Внимательный взгляд врачевательницы подмечал все недостатки спешной первой помощи, оказанной ему перед отплытием, и причитала на его халатность. Всё это он понимал… Но внутри было некомфортно от того, как незнакомка отчитывает за очевидные вещи.
- В последний раз бинты менялись утром. – Буркнул он, пока врач снимала повязки. – И за день ходьбы и разной суеты, похоже, рана растряслась. – Видеть, что бинты и вправду покрылись каплями крови, было неприятно. Все те болезненные уколы в животе из-за резких движений, к сожалению, были неспроста. Но просто разлечься в постели, возложив дела на плечики де Монфоры, он себе просто не мог позволить.
- Этим занимался не настоящий врач, так что попытку оценить можно. – Хмыкнул Хайтам, подмечая, что собеседница сильно возмущена некачественной работой его товарища. Лучше так, чем истекать кровью.
Ей лучше знать, надо ли перешивать рану и наводить «порядок» на других ранах, здесь парень был бессилен противиться. Но меткое замечание, что их дуэту не помешает дельный врач, крепко легло на мысли юноши. Чистая правда, что без доктора им с такими «приключениями» не обойтись, да только где его найти? Умелого, да ещё и готового ступить на палубу, прощаясь с надежной сушей и привычными порядками. Цель не из простых.
- О паре царапин позаботиться сможем. – Парень усмехнулся без эмоций, желая развить разговор из этого предостережения, как тут по дому разнёсся шум. Его природу опознать оказалось несложно – это стук в дверь. Тяжелый, грубый, выражающий нетерпение и явное пренебрежение хозяйкой клиники.
За ним затянул угрожающий голос, призывая открыть. Требуя, чтобы Лаума явилась.
Аль-Хайтам поднялся с кушетки, безразлично оглядев голый торс, и положил левую ладонь на навершие одного из стальных клинков. Он мог прибедняться, допытывая маленький намёк на мошенничество со стороны подозрительной врачевательницы. Мог быть отрешённым и незаинтересованным по отношению к незнакомке. И даже излишне прямолинейным, затрагивая деликатные вещи, как сбрасывание одежды или прикосновения к юной деве. Однако плохого он не желал, и настроен так был с целью помочь Бель с хорошим лечением, подлатать себя, да ещё и не остаться в дураках. Но что происходило сейчас?
- Похоже, проблемы – наши верные спутники. – Хмуро выговорил сероволосый, присмотревшись к выражению лёгкой паники доктора, но та вовремя вернула самообладание и настоятельно рекомендовала им обоим не шуметь.
Как только свет в лазарете погас, а дверь оказалась прикрыта настолько, что лишь маленькая щель пропускала тонкий лучик света из коридора, тусклого и желтоватого, историк притаился. Без резких движений он сдвинулся ближе к Изабель, аккуратно коснувшись плечом её плеча. Он не хотел её смущать пуще прежнего, поэтому лишь удостоверился, что она рядом, мысленно визуализируя их положение в темноте. А левая рука уже тянула сталь из ножен – медленно, без лязга.
Хотелось что-нибудь сказать, но парень не был уверен, что удержит голос достаточно тихим.
Со стороны входной двери слышались мужские голоса, наседающие на Лауму с требованиями, а судя по контексту, вопрос заключался в одном. В деньгах. На протяжении всего этого дня они служили поводом для неприятностей, и даже удачные покупки этого не исправят.
Раздался глухой удар – то Лаума влетела в стену после небрежного броска, но не издала пронзительных криков. Но, похоже, дело не в том, что она не испытывала страх.
Стиснув зубы, Хайтам почувствовал неладное и уже хотел сделать шаг вперёд. Опрометчиво, даже глупо, если подумать, ведь он ничего не знал о неприятелях, да и о Лауме, раз уж на то пошло. Однако ничего нормального в происходящем не было.
Раны, лишённые бинтов, щипало на холодноватом воздухе, а излишнее напряжение тела пробуждало пульсирующую боль. Удержать стоический образ угрожающего проходимца не выйдет, теперь он невооруженным глазом определяется, как почти «готовый». Трудно будет.
Правая рука, возможно, всё ещё упирающаяся плечом в де Монфору, тянулась к рукояти второго клинка. Но у врачевательницы удалось отвести беду словами.
ONE PIECE RP ·
[Норд Блю] Дора
Вернее, обещанием. Но сможет ли она его выполнить?
Вскоре всё утихло. А когда Лаума приоткрыла дверь комнаты и вернула в неё свет, то могла заметить, как сероволосый юноша стоял в полный рост, опустив меч в левой руке к полу. Из его криво-косо сшитой раны потянулись струйки крови, что он старательно игнорировал. Всё его внимание сосредоточилось на особе напротив. Переглянувшись с Бель, он решил задать вопрос первым.
Вернув клинок в ножны, он оглядел состояние девушки, и заговорил.
- Совсем не похоже, что к тебе приятели заглянули. Вымогать деньги у врача… – Он хотел было спросить, куда же смотрят местные власти, но осёкся. Ничего не зная про местные порядки, парень не спешил делать выводы. А вдруг они и пожаловали? Вот это и выясним.
- Кто это был? Судя по расценкам за твоё лечение, требуют они много. – Вывод наталкивался сам по себе.
Но для разговоров и утешения он был не слишком хорошим кандидатом, потому надеялся, что напарница справится с этим лучше.
Вскоре всё утихло. А когда Лаума приоткрыла дверь комнаты и вернула в неё свет, то могла заметить, как сероволосый юноша стоял в полный рост, опустив меч в левой руке к полу. Из его криво-косо сшитой раны потянулись струйки крови, что он старательно игнорировал. Всё его внимание сосредоточилось на особе напротив. Переглянувшись с Бель, он решил задать вопрос первым.
Вернув клинок в ножны, он оглядел состояние девушки, и заговорил.
- Совсем не похоже, что к тебе приятели заглянули. Вымогать деньги у врача… – Он хотел было спросить, куда же смотрят местные власти, но осёкся. Ничего не зная про местные порядки, парень не спешил делать выводы. А вдруг они и пожаловали? Вот это и выясним.
- Кто это был? Судя по расценкам за твоё лечение, требуют они много. – Вывод наталкивался сам по себе.
Но для разговоров и утешения он был не слишком хорошим кандидатом, потому надеялся, что напарница справится с этим лучше.
[id161727686:bp-36291248_280446|Дова].
Изабель.
Пришедшие люди, которые так требовательно хотели увидеть владелицу лазарета – напугали Изабель. Даже факт того, что Лаума должна разобраться, не внушало доверия: во-первых, у девушки с собой даже не было оружия, а во-вторых, Аль-Хайтам остался без должного лечения… Открытая рана может лишь прогрессировать.
Свет потух, и только маленький лучик света не давал погрузиться операционной в кромешную темноту. Мгновением позже, Бель рядом почувствовала присутствие юноши. Его беспокойство можно было понять… Он изначально скептически был настроен, а эти люди подливали масло в огонь. Это спланированный сценарий или всё-таки неприятное стечение обстоятельств? Ответ могла дать сама Лаума, когда вернется.
