[id327871685:bp-36291248_275845|Андрей],
Уже внутри они сидели, к огорчению Бота, Феникс не был удивлён слишком сильно, тому что первый продемонстрировал ему. А ведь он самостоятельно, натренировал себя даже с учётом механического тела и всего остального прочего. Однако в любом случае разговор по настоящему начнётся когда оба участника диалога сядут на свои места то Феникс решит ответить на всё что сказал Марфл пока те шли по лестнице на верх. Почему киборг не сделал вместо лестницы лифт или что-то подобное? Ну дело тут кроется в том что, Марко уже старая птица и ему полезно двигаться, тем более сама лестница была не такой крутой как могло бы показаться.
–Равны? Да я сильнее тебя буду– ухмыльнулся киборг заваливаясь на свою сторону –Не знаю чего ты к ней так привязался, она слишком молода для тебя, но любви все возрасты покорны– пожал плечами под конец киборг –Она справится, а если нет, то всегда есть я, у меня уже есть наработанная техника и я смогу просто вбить в голову использование воли– вдруг с правой стороны от Бота появилась небольшая установка из которой вылетали мягкие мячики. Это было видно, ведь они по факту были выращены в воде. Но разговор медленно перешёл в сторону Мари. Без лишнего шума Марко вновь приплёл Белоуса, и, это, на сей раз, было органично. Он рассказывал не то что говорил обычно, о том какая его команда в прошлом была сильна или о том как его названный отец был крут силён и всё такое что он обычно любил говорить и вспоминать. Сейчас Феникс рассказывал об ошибке которую совершил почивший йонко. А именно, то что Белоус брал любого бомжа в свою команду из-за чего его команда и разрослась настолько сильно. И, в частности о Тиче, главной ошибке команды Белоуса, человек который и погубил двух людей в войне на маринфорде. После же Феникс скажет и о том что им нужен Дарос, а ещё то что ему кажется что лучше рассказать всё что они могут рассказать ребёнку.
Что в это время Марфл? Он внимал, впервые он спросил совета у человека с которым плохо ладит и поэтому он был крайне заинтересован в том чтобы прослушать всё от начала и до конца не перебивая рассказчика. Желание Бота было не оставить или вышвырнуть ребёнка, а сделать правильное решение, что означало только то что ему необходима помощь других, даже если это вызывало лёгкий дискомфорт. И вот последние слова, о том что если ребёнок уйдёт от них то они могли бы передать её в хороший детский дом. Слова прозвучали словно кубик льда по спине, заставляли дёрнуться и даже брыкнуться.
–Вот оно как…– сказал киборг опустив в голову и зачёсывая свои волосы обеими руками назад. Густая грива что была сделана из материала что и стены впитала ладони полностью. Он тяжело вздохнул даже не имея лёгких просто чтобы дать понять то что правильное решение для него пока ещё не найдено.
–Я чертовски ненавижу всё подобное, никогда не ладил с детьми, они не имеют паттернов, в их действиях чаще всего нет логики, они двигаются хаотично, а до определённого момента младенцы вообще могут забыть как дышать… Если бы они были уравнениями, задачами, чем-то что я мог бы решить, но при работе с любым живым существом необходимо иметь в виду то что оно хочет и то что ему необходимо– Киборг выговаривался о том что межличностные отношения для него даются трудно –Однажды ко мне пришла репортёрша, так я спрятался и попросил Дароса поговорить с ней– и тут открывается интересный факт, киборг же по факту обычный затворник, он сидит в своей норе не вылезает без лишней необходимости и просто делает то что должен и говорит с кем надо. Единственная с кем он поговорил без особых проблем так это Санни Карпелан которая случайно попалась ему на серых островах, пташка милейшая, но к сожалению девушка уже состояла в команде у Шичибукая.
ONE PIECE RP ·
[Гранд Лайн: 2 путь] Терсейра. 4 остров
–В итоге всё что мне надо это поговорить с Мари и сказать что её дед умер… Честно, я был бы рад если бы ты сказал, что просто можно соврать ей, а теперь я чувствую что мне предстоит успокаивать ребёнка– киборг посмотрел исподлобья, но не злостно, а скорее огорчённо.
«Теперь мне ещё и с детьми сидеть… вот ж… ладно» подумал киборг слегка выругиваясь на того чертового чёрного ёжика.
[2200]
«Теперь мне ещё и с детьми сидеть… вот ж… ладно» подумал киборг слегка выругиваясь на того чертового чёрного ёжика.
[2200]
Пока Феникс сидел то выслушивал всё что говорил Бот. В частности, последний начал с очередного подкола в сторону Мивы. Феникс уже в который раз закатил глаза, однако хотя бы как-то комментировать это отказался. В любом случае речь сейчас должна была идти совершенно о другом. Высказав всё что хотел Марко, как и говорилось замолчит, предоставляя возможность Боту что-то сказать. Тот на удивление был молчалив, давая врачу высказать всё что у него было в голове касательного поднятого вопроса. Не удивило Марко собственно и то, что Бот сравнивал детей с машинами, которые не имеют какого-то чёткого и правильного поведения. Он также поведал и ту историю, которая произошла с газетой. В тот раз Дарос оказался тем, с кого в итоге взяли интервью, что было достаточно забавно в своей мере тоже. В целом ничего удивительного для себя зоанщик не увидел. Бот всегда был себе на уме и довольно часто находился в мастерской один, когда там не было Мивы или Кику. Феникс в свою очередь был более открыт людям, а потому и пересекались они либо на кухне, либо на поле боя. Реже в других местах, например, базах дозора.
