой.
Осталось только дождаться этих двух олухов, пока из деревни не прибежало подкрепления. Выплывать им предстояло в самую бурю, в самую ее мякотку – вот и дадут о себе знать умения Мэтрима в ходьбе под парусом.

--------------------------------> Зол-сар, корабль Бекмана, Коутона и Дайн.

[id453271870:bp-36291248_224692|Алишер],

Неизвестная фигура усердно долбила по двери в каюту кулаком, вынуждая революционера подняться с кровати. По началу он желал просто проигнорировать этот стук, сделать вид, что спит беспробудным сном, но продолжительная долбежка давала понять, что так просто его не оставят в покое. Издавая усталый вздох, он поднялся с постели, принимая сидящее положение и оглядывая свое окружение сквозь пелену полудремы. Все было таким же, как и вчера, когда он уснул, однако вскоре его спину посетила неприятная дрожь, намекающая о грядущих проблемах.

«Лишь бы Легоси ничего не натворил...» — Вспомнив непутевого напарника, Самди сам того не заметил, как прикрыл глаза, усердно поглаживая пальцами переносицу, от чего в итоге на ней осталось два красных пятна, словно Хоггарт часто носил очки. Погруженный в раздумья о том, что же мог его товарищ натворить, пока он спал, шатен не обращал на окружающий мир никакого внимания и даже стук стал до поры невнятным гулом со стороны, пока не усилился до такой степени, что дрожь двери перешла по стенке к тумбе, обронив фотографию в рамке. Стук оной вернул фруктовика в реальность.

— Да-да, иду... — Отложив одеяло в сторону, поднявшись с кровати и наспех одевшись в хоть какую-то одежду, рядовой открыл дверь, лениво прикрывая свою зевоту рукой. — Чем могу быть полезен?... —

= Рядовой Хоггарт, полагаю? = Из полутьмы коридора на свет каюты вышла девушка в форме. Поверх ее пиджака на плечи было накинуто пальто с меховым воротником, а уже на самом пальто были погоны. Самди не сразу узнал в этой девушке лейтенанта Шибару, что строгим взглядом пронзала его естество насквозь еще несколько мгновений. По началу замешкавшись, Самди поддержал давящую тишину, в последствии выпрямляясь в спине.

— Да, все верно. А Вы, судя по всему, лейтенант Шибара? — Легкая улыбка, натянутая на лицо выдавала удивление юноши, если не полноценный шок. Увидеть девушку в таком виде, не пивший и не евший, только проснувшийся с раннего утра, Хоггарт не ожидал от слова совсем. Впрочем, и время было не настолько поздним, чтобы ломиться в его каюту. Порывшись рукой в правом кармане штанов, Самди взглянул на карманные часы. — Как-то вы рано. Что-то произошло? — Свой вопрос, юноша приправил взглядом, направленный девушке за спину и по сторонам по коридору.

«А волка нет и в помине. Значит, либо его косяк, либо косяк разведки.» — Мозг юноши кипел в попытках узнать, что же стало причиной визита лейтенанта. Та на вопрос фруктовика вздернула кончик носа к потолку, горделиво задрав голову.

= Приведите себя в порядок, рядовой. = На этой фразе их диалог закончился. Шибара поправила свой головной убор и двинулась по правой стороне коридора, сжимая в пальцах левой руки трость, внутри которого обыденно был скрыт клинок. На ее резкие слова Самди ничего не ответил, лишь недовольно хмыкнул, возвращаясь в свою комнату и закрывая за собой дверь. Лишь после, когда революционер привел себя в порядок и вышел на палубу, он узнал о утечке данных, которую вовремя обнаружили. В целом - ничего серьезного, лишь время прибытия, но из-за этого расписание пришлось резко поменять.

«Ну, ничего не попишешь.» — Грустно вздохнув, инженер воссел на ящике боеприпасов, упираясь одной рукой в бедро, а второй придерживая бутылку с водой, из которой периодически делал глоток. Легоси успел почти впритык, когда корабль уже готовился к отплытию. Встретил его юноша на палубе, как говорилось ранее, сидя на ящике с патронами, динамитом и всем таким, что обычно используют в армии.

— Я уж думал, что ты заблудился. — Улыбнулся он, впрочем, вскоре улыбка переросла в ухмылку. Кривую, неспособную скрыть явное недовольство революционера появления какой-то барышни на палубе судна.

«Да уж, сначала Шибара, теперь это создание...» — Сам того не замечая, Самди невольно стал нервничать при виде девушки на корабле, относя ее к плохой примете. И Джанет, которая в то же время точила клинки и штыки на фоне, это так же касалось.