От громких шума и голосов, де Монфора заметно дрожала, сжавшись. Сама того не заметив, она прислонилась к Аль-Хайтаму ближе. Именно это и позволило ей вовремя почувствовать его нерасторопное желание двинуться навстречу неприятностям. Без лишних слов, девушка ухватилась за локоть спутника, останавливая.
“— Не нужно вмешиваться…” — Про себя произнесла беловолосая. Да, она тоже испытала сочувствие к врачевательнице, но та сама попросила им сидеть тихо… Значит, она знала, что подобный исход реален. Возможно, оная даже знала своих обидчиков. От этой мысли становилось лишь хуже…
Наконец, когда всё стихло, синеволосая показалась в помещении, включая свет. Без лишних слов, она решила, что стоит сразу же продолжить осмотр. Убедившись в том, что нарушители ушли, Изабель выдохнула с облегчением. Постепенно до неё дошло и то, что всё это время она была слишком близко с Аль-Хайтамом… Отпрянув, буквально отпрыгнув от него, девушка осела на стуле, на котором сидела ранее.
– Думаю, что вам не стоит переживать на этот счёт… – Улыбка, держащаяся на лице врачевательницы, дрожала. – Эти люди… Я даже не знаю, как их назвать. Кем они являются? Обычными бандитами, которые… Ох… Неважно. – Дождавшись, когда историк присядет обратно на кушетку, она вновь обработает его рану и осмотрит масштаб проблемы. Немного растерянная, но всё ещё остро соображающая, Лаума вздохнула. – Придется перешивать. Могу сделать так, чтобы шрама не осталось. У меня есть мазь, которая поможет… Учитывая это, я не буду брать дополнительных плат. Сделаю за пару часов, потом… – Подняв взгляд на сереволосого, улыбка пропала с лица. – У вас точно есть необходимая сумма?
— Кхм… Быть может… Мы можем чем-то помочь? — Неожиданно вмешалась де Монфора.
– Вы можете помочь только тем, что заплатите за мои услуги. Более от вас я ничего не жду. Если я попрошу защиту, тогда не смогу принять денег. Если я не получу денег – не заплачу им. Не факт, что вариант вашей помощи может быть выигрышным… Я не хочу рисковать. Если бы риск заключался в моей жизни… Это был бы совсем другой разговор. – Стараясь рассказать косвенно о проблеме, с которой столкнулась Лаума, она ожидала ответа.
— Но… Есть же и риск того, что они получат деньги и не выполнят свою часть сделки?
– Я не хочу думать об этом. – Закусив нижнюю губу, врачевательница фыркнула. – Мой друг… Он попал в неприятности, а для его освобождения я должна раздобыть невообразимую сумму. Они прекрасно понимают, что я… Не брошу его. Если бы не эта ситуация, конечно, я бы не ставила такие цены на свои услуги. У меня просто нет выбора. Многие путешественники, которые тут проплывают, обращаются ко мне за медицинской помощью, ведь, как вы заметили, на Доре с этим проблемы и найти квалицированного врача – та ещё задачка невыполнимого масштаба. – Говорила она это так, будто бы гордилась, но в данной ситуации повода для гордости мало… Как-никак, ей приходилось фактически обворовывать людей, лишь бы накопить необходимую сумму.
— Я так понимаю, тебе не хватает несколько миллионов белли? — Продолжая расспрашивать, интересовалась де Монфора. Возможно, она лезла вовсе не в своё дело.
Изабель.
Пришедшие люди, которые так требовательно хотели увидеть владелицу лазарета – напугали Изабель. Даже факт того, что Лаума должна разобраться, не внушало доверия: во-первых, у девушки с собой даже не было оружия, а во-вторых, Аль-Хайтам остался без должного лечения… Открытая рана может лишь прогрессировать.
Свет потух, и только маленький лучик света не давал погрузиться операционной в кромешную темноту. Мгновением позже, Бель рядом почувствовала присутствие юноши. Его беспокойство можно было понять… Он изначально скептически был настроен, а эти люди подливали масло в огонь. Это спланированный сценарий или всё-таки неприятное стечение обстоятельств? Ответ могла дать сама Лаума, когда вернется.
От громких шума и голосов, де Монфора заметно дрожала, сжавшись. Сама того не заметив, она прислонилась к Аль-Хайтаму ближе. Именно это и позволило ей вовремя почувствовать его нерасторопное желание двинуться навстречу неприятностям. Без лишних слов, девушка ухватилась за локоть спутника, останавливая.
“— Не нужно вмешиваться…” — Про себя произнесла беловолосая. Да, она тоже испытала сочувствие к врачевательнице, но та сама попросила им сидеть тихо… Значит, она знала, что подобный исход реален. Возможно, оная даже знала своих обидчиков. От этой мысли становилось лишь хуже…
Наконец, когда всё стихло, синеволосая показалась в помещении, включая свет. Без лишних слов, она решила, что стоит сразу же продолжить осмотр. Убедившись в том, что нарушители ушли, Изабель выдохнула с облегчением. Постепенно до неё дошло и то, что всё это время она была слишком близко с Аль-Хайтамом… Отпрянув, буквально отпрыгнув от него, девушка осела на стуле, на котором сидела ранее.
– Думаю, что вам не стоит переживать на этот счёт… – Улыбка, держащаяся на лице врачевательницы, дрожала. – Эти люди… Я даже не знаю, как их назвать. Кем они являются? Обычными бандитами, которые… Ох… Неважно. – Дождавшись, когда историк присядет обратно на кушетку, она вновь обработает его рану и осмотрит масштаб проблемы. Немного растерянная, но всё ещё остро соображающая, Лаума вздохнула. – Придется перешивать. Могу сделать так, чтобы шрама не осталось. У меня есть мазь, которая поможет… Учитывая это, я не буду брать дополнительных плат. Сделаю за пару часов, потом… – Подняв взгляд на сереволосого, улыбка пропала с лица. – У вас точно есть необходимая сумма?
— Кхм… Быть может… Мы можем чем-то помочь? — Неожиданно вмешалась де Монфора.
– Вы можете помочь только тем, что заплатите за мои услуги. Более от вас я ничего не жду. Если я попрошу защиту, тогда не смогу принять денег. Если я не получу денег – не заплачу им. Не факт, что вариант вашей помощи может быть выигрышным… Я не хочу рисковать. Если бы риск заключался в моей жизни… Это был бы совсем другой разговор. – Стараясь рассказать косвенно о проблеме, с которой столкнулась Лаума, она ожидала ответа.
— Но… Есть же и риск того, что они получат деньги и не выполнят свою часть сделки?