Разумеется, решение насчёт ребенка, да и тем более того, у которого теперь и семьи не осталось от слова совсем, принимать было ужасно тяжело. Однако делать что-то было надо. Рано или поздно Мари всё бы узнала итак, но как будто бы проще сделать это раньше? Детский мозг сможет вытеснить плохие воспоминания хорошими, которые произойдут в будущем. Ну или же два пирата нанесут непоправимую травму ребенку… Выбор в любом случае мягко говоря был не особенно радужным. Ботарион же при этом хотел ещё, и чтобы это сделал Марко. Опустив голову вниз, так как она ранее была задрана, врач наденет на себя очки и молча посмотрит на киборга.
Вдохнув носом, им же блондин и выдохнет, вставая с кресла. Чай он отпил совсем немного, поэтому бокал практически был полным. Он возьмет его с собой, моментально поджигая пламенем Феникса и тут же туша. Банально обеззараживание предмета, он понимал, что ребенку чай может пригодится либо для того чтобы с криком ненависти вылить на человека, который скажет ему дурные вести, либо же для того чтобы, плача навзрыд выпить его и, хотя бы немного успокоится.
Выйдя из комнаты, в которой проводились переговоры Марко спустится по лестнице вполне себе обычным темпом, после чего будет для начала просто искать Мари. Может она будет хотя бы немного греметь дверями, бегая от комнаты к комнате, или делать ещё что-то, что поможет её найти. Если же нет, то бывший старпом Белоуса просто позовёт её по имени.
- Мари-йой!
В любом из исходов парень сам подойдёт к девушке, после чего усядется около неё, подминая под себя ноги, словно он собирался свести ступни друг к дружке. Какое-то время он будет молчать, пытаясь придумать как вообще начать это. Девушка может задаться вопросом, может вслух, а может и в своей голове, но в любом случае меньше чем через минуту мифический птиц заговорит.
- Знаешь – честно говоря даже произнеся первое слово, Марко не мог подобрать слов, для того чтобы продолжить – в тот день, когда мы с командой встретились с тобой, произошло много всего-йой.
Понятное дело, что пересказывать ей все события того что произошло на Делориане не было смысла. Многое касалось того что было с Беном и Ботом как раньше, так и в нынешнее время, а Роботника затрагивало лишь боком, однако этот бок вышел ему… боком. Какой бы тавтологией это не казалось, лучше, казалось бы, и не скажешь.
- И кое-что из того что произошло никто из нас не мог предотвратить-йой или у нас по крайней мере не хватило сил, чтобы этого избежать – Марко всё это время старался смотреть на девочку, потому что если бы смотрел просто в пол, то наверно ему было бы ещё тяжелее чем сейчас это говорить.
- Твой дедушка умер в тот день-йой.
В итоге слов подобрать так и не удалось. С языка Марко сорвалась правда, хлестко ударяя по лицу не только его, но и маленькую особу, что сидела перед ним. Сразу после этого он замолчит, ставя чай прямо между собой и Мари и ожидая того, что произойдёт дальше.
Разумеется, решение насчёт ребенка, да и тем более того, у которого теперь и семьи не осталось от слова совсем, принимать было ужасно тяжело. Однако делать что-то было надо. Рано или поздно Мари всё бы узнала итак, но как будто бы проще сделать это раньше? Детский мозг сможет вытеснить плохие воспоминания хорошими, которые произойдут в будущем. Ну или же два пирата нанесут непоправимую травму ребенку… Выбор в любом случае мягко говоря был не особенно радужным. Ботарион же при этом хотел ещё, и чтобы это сделал Марко. Опустив голову вниз, так как она ранее была задрана, врач наденет на себя очки и молча посмотрит на киборга.
Вдохнув носом, им же блондин и выдохнет, вставая с кресла. Чай он отпил совсем немного, поэтому бокал практически был полным. Он возьмет его с собой, моментально поджигая пламенем Феникса и тут же туша. Банально обеззараживание предмета, он понимал, что ребенку чай может пригодится либо для того чтобы с криком ненависти вылить на человека, который скажет ему дурные вести, либо же для того чтобы, плача навзрыд выпить его и, хотя бы немного успокоится.
Выйдя из комнаты, в которой проводились переговоры Марко спустится по лестнице вполне себе обычным темпом, после чего будет для начала просто искать Мари. Может она будет хотя бы немного греметь дверями, бегая от комнаты к комнате, или делать ещё что-то, что поможет её найти. Если же нет, то бывший старпом Белоуса просто позовёт её по имени.
- Мари-йой!
В любом из исходов парень сам подойдёт к девушке, после чего усядется около неё, подминая под себя ноги, словно он собирался свести ступни друг к дружке. Какое-то время он будет молчать, пытаясь придумать как вообще начать это. Девушка может задаться вопросом, может вслух, а может и в своей голове, но в любом случае меньше чем через минуту мифический птиц заговорит.
- Знаешь – честно говоря даже произнеся первое слово, Марко не мог подобрать слов, для того чтобы продолжить – в тот день, когда мы с командой встретились с тобой, произошло много всего-йой.
Понятное дело, что пересказывать ей все события того что произошло на Делориане не было смысла. Многое касалось того что было с Беном и Ботом как раньше, так и в нынешнее время, а Роботника затрагивало лишь боком, однако этот бок вышел ему… боком. Какой бы тавтологией это не казалось, лучше, казалось бы, и не скажешь.
- И кое-что из того что произошло никто из нас не мог предотвратить-йой или у нас по крайней мере не хватило сил, чтобы этого избежать – Марко всё это время старался смотреть на девочку, потому что если бы смотрел просто в пол, то наверно ему было бы ещё тяжелее чем сейчас это говорить.
- Твой дедушка умер в тот день-йой.
В итоге слов подобрать так и не удалось. С языка Марко сорвалась правда, хлестко ударяя по лицу не только его, но и маленькую особу, что сидела перед ним. Сразу после этого он замолчит, ставя чай прямо между собой и Мари и ожидая того, что произойдёт дальше.
Возможно придётся теперь действительно успокаивать ребенка, чего и боялся [id453271870:bp-36291248_275873|Ботарион], а может произойдёт ещё что-то. Свои логийные свойства Марко разумеется отключит в тот же момент как произнесёт последнюю фразу.
