[id29752100:bp-36291248_283523|Илья],
Крики раненого Деметрия рвали душу, но Мария заставила себя абстрагироваться. Опытный врач уже делал всё необходимое: накладывал жесткую шину, помогал принять удобное положение, следил за состоянием. Теперь её единственной задачей было не подпустить к ним ни одного врага. Гвардейцы и стражники, вдохновленные её решимостью, сомкнули ряды, превратив узкий переулок в настоящую стену из щитов, штыков и оружейных залпов. Но огромный пират, возвышающийся над толпой, уже прорубал себе путь именно к ней.
«Бежать? — мысленно повторила лейтенант. — Если я побегу, вы перережете здесь всех. Даже не мечтайте...»
Мария не ответила ему вслух. Девушка лишь крепче перехватила изувеченную рукоять обеими руками. От её отцовского одачи остался лишь короткий кусок стали с неровным, обломанным краем. Центр тяжести сместился, но лезвие всё ещё оставалось бритвенно-острым.
Огромный, похожий на могильную плиту меч взмыл в воздух. Тень от него на мгновение закрыла дымное утреннее небо. Угол атаки, замах, перенос веса — Мария инстинктивно считывала движения противника. Враг имел колоссальное преимущество в дистанции и массе. Принять такой удар в жесткий блок означало бы лишиться не только остатков клинка, но и собственных рук. Урок с булавой был усвоен окончательно.
Воздух низко загудел, когда массивная сталь обрушилась вниз, целясь так, чтобы раздавить лейтенанта пополам.
Мария не стала отступать назад — прямо за её спиной лежал Деметрий, да и простой шаг назад всё равно оставил бы её в зоне поражения. Вместо этого, дождавшись последней секунды, она сделала резкий выпад по диагонали — вперед и влево, уходя с траектории смертоносной дуги.
Этот смелый маневр позволил Марии переломить ситуацию. Она буквально нырнула под защиту противника, оказавшись с ним почти вплотную. Огромный двуручник пирата сейчас мог находиться внизу, увязнув в камнях и инерции собственного веса. Вытащить его для новой атаки требовало драгоценных мгновений, а правый бок и ребра громилы остались полностью открытыми.
Здесь, на сверхкороткой дистанции, длина изувеченного обломка стала преимуществом. Для длинного меча здесь не хватило бы замаха, но обрубок подходил идеально.
Широко расставив ноги для безупречного баланса, Мария перенесла вес тела на ведущую стопу. Короткое движение от бедра — и она выбросила обломанный клинок в колющем ударе. Девушка метила точно в неприкрытый бок здоровяка, прямо под его опущенную правую руку, вкладывая в этот выпад всю резкость и силу, на которую было способно её тело.
ONE PIECE RP ·
[Гранд Лайн, 2 путь] Тенгейр. 1 остров.
[id543751360:bp-36291248_283529|Tori],
Сказать, что гривастый преступник не ждал от старшего лейтенанта такой прыти, значит чуть-чуть приукрасить реальность: нет, он отдавал себе отчёт, что она сильна, и подмечал это по движениям, по стойке, несмотря на то, что битва продолжалась уже какое-то время. На лице его появился самый настоящий оскал от разгоняющего кровь задора битвы, заставляя его выглядеть льву подобно!
Глаз уловил движение дозорной, та пыталась подлезть, подскочить, прибиться вплотную, но, как раз из-за размеров оружия больше возможностей открывалось именно для атаки по бокам, чем та, собственно, и поспешила воспользоваться. Сама глыба вонзилась в брусчатку и заставила камни разлететься в стороны: повезло Икеда, что ни один из них не угодил по ногам, иначе маневр бы стал куда менее успешным.
= Ловкая...
Вот только не лыком был шит оппонент: пират шагнул за оружие, как за преграду, уходя с первоначальной линии атаки и защищаясь металлом от возможного продолжения. Однако длань его правая всё также лежала на рукояти, а левая скользнула вниз по обуху, хватаясь приблизительно за середину незаточенной стороны орудия. Действительно, плите сродни взял мужчина своего верного спутника, чтобы предпринять попытку резким движением с подшагом одновременно и поднять его из небольшой ямы, и толкающим маневром отбросить девушку назад. В конце концов, ему нужно было немного времени, чтобы перехватить оружие в более угрожающую позицию.
= Мы такими таких ловких любим! - с издёвкой бросил он.
Остальная битва продолжила греметь на фоне: пираты и защитники Тенгейра бились не щадя сил, пытаясь отстоять каждый своё, а время беспощадно утекало сквозь пальцы... Деметрий всё также продолжал сопротивляться попыткам организма увести себя в более «безопасный» режим, а врач отчаянно перевязывал его руку, чтобы впоследствии увести с поля боя... Впрочем, действительность всегда может оказаться несколько иной.
