Илья (https://vk.ru/id29752100),
Оказавшись в спальне, Мария тяжело прижалась спиной к дубовой двери. Сделав глубокий вдох, а за ним не менее долгий выдох, девушка постаралась расслабиться — не столько физически, сколько мысленно. Она на секунду прикрыла глаза, слушая стук собственного сердца, затем прошлась по комнате, аккуратно поставила графин на столик и опустилась на край мягкой кровати, слегка провалившись в матрас.
«Кажется, пронесло...»
Но радость была недолгой. Ускользнуть от Иксории — это лишь минутная удача, которая не решала главных проблем. Пусть Мария и не знала деталей того разговора, общий посыл заставил её напрячься и опомниться. Тенгейр находился бесконечно далеко от того, что можно было бы назвать порядком. Покушение на Тенрюбито, карантин на Идре, убийство господина Ачерби, внезапное возвращение Красной гнили, покушение в тюрьме... События накатывали одно за другим, словно снежный ком. Вспомнив, насколько тяжело и беспросветно всё на острове, Марии стало дурно.
Снова тяжело вздохнув — на другие эмоции просто не осталось сил, — лейтенант легла в постель. Она смотрела в темный потолок, рассуждая о будущем и перебирая события прошлого, пока сон всё-таки не настиг её. Глубоко уставшая, сегодня Мария заснула удивительно быстро. Даже бедро, пульсирующее под твёрдым панцирем кристаллического нароста, не смогло лишить её заслуженного покоя.
Утро началось с привычной рутины — умывание, легкая разминка для разогрева, дежурный обход поместья по периметру. Первые несколько часов пролетели быстро, будто бы их не было вовсе.
— Рекомендую быть сегодня особенно бдительными, — говорила Мария гвардейцам, готовым заступить в караул. — Несмотря на вчерашний триумф, в городе ещё наверняка остались пираты. Если кто-то из них решит проникнуть на территорию поместья, будет не до шуток. Держите ухо востро.
Солдаты отдали честь, подтверждая готовность. А лейтенант, невзначай бросив взгляд через окно во внутренний двор, вдруг замерла. Там были люди. Не один, не два и даже не три человека. Целая группа тех, кто был очевидно съеден горем — это без труда читалось по их опущенным плечам и заплаканным лицам.
Мария подошла к стеклу поближе, чтобы осмотреться. В этот момент из парадных дверей вышел лично Элиан в сопровождении Деметрия. Завязался обеспокоенный разговор, жители тут же окружили «Доброго», словно ища защиты. Тогда лейтенант поджала губы, точно понимая, что случилось нечто плохое. Снова. Она не стала тратить время на догадки и сразу направилась к выходу, чтобы разобраться в случившемся лично.
Утренний ветер ударил по волосам, а небо снова затянуло тучами — на Тенгейре всё как обычно. Стараясь не отвлекать Орофера, Мария быстро спустилась по лестнице и тихо подошла к стоящему чуть позади Василакису. Встав плечом к плечу, она обратилась к командиру вполголоса:
— Деметрий, — коротко кивнула она в знак приветствия. — Извините, но что стряслось? Почему эти люди здесь, да ещё в таком состоянии?
ONE PIECE RP ·
[Гранд Лайн, 2 путь] Тенгейр. 1 остров.
[id543751360:bp-36291248_283702|Tori],
Деметрий стоял на отдалении лишь по одной причине: не хотел создавать своим присутствием барьер между господином и людьми, что так жаждали в последнем увидеть спасение. Гвардейцы все равно были рядом с Элианом, а потому, если вдруг что произойдет, они безоговорочно встанут на его защиту.
Вид командира, к слову, снова был превосходящим любые ожидания: доспехи его были выправлены, починены и отполированы, словно бы не встречали никакой битвы, а на поясе красовался меч. Он услышал шаги Марии и обернулся к ней ещё до того, как та успела полностью подойти, приветственно сдержанно кланяясь.
= Ох, люди...
Господин Василакис бросил взгляд на толпу. Слова у него самого тяжело выходили из уст.
= Это всё родители, убитые горем. Их дети... были похищены в ночь. Они решили обратиться сразу к господину Ороферу после его вчерашних заявлений о готовности помочь. И господин, - он повернулся в сторону Элиана. - обязательно сдержит слово. А мы ему в этом поможем. Такое... Это даже не преступление, это... безумие какое-то! Представить сложно, кто мог сотворить, когда город только-только встретил потрясение... Ещё и за ночь!
Несмотря на всю свою сдержанность, эмоцим полностью Деметрий погасить не мог, будто содеянное задевало честь самого благородного мужа. Да и нельзя было оставаться равнодушным в данной ситуации.
Пока господин Василакис вводил Икеда в курс дела, врата, ограждающие поместье, закрылись, - сразу после того, как люди начали уходить. Элиан подошёл к дуэту, выглядя одновременно бледным, как смерть, и обессиленным, как глад. О его состоянии Деметрий, шумно набравший воздуха в грудь, забеспокоился непременно.
= Господин, я незамедлительно отдам приказ гвардейцам! И свяжусь со стражами, такое нужно всеми силами пресечь!
= Да... М-м-м... - промычал печально юноша, а затем наполнил лёгкие тяжелым вдохом. - Мне так... больно. Скорбно. Когда я на мгновение поверил, что всё хорошо, - такой удар. Нужно отправить весточку госпоже Розз и капитанам... Я попрошу Лайлу, она уже ходила к месту швартовки судна.
= Я передам, господин. - положил руку на грудь Василакис.
Деметрий стоял на отдалении лишь по одной причине: не хотел создавать своим присутствием барьер между господином и людьми, что так жаждали в последнем увидеть спасение. Гвардейцы все равно были рядом с Элианом, а потому, если вдруг что произойдет, они безоговорочно встанут на его защиту.
