И начнем мы не с какого-то бара, который еще стоит отыскать, что само по себе было весьма затруднительной задачей, судя по всему, а со штаба, который тут уже успел сформироваться. К слову, о них. Наша юная ученая даже смело могла предположить, что здесь условия, на этой базе, будут значительно отличаться от того места, где ранее помогала она. Ведь, кажется, именно сюда был отправлен человек старой закалки. С его внешнего облика было ясно еще при первой встрече, что он прошел множество битв и от своих подчиненных требует, прежде всего, не выполнения рамок, не усердности в работе, как это было с первой базой и деревней, а скорее какой-то боевой подготовки. Навыков боя, не иначе. И именно таких талантливых и умелых бойцов, даже не солдат, в его понимании, он чтит и уважает. Посему Айз, направлялась в эту деревню, с некой опаской. Не желая встретить каких-то встрясок для себя или же, что может быть хуже, разговора с кем-то... Да, и правда, для неё это было, пожалуй, самым ужасным из всего, что только могло бы встретится на пути жизненном. Все - таки, её умения к коммуникабельности оставляли желать лучшего. А посему ей просто критически необходимо как-то избежать встречи со всеми возможными потенциальными "болтунами".
И вот, та самая база, кажется, заняла место в здании бывшей базы оппонентов Морского Дозора, что представляло из себя трехэтажное здание с вывеской чайки прямо у главного входа. Тяжелый шаг, ступенька за ступенькой и вот, открывая вход, девушка видит почти опустевший зал и лишь какой-то служащий, у входа, встречает девушка, вставая прямо пред ней, якобы останавливая и пристально осматривает её, будто бы оценивает потенциальную угрозу.. Ах да, она без стандартной униформы.. Да и этот парень, кажется, не торопится начинать диалог, что, конечно же, усложняло ситуацию. Встретить ту преграду, которую так наивно хотела избежать девица, так рано - выбивает из колеи. Взгляд рассеяно стал бегать по сторонам, в поисках спасения, а мысли хаотично смешивались, вводили героиню в некий ступор.
— Я... — спустя секунд пять, выдавила из себя блондинка, скрестив свои пальчики на руках, начиная нервно их перебирать, — Валленштайн... — вновь поникший взор на рядового дозорного, который, даже услышав фамилию, не стал ничего говорить, отделавшись лишь легким прищуром в ответ. Подобный взор будто бы испугал девчонку, которая тут же нервно выдохнуло и ловко развернувшись, стремительно, в панике, начала отдаляться от этого паренька и, в принципе, подобного казуса.
— Мисс Валленштайн!
Кинул вслед растерявшийся парень. Кажется, он и сам не ожидал подобного беспорядка в столь простой процедуре, как представление. И благодать то какая, по всей видимости, юноша уже видел эту даму при высадке на остров. Но вот незадача, зачем же он тогда чванился? Молчал? Чего ждал? По уставу все? Кто знает - кто знает. Подобный вопрос лишь мельком проскочил в том хаотичном наборе, в этой светлой головушке. А все внимание Айз отдала своим действиям, снова... Остановившись и осторожно, через плечо, взглянув на юношу, позади, будто бы не понимая, что только что произошло и всем своим видом, а быть может одним лишь взглядом, так и спрашивала что-то вроде "Ась? Я? Я Валленштайн?".. На сей раз уже отдавшись обстановке, та разворачивается, протянув какую-то паузу и, скользнув взглядом на дверь, через который раздался грохот, в конце залы, озадаченно начала что-то бормотать.
— Я рохтера росмопреть локументы! — воодушевленно и так нелепо выдавила уже из себя целое предложение желтоглазка, на что, конечно же, встретила непонимающий взор парня, который так и твердил ей "чеееееееееее". — Ну... — попыталась повторить уже более внятно барыня, как вдруг собеседник, если парня, который находится в полном недоумении от происходящего, можно назвать таковым, томно выдыхает и, помахав своей ладонью, будто зазывая к себе, развернулся к той самой двери, откуда раздавались уже крики, причем, явно недовольные.
ONE PIECE RP ·
[Вест Блю] Илусиа
Конечно, по ней и не скажешь, но сама Айз не была глупой. Нет - нет, напротив... Не станем хвалить, но та оказывалась довольно проницательной в большинстве своих жизненных ситуаций. А грозный титул "ученой", что ей выдало предыдущее командование, лишь подтверждало её таланты. Поэтому, перебрав более сотни вариантов, в своей голове, за эти пару секунд тяжелой и неуверенной походки за рядовым, девушка выбрала самый достоверный и подходящий - юноша ведет её к тому самому начальству, что заправляет на этой базе. А крик и шум, наверняка, его проказы. Более того, она даже предположила, что за этой дверью может скрываться какой - нибудь тренировочный зал, в котором и находятся основная масса служащих... Ну, как минимум те, что не были сейчас в патруле по городку, деревне.
Дверь открывается и в глаза тут же падает солнечный лучик, пронзая бельма и заставляя прищуриться, приложив, в добавок, руку ко лбу, создавая подобие козырька, загораживающего от солнечного света. Ожидать, в общем-то, что здесь окажется не зал, а целая площадка, без потолка, пола, прямо внутри здания - было, конечно, нельзя. Кто-то явно увлекся, обустраиваясь в этом захолустье. Да еще и настолько, что не отказал себе в радости заняться капитальным ремонтом всего помещения.. Ой, какое же тут помещение? Здания! Удивлена? Непременно. Но, как обычно это бывает, виду просто подать не успела, так как её эмоции тут же перешли в восторг, а затем, насладившись уже и им, перешли в изумление... А понимание того, что она здесь сможет встретить те самые неприятности, которые хотелось бы избежать, переполнили её мысли страхом. Но что же там? И ему не пришлось здесь задержаться, так как, осмотрев здесь солдат, дама буквально воодушевилась настроем и решила, что она тоже сможет показать, чего стоит! И.. Как уже становится понятно, это чувство тут же сменилось паникой, как только взгляд приковался к тому самому, уже при годах лишних своих, со шрамами на лице, смуглого мужчины, что и заправлял этим баллом.
Подобная вакханалия и совокупность эмоций, что успели по ней пройти за пару секунд, пока дверь открывалась, конечно же, не позволили мимике изменится хотя бы на дюйм. Банальная апатия, с виду, не иначе. Спокойствие и трезвая оценка взгляда... Ох уж это умения, в частности, личные, подобие Хэнгоку.. Вечно доставляют хлопот.
— Старший Лейтенант Кляир! — встав по стойке смирно, вдруг завопил тот самый парень, чем взбудоражил девушку, которая, услышав старший чин, отдалась рефлексам, заняв аналогичное положение тела, — На базу прибыла Младший - Лейтенант Валленштайн!
Вот чертов засранец! Он же знал! И выделывался. Сволочь и хам! — нечто подобное подумала озлоблено девица, попутно покосившись в сторону того самого Кляира, что, неудивительно, сделал тоже самое по отношению к самой Айз, вслед за чем его лицо оседлала едкая ухмылка.
