Илья (https://vk.ru/id29752100),
Наступление началось ровно в назначенную минуту. Объединенные силы слаженно разделились на несколько потоков, каждый знающий свою задачу.
Пока «Алые Налётчики» тяжелым строем выдвинулись прямо по главному проспекту, намеренно стягивая на себя основное внимание и силы пиратов, часть войск пошла параллельным курсом. Трем западным улицам-дублерам, плотно застроенным каменными домами и ведущим прямиком к порту, пришлось стать направлениями по флангу. Именно здесь продвигались стража Ругорда и личная гвардия дома Ороферов, в рядах которых шла Мария.
Общую координацию наступления взял на себя подполковник Ричмонд. Оставшись в тылу, он руководил движением отрядов, получая донесения и направляя подкрепления туда, где они могли потребоваться. В первых рядах же всё зависело от полевых офицеров.
Отряды городской стражи шли плотными рядами. Это были простые солдаты, вооруженные казенными винтовками, тяжелыми алебардами и обычными мечами. Напряжение среди них было почти осязаемым, поскольку, как уже говорилось ранее, смерти боялись все. Именно страх давал им силы цепляться за жизнь до последнего.
На фоне городского ополчения гвардия Ороферов выделялась разительным контрастом. Под командованием Деметрия эти люди двигались куда стройнее, крепче держа строй. Качественная, подогнанная по фигуре броня не звенела попусту, а первоклассное оружие было готово к бою в любую секунду. Никакой суеты или лишних разговоров — только холодная дисциплина.
Мария шагала в самом авангарде, держась рядом с Деметрием. Крепко сжимая рукой одачи, она двигалась в такт остальным, морально готовясь к тому моменту, когда напряженная тишина взорвется первыми выстрелами.
Чем ближе отряды подходили к границам портовых кварталов, тем отчетливее пахло гарью и солью. Вскоре узкая улица прервалась первой линией обороны врага — массивной баррикадой, наспех сколоченной из тяжелых ящиков, перевернутых телег и нагромождения мусора. Из-за укрытий и с крыш соседних домов уже торчали оружейные стволы ожидавших пиратов.
Тишину разорвал хриплый приказ одного из капитанов городской стражи:
— В шеренгу! Целься! Залп!
Ружейный залп ударил по позициям пиратов, в щепки разнося деревянные ящики и заставляя вражеских стрелков валиться с крыш. Пороховой дым еще не успел рассеяться, как прозвучала новая команда — и в дело вступили мечи. Гвардейцы Ороферов вместе со стражей бросились на штурм укреплений, сминая уцелевших защитников в ближнем бою.
Мария одним быстрым, уже выведенным до автоматизима движением выхватила одачи из ножен. Длинное, слегка изогнутое лезвие блеснуло под солнцем, когда лейтенант перемахнула через обломки телеги.
Мария действовала предельно точно: жесткая постановка ног обеспечивала устойчивость, позволяя блокировать большинство ударов. Правильный хват обеих рук на длинной рукояти превращал каждый удар в тяжелую дугу, способную разрубить и плоть, и оружие.
Она парировала удары, тут же отвечая стремительными выпадами. В точном контроле над собственным телом крылся весь смысл её стиля — сила несокрушимого Стража. Сметая врагов выверенными ударами и методично прикрывая открытые стороны, Икеда была на своем месте.
Прорвав первую линию обороны, объединенные силы втянулись в хитросплетение портовых улочек. Здесь, в тесных каменных переулках, характер боя резко изменился. Пираты прекрасно знали местность и не собирались сдавать город без грязной драки. Простор для широких маневров исчез, уступив место сражениям в закрытом пространстве. Враг использовал каждую подворотню, переулок и открытое окно — засады поджидали буквально на каждом шагу. Стоило авангарду миновать очередной перекресток, как из проходов вываливалась толпа головорезов, вооруженных короткими тесаками и топорами. Одновременно с этим с покатых крыш и деревянных балконов начинал бить прицельный огонь.
ONE PIECE RP ·
[Гранд Лайн, 2 путь] Тенгейр. 1 остров.
Воздух стремительно наполнился режущим глаза пороховым дымом, который оседал в узких улицах густым туманом, снижая видимость до нескольких метров. Грохот выстрелов слился в единый гул, давивший на барабанные перепонки, смешиваясь с руганью и хриплыми, полными невыносимой боли криками.
В этом хаосе городская стража проявила себя с неожиданной стойкостью. Местные капитаны и лейтенанты, чьи голоса уже давно сорвались от постоянного крика, железной рукой наводили порядок в дрогнувших рядах. Офицеры метались вдоль строя, пинками и криками заставляя солдат держать строй. Стоило пиратам попытаться зажать колонну в клещи, как следовал немедленный приказ на перестроение. Стражники перекрывали переулки тяжелыми щитами, из которых торчали острые алебарды. Об эту импровизированную стену раз за разом разбивались волны отчаянных пиратов. Солдаты, мерно отбивая натиск, делали шаг за шагом в наступление.
Но цена каждого такого шага была ужасающе высокой. Марии, находившейся на острие атаки, давно не приходилось видеть столько крови в одном месте. Элитно экипированная гвардия, прикрытая хорошей броней, держалась уверенно, но простые ополченцы и стражники гибли десятками. Их тонкие куртки и простые каски не спасали от крупнокалиберных пуль и сокрушительных ударов.
То тут, то там строй на мгновение проседал, когда очередной солдат с пробитой грудью или разрубленным плечом оседал на камни. Воздух полнился запахом пролитой крови и пороховой гари. Улица была усеяна телами — тяжелораненые кричали, а медики сбивались с ног, пытаясь наложить жгуты прямо под пулями. Подобная ситуация наблюдалась с обеих сторон — пираты тоже несли потери. К счастью, куда большие потери, чем силы союзников.
Мария точно рубила своим одачи, защищая фланги, но её сердце болезненно сжималось при каждом крике упавшего союзника. Дьявольский Фрукт внутри неё бунтовался. Чужая боль заставляла проклятую силу пульсировать под ребрами с такой яростью, что лейтенанту приходилось тратить колоссальную часть своей концентрации просто на то, чтобы не сорваться с места и не броситься к каждому истекающему кровью стражнику. Тяжесть боя ложилась не только на её тело, но и на её душу.
Битва выматывала. Руки немели от непрерывных взмахов тяжелым клинком, легкие горели, а под ногами мешались обломки ящиков, битое стекло и недвижные тела. В лицах солдат читалось не только упорство, но теперь и великая усталость.
Однако наступление не остановилось. Превозмогая тяжелейшие потери, стража упорно продвигалась вперед. Спустя сорок минут непрерывной бойни они прорубили себе путь сквозь самую плотную застройку. Экватор был пройден. Силы успешно преодолели ровно половину расстояния до порта, не позволяя противнику сломить себя.
Тяжело дыша, Мария на секунду опустила окровавленный одачи, смахивая пот и липкую копоть со лба. Пламя постепенно поглощало здания над собой, разгораясь в нешуточный пожар. Это заставило вспомнить о родном острове — несколько лет назад Мария была жертвой, что с ужасом сжимала меч, а теперь стояла солдатом среди остальных, такая же крепкая и сильная. Что-то подсказывало, что этот день не закончится поражением.