Вид командира, к слову, снова был превосходящим любые ожидания: доспехи его были выправлены, починены и отполированы, словно бы не встречали никакой битвы, а на поясе красовался меч. Он услышал шаги Марии и обернулся к ней ещё до того, как та успела полностью подойти, приветственно сдержанно кланяясь.
= Ох, люди...
Господин Василакис бросил взгляд на толпу. Слова у него самого тяжело выходили из уст.
= Это всё родители, убитые горем. Их дети... были похищены в ночь. Они решили обратиться сразу к господину Ороферу после его вчерашних заявлений о готовности помочь. И господин, - он повернулся в сторону Элиана. - обязательно сдержит слово. А мы ему в этом поможем. Такое... Это даже не преступление, это... безумие какое-то! Представить сложно, кто мог сотворить, когда город только-только встретил потрясение... Ещё и за ночь!
Несмотря на всю свою сдержанность, эмоцим полностью Деметрий погасить не мог, будто содеянное задевало честь самого благородного мужа. Да и нельзя было оставаться равнодушным в данной ситуации.
Пока господин Василакис вводил Икеда в курс дела, врата, ограждающие поместье, закрылись, - сразу после того, как люди начали уходить. Элиан подошёл к дуэту, выглядя одновременно бледным, как смерть, и обессиленным, как глад. О его состоянии Деметрий, шумно набравший воздуха в грудь, забеспокоился непременно.
= Господин, я незамедлительно отдам приказ гвардейцам! И свяжусь со стражами, такое нужно всеми силами пресечь!
= Да... М-м-м... - промычал печально юноша, а затем наполнил лёгкие тяжелым вдохом. - Мне так... больно. Скорбно. Когда я на мгновение поверил, что всё хорошо, - такой удар. Нужно отправить весточку госпоже Розз и капитанам... Я попрошу Лайлу, она уже ходила к месту швартовки судна.
= Я передам, господин. - положил руку на грудь Василакис.
[id29752100:bp-36291248_283705|Илья],
— Родители... похищенных детей? — Мария ахнула, рефлекторно прикрывая губы ладонью.
В одно мгновение скорбь на лицах этих измученных людей приобрела для лейтенанта совершенно иной характер — глубоко личный. Боль от потери собственной младшей сестры, случившейся несколько лет назад, резанула по сердцу. Мария понимала каждую слезу, пролитую сегодня во дворе поместья.
Кожаные перчатки тихо заскрипели — кулаки сжались с такой силой, что ногти впились в ладони. Ей до безумия захотелось посмотреть в глаза тому, кто решился на подобное зверство в ту самую ночь, когда город только-только пережил страшную битву. И заставить его ответить по всей справедливости.
В эту секунду лейтенант абсолютно разделяла благородное негодование Василакиса.
— Для чего... для чего вообще кому-то творить подобное? — тихо произнесла девушка. — Вы правы, Деметрий. Это натуральное безумие. Такое нельзя оставлять без внимания.
Когда прием подошел к концу и тяжелые ворота скрипнули, отсекая двор от улицы, к ним подошел Элиан. Мария не удивилась его бледности и дрожи в голосе. Для такого светлого, искренне сопереживающего человека чужое горе было страшнейшим ударом, бьющим по душе в разы сильнее, чем по закаленным бойцам.
Выслушав Орофера, лейтенант выпрямилась и твердым жестом прижала руку к груди. В её глазах больше не было растерянности — только непреклонная решимость.
— Я уверена, капитан Розз откликнется незамедлительно, — горячо пообещала Мария, глядя Элиану прямо в глаза. — Просьбы невинных не останутся без ответа. Мы в самом деле встанем на защиту города и его жителей. Обещаю, господин Элиан, всё будет хорошо. Я приложу для этого все свои силы.
— Родители... похищенных детей? — Мария ахнула, рефлекторно прикрывая губы ладонью.
В одно мгновение скорбь на лицах этих измученных людей приобрела для лейтенанта совершенно иной характер — глубоко личный. Боль от потери собственной младшей сестры, случившейся несколько лет назад, резанула по сердцу. Мария понимала каждую слезу, пролитую сегодня во дворе поместья.
Кожаные перчатки тихо заскрипели — кулаки сжались с такой силой, что ногти впились в ладони. Ей до безумия захотелось посмотреть в глаза тому, кто решился на подобное зверство в ту самую ночь, когда город только-только пережил страшную битву. И заставить его ответить по всей справедливости.
В эту секунду лейтенант абсолютно разделяла благородное негодование Василакиса.
— Для чего... для чего вообще кому-то творить подобное? — тихо произнесла девушка. — Вы правы, Деметрий. Это натуральное безумие. Такое нельзя оставлять без внимания.
Когда прием подошел к концу и тяжелые ворота скрипнули, отсекая двор от улицы, к ним подошел Элиан. Мария не удивилась его бледности и дрожи в голосе. Для такого светлого, искренне сопереживающего человека чужое горе было страшнейшим ударом, бьющим по душе в разы сильнее, чем по закаленным бойцам.
Выслушав Орофера, лейтенант выпрямилась и твердым жестом прижала руку к груди. В её глазах больше не было растерянности — только непреклонная решимость.
— Я уверена, капитан Розз откликнется незамедлительно, — горячо пообещала Мария, глядя Элиану прямо в глаза. — Просьбы невинных не останутся без ответа. Мы в самом деле встанем на защиту города и его жителей. Обещаю, господин Элиан, всё будет хорошо. Я приложу для этого все свои силы.
Tori (https://vk.ru/id543751360),
Всё, что мог сейчас сделать Элиан - лишь посмотреть Марии в глаза, увидев там поддержку, и кивнуть. На большее его сил даже и не хватит... Состояние господина печалило и стоящего рядом командира гвардии: когда столь ответственный, открытый и небезразличный к людям человек страдает, тяжело становилось и самому.
Задерживаться на улице никто не станет: день, хмурый не только собравшимися облаками, мало располагал к праздности. Коротко дообсудив план действий, Деметрий удалится выполнять приказы господина Орофера. Служанка, скромная Лайла, как раз-таки отправится к «Мрачной Решимости». Половина численности гвардии отправится на подкрепление к уже поставленным в курс дела стражам подполковника Ричмонда. Механизм пришёл в движение.