[2120]
[2120]
[id752983679:bp-36291248_275835|Misha],
Диего Эль-Пасо | Дагги Даг
~Островное приключение~
Разруха. Кричащие люди вокруг. Хаос здесь и сейчас…настоящая услада для Дракона. На данный момент Диего «немного» не контролировал себя и проблема была вовсе не в первом превращении. Действуя на инстинктах, парень чуть ли не похоронил под землёй собственного брата. Благо тот был «толстокожей машиной» и выдержал удар, однако теперь он вынужден отлёживается где-то (до куда смог себя дотащить). Дракон же, поглощённый мыслями о взрывах, собирался поджигать всё на своём пути. Но ему дерзко помешали. Удар пришёлся прямо по морде. Чешуйчатый даже его не заметил. Не в том смысле, что он его не почувствовал, а наоборот, не понял чем его так прописали. Чёрного это только больше раздразнило и он вновь зарычал. Тяжёлый, глухой и в то же время пронизывающий до костей звук пронёсся по улицам, отражаясь от стен, заставляя оставшиеся стёкла звенеть и попросту биться. Внутренняя ярость так и вырывалась изнутри без возможности самостоятельно её остановить… Кто бы мог подумать, что его «заткнут за пояс» какие-то желеобразные верёвки. Это было очень неожиданно, его пасть насильно закрыли, а глаза устремились на безбилетника, красовавшегося на переносице. Он что-то говорил или спрашивал… но дракон не слышал слов. Не понимал. Возможно даже не хотел понимать. Восприятие всего стало слишком примитивным. Поэтому очередной удар, перешедший уже в лоб, расценивалось как угрозу. Ответом на это было простым — взмах хвоста — и ближайшее здание, ещё несколько секунд назад уцелевшее, со шторками в окне и вывеской лавки, взлетело в воздух. Камни оторвались от кладки, деревянные балки треснули пополам. Пыль столбом поднялась к небу. Он чувствовал приходящую боль в голове, а потому выплёскивал её на окружающее вокруг, ибо пасть открыть ему не давали, хотя он пытался этому сопротивляться. Последовавший за взмахом хвоста, удар, и земля «раскололась». Брусчатка разошлась, как скорлупа, трещины поползли по дороге. Стены вновь дрожали, крыши посыпались… Когда же незваный гость отпустил его пасть, Дракон сразу же зарычал на это и, на удивление, не бросился за ним сразу. Он сделал первый шаг, тяжёлый грохот отразился сквозь обломки зданий. Плечи постепенно вздымались, крылья смели пыль и оседавшую гарь. Второй шаг, и когти ухватили стену дома. Пальцы сомкнулись, и целый кусок кладки был вырван вместе с окном, ставнями, чьими-то цветами в горшке. Диего затащил эту глыбу с собой, будто трофей, будто доказательство, что он может и будет: рвать, крушить, кидать. И только потом Дракон взлетел. Рывок, как будто его подкинули вверх. Крылья раскрылись навстречу ветру, и он оттолкнулся от земли, подбросив в воздух пыль и мелкие обломки. На мгновение он оказался выше всех крыш, тень от крыльев накрыла переулок, а потом — резкий разворот и манёвр в сторону Дароса. Он не преследовал и уж точно не подчинился провокации как таково. Он решил охотится на добычу, вызвавшую у него интерес. Каждое решение — инстинкт и не более. Когти срывали крыши, ломали опоры. Черепица летела веером, поднимая вихри пыли, деревяшки разлетались, как щепа. Чешуйчатый летел низко, улавливая запах, жар, движения. Дракон чувствовал Дароса не глазами, а нутром. И если бы тот мог общаться с ним ментально, то услышал бы весьма дерзкие мысли своего оппонента: «Я не знаю, кто ты. Я не знаю, зачем ты вызвал меня. Но я тебя догоню. И я тебя испепелю».
Диего Эль-Пасо | Дагги Даг
~Островное приключение~
Разруха. Кричащие люди вокруг. Хаос здесь и сейчас…настоящая услада для Дракона. На данный момент Диего «немного» не контролировал себя и проблема была вовсе не в первом превращении. Действуя на инстинктах, парень чуть ли не похоронил под землёй собственного брата. Благо тот был «толстокожей машиной» и выдержал удар, однако теперь он вынужден отлёживается где-то (до куда смог себя дотащить). Дракон же, поглощённый мыслями о взрывах, собирался поджигать всё на своём пути. Но ему дерзко помешали. Удар пришёлся прямо по морде. Чешуйчатый даже его не заметил. Не в том смысле, что он его не почувствовал, а наоборот, не понял чем его так прописали. Чёрного это только больше раздразнило и он вновь зарычал. Тяжёлый, глухой и в то же время пронизывающий до костей звук пронёсся по улицам, отражаясь от стен, заставляя оставшиеся стёкла звенеть и попросту биться. Внутренняя ярость так и вырывалась изнутри без возможности самостоятельно её остановить… Кто бы мог подумать, что его «заткнут за пояс» какие-то желеобразные верёвки. Это было очень неожиданно, его пасть насильно закрыли, а глаза устремились на безбилетника, красовавшегося на переносице. Он что-то говорил или спрашивал… но дракон не слышал слов. Не понимал. Возможно даже не хотел понимать. Восприятие всего стало слишком примитивным. Поэтому очередной удар, перешедший уже в лоб, расценивалось как угрозу. Ответом на это было простым — взмах хвоста — и ближайшее здание, ещё несколько секунд назад уцелевшее, со шторками в окне и вывеской лавки, взлетело в воздух. Камни оторвались от кладки, деревянные балки треснули пополам. Пыль столбом поднялась к небу. Он чувствовал приходящую боль в голове, а потому выплёскивал её на окружающее вокруг, ибо пасть открыть ему не давали, хотя он пытался этому сопротивляться. Последовавший за взмахом хвоста, удар, и земля «раскололась». Брусчатка разошлась, как скорлупа, трещины поползли по дороге. Стены вновь дрожали, крыши посыпались… Когда же незваный гость отпустил его пасть, Дракон сразу же зарычал на это и, на удивление, не бросился за ним сразу. Он сделал первый шаг, тяжёлый грохот отразился сквозь обломки зданий. Плечи постепенно вздымались, крылья смели пыль и оседавшую гарь. Второй шаг, и когти ухватили стену дома. Пальцы сомкнулись, и целый кусок кладки был вырван вместе с окном, ставнями, чьими-то цветами в горшке. Диего затащил эту глыбу с собой, будто трофей, будто доказательство, что он может и будет: рвать, крушить, кидать. И только потом Дракон взлетел. Рывок, как будто его подкинули вверх. Крылья раскрылись навстречу ветру, и он оттолкнулся от земли, подбросив в воздух пыль и мелкие обломки. На мгновение он оказался выше всех крыш, тень от крыльев накрыла переулок, а потом — резкий разворот и манёвр в сторону Дароса. Он не преследовал и уж точно не подчинился провокации как таково. Он решил охотится на добычу, вызвавшую у него интерес. Каждое решение — инстинкт и не более. Когти срывали крыши, ломали опоры. Черепица летела веером, поднимая вихри пыли, деревяшки разлетались, как щепа. Чешуйчатый летел низко, улавливая запах, жар, движения. Дракон чувствовал Дароса не глазами, а нутром. И если бы тот мог общаться с ним ментально, то услышал бы весьма дерзкие мысли своего оппонента: «Я не знаю, кто ты. Я не знаю, зачем ты вызвал меня. Но я тебя догоню. И я тебя испепелю».