Мария перевела взгляд на Деметрия, когда вдруг оказалась рядом с ним. Командир гвардии тяжело дышал, его первоклассные доспехи покрылись чужой кровью и свежими вмятинами, но выправка оставалась всё такой же непреклонной.
— Половина пути пройдена, Деметрий, — хрипло, но абсолютно твердо произнесла Икеда, перехватывая рукоять одачи поудобнее. Ладони давно покрылись кровавыми мазолями, где-то горели легкие ссадины, но пока не случилось ничего такого, что остановило бы лейтенанта.
В этом хаосе городская стража проявила себя с неожиданной стойкостью. Местные капитаны и лейтенанты, чьи голоса уже давно сорвались от постоянного крика, железной рукой наводили порядок в дрогнувших рядах. Офицеры метались вдоль строя, пинками и криками заставляя солдат держать строй. Стоило пиратам попытаться зажать колонну в клещи, как следовал немедленный приказ на перестроение. Стражники перекрывали переулки тяжелыми щитами, из которых торчали острые алебарды. Об эту импровизированную стену раз за разом разбивались волны отчаянных пиратов. Солдаты, мерно отбивая натиск, делали шаг за шагом в наступление.
Но цена каждого такого шага была ужасающе высокой. Марии, находившейся на острие атаки, давно не приходилось видеть столько крови в одном месте. Элитно экипированная гвардия, прикрытая хорошей броней, держалась уверенно, но простые ополченцы и стражники гибли десятками. Их тонкие куртки и простые каски не спасали от крупнокалиберных пуль и сокрушительных ударов.
То тут, то там строй на мгновение проседал, когда очередной солдат с пробитой грудью или разрубленным плечом оседал на камни. Воздух полнился запахом пролитой крови и пороховой гари. Улица была усеяна телами — тяжелораненые кричали, а медики сбивались с ног, пытаясь наложить жгуты прямо под пулями. Подобная ситуация наблюдалась с обеих сторон — пираты тоже несли потери. К счастью, куда большие потери, чем силы союзников.
Мария точно рубила своим одачи, защищая фланги, но её сердце болезненно сжималось при каждом крике упавшего союзника. Дьявольский Фрукт внутри неё бунтовался. Чужая боль заставляла проклятую силу пульсировать под ребрами с такой яростью, что лейтенанту приходилось тратить колоссальную часть своей концентрации просто на то, чтобы не сорваться с места и не броситься к каждому истекающему кровью стражнику. Тяжесть боя ложилась не только на её тело, но и на её душу.
Битва выматывала. Руки немели от непрерывных взмахов тяжелым клинком, легкие горели, а под ногами мешались обломки ящиков, битое стекло и недвижные тела. В лицах солдат читалось не только упорство, но теперь и великая усталость.
Однако наступление не остановилось. Превозмогая тяжелейшие потери, стража упорно продвигалась вперед. Спустя сорок минут непрерывной бойни они прорубили себе путь сквозь самую плотную застройку. Экватор был пройден. Силы успешно преодолели ровно половину расстояния до порта, не позволяя противнику сломить себя.
Тяжело дыша, Мария на секунду опустила окровавленный одачи, смахивая пот и липкую копоть со лба. Пламя постепенно поглощало здания над собой, разгораясь в нешуточный пожар. Это заставило вспомнить о родном острове — несколько лет назад Мария была жертвой, что с ужасом сжимала меч, а теперь стояла солдатом среди остальных, такая же крепкая и сильная. Что-то подсказывало, что этот день не закончится поражением.
Мария перевела взгляд на Деметрия, когда вдруг оказалась рядом с ним. Командир гвардии тяжело дышал, его первоклассные доспехи покрылись чужой кровью и свежими вмятинами, но выправка оставалась всё такой же непреклонной.
— Половина пути пройдена, Деметрий, — хрипло, но абсолютно твердо произнесла Икеда, перехватывая рукоять одачи поудобнее. Ладони давно покрылись кровавыми мазолями, где-то горели легкие ссадины, но пока не случилось ничего такого, что остановило бы лейтенанта.
***
= Ублюдки... - процедила сквозь зубы Кассандра, скрываясь от пулеметного огня за стеной дома.
Орудие радостно клекотало, выплевывая всё новые и новые порции свинца, прижимая союзников к земле и к стенам зданий: спасало их то, что орудие имело минимальный зазор в плане хода, и не могло отклоняться слишком далеко от изначальной позиции. Но одного такого хватило, чтобы перекрыть целый дублер и не дать подойти. На крышах здесь сидели опытные стрелки, поэтому любая попытка высунуть нос через преграду встречала огонь сразу с нескольких направлений.
= Мисс Кинг. - обратилась Фрида к агенту, заставив ту недовольно перевести взгляд. - Подбросите меня?
= Что, прости? - аж встрепенулась та от неожиданности. - Подбросить?
= Да. - с уверенностью и полной серьезностью кивнула Айземанн. - Спереди огневая точка хорошо бронирована, поэтому ваши резаки не смогли её достать. Посмотрела через оптику, на высоте в двенадцать метров я смогу произвести выстрел по стрелку.
= Она тебя укусила? Крови перелила? - видя непонимание со стороны мичмана, Стрекоза вздохнула, а затем пояснила. - От Вильгельмы безумием заразилась?
= Может быть. - усмехнулась та. - Но выходов я пока не вижу. Мы не должны так долго стоять, грохот со стороны «Налётчиков» не двигается уже несколько минут.
= Да... Вольфрам, видно, встрял... - подзакатив глаза, Кассандра пихнула меч в ножны, а затем встала спиной к проходу, чуть подсогнув ноги и сложив пальцы в замок. - Вставай.
Гашетка кивнула, перехватывая «Хранитель» в одну руку, а вторую кладя на плечо представительницы Сайфер Пол. Ботинок встал на сформированную опору из ладоней, и мисс Кинг пару раз подняла её, примериваясь.
= Как пёрышко. - подметила она.
= Спасибо. - улыбнулась ей Айземанн. - Когда будете подкидывать, попытайтесь направить под углом в шестьдесят градусов. Там будет оптимальная позиция.
= Поняла. Не промахнись, Фрида.
= Не сомневайтесь.
Движение. Два. Бросок! Не стоит судить по внешнему виду: Стрекозе доставало сил и не на такое. В одном мощном движении мичман взмыла в воздух, тут же группируясь для того, чтобы оставить стрелкам меньше пространства для попадания, поджимая ноги и поворачивая корпус, твердо держа в руках винтовку. Пули тут же засвистели рядом, одна полоснула бедро, а вторая даже попала в бок, чудом не задевая печень, но вот пулеметчик за амбразурой не сразу понял, где именно угроза. Проблемой было одно: он изначально был в слегка согнутом положении.
Выстрел не пройдет напрямую.
И тогда Айземанн, не обращая внимания на боль, сдвинула ствол, прицелившись в стену и тут же выстрелила. Снаряд свистнул, отскочил от одной стены, теряя часть кинетической энергии, а затем отрикошетил от второй, оставаясь достаточно опасным: латунь со сталью угодили пулеметчику в бок, заставив на пару секунд прекратить огонь.
= Сейчас! - крикнула Кассандра. - Гранаты!
Сама она, прикрываясь раскрытым щитом, ринулась к падающей Фриде, а затем прыгнула, ловя её в воздухе и укрываясь в следующем переулке.
