— Ешь мясо, я пока шкуру этого лося немного помою — и она будет твоим одеялом, — Валхир оставил ребёнка одного, а сам отошёл в сторону, чтобы почистить шкуру. У него не было скребков или ещё чего-то, но они ему и не нужны были — он делал всё когтями.
«И как я должен есть сырое мясо?» — ребёнок смотрел на разложенные перед ним органы и куски мяса, не понимая, как это вообще есть. Пока его взгляд не зацепился за сердце. «Он говорил, что я должен съесть его?» — он потянулся к нему и случайно облился кровью, что сохранилась в его обеде.
— Чёрт! Ну и ладно! Всё равно уже вся грязная! — не оттирая и без того испачканную куртку и укусив сердце, дитя начало пытаться оторвать хотя бы кусок от него. Почти двухкилограммовое сердце лося было таким большим, что даже в двух руках ребёнка оно не умещалось. Дитя с огромным трудом, но всё же оторвало кусок сердца.
Жаль только, что сразу после этого пожалело: мясо оказалось ей явно не по вкусу. Всё же сырое мясо обладает специфическим вкусом и очень неприятным послевкусием. Кровь же тоже была невкусной — густая и всё ещё тёплая.
— Бе… — произнесло дитя после того, как открыло рот, из которого вылилось немного крови, но всё же оно проглотило её. Оно не знало, когда ещё сможет поесть, поэтому даже сырое мясо ребёнок уплетал в как можно большем объёме.
«После шестого куска оно не кажется таким уж отвратительным», — поедая мясо, думало про себя дитя. Валхир, который слышал позади себя громкие звуки чавканья, был доволен и ухмылялся, заканчивая работу со шкурой, которую осталось разве что посушить над огнём. Поэтому, долго не думая, он пришёл обратно к месту, где проходила трапеза, а половина сердца уже была благополучно съедена. Минку не оставалось ничего, кроме как взять ножку и тоже начать есть. Рядом уже даже появились вороны, которые то и дело каркали.
«Не помню, чтобы в таких местах были вороны», — глядя на них, Валхир ненадолго задумался. Его никогда не преследовали падальщики, однако теперь они поедали куски, что он решил оставить от лося.
— Жрите, — сказал медведь, после чего кинул птицам глаза убитого животного. Пернатые оценили подачку и даже чуть ли не подрались, пока самый крупный из них не забрал оба глаза себе и не прокаркал, оглашая, что добыча его.
— Запомни: то, что видишь, — это правило мира. Сильный забирает всё, слабый не получает ничего. Ты съел сердце, что я дал тебе, — сказал минк, переводя взгляд на ребёнка, который доедает уже вторую треть сердца, но решает послушать, что скажет ему собеседник. — Я остался без племени, вокруг меня лишь пустота. И сейчас ты, возможно, единственный, кто знает о моём существовании. Стань же моим первым последователем, дитя, стань же первым новым урсином.
Ребёнок знал, о чём говорит его собеседник: он не раз называл так своих последователей — воинов, что были свирепы и страшны. Они были жестоки и кровожадны, однако сами не боялись боли и смерти. Один урсин, по словам Валхира, был способен уничтожить целый отряд. Однако ребёнок явно не знал, что ему делать. По факту они с этим… существом знакомы всего день, даже меньше, и хоть он и был добр к нему, но кто знает, насколько долго эта доброта будет проявляться? Ведь всё хорошее рано или поздно заканчивается. Кровь застыла в жилах, а из-за сложности выбора и неизвестности при отказе в глазах всё начало плыть.
— Если же ты откажешься, я ничего не буду с тобой делать, — сказал он успокаивающе. — Что я за вождь, если не могу даже выдержать обычное «нет» от ребёнка? Ха-ха-ха, — посмеялся он от души. — Ты можешь не бояться. Предложение стать частью моего племени — это предложение идти вместе со мной вперёд. Но если ты не хочешь, то я оставлю тебя в первом людском поселении, которое тебе поможет.
ONE PIECE RP ·
[Норд Блю] Миньон
После этих слов дитя решило ещё немного подумать. Отказываться или нет было очень тяжёлым решением, ведь по факту у него не было причин давать ответ прямо сейчас — можно было просто сказать его уже когда выберутся.
— Я… подумаю ещё немного. Давай пока, наверное, познакомимся получше? Тебя зовут Валхир, а вот меня!.. — ффффьють, что-то быстро пролетело из кустов и воткнулось в руку ребёнка, полностью проходя через одежду. После этого дитя уснуло, так и не сказав своего имени.