[id284060235:bp-36291248_275963|Марина],
⠀⠀Труднее всех пришлось Маккусу. Рук не хватало на всех людей, в голове невольно возникали ушедшие годы, где он, молодой и красивый, мог вдвое быстрее расправиться с возникшей проблемой. Мощные щупальца не хуже его рук разбивали огромные глыбы обломков, укрывали ими людей, водяные пули летели в разные стороны, кроша камни, заставляя их разлетаться в песчинки, уменьшая силу удара о простой люд. Да что уж, люди и их чуть более звериные версии не оказались дураками, сами покидали свои жилища, убегали куда подальше, и никто больше не желал смотреть на развернувшуюся трагедию.
⠀⠀— Чёртов Дарос!!! — кричал он гневно, держа в каждой руке по несколько выживших. Только удавался случай – отпускал и спешил на встречу другим. — Кто бы мог подумать, что от такого слабака может быть столько проблем? Мог бы уже вырубить гиену, да и дело с концом! Но нет, нужно ведь побахвалиться, поиграть! Тьфу-ты! — вслух ругался мужчина в возрасте, в аккомпанемент его словам дико звучали барабаны его сердца: ровно и быстро, подобно барабанной дроби, с каждым ударом заставляя взлетать пыль вокруг. Лицо натужилось, мышцы налились кровью, но в обмен он получил невиданную скорость и силу, только благодаря которым он мог спасти чужие жизни. — Никого не бросать! — крикнул он снова, никому другому кроме самого себя и разбил резким, хлёстким ударом щупальца очередной крупный обломок, летящий прямо на чью-то мать. Не чувствуя сопротивления как такового, щупальце раздробило глыбу на сотни мелких частей, что позволило женщине спокойно принять душ из камешков. Вероятно, такой удар наповал вырубил бы и Гиену, но битвой занимается молодой, некомпетентный засранец!
***
⠀⠀Дикий нрав чудища, его голая жестокость и безрассудность выдавали в нём лишь зверя, но не что-то разумное. Будто разум юноши не выдержал перед личиной дьявола, кроющегося в плоде, поддался и отдал "штурвал", выступая лишь зрителем. Дарос уже видел подобное, сталкивался и побеждал, превосходя животные инстинкты твёрдой техникой и, конечно, собственными мышцами.
⠀⠀"Он обезумел без всяких таблеток? Такого я ещё не видел! Что бы зоан, да так озверел сам по себе? Такое бывает? — очевидно, своего соперника послушно ожидать на крыше парень не стал и мощными прыжками быстренько покинул черепицу, перескакивая на другую. А затем на следующую. Он убегал подобно кузнечику, делая неестественно быстрые и сильные прыжки, умудряясь даже обгонять дракона, следовавшего по его пятам. — Ну, бывает или нет, надо вывести его подальше. Нечего его в стенах держать. А то ещё в уголёк превращусь, хья-ха-ха!"
⠀⠀Воля наблюдения только и вопила о жажде крови и убийства, о невероятной ярости! Оттого было лишь веселее: неужто он вызывает ненависть столь сильно, просто существуя на этом мире? Враг не спросил о его планах, о его жизни, о его прошлом, и всё равно напал, ожидая лёгкой победы и бессмысленного триумфа, даже награды не требуя.
⠀⠀"Нет, просто так я тебя не отпущу! — тем временем Дарос уже стоял на краю высоченной стены, защищающей этот город. Пара стражников заметила его, уже бежала в его сторону с копьями, но опешили, заметив дракона. Жизнь для них была важнее долга. — Я заставлю тебя пожалеть, что ты согласился на эту схватку! И я ведь отпускал тебя, давал шанс сбежать! Ушёл бы домой, поел чего да улёгся спать. Но теперь ты ПРОИГРАЕШЬ! Проиграешь красиво, ярко! Неважно как ты будешь стараться, я сломаю твою волю к победе и одолею тебя, стоит тебе исчерпать себя. Оттяну момент твоего поражения, чтобы ты, ещё совсем молодой, прочувствовал вкус чужой силы. Нет, не жестокости я тебя научу, а уважению! Чему тебя научит быстрый удар, отправивший тебя на тот свет?"