С десяток бойцов выбежали вперед, неся взрывчатку, часть из них упала под залпами стрелков, но им тут же ответили огнём на подавление, не позволяя даже выглянуть из укрытия, пока гренадёры не закидали огневую позицию гранатами. Серия взрывов прогремела, оглушительно хороня под собой и опасное оружие, и злосчастного пулеметчика.
= А теперь вперед! - рявкнула агент. - Фрида, порядок?
= Жить... буду... - прерывисто дыша. - Не страшно.
= Проклятье, медика! - вновь заголосила та, и скоро подошёл врач из городской стражи, занявшийся первой помощью. - Перевяжи рану. Пулю достанем потом.
= Да... - пару раз кивнула стрелок. - Нужно посмотреть... Мхм... Что там у Налётчиков...
= Ублюдки... - процедила сквозь зубы Кассандра, скрываясь от пулеметного огня за стеной дома.
Орудие радостно клекотало, выплевывая всё новые и новые порции свинца, прижимая союзников к земле и к стенам зданий: спасало их то, что орудие имело минимальный зазор в плане хода, и не могло отклоняться слишком далеко от изначальной позиции. Но одного такого хватило, чтобы перекрыть целый дублер и не дать подойти. На крышах здесь сидели опытные стрелки, поэтому любая попытка высунуть нос через преграду встречала огонь сразу с нескольких направлений.
= Мисс Кинг. - обратилась Фрида к агенту, заставив ту недовольно перевести взгляд. - Подбросите меня?
= Что, прости? - аж встрепенулась та от неожиданности. - Подбросить?
= Да. - с уверенностью и полной серьезностью кивнула Айземанн. - Спереди огневая точка хорошо бронирована, поэтому ваши резаки не смогли её достать. Посмотрела через оптику, на высоте в двенадцать метров я смогу произвести выстрел по стрелку.
= Она тебя укусила? Крови перелила? - видя непонимание со стороны мичмана, Стрекоза вздохнула, а затем пояснила. - От Вильгельмы безумием заразилась?
= Может быть. - усмехнулась та. - Но выходов я пока не вижу. Мы не должны так долго стоять, грохот со стороны «Налётчиков» не двигается уже несколько минут.
= Да... Вольфрам, видно, встрял... - подзакатив глаза, Кассандра пихнула меч в ножны, а затем встала спиной к проходу, чуть подсогнув ноги и сложив пальцы в замок. - Вставай.
Гашетка кивнула, перехватывая «Хранитель» в одну руку, а вторую кладя на плечо представительницы Сайфер Пол. Ботинок встал на сформированную опору из ладоней, и мисс Кинг пару раз подняла её, примериваясь.
= Как пёрышко. - подметила она.
= Спасибо. - улыбнулась ей Айземанн. - Когда будете подкидывать, попытайтесь направить под углом в шестьдесят градусов. Там будет оптимальная позиция.
= Поняла. Не промахнись, Фрида.
= Не сомневайтесь.
Движение. Два. Бросок! Не стоит судить по внешнему виду: Стрекозе доставало сил и не на такое. В одном мощном движении мичман взмыла в воздух, тут же группируясь для того, чтобы оставить стрелкам меньше пространства для попадания, поджимая ноги и поворачивая корпус, твердо держа в руках винтовку. Пули тут же засвистели рядом, одна полоснула бедро, а вторая даже попала в бок, чудом не задевая печень, но вот пулеметчик за амбразурой не сразу понял, где именно угроза. Проблемой было одно: он изначально был в слегка согнутом положении.
Выстрел не пройдет напрямую.
И тогда Айземанн, не обращая внимания на боль, сдвинула ствол, прицелившись в стену и тут же выстрелила. Снаряд свистнул, отскочил от одной стены, теряя часть кинетической энергии, а затем отрикошетил от второй, оставаясь достаточно опасным: латунь со сталью угодили пулеметчику в бок, заставив на пару секунд прекратить огонь.
= Сейчас! - крикнула Кассандра. - Гранаты!
Сама она, прикрываясь раскрытым щитом, ринулась к падающей Фриде, а затем прыгнула, ловя её в воздухе и укрываясь в следующем переулке.
С десяток бойцов выбежали вперед, неся взрывчатку, часть из них упала под залпами стрелков, но им тут же ответили огнём на подавление, не позволяя даже выглянуть из укрытия, пока гренадёры не закидали огневую позицию гранатами. Серия взрывов прогремела, оглушительно хороня под собой и опасное оружие, и злосчастного пулеметчика.
= А теперь вперед! - рявкнула агент. - Фрида, порядок?
= Жить... буду... - прерывисто дыша. - Не страшно.
= Проклятье, медика! - вновь заголосила та, и скоро подошёл врач из городской стражи, занявшийся первой помощью. - Перевяжи рану. Пулю достанем потом.
= Да... - пару раз кивнула стрелок. - Нужно посмотреть... Мхм... Что там у Налётчиков...
***
Вольфрам посылал атаку за атакой в надежде пробиться сквозь бесконечные залежи кристаллов, что снова и снова дробились, но поднимались обратно по воле оппонента. Он даже уже убрал щит за спину, взмахивая огромным топором двумя руками, однако ударных волн и разрубающих резаков было мало, чтобы справиться с этим. Его люди старались помочь, чем могли, также используя нечеловеческую силу и пороховую мощь, но этого не хватало. Тяжело дыша, он смотрел сквозь прозрачные кристаллы на парнишку лет двадцати, длинноволосого, немного смазливого, который с издевательской ухмылкой кричал в ответ:
= Слабовато, Алый Налётчик! Как говорится, не так страшен черт, как его малюют!
= Сопляк... - прорычал тот, но действительно не мог ничего поделать.
Кристалл, на котором стоял напыщенный сорванец, поднялся на несколько метров вверх, позволяя тому смотреть на капитана наёмников.
= Смотри, я выше тебя! Ха-ха-ха! - бесстыдно рассмеялся он. - Все ко...
Звук долетел секундой позже, чем пуля заставила тело рухнуть с опоры, которую фруктовик немногим ранее создал. Вольфрам повернулся назад, увидев вдалеке на одной из крыш желто-камуфляжный рукав и поднятый большой палец вверх. Фрида произвела выстрел, позволивший им преодолеть этот бастион навсегда.
= Наконец-то! Проклятье! - то ли обрадовался, то ли разгневался здоровяк ещё больше, а затем замахнулся топором. - Приземление!
С грохотом массивное орудие вгрызлось в кристалл, разламывая барьер по всей его длине, освобождая проход для бронированного кулака союзных сил.
= Вырежем их! - скомандовал Алый Налетчик своим бойцам, и строй наёмников шумно зашагал дальше, вновь встречая пули и кровожадных пиратов.
***
А на фронте у гвардейцев и стражников наступил небольшой период затишья: пираты оказались отброшены совместными усилиями, и теперь можно было хотя бы отдышаться прежде, чем продолжать натиск заново. В отличие от монстров, прорубающихся на других направлениях, здесь вели битву подготовленные, но люди. Личная стража Ороферов, правда, не зря получала своё жалование, ведь именно они становились костяком, вокруг которого двигалось всё наступление по этим кварталам.
И, может, Деметрий мог бы потом бахвалиться достижениями, - не мог, скромен был муж, - но без Марии ему бы тоже уже было не сносить головы. Присутствие старшего лейтенанта, отчаянно бьющегося за Ругорд, было символом для присутствующих бойцов: когда такая молодая девушка не жалеет живота своего, как остальные могут отступить?