— Вот! Ринз! — обернувшись в сторону какого-то паренька с внушительной дубинкой за спиной, стоявшего смирно, возмужав, мужчину, которому, на первый взгляд, уже перешагнуло за двадцать семь. А рядом с тем, как-то странно, корчась от боли, лежал какой-то худощавый парень, держась за свое предплечье.
— Гляди! Это твоя следующая цель! И не приведи Акаину, ты снова будешь так нежен с ней, как и с ним! В тебе такая сила, такой потенциал! А ты сдерживаешься из-за каких-то глупых домыслов и рамок! НЕ СМЕЙ ПОДДАВАТЬСЯ! Я ХОЧУ УВИДЕТЬ ВСЮ СИЛУ ТВОЕГО УДАРА!
Дверь открывается и в глаза тут же падает солнечный лучик, пронзая бельма и заставляя прищуриться, приложив, в добавок, руку ко лбу, создавая подобие козырька, загораживающего от солнечного света. Ожидать, в общем-то, что здесь окажется не зал, а целая площадка, без потолка, пола, прямо внутри здания - было, конечно, нельзя. Кто-то явно увлекся, обустраиваясь в этом захолустье. Да еще и настолько, что не отказал себе в радости заняться капитальным ремонтом всего помещения.. Ой, какое же тут помещение? Здания! Удивлена? Непременно. Но, как обычно это бывает, виду просто подать не успела, так как её эмоции тут же перешли в восторг, а затем, насладившись уже и им, перешли в изумление... А понимание того, что она здесь сможет встретить те самые неприятности, которые хотелось бы избежать, переполнили её мысли страхом. Но что же там? И ему не пришлось здесь задержаться, так как, осмотрев здесь солдат, дама буквально воодушевилась настроем и решила, что она тоже сможет показать, чего стоит! И.. Как уже становится понятно, это чувство тут же сменилось паникой, как только взгляд приковался к тому самому, уже при годах лишних своих, со шрамами на лице, смуглого мужчины, что и заправлял этим баллом.
Подобная вакханалия и совокупность эмоций, что успели по ней пройти за пару секунд, пока дверь открывалась, конечно же, не позволили мимике изменится хотя бы на дюйм. Банальная апатия, с виду, не иначе. Спокойствие и трезвая оценка взгляда... Ох уж это умения, в частности, личные, подобие Хэнгоку.. Вечно доставляют хлопот.
— Старший Лейтенант Кляир! — встав по стойке смирно, вдруг завопил тот самый парень, чем взбудоражил девушку, которая, услышав старший чин, отдалась рефлексам, заняв аналогичное положение тела, — На базу прибыла Младший - Лейтенант Валленштайн!
Вот чертов засранец! Он же знал! И выделывался. Сволочь и хам! — нечто подобное подумала озлоблено девица, попутно покосившись в сторону того самого Кляира, что, неудивительно, сделал тоже самое по отношению к самой Айз, вслед за чем его лицо оседлала едкая ухмылка.
— Вот! Ринз! — обернувшись в сторону какого-то паренька с внушительной дубинкой за спиной, стоявшего смирно, возмужав, мужчину, которому, на первый взгляд, уже перешагнуло за двадцать семь. А рядом с тем, как-то странно, корчась от боли, лежал какой-то худощавый парень, держась за свое предплечье.
— Гляди! Это твоя следующая цель! И не приведи Акаину, ты снова будешь так нежен с ней, как и с ним! В тебе такая сила, такой потенциал! А ты сдерживаешься из-за каких-то глупых домыслов и рамок! НЕ СМЕЙ ПОДДАВАТЬСЯ! Я ХОЧУ УВИДЕТЬ ВСЮ СИЛУ ТВОЕГО УДАРА!
— Есть! — лишь ответил второй, скользнув взглядом также на Айз. Конечно, подобный разговор встряхнул девицу, что уже с максимальным непониманием и шоком, стояла в этом беспорядке, успев трижды пожалеть о том, что покинула ту деревню. Нет - нет, она любила приключения... До безумия. И наблюдать, изучать людей.. Непременно было тем, что вводило её в экстаз и заставляло трусики мокнуть. Но уж тут! Когда тебе приходится делать какие-то абсурдные и бесполезные вещи, что, в конечном итоге, могут привести к травмам... В простой тренировке. Уж чего - чего, а такого Айз явно не ожидала и не предвкушала. А стоило, ведь тип сего старика она определила с первой встречи...
— "Вот дура!" — укоризненно фыркнула та про себя, оставаясь такой же рассеянной и напуганной во внешнем облике.
Вот офицер протягивает руку, указывая на место грядущей дуэли, зазывая девушку подойти туда. Конечно, ей хотелось бы что-то возразить, от чего правая рука непроизвольно потянулась к груди, а она было хотела что-то сказать, но тут же мысли перехватили затею, где Айз таки приняла неизбежную роль манекена для того паренька, по всей видимости, также младшего - лейтенанта. Все просто и прозрачно, ведь если бы у неё была возможность отказать старшему по званию, её, хотя - бы, спросили мнения. Собственного.
Томно выдохнув, она сделала несколько неторопливый шагов вперед и поклонилась, в привычном стиле реверанса, затем обнажила свою шпагу и направила в сторону своего оппонента...
— Простите... — лишь, наверняка, с необычайным трудом сказала девушка, отставив правую ногу назад, чем намекая на то, что готова к бою.
— И ты меня прости, у меня приказ. — твердо и уверенно, взмахнув битой, кивнул в ответ парень, тут же вскакивая со своего места, легким рывком, замахиваясь и направляясь в сторону девушки. От подобного рывка на лице старика разыгралась улыбка, ведь, кажется, приказ был выполнен. А сама же Айз растерялась. Конечно же, это также не отдалось на её лице удивлением. Более того, пока парень сокращалась дистанцию, девушка успела сделать шаг в сторону и встретить юношу аналогичным рывком.. Важно отметить, что когда девушка только начала двигаться, юноша уже прошел половину дистанции, предположим, метр.. И пока она уже сближалась, парень с дубинкой успел "пролететь" жалкие пару сантиметров... Иными словами - блондинка оказалась многократно быстрее своего оппонента, ведь подобный трюк, пускай и был замечен, но мужчина, в полете, противопоставить уже, к сожалению, ничего не смог. Она ловко обошла его по праву сторону, полоснув того по бедру, а затем, плавными и уже неторопливыми шагами остановилась позади соперника, апатично наблюдая за тем, как из него течет кровь.
От подобного действа все, буквально, раскрыли рты. Скорость, с которой передвигалась мадемуазель, была, мягко говоря, дикой и непривычно несправедливой. Настолько, что сам же соперник даже не успел сообразить, что произошло и лишь встал на одно колено, находясь в замешательстве.
— К..ак? — прошипел сквозь зубы дубинчастый молодой человек.
— Я.. — снова, не зная как ответить и что, в общем-то, ответить, девушка лишь опустила глазки к полу, покинув сей бренный мир в мир грез и фантазий.