— Что за!? Кто посмел прервать нас?! — в мгновение рассвирепел медведь, но его пыл тоже быстро остудили, выпустив ещё два дротика. В глазах всё поплыло, однако он всё ещё был на ногах. — Меня этим не проймёшь, — сказал косолапый, но вылетело ещё три дротика, и вот он тоже валялся на земле — спящий и сытый.
Не понятно, сколько времени прошло: однозначно больше часа или даже двух. Солнце уже медленно уходило за горизонт, однако жаль, что открывшие глаза герои не смогут его увидеть, ведь они находятся в сыром и тёмном трюме. Валхир открыл глаза немного раньше, поэтому уже во всю старался освободиться из цепей, которые его сдерживали. Его гнев нарастал с каждой попыткой, но цепь была слишком прочна. Спустя десятку-другую попыток он всё же выдохся. Его сковали по всему телу, а цепи прибили к железным крепежам для грузов, которые были установлены для тяжёлых грузов, что могли перевозить подобные суда. У медведя не возникало вопросов о том, как должен выглядеть корабль пиратов или какие вещи на нём должны быть. Сейчас его волновало лишь то, что его схватили, а ему не хватает сил, чтобы освободиться из этого дрянного заточения. Хотя всё, что ему нужно, — это приложить чуть больше своих сил и разбить оковы.
Дитя наконец-то открыло глаза. Первое, что оно увидело, — так это то, что медведь, уже запыхавшийся, лежал, не в силах снять с себя эти цепи. Прежде чем сказать хоть слово, ребёнок огляделся по сторонам, а медведь услышал, как изменилось дыхание единственного близкого человека. Ощущение тошноты и вертолёты не отпускали, и поэтому ребёнку пришлось потратить немного времени, чтобы оклематься полностью.
Придя в состояние, в котором он смог бы говорить, безымянное дитя наконец-то спросило у медведя самый глупый вопрос, который мог прийти только в голову:
— Где мы? — слегка охрипший голос ребёнка был следствием долгого сна, только вот на вопрос ответил далеко не Валхир, а человек, стоящий за дверью и охранявший их. Если говорить честно, ему не нравилось стоять тут, пока остальные отдыхали на верхней палубе, но задание, порученное капитаном, было необходимо выполнять.
— А ты как думаешь? На своём собственном корабле… точнее, когда-то твоём. Теперь он принадлежит пиратам бури… Чёрт, какое же стрёмное название, — хоть какое-то объяснение было получено; пират уже устал слушать пыхтения и лязги напрягающихся цепей. Хорошо хоть теперь можно поиздеваться над ребёнком.
— То есть… это папин корабль… — поникше произнесло дитя с явной грустью в голосе, поняв, что это место когда-то сопровождалось множеством работников и большим количеством веселья, в котором дитя росло, окружённое теплом и заботой. Но теперь оно пропахло алкоголем, везде было сыро и темно; на корабле остались лишь пираты и осколки воспоминаний, которые не вернуть, как бы сильно этого ни хотелось.
— Эй, там, за дверью, — прорычал недовольно медведь. Его дыхание было сбивчивым, но даже так голос звучал достаточно грозно, словно дикий зверь, что сидит в клетке, готовясь вырваться на свободу.
— Чего тебе надо, шерстяной коврик? Мы знаем, кто ты такой, поэтому даже не думай, что сможешь заговорить мне зубы. Мы продадим тебя на рынок рабов Дикого Охотника, — сказал мужчина за дверью, уже воображая, сколько миллионов белли они получат за то, что отдадут минка в лапы одного из баронов, тем более такого огромного.
— Я… подумаю ещё немного. Давай пока, наверное, познакомимся получше? Тебя зовут Валхир, а вот меня!.. — ффффьють, что-то быстро пролетело из кустов и воткнулось в руку ребёнка, полностью проходя через одежду. После этого дитя уснуло, так и не сказав своего имени.
— Что за!? Кто посмел прервать нас?! — в мгновение рассвирепел медведь, но его пыл тоже быстро остудили, выпустив ещё два дротика. В глазах всё поплыло, однако он всё ещё был на ногах. — Меня этим не проймёшь, — сказал косолапый, но вылетело ещё три дротика, и вот он тоже валялся на земле — спящий и сытый.