Сказать, что гривастый преступник не ждал от старшего лейтенанта такой прыти, значит чуть-чуть приукрасить реальность: нет, он отдавал себе отчёт, что она сильна, и подмечал это по движениям, по стойке, несмотря на то, что битва продолжалась уже какое-то время. На лице его появился самый настоящий оскал от разгоняющего кровь задора битвы, заставляя его выглядеть льву подобно!
Глаз уловил движение дозорной, та пыталась подлезть, подскочить, прибиться вплотную, но, как раз из-за размеров оружия больше возможностей открывалось именно для атаки по бокам, чем та, собственно, и поспешила воспользоваться. Сама глыба вонзилась в брусчатку и заставила камни разлететься в стороны: повезло Икеда, что ни один из них не угодил по ногам, иначе маневр бы стал куда менее успешным.
= Ловкая...
Вот только не лыком был шит оппонент: пират шагнул за оружие, как за преграду, уходя с первоначальной линии атаки и защищаясь металлом от возможного продолжения. Однако длань его правая всё также лежала на рукояти, а левая скользнула вниз по обуху, хватаясь приблизительно за середину незаточенной стороны орудия. Действительно, плите сродни взял мужчина своего верного спутника, чтобы предпринять попытку резким движением с подшагом одновременно и поднять его из небольшой ямы, и толкающим маневром отбросить девушку назад. В конце концов, ему нужно было немного времени, чтобы перехватить оружие в более угрожающую позицию.
= Мы такими таких ловких любим! - с издёвкой бросил он.
Остальная битва продолжила греметь на фоне: пираты и защитники Тенгейра бились не щадя сил, пытаясь отстоять каждый своё, а время беспощадно утекало сквозь пальцы... Деметрий всё также продолжал сопротивляться попыткам организма увести себя в более «безопасный» режим, а врач отчаянно перевязывал его руку, чтобы впоследствии увести с поля боя... Впрочем, действительность всегда может оказаться несколько иной.
[id29752100:bp-36291248_283536|Илья],
Лезвие со звоном врезалось в широкий блок. Львинный пират оказался куда умнее, чем можно было судить по его дикому оскалу — вовремя шагнул за свой гигантский меч, используя его как непробиваемый щит. В следующую секунду массивная плита рванулась вперед. Пират вложил в этот толчок весь свой вес, намереваясь одновременно выдернуть оружие из камней и сбить лейтенанта с ног.
Пытаться остановить такую массу встречным сопротивлением было бы слишком глупо. Мария мгновенно сменила тактику: она слегка согнула колени, сгруппировалась и позволила чужому удару отбросить себя. Сапоги с шорохом заскользили по разбитой брусчатке. Девушка проехала назад около пары метров, каким-то чудом сохранив баланс.
«Будь у меня такой же меч, я бы справилась куда лучше» — отметила про себя Икеда, не сводя внимательного взгляда с оппонента.
За спиной Мария слышала сдавленные стоны Деметрия. Медик продолжал фиксировать перелом командира, пока гвардейцы отчаянно сдерживали натиск пиратской толпы. Время безжалостно таяло. Каждая секунда задержки стоила жизней стражников, а к порту уже приближалась вражеская армада. Тратить драгоценные минуты на долгую дуэль было непозволительной роскошью.
Пират добился своей цели — вырвал лезвие из мостовой и разорвал дистанцию. Однако прямо сейчас, чтобы удержать этот колоссальный вес, его левая рука крепко сжимала тупую сторону клинка. Эта хватка давала ему контроль, но оставляла пальцы и запястье совершенно открытыми.
Как только скольжение назад прекратилось, Мария с силой оттолкнулась от камней. Она не стала дожидаться, пока гигант перехватит рукоять для нового замаха. Резкий, пружинистый рывок вперед снова сократил вырванные противником метры.
Девушка взмахнула коротким клинком снизу вверх. Это был не тяжелый удар, а предельно быстрый, секущий выпад. Мария метила точно по открытым пальцам левой руки пирата, намереваясь болезненно рассечь плоть, заставить его разжать хватку и лишить возможности контролировать свой гигантский меч.
Лезвие со звоном врезалось в широкий блок. Львинный пират оказался куда умнее, чем можно было судить по его дикому оскалу — вовремя шагнул за свой гигантский меч, используя его как непробиваемый щит. В следующую секунду массивная плита рванулась вперед. Пират вложил в этот толчок весь свой вес, намереваясь одновременно выдернуть оружие из камней и сбить лейтенанта с ног.
Пытаться остановить такую массу встречным сопротивлением было бы слишком глупо. Мария мгновенно сменила тактику: она слегка согнула колени, сгруппировалась и позволила чужому удару отбросить себя. Сапоги с шорохом заскользили по разбитой брусчатке. Девушка проехала назад около пары метров, каким-то чудом сохранив баланс.
«Будь у меня такой же меч, я бы справилась куда лучше» — отметила про себя Икеда, не сводя внимательного взгляда с оппонента.