— Как, говоришь, твое имя? — как-то уж без лишнего азарта или возбуждения, спокойно и несколько угрюмо, спросил старикан, чем и заслужил на себе взгляд желтоглазки
— Младший - лейтенант Айз Валленштайн! — гордо представилась та, уже, будто бы, будучи рада от разговора. Кажется, будто хоть на что-то она смогла ответить в этом всем безумии.
В свою очередь старший офицер лишь выдохнул и, взглянув на парня, который вот уже встает с колена, кивнул ему, мол продолжай. А тот, конечно же, развернулся и рванул на девушку, снова...
Замешательство! Как это? Разве поединок не до первого попадания? Почему сия дуэль продолжается? Что происходит? Так много вопросов, а отвечать то и некогда, ведь на неё уже замахиваются дубинкой...
— "Вот дура!" — укоризненно фыркнула та про себя, оставаясь такой же рассеянной и напуганной во внешнем облике.
Вот офицер протягивает руку, указывая на место грядущей дуэли, зазывая девушку подойти туда. Конечно, ей хотелось бы что-то возразить, от чего правая рука непроизвольно потянулась к груди, а она было хотела что-то сказать, но тут же мысли перехватили затею, где Айз таки приняла неизбежную роль манекена для того паренька, по всей видимости, также младшего - лейтенанта. Все просто и прозрачно, ведь если бы у неё была возможность отказать старшему по званию, её, хотя - бы, спросили мнения. Собственного.
Томно выдохнув, она сделала несколько неторопливый шагов вперед и поклонилась, в привычном стиле реверанса, затем обнажила свою шпагу и направила в сторону своего оппонента...
— Простите... — лишь, наверняка, с необычайным трудом сказала девушка, отставив правую ногу назад, чем намекая на то, что готова к бою.
— И ты меня прости, у меня приказ. — твердо и уверенно, взмахнув битой, кивнул в ответ парень, тут же вскакивая со своего места, легким рывком, замахиваясь и направляясь в сторону девушки. От подобного рывка на лице старика разыгралась улыбка, ведь, кажется, приказ был выполнен. А сама же Айз растерялась. Конечно же, это также не отдалось на её лице удивлением. Более того, пока парень сокращалась дистанцию, девушка успела сделать шаг в сторону и встретить юношу аналогичным рывком.. Важно отметить, что когда девушка только начала двигаться, юноша уже прошел половину дистанции, предположим, метр.. И пока она уже сближалась, парень с дубинкой успел "пролететь" жалкие пару сантиметров... Иными словами - блондинка оказалась многократно быстрее своего оппонента, ведь подобный трюк, пускай и был замечен, но мужчина, в полете, противопоставить уже, к сожалению, ничего не смог. Она ловко обошла его по праву сторону, полоснув того по бедру, а затем, плавными и уже неторопливыми шагами остановилась позади соперника, апатично наблюдая за тем, как из него течет кровь.
От подобного действа все, буквально, раскрыли рты. Скорость, с которой передвигалась мадемуазель, была, мягко говоря, дикой и непривычно несправедливой. Настолько, что сам же соперник даже не успел сообразить, что произошло и лишь встал на одно колено, находясь в замешательстве.
— К..ак? — прошипел сквозь зубы дубинчастый молодой человек.
— Я.. — снова, не зная как ответить и что, в общем-то, ответить, девушка лишь опустила глазки к полу, покинув сей бренный мир в мир грез и фантазий.
— Как, говоришь, твое имя? — как-то уж без лишнего азарта или возбуждения, спокойно и несколько угрюмо, спросил старикан, чем и заслужил на себе взгляд желтоглазки
— Младший - лейтенант Айз Валленштайн! — гордо представилась та, уже, будто бы, будучи рада от разговора. Кажется, будто хоть на что-то она смогла ответить в этом всем безумии.
В свою очередь старший офицер лишь выдохнул и, взглянув на парня, который вот уже встает с колена, кивнул ему, мол продолжай. А тот, конечно же, развернулся и рванул на девушку, снова...
Замешательство! Как это? Разве поединок не до первого попадания? Почему сия дуэль продолжается? Что происходит? Так много вопросов, а отвечать то и некогда, ведь на неё уже замахиваются дубинкой...
Меня зовут Винсент О'Брайан и я убийца по найму. Мужчины или женщины, дети или старики - устраняю людей всех классов и возрастов. Моё дело - успешно удовлетворить злые помыслы моего заказчика и получить за это хороший чек. После полуночи я выдвигаюсь в долгий путь, чтобы устранить каждую из десяти целей, заказанных мне служащими правительства, обычными бизнесменами и воротилами преступного мира. Я должен буду проехать через десять островов, устранить десять целей и остаться живым, чтобы забрать причитающиеся мне деньги. Дальнейшие планы просты: скопив достаточно средств, я отправлюсь на Гранд Лайн и займусь добычей покрупнее.
В первом томике моего дневника убийцы будет, как вы уже догадались, ровно десять глав, с первой из которых спешу ознакомить вас немедленно. Эта история так же холодна, как женское сердце, и скучна не менее, чем старый философ, сеющий мнениями перед скопищем молодых учеников.
Оставайтесь терпимыми до конца. Слов не выбираю, не приукрашиваю события и пишу всё так, как видел собственными глазами. Поэтому в очередном приступе тошноты, который достанет, вероятно, самых юных из читателей моих чёрных мемуаров, прошу аплодировать стоя. Если не за чистую работу, так хоть за предельную честность.
В первом томике моего дневника убийцы будет, как вы уже догадались, ровно десять глав, с первой из которых спешу ознакомить вас немедленно. Эта история так же холодна, как женское сердце, и скучна не менее, чем старый философ, сеющий мнениями перед скопищем молодых учеников.
Оставайтесь терпимыми до конца. Слов не выбираю, не приукрашиваю события и пишу всё так, как видел собственными глазами. Поэтому в очередном приступе тошноты, который достанет, вероятно, самых юных из читателей моих чёрных мемуаров, прошу аплодировать стоя. Если не за чистую работу, так хоть за предельную честность.
Часть первая. Лилиана Джонс.
Сегодня утром я прибыл на место. Дорога выдалась длинной и безвкусной. Матросы, вышедшие из простонародья, были скучны на разговор и выглядели прескверно: сухое тело, впалые щёки, гнилые зубы. Очень неприятные люди. Капитан же здорово от них отличался: тяжелый взгляд, густые усы над провалившейся верхней губой, благородная челюсть. Я представился ему Майклом Стюартом - путешественником-любителем, решившим объехать родной океан и ознакомиться с его культурой перед скорой смертью от лейкемии. Рассказал о большой семье и двухэтажном домике близ пристани в небольшой деревеньке Рэдскай, что пролегает на перекрестии островов ближе к северной границе, о страсти к рыбалке и любимой собаке по кличке Чак. Ни деревни с таким названием, ни перекрещенных островов на севере, ни всего остального, разумеется, никогда не существовало, но капитан об этом не знал и поверил мне на слово. Печально, но вся его жизнь - Сизифов труд: он знает путь от точки А к точке Б и никогда не бывает завлечен в свободное плавание. Выглядел я, к тому же, довольно убедительно: ссутуленная спина, покатые плечи; толстые пальцы, одаренные старческим тремором; жидкая копна белоснежной седины, зачёсанная к макушке и прикрытая соломенной панамой; новенькие очки в роговой оправе, что крепко сидели на вдавленной переносице; розовая рубашка поло с изображением белых пальм и старые джинсовые шорты, масляные от грязи. Видок как у типичного старого рыбака, что-то заработавшего на жизнь. Ну или как у торговца сувенирами. Слышал, кстати, обувь многое говорит о человеке - надел кожаные сандалии. Да настолько простые, что приобрести такие можно на любом рынке мира. Напускная болтливость, весёлый голос с хрипотцой, не спадающая с лица добродушная улыбка и капля уверенности в собственном жизненном опыте - и этого достаточно, чтобы обдурить команду простых моряков, донельзя замученных рутинными перевозками.