Не понятно, сколько времени прошло: однозначно больше часа или даже двух. Солнце уже медленно уходило за горизонт, однако жаль, что открывшие глаза герои не смогут его увидеть, ведь они находятся в сыром и тёмном трюме. Валхир открыл глаза немного раньше, поэтому уже во всю старался освободиться из цепей, которые его сдерживали. Его гнев нарастал с каждой попыткой, но цепь была слишком прочна. Спустя десятку-другую попыток он всё же выдохся. Его сковали по всему телу, а цепи прибили к железным крепежам для грузов, которые были установлены для тяжёлых грузов, что могли перевозить подобные суда. У медведя не возникало вопросов о том, как должен выглядеть корабль пиратов или какие вещи на нём должны быть. Сейчас его волновало лишь то, что его схватили, а ему не хватает сил, чтобы освободиться из этого дрянного заточения. Хотя всё, что ему нужно, — это приложить чуть больше своих сил и разбить оковы.
Дитя наконец-то открыло глаза. Первое, что оно увидело, — так это то, что медведь, уже запыхавшийся, лежал, не в силах снять с себя эти цепи. Прежде чем сказать хоть слово, ребёнок огляделся по сторонам, а медведь услышал, как изменилось дыхание единственного близкого человека. Ощущение тошноты и вертолёты не отпускали, и поэтому ребёнку пришлось потратить немного времени, чтобы оклематься полностью.
Придя в состояние, в котором он смог бы говорить, безымянное дитя наконец-то спросило у медведя самый глупый вопрос, который мог прийти только в голову:
— Где мы? — слегка охрипший голос ребёнка был следствием долгого сна, только вот на вопрос ответил далеко не Валхир, а человек, стоящий за дверью и охранявший их. Если говорить честно, ему не нравилось стоять тут, пока остальные отдыхали на верхней палубе, но задание, порученное капитаном, было необходимо выполнять.
— А ты как думаешь? На своём собственном корабле… точнее, когда-то твоём. Теперь он принадлежит пиратам бури… Чёрт, какое же стрёмное название, — хоть какое-то объяснение было получено; пират уже устал слушать пыхтения и лязги напрягающихся цепей. Хорошо хоть теперь можно поиздеваться над ребёнком.
— То есть… это папин корабль… — поникше произнесло дитя с явной грустью в голосе, поняв, что это место когда-то сопровождалось множеством работников и большим количеством веселья, в котором дитя росло, окружённое теплом и заботой. Но теперь оно пропахло алкоголем, везде было сыро и темно; на корабле остались лишь пираты и осколки воспоминаний, которые не вернуть, как бы сильно этого ни хотелось.
— Эй, там, за дверью, — прорычал недовольно медведь. Его дыхание было сбивчивым, но даже так голос звучал достаточно грозно, словно дикий зверь, что сидит в клетке, готовясь вырваться на свободу.
— Чего тебе надо, шерстяной коврик? Мы знаем, кто ты такой, поэтому даже не думай, что сможешь заговорить мне зубы. Мы продадим тебя на рынок рабов Дикого Охотника, — сказал мужчина за дверью, уже воображая, сколько миллионов белли они получат за то, что отдадут минка в лапы одного из баронов, тем более такого огромного.
— Я не об этом. Чего ради столь большому племени охотиться за всего одним ребёнком? — Валхир всё ещё не понимал концепции пиратов; для него все они были племенами, собранными из разных людей, которые зачем-то преследуют всего лишь одного ребёнка. — Еда уходит быстро, а без карты и точного понимания, куда идёт цель, невозможно выйти на след такой маленькой добычи, — как охотник и предводитель своего собственного племени, Валхир отлично знал, что им должно быть тяжело найти ребёнка на острове, который абсолютно полностью пуст.
— А ты не такой тупой, каким кажешься. Ты всё равно будешь продан, так что скажу тебе наш секрет. Думал, я так тебе скажу? Я здесь, чтобы просто держать вас в заперти, а не говорить, поэтому лучше замолчи, пока я не… — после этих слов прозвучал глухой удар о деревянный пол, достаточно громкий, ведь это было похоже на то, как падают на пол цепи. Из-за этого он резко развернулся и приоткрыл дверь, чтобы увидеть, что конкретно происходит там. — Чё вы творите, уроды? —
На этот вопрос ответом стало молчание, и когда дверь начала приоткрываться шире, а половина тулова мужчины уже виднелась в проёме, огромных размеров медведь просто протаранил пирата вместе с дверью. Удар был сильный, настолько, что тельце пирата практически отпечаталось на стене. Оставаясь в сознании, он собирался выстрелить, чтобы предупредить остальных, однако до этого не дошло, ибо руку с оружием в зубах держал зверь. Чувствуя боль, растекающуюся по телу, он хотел крикнуть, но огромная когтистая лапа уже держала его рот на замке.