За спиной Мария слышала сдавленные стоны Деметрия. Медик продолжал фиксировать перелом командира, пока гвардейцы отчаянно сдерживали натиск пиратской толпы. Время безжалостно таяло. Каждая секунда задержки стоила жизней стражников, а к порту уже приближалась вражеская армада. Тратить драгоценные минуты на долгую дуэль было непозволительной роскошью.
Пират добился своей цели — вырвал лезвие из мостовой и разорвал дистанцию. Однако прямо сейчас, чтобы удержать этот колоссальный вес, его левая рука крепко сжимала тупую сторону клинка. Эта хватка давала ему контроль, но оставляла пальцы и запястье совершенно открытыми.
Как только скольжение назад прекратилось, Мария с силой оттолкнулась от камней. Она не стала дожидаться, пока гигант перехватит рукоять для нового замаха. Резкий, пружинистый рывок вперед снова сократил вырванные противником метры.
Девушка взмахнула коротким клинком снизу вверх. Это был не тяжелый удар, а предельно быстрый, секущий выпад. Мария метила точно по открытым пальцам левой руки пирата, намереваясь болезненно рассечь плоть, заставить его разжать хватку и лишить возможности контролировать свой гигантский меч.
[id543751360:bp-36291248_283537|Tori],
Короткое сражение посреди бушующего моря глобальной схватки продолжалось. Пока никто из дуэлянтов не добился большого преимущества, что только подчеркивало их паритет! Хотя казалось бы: такой здоровенный пират и такая хрупкая дозорная! Фортуна должна была встать на сторону силы и выверенной жестокости, но... Всё было не так просто.
Гривастый добился своего: оттолкнул Марию назад, защитился от предыдущего выпада, - а значит мог продолжать собственный натиск. Стоило манёвру свершиться, как левая рука тут же выпустила обух из хватки за ненадобностью, а сам он сделал шаг вправо, выравнивая своё положение относительно рукояти, чтобы превратить лёгкое опережение в разгром для оппонентки. Однако Икеда в очередной раз доказала, что одной силы мало: успешно сгруппировавшись, она возобновила натиск, делая рывок вперёд!
Длани легли на эфес оружия, диагонально опирающегося на дорогу, а пират, в свою очередь, заприметил начавшееся движение, но никак не ждал он, что старший лейтенант ринется к нему напрямую. С шагом назад он пожелал размашисто ударить её плашмя, чтобы отбросить в сторону, но не успел самую малость, ведь стремительный взмах отсек ему пару пальцев, заставляя его собственный потерять в силе: атака, вероятнее всего, попадет по Марии, но лишь сдвинет в сторону, больно ударив по боку, возможно, сбивая дыхание.
Сам здоровяк вскрикнет от боли, впившейся в его сознание столь явственно и ярко, не в силах ей противиться в полной мере, теряя выигранный ранее темп. Тем не менее, он ещё не побежден, и будет сопротивляться до последнего! Это сама Икеда могла наблюдать в хищном оскале и гневливом взоре, что был теперь обращён к ней одной...
Короткое сражение посреди бушующего моря глобальной схватки продолжалось. Пока никто из дуэлянтов не добился большого преимущества, что только подчеркивало их паритет! Хотя казалось бы: такой здоровенный пират и такая хрупкая дозорная! Фортуна должна была встать на сторону силы и выверенной жестокости, но... Всё было не так просто.
Гривастый добился своего: оттолкнул Марию назад, защитился от предыдущего выпада, - а значит мог продолжать собственный натиск. Стоило манёвру свершиться, как левая рука тут же выпустила обух из хватки за ненадобностью, а сам он сделал шаг вправо, выравнивая своё положение относительно рукояти, чтобы превратить лёгкое опережение в разгром для оппонентки. Однако Икеда в очередной раз доказала, что одной силы мало: успешно сгруппировавшись, она возобновила натиск, делая рывок вперёд!
Длани легли на эфес оружия, диагонально опирающегося на дорогу, а пират, в свою очередь, заприметил начавшееся движение, но никак не ждал он, что старший лейтенант ринется к нему напрямую. С шагом назад он пожелал размашисто ударить её плашмя, чтобы отбросить в сторону, но не успел самую малость, ведь стремительный взмах отсек ему пару пальцев, заставляя его собственный потерять в силе: атака, вероятнее всего, попадет по Марии, но лишь сдвинет в сторону, больно ударив по боку, возможно, сбивая дыхание.
Сам здоровяк вскрикнет от боли, впившейся в его сознание столь явственно и ярко, не в силах ей противиться в полной мере, теряя выигранный ранее темп. Тем не менее, он ещё не побежден, и будет сопротивляться до последнего! Это сама Икеда могла наблюдать в хищном оскале и гневливом взоре, что был теперь обращён к ней одной...