Кок - к моему счастью - на этой посудине отсутствовал: путь туда и обратно не занимал у парней много времени. Питались, судя по всему, домашним. Некоторые - такие люди есть везде - выкручивались на месте и занимались рыбалкой, поджаривая улов на миниатюрных компактных плитках, которые можно брать и в походы, и возить с собой. Я был не из таких - тоже ступил на борт с запасами, купленными мною в одном из пляжных ресторанчиков за несколько часов до выхода в море. Перед этим намеренно заказал жюльен, мясо по-французски и графин вишнёвого сока. Негоже отправляться в путь на пустой желудок. Чувство голода отвратительно - и нет для меня ничего хуже, чем утробные завывания. Десяток жаренных онигири - очень вкусных - и небольшая баночка с малиновым морсом стали моим обедом уже на шхуне. И пусть я уничтожил свой ленч ещё в начале пути, есть мне не хотелось до самого прибытия: на борту стояла такая вонь, что свалила бы стаю скунсов.
Вот так, разбитый физически, но весьма сытый, я ступил на дощатый порт. Привет, Иллусия.
Внимания на меня обратили немного - перекинувшись приветствиями и парой светских фраз, рабочие порта и матросы скооперировались для быстрой и ловкой разгрузки провизии. Складское помещение в паре десятков метров от берега, ветхое и совсем не похожее на городской склад, было заставлено пустыми ящиками и коробками. Вероятно, на контейнерах экономят - по нескольку раз используют одну и ту же тару, что весьма обычно для людей местного уровня жизни. Пока докуривал, приметил хорошую парусную лодку на четверых человек, используемую, судя по обилию удочек и снастей на корме, в рыболовных целях. Таких было несколько, но эта показалась мне наиболее крепкой: выполнена в красных тонах, без изломов и ссадин. Надо будет поговорить с докерами, когда расположусь в какой-нибудь из гостиниц: саквояж довольно тяжелый. Идти, впрочем, недалеко.
Сегодня утром я прибыл на место. Дорога выдалась длинной и безвкусной. Матросы, вышедшие из простонародья, были скучны на разговор и выглядели прескверно: сухое тело, впалые щёки, гнилые зубы. Очень неприятные люди. Капитан же здорово от них отличался: тяжелый взгляд, густые усы над провалившейся верхней губой, благородная челюсть. Я представился ему Майклом Стюартом - путешественником-любителем, решившим объехать родной океан и ознакомиться с его культурой перед скорой смертью от лейкемии. Рассказал о большой семье и двухэтажном домике близ пристани в небольшой деревеньке Рэдскай, что пролегает на перекрестии островов ближе к северной границе, о страсти к рыбалке и любимой собаке по кличке Чак. Ни деревни с таким названием, ни перекрещенных островов на севере, ни всего остального, разумеется, никогда не существовало, но капитан об этом не знал и поверил мне на слово. Печально, но вся его жизнь - Сизифов труд: он знает путь от точки А к точке Б и никогда не бывает завлечен в свободное плавание. Выглядел я, к тому же, довольно убедительно: ссутуленная спина, покатые плечи; толстые пальцы, одаренные старческим тремором; жидкая копна белоснежной седины, зачёсанная к макушке и прикрытая соломенной панамой; новенькие очки в роговой оправе, что крепко сидели на вдавленной переносице; розовая рубашка поло с изображением белых пальм и старые джинсовые шорты, масляные от грязи. Видок как у типичного старого рыбака, что-то заработавшего на жизнь. Ну или как у торговца сувенирами. Слышал, кстати, обувь многое говорит о человеке - надел кожаные сандалии. Да настолько простые, что приобрести такие можно на любом рынке мира. Напускная болтливость, весёлый голос с хрипотцой, не спадающая с лица добродушная улыбка и капля уверенности в собственном жизненном опыте - и этого достаточно, чтобы обдурить команду простых моряков, донельзя замученных рутинными перевозками.
Кок - к моему счастью - на этой посудине отсутствовал: путь туда и обратно не занимал у парней много времени. Питались, судя по всему, домашним. Некоторые - такие люди есть везде - выкручивались на месте и занимались рыбалкой, поджаривая улов на миниатюрных компактных плитках, которые можно брать и в походы, и возить с собой. Я был не из таких - тоже ступил на борт с запасами, купленными мною в одном из пляжных ресторанчиков за несколько часов до выхода в море. Перед этим намеренно заказал жюльен, мясо по-французски и графин вишнёвого сока. Негоже отправляться в путь на пустой желудок. Чувство голода отвратительно - и нет для меня ничего хуже, чем утробные завывания. Десяток жаренных онигири - очень вкусных - и небольшая баночка с малиновым морсом стали моим обедом уже на шхуне. И пусть я уничтожил свой ленч ещё в начале пути, есть мне не хотелось до самого прибытия: на борту стояла такая вонь, что свалила бы стаю скунсов.
Вот так, разбитый физически, но весьма сытый, я ступил на дощатый порт. Привет, Иллусия.
Внимания на меня обратили немного - перекинувшись приветствиями и парой светских фраз, рабочие порта и матросы скооперировались для быстрой и ловкой разгрузки провизии. Складское помещение в паре десятков метров от берега, ветхое и совсем не похожее на городской склад, было заставлено пустыми ящиками и коробками. Вероятно, на контейнерах экономят - по нескольку раз используют одну и ту же тару, что весьма обычно для людей местного уровня жизни. Пока докуривал, приметил хорошую парусную лодку на четверых человек, используемую, судя по обилию удочек и снастей на корме, в рыболовных целях. Таких было несколько, но эта показалась мне наиболее крепкой: выполнена в красных тонах, без изломов и ссадин. Надо будет поговорить с докерами, когда расположусь в какой-нибудь из гостиниц: саквояж довольно тяжелый. Идти, впрочем, недалеко.