Желая узнать, как зверь освободился, он увидел, что на земле лежат перерезанные верёвки, а замки, на которых держались цепи, были вскрыты.
«Неужели этот ребёнок освободил его?» — мысль свою он не смог довести до конца, ведь как только рука пирата отпустила пистолет, минк просто перекусил его глотку, отрывая всю переднюю часть горла. Быстрая, но мучительная смерть в тишине, и лишь ужас перед огромным зверем, который поселился в последние секунды жизни у пирата.
Ребёнок смотрел на это, закрывая глаза руками. Мрачное помещение, освещаемое только тусклыми фонарями, делало картину ещё более жуткой: мокрая пасть Валхира, с которой капала густая, недавно циркулировавшая в теле того парня кровь; тяжёлое дыхание, которое лишь слегка перебивалось, отдавало паром из-за холода, царившего на корабле.
— Жди меня тут, нет нужды смотреть на то, что я собираюсь сделать, — после этих слов ребёнок лишь кивнул, оставаясь в трюме, где было хотя бы немного безопасно.
Медведь же пошёл в сторону свежего воздуха, и долго ему идти не пришлось. Его не волновало, что эти жалкие люди хотели сделать с этим кораблём, ему, честно говоря, было плевать на всё, что они сделали с родителями ребёнка, ведь раз те не были достаточно сильны, чтобы защититься, то должны были умереть в любом случае. А раз дитя живо всё ещё — это говорит о том, что оно сильнее своих родителей. Но на что ему было не плевать, так это на то, что они хотят продавать, меняться вещами… они ведут себя как варвары, но при этом желают выглядеть «благородно», используя какие-то там белли. Злоба охватывала огромного медведя от такого, и когда он вышел на верхнюю палубу, музыка, которую играли, резко остановилась, и все пираты лишь смотрели на него с недоумением.
— А ты не такой тупой, каким кажешься. Ты всё равно будешь продан, так что скажу тебе наш секрет. Думал, я так тебе скажу? Я здесь, чтобы просто держать вас в заперти, а не говорить, поэтому лучше замолчи, пока я не… — после этих слов прозвучал глухой удар о деревянный пол, достаточно громкий, ведь это было похоже на то, как падают на пол цепи. Из-за этого он резко развернулся и приоткрыл дверь, чтобы увидеть, что конкретно происходит там. — Чё вы творите, уроды? —
На этот вопрос ответом стало молчание, и когда дверь начала приоткрываться шире, а половина тулова мужчины уже виднелась в проёме, огромных размеров медведь просто протаранил пирата вместе с дверью. Удар был сильный, настолько, что тельце пирата практически отпечаталось на стене. Оставаясь в сознании, он собирался выстрелить, чтобы предупредить остальных, однако до этого не дошло, ибо руку с оружием в зубах держал зверь. Чувствуя боль, растекающуюся по телу, он хотел крикнуть, но огромная когтистая лапа уже держала его рот на замке.
Желая узнать, как зверь освободился, он увидел, что на земле лежат перерезанные верёвки, а замки, на которых держались цепи, были вскрыты.
«Неужели этот ребёнок освободил его?» — мысль свою он не смог довести до конца, ведь как только рука пирата отпустила пистолет, минк просто перекусил его глотку, отрывая всю переднюю часть горла. Быстрая, но мучительная смерть в тишине, и лишь ужас перед огромным зверем, который поселился в последние секунды жизни у пирата.
Ребёнок смотрел на это, закрывая глаза руками. Мрачное помещение, освещаемое только тусклыми фонарями, делало картину ещё более жуткой: мокрая пасть Валхира, с которой капала густая, недавно циркулировавшая в теле того парня кровь; тяжёлое дыхание, которое лишь слегка перебивалось, отдавало паром из-за холода, царившего на корабле.
— Жди меня тут, нет нужды смотреть на то, что я собираюсь сделать, — после этих слов ребёнок лишь кивнул, оставаясь в трюме, где было хотя бы немного безопасно.
Медведь же пошёл в сторону свежего воздуха, и долго ему идти не пришлось. Его не волновало, что эти жалкие люди хотели сделать с этим кораблём, ему, честно говоря, было плевать на всё, что они сделали с родителями ребёнка, ведь раз те не были достаточно сильны, чтобы защититься, то должны были умереть в любом случае. А раз дитя живо всё ещё — это говорит о том, что оно сильнее своих родителей. Но на что ему было не плевать, так это на то, что они хотят продавать, меняться вещами… они ведут себя как варвары, но при этом желают выглядеть «благородно», используя какие-то там белли. Злоба охватывала огромного медведя от такого, и когда он вышел на верхнюю палубу, музыка, которую играли, резко остановилась, и все пираты лишь смотрели на него с недоумением.
