Мыс Гранд-лайн

- Солнышко, почему ты гуляешь одна в такое время? Тебе некуда идти? – к девочке обратилась весьма миловидная женщина. Опрятная, причесанная, а веяло от неё домашним уютом. Девица мысленно сравнила этот образ с описанием Хиро. И, кажется, это и есть их цель.

- Ну.. я только недавно приплыла. Не знаю, куда деться. – Птичка начала играть свою роль.
- А где твои родители?
- Их.. нет.
- Ты голодна, небось. Может, пойдем со мной? Голодной не останешься, заночуешь в теплой постельке, м?
- А можно? – девица сама удивилась, как хорошо ей удалось изобразить счастливую улыбку, скрывая страх.
- Конечно, милая. Я же предложила. Как тебя зовут?
- Санни. А вас?

Услышав имя девочки, женщина изменилась во взгляде на миг, однако сразу же вернула добрую улыбку.

- Джейн. Приятно познакомится, Санни!

По итогу птичка, следуя плану, согласилась погостить у этой самой Джейн. Женщина пыталась вести себя естественно, однако в её поведении проглядывалось что-то странное.
Они дошли до самого-самого края поселения. Обителью этой дамы был весьма опрятный одноэтажный домик. Пока слабо представлялось, где ей прятать бедных похищенных детей. Но раз уж есть шанс, дом надо обыскать.
Было страшно, а напарники пока не давали о себе знать. Сложилось впечатление, что девочка действует одна.

Войдя в дом, Джейн сразу же угостила девочку мясной похлебкой. Было довольно вкусно, к слову.

- Солнышко, можешь быть здесь сколько пожелаешь, - дама улыбнулась, - мне надо отойти по делам.
- Хорошо! – это то и нужно было девчонке.

Аккуратно выглянула в окно, чтобы удостоверится что женщина не вернется сразу, девочка начала обыск домика.
Внутри убрано, пахнет едой и уютом – если так посмотреть, то ничего подозрительного нет совсем. Дальше девчонка уже начала все аккуратно переворачивать и искать странности. Обязательно все ставила как было. Книгу вытянет, канделябр попробует повернуть – ну ничего. Будто бы и чиста женщина. Казалось, все чисто, но Санни обратила на звук шагов. Под ковриком пол звучал так, будто под ним пустота!
«Бинго» - подумалось птичке, после того, как она приподняла коврик. Девочка еще раз проверила нет ли кого на улице (на самом деле, она надеялась хоть издалека увидеть друзей). Удостоверившись, что рядом действительно никого, приподняла крышку подвала. Взгляду показалась каменная лесенка, довольно протоптанная, без всяких паутин. Кажется, ею пользовались достаточно часто.
Перед тем, как спустится, девочка зажгла свечку, чтобы хоть что-то видеть.
Теперь можно идти.
Внизу оказалось, есть длинный коридор, уходящий глубоко под землю. Кажется, подвал гораздо больше самого домика. Довольно странно.
Чем ниже девочка спускалась, тем страшнее было. Начал чувствоваться запах крови и трупов, становилось гораздо холоднее. Появилось ужасное…

Перед взором представилась картина, которую, наверное, не хотел бы видеть ни один нормальный человек. В сыром подвальном холоде хранились трупы тех самых несчастных детей, подвешенные за ноги. А на столе по центру «красовались» расчлененные останки маленькой девочки.
Это, кажется, еще надолго отпечатается в памяти маленькой девочки.
Чувство животного ужаса, отвращения, страха и гнева перемешались в один мерзкий коктейль, переместились ниже, к коленям, не забыв по пути перевернуть желудок (за этим последовала тошнота, а потом сразу рвота), ведь вместе с увиденным, пришло еще и осознание ЧЕМ девчонку накормила эта ведьма. Кроме всего этого, на стенах висели знамёна, которых птичка опасалась больше всего. Неужели эта женщина как-то причастна к гибели её семьи?
Забыв про оставленную улику в виде обеда, вышедшего наружу, Санни пулей выбежала из подвала, а когда попыталась выйти из дома, обнаружила, что заперта.