= Госпожа Икеда... Фух... - опираясь на стену, но все ещё твердо удерживая меч. - Вы... в порядке?
Коротко кивнув дозорной пару раз, когда та ответит, он сделает глубокий вдох и окончательно восстановит дыхание. Приоткрыв рот, чтобы отдать новую команду своим подчиненным и союзникам, господин Василакис вдруг изменился в лице. Обеспокоенность заставила его брови собраться ближе и немного изогнуться, а взгляд забегает по сторонам.
= Вы... Вы тоже это слышите? - задал вопрос мужчина в воздух
Дум... Дум. Дум-Дум. Дум!
= НАЗАД! - только и успел крикнуть он, а после сделал рывок вперед.
Стена позади него проломится с глухим хрустящим звуком под тяжестью огромного пирата, обладавшего, явно, дьявольским плодом типа зоан, позволившим ему превратиться в носорога: в гибридном облике он узнавался легко. В нагруднике, набедренной повязке и поножах, с баклером и булавой, с озлобленной мордой... Здоровенная тварь прошла сквозь каменный дом так, будто он был сделан из мокрого картона, вовсе не обратив внимание на преграду... Но зато обратив внимание на Деметрия, стоявшего поблизости. Чудовищная булава в его лапах сначала отбила в сторону уже отправившийся вперед меч командира гвардии, а затем взмах с мощным хрустом впечатал его в стену, ломая руку и несколько ребер...
Вольфрам посылал атаку за атакой в надежде пробиться сквозь бесконечные залежи кристаллов, что снова и снова дробились, но поднимались обратно по воле оппонента. Он даже уже убрал щит за спину, взмахивая огромным топором двумя руками, однако ударных волн и разрубающих резаков было мало, чтобы справиться с этим. Его люди старались помочь, чем могли, также используя нечеловеческую силу и пороховую мощь, но этого не хватало. Тяжело дыша, он смотрел сквозь прозрачные кристаллы на парнишку лет двадцати, длинноволосого, немного смазливого, который с издевательской ухмылкой кричал в ответ:
= Слабовато, Алый Налётчик! Как говорится, не так страшен черт, как его малюют!
= Сопляк... - прорычал тот, но действительно не мог ничего поделать.
Кристалл, на котором стоял напыщенный сорванец, поднялся на несколько метров вверх, позволяя тому смотреть на капитана наёмников.
= Смотри, я выше тебя! Ха-ха-ха! - бесстыдно рассмеялся он. - Все ко...
Звук долетел секундой позже, чем пуля заставила тело рухнуть с опоры, которую фруктовик немногим ранее создал. Вольфрам повернулся назад, увидев вдалеке на одной из крыш желто-камуфляжный рукав и поднятый большой палец вверх. Фрида произвела выстрел, позволивший им преодолеть этот бастион навсегда.
= Наконец-то! Проклятье! - то ли обрадовался, то ли разгневался здоровяк ещё больше, а затем замахнулся топором. - Приземление!
С грохотом массивное орудие вгрызлось в кристалл, разламывая барьер по всей его длине, освобождая проход для бронированного кулака союзных сил.
= Вырежем их! - скомандовал Алый Налетчик своим бойцам, и строй наёмников шумно зашагал дальше, вновь встречая пули и кровожадных пиратов.
***
А на фронте у гвардейцев и стражников наступил небольшой период затишья: пираты оказались отброшены совместными усилиями, и теперь можно было хотя бы отдышаться прежде, чем продолжать натиск заново. В отличие от монстров, прорубающихся на других направлениях, здесь вели битву подготовленные, но люди. Личная стража Ороферов, правда, не зря получала своё жалование, ведь именно они становились костяком, вокруг которого двигалось всё наступление по этим кварталам.
И, может, Деметрий мог бы потом бахвалиться достижениями, - не мог, скромен был муж, - но без Марии ему бы тоже уже было не сносить головы. Присутствие старшего лейтенанта, отчаянно бьющегося за Ругорд, было символом для присутствующих бойцов: когда такая молодая девушка не жалеет живота своего, как остальные могут отступить?
= Госпожа Икеда... Фух... - опираясь на стену, но все ещё твердо удерживая меч. - Вы... в порядке?
Коротко кивнув дозорной пару раз, когда та ответит, он сделает глубокий вдох и окончательно восстановит дыхание. Приоткрыв рот, чтобы отдать новую команду своим подчиненным и союзникам, господин Василакис вдруг изменился в лице. Обеспокоенность заставила его брови собраться ближе и немного изогнуться, а взгляд забегает по сторонам.
= Вы... Вы тоже это слышите? - задал вопрос мужчина в воздух
Дум... Дум. Дум-Дум. Дум!
= НАЗАД! - только и успел крикнуть он, а после сделал рывок вперед.
Стена позади него проломится с глухим хрустящим звуком под тяжестью огромного пирата, обладавшего, явно, дьявольским плодом типа зоан, позволившим ему превратиться в носорога: в гибридном облике он узнавался легко. В нагруднике, набедренной повязке и поножах, с баклером и булавой, с озлобленной мордой... Здоровенная тварь прошла сквозь каменный дом так, будто он был сделан из мокрого картона, вовсе не обратив внимание на преграду... Но зато обратив внимание на Деметрия, стоявшего поблизости. Чудовищная булава в его лапах сначала отбила в сторону уже отправившийся вперед меч командира гвардии, а затем взмах с мощным хрустом впечатал его в стену, ломая руку и несколько ребер...
[id29752100:bp-36291248_283433|Илья],
Затишье казалось обманчивым, но даже эти несколько минут были настоящим спасением. Мария тяжело оперлась на рукоять своего одачи, позволяя уставшим мышцам расслабиться буквально на мгновение. Услышав вопрос Деметрия, она устало, но уверенно кивнула.
— В полном порядке, командир. Пара царапин не в счет, — выдохнула Икеда. Она только хотела добавить, что им нужно быстрее перегруппировать раненых, как земля под ногами едва заметно дрогнула.
Дум-Дум-Дум!
Мария мгновенно напряглась. Инстинкты взвыли об опасности за долю секунды до того, как Василакис выкрикнул свой приказ. Но даже её реакции не хватило, чтобы предотвратить неизбежное.
Каменная кладка жилого дома буквально взорвалась за их спинами. Огромная туша пирата в форме носорога заслонила собой утреннее небо. Всё произошло чудовищно быстро. Свист массивной булавы, отчаянный рывок Деметрия — и хруст ломающихся костей разнесся над улицей, перекрывая шум далекой битвы.
Командир гвардии, лишенный всякого шанса на защиту против такой грубой мощи, безвольным мешком рухнул у проломленной стены.
— Господин Василакис! — крик сорвался сам собой.
Девушка сорвалась с места, в один прыжок преодолевая разделявшее их расстояние. Не думая о разнице в габаритах, она бесстрашно вклинилась между осевшим на землю Деметрием и нависающим над ним зоаном. Широко расставив ноги и уйдя в низкую стойку, лейтенант перехватила одачи обеими руками, выставляя сверкающий клинок в жесткий блок, чтобы не дать чудовищу нанести добивающий удар.
Жгучая боль от сломанных ребер и раздробленной руки — Деметрий ощутит её моментом позже, когда до организма дойдёт вся тяжесть собственного ущерба. И Мария была единственной, кто может это предотвратить. Одно движение — и капитан гвардии снова в строю, способный командовать своими подчинёнными.