Начало боя ознаменовал громкий, пронзительный рык, который разнёсся громом на многие метры по округе. Дитя услышало этот вой и всё же поднялось на верхнюю палубу, но, увидев через маленькое окно в двери, что происходит, оно было в ужасе. Валхир без боя вступил в бой с целой командой пиратов, вооружённых копьями и кремниевыми пистолетами с ружьями. Выстрелы разнеслись первыми, однако медведю было всё равно, что в него попали: он шёл вперёд, прямо в арьергард пиратов, прорываясь через копья и сметая людей со своего пути.
Люди, которых он ловил в лапы, были истерзаны его мощными когтями, а тех, кто оказывался во рту, ждала лишь смерть. По кораблю разносились крики и призывы о помощи, но медведь, словно древний бог, жаждущий крови, во имя своё лишь продолжал напитывать своё тело людской кровью и мясом. Он не знал, кто из них был капитаном и был ли он вообще среди этих людей, но вскоре, примерно через три минуты, на корабле не осталось ни одной живой души.
После этого он хотел вернуться назад к ребёнку, но обнаружил его у входа на лестницу рядом с лужей собственной рвоты. Рассказы о том, как Валхир убивал людей, и то, как это происходит по-настоящему, были и правда совершенно разными по представлению ребёнка. Ужас в мгновение охватил дитя, после чего оно поняло, как бы быстро умерло, если бы решило быть грубым с медведем при первой встрече.
— Эй, всё кончилось, давай выходи, нам надо поговорить, — верхняя палуба, полностью усыпанная трупами, и крови с их тел вылилось немало, поэтому ребёнок был слегка напуган: ведь о чём они могут сейчас говорить? — Ты точно не хочешь вступать в моё племя? — вопрос, который звучал сегодня до того, как пираты напали на них. Однако ответ сейчас заставлял задуматься: медведь был и правда силён, и, что самое главное, настроен к ней дружелюбно, что не могло не радовать, но даже так ответ не приходил на ум слишком быстро.
— Я… не знаю. Ты ведь даже не знаешь, как меня зовут, — сказала девочка, после чего медведь ответил:
— Серильда. Я не знал, что ты женщина, но пока сражался с ними, они назвали твоё имя, — покрытый кровью, но с незапятнанной честью, таким сейчас его видела Серильда, стоящая перед ним.
На глазах девочки проступили слёзы, и она наконец-то могла заплакать от души — за все те несчастья, что произошли, за все её страдания и голод, за весь страх, который она пережила вплоть до сего момента. Всё это вылилось горячими слезами.
— Я вступлю в твоё племя, — сказала девочка, наконец-то закончив плакать. Она вытерла слёзы со своих глаз и теперь была уверена в своём выборе: ей некуда идти, этот корабль был и домом, и работой для неё и всей её семьи, поэтому она решила, что компания будет ей не лишней.
— Отлично, тогда начнём обряд, — после этого огромный медведь подтащил бочку и посадил на неё ребёнка, а также труп одного из убитых им пиратов. Обмакивая свои когти в кровь пирата, он рисовал символ, схожий с тем, что был у него на глазу. — Именем, что было дано мне не по рождению, а по праву, я, Валхир Первой Бури, объявляю тебя, Серильду Злобную, первой из урсинов, — после этих слов девочка посмотрелась в зеркало и была искренне рада, что обрела совершенно новую семью.
Дальнейший их путь лежал в не самом понятном направлении, но оба были уверены, что куда бы они ни прибыли, они будут в порядке.
Переход Спайдер Майлз
Люди, которых он ловил в лапы, были истерзаны его мощными когтями, а тех, кто оказывался во рту, ждала лишь смерть. По кораблю разносились крики и призывы о помощи, но медведь, словно древний бог, жаждущий крови, во имя своё лишь продолжал напитывать своё тело людской кровью и мясом. Он не знал, кто из них был капитаном и был ли он вообще среди этих людей, но вскоре, примерно через три минуты, на корабле не осталось ни одной живой души.