⠀⠀Труднее всех пришлось Маккусу. Рук не хватало на всех людей, в голове невольно возникали ушедшие годы, где он, молодой и красивый, мог вдвое быстрее расправиться с возникшей проблемой. Мощные щупальца не хуже его рук разбивали огромные глыбы обломков, укрывали ими людей, водяные пули летели в разные стороны, кроша камни, заставляя их разлетаться в песчинки, уменьшая силу удара о простой люд. Да что уж, люди и их чуть более звериные версии не оказались дураками, сами покидали свои жилища, убегали куда подальше, и никто больше не желал смотреть на развернувшуюся трагедию.
⠀⠀— Чёртов Дарос!!! — кричал он гневно, держа в каждой руке по несколько выживших. Только удавался случай – отпускал и спешил на встречу другим. — Кто бы мог подумать, что от такого слабака может быть столько проблем? Мог бы уже вырубить гиену, да и дело с концом! Но нет, нужно ведь побахвалиться, поиграть! Тьфу-ты! — вслух ругался мужчина в возрасте, в аккомпанемент его словам дико звучали барабаны его сердца: ровно и быстро, подобно барабанной дроби, с каждым ударом заставляя взлетать пыль вокруг. Лицо натужилось, мышцы налились кровью, но в обмен он получил невиданную скорость и силу, только благодаря которым он мог спасти чужие жизни. — Никого не бросать! — крикнул он снова, никому другому кроме самого себя и разбил резким, хлёстким ударом щупальца очередной крупный обломок, летящий прямо на чью-то мать. Не чувствуя сопротивления как такового, щупальце раздробило глыбу на сотни мелких частей, что позволило женщине спокойно принять душ из камешков. Вероятно, такой удар наповал вырубил бы и Гиену, но битвой занимается молодой, некомпетентный засранец!
***
⠀⠀Дикий нрав чудища, его голая жестокость и безрассудность выдавали в нём лишь зверя, но не что-то разумное. Будто разум юноши не выдержал перед личиной дьявола, кроющегося в плоде, поддался и отдал "штурвал", выступая лишь зрителем. Дарос уже видел подобное, сталкивался и побеждал, превосходя животные инстинкты твёрдой техникой и, конечно, собственными мышцами.
⠀⠀"Он обезумел без всяких таблеток? Такого я ещё не видел! Что бы зоан, да так озверел сам по себе? Такое бывает? — очевидно, своего соперника послушно ожидать на крыше парень не стал и мощными прыжками быстренько покинул черепицу, перескакивая на другую. А затем на следующую. Он убегал подобно кузнечику, делая неестественно быстрые и сильные прыжки, умудряясь даже обгонять дракона, следовавшего по его пятам. — Ну, бывает или нет, надо вывести его подальше. Нечего его в стенах держать. А то ещё в уголёк превращусь, хья-ха-ха!"
⠀⠀Воля наблюдения только и вопила о жажде крови и убийства, о невероятной ярости! Оттого было лишь веселее: неужто он вызывает ненависть столь сильно, просто существуя на этом мире? Враг не спросил о его планах, о его жизни, о его прошлом, и всё равно напал, ожидая лёгкой победы и бессмысленного триумфа, даже награды не требуя.
⠀⠀"Нет, просто так я тебя не отпущу! — тем временем Дарос уже стоял на краю высоченной стены, защищающей этот город. Пара стражников заметила его, уже бежала в его сторону с копьями, но опешили, заметив дракона. Жизнь для них была важнее долга. — Я заставлю тебя пожалеть, что ты согласился на эту схватку! И я ведь отпускал тебя, давал шанс сбежать! Ушёл бы домой, поел чего да улёгся спать. Но теперь ты ПРОИГРАЕШЬ! Проиграешь красиво, ярко! Неважно как ты будешь стараться, я сломаю твою волю к победе и одолею тебя, стоит тебе исчерпать себя. Оттяну момент твоего поражения, чтобы ты, ещё совсем молодой, прочувствовал вкус чужой силы. Нет, не жестокости я тебя научу, а уважению! Чему тебя научит быстрый удар, отправивший тебя на тот свет?"
⠀⠀Дракон всё ближе! Белый Волк не стал ожидать монстра на стене, вместо этого спрыгнул с неё прямо за пределы города, кинув лишь язвительный средний палец, чтобы раззадорить и без того бешеного дракона! Прямо наземь он не упал, ведь отростками вцепился в стену и ими же себя оттолкнул подальше, отправляя в ближайшее поле. Туда, где не было чужих домов, где не пострадали бы невинные, не причастные к этой битве жизни.
⠀⠀Только когда он остался совершенно один, он перестал убегать и широко расправил руки, ноги, будто пытался сделать себя больше, подобно животному, каким и является его сегодняшний враг. Разумеется, дракон всяко больше...
⠀⠀— НУ ДАВАЙ, РЕПТИЛИЯ!! ЛЕТИ СЮДА, ТЕПЕРЬ МОЖЕШЬ ЛОМАТЬ И КРУШИТЬ ВСЁ ЧТО ВЗДУМАЕТСЯ! — закричал он неестественно громко, мощно, так, что звук вдарил по чужим перепонкам. — Но твой враг – Я! Поливай огнём, руби когтями, бей хвостом, грызи зубами – ты всё ещё слабее меня, и я вдолблю тебе это под корку мозга, хочешь ты или нет!
⠀⠀Только когда он остался совершенно один, он перестал убегать и широко расправил руки, ноги, будто пытался сделать себя больше, подобно животному, каким и является его сегодняшний враг. Разумеется, дракон всяко больше...
⠀⠀— НУ ДАВАЙ, РЕПТИЛИЯ!! ЛЕТИ СЮДА, ТЕПЕРЬ МОЖЕШЬ ЛОМАТЬ И КРУШИТЬ ВСЁ ЧТО ВЗДУМАЕТСЯ! — закричал он неестественно громко, мощно, так, что звук вдарил по чужим перепонкам. — Но твой враг – Я! Поливай огнём, руби когтями, бей хвостом, грызи зубами – ты всё ещё слабее меня, и я вдолблю тебе это под корку мозга, хочешь ты или нет!