[id29752100:bp-36291248_283538|Илья],
Удар плашмя обрушился с такой силой, словно Марию сбила тяжёлая повозка. Воздух со свистом вырвался из легких. Боль мгновенно прошила до самого позвоночника, девушку отбросило в сторону. Сапоги проскрежетали по брусчатке, но она уперлась пятками в камни и чудом удержалась на ногах. Упасть сейчас означало бы открыть врагу путь к раненому Деметрию, который лежал всего в паре метров позади.
Лейтенант судорожно вдохнула, чувствуя во рту резкий привкус железа. Бок горел огнем, а каждый вдох отзывался тупой пульсирующей болью. Сквозь звон в ушах она услышала полный боли вскрик пирата — её маневр увенчался успехом. Враг лишился пальцев, а значит, его хватка неминуемо ослабла. Тяжелый меч требовал двух здоровых рук.
Здоровяк буравил ее полным ненависти взглядом. Ярость делала его опасным, но она же лишала его рассудка. Враг потерял свой темп, и Мария не собиралась давать ему ни единой секунды на восстановление.
Не дожидаясь, пока пират приспособится к боли в изувеченной кисти и попытается перехватить свою глыбу поудобнее, Мария снова сорвалась с места. Она ушла в низкую стойку, проскальзывая под зоной потенциального замаха.
Она совершила рывок вперёд, пригибаясь. Лейтенант метила точно под колено — туда, где мышцы не были прикрыты пластинами брони. Если повредить ногу, этот гигант просто не сможет удерживать равновесие, и его собственное оружие неизбежно потянет его к земле. При этом Мария не хотела вонзать клинок глубоко в плоть, останавливаться и подставляться под удар. Цель — проскользнуть за спину, оставляя глубокий порез.
Удар плашмя обрушился с такой силой, словно Марию сбила тяжёлая повозка. Воздух со свистом вырвался из легких. Боль мгновенно прошила до самого позвоночника, девушку отбросило в сторону. Сапоги проскрежетали по брусчатке, но она уперлась пятками в камни и чудом удержалась на ногах. Упасть сейчас означало бы открыть врагу путь к раненому Деметрию, который лежал всего в паре метров позади.
Лейтенант судорожно вдохнула, чувствуя во рту резкий привкус железа. Бок горел огнем, а каждый вдох отзывался тупой пульсирующей болью. Сквозь звон в ушах она услышала полный боли вскрик пирата — её маневр увенчался успехом. Враг лишился пальцев, а значит, его хватка неминуемо ослабла. Тяжелый меч требовал двух здоровых рук.
Здоровяк буравил ее полным ненависти взглядом. Ярость делала его опасным, но она же лишала его рассудка. Враг потерял свой темп, и Мария не собиралась давать ему ни единой секунды на восстановление.
Не дожидаясь, пока пират приспособится к боли в изувеченной кисти и попытается перехватить свою глыбу поудобнее, Мария снова сорвалась с места. Она ушла в низкую стойку, проскальзывая под зоной потенциального замаха.
Она совершила рывок вперёд, пригибаясь. Лейтенант метила точно под колено — туда, где мышцы не были прикрыты пластинами брони. Если повредить ногу, этот гигант просто не сможет удерживать равновесие, и его собственное оружие неизбежно потянет его к земле. При этом Мария не хотела вонзать клинок глубоко в плоть, останавливаться и подставляться под удар. Цель — проскользнуть за спину, оставляя глубокий порез.
[id543751360:bp-36291248_283539|Tori],
После столкновения с Марией глыба быстро замедлила свой ход, встречаясь неумолимо с брусчаткой, снова разбивая её, но уже куда в меньшей степени, чем при целенаправленном ударе. Это все боль: она стрельнула по всей нервной системе, лишая на мгновение столь необходимых сил, и слишком быстро погасила контратаку, которая могла бы выиграть момент для победного удара...
И старший лейтенант, демонстрируя чудеса стойкости и не мешкая ни секунды, снова ринулась в бой. Ей, видно, всё было мало, не собиралась она даже переводить дыхания, ведомая лишь желанием окончить жизнь злосчастного пирата!
= Прыткая дрянь! - взревел тот, окончательно распаляясь, пылая ослепляющей яростью пуще факела.
Разворачиваясь на месте, он ударом ноги отправил массивный меч в полет, не в силах, быстро сдвинуть его руками. Так он надеялся застать Икеда врасплох, пресекая её попытку по сближению, однако... Не успел. Половиной секунды раннее успей он выполнить манёвр, снова бы сбил дозорную в сторону, позволяя себе продолжить атаку, но Страж в лице Марии проскользнул сквозь незакрытый рубеж обороны. Та нанесла опасный удар, что вгрызся в плоть и перерезал сухожилия, заставляя гривастого, рыча от нового приступа агонии, припасть на одно колено.