После этого он хотел вернуться назад к ребёнку, но обнаружил его у входа на лестницу рядом с лужей собственной рвоты. Рассказы о том, как Валхир убивал людей, и то, как это происходит по-настоящему, были и правда совершенно разными по представлению ребёнка. Ужас в мгновение охватил дитя, после чего оно поняло, как бы быстро умерло, если бы решило быть грубым с медведем при первой встрече.
— Эй, всё кончилось, давай выходи, нам надо поговорить, — верхняя палуба, полностью усыпанная трупами, и крови с их тел вылилось немало, поэтому ребёнок был слегка напуган: ведь о чём они могут сейчас говорить? — Ты точно не хочешь вступать в моё племя? — вопрос, который звучал сегодня до того, как пираты напали на них. Однако ответ сейчас заставлял задуматься: медведь был и правда силён, и, что самое главное, настроен к ней дружелюбно, что не могло не радовать, но даже так ответ не приходил на ум слишком быстро.
— Я… не знаю. Ты ведь даже не знаешь, как меня зовут, — сказала девочка, после чего медведь ответил:
— Серильда. Я не знал, что ты женщина, но пока сражался с ними, они назвали твоё имя, — покрытый кровью, но с незапятнанной честью, таким сейчас его видела Серильда, стоящая перед ним.
На глазах девочки проступили слёзы, и она наконец-то могла заплакать от души — за все те несчастья, что произошли, за все её страдания и голод, за весь страх, который она пережила вплоть до сего момента. Всё это вылилось горячими слезами.
— Я вступлю в твоё племя, — сказала девочка, наконец-то закончив плакать. Она вытерла слёзы со своих глаз и теперь была уверена в своём выборе: ей некуда идти, этот корабль был и домом, и работой для неё и всей её семьи, поэтому она решила, что компания будет ей не лишней.
— Отлично, тогда начнём обряд, — после этого огромный медведь подтащил бочку и посадил на неё ребёнка, а также труп одного из убитых им пиратов. Обмакивая свои когти в кровь пирата, он рисовал символ, схожий с тем, что был у него на глазу. — Именем, что было дано мне не по рождению, а по праву, я, Валхир Первой Бури, объявляю тебя, Серильду Злобную, первой из урсинов, — после этих слов девочка посмотрелась в зеркало и была искренне рада, что обрела совершенно новую семью.
Дальнейший их путь лежал в не самом понятном направлении, но оба были уверены, что куда бы они ни прибыли, они будут в порядке.
Переход Спайдер Майлз
Островной квест.
К острову Миньон медленно, но верно подписывала некая субмарина, за рулем которой был Виктор. Он вез Хару и Роу на этот зимний необетаемый остров.
- Все же спасибо, что подвозишь.
Сказал Ямомото Виктору.
- Было бы за что благодарить.
Отмахнулся владелец субмарины.
Они поплыли дальше. Хару пока решил потренироваться. Одна из кают как раз была тренажерным залом и там была груша для битья. Он естественно снял свои алмазные кастеты и надел обычные боксерские перчатки. После чего паоень стал отрабатывать удары. Он потратил на это час сорок и лишь потом снял перчатки и весь потный пошёл в душ. Освежившись он с легкой душой вышел из теплого душа, оделся и пошёл на кухню. Там Харуто заварил себе теплый зелёный чай и принялся его пить, а допив помыл за собой кружку и ушёл. Еще минут через двадцать их субмарина всплыла возле острова Миньон. Хару оделся. Сейчас на нем была не его привычная одежда, а более теплая. Он был одет в синие штаны, черные ботинки, зелёный свитер и желтую куртку с капюшоном, а так же в черную шапку. Ямомото одевшись первый сошëл на берег. Он размялся и вдохнул полной грудью. Все же в субмарине особо не подышать. Погода как и ожидалось была снежной. Хару улыбнулся идущему снегу. Выдохнув пар он ещё раз улыбнулся.
- Езе рпз спасибо что подбросил Вик.
Сказал Хару.
- Да не за что чувак.
Сказал Виктор подкуривая сигарету.
- Я уплываю через пару часов если что.
Добавил он выдыхая струю дыма.
- Хорошо Вик.
С улыбкой сказал Харуто.
Он посмотрел на Годроуза и улыбнулся своему другу.
- Идем Роу.
Сказал Хару своему другу.
Он первый пошëл в сторону разрушенного города. На самом деле они не зря приплыли на этот остров. У них тут была цель. Ну или не было, это было решать не им.
К острову Миньон медленно, но верно подписывала некая субмарина, за рулем которой был Виктор. Он вез Хару и Роу на этот зимний необетаемый остров.
- Все же спасибо, что подвозишь.