Мария бросила короткий, напряженный взгляд через плечо на задыхающегося от боли командира.
Она была полностью готова принять его раны на себя. Морально она уже согласилась на эту боль, чувствуя, как внутри стягивается пружина готовности. Ей нужно было лишь дотянуться ладонью до его плеча, чтобы проклятая сила перенесла увечья. Но лейтенант понимала: если она потеряет концентрацию прямо сейчас и отвлечется на исцеление, булава носорога просто размажет их обоих по брусчатке. Сначала Стражу нужно было выиграть хотя бы несколько секунд, заставив гиганта отступить.
Затишье казалось обманчивым, но даже эти несколько минут были настоящим спасением. Мария тяжело оперлась на рукоять своего одачи, позволяя уставшим мышцам расслабиться буквально на мгновение. Услышав вопрос Деметрия, она устало, но уверенно кивнула.
— В полном порядке, командир. Пара царапин не в счет, — выдохнула Икеда. Она только хотела добавить, что им нужно быстрее перегруппировать раненых, как земля под ногами едва заметно дрогнула.
Дум-Дум-Дум!
Мария мгновенно напряглась. Инстинкты взвыли об опасности за долю секунды до того, как Василакис выкрикнул свой приказ. Но даже её реакции не хватило, чтобы предотвратить неизбежное.
Каменная кладка жилого дома буквально взорвалась за их спинами. Огромная туша пирата в форме носорога заслонила собой утреннее небо. Всё произошло чудовищно быстро. Свист массивной булавы, отчаянный рывок Деметрия — и хруст ломающихся костей разнесся над улицей, перекрывая шум далекой битвы.
Командир гвардии, лишенный всякого шанса на защиту против такой грубой мощи, безвольным мешком рухнул у проломленной стены.
— Господин Василакис! — крик сорвался сам собой.
Девушка сорвалась с места, в один прыжок преодолевая разделявшее их расстояние. Не думая о разнице в габаритах, она бесстрашно вклинилась между осевшим на землю Деметрием и нависающим над ним зоаном. Широко расставив ноги и уйдя в низкую стойку, лейтенант перехватила одачи обеими руками, выставляя сверкающий клинок в жесткий блок, чтобы не дать чудовищу нанести добивающий удар.
Жгучая боль от сломанных ребер и раздробленной руки — Деметрий ощутит её моментом позже, когда до организма дойдёт вся тяжесть собственного ущерба. И Мария была единственной, кто может это предотвратить. Одно движение — и капитан гвардии снова в строю, способный командовать своими подчинёнными.
Мария бросила короткий, напряженный взгляд через плечо на задыхающегося от боли командира.
Она была полностью готова принять его раны на себя. Морально она уже согласилась на эту боль, чувствуя, как внутри стягивается пружина готовности. Ей нужно было лишь дотянуться ладонью до его плеча, чтобы проклятая сила перенесла увечья. Но лейтенант понимала: если она потеряет концентрацию прямо сейчас и отвлечется на исцеление, булава носорога просто размажет их обоих по брусчатке. Сначала Стражу нужно было выиграть хотя бы несколько секунд, заставив гиганта отступить.
[id543751360:bp-36291248_283468|Tori],
Удар был опасным, - от такого попадания господин Василакис потерял сознание на пару секунд, явно получив сотрясение, - но, благо, смертельным он не стал. Тошнота, головная боль, звон в ушах, - набор, с которым в ближайшее время обессиленный командир познакомится с ними сполна... И радости в этом было ровно нисколько.
Воины вокруг переполошились, послышались крики, команды офицеров при виде здоровенной туши, которая столь нагло вышла вперед, чувствуя собственное превосходство... Но ряды бойцов не дрогнули. Паника всколыхнула их восприятие, но нарастающий гнев за благородного мужа захлестнул их восприятие, и они тут же вскинули винтовки, засыпая морду твари пулями. Несколько бойцов с древковым оружием ринулись вперед, дабы заколоть неприятеля, но самым действенным стал стрелок с ручной бомбардой...
Зря Мария отвернулась в тот момент. Зоанщик уже занёс булаву, чтобы вбить её в землю вместе с Деметрием, обезглавить вражеский отряд хотя бы частично, но удар, совершаемый с шагом, был прерван грохотом мощного орудия, пробившего кожу и коленную чашечку обнаглевшего фруктовика. Ведомый неумолимой волей гравитации вниз, он всё же смог довести оружие до одачи Икеда, со звоном отламывая большую часть лезвия его. Вибрация от удара, возможно, даже заставит её выронить клинок, ведь при таком приложении силы его и удержать-то - задача со звездочкой.
И бравые защитники Ругорда с длинным оружием используют силу тяжести, позволяя здоровяку рухнуть на копья и алебарды: на оружие сейчас было наплевать, главной задачей стояло именно что прикончить пирата, дабы он не успел больше никому навредить...
Господин Василакис, отчаянно сражаясь с недомоганием, болью и полученными ранениями, утопал в этом вихре с десяток секунд, пока, наконец, откашлявшись, не смог открыть глаза.
= Св... кха-кха... Дрянные... пираты... - выдавит он из себя, пытаясь восстановить дыхание, не затрудненное повреждением легких, но двинул поврежденной рукой и нечленораздельно взвыл.
Медик из числа стражи тут же бросился к нему на помощь, наверняка зная, что хруст был не только доспеха, но и собственных костей Деметрия.
Удар был опасным, - от такого попадания господин Василакис потерял сознание на пару секунд, явно получив сотрясение, - но, благо, смертельным он не стал. Тошнота, головная боль, звон в ушах, - набор, с которым в ближайшее время обессиленный командир познакомится с ними сполна... И радости в этом было ровно нисколько.
Воины вокруг переполошились, послышались крики, команды офицеров при виде здоровенной туши, которая столь нагло вышла вперед, чувствуя собственное превосходство... Но ряды бойцов не дрогнули. Паника всколыхнула их восприятие, но нарастающий гнев за благородного мужа захлестнул их восприятие, и они тут же вскинули винтовки, засыпая морду твари пулями. Несколько бойцов с древковым оружием ринулись вперед, дабы заколоть неприятеля, но самым действенным стал стрелок с ручной бомбардой...
Зря Мария отвернулась в тот момент. Зоанщик уже занёс булаву, чтобы вбить её в землю вместе с Деметрием, обезглавить вражеский отряд хотя бы частично, но удар, совершаемый с шагом, был прерван грохотом мощного орудия, пробившего кожу и коленную чашечку обнаглевшего фруктовика. Ведомый неумолимой волей гравитации вниз, он всё же смог довести оружие до одачи Икеда, со звоном отламывая большую часть лезвия его. Вибрация от удара, возможно, даже заставит её выронить клинок, ведь при таком приложении силы его и удержать-то - задача со звездочкой.
И бравые защитники Ругорда с длинным оружием используют силу тяжести, позволяя здоровяку рухнуть на копья и алебарды: на оружие сейчас было наплевать, главной задачей стояло именно что прикончить пирата, дабы он не успел больше никому навредить...
Господин Василакис, отчаянно сражаясь с недомоганием, болью и полученными ранениями, утопал в этом вихре с десяток секунд, пока, наконец, откашлявшись, не смог открыть глаза.