Впрочем, сложно было понять, считает ли шатен ее за девушку вообще. Отхлебнув из бутылки, он поднялся с ящика и сделал несколько шагов вперед, сначала осматривая волка, виновато объясняющего ситуацию в своей манере, а после на девушку. На последней юноша заострил свой взгляд на несколько секунд больше, взвешивая все за и против. И знаете? Самди был слишком нервный сейчас, чтобы принимать взвешенные решения.

— Ладно. — Отмахнувшись рукой, шатен обернулся к ним спиной и подойдя к ящику, поднял его на руки. — У нас нету времени на разбор полетов, поэтому, пока плывем, проведешь с ней инструктаж. — Выглянув в сторону волка через правое плечо, прежде чем окончательно уйти в трюм, Хоггарт укоризненно скосил свой взор. — И отвечаешь за нее тоже ты. Го-ло-вой. —

На этой ноте, Легоси мог наблюдать, как его напарник неторопливо погружается в трюм по лестнице, под конец приподнимая край потолка, словно то была ткань палатки, чтобы лишний раз не наклонять голову. Судно, расправив паруса, подхватило попутный ветер и направилось вслед за кораблем лейтенанта Шибары.

===> Каравелла *Новая жизнь*
Смех и крики боли, и мольбы о прощении. Влад в очередной раз слышал их, а перед глазами всплывали, не приятные воспоминания, как небесные драконы развлекаются. Будь то простое избиение или же стравливание людей друг с другом, и ещё более мерзкие вещи. По телу распространяется холод как в те самые времена, когда он был в лапах этих чудовищ. Тощая женщина, с замученным лицо была вся в синяках, тело дрожал, словно от холода. Пара клочков ткани, что прикрывали интимные места, рабский ошейник вот и все что было на ней.
= Всё ты мне надоела.
Это был голос того кто купил семью Влада. Его лицо было размытым, так как он раб и не смел смотреть на своего господина без его на то разрешения, а вот его дорогие сапоги он помнил до мелких деталей, они часто пинали его или наступали на него.
= О, у меня отличная мысль, эй ты вставай, пошли за мной.
= Земля!!!
Это был крик, и доносился он с палубы. Влад открыл глаза, весь в поту он принял сидячее положение. Кошмары не отпускали его.
-Снова эти чертовы сны.
Влад учащено дышал. Потянулся за полотенцем что весело на спинки кровати, взяв его вытер вспотевшее лицо. Осмотрелся перестановка ему нравилась, она была минималистическая но это полностью, удовлетворяющая вкусам Влада. Все лишние типа шкур и прочего пафосного или ненужного хлама купленного не понятно для чего. Встав и накинув на себя брюки Влад выглянул из своей каюты.
-Я не ослышался, мы уже подплываем к Илусии?
Влад заметил проходящего матроса, и задал ему вопрос. Матрос увидев Влада, вытянулся по струнке и тут же доложил.
= Да капитан. Вы не ослышались дозорный, оповестил о земле, через пару часов мы будем уже у берега.
- Не капитан я, и расслабься, хоть я и сказал, что могу перебить, но это в случае если вы решите бунт устроить или иными способами доставить мне проблемы, а так я не собираюсь ничего делать. Ну ладно все можешь заниматься дальше, а и да пускай принесут перекусить .
Влад вернулся в недра своей каюты, где подойдя к прикроватному столику, взял фотографию его жены и сына, посмотрев на нее, он положил ее на место и принялся к своей рутине. Она состояла из физических упражнений и завтрака за чтением книг. Книга *Основы навигации* поглощая приготовленную яичницу и кусок мяса, так же к нему полагался кофе. Создав плитку молочного шоколада, Влад пил кофе закусывая шоколадом.
«Еще около часа до прибытия у меня есть, попрактикуюсь пока, в точном и скоростном использование фрукта. А то последние использование было долгим и довольно топорное.»
Вытянув руку перед собой на ладное стала формироваться темно-коричневое завихрение из которого вытягивался бугорок который принимал форму обычного стула что стоял пред Владом, правда это стул был миниатюрный. На все ушло порядка трех секунд.
«Долго. Нужно быстрее.»
Вторая попытка была, более быстрой, и заняла полторы секунды, но в результате миниатюра стула получилась какая-то корявая и ребристая.
- Вот черт, если пытаюсь добиться точной схожести, теряю время, концентрируюсь на времени, теряю образ, и получается, не пойми что. Так и пролетело время до самого прибытия.