«Нет, нет, нет, нет, только не снова» - девчонка в панике дергала дверь, будто надеясь что она сама выйдет с петель. Глаза сами по себе заплывали слезами, но нужно было что-то делать. Перво-наперво девчонка закрыла подвал и накрыла ковриком. Скорее всего, когда та ужасная женщина придет, уже сама девочка пополнит ряды жителей этого дома. Побежала к окнам – за ними ничего, но они не открывались.
«Надо успокоится» - промелькнула единственная здравая мысль в голове, в которой сейчас творилось невесть что. От всех этих эмоций началась мигрень, но просто сидеть и смотреть нельзя.
Какое-то время прошло прежде, чем девчонка смогла взять себя в руки. Дрожь унялась, мыслить получается трезво.
В первую очередь Санни попыталась взломать замок. Немного повозившись, получилось выйти на улицу. Девочка надела кофту – это был обусловленный знак, если ей пора увидеться с напарниками. Если они её и увидели, то будут ждать её в обусловленном месте. Санни чуть отошла от злосчастного дома и улетела, обернувшись птицей.

В назначенной точке встречи девчонку уже ждали Хиро с Дар'Миррой.

Парень было собирался спросить как успехи, но как только девчонка обернулась человеком – все было написано на лице. Сдерживать эмоции было очень сложно.

- Там… эта женщина… она… - было сложно говорить четко и внятно.

Но с горем пополам она поведала об увиденном. Затем повисло молчание.

- Надо поймать её, пока она одна, -предложил Хиро.

- А если не одна? Лучше расскажи дозору. – Дар'Мирра считала, что так будет умнее.

- Я… не могу.

- Это почему еще?

- Долгая история. Но я бы лучше с ними не пересекался.

- Значит, придется самим? – Санни вставила и своё слово.

Хиро помолчал, делая вывод, что у девочек тоже не лады с властями. Спрашивать не стал.

Потрёпанные суровым временем и Серыми островами доски Феникса ласково гладили соленые волны, будто очищая, излечивая от многочисленных ран. Бок вольного императора поднывал, отдаваясь пульсирующей болью при каждом резком движении. Несмотря на зверолюдскую внешность, сил регенерации белоперый не унаследовал от старшего родителя, и потому страдал, как и любой другой обычный человек.
В каюте с ним оставалась Аоми. Она мучилась от кошмаров и практически не разговаривала с капитаном, лишь делая своевременно Азиру перевязки и желая доброго утра или ночи. Павлин разговоры заводить тоже не спешил: война заставила и его много о чём подумать, и то, что эти события остались за плечами, ещё ни о чём не говорило. Настоящие сражения были только впереди, и зверолюд об этом прекрасно знал.
Лёгкий ветер приятно трепал многочисленные перышки на шее и голове, расслабляя. До мыса оставалось плыть всего ничего - несколько часов, если верить атласу и прожившим в водах большого моря матросам.
Предположения оказались истинными - судно Азира причалило ближе к вечеру. После расправы на Серых островах, мыс кишел различного вида людьми, от довольно очевидных пиратов, до более-менее тихих личностей, что не выглядели, как искатели приключений, но и сводить со счетов таких не стоило.
Ожидаемо, мест для ночлега не оказалось, а "парковка" корабля обошлась в приличную сумму. Благо, поспать можно и на судне, а запастись едой, хоть и втридорога, можно было где угодно.
Мыс должен был послужить местом встречи с Хэлвардтом. И тигр наверняка уже находился где-то недалеко, его опыт не дал бы просто так сгинуть, даже в самых суровых водах. Плотник в команде белопёрого являлся самым крепким и суровым, Азиру до него нужно было долго расти. Однако императора это не заботило. Он довольно спокойно нашел себе место в трактире, чтобы наконец поесть нормальной еды. Аоми расположилась рядом, матросам было велено заниматься кораблём. Залатать все дыры, что Феникс получил в бою, было практически невозможно для этих ребят, но хоть немного привести его в порядок можно было. Ну и провиант, куда же без этого.
Каждый вечер Хэлвардт должен был заходить в трактир и ждать до рассвета белопёрого, таким осталось указание капитана, но тигра не было. Сумерки сменились ночью, гуляния продолжались.
Всё быстро наскучило павлину, да и пришло время смены повязки.
Азир хмуро понурил брови, в последний раз пытаясь высмотреть товарища, и недовольно хмыкнул. Не могло же быть, что его плотник просто сгинул. Столь крепкий и опытный, да ещё и зверолюд... Ох, до чего же нервным заставляют капитана быть его собратья. Ещё ведь Санни искать.
Санни... Жива ли, в порядке ли. Азир сможет узнать лишь спустя время. Сначала договорённость с Хэлвардтом.
Шумно выдохнув, павлин поднялся со своего места и, жестом приказав Аоми идти за ним, направился к выходу. Где его бесцеремонно толкнула чья-то двухметровая туша и – о неужели – эта туша не оказалась плотником белоперых, а всего лишь случайным прохожим. Его петушиное величество снова вздохнул и, выйдя на свежий воздух, решил закурить.
Ночью становилось тише и спокойнее. Кто там промышлял на суше, чьи руки по локоть были в крови, вольный император не знал. Его вообще мало что интересовало в мире, лишь основные новости и нет ли о нем ничего. Благо, не было.