Но не одна лишь старший лейтенант имела возможность показать недюжинную выносливость: едва встретившись с твердым материалом улицы, пират выхватил из ботинка кинжал, отпуская из правой руки рукоять меча, а затем ударом наотмашь попытался достать бедро Икеда, не позволяя так легко уйти безнаказанной!
Стихийная же схватка постепенно начинала локализовываться: совместные усилия военных с Ругорда и гвардии Ороферов смогли пережить натиск отряда пиратов, а потому расчищали от них этот перекресток, в котором и происходила схватка. Кто-то уже обращался в бегство, кто-то отчаянно дрался, видя трепыхания командира, но помешать дуэли или вмешаться в неё ни у кого пока не получалось...
После столкновения с Марией глыба быстро замедлила свой ход, встречаясь неумолимо с брусчаткой, снова разбивая её, но уже куда в меньшей степени, чем при целенаправленном ударе. Это все боль: она стрельнула по всей нервной системе, лишая на мгновение столь необходимых сил, и слишком быстро погасила контратаку, которая могла бы выиграть момент для победного удара...
И старший лейтенант, демонстрируя чудеса стойкости и не мешкая ни секунды, снова ринулась в бой. Ей, видно, всё было мало, не собиралась она даже переводить дыхания, ведомая лишь желанием окончить жизнь злосчастного пирата!
= Прыткая дрянь! - взревел тот, окончательно распаляясь, пылая ослепляющей яростью пуще факела.
Разворачиваясь на месте, он ударом ноги отправил массивный меч в полет, не в силах, быстро сдвинуть его руками. Так он надеялся застать Икеда врасплох, пресекая её попытку по сближению, однако... Не успел. Половиной секунды раннее успей он выполнить манёвр, снова бы сбил дозорную в сторону, позволяя себе продолжить атаку, но Страж в лице Марии проскользнул сквозь незакрытый рубеж обороны. Та нанесла опасный удар, что вгрызся в плоть и перерезал сухожилия, заставляя гривастого, рыча от нового приступа агонии, припасть на одно колено.
Но не одна лишь старший лейтенант имела возможность показать недюжинную выносливость: едва встретившись с твердым материалом улицы, пират выхватил из ботинка кинжал, отпуская из правой руки рукоять меча, а затем ударом наотмашь попытался достать бедро Икеда, не позволяя так легко уйти безнаказанной!
Стихийная же схватка постепенно начинала локализовываться: совместные усилия военных с Ругорда и гвардии Ороферов смогли пережить натиск отряда пиратов, а потому расчищали от них этот перекресток, в котором и происходила схватка. Кто-то уже обращался в бегство, кто-то отчаянно дрался, видя трепыхания командира, но помешать дуэли или вмешаться в неё ни у кого пока не получалось...
[id29752100:bp-36291248_283546|Илья],
Манёвр удался — изувеченная сталь успешно рассекла сухожилия под коленом гиганта. Огромная туша рухнула на брусчатку, не в силах удерживать равновесие. Мария проскользнула за его спину, тяжело дыша. На какую-то долю секунды ей показалось, что инициатива окончательно перешла в её руки.
Но загнанный в угол зверь оказался куда коварнее.
Она просто не ожидала удара оттуда. Не успела ни разорвать дистанцию, ни развернуться для нового блока. Короткий взмах снизу вверх застал её врасплох. Кинжал, выхваченный из голенища сапога, распорол одежды и глубоко впился в бедро лейтенанта.
Острая боль прострелила ногу. Из груди Марии вырвался короткий, сдавленный выдох. Поврежденная нога рефлекторно подогнулась, грозя увлечь девушку на залитые кровью камни.
«Только не падать» — мыслью пронеслось в голове.
Стиснув челюсти, Мария силой воли заставила себя перенести вес на здоровую правую ногу. Горячая кровь уже струилась по бедру, пропитывая ткань, но разум не велел сдаваться. Она не имела права рухнуть сейчас, когда за её спиной лежал беспомощный Деметрий.
Превозмогая жгучую боль в бедре и ушибленных ранее ребрах, Икеда резко развернулась к врагу. Тот уже осел на земь, а значит был уязвим. Нужно было воспользоваться этим.
Мария рванула обратно и коротким движением опустила сталь на открытое основание шеи пирата. Это был выверенный удар, призванный оборвать жизнь противника до того, как он успеет развернуться или нанести еще один выпад.
Краем уха Мария уловила, как стихает шум на перекрестке. Гвардейцы успешно зачищали рубеж, но её собственное сражение забрало непозволительно много сил.
Манёвр удался — изувеченная сталь успешно рассекла сухожилия под коленом гиганта. Огромная туша рухнула на брусчатку, не в силах удерживать равновесие. Мария проскользнула за его спину, тяжело дыша. На какую-то долю секунды ей показалось, что инициатива окончательно перешла в её руки.
Но загнанный в угол зверь оказался куда коварнее.