Misha (https://vk.ru/id752983679),
Диего Эль-Пасо | Дагги Даг
~Островное приключение~
Дракон летел за Даросом. Он, будучи чёрным бедствием, окутывал во мрак, своими крыльями, окружающее вокруг. Всё, что было — это цель. Цель, которая убегает, прыгает, дразнит, но которую надо догнать, вцепиться, разорвать, сжечь. Сердце колотилось в груди так сильно, что он слышал его стук сквозь собственный рёв. Крылья разрезали воздух, в каждом взмахе было столько силы, что под ним крыши дрожали и осыпались черепицей.
Стены города появились перед ним внезапно, как утёс из-за тумана. Он не перелетел их — он врезался в них намеренно. Дракон впился когтями в камень с таким хрустом, что глыбы полетели вниз, разбиваясь об мостовую. Он восседал на стене, словно Король. Хищная морда вытянулась вперёд, крылья распахнулись, закрыв половину неба над теми, кто был внизу. Глаза азартно блеснули, зрачки сузились в щёлки. Хвост извивался в нетерпении, раз за разом бьясь о кладку и снося куски камня. Пасть приоткрылась, из глубины горла пошёл тяжёлый, хриплый гул — предвестник пламени. В считанные секунды, вырвался залп огня. Сплошной поток чёрно-багрового пламени, поразило место, где находился Дарос. Внутри всё горело: кровь кипела, мышцы требовали движения, когти скрежетали по камню.
Не дожидаясь, пока огонь рассеется, он рванул. Камень под лапами не выдержал, стена содрогнулась, и дракон оттолкнулся, взмыв в воздух. Огромная тень скользнула по земле, а в следующую секунду он рухнул вниз, целясь всем весом в врага. Передние лапы вылетели вперёд, когти тут же взметнулись вверх, рубанув в сторону Дароса — два резких удара крестообразно. Если бы они достигли цели, удар мог пробить плоть и кости, впечатать добычу в землю, оставив лишь кровавое месиво. Не останавливаясь, он распахнул крылья, развернулся в воздухе и обрушил на цель хвост, но не одинарным махом — Диего сделал тройную серию ударов, будто пытаясь загнать врага в угол, ломая всё на пути. Удар шёл с такой силой, что земля в точке столкновения могла треснуть, а любой, кто попадёт под него, оказался бы отброшен, как тряпичная кукла. Почти сразу после этого он резко развернулся на месте, врубившись в землю плечом и боком, чтобы сбить врага, если тот оказался рядом. Этот приём сопровождался снопом камней и пыли, как от удара тарана.
Дракон не хотел давать и мгновения передышки. Рванув вперёд, он втянул в лёгкие столько воздуха, что грудь раздуло. Из пасти вырвался очередной поток густого пламени, который выжигал полукруг перед собой. Жар был такой, что трава под ним вспыхивала, превращаясь в серый пепел. Любой, кто оказался бы в этом огненном дыхании, обуглился бы за секунды (наверное). Но даже этого было мало. Помимо лап и хвоста, для атак можно использовать и другие части тела. Его крылья не были просто для полёта — он резко сложил одно, а другим ударил, как гигантским веслом. Такой удар мог сбить с места даже стоящий на суше корабль, а поток воздуха от него опрокинул бы людей в радиусе нескольких метров.
Каждое движение было наполнено первобытной силой: в нём не было техники, не было расчёта, только звериное желание уничтожить. В его рёве слышался чистый голод. Не к еде. К победе, к смерти врага. Это был звук монстра, который уже почувствовал вкус крови — и не остановится, пока не утолит жажду.
Диего Эль-Пасо | Дагги Даг
~Островное приключение~
Дракон летел за Даросом. Он, будучи чёрным бедствием, окутывал во мрак, своими крыльями, окружающее вокруг. Всё, что было — это цель. Цель, которая убегает, прыгает, дразнит, но которую надо догнать, вцепиться, разорвать, сжечь. Сердце колотилось в груди так сильно, что он слышал его стук сквозь собственный рёв. Крылья разрезали воздух, в каждом взмахе было столько силы, что под ним крыши дрожали и осыпались черепицей.
Стены города появились перед ним внезапно, как утёс из-за тумана. Он не перелетел их — он врезался в них намеренно. Дракон впился когтями в камень с таким хрустом, что глыбы полетели вниз, разбиваясь об мостовую. Он восседал на стене, словно Король. Хищная морда вытянулась вперёд, крылья распахнулись, закрыв половину неба над теми, кто был внизу. Глаза азартно блеснули, зрачки сузились в щёлки. Хвост извивался в нетерпении, раз за разом бьясь о кладку и снося куски камня. Пасть приоткрылась, из глубины горла пошёл тяжёлый, хриплый гул — предвестник пламени. В считанные секунды, вырвался залп огня. Сплошной поток чёрно-багрового пламени, поразило место, где находился Дарос. Внутри всё горело: кровь кипела, мышцы требовали движения, когти скрежетали по камню.
Не дожидаясь, пока огонь рассеется, он рванул. Камень под лапами не выдержал, стена содрогнулась, и дракон оттолкнулся, взмыв в воздух. Огромная тень скользнула по земле, а в следующую секунду он рухнул вниз, целясь всем весом в врага. Передние лапы вылетели вперёд, когти тут же взметнулись вверх, рубанув в сторону Дароса — два резких удара крестообразно. Если бы они достигли цели, удар мог пробить плоть и кости, впечатать добычу в землю, оставив лишь кровавое месиво. Не останавливаясь, он распахнул крылья, развернулся в воздухе и обрушил на цель хвост, но не одинарным махом — Диего сделал тройную серию ударов, будто пытаясь загнать врага в угол, ломая всё на пути. Удар шёл с такой силой, что земля в точке столкновения могла треснуть, а любой, кто попадёт под него, оказался бы отброшен, как тряпичная кукла. Почти сразу после этого он резко развернулся на месте, врубившись в землю плечом и боком, чтобы сбить врага, если тот оказался рядом. Этот приём сопровождался снопом камней и пыли, как от удара тарана.