Доктор стояла на палубе, опираясь локтями на резные борты, и тянула дым из дамской пахитоски, которую то ли нашла где-то, то ли из интереса купила, глядя на то, как дымит Азир. Она периодически кашляла и заметно кривилась, поэтому зверолюд, едва только подошёл чуть сбоку, аккуратно забрал из рук барышни ненужную ей гадость и одним движением разломал надвое.
= Что ты делаешь? – недовольно фыркнула Аоми грубым голосом и повернула голову в сторону императора. Девушка встретилась взглядом с его грустными янтарными глазами и резко замялась, отводя свои очи в сторону. Белый павлин выглядел совсем как обычный человек, а не бывший избалованный принц с манией величия.
= Прости.
— Всё хорошо.
Пауза между ними продлилась недолго, спустя всего немного времени врач заговорила сама, безо всяких вопросов:
= Я бежала от своего прошлого, как и многие другие, кто ушёл в море. Мою деревню, обитель врачевателей, съело мировое правительство. У нас не было возможности сделать всё так, как им бы хотелось. И мы разбежались, как тараканы, как крысы, не давая отпора, ибо не мог никто. Подобных мне было много, но яды и иглы – это не то оружие, которое способно в кратчайшие сроки дать отпор грубой силе. А на Серых островах, будь они прокляты, я снова почувствовала эту безысходность, это оцепенение, как перед казнью. Я бы сбежала, если бы что-то не контролировало моё тело. Мне было страшно настолько, что до сих пор кажется, словно всё неправда. И я нахожусь там, посреди серого снега, оставленная тобой и... – договорить своему врачу белоперый не позволил. Он грубо и беспардонно притянул уже рыдающую Аоми к себе и погладил по голове широкой ладонью.
Ему не чуждо сострадание, но под сколькими замками оно было спрятано? И надолго ли его хватит? Это не те мысли, которые нужно было думать здесь и сейчас. Лишь расслабиться и дать невзгодам уйти вместо со слезами и печалью, оставленными на рубашке капитана.
Следующий день прошёл в заботах весь, Азир ни слова не сказал о вчерашнем, да и в целом ушёл в финансовые дела, безусловно, очень важные, но...
Всегда оставалось какое-то "но".
Белый павлин до самого вечера не появлялся на "Фениксе", а под ночь снова ушёл караулить Хэлвардта.
Он не знал, что тигр уже нашёл их общую накама и не спускал с неё глаз, следя едва ли не от самого появления на мысе и готовясь в любую критическую минуту идти на помощь.

[id214783711:bp-36291248_232635|Snake],

Птичка глубоко вдохнула, вытерла слёзы: снова попыталась взять себя в руки. И наконец прервала молчание.
- Какой у нас план?
- План? А он должен быть?

Санни округлила глаза.

- Ты продумал план как вычислить эту ведьму, но не придумал как её ловить? – она определенно негодует. Кажется, придется самой думать.
- Ну… кто ж знал что все пройдет так гладко?