Сказал Ямомото Виктору.
- Было бы за что благодарить.
Отмахнулся владелец субмарины.
Они поплыли дальше. Хару пока решил потренироваться. Одна из кают как раз была тренажерным залом и там была груша для битья. Он естественно снял свои алмазные кастеты и надел обычные боксерские перчатки. После чего паоень стал отрабатывать удары. Он потратил на это час сорок и лишь потом снял перчатки и весь потный пошёл в душ. Освежившись он с легкой душой вышел из теплого душа, оделся и пошёл на кухню. Там Харуто заварил себе теплый зелёный чай и принялся его пить, а допив помыл за собой кружку и ушёл. Еще минут через двадцать их субмарина всплыла возле острова Миньон. Хару оделся. Сейчас на нем была не его привычная одежда, а более теплая. Он был одет в синие штаны, черные ботинки, зелёный свитер и желтую куртку с капюшоном, а так же в черную шапку. Ямомото одевшись первый сошëл на берег. Он размялся и вдохнул полной грудью. Все же в субмарине особо не подышать. Погода как и ожидалось была снежной. Хару улыбнулся идущему снегу. Выдохнув пар он ещё раз улыбнулся.
- Езе рпз спасибо что подбросил Вик.
Сказал Хару.
- Да не за что чувак.
Сказал Виктор подкуривая сигарету.
- Я уплываю через пару часов если что.
Добавил он выдыхая струю дыма.
- Хорошо Вик.
С улыбкой сказал Харуто.
Он посмотрел на Годроуза и улыбнулся своему другу.
- Идем Роу.
Сказал Хару своему другу.
Он первый пошëл в сторону разрушенного города. На самом деле они не зря приплыли на этот остров. У них тут была цель. Ну или не было, это было решать не им.
[Островной квест.]
Субмарина Виктора довезла ребят до острова Миньон. Хару первый покинул помещение корабля. Годроуз оделся потеплее, а именно теплую и длинную жёлтую куртку, сапоги и теплые наушники.
— Спасибо, что довёз Вик. — Сказал Роу.
- Да не за что. - Ответил Виктор.
Годроуз пошёл следом за своим другом, который видео соскучился по свежим у воздуху и сейчас дышал полной грудью.
— Смотри муху не проглати. - Пошутил блондин.
После чего был диалог Харуто с Виктором, который предупреждал, что уплывает через пару часов. Хару предложил пока пойти дальше. Роу кивнул.
— Идём здоровяк. - Сказал он.
И они направились вглубь этого уже давно необетаевомого острова. Что их ждало дальше было известно лишь судьбе. Погода несмотря на синего была прекрасной. Роу языком поймал снежинку. Это заставило его улыбнуться.
— Хороший остров, а то что он безлюдный, так это ещё лучше. - Сказал парень своему накама.
Субмарина Виктора довезла ребят до острова Миньон. Хару первый покинул помещение корабля. Годроуз оделся потеплее, а именно теплую и длинную жёлтую куртку, сапоги и теплые наушники.
— Спасибо, что довёз Вик. — Сказал Роу.
- Да не за что. - Ответил Виктор.
Годроуз пошёл следом за своим другом, который видео соскучился по свежим у воздуху и сейчас дышал полной грудью.
— Смотри муху не проглати. - Пошутил блондин.
После чего был диалог Харуто с Виктором, который предупреждал, что уплывает через пару часов. Хару предложил пока пойти дальше. Роу кивнул.
— Идём здоровяк. - Сказал он.
И они направились вглубь этого уже давно необетаевомого острова. Что их ждало дальше было известно лишь судьбе. Погода несмотря на синего была прекрасной. Роу языком поймал снежинку. Это заставило его улыбнуться.
— Хороший остров, а то что он безлюдный, так это ещё лучше. - Сказал парень своему накама.
И вот наши герои Харуто Ямомото и Годроуз Сюань шли по этому безлюдному зимнему острову. Ров заметил, что это даже хорошо, что остров пустой. Харуто кивнул в знак согласия.
- Согласен с тобой.
Сказал Хару.
Они шли все дальше вглубь этого зимнего острова. Как говорилось ранее у них тут было дело. Ну как в них. У Харуто. Тут сейчас был знакомый Ямомото. И в это время некая тень смотрела на ребят. Это был кто-то в белом плаще с капюшоном, что скрывал его лицо. Намерения этого некто пока были не понятны, да и ребята его не видели. К тому же когда Хару повернул голову в тут сторону там уже никого ноне было. Сам же Ямомото решил, что ему показалось.