Через час, - как самое вероятное, - Вильгельма и Кассандра прибудут к поместью. Оставшиеся охранники поместья пропустят их без каких-либо вопросов, позволяя тем, ведомым дворецким, пройти в гостевой зал, где сейчас и должны будут находиться все участники их внепланового собрания, среди которых, конечно же, помимо части состава G-Ex-209 , Элиан, Деметрий и Мария.
Гостиная здесь была помещением просторным, с удобными креслами, диванами, широким и низким столом. Позади златовласого юноши, - уютный камин, вокруг - книжные шкафы и комоды. И всё, как и следовало статусу, было богато украшено как искусностью резьбы, так и драгоценными металлами.
- Приветствую. - почтительно кивнет Ви, в то время, как мисс Кинг сохранит привычное молчание в данных делах.
Взгляд капитана коснётся и Марии, и также поприветствует она её кротко, но зеленые очи, хоть и дотронулись до лица, не поднялись до глаз её. Едва уловимый жест, который вряд ли заметит кто-либо, кроме самой Икеда.
= О, госпожа Розз, вы скоро добрались. Рад видеть вас и вашу спутницу. Жаль, повод...
То молвит господин Орофер, сложив руки перед собой в замок. За это время он сумел вернуть себе хотя бы часть прежнего света, отобранного дурными вестями, но конец фразы заставил его вновь уступить позиции унынию. Василакис же одарит учтивым поклоном прибывших дам.
= Не буду ходить вокруг да около. - собрался Элиан с силами. - У семей украли детей. Насколько нам известно, три десятка, не меньше. Иксория уже отправилась на поиски, но... Ругорд огромен. Нужно найти их как можно быстрее. Лишь бы... - он тяжело сглотнул. - Лишь бы... Не случилось...
«После крупного сражения кто-то явно централизованно крадёт детей... Для чего?» - в голове Юстициара вместо ответа на крайний вопрос вылетел целый рой неупорядоченных предположений.
- Поняла. - кивнула Вильгельма. - Займемся расследованием.
= Мы уже сообщили страже и наёмникам. - видя, как тяжело господину, высказался Деметрий. - Последние, благо, согласились помочь.
Всё, что мог сейчас сделать Элиан - лишь посмотреть Марии в глаза, увидев там поддержку, и кивнуть. На большее его сил даже и не хватит... Состояние господина печалило и стоящего рядом командира гвардии: когда столь ответственный, открытый и небезразличный к людям человек страдает, тяжело становилось и самому.
Задерживаться на улице никто не станет: день, хмурый не только собравшимися облаками, мало располагал к праздности. Коротко дообсудив план действий, Деметрий удалится выполнять приказы господина Орофера. Служанка, скромная Лайла, как раз-таки отправится к «Мрачной Решимости». Половина численности гвардии отправится на подкрепление к уже поставленным в курс дела стражам подполковника Ричмонда. Механизм пришёл в движение.
Через час, - как самое вероятное, - Вильгельма и Кассандра прибудут к поместью. Оставшиеся охранники поместья пропустят их без каких-либо вопросов, позволяя тем, ведомым дворецким, пройти в гостевой зал, где сейчас и должны будут находиться все участники их внепланового собрания, среди которых, конечно же, помимо части состава G-Ex-209 , Элиан, Деметрий и Мария.
Гостиная здесь была помещением просторным, с удобными креслами, диванами, широким и низким столом. Позади златовласого юноши, - уютный камин, вокруг - книжные шкафы и комоды. И всё, как и следовало статусу, было богато украшено как искусностью резьбы, так и драгоценными металлами.
- Приветствую. - почтительно кивнет Ви, в то время, как мисс Кинг сохранит привычное молчание в данных делах.
Взгляд капитана коснётся и Марии, и также поприветствует она её кротко, но зеленые очи, хоть и дотронулись до лица, не поднялись до глаз её. Едва уловимый жест, который вряд ли заметит кто-либо, кроме самой Икеда.
= О, госпожа Розз, вы скоро добрались. Рад видеть вас и вашу спутницу. Жаль, повод...
То молвит господин Орофер, сложив руки перед собой в замок. За это время он сумел вернуть себе хотя бы часть прежнего света, отобранного дурными вестями, но конец фразы заставил его вновь уступить позиции унынию. Василакис же одарит учтивым поклоном прибывших дам.
= Не буду ходить вокруг да около. - собрался Элиан с силами. - У семей украли детей. Насколько нам известно, три десятка, не меньше. Иксория уже отправилась на поиски, но... Ругорд огромен. Нужно найти их как можно быстрее. Лишь бы... - он тяжело сглотнул. - Лишь бы... Не случилось...
«После крупного сражения кто-то явно централизованно крадёт детей... Для чего?» - в голове Юстициара вместо ответа на крайний вопрос вылетел целый рой неупорядоченных предположений.
- Поняла. - кивнула Вильгельма. - Займемся расследованием.
= Мы уже сообщили страже и наёмникам. - видя, как тяжело господину, высказался Деметрий. - Последние, благо, согласились помочь.
[id29752100:bp-36291248_283709|Илья],
Просторная гостиная, обставленная с подчеркнутым изяществом, обычно располагала к долгим и спокойным беседам. Однако сейчас ни уют книжных шкафов, ни тепло камина, ни удобство мягких диванов не могли подарить Марии должного комфорта. Дурные вести держали девушку в болезненном напряжении: она так и осталась стоять, готовая сорваться с места в любую секунду. Никто ещё не знал, ради какой цели были похищены эти дети, но нельзя было исключать худшего — время могло играть против них.
Появление Вильгельмы и Кассандры принесло легкое облегчение — это означало, что расследование пойдёт быстрее. Мария формально отдала честь капитану, но не могла не заметить брошенного на неё взгляда. Зеленые глаза Розз скользнули по лицу и замерли где-то на уровне губ, всё ещё избегая прямого зрительного контакта после недавних событий. Икеда лишь едва заметно сжала челюсть, пряча за этим жестом внутреннее смятение.