Эта фраза чуть не выбила из колеи. Этому пареньку определенно еще далеко до великого стратега.
- В общем-то, мы все провороним, если будем так сидеть. Я слетаю и проверю обстановку.

Не дождавшись ответа, девица трансформировалась и взлетела.


Не смотря на возможность летать, девочка делала это не так уж часто. И почему? Воздух наверху отрезвляет, а взглянуть на ситуацию под другим улом всегда полезно. А благодаря крыльям и размеру, птичка может увидеть гораздо больше.
Полёт занял не так много времени, как ожидалось.
Долетев до злополучного дома, узнала что хозяйка еще не вернулась. Все оставалось как Санни и оставила, а в подвал нужно оставлять открытым, когда там находится. Крайне странно.
Пришлось облететь город, чтоб понять, куда эта ведьма ушла.
И лететь пришлось не так уж далеко. В порту ифрита заметила уже знакомые, ненавистные знамёна. И кроме них больше ничего не видела. Ну кроме того, что на том же корабле эта женщина и нашлась. А с ней… раз, два, три.. пять… дватдцать.. И больше. Слишком много людей, чтобы идти на них втроём.

Что же придумать? Диверсия? Нет, слишком заметно, слишком опасно. А что это за ящики? Надо пробраться ближе. Но раз они её ищут, то наверняка знают, как она выглядит и в образе птички. Но посмотрёть все равно надо.

«Что ж, рискну» - Только и успела подумать, как аккуратно подлетела.
Осознав, что в ящиках – ужаснулась.

«Зачем им столько пороха?!» - и они явно его выгружают.
Взглядом нашла ту ведьму. Она что-то обсуждает. Но там негде прятаться, чтобы подслушать разговор. Хотя в любом случае, о чем бы они не говорили – это не к добру.

Слишком опасно подбираться ближе, поэтому Санни решила вернуться к соратникам.

- Мне кажется, ситуация… - вдох – Хреновая. Абсолютно.

Из-за своих габаритов и тяжёлой поступи Хэлвардт Ридден никогда не мог научиться скрываться. Даже будучи котом и настоящим хищником с рождения, плотник всё равно оставался большой тушей, которую не так просто спрятать. Поэтому слежка за Санни была лишь жалкой на это действо пародией, тигр держался постоянно вдалеке и лишь благодаря чутью, хорошему слуху и выдержке мог преследовать птичку, чтобы совсем не потерять. Впрочем, в силу возраста уже и это становилось тяжеловато, поэтому узнать точно, чем накама была взволнована, Хэлли не мог.
Да даже более – его начало выдавать тяжёлое дыхание на пути назад, благо, Санни не заметила.
Впрочем, даже если бы и заметила – то что?
Воздух накалялся тем сильнее, чем больше пороха выгружалось из корабля. Времени на маневры оставалось немного, оставаться в тени... Сложно.

Тем временем на Фениксе продолжалась история белопёрого императора и попытки его врача выползти из депрессивного состояния.
Под тёмную ночь, снова стоя на палубе корабля с дымящейся трубкой в когтистых массивных лапах, Азир много думал. Он устал, ему нужен был отдых, перерыв, но давать себе расслабиться без соратников под боком – дурная мысль.
Другое дело, нужен ли им этот корабль, этот капитан, эта команда? Флаг с черепом птицы, тщеславие и властолюбие белого павлина, его слепота и глухота по отношению к ближним. Куда уж ему тягаться с известными пиратами, и – тем более – с мировым правительством.
Зверолюд глубоко вздохнул. Месяц на небе выглядел неполноценно, словно от него откусили здоровенный кусок, и точно таким же ощущал себя Азир. Император выпустил изо рта колечко дыма и решил прогуляться, благо, для спуска ему не требовались лишние руки.
Ещё в оружейную зайти бы... Тот посох был чудесен, но он навеки упокоен в землях Серых островов.
На диване капитанской каюты, свернувшись с Азировой подушкой в обнимку, беспокойно сопела Аоми, не способная без сопровождения покинуть небольшую комнатку.