Она просто не ожидала удара оттуда. Не успела ни разорвать дистанцию, ни развернуться для нового блока. Короткий взмах снизу вверх застал её врасплох. Кинжал, выхваченный из голенища сапога, распорол одежды и глубоко впился в бедро лейтенанта.
Острая боль прострелила ногу. Из груди Марии вырвался короткий, сдавленный выдох. Поврежденная нога рефлекторно подогнулась, грозя увлечь девушку на залитые кровью камни.
«Только не падать» — мыслью пронеслось в голове.
Стиснув челюсти, Мария силой воли заставила себя перенести вес на здоровую правую ногу. Горячая кровь уже струилась по бедру, пропитывая ткань, но разум не велел сдаваться. Она не имела права рухнуть сейчас, когда за её спиной лежал беспомощный Деметрий.
Превозмогая жгучую боль в бедре и ушибленных ранее ребрах, Икеда резко развернулась к врагу. Тот уже осел на земь, а значит был уязвим. Нужно было воспользоваться этим.
Мария рванула обратно и коротким движением опустила сталь на открытое основание шеи пирата. Это был выверенный удар, призванный оборвать жизнь противника до того, как он успеет развернуться или нанести еще один выпад.
Краем уха Мария уловила, как стихает шум на перекрестке. Гвардейцы успешно зачищали рубеж, но её собственное сражение забрало непозволительно много сил.
[id543751360:bp-36291248_283548|Tori],
Гривастый преступник, всё же, смог достигнуть намеченной цели, сумел ранить бравую дозорную, оставляя опасную и болезненную травму, которая, благо, вряд ли перерастет в что-то действительно угрожающее жизни. Да, подвижность Марии неминуемо снизиться, но крупные кровеносные сосуды не были задеты, а потому её жизнь в сравнительной, но безопасности.
Однако цена небольшого триумфа была высока... Не успеет полноценно защититься тот, выставит в последней надежде ранее раненную руку, но не сможет дотянуться. Клинок пройдёт внутрь, подобно тому, как нож входит в успевшее нагреться масло. Не сдюжит плоть самого тела: сталь вопьётся в шею, даже сломанным концом без проблем преодолевая барьеры мышц, заставляя противника захлебнуться собственной кровью. Всё, что он смог сделать, так это метнуть собственный кинжал: сталь рассекла одежду и оставила царапину на боку оппонентки... Но это было пределом его сил, в котором тот, издавая булькающий хрип, до последнего в безумной, бессильной злобе сверлил её глазами. Пират отказывался признавать поражение, даже когда был поставлен перед фактом...
Глаза его закатятся, и труп упадет на землю, больше не удерживаемый ни яркими эмоциями, ни гаснущим сознанием. Страж смог сдержать своё извечное обещание и защитить тех, кто рядом. В этот раз...
Его меч, - всё та же огромная глыба, - будто и не претерпела никаких изменений от столкновения с брусчаткой, да и с чего бы: такой массивный пласт металла как будто и в пасти Морского Короля бы остался нетронутым! Во всяком случае, создавалось такое впечатление. И подобное массивное оружие, наверное, станет отличным подспорьем в бою против следующей угрозы.
Оставшаяся волна из разрозненных сил морских разбойников попытается захлестнуть Икеда: у неё будет не так много времени, чтобы прийти в себя, ведь те не будут её жалеть, уже пулями освистывая всё окружение старшего лейтенанта. Рядом упало несколько защитников, что спешили на помощь девушке, и скоро подойдут ещё, но бой так и требовал от Марии отдать всю себя...
Гривастый преступник, всё же, смог достигнуть намеченной цели, сумел ранить бравую дозорную, оставляя опасную и болезненную травму, которая, благо, вряд ли перерастет в что-то действительно угрожающее жизни. Да, подвижность Марии неминуемо снизиться, но крупные кровеносные сосуды не были задеты, а потому её жизнь в сравнительной, но безопасности.
Однако цена небольшого триумфа была высока... Не успеет полноценно защититься тот, выставит в последней надежде ранее раненную руку, но не сможет дотянуться. Клинок пройдёт внутрь, подобно тому, как нож входит в успевшее нагреться масло. Не сдюжит плоть самого тела: сталь вопьётся в шею, даже сломанным концом без проблем преодолевая барьеры мышц, заставляя противника захлебнуться собственной кровью. Всё, что он смог сделать, так это метнуть собственный кинжал: сталь рассекла одежду и оставила царапину на боку оппонентки... Но это было пределом его сил, в котором тот, издавая булькающий хрип, до последнего в безумной, бессильной злобе сверлил её глазами. Пират отказывался признавать поражение, даже когда был поставлен перед фактом...
Глаза его закатятся, и труп упадет на землю, больше не удерживаемый ни яркими эмоциями, ни гаснущим сознанием. Страж смог сдержать своё извечное обещание и защитить тех, кто рядом. В этот раз...