= Св... кха-кха... Дрянные... пираты... - выдавит он из себя, пытаясь восстановить дыхание, не затрудненное повреждением легких, но двинул поврежденной рукой и нечленораздельно взвыл.
Медик из числа стражи тут же бросился к нему на помощь, наверняка зная, что хруст был не только доспеха, но и собственных костей Деметрия.
[id29752100:bp-36291248_283470|Илья],
Удар оказался сокрушительным. Лезвие одачи встретилось с тяжелой булавой, и Мария сразу поняла, что удержать блок будет невозможно. Отдача прошила руки от запястий до самых плеч. Мышцы свело судорогой, пальцы на мгновение онемели и разжались сами собой. Оружие со звоном вырвалось из хватки. В ту же секунду раздался хруст ломающейся стали. Большая часть клинка отлетела в сторону, со свистом закрутилась в воздухе и упала на камни.
Мария замерла. Грохот выстрела из ручной бомбарды и крики солдат вокруг словно отдалились. Девушка смотрела на обломок у своих ног — это был меч её отца. Единственная вещь, которая уцелела после того, как пираты сожгли её дом. Последняя осязаемая память о семье.
Внутри всё сжалось от глубокой тоски, но гнев не затмил её разум. Оружие Стража существует для того, чтобы защищать. Одачи сломался, приняв на себя мощь удара, который должен был раздавить её и командира гвардии. Он выполнил свое предназначение до конца — отец понял бы это. Мария сильно надеялась это, успокаивая себя.
Дьявольский фрукт отозвался на её эмоции, но лейтенант силой воли заставила себя успокоиться. За её спиной хрипел раненый Василакис — медик уже хлопотал над ним, пытаясь оценить масштабы повреждений. Мария помнила о своей способности и была готова перенять боль Деметрия, но сначала нужно было убедиться, что они находятся в безопасности.
Стражники из последних сил удерживали тушу заваленного зверя, деревянные рукояти угрожающе трещали. Обычные люди не могли долго сдерживать монстра — если он вырвется, то перебьет половину отряда. Угроза была прямо здесь и сейчас.
Не обращая внимания на дрожь в руках, Мария наклонилась и подняла изувеченную рукоять. Идеальный баланс длинного лезвия исчез безвозвратно. Теперь в её руках находилось изломанное подобие катаны, оружие стало значительно легче.
Она несколько раз сжала пальцы, возвращая им чувствительность и привыкая к новому центру тяжести. В её глазах не было ненависти или жажды убийства — только предельная концентрация офицера, который обязан спасти своих людей.
Оттолкнувшись от мостовой, Мария быстро сократила дистанцию до гиганта. Она зашла сбоку, осторожно уклоняясь от взмахов его свободной руки. Оценив обстановку, лейтенант нашла брешь в защите противника — кожа гибрида была прочной, но между пластинами оставались зазоры.
Мария занесла сломанный меч для удара — она направила клинок точно в складку на шее пирата. Вкладывая всю силу в один-единственный выпад, девушка постаралась поразить уязвимое место, чтобы остановить зверя и дать медикам время на спасение Деметрия.
Удар оказался сокрушительным. Лезвие одачи встретилось с тяжелой булавой, и Мария сразу поняла, что удержать блок будет невозможно. Отдача прошила руки от запястий до самых плеч. Мышцы свело судорогой, пальцы на мгновение онемели и разжались сами собой. Оружие со звоном вырвалось из хватки. В ту же секунду раздался хруст ломающейся стали. Большая часть клинка отлетела в сторону, со свистом закрутилась в воздухе и упала на камни.
Мария замерла. Грохот выстрела из ручной бомбарды и крики солдат вокруг словно отдалились. Девушка смотрела на обломок у своих ног — это был меч её отца. Единственная вещь, которая уцелела после того, как пираты сожгли её дом. Последняя осязаемая память о семье.
Внутри всё сжалось от глубокой тоски, но гнев не затмил её разум. Оружие Стража существует для того, чтобы защищать. Одачи сломался, приняв на себя мощь удара, который должен был раздавить её и командира гвардии. Он выполнил свое предназначение до конца — отец понял бы это. Мария сильно надеялась это, успокаивая себя.
Дьявольский фрукт отозвался на её эмоции, но лейтенант силой воли заставила себя успокоиться. За её спиной хрипел раненый Василакис — медик уже хлопотал над ним, пытаясь оценить масштабы повреждений. Мария помнила о своей способности и была готова перенять боль Деметрия, но сначала нужно было убедиться, что они находятся в безопасности.
Стражники из последних сил удерживали тушу заваленного зверя, деревянные рукояти угрожающе трещали. Обычные люди не могли долго сдерживать монстра — если он вырвется, то перебьет половину отряда. Угроза была прямо здесь и сейчас.
Не обращая внимания на дрожь в руках, Мария наклонилась и подняла изувеченную рукоять. Идеальный баланс длинного лезвия исчез безвозвратно. Теперь в её руках находилось изломанное подобие катаны, оружие стало значительно легче.
Она несколько раз сжала пальцы, возвращая им чувствительность и привыкая к новому центру тяжести. В её глазах не было ненависти или жажды убийства — только предельная концентрация офицера, который обязан спасти своих людей.
Оттолкнувшись от мостовой, Мария быстро сократила дистанцию до гиганта. Она зашла сбоку, осторожно уклоняясь от взмахов его свободной руки. Оценив обстановку, лейтенант нашла брешь в защите противника — кожа гибрида была прочной, но между пластинами оставались зазоры.
Мария занесла сломанный меч для удара — она направила клинок точно в складку на шее пирата. Вкладывая всю силу в один-единственный выпад, девушка постаралась поразить уязвимое место, чтобы остановить зверя и дать медикам время на спасение Деметрия.
[id543751360:bp-36291248_283471|Tori],
Несмотря на то, что в нём уже торчали куски стали и дерева, пират, казалось, не собирался умирать. Взмахом палицы, насколько позволяли торчащие копья, он отбросил несколько бойцов, стремительно оканчивая их жизнь: их доспехи не были готовы принимать такую мощную атаку. Свободную же кисть той руки, на которой был баклер, он отправил вперед, чтобы схватить стоявшую неподалеку Марию и сдавить её насмерть в железной хватке, но на подстраховку пришли уже гвардейцы, щитами и древковым оружием удерживая последний манёвр зоанщика.
Злобный взгляд будто был направлен, чтобы просверлить Икеда насквозь, угрожающий рёв окатил округу, но этого было недостаточно, - прервать совместные усилия оказалось уже не во власти обладателя силы Морского Дьявола, а потому обломок одачи скоро пронзил его шею, добираясь до артерии. Издав предсмертный хрип, он всколыхнулся последний раз, ломая менее прочное оружие в руках защитников Ругорда. И Марии стоит поспешить уйти с траектории, ведь иначе её просто раздавит этой огромной тушей, из которой стремительно утекала жизнь...
Медик за их спиной, - мужчина лет тридцати, лысый, гладко выбритый, с суровым лицом, - не обращал внимания, что творится в нескольких метрах от него. Его задачей сейчас было привести в чувство командира гвардии и убедиться, что его жизни больше ничего не угрожает.
= Я... - выдавил Деметрий из себя, но не смог добавить ничего больше. - Кх...
= Тихо-тихо, господин аристократ. - аккуратно снимая часть доспехов с его руки, молвил он. - Помалкивайте, берегите силы. Но не закрывайте глаза, слышите? И не двигайтесь.