— Что у вас тут, детишки? – сборку от компании Санни раздался низкий хрипловатый голос, полный тревоги и волнения. Хэлвардт долго мог бы прятаться, но запах, которым был полон воздух недалеко от корабля, говорил о том, что времени не так много. И без поддержки эта мелюзга явно не справится.
Ах, был бы здесь капитан...
Ридден вышел из тени, сверкая в свете полумесяца изумрудными глазищами. Тигр был готов встретиться с сопротивлением или блокировать атаки детишек, возможно, Санни успела забыть его или что-то ещё произошло. Он ступал осторожно, но держал руки на виду, чтобы вызывать к себе больше доверия, впрочем, вряд-ли двухметровый пугающий мужик со звериными чертами лица смог бы Не вызывать недоверие. Надежда была лишь на то, что девчонка всё помнит и не станет творить что-нибудь нездоровое, в любом случае, выбор у всей компании был крайне ограничен.
— Я наслышан, что дела у вас не очень. Говорят, что старшее поколение должно помогать пиздюкам, – с напряжённой улыбкой в попытке пошутить произнёс плотник и посмотрел на Санни. Будь бы Хэлвардт собакой в гибридной форме, его хвост точно бы скакал туда-сюда: одиночество съедало преданного соратника Азира всё то время, что им пришлось провести порознь.

Тем временем увлеченный прогулкой и своими тяжёлыми флешбеками-мыслями капитан прогуливался вдоль сначала довольно широкой улицы, а после и вовсе ушёл в какой-то закоулок. Подобные улицы практически не пугали его, скитания по островам в Норд Блю и многие другие приключения напрочь выбили из некогда королевского избалованного сынка чувство опасения.
Тревога оставалась.
Гнетущее чувство, не дающее спокойно выдохнуть, ощущение пепла в лёгких... Появилось лишь на землях свадов и решило обосноваться надолго.

Судьбу на Шан Вэе почитали, как местного бога. Ей молились, приносили дары, пели гимны и пытались склонить на свою сторону. Своих истоков белоперый почти не помнил. В тот самый день, когда чужая нога ступила на земли, по праву принадлежавшие его семье, Судьба перестала значить для Азира хоть что-то. Она стала сказкой, как та, про драконов, которую ласково читала матушка перед сном в далёком-далёком детстве.
Однако госпожа никогда не забывала ни о ком. И именно поэтому император вместо одного поворота выбрал другой, и отправился точно-точно в сторону своих потерявшихся накама, и появится он примерно к концу реакции компании детишек на Хэлвардта.
И пусть Санни заметит его первой, прошу.

[id416417287:bp-36291248_232961|Alexandra],

Рыжий зверолюд немного расслабился, едва увидел в глазах девочки признание и спокойствие. Маленькое солнышко его узнало. И это было чудесно.
Приняв в свои широкие и тёплые объятия Санни, тигр по-отечески погладил её широкой получеловеческой ладонью по голове и чуть ли не утробно заурчал от внезапно накатившего чувства счастья и комфорта. Наконец-то он не один, наконец-то снова рядом знакомый человек, сокомандник. Юная Санни, не дающая пиратам Белого пера впасть в безграничную жестокость, склонную многим чистокровным зверолюдям. По крайней мере, Хэлвардту уж точно...