Несмотря на терзавшее его горе, Элиан вскоре перешёл к сути дела. Не прозвучало ничего нового, однако Марии стало приятно знать, что за дело взялись не только гвардейцы и дозорные, но и стражники — пропавшие дети могли быть их сыновьями, племянникамм или братьями. Учитывая сплочённость жителей Ругорда, скоро за поиски возьмутся не только солдаты, но и все прочие гражданские.
Лейтенант внимательно ловила каждое слово собравшихся, а в подходящий момент подала голос.
— Нужно детально опросить пострадавших, — произнесла она, озвучивая, казалось бы, очевидную меру. — Родители могли услышать подозрительные шумы или заметить что-то странное до пропажи. Наверняка должна остаться хоть какая-то зацепка...
Просторная гостиная, обставленная с подчеркнутым изяществом, обычно располагала к долгим и спокойным беседам. Однако сейчас ни уют книжных шкафов, ни тепло камина, ни удобство мягких диванов не могли подарить Марии должного комфорта. Дурные вести держали девушку в болезненном напряжении: она так и осталась стоять, готовая сорваться с места в любую секунду. Никто ещё не знал, ради какой цели были похищены эти дети, но нельзя было исключать худшего — время могло играть против них.
Появление Вильгельмы и Кассандры принесло легкое облегчение — это означало, что расследование пойдёт быстрее. Мария формально отдала честь капитану, но не могла не заметить брошенного на неё взгляда. Зеленые глаза Розз скользнули по лицу и замерли где-то на уровне губ, всё ещё избегая прямого зрительного контакта после недавних событий. Икеда лишь едва заметно сжала челюсть, пряча за этим жестом внутреннее смятение.
Несмотря на терзавшее его горе, Элиан вскоре перешёл к сути дела. Не прозвучало ничего нового, однако Марии стало приятно знать, что за дело взялись не только гвардейцы и дозорные, но и стражники — пропавшие дети могли быть их сыновьями, племянникамм или братьями. Учитывая сплочённость жителей Ругорда, скоро за поиски возьмутся не только солдаты, но и все прочие гражданские.
Лейтенант внимательно ловила каждое слово собравшихся, а в подходящий момент подала голос.
— Нужно детально опросить пострадавших, — произнесла она, озвучивая, казалось бы, очевидную меру. — Родители могли услышать подозрительные шумы или заметить что-то странное до пропажи. Наверняка должна остаться хоть какая-то зацепка...
[id543751360:bp-36291248_283721|Tori],
В тот самый момент, когда Мария молвила, все взгляды приковались к ней: какие-то плотнее, какие-то мягче. Кассандра, глядя на старшего лейтенанта, немного наклонила голову, уже разомкнув губы, чтобы что-то сказать, но Вильгельма опередила её, посмотрев сначала в сторону Икеда, а затем на господина Орофера.
- Стражи, вероятно, уже начали, но мы повторно соберем информацию. Территориальную закономерность примем во внимание.
= Я лично знаю семью Торнстоун и Бьянки из тех, кто приходил утром. - не поднимая глаз, молвил Элиан. Юноша изо всех сил держал эмоции в узде. - Они живут в пятнадцатом районе. - он с усилием поднял очи к Василакису. - Я говорил Винсенту, твоему заместителю, когда они уходили.
= А... Вы очень прозорливы, господин. - оживился Деметрий. - Значит, предполагаем, что похищенные дети там же?
- Столько людей непросто транспортировать. - отметила Ви. - Обычному человеку. Мы не знаем о навыках похитителей. Будем исходить из логики, но исключать неординарные ситуации нельзя.
= Вспоминая вчерашний день, начинаешь верить в худшее. - вздохнул командир гвардии.
- Мы сделаем всё, что от нас зависит. - заверила Розз.
= Я обязан вам... - медленно поднялся Элиан и направился к Вильгельме. - Столько внимания. Столько помощи... Просите, что сочтёте нужным, госпожа Розз. Всё, что в моих силах.
- Подумаю. Благодарю. - склонила голову Юстициар. - Разрешите идти?
= Д-да, конечно. Не смею задерживать. - пару раз кивнул юноша, и дуэт из капитана и агента развернулся на выход.
Дверь скоро закрылась за ними, и они быстрым шагом добрались сначала до выхода из поместья, сопровождаемые дворецким, а затем и покинули территорию его, направляясь в сторону центра города.
- ... - Вильгельма молчала, но мисс Кинг почувствовала её желание что-то сказать.
= Странно всё, да? Хах. - невеселой была усмешка её.
- Это явно не совпадение. - не поворачивая головы, молвила Ви. - Это даже не чей-то план.
= То есть...?
- Выглядит как шаг. Триггер. Не могу обосновать, но интуиция... - она замолчала. Стрекоза поймёт.
= Знаешь, с одной стороны, я хочу, чтобы ты была неправа. - через секунд десять молчания, внезапно откликнулась агент. - С другой... Пусть наконец оно даст о себе знать. Предпочитаю перехватывать инициативу, а не ждать у моря погоды.
«Я тоже. Я тоже...»
А тем временем в гостиной Элиан сел обратно в кресло, будто пытаясь удержаться за него, как за маяк реальности. Его тонкие руки сжали подлокотники, он закрыл глаза и вздохнул, наконец расслабляясь. Хотя бы как-то.
= Деметрий, можешь, пожалуйста, оставить нас пока? - с просьбой и на лице молвил юноша.
Василакис без лишних слов поклонился сначала своему господину, потом Икеда, а затем вышел, аккуратно закрывая за собой дверь. Повисло молчание, словно бы Элиан вновь собирался с силами. Ему нужно было немного времени. Смотря в одну точку, он начал говорить.