= Д-да...
И сейчас, когда могло показаться, что самое опасное позади, когда грозный зоанщик был сражен совместными усилиями тех, кто стоял за Тенгейр... Послышался нарастающий топот ног. Через широкий пролом в здании, который был сформирован с двух сторон постройки, сюда направлялась орава пиратов. Взорвались первые гранаты, осколки от которых смогли сдержать гвардейцы со щитами, но толпа головорезов настоящим потоком вытекала из бреши в стене, тут же вступая в ближний бой.
Когда группа защитников Ругорда отвлеклась на первую волну, вторая уже выходила из переулков, заставая стрелков врасплох, уничтожая то мимолетное ощущение победы, которое успело поселиться в их сердцах.
А возглавлял их рослый гривастый пират со шрамом, пересекающим глаз. Мускулистый, широкоплечий, он одним взмахом своего громадного меча сразил сразу трёх защитников, не успевших сориентироваться в изменившейся на поле боя обстановке...
Несмотря на то, что в нём уже торчали куски стали и дерева, пират, казалось, не собирался умирать. Взмахом палицы, насколько позволяли торчащие копья, он отбросил несколько бойцов, стремительно оканчивая их жизнь: их доспехи не были готовы принимать такую мощную атаку. Свободную же кисть той руки, на которой был баклер, он отправил вперед, чтобы схватить стоявшую неподалеку Марию и сдавить её насмерть в железной хватке, но на подстраховку пришли уже гвардейцы, щитами и древковым оружием удерживая последний манёвр зоанщика.
Злобный взгляд будто был направлен, чтобы просверлить Икеда насквозь, угрожающий рёв окатил округу, но этого было недостаточно, - прервать совместные усилия оказалось уже не во власти обладателя силы Морского Дьявола, а потому обломок одачи скоро пронзил его шею, добираясь до артерии. Издав предсмертный хрип, он всколыхнулся последний раз, ломая менее прочное оружие в руках защитников Ругорда. И Марии стоит поспешить уйти с траектории, ведь иначе её просто раздавит этой огромной тушей, из которой стремительно утекала жизнь...
Медик за их спиной, - мужчина лет тридцати, лысый, гладко выбритый, с суровым лицом, - не обращал внимания, что творится в нескольких метрах от него. Его задачей сейчас было привести в чувство командира гвардии и убедиться, что его жизни больше ничего не угрожает.
= Я... - выдавил Деметрий из себя, но не смог добавить ничего больше. - Кх...
= Тихо-тихо, господин аристократ. - аккуратно снимая часть доспехов с его руки, молвил он. - Помалкивайте, берегите силы. Но не закрывайте глаза, слышите? И не двигайтесь.
= Д-да...
И сейчас, когда могло показаться, что самое опасное позади, когда грозный зоанщик был сражен совместными усилиями тех, кто стоял за Тенгейр... Послышался нарастающий топот ног. Через широкий пролом в здании, который был сформирован с двух сторон постройки, сюда направлялась орава пиратов. Взорвались первые гранаты, осколки от которых смогли сдержать гвардейцы со щитами, но толпа головорезов настоящим потоком вытекала из бреши в стене, тут же вступая в ближний бой.
Когда группа защитников Ругорда отвлеклась на первую волну, вторая уже выходила из переулков, заставая стрелков врасплох, уничтожая то мимолетное ощущение победы, которое успело поселиться в их сердцах.
А возглавлял их рослый гривастый пират со шрамом, пересекающим глаз. Мускулистый, широкоплечий, он одним взмахом своего громадного меча сразил сразу трёх защитников, не успевших сориентироваться в изменившейся на поле боя обстановке...
[id29752100:bp-36291248_283473|Илья],
Зверь издал последний хрип — как только обломок стали пробил артерию, глаза пирата закатились. Огромная туша начала тяжело заваливаться вперед, прямо на лейтенанта. Мария мгновенно выдернула клинок и резким перекатом ушла с траектории падения. Спустя секунду гибрид рухнул на брусчатку, сотрясая мостовую и поднимая в воздух густое облако каменной пыли.
Мария развернулась и быстрым шагом подошла к раненому командиру гвардии. Медик с суровым лицом уже хлопотал над ним, аккуратно снимая помятые куски доспеха. Грудь Деметрия тяжело вздымалась, дыхание было прерывистым, а левая рука выглядела неестественно.
— Доктор... Вы сможете поставить его на ноги сейчас? — тихо поинтересовалась она.
Девушка опустилась на колени прямо на залитые кровью камни. Взгляд наполнился искренним переживанием за того, кто был её товарищем. Ей нужно было лишь коснуться его плеча, чтобы забрать все эти страшные переломы на себя. Мария протянула руку, готовая стать щитом не только в бою, но и во плоти.
Её пальцы замерли в нескольких сантиметрах от лица Деметрия.
Рассудок взял верх над эмоциями. Врач уже контролировал ситуацию, жизнь Василакиса была вне прямой угрозы. Если лейтенант прямо сейчас переймет его раздробленные ребра и сломанную руку, она сама мгновенно выйдет из строя. Без здоровой руки она не удержит оружие. Со сломанными рёбрами она не сможет дойти до порта. Оставить командира страдать было тяжело, но лишить отряд единственного офицера — непростительно.
Радоваться победе над носорогом оказалось слишком рано. Через пролом в здании, пробитый тушей зоана, хлынула толпа головорезов. Осколки первых гранат со звоном ударили в спешно выставленные щиты, но сдержать этот поток было невероятно сложно. Враг лез из бреши и соседних переулков, беря уставших защитников в клещи. Хаос вспыхнул с новой силой.
Ряды стражи содрогнулись, когда в гуще схватки появилась новая фигура. Рослый пират с дикой гривой одним взмахом огромного меча разрубил сразу троих солдат, которые даже не успели вскинуть свои винтовки.
— Держать строй! Сомкнуть щиты! — голос Марии разнесся над полем боя, заменяя собой команды павшего Деметрия.
Мария сжала челюсти. Обломок одачи в её руках теперь был не длиннее обычной катаны, что лишало её преимущества в дистанции, но делало движения гораздо быстрее. Она стремительно вышла вперед, оказываясь между грозным противником и раненными солдатами, принимая низкую оборонительную стойку. Отступать было некуда: прямо за её спиной лежал беспомощный Деметрий, а значит, этот рубеж она не сдаст. Не издавая ни звука, лейтенант Икеда приготовилась встретить главаря, концентрируя всё свое внимание на размахе его тяжелого меча. Один этот клинок, кажется, был больше, тяжелее и сильнее Марии.
Зверь издал последний хрип — как только обломок стали пробил артерию, глаза пирата закатились. Огромная туша начала тяжело заваливаться вперед, прямо на лейтенанта. Мария мгновенно выдернула клинок и резким перекатом ушла с траектории падения. Спустя секунду гибрид рухнул на брусчатку, сотрясая мостовую и поднимая в воздух густое облако каменной пыли.
Мария развернулась и быстрым шагом подошла к раненому командиру гвардии. Медик с суровым лицом уже хлопотал над ним, аккуратно снимая помятые куски доспеха. Грудь Деметрия тяжело вздымалась, дыхание было прерывистым, а левая рука выглядела неестественно.
— Доктор... Вы сможете поставить его на ноги сейчас? — тихо поинтересовалась она.