Перед глазами, стоило вскарабкаться по спуску, ведущему к берегу, раскрылась небольшая площадь, усеянная саманными домиками, ничем не примечательными как внешне, так и внутренне. В последнем я убедился, просто взглянув на грузчиков. Безынтересный пейзаж. Лишь только высокое строение в следующем квартале и небольшая вывеска, приколоченная над дверью, заставляют меня подойти ближе. Либо магазин, либо гостиница. Точно не бар. К чему в малонаселенном пункте двухэтажный бар? Разве что хозяин живёт на втором этаже, работая на первом. Перспективы жизни в баре безрадостны. С другой стороны, если здесь, как и в других деревнях, все друг с другом знакомы, проблем можно избежать: заснёшь под вечный шум отдыхающих - спи спокойно. Никто не ткнёт тебя ножом в грудь.
Считаю нужным похвастаться: до порога дошёл безупречно чисто. Приходилось намеренно шагать медленнее, нет, даже ковылять, чтобы не сорвать образ перед потенциальными зрителями. Вывеска, которую я приметил ещё издали, порадовала: "Лилиана Джонс". Мотель.
Мотель в деревне. Что может быть лучше? Я спешно вошёл внутрь. Говорить начал не просто незамедлительно, а беспардонно рано. Двери ещё не открылись, а я уже заканчиваю анекдот. Да, дерзко, но мне пришлось выхватить преимущество из рук взрослой хозяйки, сидящей за столиком напротив, чтобы лишить её возможности опередить меня в праве за штурвал. Голубые глаза, убитые давним горем, выразительные ключицы и чёрные, точно ночь, волосы - она напоминала мне приведение невесты в одном из выпусков журнала со страшными историями. Назывался, кажется, "Байки для взрослых". Шутка удалась и я-таки заставил её улыбнуться. В общем, говорить приходилось много и не всегда по делу, - старых людей часто заносит - но номер я всё-таки выкупил и на несколько дней вперёд обеспечил себе убежище. Не скажу, что халупа меня устроила, но обычному человеку, такому, как Майкл Стюарт, жилось бы в ней без труда. Попав внутрь, я в строгой последовательности запер дверь, закрыл все окна и задернул шторы. Ещё не хватало, чтобы детки подсмотрели, чем я здесь занимаюсь. Саквояж упал на кровать, щёлкнули кнопки, стягивающие его, и раскрылись темные недра, полные всего, что может понадобиться, когда я выйду за целью:
В первую очередь вооружился косметическими инструментами, расположившись перед умывальным зеркалом. В течение дороги грим сильно облез: слой искусственной кожи выглядел совсем нелепо, напоминая мокрое тесто, ожидающее своего времени залететь в печь; с волосами, как я заметил, тоже была беда: они с концами провалились под грим и слиплись в отвратительный ком. Мне очень повезло скрыть это безобразие за панамой, иначе проблем было бы не избежать. Тонкий слой пудры на открытой части рук и ног увлажнился и стал собираться в маленькие полупрозрачные шарики, которые, забавы ради, я сначала скатывал и выбрасывал в сторону, и лишь затем смывал. Иными словами - удача действительно любила меня безумно, раз никто из местных не задался вопросом, что со мной не так. Важный элемент умывания - аккуратно срезал с себя искусственное лицо; с помощью мокрого полотенца снял клей. Дело оставалось за малым - принять ванну, в которой я утоп на следующие несколько часов, и занять себя подготовкой. Воду я тратил бессовестно: пришлось набрать три ванны подряд, чтобы утолить все потребности. На третий раз, когда тело было уже чистым, позволил себе и покурить, и полежать в горячей воде, и дать утомленному телу отойти от долгой дороги. Это расслабило меня. Расслабило до такой степени, что после процедур я вздремнул пару часов в объятиях двуспальной кровати, удобство которой пусть и оценил скверно, но, тем не менее, проблем со сном не испытал.
Точно помню, разбудил меня мерзкий птичий крик. Часовая стрелка на часах, приколоченных к стене напротив, говорила о том, что уже полдень, а значит, пора было собираться. Умылся наскоро, но потратил приличное количество времени, чтобы восстановить прежний облик престарелого авантюриста-смертника.
Считаю нужным похвастаться: до порога дошёл безупречно чисто. Приходилось намеренно шагать медленнее, нет, даже ковылять, чтобы не сорвать образ перед потенциальными зрителями. Вывеска, которую я приметил ещё издали, порадовала: "Лилиана Джонс". Мотель.
Мотель в деревне. Что может быть лучше? Я спешно вошёл внутрь. Говорить начал не просто незамедлительно, а беспардонно рано. Двери ещё не открылись, а я уже заканчиваю анекдот. Да, дерзко, но мне пришлось выхватить преимущество из рук взрослой хозяйки, сидящей за столиком напротив, чтобы лишить её возможности опередить меня в праве за штурвал. Голубые глаза, убитые давним горем, выразительные ключицы и чёрные, точно ночь, волосы - она напоминала мне приведение невесты в одном из выпусков журнала со страшными историями. Назывался, кажется, "Байки для взрослых". Шутка удалась и я-таки заставил её улыбнуться. В общем, говорить приходилось много и не всегда по делу, - старых людей часто заносит - но номер я всё-таки выкупил и на несколько дней вперёд обеспечил себе убежище. Не скажу, что халупа меня устроила, но обычному человеку, такому, как Майкл Стюарт, жилось бы в ней без труда. Попав внутрь, я в строгой последовательности запер дверь, закрыл все окна и задернул шторы. Ещё не хватало, чтобы детки подсмотрели, чем я здесь занимаюсь. Саквояж упал на кровать, щёлкнули кнопки, стягивающие его, и раскрылись темные недра, полные всего, что может понадобиться, когда я выйду за целью:
В первую очередь вооружился косметическими инструментами, расположившись перед умывальным зеркалом. В течение дороги грим сильно облез: слой искусственной кожи выглядел совсем нелепо, напоминая мокрое тесто, ожидающее своего времени залететь в печь; с волосами, как я заметил, тоже была беда: они с концами провалились под грим и слиплись в отвратительный ком. Мне очень повезло скрыть это безобразие за панамой, иначе проблем было бы не избежать. Тонкий слой пудры на открытой части рук и ног увлажнился и стал собираться в маленькие полупрозрачные шарики, которые, забавы ради, я сначала скатывал и выбрасывал в сторону, и лишь затем смывал. Иными словами - удача действительно любила меня безумно, раз никто из местных не задался вопросом, что со мной не так. Важный элемент умывания - аккуратно срезал с себя искусственное лицо; с помощью мокрого полотенца снял клей. Дело оставалось за малым - принять ванну, в которой я утоп на следующие несколько часов, и занять себя подготовкой. Воду я тратил бессовестно: пришлось набрать три ванны подряд, чтобы утолить все потребности. На третий раз, когда тело было уже чистым, позволил себе и покурить, и полежать в горячей воде, и дать утомленному телу отойти от долгой дороги. Это расслабило меня. Расслабило до такой степени, что после процедур я вздремнул пару часов в объятиях двуспальной кровати, удобство которой пусть и оценил скверно, но, тем не менее, проблем со сном не испытал.
Точно помню, разбудил меня мерзкий птичий крик. Часовая стрелка на часах, приколоченных к стене напротив, говорила о том, что уже полдень, а значит, пора было собираться. Умылся наскоро, но потратил приличное количество времени, чтобы восстановить прежний облик престарелого авантюриста-смертника.