– Я не хочу думать об этом. – Закусив нижнюю губу, врачевательница фыркнула. – Мой друг… Он попал в неприятности, а для его освобождения я должна раздобыть невообразимую сумму. Они прекрасно понимают, что я… Не брошу его. Если бы не эта ситуация, конечно, я бы не ставила такие цены на свои услуги. У меня просто нет выбора. Многие путешественники, которые тут проплывают, обращаются ко мне за медицинской помощью, ведь, как вы заметили, на Доре с этим проблемы и найти квалицированного врача – та ещё задачка невыполнимого масштаба. – Говорила она это так, будто бы гордилась, но в данной ситуации повода для гордости мало… Как-никак, ей приходилось фактически обворовывать людей, лишь бы накопить необходимую сумму.
— Я так понимаю, тебе не хватает несколько миллионов белли? — Продолжая расспрашивать, интересовалась де Монфора. Возможно, она лезла вовсе не в своё дело.
– Ну… Как раз той суммы, которую назвала. – Отклонившись, Лаума всё ещё ждала подтверждение со стороны Аль-Хайтама по поводу намерений об оплате. – Я совсем не хочу, чтобы это дело как-то усугубилось. И думать о плохом исходе – самое отвратительное чувство. Завтра всё может закончиться. – Отложив всё в сторону, девушка направилась к стеллажу, проверяя необходимое для предстоящей операции на наличие. Зачем она вообще рассказывать о подробностях своих проблем каким-то незнакомцам? На самом деле, ответ был на поверхности. Врачевательница уже устала держать всё в себе. Ей даже некому выговориться… Единственный человек… Близкий для неё – долгое время находится в плену. Даже нет уверенности в том, что он до сих пор жив. Но она верила. Верила в то, что они сдержат слово, когда получат деньги. А так как дуэт уже был свидетелем происходящего, не было смысла и таить. Рассказав – стало легче и проще.
[id216866752:bp-36291248_280451|Лидия]
Аль-Хайтам
Со стороны врачевательница не создавала впечатление крепкой особы, сведущей в боевых ситуациях, да и никакого оружия при ней не было, а это значит, что она намеревалась решить проблему только словами. Звучали грубые голоса и возмущение, с которыми той приходилось мириться и покорно кивать, даже без визуального свидетельства позволяя понять одно: всё это давалось ей с трудом.
От этого внутри Аль-Хайтама вспыхнуло непринятие. Это был не чистый гнев, и не импульсивное желание помахать острыми мечами, слепо сталкиваясь с незнакомцами. Перевернувшиеся в беспорядке мысли стремительно собирались в единую цепочку суждений, вместе с тем перебирая варианты, которые имелись у их дуэта в случае худшего. И как нельзя лучше его хладнокровным раздумьям поспособствовала хватка беловолосой на его локте. Замерев, так и не прошагав ближе к двери, он внутренне вздохнул, окончательно вытряхивая из головы опрометчивые помыслы. Сейчас не удастся решить всё здесь и сейчас, однако просто забыть об этом парень не сможет.
«Они упомянули своего «босса». Похоже, сейчас его здесь нет?» – Охладев, но не ослабляя хватки на рукояти меча, учёный прикрыл глаза. И без того тёмная комната переменилась полным мраком, пока он выискивал варианты. Но всё упиралось в то, станет ли Лаума говорить об этом и как на самом деле обстояла ситуация.
Почему нападки свалились именно на неё? И в чём заключалась проблема, раз она так и не покинула эти места? Впрочем, последний вопрос быстро растаял в размышлениях, поскольку Аль-Хайтам осознал, что его спокойное отношение к «переездам» связано с нынешним образом жизни. В ходе исследовательской экспедиции они никогда не задерживались на одном острове слишком долго, а будучи вдали от родных краёв, не привязывались ни к чему. В этом суждении он был не исключением. Но, отделившись от общего состава, намерен был несколько переменить свой подход. Его цели отличались от группы учёных, и для того, чтобы подобраться к ним ближе, он не мог оставлять всё позади. Наоборот.
Поднимая веки, он взглянул на смутный силуэт Бель, почти неразличимый в тенях комнаты, и незаметно улыбнулся. Даже корабль, на котором он отбыл в путь, получилось добыть только в компании новой спутницы.
С её стороны хватило и этого жеста, без всяких слов Хайтам понял мысль, мелькнувшую у де Монфоры, но из осторожности так и не высказанную, и полностью успокоился. Остановившись, он лишь глядел в сторону тонкого лучика света, бьющего из щели дверного проёма.
В это время Лауме удалось спровадить незваных посетителей, а когда входная дверь оказалась заперта и раздались единоличные шаги девушки, спёртое дыхание возобновилось с новой силой. Следом в лазарете включился свет, и они смогли рассмотреть потрясённую, сжатую врачевательницу, так и не утратившую решимость. Она стремилась добиться своего, даже если это опасно и недостаточно надёжно.
Внимательность сероволосого слегка рассеялась только в тот момент, когда он осознал близость Изабель. Она просто стояла рядом, а прижалась ближе, верно, надеясь не оставаться в одиночестве тёмной комнаты. Направив на неё удивленный взгляд, осмысливая положение, парень заметил, как та вдруг отпрыгнула назад, рухнув на стул. Это было резко и без слов, даже забавно, но намёк на ухмылку стёрся, даже не проявившись, а всё из-за нынешних обстоятельств.
Ответ на интерес Аль-Хайтама сперва показался расплывчатым. Просто бандиты? Этого мало, чтобы удержать кого-то от сопротивления, если они не караулят её на каждом углу. Но концентрация синеволосой была направлена на обработку ранений историка. За тем они и пришли, так что он не стал отпираться, вернувшись на кушетку. Вновь подступившая кровь оказалась стёрта, а все ссадины, порезы и травмы оказались очищены после свежей обработки.
Пошипев немного, но не подавая виду, учёный выслушал вердикт врачевательницы.
Аль-Хайтам
Со стороны врачевательница не создавала впечатление крепкой особы, сведущей в боевых ситуациях, да и никакого оружия при ней не было, а это значит, что она намеревалась решить проблему только словами. Звучали грубые голоса и возмущение, с которыми той приходилось мириться и покорно кивать, даже без визуального свидетельства позволяя понять одно: всё это давалось ей с трудом.
От этого внутри Аль-Хайтама вспыхнуло непринятие. Это был не чистый гнев, и не импульсивное желание помахать острыми мечами, слепо сталкиваясь с незнакомцами. Перевернувшиеся в беспорядке мысли стремительно собирались в единую цепочку суждений, вместе с тем перебирая варианты, которые имелись у их дуэта в случае худшего. И как нельзя лучше его хладнокровным раздумьям поспособствовала хватка беловолосой на его локте. Замерев, так и не прошагав ближе к двери, он внутренне вздохнул, окончательно вытряхивая из головы опрометчивые помыслы. Сейчас не удастся решить всё здесь и сейчас, однако просто забыть об этом парень не сможет.