Его меч, - всё та же огромная глыба, - будто и не претерпела никаких изменений от столкновения с брусчаткой, да и с чего бы: такой массивный пласт металла как будто и в пасти Морского Короля бы остался нетронутым! Во всяком случае, создавалось такое впечатление. И подобное массивное оружие, наверное, станет отличным подспорьем в бою против следующей угрозы.
Оставшаяся волна из разрозненных сил морских разбойников попытается захлестнуть Икеда: у неё будет не так много времени, чтобы прийти в себя, ведь те не будут её жалеть, уже пулями освистывая всё окружение старшего лейтенанта. Рядом упало несколько защитников, что спешили на помощь девушке, и скоро подойдут ещё, но бой так и требовал от Марии отдать всю себя...
Илья (https://vk.ru/id29752100),
Пират с булькающим хрипом рухнул на залитые кровью камни. Мария с трудом выдернула обломок одачи из его шеи. Зрение помутнело на долю секунды, бедро горело огнем, а свежая царапина на боку лишь добавляла остроты к общей картине боли. Девушка тяжело оперлась на правую, здоровую ногу, стараясь не упасть.
«Еще одна смерть, — с горечью пронеслось в ее мыслях. — Но если бы я замешкалась, на его месте были бы мои товарищи»
Времени на рефлексию не оставалось. Воздух вокруг наполнился свинцовым свистом. Пиратская волна, разъяренная гибелью своего вожака, обрушила на перекресток шквальный огонь. Двое стражников, спешивших к ней на помощь, с глухим стоном повалились на брусчатку.
Мария понимала: с раненой ногой и изувеченным, укороченным клинком она не сможет ни маневрировать под пулями, ни эффективно атаковать. Ей нужно было надежное укрытие. Взгляд усталых глаз упал на гигантский меч поверженного врага — стальную глыбу, на которой не осталось даже царапины после ударов о мостовую.
Девушка быстро вернула обломок родного одачи в ножны. Стоило найти и вторую часть, чтобы починить позже, но на этого не было никакого времени... Стиснув зубы, она наклонилась и обхватила обеими руками толстую рукоять чужого оружия. Сталь оказалась чудовищно тяжелой. Мышцы взвыли от напряжения, а пробитое бедро отозвалось болью, когда лейтенант заставила себя подняться.
Мария с силой вонзила конец чудовищного лезвия в щель между разбитыми камнями брусчатки, развернув клинок широкой стороной к наступающему врагу. Это не было похоже на излюбленную стойку черепахи, но защищало ни капли не хуже. Свинец тут же забарабанил по импровизированному щиту. Каждое попадание отзывалось в руках, грозя вырвать рукоять из ослабевших пальцев, но Мария, широко расставив ноги и упираясь в землю, стояла непоколебимо.
Девушка бросила взгляд через плечо на дрогнувших под обстрелом гвардейцев и стражников.
— Не ломать строй! — её голос был почти сорванный и хриплый от боли. — Перегруппироваться за мной! Стрелкам — перезарядить винтовки и давать залп поверх щитов! Мы не отдадим им этот перекресток!
Мария крепче перехватила рукоять, чувствуя, как горячая кровь струится по ноге. Ей было страшно и больно, конечно, но защита этих людей и Ругорда в целом стояла превыше собственных проблем.
Приказ лейтенанта подействовал отрезвляюще. Гвардейцы и стража, на мгновение опешившие от ярости натиска, мгновенно пришли в себя. Воодушевленные стойкостью израненной дозорной, они слаженно сомкнули щиты, выстраивая непробиваемую стену справа и слева от Марии.
Десятки винтовок произвели залп. Стрелки, надежно укрытые за спинами гвардейцев и широким клинком Марии, дали плотный залп по наступающим пиратам. Узкая улица потонула в пороховом дыму. Те из разбойников, кто бежал в первых рядах и не успел найти укрытие, с криками рухнули на серую брусчатку.
За первым залпом тут же последовал второй, а затем бойцы сделали короткий шаг вперед, ощетинившись копьями. Слаженная работа обученных солдат сделала свое дело — лишенные массивного предводителя и столкнувшиеся с железной дисциплиной, остатки пиратов дрогнули. Потеряв запал, головорезы начали спешно откатываться вглубь портовых переулков, огрызаясь лишь беспорядочной стрельбой.
Перекресток был удержан.
Когда гул выстрелов стих, сменившись стонами раненых и тяжелым дыханием выживших, Мария наконец разжала побелевшие пальцы. Огромный двуручник так и остался торчать в камнях, подобно памятнику всего, что здесь произошло.
«Мы справились...» — пронеслось в голове, пока лейтенант пыталась восстановить сбитое дыхание.
Мария медленно, заметно прихрамывая, развернулась и направилась в тыл. Там, прислоненный к разбитой кирпичной стене, полулежал Деметрий.