Дракон не хотел давать и мгновения передышки. Рванув вперёд, он втянул в лёгкие столько воздуха, что грудь раздуло. Из пасти вырвался очередной поток густого пламени, который выжигал полукруг перед собой. Жар был такой, что трава под ним вспыхивала, превращаясь в серый пепел. Любой, кто оказался бы в этом огненном дыхании, обуглился бы за секунды (наверное). Но даже этого было мало. Помимо лап и хвоста, для атак можно использовать и другие части тела. Его крылья не были просто для полёта — он резко сложил одно, а другим ударил, как гигантским веслом. Такой удар мог сбить с места даже стоящий на суше корабль, а поток воздуха от него опрокинул бы людей в радиусе нескольких метров.
Каждое движение было наполнено первобытной силой: в нём не было техники, не было расчёта, только звериное желание уничтожить. В его рёве слышался чистый голод. Не к еде. К победе, к смерти врага. Это был звук монстра, который уже почувствовал вкус крови — и не остановится, пока не утолит жажду.
Марфл ненавидел себя за беспомощность в таких ситуациях, он ненавидел себя за то, что ему приходилось оправдываться перед кем-то, но больше всего он ненавидел оправдываться перед собой. Каждое его слово, сказанное сейчас, было для него цепью, бременем, которое он должен был нести; каждое его действие сейчас — это решение, которое повлияет на несколько жизней сразу, и это для него было воистину пугающе.
Его понимания в таком персонаже, как Мари, были практически равны нулю: она не появлялась рядом со своим гениальным стариком, не появлялась в новостях или ещё где-то. Всё, что он знал о ней на данный момент, так это то, что она — любознательный ребёнок, о котором тепло отзывался её единственный родственник. С этой информацией он должен был пойти к ней сам. Его слова, сказанные Фениксом, были восприняты неправильно: произошло недопонимание — Бот выразился не так или Марко понял это слишком буквально, но последний принял эти слова как призыв к действию. Логийный отправился вперёд, слегка подогрев чай, киборг же, в свою очередь, лишь спросил: «Куда ты?», однако последний ушёл из кабинета.
«Камеры» в виде глаз начали раскрываться по всем местам, где проходил блондин. Киборг… всё же не решился его преследовать. Он струсил. Марфл — киборг, который способен без страха попасть в лапы к врагу — испугался ребёнка. Его пугала реакция, которая может последовать за его словами. Может, будь Мари старше годика на два-три, чем сейчас, а сейчас ей не более двенадцати лет на внешний вид, то киборг, может, и поговорил бы с ребёнком. Однако сейчас на это задание был выпущен профессионал.
Бот и Марко — словно две стороны одной монеты: оба похожи, но в то же время абсолютно отличаются друг от друга на корню. Повадки, привычки, манеры общения и даже цвет кожи были практически полностью противоположны. Однако что их правда объединяет, так это их капитан — Дарос. Белый волк объединил под одним флагом пиратов двух разных эпох и при этом умудряется балансировать между взаимоотношениями обоих и не скатываться из крайности в крайность. Честно говоря, возможно, если бы не капитан команды, то киборг бы уже давно был либо мёртв, либо стал бы тем, чего от него хотел Бен.
Сжимая кулаки, он нашёл Мари по камерам и сделал так, чтобы Марко точно пришёл к ребёнку без лишних задержек: все препятствия и случайные встречи он свёл к минимуму, отрезав их участок коридора настолько незаметно, насколько это было возможно. Ему хотелось, чтобы этап сообщения новостей был максимально чистым и никто не вмешался. Ведь если он не мог помочь Мари сам, то пусть он будет хотя бы тем, кто помогает за кулисами, пусть он будет заниматься задним планом, пусть он будет ненавидимым самой Мари, пусть его даже недолюбливают остальные, но он поддержит своих друзей в моменты, когда они будут нуждаться в этом.
Его верность своим близким была доказана хоть и не множество раз, но в достаточном количестве, и этот случай не исключение. Он хочет помочь, если не словом, то делом. Он будет поддерживать Мари всеми своими силами, лишь бы девочка не впала в отчаяние и не навредила себе. Он готов сделать всё что угодно, лишь бы на лице девочки никогда не видеть слёз.
И вот — начало диалога. Марко окликнул Мари. Ребёнок как раз в этот момент решила заглянуть в место, которое все тут знают как котельная. В ней было жарко, но достаточно терпимо, поэтому, если бы она зашла туда, то не обнаружила бы никакой опасности. Она побежала в сторону Марко; в его руках был чай, который был ещё тёплым. Она смотрела на него какое-то время, пока он сидел в странной позе. Её уже всё равно прервали от изучения, но, видимо, к ней было какое-то дело.
Его понимания в таком персонаже, как Мари, были практически равны нулю: она не появлялась рядом со своим гениальным стариком, не появлялась в новостях или ещё где-то. Всё, что он знал о ней на данный момент, так это то, что она — любознательный ребёнок, о котором тепло отзывался её единственный родственник. С этой информацией он должен был пойти к ней сам. Его слова, сказанные Фениксом, были восприняты неправильно: произошло недопонимание — Бот выразился не так или Марко понял это слишком буквально, но последний принял эти слова как призыв к действию. Логийный отправился вперёд, слегка подогрев чай, киборг же, в свою очередь, лишь спросил: «Куда ты?», однако последний ушёл из кабинета.