«Они упомянули своего «босса». Похоже, сейчас его здесь нет?» – Охладев, но не ослабляя хватки на рукояти меча, учёный прикрыл глаза. И без того тёмная комната переменилась полным мраком, пока он выискивал варианты. Но всё упиралось в то, станет ли Лаума говорить об этом и как на самом деле обстояла ситуация.
Почему нападки свалились именно на неё? И в чём заключалась проблема, раз она так и не покинула эти места? Впрочем, последний вопрос быстро растаял в размышлениях, поскольку Аль-Хайтам осознал, что его спокойное отношение к «переездам» связано с нынешним образом жизни. В ходе исследовательской экспедиции они никогда не задерживались на одном острове слишком долго, а будучи вдали от родных краёв, не привязывались ни к чему. В этом суждении он был не исключением. Но, отделившись от общего состава, намерен был несколько переменить свой подход. Его цели отличались от группы учёных, и для того, чтобы подобраться к ним ближе, он не мог оставлять всё позади. Наоборот.
Поднимая веки, он взглянул на смутный силуэт Бель, почти неразличимый в тенях комнаты, и незаметно улыбнулся. Даже корабль, на котором он отбыл в путь, получилось добыть только в компании новой спутницы.
С её стороны хватило и этого жеста, без всяких слов Хайтам понял мысль, мелькнувшую у де Монфоры, но из осторожности так и не высказанную, и полностью успокоился. Остановившись, он лишь глядел в сторону тонкого лучика света, бьющего из щели дверного проёма.
В это время Лауме удалось спровадить незваных посетителей, а когда входная дверь оказалась заперта и раздались единоличные шаги девушки, спёртое дыхание возобновилось с новой силой. Следом в лазарете включился свет, и они смогли рассмотреть потрясённую, сжатую врачевательницу, так и не утратившую решимость. Она стремилась добиться своего, даже если это опасно и недостаточно надёжно.
Внимательность сероволосого слегка рассеялась только в тот момент, когда он осознал близость Изабель. Она просто стояла рядом, а прижалась ближе, верно, надеясь не оставаться в одиночестве тёмной комнаты. Направив на неё удивленный взгляд, осмысливая положение, парень заметил, как та вдруг отпрыгнула назад, рухнув на стул. Это было резко и без слов, даже забавно, но намёк на ухмылку стёрся, даже не проявившись, а всё из-за нынешних обстоятельств.
Ответ на интерес Аль-Хайтама сперва показался расплывчатым. Просто бандиты? Этого мало, чтобы удержать кого-то от сопротивления, если они не караулят её на каждом углу. Но концентрация синеволосой была направлена на обработку ранений историка. За тем они и пришли, так что он не стал отпираться, вернувшись на кушетку. Вновь подступившая кровь оказалась стёрта, а все ссадины, порезы и травмы оказались очищены после свежей обработки.
Пошипев немного, но не подавая виду, учёный выслушал вердикт врачевательницы.
- Не я врач, так что действуй, как будет нужно. Замечательно, если шрама не останется. Это не та стычка, о которой можно было бы гордиться. – Вспоминая толпу падальщиков, не представляющих из себя достойных противников по одиночке, Аль-Хайтам хмыкнул. А к тому моменту Лаума со всей серьёзностью интересовалась, способны ли они оплатить её дорогостоящие услуги.
Посомневавшись немного, как лучше ответить, парень направил в ответ не менее серьёзный взгляд, слегка насупился, поджав губы.
- Деньги у нас есть. – Сказал он решительным тоном, прислушиваясь к вопросу спутницы. То, о чем он раздумывал, со всей искренностью звучало голосом Бель. Стало немного спокойнее, ведь теперь он уверен, что не потянул бы её за собой в неприятности против воли.
Вот только Лаума не считала такой вариант разумным. Ничего не зная об Аль-Хайтаме и Изабель, она не собиралась рисковать безопасностью, при этом далеко не своей, а человека, о котором упомянула вскользь. Но и этого было достаточно. Оказалось, что у неприятелей есть надежнейший из рычагов давления – друг, схваченный преступниками. Синеволосой ничего неизвестно об его самочувствии, даже жив ли он всё ещё, и всё, что ей оставалось, так это соглашаться на условия вымогателей. Нужно было выплатить сумму, вслух назвать которую та даже не осмелилась.
«Если почти одиннадцать миллионов – это лишь часть, то они потребовали… Неразумно много. Какая наглость.» – Сочувствие к врачевательнице проклюнулось в мыслях, пока он молчаливо наблюдал за разговором между де Монфорой и новой знакомой.
Подобную сумму здесь, среди четырёх морей, могут назначать за голову действительно опасных личностей. Для большинства обывателей одна такая «награда» приравняется к многим годам обеспеченной жизни.
И как же врачу заработать её? Только если устанавливать на свои услуги высочайшую цену, ни разу не провалив ожидания пациентов, чтобы о ней не шло дурной молвы. Разве что о затратах, с чем дуэт столкнулся ещё во время расспросов. Только тогда она не будет мошенницей в чужих глазах, ожидая, что люди всё равно придут.
Оставалось удивительным лишь то, что она решила обо всём рассказать, а не замять эту тему, сосредоточившись лишь на работе. Стрессовая ситуация сказалась на её самообладании. Может, выговориться – это один из способов, чтобы всё отпустить.
- Таким людям, как эти, веры нет. – Резко заявил Аль-Хайтам, заметив выжидающий взгляд Лаумы. Будто бы он вот-вот поднимется на ноги и скажет, что уходит…
Но пауза не затянулась.
- Кроме того, я не хочу, чтобы деньги, которые мы тебе передадим в качестве оплаты за лечение, попали в руки наглецов. Твой друг у них в заточении, их больше, а ты, Лаума, просто врачеватель в захудалом районе. Завтра ты заплатишь одну сумму, а следом может случиться что-нибудь иное. «Прошло слишком много времени, цены поменялись.» или «Ты мошенница, мы как-то взяли у тебя мазь, а потом кожа слезла лоскутами.» И ты услышишь: «Плати». – Зелёные глаза наполнились холодом, а выражение лица Хайтама выровнялось в спокойствии.
- Это преступники. Ожидать от них честности и благородства – с самого начала ошибка. Люди, которым присущи такие качества, не станут шантажировать врача, как ты. – Но он не сдвинулся с места, высказав всё это вслух. Не уходил.
- Мы заплатим. Но потом вернём то, что отдали. – Уголки губ приподнялись в лёгкой ухмылке. В нём не было гнева, но он расчётливо мыслил о том, чтобы повлиять на эту проблему. И воздать должное тем, кому захотелось лёгких денег.
- Или ты против? – Вопросив о мнении Лаумы, юноша взглянул на Бель, пытаясь разглядеть её реакцию. Поддержит ли она или решит, что это действительно не их дело? Одиннадцать миллионов – крупная сумма. И хотя они располагали более значительными сбережениями, разбрасываться деньгами не лучшая мысль.
Посомневавшись немного, как лучше ответить, парень направил в ответ не менее серьёзный взгляд, слегка насупился, поджав губы.