= За эти несколько недель на Тенгейре... Так много всего произошло. И всё больше плохого, чем хорошего. - господин Орофер перевел взор на Марию. - «Всё, что ни делается, - всё к лучшему». Так звучит пословица. А я... Не могу поверить в её правоту. Не принимаю этой мудрости. Происходящее... обессиливает меня, а я не могу впадать в уныние...
В тот самый момент, когда Мария молвила, все взгляды приковались к ней: какие-то плотнее, какие-то мягче. Кассандра, глядя на старшего лейтенанта, немного наклонила голову, уже разомкнув губы, чтобы что-то сказать, но Вильгельма опередила её, посмотрев сначала в сторону Икеда, а затем на господина Орофера.
- Стражи, вероятно, уже начали, но мы повторно соберем информацию. Территориальную закономерность примем во внимание.
= Я лично знаю семью Торнстоун и Бьянки из тех, кто приходил утром. - не поднимая глаз, молвил Элиан. Юноша изо всех сил держал эмоции в узде. - Они живут в пятнадцатом районе. - он с усилием поднял очи к Василакису. - Я говорил Винсенту, твоему заместителю, когда они уходили.
= А... Вы очень прозорливы, господин. - оживился Деметрий. - Значит, предполагаем, что похищенные дети там же?
- Столько людей непросто транспортировать. - отметила Ви. - Обычному человеку. Мы не знаем о навыках похитителей. Будем исходить из логики, но исключать неординарные ситуации нельзя.
= Вспоминая вчерашний день, начинаешь верить в худшее. - вздохнул командир гвардии.
- Мы сделаем всё, что от нас зависит. - заверила Розз.
= Я обязан вам... - медленно поднялся Элиан и направился к Вильгельме. - Столько внимания. Столько помощи... Просите, что сочтёте нужным, госпожа Розз. Всё, что в моих силах.
- Подумаю. Благодарю. - склонила голову Юстициар. - Разрешите идти?
= Д-да, конечно. Не смею задерживать. - пару раз кивнул юноша, и дуэт из капитана и агента развернулся на выход.
Дверь скоро закрылась за ними, и они быстрым шагом добрались сначала до выхода из поместья, сопровождаемые дворецким, а затем и покинули территорию его, направляясь в сторону центра города.
- ... - Вильгельма молчала, но мисс Кинг почувствовала её желание что-то сказать.
= Странно всё, да? Хах. - невеселой была усмешка её.
- Это явно не совпадение. - не поворачивая головы, молвила Ви. - Это даже не чей-то план.
= То есть...?
- Выглядит как шаг. Триггер. Не могу обосновать, но интуиция... - она замолчала. Стрекоза поймёт.
= Знаешь, с одной стороны, я хочу, чтобы ты была неправа. - через секунд десять молчания, внезапно откликнулась агент. - С другой... Пусть наконец оно даст о себе знать. Предпочитаю перехватывать инициативу, а не ждать у моря погоды.
«Я тоже. Я тоже...»
А тем временем в гостиной Элиан сел обратно в кресло, будто пытаясь удержаться за него, как за маяк реальности. Его тонкие руки сжали подлокотники, он закрыл глаза и вздохнул, наконец расслабляясь. Хотя бы как-то.
= Деметрий, можешь, пожалуйста, оставить нас пока? - с просьбой и на лице молвил юноша.
Василакис без лишних слов поклонился сначала своему господину, потом Икеда, а затем вышел, аккуратно закрывая за собой дверь. Повисло молчание, словно бы Элиан вновь собирался с силами. Ему нужно было немного времени. Смотря в одну точку, он начал говорить.
= За эти несколько недель на Тенгейре... Так много всего произошло. И всё больше плохого, чем хорошего. - господин Орофер перевел взор на Марию. - «Всё, что ни делается, - всё к лучшему». Так звучит пословица. А я... Не могу поверить в её правоту. Не принимаю этой мудрости. Происходящее... обессиливает меня, а я не могу впадать в уныние...
Илья (https://vk.ru/id29752100),
Стороны дали обещания сделать всё, что от них зависит, а затем начали расходиться. Слова Вильгельмы засели крепче всего — транспортировать тридцать человек, пусть даже детей, задача колоссальной сложности. Скорее всего, их держат на отдалении — в портовых доках, на глухих складах или необитаемых окраинах. Будь у Марии полномочия капитана прямо сейчас, она бы немедленно разбила солдат на две группы: одну направила бы на опрос жителей в пятнадцатом районе, а вторую — на прочесывание безлюдных зон.
— До встречи, капитан Розз, — четко произнесла Мария, отдавая старшей честь. Несмотря на пугающий секрет, она продолжала искренне уважать Вильгельму и не собиралась отворачиваться от своего командира.
— До свидания, мисс Кинг, — добавила Икеда, но уже без уставных жестов, помня, что своенравная Кассандра не жалует армейский этикет.
Вскоре двери закрылись, и Мария осталась наедине с Элианом. Даже тактичный Деметрий покинул гостиную, оставляя пространство для тяжелого разговора.
Лейтенант слегка опешила от того, как резко плоскость их беседы свернула с насущных проблем в сторону философии. Девушка так и осталась стоять, глядя на измученного Орофера сверху вниз. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями. Оставлять этого светлого человека наедине с отчаянием было нельзя.
— Знаешь, Элиан, — медленно начала она, тщательно подбирая слова. — Несколько лет назад на мой родной остров напали пираты. Я думаю, ничего страшнее в моей жизни уже не будет. Тогда погибло очень много людей... Я отдала все свои силы, чтобы защитить хоть кого-то, но всё равно потеряла самых близких.
Она опустила взгляд на свои руки, затянутые в перчатки. Теперь улыбка отдавала не теплом, а тихой грустью.
— «Всё, что ни делается, всё к лучшему»... Люди привыкли ждать от этой фразы какого-то чуда. Но мы должны не ждать хороших последствий от плохих событий, а учиться делать из них выводы, — предположила Мария. — То нападение не было благом, но оно сделало меня сильнее. Теперь я знаю, как держать оружие. Знаю, как защищать невинных, и стараюсь делать это по мере всех своих сил. И ты станешь сильнее после этого кризиса.