Пират с булькающим хрипом рухнул на залитые кровью камни. Мария с трудом выдернула обломок одачи из его шеи. Зрение помутнело на долю секунды, бедро горело огнем, а свежая царапина на боку лишь добавляла остроты к общей картине боли. Девушка тяжело оперлась на правую, здоровую ногу, стараясь не упасть.
«Еще одна смерть, — с горечью пронеслось в ее мыслях. — Но если бы я замешкалась, на его месте были бы мои товарищи»
Времени на рефлексию не оставалось. Воздух вокруг наполнился свинцовым свистом. Пиратская волна, разъяренная гибелью своего вожака, обрушила на перекресток шквальный огонь. Двое стражников, спешивших к ней на помощь, с глухим стоном повалились на брусчатку.
Мария понимала: с раненой ногой и изувеченным, укороченным клинком она не сможет ни маневрировать под пулями, ни эффективно атаковать. Ей нужно было надежное укрытие. Взгляд усталых глаз упал на гигантский меч поверженного врага — стальную глыбу, на которой не осталось даже царапины после ударов о мостовую.
Девушка быстро вернула обломок родного одачи в ножны. Стоило найти и вторую часть, чтобы починить позже, но на этого не было никакого времени... Стиснув зубы, она наклонилась и обхватила обеими руками толстую рукоять чужого оружия. Сталь оказалась чудовищно тяжелой. Мышцы взвыли от напряжения, а пробитое бедро отозвалось болью, когда лейтенант заставила себя подняться.
Мария с силой вонзила конец чудовищного лезвия в щель между разбитыми камнями брусчатки, развернув клинок широкой стороной к наступающему врагу. Это не было похоже на излюбленную стойку черепахи, но защищало ни капли не хуже. Свинец тут же забарабанил по импровизированному щиту. Каждое попадание отзывалось в руках, грозя вырвать рукоять из ослабевших пальцев, но Мария, широко расставив ноги и упираясь в землю, стояла непоколебимо.
Девушка бросила взгляд через плечо на дрогнувших под обстрелом гвардейцев и стражников.
— Не ломать строй! — её голос был почти сорванный и хриплый от боли. — Перегруппироваться за мной! Стрелкам — перезарядить винтовки и давать залп поверх щитов! Мы не отдадим им этот перекресток!
Мария крепче перехватила рукоять, чувствуя, как горячая кровь струится по ноге. Ей было страшно и больно, конечно, но защита этих людей и Ругорда в целом стояла превыше собственных проблем.
Приказ лейтенанта подействовал отрезвляюще. Гвардейцы и стража, на мгновение опешившие от ярости натиска, мгновенно пришли в себя. Воодушевленные стойкостью израненной дозорной, они слаженно сомкнули щиты, выстраивая непробиваемую стену справа и слева от Марии.
Десятки винтовок произвели залп. Стрелки, надежно укрытые за спинами гвардейцев и широким клинком Марии, дали плотный залп по наступающим пиратам. Узкая улица потонула в пороховом дыму. Те из разбойников, кто бежал в первых рядах и не успел найти укрытие, с криками рухнули на серую брусчатку.
За первым залпом тут же последовал второй, а затем бойцы сделали короткий шаг вперед, ощетинившись копьями. Слаженная работа обученных солдат сделала свое дело — лишенные массивного предводителя и столкнувшиеся с железной дисциплиной, остатки пиратов дрогнули. Потеряв запал, головорезы начали спешно откатываться вглубь портовых переулков, огрызаясь лишь беспорядочной стрельбой.
Перекресток был удержан.
Когда гул выстрелов стих, сменившись стонами раненых и тяжелым дыханием выживших, Мария наконец разжала побелевшие пальцы. Огромный двуручник так и остался торчать в камнях, подобно памятнику всего, что здесь произошло.
«Мы справились...» — пронеслось в голове, пока лейтенант пыталась восстановить сбитое дыхание.
Мария медленно, заметно прихрамывая, развернулась и направилась в тыл. Там, прислоненный к разбитой кирпичной стене, полулежал Деметрий.
Врач уже закончил свою работу. На сломанной руке командира гвардии красовалась жесткая, туго стянутая бинтами шина. Мария остановилась в шаге от них, тяжело присев. Она сама выглядела не лучше: форма изодрана, левая нога и бок в крови, лицо покрыто гарью.
— Господин Василакис, — тихо произнесла Мария, глядя на командира. — Атака отбита. Перекресток наш. Как ваше состояние?
Она перевела вопросительный взгляд на медика, ожидая его профессионального вердикта. До порта оставалась еще половина пути, и им нужно было срочно решать, как перегруппировать силы для дальнейшего марша.
— Господин Василакис, — тихо произнесла Мария, глядя на командира. — Атака отбита. Перекресток наш. Как ваше состояние?
Она перевела вопросительный взгляд на медика, ожидая его профессионального вердикта. До порта оставалась еще половина пути, и им нужно было срочно решать, как перегруппировать силы для дальнейшего марша.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 2 Гость(ей)