- Деньги у нас есть. – Сказал он решительным тоном, прислушиваясь к вопросу спутницы. То, о чем он раздумывал, со всей искренностью звучало голосом Бель. Стало немного спокойнее, ведь теперь он уверен, что не потянул бы её за собой в неприятности против воли.
Вот только Лаума не считала такой вариант разумным. Ничего не зная об Аль-Хайтаме и Изабель, она не собиралась рисковать безопасностью, при этом далеко не своей, а человека, о котором упомянула вскользь. Но и этого было достаточно. Оказалось, что у неприятелей есть надежнейший из рычагов давления – друг, схваченный преступниками. Синеволосой ничего неизвестно об его самочувствии, даже жив ли он всё ещё, и всё, что ей оставалось, так это соглашаться на условия вымогателей. Нужно было выплатить сумму, вслух назвать которую та даже не осмелилась.
«Если почти одиннадцать миллионов – это лишь часть, то они потребовали… Неразумно много. Какая наглость.» – Сочувствие к врачевательнице проклюнулось в мыслях, пока он молчаливо наблюдал за разговором между де Монфорой и новой знакомой.
Подобную сумму здесь, среди четырёх морей, могут назначать за голову действительно опасных личностей. Для большинства обывателей одна такая «награда» приравняется к многим годам обеспеченной жизни.
И как же врачу заработать её? Только если устанавливать на свои услуги высочайшую цену, ни разу не провалив ожидания пациентов, чтобы о ней не шло дурной молвы. Разве что о затратах, с чем дуэт столкнулся ещё во время расспросов. Только тогда она не будет мошенницей в чужих глазах, ожидая, что люди всё равно придут.
Оставалось удивительным лишь то, что она решила обо всём рассказать, а не замять эту тему, сосредоточившись лишь на работе. Стрессовая ситуация сказалась на её самообладании. Может, выговориться – это один из способов, чтобы всё отпустить.
- Таким людям, как эти, веры нет. – Резко заявил Аль-Хайтам, заметив выжидающий взгляд Лаумы. Будто бы он вот-вот поднимется на ноги и скажет, что уходит…
Но пауза не затянулась.
- Кроме того, я не хочу, чтобы деньги, которые мы тебе передадим в качестве оплаты за лечение, попали в руки наглецов. Твой друг у них в заточении, их больше, а ты, Лаума, просто врачеватель в захудалом районе. Завтра ты заплатишь одну сумму, а следом может случиться что-нибудь иное. «Прошло слишком много времени, цены поменялись.» или «Ты мошенница, мы как-то взяли у тебя мазь, а потом кожа слезла лоскутами.» И ты услышишь: «Плати». – Зелёные глаза наполнились холодом, а выражение лица Хайтама выровнялось в спокойствии.
- Это преступники. Ожидать от них честности и благородства – с самого начала ошибка. Люди, которым присущи такие качества, не станут шантажировать врача, как ты. – Но он не сдвинулся с места, высказав всё это вслух. Не уходил.
- Мы заплатим. Но потом вернём то, что отдали. – Уголки губ приподнялись в лёгкой ухмылке. В нём не было гнева, но он расчётливо мыслил о том, чтобы повлиять на эту проблему. И воздать должное тем, кому захотелось лёгких денег.
- Или ты против? – Вопросив о мнении Лаумы, юноша взглянул на Бель, пытаясь разглядеть её реакцию. Поддержит ли она или решит, что это действительно не их дело? Одиннадцать миллионов – крупная сумма. И хотя они располагали более значительными сбережениями, разбрасываться деньгами не лучшая мысль.
- Но я действительно надеюсь, что ты поможешь залечить мои раны за очень короткий срок. Раз мы неразлучны с проблемами, то нужно встречать их готовыми. – Заявил Аль-Хайтам. А для того, чтобы успокоить врачевательницу, он вытянул свой кошель и показал, что у них в самом деле есть возможность с ней расплатиться.
Дова (https://vk.ru/id161727686).
Изабель.
Доверять врачу, который готов сотворить чудо с телом человека – важный аспект. Лаума, несмотря на все происходящее, смогла найти тонкую грань… Её обязанностью было доказывать людям, что лучше они не найдут, а параллельно этому – входить в доверие. Конечно, она не пыталась никого обманывать. Обстоятельства заставили установить ценники, которые никто из местных точно бы не потянул… Однако доверие пациента всё ещё играло ключевую роль, ведь в ином случае, не удостоверившись в навыкав врачевательницы, можно было потерять тех, кто мог вызволить её из ямы отчаянья.
Услышав о том, что деньги всё же у дуэта имеются, девушка незаметно выдохнула с облегчением. Уже более уверенно, она указывала Аль-Хайтаму, что ему требовалось делать. Вскоре синевласка вооружилась местной анестезией, предварительно уточнив, не имеет ли юноша каких-либо аллергических реакций. В принципе, операцию подобного рада можно было сделать и под наркозом, но посчитала, что перешить рану – не та проблема, ради которой придется так рисковать. И дело, конечно, не в опыте врачевательницы, а в организме самого Аль-Хайтама. Как-никак, это стресс, а чем его меньше в жизни, тем лучше.
Во время процедуры она продолжала вести диалог. Это никак не мешало в её профессиональной деятельности, но можно было заметить предельную концентрацию на процессе, нежели на разговоре.
– Не случится. – Отрезала спокойно Лаума. – Как только я передам деньги, а мой друг будет в безопасности, мы покинем Дору. Я не так глупа, чтобы остаться совсем без сбережений. – Внося больше ясности в своё положение, проговорила девушка.
— Значит, у тебя уже есть план отступления?
– Что-то вроде того. – На мгновение она замерла, когда услышала слова Аль-Хайтама. Немного погода, послышался лёгкий смешок. – Вернёте? Это ваше право. – Руки вновь замаячили, продолжая работу. – Почему я должна быть против? Я никто. К моменту, когда ты поправишься, меня уже не будет на острове, поэтому если вы пожелаете и захотите вернуть деньги, которые заплатили мне, а я, в свою очередь, передала их тем бандитам… То фактически, это меня уже не касается. Для Доры же будет проще жить, ведь больше никто не попадет под их тиранию. – Объяснившись, Лаума сделала последний стежок и отошла к стеллажу, выискивая между разными баночками необходимую.
– Можешь не сомневаться. Уже через пару минут я отпущу вас. Дам пару рекомендаций… – Выдержав паузу, она потянулась к самой верхней полке, доставая то, что искала. – Ах, вот… Перед тем, как вы уйдете, я расскажу вам одну историю. – Вернувшись к юноше, вдруг проговорила врачевательница. Недолго думая, она нанесла тонким слоем мазь на рану, а также порезы и ссадины.
– Мой друг тоже хотел, чтобы они поплатились. Как видите, рядом со мной его нет. Он там. Героически вышел простив этих людей и не вернулся. Поэтому подумайте несколько раз, прежде чем делать поспешные решения. – Хмыкнув, Лаума закрыла баночку и передала парню в руки.