Мария сделала небольшой шаг ближе к креслу юноши.
— Столкнувшись с невыносимой тяжестью сейчас, ты научишься её преодолевать. А в будущем, став настоящим лидером, ты выстроишь такой Ругорд, в котором подобное просто не сможет повториться. Я в это искренне верю.
Она слегка поджала губы, больше не зная, что ещё можно добавить, чтобы хоть немного облегчить его ношу.
Стороны дали обещания сделать всё, что от них зависит, а затем начали расходиться. Слова Вильгельмы засели крепче всего — транспортировать тридцать человек, пусть даже детей, задача колоссальной сложности. Скорее всего, их держат на отдалении — в портовых доках, на глухих складах или необитаемых окраинах. Будь у Марии полномочия капитана прямо сейчас, она бы немедленно разбила солдат на две группы: одну направила бы на опрос жителей в пятнадцатом районе, а вторую — на прочесывание безлюдных зон.
— До встречи, капитан Розз, — четко произнесла Мария, отдавая старшей честь. Несмотря на пугающий секрет, она продолжала искренне уважать Вильгельму и не собиралась отворачиваться от своего командира.
— До свидания, мисс Кинг, — добавила Икеда, но уже без уставных жестов, помня, что своенравная Кассандра не жалует армейский этикет.
Вскоре двери закрылись, и Мария осталась наедине с Элианом. Даже тактичный Деметрий покинул гостиную, оставляя пространство для тяжелого разговора.
Лейтенант слегка опешила от того, как резко плоскость их беседы свернула с насущных проблем в сторону философии. Девушка так и осталась стоять, глядя на измученного Орофера сверху вниз. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями. Оставлять этого светлого человека наедине с отчаянием было нельзя.
— Знаешь, Элиан, — медленно начала она, тщательно подбирая слова. — Несколько лет назад на мой родной остров напали пираты. Я думаю, ничего страшнее в моей жизни уже не будет. Тогда погибло очень много людей... Я отдала все свои силы, чтобы защитить хоть кого-то, но всё равно потеряла самых близких.
Она опустила взгляд на свои руки, затянутые в перчатки. Теперь улыбка отдавала не теплом, а тихой грустью.
— «Всё, что ни делается, всё к лучшему»... Люди привыкли ждать от этой фразы какого-то чуда. Но мы должны не ждать хороших последствий от плохих событий, а учиться делать из них выводы, — предположила Мария. — То нападение не было благом, но оно сделало меня сильнее. Теперь я знаю, как держать оружие. Знаю, как защищать невинных, и стараюсь делать это по мере всех своих сил. И ты станешь сильнее после этого кризиса.
Мария сделала небольшой шаг ближе к креслу юноши.
— Столкнувшись с невыносимой тяжестью сейчас, ты научишься её преодолевать. А в будущем, став настоящим лидером, ты выстроишь такой Ругорд, в котором подобное просто не сможет повториться. Я в это искренне верю.
Она слегка поджала губы, больше не зная, что ещё можно добавить, чтобы хоть немного облегчить его ношу.
[id543751360:bp-36291248_283736|Tori],
Попрощаться с Марией, к сожалению, никто не успел: вышел дуэт незамедлительно, как только получил разрешение от Элиана, а потому вежливость останется висеть в воздухе неотвеченной.
Сам же господин Орофер, поделившись болью, теперь слушал Икеда: она тоже не оставила потрясение в себе. Гибель знакомых, родных от превосходящей силы, которой ты ничего не можешь противопоставить... По глазам юноши старший лейтенант могла быть уверена, что ему это тоже знакомо. Его печальное лицо словно застыло, пока Мария продолжала рассказывать, и он не двигался с кресла, полностью став вниманием.
Но только на боли она не остановилась. Слова о том, как пережитые испытания закаляют, не встретили того отклика, который могли бы. Элиан не воспрял духом, лишь только склонил голову, погрузившись в пограничное состояние между слушанием и размышлением. Он был вынужден выносить уроки всю свою жизнь, иначе не сидел бы здесь и сейчас. Не был бы опорой Ругорду...
Сначала шаг её вырвал юношу из дум, и он, быстро опомнившись, встретил взгляд Марии. Она утверждала то, что он уже знал, однако... следующие слова повергли его в ужас.
= ... став настоящим лидером, ты выстроишь такой Ругорд...
Господин Орофер не смел и думать о том, чтобы такая фраза прозвучала из уст Морского Дозорного. Из уст уважаемой госпожи Икеда. Доброй, понимающей, сочувствующей, отвественной. Его губы приоткрылись в немом жесте, не контролируемые в тот момент разумом, - златовласый потерял дар речи. Несколько секунд он просидел так, не в силах выдавить из себя ни звука, а затем лицо его посмурнело, брови немного сдвинулись и он медленно откинулся в кресле. Локоть встал на подлокотник, а раскрытая длань мягко поддерживала его лицо слева.
= Мне... Нужно поразмыслить. - голос его был тих. - Спасибо... за слова поддержки, Мария.
Попрощаться с Марией, к сожалению, никто не успел: вышел дуэт незамедлительно, как только получил разрешение от Элиана, а потому вежливость останется висеть в воздухе неотвеченной.
Сам же господин Орофер, поделившись болью, теперь слушал Икеда: она тоже не оставила потрясение в себе. Гибель знакомых, родных от превосходящей силы, которой ты ничего не можешь противопоставить... По глазам юноши старший лейтенант могла быть уверена, что ему это тоже знакомо. Его печальное лицо словно застыло, пока Мария продолжала рассказывать, и он не двигался с кресла, полностью став вниманием.
Но только на боли она не остановилась. Слова о том, как пережитые испытания закаляют, не встретили того отклика, который могли бы. Элиан не воспрял духом, лишь только склонил голову, погрузившись в пограничное состояние между слушанием и размышлением. Он был вынужден выносить уроки всю свою жизнь, иначе не сидел бы здесь и сейчас. Не был бы опорой Ругорду...