Так что на улицу вышел в полной уверенности в своих силах и с навешанным на шею биноклем, привезённым мною, очевидно, для дистанционного наблюдения. Ах да, объект наблюдения... Моя первая цель - Джон Дуглас. Тридцать лет, среднего роста, плотного телосложения. Насильник, убийца, грабитель. Ожог на правой половине лица, тянущийся от нижнего века и до губы, длинные чёрные волосы, зачастую собранные в хвост, козлиная бородка и едко-зеленый цвет глаз. Вооружен шпагой; левша; никогда не остаётся один. Согласно слухам, которые мне довелось собрать, пока я шнырял по деревне, его бравая команда оккупировала одну из местных пещер и устроила в ней лагерь. Пещера находилась в селении по соседству, до которой меня довёз дружелюбный юноша, поставляющий рыбу - удобно быть стариком - и располагалась неподалеку от берега. Наблюдал я за ней, затаившись в лесу, и сразу же сделал несколько выводов: банда расположилась на возвышенности и вела караул. Вход в пещеру охраняли несколько вооруженных человек - и не абы каких- весьма способные. По крайней мере, стрелять они умеют не хуже меня. Обычно мне хватает взгляда, чтобы определить, на что годен стрелок, и этот случай был не исключением. Предполагаю, внутри ещё около сотни, включая самого Дугласа и его близких помощников - уж слишком велика пещера. Набросился на меня и вопрос о питании. Маловероятно, что кто-то из бандитов под покровом ночи спускается в деревню, чтобы взять провизию через левые руки. Скорее всего, всё с точностью да наоборот. Но кто? Кому это выгодно? Почему никто из деревни этого не видел? А если и видели, почему дозор по-прежнему не составил план наступления? Да, я могу понять, что действовать напрямую будет опрометчиво, ведь на таком маленьком острове у дозора недостаточно вооружения, чтобы быстро и смело смести банду изнутри и рассадить всех за решётки. К тому же, у бандитов выгодная позиция на местности и выкуривать их оттуда придётся долго и путём многочисленных жертв с обеих сторон. Можно было бы подорвать пещеру и разом убить всех, но в таком случае, Иллусия распрощается с одним из источников пресной воды. Значит ли это, что нужно бездействовать? Вовсе нет. Поэтому я решил продолжить ревизию и докопаться до истины, чтобы продумать наиболее верный план действия и обойтись без лишних проблем. Направляюсь в рюмочные. Алкоголь не употребляю, поэтому избавьтесь от клишированных предположений.
Часть вторая. Майкл Стюарт.
Я задержался. Голубое небо озарил красный закат. Начало холодать, люди поспешили разойтись по домам. Перекусив в местной забегаловке большой порцией тонкацу, якисоба и горячим шоколадом, я пошёл к берегу, где долго курил сигареты и смотрел на море. Подумать только, узнал всего ничего. Придётся возвращаться домой с пустыми руками. Добрых юношей, перевозящих рыбу, на сей раз не оказалось, и пошёл я пешком. Дорога заняла около часа, так что прибыл к своему номеру я уже в потемках. Выглядел, не сомневаюсь, отвратительно. Хорошо, что остановился в мотеле и снова пересекаться с хозяйкой не требовалось.
На санфаянсовую гладь раковины вновь попадали ошмётки изжившего себя грима и тонкие пряди искусственных волос. Я смотрел на себя в зеркало и нисколько не жалел, что трачу целое состояние на качественный материал: в обратном случае, после стольких лет использования грима моя кожа превратилась бы в сплошную гангрену. Дальше - ванные процедуры, несколько сигарет и твёрдая кровать в углу. Вот только заснуть мне не удавалось. Я старался поставить себя на место Дугласа и разгадать загадку, подсказок к которой найти так и не смог. Перебирал сценарий за сценарием, но ни один не был настолько убедительным, как последний, ударивший в мою голову перед самым рассветом - портовый склад. Я вспомнил, что перед каждым из портов присутствует склад, куда докеры сгружают провизию и впоследствии распространяют по острову. Порт есть в каждой деревне. Склад, следовательно, тоже.
Соскочив с кровати и потянувшись за тетрадью и карандашом, в порывах, которые, наверное, возникают только у людей творческих, я стал составлять приблизительный, кривой план острова, чтобы визуализировать всевозможные идеи транспортировки груза непосредственно к пещере. В течение следующих сорока минут клетчатый лист бумаги залило сумбурными штрихами, пересекающими геометрически точные абрисы границ острова, деревень, домов и дорог. Я пришёл к выводу, что выходов из положения у Дугласа было немного. Самые очевидные: морские передачи в другой точке координат или же наглая перевозка провизии на повозках. Организм наполнился энергией, спать совсем не хотелось. Снова примерив грим, вооружившись биноклем и взяв с собой немного наличных, я вышел из дома в седьмой часу утра, достигнув нужной деревни уже в девятом. В течение всего пути я только и делал, что размышлял о возможностях, которые Дуглас организовал для себя, используя морской склад. Посчитал нужным заглянул в кафе, где оплатил себе английский завтрак, и двинулся дальше. По дороге задумался настолько, что споткнулся о камень, едва ли не упав лицом в пол. Бесчестная была бы смерть, проломи я себе череп о случайный камень.
Порт был гораздо дальше, чем я себе представлял, и склад подле него был далеко не таким ветхим, как тот, что встретился мне впервые. Я подошёл ближе. Из-за угла, мне навстречу, выкатился высокий и крепкий мужчина с бритой головой. Он был одет как докер и вёл себя как докер. За исключением правой руки, упрятанной в карман. Он не вынимал её до тех пор, пока мы разговаривали. Думаю, там был нож. Или что-то важное. Что-то, что я не должен был видеть. Я представился, объяснил лживую причину своего нахождения здесь, поругал за отсутствие манер и своевольно стал прогуливаться по территории порта, периодически стреляя взглядом на склад, что оказался закрыт за тяжелым замком на цепи. Прикурив сигарету, я подошёл к одной из лодок и предался несуществующим воспоминаниям о рыбалке со своим сыном, когда мы вдруг налетели на рифы и вплавь добирались до берега с пустыми сетями. Это рассмешило докера, но не сделало его более сговорчивым. В конце концов, оценив подступающую к диалогу неловкость, я с улыбкой обозвал докера молодым дураком, махнул рукой и неспешно возвратился обратно в деревню. На верном ли я пути?
Я задержался. Голубое небо озарил красный закат. Начало холодать, люди поспешили разойтись по домам. Перекусив в местной забегаловке большой порцией тонкацу, якисоба и горячим шоколадом, я пошёл к берегу, где долго курил сигареты и смотрел на море. Подумать только, узнал всего ничего. Придётся возвращаться домой с пустыми руками. Добрых юношей, перевозящих рыбу, на сей раз не оказалось, и пошёл я пешком. Дорога заняла около часа, так что прибыл к своему номеру я уже в потемках. Выглядел, не сомневаюсь, отвратительно. Хорошо, что остановился в мотеле и снова пересекаться с хозяйкой не требовалось.