"= А какие они, твои подчинённые? - в полутьме капитанской каюты зазвучал дрожащий голос Аоми. Он был недоверчивым, напряжённым и почти срывался на писк. Мрачный и без того последнее время взгляд девушки выдавал всю её ревность с головой. Барышня привыкла, что всё свободное внимание вольного императора принадлежало ей, и откровенно не была готова делиться с кем-либо ещё. Тем более, с детьми.
Азир выпустил изо рта струю горячего и крепкого табачного дыма, что постепенно растворился под потолком.
- Хэлвардт... Пожалуй, его можно назвать моей правой рукой. Чистокровный зверолюд, сильный и матёрый, как дьявол, но добрый, как домашний кот, - большой птиц усмехнулся на подобном сравнении и перевёл уставший янтарный взгляд с потолка на врача своей команды. - Отличный товарищ, опытный моряк и хороший специалист в своё деле. Я ничего не знаю о его прошлом, но это совсем мне мешает мне доверять и без страха поворачиваться к нему спиной. Вот... как-то так. Более нечего сказать, думаю.
На несколько секунд врач команды белопёрых задумалась, сильно нахмурив тонкие брови. Вряд-ли император сказал бы столь тёплых слов про неё после всех тех истерик, она боялась спрашивать про ту девчонку, о которой птицелюд щебетал больше всего. Но пересилив себя и выдавив вежливую улыбку, "как учили", она продолжила спрашивать дальше.
= А та девочка? Что о ней можешь рассказать?
Голос Аоми снова дрогнул, и Азир очень внимательно всмотрелся в лицо своей собеседницы. Он максимально мягко попытался донести до девушки свой настрой.
- Санни... Она светлый ребёнок, которого хочется защищать. И я очень надеюсь, что ты мне в этом поможешь, как помогает Хэлвардт, - и тогда когтистая получеловеческая лапа пригладила волосы Аоми, и девушка стала чуть спокойнее..."

Трогательность момента встречи двух накама прервалась событием ещё более ярким и неожиданным.
Санни заметила... Азира? Нет, глаза не могли лгать, но...
Тигр принюхался и никак не мог уловить знакомого запаха.
Птичий дух капитана словно бы испарился вовсе, остались лишь какие-то отдалённые, вроде горького табачного дыма и пепла.
Хэлвардт хотел было остановить девчонку, но она буквально летела в сторону павлина, и, встретившись с ним, чуть не сбила того с ног. Плотник двинулся вперёд, чтобы защитить плашку от предполагаемого недруга, но этого не понадобилось.
Лёгкий ветер подхватил светловолосую и она плавно опустилась в руки белого павлина, который, хоть и был порядком поражён подобной встрече, но быстро собрался.
Голос маленькой Санни пробудил в белопёром воспоминания о приключениях и сделал на душе очень-очень светло, разогнал тучи Серых островов, заставив на время забыть о потрясениях, с которыми император столкнулся на земле свадов.
= Азир! Я... я...
- Тш-ш-ш-ш, - успокоил большой птиц свою названную дочь и сам чуть не уронил несколько счастливых слёз.
Несколько недель разлуки сильно изменили его. Он стал сильнее как физически, так и духом, многому научился, приобрёл и потерял и очень-очень сильно устал.
Успокоившись от потрясения внезапной встречи, Азир мысленно поблагодарил Судьбу, почитаемую на Шан Вэе, как богиню. Она не отвернулась, она спала, готовясь преподнести лучший из даров, и белопёрый искренне был этому рад.
- Как же хорошо, что ты здесь, - подсевшим и хрипловатым от постоянного курения голосом произнёс капитан, взглядом улыбаясь счастливо и очень-очень тепло.

Хэлвардт же, как сторожевой пёс, не спускал глаз с новых знакомых пташки. Он не доверял никому, даже этот человек, что представился Азиром, пах и выглядел иначе. Не полностью, а в мелочах, но именно в них-то всегда и таился дьявол, а учитывая то, что Санни точно попала в передрягу...
Куда-то делись павлиновы властность и заносчивость, тигр был готов в любую секунду рвануть вперёд и защищать девчонку, как от одних, так и от второго.
Но пока лишь император поставил Санни на землю и поднял голову, взглядом встречаясь со своим плотником. Он коротко кивнул, скрывая по-детски наивную радость за то, что команда снова в сборе. Почти вся. Не хватало того скрытного парниши, Юкио, но его, скорее всего, отпустили восвояси, как и было оговорено. Всё же, подобные истории редко заканчиваются хорошо для обеих сторон. А жаль...
- Ты как здесь вообще? В неприятности не ввязалась? - звучал вопрос скорее иронично, ибо обстановка и суетливый вид Хэлвардта говорили об обратном: ифрита однозначно вляпалась в какую-нибудь невесёлую историю, как это с ней обычно и бывает. И, зная ответ заранее, вольный император уже был готов идти и наказывать обидчиков, что посмели тронуть его названную дочь.
"Надеюсь, Аоми не натворит дел, пока меня нет"