Сначала шаг её вырвал юношу из дум, и он, быстро опомнившись, встретил взгляд Марии. Она утверждала то, что он уже знал, однако... следующие слова повергли его в ужас.
= ... став настоящим лидером, ты выстроишь такой Ругорд...
Господин Орофер не смел и думать о том, чтобы такая фраза прозвучала из уст Морского Дозорного. Из уст уважаемой госпожи Икеда. Доброй, понимающей, сочувствующей, отвественной. Его губы приоткрылись в немом жесте, не контролируемые в тот момент разумом, - златовласый потерял дар речи. Несколько секунд он просидел так, не в силах выдавить из себя ни звука, а затем лицо его посмурнело, брови немного сдвинулись и он медленно откинулся в кресле. Локоть встал на подлокотник, а раскрытая длань мягко поддерживала его лицо слева.
= Мне... Нужно поразмыслить. - голос его был тих. - Спасибо... за слова поддержки, Мария.
[id29752100:bp-36291248_283755|Илья],
Реакция Элиана оказалась... совершенно не той, на которую рассчитывала Мария. Юноша, лично ставший инициатором этого разговора, прекратил его после первого же ответа.
Вместо облегчения или проблеска надежды она видела его задумчивый, отстраненный вид. Эти короткие, внезапно потяжелевшие фразы. И вежливая, но однозначная просьба оставить его наедине со своими мыслями. Всё это заставило лейтенанта сжаться от осознания собственной ошибки. Она явно сказала что-то не то, подвергнув Светило Ругорда ещё большим терзаниям.
«Может быть, я прозвучала слишком жестко? — тревожно упрекнула себя Икеда. — Элиану и без меня хватает жестоких жизненных уроков. Дура, нужно было просто сказать что-то мягкое и успокаивающее...»
Времени на самобичевание, однако, не было. Лейтенант рассудила, что оставаться и дальше мучить и без того раздавленного Орофера будет совершенно неуместно. Заместо этого она коротко, виновато кивнула.
— Прошу прощения, — тихо обронила она.
Девушка прошлась по ковру до выхода, взялась за прохладную дверную ручку и... замерла. Она не ушла сразу. Слегка повернув голову, в последний раз обратилась к юноше — снова с теплотой в голосе, пытаясь сгладить свою оплошность.
— Постарайся немного отдохнуть, Элиан. Я понимаю, что ситуация к этому совсем не располагает, но... мы действительно сделаем всё, что в наших силах. Поисками пропавших детей сейчас заняты лучшие люди. Надейся на хороший результат.
Только после этого Мария аккуратно прикрыла за собой дверь. Оказавшись в пустом коридоре, она тихо, разочарованно в самой себе выдохнула.
Реакция Элиана оказалась... совершенно не той, на которую рассчитывала Мария. Юноша, лично ставший инициатором этого разговора, прекратил его после первого же ответа.
Вместо облегчения или проблеска надежды она видела его задумчивый, отстраненный вид. Эти короткие, внезапно потяжелевшие фразы. И вежливая, но однозначная просьба оставить его наедине со своими мыслями. Всё это заставило лейтенанта сжаться от осознания собственной ошибки. Она явно сказала что-то не то, подвергнув Светило Ругорда ещё большим терзаниям.
«Может быть, я прозвучала слишком жестко? — тревожно упрекнула себя Икеда. — Элиану и без меня хватает жестоких жизненных уроков. Дура, нужно было просто сказать что-то мягкое и успокаивающее...»
Времени на самобичевание, однако, не было. Лейтенант рассудила, что оставаться и дальше мучить и без того раздавленного Орофера будет совершенно неуместно. Заместо этого она коротко, виновато кивнула.
— Прошу прощения, — тихо обронила она.
Девушка прошлась по ковру до выхода, взялась за прохладную дверную ручку и... замерла. Она не ушла сразу. Слегка повернув голову, в последний раз обратилась к юноше — снова с теплотой в голосе, пытаясь сгладить свою оплошность.
— Постарайся немного отдохнуть, Элиан. Я понимаю, что ситуация к этому совсем не располагает, но... мы действительно сделаем всё, что в наших силах. Поисками пропавших детей сейчас заняты лучшие люди. Надейся на хороший результат.
Только после этого Мария аккуратно прикрыла за собой дверь. Оказавшись в пустом коридоре, она тихо, разочарованно в самой себе выдохнула.
[id543751360:bp-36291248_283759|Tori],
Элиан слишком глубоко погрузился в свои размышления: настолько, что даже не услышал извинений от Марии, не сумев сказать той, что извиняться ей здесь и сейчас точно не стоит. Старший лейтенант озвучила то, что посчитала нужным, а то, на что натолкнули слова уже самого адресата... Вопрос иной. Взгляд юноши так и не сходил с невысокого стола перед ним, будто он пытался отыскать в его гладкой, немного отражающей поверхности какой-то ответ, но видел лишь искаженное пространство вокруг.
Вновь прозвучавший голос отвлек господина Орофера, он медленно обратил очи к Икеда, внимая сказанному. Она пыталась ободрить его, но... юноша лишь грустно усмехнулся и кивнул.
= ... Надейся на хороший результат. - таковы были её крайние слова перед выходом.
И впервые за долгое время он почувствовал... Нечто иное. Другое. Чего не испытывал до этой секунды. Мария уже не увидит этого, покидая комнату, но печальная усмешка пропала с его лица. Глаза стали сосредоточенными, немного уставшими. Всё лицо его застыло мраморной маской, а вся фигура его застыла, - от неё в эту секунду веяло монументальностью, присущей доселе только Иксории... Но недаром они - брат и сестра.
= Надеяться, отдыхать и ждать... когда всему Тенгейру нужна моя помощь...?