На санфаянсовую гладь раковины вновь попадали ошмётки изжившего себя грима и тонкие пряди искусственных волос. Я смотрел на себя в зеркало и нисколько не жалел, что трачу целое состояние на качественный материал: в обратном случае, после стольких лет использования грима моя кожа превратилась бы в сплошную гангрену. Дальше - ванные процедуры, несколько сигарет и твёрдая кровать в углу. Вот только заснуть мне не удавалось. Я старался поставить себя на место Дугласа и разгадать загадку, подсказок к которой найти так и не смог. Перебирал сценарий за сценарием, но ни один не был настолько убедительным, как последний, ударивший в мою голову перед самым рассветом - портовый склад. Я вспомнил, что перед каждым из портов присутствует склад, куда докеры сгружают провизию и впоследствии распространяют по острову. Порт есть в каждой деревне. Склад, следовательно, тоже.
Соскочив с кровати и потянувшись за тетрадью и карандашом, в порывах, которые, наверное, возникают только у людей творческих, я стал составлять приблизительный, кривой план острова, чтобы визуализировать всевозможные идеи транспортировки груза непосредственно к пещере. В течение следующих сорока минут клетчатый лист бумаги залило сумбурными штрихами, пересекающими геометрически точные абрисы границ острова, деревень, домов и дорог. Я пришёл к выводу, что выходов из положения у Дугласа было немного. Самые очевидные: морские передачи в другой точке координат или же наглая перевозка провизии на повозках. Организм наполнился энергией, спать совсем не хотелось. Снова примерив грим, вооружившись биноклем и взяв с собой немного наличных, я вышел из дома в седьмой часу утра, достигнув нужной деревни уже в девятом. В течение всего пути я только и делал, что размышлял о возможностях, которые Дуглас организовал для себя, используя морской склад. Посчитал нужным заглянул в кафе, где оплатил себе английский завтрак, и двинулся дальше. По дороге задумался настолько, что споткнулся о камень, едва ли не упав лицом в пол. Бесчестная была бы смерть, проломи я себе череп о случайный камень.
Порт был гораздо дальше, чем я себе представлял, и склад подле него был далеко не таким ветхим, как тот, что встретился мне впервые. Я подошёл ближе. Из-за угла, мне навстречу, выкатился высокий и крепкий мужчина с бритой головой. Он был одет как докер и вёл себя как докер. За исключением правой руки, упрятанной в карман. Он не вынимал её до тех пор, пока мы разговаривали. Думаю, там был нож. Или что-то важное. Что-то, что я не должен был видеть. Я представился, объяснил лживую причину своего нахождения здесь, поругал за отсутствие манер и своевольно стал прогуливаться по территории порта, периодически стреляя взглядом на склад, что оказался закрыт за тяжелым замком на цепи. Прикурив сигарету, я подошёл к одной из лодок и предался несуществующим воспоминаниям о рыбалке со своим сыном, когда мы вдруг налетели на рифы и вплавь добирались до берега с пустыми сетями. Это рассмешило докера, но не сделало его более сговорчивым. В конце концов, оценив подступающую к диалогу неловкость, я с улыбкой обозвал докера молодым дураком, махнул рукой и неспешно возвратился обратно в деревню. На верном ли я пути?
Да, на верном. Несколько часов подряд, скрываясь в ближайшей чащобе, я наблюдал за портом через бинокль. Докер бездельничал, потом приветствовал возвратившихся на лодке рыбаков. Склад, наконец, открыли, но я не мог заглянуть внутрь, поскольку находился в тылу. Внутрь погрузили бочку с рыбой, но изнутри ничего не выносили. Остальное же оставили простывать на улице. Время уже перевалило за полдень, но потребности ни в еде, ни в воде, я пока не чувствовал. После разговора с докером я крепко подкрепился большой порцией супа-пюре с грибами и красной рыбой. В заведениях меня всегда встречали с неподдельной радостью - я оставлял хорошие суммы. Качество блюд, конечно, удручало, поэтому я не столько смаковал их вкус, сколько забивал себе желудок, чтобы не чувствовать тяжести голода; выбирал всё самое калорийное. Тем не менее, я бы не отказался перекусить чем-нибудь лёгким, пока наблюдаю. Жаль, что под рукой ничего не было. А может и к счастью. Знаете, всегда ем как проклятый, когда выслеживаю добычу.
Вернулся домой я в начале третьего часа дня. Смыл грим, принял ванну и немного поспал. Я понял, что в кармане у докера был ключ от склада, и сделал вывод, что с этим складом что-то не так. Во-первых, по качеству он был значительно лучше, чем любое строение в двух из деревень, в которых я побывал. Во-вторых, докер был настолько подозрительным, что в какой-то момент я пожалел, что не взял с собой пистолет. В-третьих, я просто хотел проверить, не обманывает ли меня моя профессиональная интуиция.
Было решено попытаться проникнуть в склад ночью, поэтому всё оставшееся я время потратил на тщательную подготовку к вылазке. Не стану описывать её в деталях и укажу лишь ключевые моменты:
Стрелять пока не собирался, но на всякий случай извлёк из глубин саквояжа мой серебристый "Migräne XS-269". Разобрал его, протёр, смазал и собрал вновь. Мой верный друг, спасавший меня бесчисленное количество раз за мою долгую жизнь, казалось, не старел вовсе. Он удобно сидел в руке, отличался небольшими размерами - как и любой карманный пистолет - был практически беззвучен, но располагал магазином всего на три патрона. Это делало пистолет значительно легче и меньше, в то время как небольшой магазин компенсировал довольно большой для карманного пистолета калибр.
Проверив целостность патронов, зарядив ствол и поставив его на предохранитель, я положил его на журнальный столик перед кроватью. Вскоре, справа от пистолета, оказался бинокль, ручной фонарик, многофункциональный нож и патронный бокс на двадцать пять штук. Небольшой, размером с ладонь. Неизвестно, что может произойти, верно? - поэтому подготовиться лучше основательно.
Вернулся домой я в начале третьего часа дня. Смыл грим, принял ванну и немного поспал. Я понял, что в кармане у докера был ключ от склада, и сделал вывод, что с этим складом что-то не так. Во-первых, по качеству он был значительно лучше, чем любое строение в двух из деревень, в которых я побывал. Во-вторых, докер был настолько подозрительным, что в какой-то момент я пожалел, что не взял с собой пистолет. В-третьих, я просто хотел проверить, не обманывает ли меня моя профессиональная интуиция.
Было решено попытаться проникнуть в склад ночью, поэтому всё оставшееся я время потратил на тщательную подготовку к вылазке. Не стану описывать её в деталях и укажу лишь ключевые моменты:
Стрелять пока не собирался, но на всякий случай извлёк из глубин саквояжа мой серебристый "Migräne XS-269". Разобрал его, протёр, смазал и собрал вновь. Мой верный друг, спасавший меня бесчисленное количество раз за мою долгую жизнь, казалось, не старел вовсе. Он удобно сидел в руке, отличался небольшими размерами - как и любой карманный пистолет - был практически беззвучен, но располагал магазином всего на три патрона. Это делало пистолет значительно легче и меньше, в то время как небольшой магазин компенсировал довольно большой для карманного пистолета калибр.