– Утром и вечером в течении трех дней мазать на раны, перевязывать ничего не нужно. Швы рассосутся сами, их выдергивать не надо! А вот эта баночка для твоей дамы, за которую ты так переживаешь.
— Я-я… Я не его дама! — Подскочив, смущенно возразила Изабель. — Спасибо большое, Лаума, за проявленные внимание и лечение! — Резко поклонившись, в знак благодарности, беловолосые локоны упали вперёд, перекрывая лицо юной девушки. — Надеюсь, что завтрашняя передача пройдёт успешно! До свидания! — И тут же вылетела пулей из лазарета, совсем не дожидаясь Аль-Хайтама.
– Какая-то нервная она. Может быть, таблеточек от стресса? Всего пятьсот тысяч, хы. – Показав небольшую баночку, будто бы из воздуха взятую, усмехнулась врачевательница. Однако то была лишь шутка, и не более.
– В любом случае, не лезьте на рожон. Твоему телу необходим полный покой. Полный – значит постельный режим без каки-либо физических нагрузок. Моё дело предупредить. Иначе лечение может затянуться. – Напоследок решила предупредить Лаума.
Изабель.
Доверять врачу, который готов сотворить чудо с телом человека – важный аспект. Лаума, несмотря на все происходящее, смогла найти тонкую грань… Её обязанностью было доказывать людям, что лучше они не найдут, а параллельно этому – входить в доверие. Конечно, она не пыталась никого обманывать. Обстоятельства заставили установить ценники, которые никто из местных точно бы не потянул… Однако доверие пациента всё ещё играло ключевую роль, ведь в ином случае, не удостоверившись в навыкав врачевательницы, можно было потерять тех, кто мог вызволить её из ямы отчаянья.
Услышав о том, что деньги всё же у дуэта имеются, девушка незаметно выдохнула с облегчением. Уже более уверенно, она указывала Аль-Хайтаму, что ему требовалось делать. Вскоре синевласка вооружилась местной анестезией, предварительно уточнив, не имеет ли юноша каких-либо аллергических реакций. В принципе, операцию подобного рада можно было сделать и под наркозом, но посчитала, что перешить рану – не та проблема, ради которой придется так рисковать. И дело, конечно, не в опыте врачевательницы, а в организме самого Аль-Хайтама. Как-никак, это стресс, а чем его меньше в жизни, тем лучше.
Во время процедуры она продолжала вести диалог. Это никак не мешало в её профессиональной деятельности, но можно было заметить предельную концентрацию на процессе, нежели на разговоре.
– Не случится. – Отрезала спокойно Лаума. – Как только я передам деньги, а мой друг будет в безопасности, мы покинем Дору. Я не так глупа, чтобы остаться совсем без сбережений. – Внося больше ясности в своё положение, проговорила девушка.
— Значит, у тебя уже есть план отступления?
– Что-то вроде того. – На мгновение она замерла, когда услышала слова Аль-Хайтама. Немного погода, послышался лёгкий смешок. – Вернёте? Это ваше право. – Руки вновь замаячили, продолжая работу. – Почему я должна быть против? Я никто. К моменту, когда ты поправишься, меня уже не будет на острове, поэтому если вы пожелаете и захотите вернуть деньги, которые заплатили мне, а я, в свою очередь, передала их тем бандитам… То фактически, это меня уже не касается. Для Доры же будет проще жить, ведь больше никто не попадет под их тиранию. – Объяснившись, Лаума сделала последний стежок и отошла к стеллажу, выискивая между разными баночками необходимую.
– Можешь не сомневаться. Уже через пару минут я отпущу вас. Дам пару рекомендаций… – Выдержав паузу, она потянулась к самой верхней полке, доставая то, что искала. – Ах, вот… Перед тем, как вы уйдете, я расскажу вам одну историю. – Вернувшись к юноше, вдруг проговорила врачевательница. Недолго думая, она нанесла тонким слоем мазь на рану, а также порезы и ссадины.
– Мой друг тоже хотел, чтобы они поплатились. Как видите, рядом со мной его нет. Он там. Героически вышел простив этих людей и не вернулся. Поэтому подумайте несколько раз, прежде чем делать поспешные решения. – Хмыкнув, Лаума закрыла баночку и передала парню в руки.
– Утром и вечером в течении трех дней мазать на раны, перевязывать ничего не нужно. Швы рассосутся сами, их выдергивать не надо! А вот эта баночка для твоей дамы, за которую ты так переживаешь.
— Я-я… Я не его дама! — Подскочив, смущенно возразила Изабель. — Спасибо большое, Лаума, за проявленные внимание и лечение! — Резко поклонившись, в знак благодарности, беловолосые локоны упали вперёд, перекрывая лицо юной девушки. — Надеюсь, что завтрашняя передача пройдёт успешно! До свидания! — И тут же вылетела пулей из лазарета, совсем не дожидаясь Аль-Хайтама.
– Какая-то нервная она. Может быть, таблеточек от стресса? Всего пятьсот тысяч, хы. – Показав небольшую баночку, будто бы из воздуха взятую, усмехнулась врачевательница. Однако то была лишь шутка, и не более.
– В любом случае, не лезьте на рожон. Твоему телу необходим полный покой. Полный – значит постельный режим без каки-либо физических нагрузок. Моё дело предупредить. Иначе лечение может затянуться. – Напоследок решила предупредить Лаума.
[id216866752:bp-36291248_280472|Лидия]
Аль-Хайтам
Как только врачевательница убедилась, что у прибывшего дуэта достаточно денег для оплаты лечения, она сразу почувствовала себя увереннее и приступила к своей работе с полной отдачей. По крайней мере, теперь у неё одной проблемой меньше, ведь так она наконец соберёт всю нужную сумму. Оставалось самое важное – вернуть друга из лап негодяев, но тут девушка совсем не хотела рассуждать в сторону дурных исходов. И хотя доводы историка были реалистичны, Лауму можно понять. Сейчас у неё была хоть какая-то надежда, а если подвергать сомнениям заключенный договор, что ещё останется тогда? Других путей всё равно не было, уж точно не идти силовым путём, ведь этот вариант отметался девушкой с самого начала – был негативный опыт.
Аль-Хайтам беспрекословно следовал указаниям лечащего врача, поэтому делал всё, что было необходимо, пока она готовилась к операции и последующей заботе о ранах поскромнее той, что на животе. Меж тем он также отметил, что не обладает аллергией на обычные препараты, а значит врачу будет намного проще.
Местная анестезия была эффективной, но не настолько, чтобы полностью погасить боль, ведь колотая рана была весьма серьёзной, да к тому же требовала перешивания. Сероволосый старался перетерпеть, почти не подавая виду. И если бы девушка предложила ему наркоз, он всё равно отказался бы, поскольку имеет представление, какое влияние оказывает введение препараторов для подавления сознания. Это не просто ослабит его, а сделает недееспособным на неопределенное время, чего совсем бы не хотелось, так как они находились в отдалении от корабля. При этом клинику синеволосой тяжело назвать безопасным местом, учитывая произошедшее.