«Камеры» в виде глаз начали раскрываться по всем местам, где проходил блондин. Киборг… всё же не решился его преследовать. Он струсил. Марфл — киборг, который способен без страха попасть в лапы к врагу — испугался ребёнка. Его пугала реакция, которая может последовать за его словами. Может, будь Мари старше годика на два-три, чем сейчас, а сейчас ей не более двенадцати лет на внешний вид, то киборг, может, и поговорил бы с ребёнком. Однако сейчас на это задание был выпущен профессионал.
Бот и Марко — словно две стороны одной монеты: оба похожи, но в то же время абсолютно отличаются друг от друга на корню. Повадки, привычки, манеры общения и даже цвет кожи были практически полностью противоположны. Однако что их правда объединяет, так это их капитан — Дарос. Белый волк объединил под одним флагом пиратов двух разных эпох и при этом умудряется балансировать между взаимоотношениями обоих и не скатываться из крайности в крайность. Честно говоря, возможно, если бы не капитан команды, то киборг бы уже давно был либо мёртв, либо стал бы тем, чего от него хотел Бен.
Сжимая кулаки, он нашёл Мари по камерам и сделал так, чтобы Марко точно пришёл к ребёнку без лишних задержек: все препятствия и случайные встречи он свёл к минимуму, отрезав их участок коридора настолько незаметно, насколько это было возможно. Ему хотелось, чтобы этап сообщения новостей был максимально чистым и никто не вмешался. Ведь если он не мог помочь Мари сам, то пусть он будет хотя бы тем, кто помогает за кулисами, пусть он будет заниматься задним планом, пусть он будет ненавидимым самой Мари, пусть его даже недолюбливают остальные, но он поддержит своих друзей в моменты, когда они будут нуждаться в этом.
Его верность своим близким была доказана хоть и не множество раз, но в достаточном количестве, и этот случай не исключение. Он хочет помочь, если не словом, то делом. Он будет поддерживать Мари всеми своими силами, лишь бы девочка не впала в отчаяние и не навредила себе. Он готов сделать всё что угодно, лишь бы на лице девочки никогда не видеть слёз.
И вот — начало диалога. Марко окликнул Мари. Ребёнок как раз в этот момент решила заглянуть в место, которое все тут знают как котельная. В ней было жарко, но достаточно терпимо, поэтому, если бы она зашла туда, то не обнаружила бы никакой опасности. Она побежала в сторону Марко; в его руках был чай, который был ещё тёплым. Она смотрела на него какое-то время, пока он сидел в странной позе. Её уже всё равно прервали от изучения, но, видимо, к ней было какое-то дело.
— Дядя [id327871685:bp-36291248_275917|Марко], вы что-то хотели? — девочка спросила, но Феникс заговорил сразу, как только она спросила. Его речь была… как бы это сказать, шаткая: он словно спотыкался о собственный язык, пока говорил и пытался донести то, что у него было на уме. Но вот он сказал про тот самый день. И вот Феникс произнёс те роковые слова: «Твой дедушка умер в тот день». В груди у ребёнка буквально что-то остановилось на этих словах.
Секунды после этих слов Феникса тянулись — что для двух собеседников, что для того, кто следил за ними. Однако после этого девочка лишь сказала:
— А, и это всё, что вы хотели мне рассказать? — удивительная… спокойная, хотя нет, пофигистичная реакция на слова о смерти твоего единственного дедушки. — Я… честно говоря, я уже какое-то время понимала, что он не тут, — она посмотрела на пол с лёгкой грустью в глазах. — То есть я думала, что скоро произойдёт что-то, и он выйдет ко мне и скажет, что мы сможем пойти к дядюшке Айво, но, видимо… теперь мы не сможем этого сделать, — она посмотрела на Марко с лёгкой улыбкой. Однако парень, что видел, как ведут себя люди после потери близких, понимал, что это за улыбка: вымученная и натянутая, улыбка человека, который улыбается лишь бы не показывать никому того, насколько ему сейчас больно. Эта девочка, которая сейчас была перед Фениксом, старалась изо всех сил сдерживать свои слёзы. — Я… наверное, пойду, исследую ещё пару комнат, — она подняла руку, которая уже дрожала, ведь все её силы уходили лишь на поддержание этой лживой маски. Пойдёт ли Марко с ней или нет — не важно, ведь как только у неё окажется хотя бы секунда одиночества, то она разрыдается. Поэтому лучшим решением, которое видел Бот сейчас, так это просто отойти, отступить, чтобы дать Мари самой переварить эту новость насколько это возможно.
Секунды после этих слов Феникса тянулись — что для двух собеседников, что для того, кто следил за ними. Однако после этого девочка лишь сказала:
— А, и это всё, что вы хотели мне рассказать? — удивительная… спокойная, хотя нет, пофигистичная реакция на слова о смерти твоего единственного дедушки. — Я… честно говоря, я уже какое-то время понимала, что он не тут, — она посмотрела на пол с лёгкой грустью в глазах. — То есть я думала, что скоро произойдёт что-то, и он выйдет ко мне и скажет, что мы сможем пойти к дядюшке Айво, но, видимо… теперь мы не сможем этого сделать, — она посмотрела на Марко с лёгкой улыбкой. Однако парень, что видел, как ведут себя люди после потери близких, понимал, что это за улыбка: вымученная и натянутая, улыбка человека, который улыбается лишь бы не показывать никому того, насколько ему сейчас больно. Эта девочка, которая сейчас была перед Фениксом, старалась изо всех сил сдерживать свои слёзы. — Я… наверное, пойду, исследую ещё пару комнат, — она подняла руку, которая уже дрожала, ведь все её силы уходили лишь на поддержание этой лживой маски. Пойдёт ли Марко с ней или нет — не важно, ведь как только у неё окажется хотя бы секунда одиночества, то она разрыдается. Поэтому лучшим решением, которое видел Бот сейчас, так это просто отойти, отступить, чтобы дать Мари самой переварить эту новость насколько это возможно.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)