Проверив целостность патронов, зарядив ствол и поставив его на предохранитель, я положил его на журнальный столик перед кроватью. Вскоре, справа от пистолета, оказался бинокль, ручной фонарик, многофункциональный нож и патронный бокс на двадцать пять штук. Небольшой, размером с ладонь. Неизвестно, что может произойти, верно? - поэтому подготовиться лучше основательно.
Вот, снова стою перед зеркалом. Снова вижу эти глубокие чёрные глаза, которые, уже через секунду, накроют голубые линзы. Кисть ведёт вдоль морщин и оставляет за собой смуглый прочерк новой кожи. Майкл Стюарт, значит? Пожалуй, самая нелюбимая роль из всех, что мне доводилось играть.
Ближе к выходу я снова закурил. Сидел и ждал, когда стрелка на часах пробьёт полночь. Пистолет был упрятан за поясом моих шорт, нож удобно разместился в правом кармане. Фонарик? В наружным отделении моей рубашки. Бокс с патронами? В маленьком мешочке, привязанный к ремню.
До полуночи оставалось ещё пятнадцать минут и по какой-то неясной причине меня потянуло выйти из дома и направиться в путь немедленно.
Сквозь сгустки ночной темноты и холодные ветра, промораживающие кожу на руках и ногах, я сократил путь через лес. Спустя полчаса до пещеры мне оставалось пройти ещё несколько сотен метров. Издали заметил, как тусклые лампы освещают складское помещение, и что поблизости никого нет. Ужасные новости. Раз никого нет, значит, человека, у которого бы я мог взять ключ, не будет, и чтобы открыть замок, да такой большой и тяжелый, придётся его ломать. Умел ли я взламывать замки? Нет. Более того, никогда не прикасался к отмычке. Хотел ли навести шуму в ночной тишине и привлечь к себе внимание? Отнюдь. Значит положение можно расценивать как трудное и требуется хорошо проанализировать его в голове, чтобы найти решение. Тогда-то мне и вспомнилось, что дома на этом острове саванные. Саван - основа всех глиняных строений. Саванные блоки мягкие и хрупкие. Этим-то я и воспользуюсь.
Точно охотник, подбирающийся к потерявшему бдительность зайцу, я медленно выудил из кармана нож. Указательный палец, надавив на металлическую пластину, вывел к лезвию небольшую пилу с острыми зубьями, длина которой едва ли превышала длину самого ножа. Несколько раз оглянувшись по сторонам, я аккуратно подобрался к складской двери, поднёс пилу к креплениям и с такой скоростью, словно никуда и не спешил, начал отпиливать их от хрупких глиняных блоков. На верхние и нижние крепления ушло по пять минут, после чего, скрипнув, дверь примкнула к земле и я смог отвести её в сторону, чтобы пробраться внутрь. Так и знал, что получится. Пилу, правда, придётся подточить. Что было внутри? Внутри было темно. Настолько темно, что я не решился сделать и шага вперёд, пока не спрятал нож обратно и не достал фонарь. С характерным щелчком из стеклянной орбиты моего осветительного прибора взмыл широкий луч белого света, упавший на пустые ящики, мешки с зерном и бочки, полные льда и рыбы. Усеянный соломой пол держал на себе три ряда деревянных полок, на которые водрузили мешки с зерном и овощи, чтобы спасти их от вечно голодных мышей и крыс. Склад был непримечателен. И не за что было зацепиться, пока я не прошёл вперёд. Подошва моей сандалии коснулась чего-то изогнутого и, обратив свет к полу и растолкав солому ногой, я обнаружил погреб, который, очевидно, пытались скрыть. С усилием я потянул за люк и увидел лестницу - спустился вниз на одних ногах, мраморным взглядом своего фонаря освещая широкий подземный туннель, ведущий в далекое и темное нечто.
Ближе к выходу я снова закурил. Сидел и ждал, когда стрелка на часах пробьёт полночь. Пистолет был упрятан за поясом моих шорт, нож удобно разместился в правом кармане. Фонарик? В наружным отделении моей рубашки. Бокс с патронами? В маленьком мешочке, привязанный к ремню.
До полуночи оставалось ещё пятнадцать минут и по какой-то неясной причине меня потянуло выйти из дома и направиться в путь немедленно.
Сквозь сгустки ночной темноты и холодные ветра, промораживающие кожу на руках и ногах, я сократил путь через лес. Спустя полчаса до пещеры мне оставалось пройти ещё несколько сотен метров. Издали заметил, как тусклые лампы освещают складское помещение, и что поблизости никого нет. Ужасные новости. Раз никого нет, значит, человека, у которого бы я мог взять ключ, не будет, и чтобы открыть замок, да такой большой и тяжелый, придётся его ломать. Умел ли я взламывать замки? Нет. Более того, никогда не прикасался к отмычке. Хотел ли навести шуму в ночной тишине и привлечь к себе внимание? Отнюдь. Значит положение можно расценивать как трудное и требуется хорошо проанализировать его в голове, чтобы найти решение. Тогда-то мне и вспомнилось, что дома на этом острове саванные. Саван - основа всех глиняных строений. Саванные блоки мягкие и хрупкие. Этим-то я и воспользуюсь.
Точно охотник, подбирающийся к потерявшему бдительность зайцу, я медленно выудил из кармана нож. Указательный палец, надавив на металлическую пластину, вывел к лезвию небольшую пилу с острыми зубьями, длина которой едва ли превышала длину самого ножа. Несколько раз оглянувшись по сторонам, я аккуратно подобрался к складской двери, поднёс пилу к креплениям и с такой скоростью, словно никуда и не спешил, начал отпиливать их от хрупких глиняных блоков. На верхние и нижние крепления ушло по пять минут, после чего, скрипнув, дверь примкнула к земле и я смог отвести её в сторону, чтобы пробраться внутрь. Так и знал, что получится. Пилу, правда, придётся подточить. Что было внутри? Внутри было темно. Настолько темно, что я не решился сделать и шага вперёд, пока не спрятал нож обратно и не достал фонарь. С характерным щелчком из стеклянной орбиты моего осветительного прибора взмыл широкий луч белого света, упавший на пустые ящики, мешки с зерном и бочки, полные льда и рыбы. Усеянный соломой пол держал на себе три ряда деревянных полок, на которые водрузили мешки с зерном и овощи, чтобы спасти их от вечно голодных мышей и крыс. Склад был непримечателен. И не за что было зацепиться, пока я не прошёл вперёд. Подошва моей сандалии коснулась чего-то изогнутого и, обратив свет к полу и растолкав солому ногой, я обнаружил погреб, который, очевидно, пытались скрыть. С усилием я потянул за люк и увидел лестницу - спустился вниз на одних ногах, мраморным взглядом своего фонаря освещая широкий подземный туннель, ведущий в далекое и темное нечто.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 3 Гость(ей)