***
Поместье Ороферов осталось позади, звонок на «Мрачную Решимость» привёл в действие машину G-Ex-209. Офицеры делили состав на группы, получив приказ от Вильгельмы, тут же выводя с фрегата большую часть сил. Дуэт из Розз и мисс Кинг направился же в штаб стражей, чтобы уточнить текущую оперативную ситуацию у офицеров Ричмонда, которые уже какое-то время занимались решением проблемы. Сейчас все силы имели одну цель, как и днем ранее.
Но если до этого враг был на виду, его можно было обозначить, можно было указать цель, то сейчас... Оно ощущалось иначе. Тяжелее. Злее. Безжалостнее. А Ругорд был слишком велик, чтобы все военные в нём, пустившиеся на поиски разом, могли хотя бы претендовать на получение зацепок.
Получив информацию от подполковника, Ви уточнила приказ для групп Дозора: прочесать несколько предполагаемых районов, выйти на контакт с семьями потерпевших. Сама же она разделилась с Кассандрой, дабы использовать мощь Воли Наблюдения на полную и просканировать город сверху донизу.
Полдень. Вечер. Ночь. Целый день поисков. Без перерывов на обед, без заминок, без результатов. Всё было тщетно. Ни одной нити. Ни одного следа. Не было шума в гостиных и детских, окна целы и не повреждены, на замках не было следов взлома, - действовал мастер. Вероятно, целая группа таких мастеров, учитывая скорость.
«Прямо как тогда с Джоном Доу. Словно сквозь стены ходил... Сквозь стены...»
Мысль пришла слишком поздно, когда сама Вильгельма уже собиралась спать. Даже если эти случаи связаны, виновник был неуловим, а они дважды облетела город, и все её усилия разбились о чью-то волю. Омерзительное чувство беспомощности отказывалось отгоняться, но Юстициар принудительно его подавила, отправляясь в Царство Морфея.
= ... пулюм-пулюм. Пулюм-пулюм-пулюм-пулюм...
Розз открыла глаза, пытаясь понять, где источник звука, но разуму потребовалась пара секунд, чтобы после нескольких часов сна, всё же, собрать сознание в одну рабочую кучку. Медленно сев на кровать она поднялась, поправив рубашку, а затем подошла к кейсу из потемневшего багрянца, вскрывая его привычным образом и снимая с ден-ден муши микрофон.
- Слушаю.
Элиан слишком глубоко погрузился в свои размышления: настолько, что даже не услышал извинений от Марии, не сумев сказать той, что извиняться ей здесь и сейчас точно не стоит. Старший лейтенант озвучила то, что посчитала нужным, а то, на что натолкнули слова уже самого адресата... Вопрос иной. Взгляд юноши так и не сходил с невысокого стола перед ним, будто он пытался отыскать в его гладкой, немного отражающей поверхности какой-то ответ, но видел лишь искаженное пространство вокруг.
Вновь прозвучавший голос отвлек господина Орофера, он медленно обратил очи к Икеда, внимая сказанному. Она пыталась ободрить его, но... юноша лишь грустно усмехнулся и кивнул.
= ... Надейся на хороший результат. - таковы были её крайние слова перед выходом.
И впервые за долгое время он почувствовал... Нечто иное. Другое. Чего не испытывал до этой секунды. Мария уже не увидит этого, покидая комнату, но печальная усмешка пропала с его лица. Глаза стали сосредоточенными, немного уставшими. Всё лицо его застыло мраморной маской, а вся фигура его застыла, - от неё в эту секунду веяло монументальностью, присущей доселе только Иксории... Но недаром они - брат и сестра.
= Надеяться, отдыхать и ждать... когда всему Тенгейру нужна моя помощь...?
***
Поместье Ороферов осталось позади, звонок на «Мрачную Решимость» привёл в действие машину G-Ex-209. Офицеры делили состав на группы, получив приказ от Вильгельмы, тут же выводя с фрегата большую часть сил. Дуэт из Розз и мисс Кинг направился же в штаб стражей, чтобы уточнить текущую оперативную ситуацию у офицеров Ричмонда, которые уже какое-то время занимались решением проблемы. Сейчас все силы имели одну цель, как и днем ранее.
Но если до этого враг был на виду, его можно было обозначить, можно было указать цель, то сейчас... Оно ощущалось иначе. Тяжелее. Злее. Безжалостнее. А Ругорд был слишком велик, чтобы все военные в нём, пустившиеся на поиски разом, могли хотя бы претендовать на получение зацепок.
Получив информацию от подполковника, Ви уточнила приказ для групп Дозора: прочесать несколько предполагаемых районов, выйти на контакт с семьями потерпевших. Сама же она разделилась с Кассандрой, дабы использовать мощь Воли Наблюдения на полную и просканировать город сверху донизу.
Полдень. Вечер. Ночь. Целый день поисков. Без перерывов на обед, без заминок, без результатов. Всё было тщетно. Ни одной нити. Ни одного следа. Не было шума в гостиных и детских, окна целы и не повреждены, на замках не было следов взлома, - действовал мастер. Вероятно, целая группа таких мастеров, учитывая скорость.
«Прямо как тогда с Джоном Доу. Словно сквозь стены ходил... Сквозь стены...»
Мысль пришла слишком поздно, когда сама Вильгельма уже собиралась спать. Даже если эти случаи связаны, виновник был неуловим, а они дважды облетела город, и все её усилия разбились о чью-то волю. Омерзительное чувство беспомощности отказывалось отгоняться, но Юстициар принудительно его подавила, отправляясь в Царство Морфея.
= ... пулюм-пулюм. Пулюм-пулюм-пулюм-пулюм...
Розз открыла глаза, пытаясь понять, где источник звука, но разуму потребовалась пара секунд, чтобы после нескольких часов сна, всё же, собрать сознание в одну рабочую кучку. Медленно сев на кровать она поднялась, поправив рубашку, а затем подошла к кейсу из потемневшего багрянца, вскрывая его привычным образом и снимая с ден-ден муши микрофон.
- Слушаю.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)