То, что Лаума могла вести разговор параллельно работе, орудуя хирургической иглой, показывало её профессионализм. А вот Хайтаму было немного трудновато поддерживать беседу, ведь это его мышцы и кожу сшивали вместе. Благо, что рядом была Изабель, поинтересовавшаяся намерениями врачевательницы. Придержав подробности при себе, девушка лишь сказала, что намерена покинуть остров вместе с товарищем, как только его освободят. Разумное решение, учитывая снующих вокруг преступников, с которыми пришлось столкнуться, угодив в такую незавидную ситуацию. Ожидания Лаумы оставались оптимистичны – подметив это в своих мыслях, сероволосый глубоко вздохнул. В то же время собеседница никак не препятствовала его замыслам, озвученным в том числе с целью выяснить мысли самой девушки. Ей было неважно, как в итоге поступят эти странники, куда попадут те деньги, которые она намерена передать без ухищрений, и будут ли преступники пойманы или же нет. Она лишь хотела достичь своей цели и наконец избавиться от всех переживаний.
После наложения швов кожа ещё горела, но стало немного спокойнее, и парень заговорил.
- Я не говорил, что буду ждать дня, когда мои раны полностью восстановятся. – Хмыкнув, он направил взгляд в сторону доктора, подыскивающего нужные мази. – Принимать меры нужно сразу. Понимаю, что тебе может быть всё равно на эти деньги, но с бандитами неплохо было бы поквитаться. Можешь не вмешиваться, хорошо. Просто расскажи о тех, с кем ты сегодня разговаривала. – Юноша задумался, наблюдая за тем, как врач растирала лечебные мази поверх сшитой раны и прочих порезов. Она не оставляла попыток предостеречь Хайтама, бегло поведав о том, как её друг оказался схвачен разбойниками. Оказалось, что он тоже был неравнодушен к ситуации и открыто выступил против них, но не достиг успеха. Звучало очень весомо, но они толком не знали, кого представлял из себя этот человек. Был ли он достаточно опытен? И как проходила та стычка?
Аль-Хайтам и не подразумевал драку против целой толпы на открытой местности! Есть и другие методы.
Аль-Хайтам
Как только врачевательница убедилась, что у прибывшего дуэта достаточно денег для оплаты лечения, она сразу почувствовала себя увереннее и приступила к своей работе с полной отдачей. По крайней мере, теперь у неё одной проблемой меньше, ведь так она наконец соберёт всю нужную сумму. Оставалось самое важное – вернуть друга из лап негодяев, но тут девушка совсем не хотела рассуждать в сторону дурных исходов. И хотя доводы историка были реалистичны, Лауму можно понять. Сейчас у неё была хоть какая-то надежда, а если подвергать сомнениям заключенный договор, что ещё останется тогда? Других путей всё равно не было, уж точно не идти силовым путём, ведь этот вариант отметался девушкой с самого начала – был негативный опыт.
Аль-Хайтам беспрекословно следовал указаниям лечащего врача, поэтому делал всё, что было необходимо, пока она готовилась к операции и последующей заботе о ранах поскромнее той, что на животе. Меж тем он также отметил, что не обладает аллергией на обычные препараты, а значит врачу будет намного проще.
Местная анестезия была эффективной, но не настолько, чтобы полностью погасить боль, ведь колотая рана была весьма серьёзной, да к тому же требовала перешивания. Сероволосый старался перетерпеть, почти не подавая виду. И если бы девушка предложила ему наркоз, он всё равно отказался бы, поскольку имеет представление, какое влияние оказывает введение препараторов для подавления сознания. Это не просто ослабит его, а сделает недееспособным на неопределенное время, чего совсем бы не хотелось, так как они находились в отдалении от корабля. При этом клинику синеволосой тяжело назвать безопасным местом, учитывая произошедшее.
То, что Лаума могла вести разговор параллельно работе, орудуя хирургической иглой, показывало её профессионализм. А вот Хайтаму было немного трудновато поддерживать беседу, ведь это его мышцы и кожу сшивали вместе. Благо, что рядом была Изабель, поинтересовавшаяся намерениями врачевательницы. Придержав подробности при себе, девушка лишь сказала, что намерена покинуть остров вместе с товарищем, как только его освободят. Разумное решение, учитывая снующих вокруг преступников, с которыми пришлось столкнуться, угодив в такую незавидную ситуацию. Ожидания Лаумы оставались оптимистичны – подметив это в своих мыслях, сероволосый глубоко вздохнул. В то же время собеседница никак не препятствовала его замыслам, озвученным в том числе с целью выяснить мысли самой девушки. Ей было неважно, как в итоге поступят эти странники, куда попадут те деньги, которые она намерена передать без ухищрений, и будут ли преступники пойманы или же нет. Она лишь хотела достичь своей цели и наконец избавиться от всех переживаний.
После наложения швов кожа ещё горела, но стало немного спокойнее, и парень заговорил.
- Я не говорил, что буду ждать дня, когда мои раны полностью восстановятся. – Хмыкнув, он направил взгляд в сторону доктора, подыскивающего нужные мази. – Принимать меры нужно сразу. Понимаю, что тебе может быть всё равно на эти деньги, но с бандитами неплохо было бы поквитаться. Можешь не вмешиваться, хорошо. Просто расскажи о тех, с кем ты сегодня разговаривала. – Юноша задумался, наблюдая за тем, как врач растирала лечебные мази поверх сшитой раны и прочих порезов. Она не оставляла попыток предостеречь Хайтама, бегло поведав о том, как её друг оказался схвачен разбойниками. Оказалось, что он тоже был неравнодушен к ситуации и открыто выступил против них, но не достиг успеха. Звучало очень весомо, но они толком не знали, кого представлял из себя этот человек. Был ли он достаточно опытен? И как проходила та стычка?
Аль-Хайтам и не подразумевал драку против целой толпы на открытой местности! Есть и другие методы.
- Вот как вы оказались в этой ситуации. – Приглушенно проговорил учёный, оглянув доктора сочувствующим взглядом. – Надеюсь, завтра всё пройдёт благополучно. – Добавил он, желая, чтобы Лаума действительно смогла вызволить друга из беды. – Мы присмотрим за тобой, скажи только, где пройдет встреча с теми людьми? Здесь? – На этих словах Аль-Хайтам выпрямился, надеясь услышать честный ответ.
Потом, как и намеревалась, врачевательница проговорила рекомендации для историка, а также вручила небольшие баночки мазей. Одна была для него самого, а вот вторая – для Бель. И стоило ей высказать мысль о причастности девушки, как беловолосая резко поднялась со стула. Отрицая услышанное, она быстро пролепетала благодарность, немного скованно поклонилась в сторону Лаумы, а затем попрощалась. Из-за этого даже не удалось толком рассмотреть её лицо! Какие эмоции она испытывала? Возмущение, стыд или глубокое смущение? По правде говоря, Хайтам оказался крайне удивлен произошедшему, не сразу придав значение фразе, высказанной доктором.