Девушка опустилась на колени прямо на залитые кровью камни. Взгляд наполнился искренним переживанием за того, кто был её товарищем. Ей нужно было лишь коснуться его плеча, чтобы забрать все эти страшные переломы на себя. Мария протянула руку, готовая стать щитом не только в бою, но и во плоти.
Её пальцы замерли в нескольких сантиметрах от лица Деметрия.
Рассудок взял верх над эмоциями. Врач уже контролировал ситуацию, жизнь Василакиса была вне прямой угрозы. Если лейтенант прямо сейчас переймет его раздробленные ребра и сломанную руку, она сама мгновенно выйдет из строя. Без здоровой руки она не удержит оружие. Со сломанными рёбрами она не сможет дойти до порта. Оставить командира страдать было тяжело, но лишить отряд единственного офицера — непростительно.
Радоваться победе над носорогом оказалось слишком рано. Через пролом в здании, пробитый тушей зоана, хлынула толпа головорезов. Осколки первых гранат со звоном ударили в спешно выставленные щиты, но сдержать этот поток было невероятно сложно. Враг лез из бреши и соседних переулков, беря уставших защитников в клещи. Хаос вспыхнул с новой силой.
Ряды стражи содрогнулись, когда в гуще схватки появилась новая фигура. Рослый пират с дикой гривой одним взмахом огромного меча разрубил сразу троих солдат, которые даже не успели вскинуть свои винтовки.
— Держать строй! Сомкнуть щиты! — голос Марии разнесся над полем боя, заменяя собой команды павшего Деметрия.
Мария сжала челюсти. Обломок одачи в её руках теперь был не длиннее обычной катаны, что лишало её преимущества в дистанции, но делало движения гораздо быстрее. Она стремительно вышла вперед, оказываясь между грозным противником и раненными солдатами, принимая низкую оборонительную стойку. Отступать было некуда: прямо за её спиной лежал беспомощный Деметрий, а значит, этот рубеж она не сдаст. Не издавая ни звука, лейтенант Икеда приготовилась встретить главаря, концентрируя всё свое внимание на размахе его тяжелого меча. Один этот клинок, кажется, был больше, тяжелее и сильнее Марии.
[id543751360:bp-36291248_283477|Tori],
Пусть лицо Деметрия и было искажено жуткой, испытываемой агонией, адреналин в его крови не позволял болевому шоку погубить мужчину слишком рано. Он мучался, но, согласно рекомендации врача, старался не закрывать глаза, удерживал себя в сознании. Рука онемела и горела, набрать полную грудь воздуха не удавалось, да и тело как будто отказывалось вставать, прикованное к месту, куда его отбросил могучий пират.
= Поднять? - не поворачиваясь, переспросил врач. - Сначала надо понять... Ё-моё...
= А-а-аргх! - взвыл господин Василакис, когда асклеп неаккуратно приподнял его руку, тут же раскрывая природу её повреждения.
Медик не смотрел на Марию, хватая пару сломанных досок как материал для шины, - сейчас важно было вернуть благородного мужа в строй, - а затем вытаскивая из сумки мотки пластыря и бинтов. Крови не было, - отчасти то было облегчением, - но закрытый перелом не менее опасен. Не смотрел на тянущуюся к нему девушку Деметрий: волосы закрывали её силуэт, а поле зрения, сузившееся до туннеля, только и давали обзор на лицо врача.
Но всем сейчас стоило сосредоточиться на своем деле.
Голос Икеда подействовал на бойцов ободряюще, позволяя им воспрять духом вновь, не дать ошеломлению от скорой атаки взять верх. Гвардейцы, сверкая доспехами, последовали её команде беспрекословно, тут же создавая локальный редут для наступающей волны, не только гранитом разбивающий её, но и жалящий, карающий пиратов свинцом и сталью. Своего командира и почтенную госпожу они не дадут в обиду, готовые служить и защищать. И союзников, если будет такая возможность. Те же, в свою очередь, сами старались держать строй, глядя на столь солидную опору: офицеры не жалели глоток и не боялись сами встретить морских разбойников лицом к лицу!
Пират с огромным мечом заприметил вражеских для себя офицеров в первую очередь: один раненый, вторая - и вовсе девчонка, а потому обезглавить эту часть защитников Тенгейра должно было стать задачей плёвой, почти тривиальной. Мощными взмахами он выбивал себе пространство, прорываясь через защитников, пока Мария сама не оказалась в нескольких метрах от него.
= Храбрая, да? Надо было бежать! - прорычал он.
Глыба, а не меч, - массивный, напоминающий собой надгробие, а не оружие, - легким маневром была отправлена в воздух, описывая дугу, а затем в нисходящем движении грозилась не столько разрубить, сколько раздавить старшего лейтенанта. Уж чего-чего, а преимущество в дистанции враг имел солидное.
Пусть лицо Деметрия и было искажено жуткой, испытываемой агонией, адреналин в его крови не позволял болевому шоку погубить мужчину слишком рано. Он мучался, но, согласно рекомендации врача, старался не закрывать глаза, удерживал себя в сознании. Рука онемела и горела, набрать полную грудь воздуха не удавалось, да и тело как будто отказывалось вставать, прикованное к месту, куда его отбросил могучий пират.
= Поднять? - не поворачиваясь, переспросил врач. - Сначала надо понять... Ё-моё...
= А-а-аргх! - взвыл господин Василакис, когда асклеп неаккуратно приподнял его руку, тут же раскрывая природу её повреждения.
Медик не смотрел на Марию, хватая пару сломанных досок как материал для шины, - сейчас важно было вернуть благородного мужа в строй, - а затем вытаскивая из сумки мотки пластыря и бинтов. Крови не было, - отчасти то было облегчением, - но закрытый перелом не менее опасен. Не смотрел на тянущуюся к нему девушку Деметрий: волосы закрывали её силуэт, а поле зрения, сузившееся до туннеля, только и давали обзор на лицо врача.
Но всем сейчас стоило сосредоточиться на своем деле.
Голос Икеда подействовал на бойцов ободряюще, позволяя им воспрять духом вновь, не дать ошеломлению от скорой атаки взять верх. Гвардейцы, сверкая доспехами, последовали её команде беспрекословно, тут же создавая локальный редут для наступающей волны, не только гранитом разбивающий её, но и жалящий, карающий пиратов свинцом и сталью. Своего командира и почтенную госпожу они не дадут в обиду, готовые служить и защищать. И союзников, если будет такая возможность. Те же, в свою очередь, сами старались держать строй, глядя на столь солидную опору: офицеры не жалели глоток и не боялись сами встретить морских разбойников лицом к лицу!
Пират с огромным мечом заприметил вражеских для себя офицеров в первую очередь: один раненый, вторая - и вовсе девчонка, а потому обезглавить эту часть защитников Тенгейра должно было стать задачей плёвой, почти тривиальной. Мощными взмахами он выбивал себе пространство, прорываясь через защитников, пока Мария сама не оказалась в нескольких метрах от него.
= Храбрая, да? Надо было бежать! - прорычал он.
Глыба, а не меч, - массивный, напоминающий собой надгробие, а не оружие, - легким маневром была отправлена в воздух, описывая дугу, а затем в нисходящем движении грозилась не столько разрубить, сколько раздавить старшего лейтенанта. Уж чего-чего, а преимущество в дистанции враг имел солидное.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)