- Кхм. – Растерявшись, он покашлял в сжатый кулак. Поднявшись на ноги, учёный вернул на пояс мечи, отвязанные перед операцией, а затем натянул на торс водолазку и накинул на плечо свою кейпу.
- День был загруженный. – Отмахнулся он, почувствовав странное смущение. – Мы только недавно начали путешествие, но пришлось столкнуться с некоторыми трудностями. – Объяснение было неустойчивым, но о большем и говорить нет смысла. Выслушав ещё одну рекомендацию, парень кивнул, но не утвердил, что обязательно останется в постели на период восстановления. Не было такой роскоши – ничего не делать.
- Спасибо за лечение. – Проговорил юноша, расплачиваясь по согласованной цене. Внутренне мечник почувствовал, как тяжело отдавать чрезмерно высокую сумму, но, учитывая обстоятельства персоны напротив, выбора не было. – И удачи. – Напоследок он взмахнул ей рукой, выбираясь из клиники через всю ту же входную дверь.
В руках у него покоились две баночки мазей. Хорошо, что они отличались друг от друга, так что перепутать не выйдет. Озираясь вокруг, Хайтам надеялся, что напарница не умчала из города в одиночку.
- Всё в порядке? – Спросит он, обнаружив де Монфору.
За всё то время, затраченное на проведение операции и последующих процедур, бандиты успели вернуться к своему прибежищу, неся хорошую новость боссу. Ожидание раздражало оного, он даже посердился, что те не взяли с неё первую часть суммы сейчас, но потом он взглянул в отдаленный угол комнаты, на запертую дверь. Голос смягчился, а следом зазвучал громкий смех.
= Ха-ха-ха! Ладно, парни, что-то зря я занервничал! Завтра хорошенько напьёмся. Она всё равно не соскочит с крючка, пока этот пацан с нами. – Проблеск опасений мелькнул в глазах, когда мужчина проверял, действительно ли на двери весит замок. Незаметно выдохнув, он вернулся к своему креслу и вальяжно расселся.
= Отличная новость!
= Ура! Я уж думал, забуду, как выглядит бар!
Несколько радостных кличей проявляли воодушевление подельников, выразивших нетерпение перед попойкой.
= Босс! Так что, мы правда отдадим этого парня ей? А если он решит вернуться? – Один из преступников спросил с волнением, поглядывая в сторону двери. На его памяти свежа картина, как их нынешний пленник резво орудовал странным копьём, представляя нешуточную опасность. Можно сказать, что им улыбнулась удача схватить его, обойдясь без невосполнимых жертв. Не обошлось без хитрости.
= Н-ну… Нет, конечно! Он же псих, чёрт возьми. Кроме того, как эта девка смогла так быстро собрать столько денег? Может, она богатая, а-а? Вы вообще слышали, что про её клинику говорят? Пфе. Наверняка набрала даже больше. Надо бы вытрясти из неё всё, а потом посмотрим. – Мысли мужчины давно отравлены жадностью. Он говорил так громко, не скромничая, и несколько его подручных воодушевленно загорланили. Но тут раздался громкий стук.
Потом, как и намеревалась, врачевательница проговорила рекомендации для историка, а также вручила небольшие баночки мазей. Одна была для него самого, а вот вторая – для Бель. И стоило ей высказать мысль о причастности девушки, как беловолосая резко поднялась со стула. Отрицая услышанное, она быстро пролепетала благодарность, немного скованно поклонилась в сторону Лаумы, а затем попрощалась. Из-за этого даже не удалось толком рассмотреть её лицо! Какие эмоции она испытывала? Возмущение, стыд или глубокое смущение? По правде говоря, Хайтам оказался крайне удивлен произошедшему, не сразу придав значение фразе, высказанной доктором.
- Кхм. – Растерявшись, он покашлял в сжатый кулак. Поднявшись на ноги, учёный вернул на пояс мечи, отвязанные перед операцией, а затем натянул на торс водолазку и накинул на плечо свою кейпу.
- День был загруженный. – Отмахнулся он, почувствовав странное смущение. – Мы только недавно начали путешествие, но пришлось столкнуться с некоторыми трудностями. – Объяснение было неустойчивым, но о большем и говорить нет смысла. Выслушав ещё одну рекомендацию, парень кивнул, но не утвердил, что обязательно останется в постели на период восстановления. Не было такой роскоши – ничего не делать.
- Спасибо за лечение. – Проговорил юноша, расплачиваясь по согласованной цене. Внутренне мечник почувствовал, как тяжело отдавать чрезмерно высокую сумму, но, учитывая обстоятельства персоны напротив, выбора не было. – И удачи. – Напоследок он взмахнул ей рукой, выбираясь из клиники через всю ту же входную дверь.
В руках у него покоились две баночки мазей. Хорошо, что они отличались друг от друга, так что перепутать не выйдет. Озираясь вокруг, Хайтам надеялся, что напарница не умчала из города в одиночку.
- Всё в порядке? – Спросит он, обнаружив де Монфору.
За всё то время, затраченное на проведение операции и последующих процедур, бандиты успели вернуться к своему прибежищу, неся хорошую новость боссу. Ожидание раздражало оного, он даже посердился, что те не взяли с неё первую часть суммы сейчас, но потом он взглянул в отдаленный угол комнаты, на запертую дверь. Голос смягчился, а следом зазвучал громкий смех.
= Ха-ха-ха! Ладно, парни, что-то зря я занервничал! Завтра хорошенько напьёмся. Она всё равно не соскочит с крючка, пока этот пацан с нами. – Проблеск опасений мелькнул в глазах, когда мужчина проверял, действительно ли на двери весит замок. Незаметно выдохнув, он вернулся к своему креслу и вальяжно расселся.
= Отличная новость!
= Ура! Я уж думал, забуду, как выглядит бар!
Несколько радостных кличей проявляли воодушевление подельников, выразивших нетерпение перед попойкой.
= Босс! Так что, мы правда отдадим этого парня ей? А если он решит вернуться? – Один из преступников спросил с волнением, поглядывая в сторону двери. На его памяти свежа картина, как их нынешний пленник резво орудовал странным копьём, представляя нешуточную опасность. Можно сказать, что им улыбнулась удача схватить его, обойдясь без невосполнимых жертв. Не обошлось без хитрости.
= Н-ну… Нет, конечно! Он же псих, чёрт возьми. Кроме того, как эта девка смогла так быстро собрать столько денег? Может, она богатая, а-а? Вы вообще слышали, что про её клинику говорят? Пфе. Наверняка набрала даже больше. Надо бы вытрясти из неё всё, а потом посмотрим. – Мысли мужчины давно отравлены жадностью. Он говорил так громко, не скромничая, и несколько его подручных воодушевленно загорланили. Но тут раздался громкий стук.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)