"Ну и причудится что же всякое."
Подумал про себя Хару.
- Брр, тут очень холодно.
Заметил парень.
Невзирая на холод он пошел дальше уверенно противостоя метели.
- Согласен с тобой.
Сказал Хару.
Они шли все дальше вглубь этого зимнего острова. Как говорилось ранее у них тут было дело. Ну как в них. У Харуто. Тут сейчас был знакомый Ямомото. И в это время некая тень смотрела на ребят. Это был кто-то в белом плаще с капюшоном, что скрывал его лицо. Намерения этого некто пока были не понятны, да и ребята его не видели. К тому же когда Хару повернул голову в тут сторону там уже никого ноне было. Сам же Ямомото решил, что ему показалось.
"Ну и причудится что же всякое."
Подумал про себя Хару.
- Брр, тут очень холодно.
Заметил парень.
Невзирая на холод он пошел дальше уверенно противостоя метели.
Роу шёл сцепив руки замком на затылке и смотрел в небо. Он выдохнул пар. Ему даже было интересно, все же до этого снега он не видел, а лёгкий холодок лишь придавал бодрости.
— Слушай [id737784498:bp-36291248_276861|Хару], а кого мы тут ищем? Спросил Годроуз.
Он высунул язык и поймал им пару снежинок. Это заставило его улыбнуться.
— Да и зачем? - Спросил он ещё про интересующую его тему.
А тем временем пока нашли герои шли по заснеженному острову к нему тем временем подплывал корабль. Причем по флагу было понятно, что это пиратский корабль.
— Слушай [id737784498:bp-36291248_276861|Хару], а кого мы тут ищем? Спросил Годроуз.
Он высунул язык и поймал им пару снежинок. Это заставило его улыбнуться.
— Да и зачем? - Спросил он ещё про интересующую его тему.
А тем временем пока нашли герои шли по заснеженному острову к нему тем временем подплывал корабль. Причем по флагу было понятно, что это пиратский корабль.
И вот [id858031456:bp-36291248_281317|Роу], задал Хару вполне естественный и логичный вопрос, который если честно тот и ожидал услышать. А суть вопроса была о том кто его, Хару знакомый?
- Его имя Пь'еро.
Коротко ответил Ямомото.
После чего от блондина последовал его второй вопрос.
- Ну как зачем?
С загадочной улыбкой произнёс Хару слегка отводя взгляд.
- Во-первых втроем веселее.
Сказал он другу с улыбкой тра лице.
- А во-вторых он... Ну это уже не так важно
Добавил Ямомото.
- Позже все поймёшь.
Загадочно сказал Карыч.
После чего он пошёл дальше в место встречи с Пь'еро. А в это время к этому острову направлялся еще один корабль, правда плыл он севернее чем стояла подлодка Виктора. На борту были люди, но сколько их было это пока было загадкой, как и то кто они такие, ну и зачем плывут сюда.
- Его имя Пь'еро.
Коротко ответил Ямомото.
После чего от блондина последовал его второй вопрос.
- Ну как зачем?
С загадочной улыбкой произнёс Хару слегка отводя взгляд.
- Во-первых втроем веселее.
Сказал он другу с улыбкой тра лице.
- А во-вторых он... Ну это уже не так важно
Добавил Ямомото.
- Позже все поймёшь.
Загадочно сказал Карыч.
После чего он пошёл дальше в место встречи с Пь'еро. А в это время к этому острову направлялся еще один корабль, правда плыл он севернее чем стояла подлодка Виктора. На борту были люди, но сколько их было это пока было загадкой, как и то кто они такие, ну и зачем плывут сюда.
— Понятно. — Сказал Роу [id737784498:bp-36291248_282373|своему другу].
Он посмотрел в небо на палубщий снег и выдохнул струю холодного пара. После чего пошёл дальше. Блондину было интересно что это за человек такой, о котором говорил Ямомото. Так же его не покидало ощущение приближающейся опасности.
— К слову Хару чан. — Обратился Годроуз к своему спутнику.
Он достал из кармана мешочек с деньгами и передал их Ямомомто.
— Пусть деньги будут у тебя, а то я немного рассеянный. — Сказал блондин.
Он верил своему накама и считал что у того деньги будут в сохранности. Он знал себя и что он часто бегает и прыгает. А так можно было все растерять.
— Там сто три миллиона белли. — Объяснил он своему накама.
После чего Роу направился дальше выдыхая пар изо рта. Все же ему было прохладно, но так же и интересно. Он до этого видео снег, но не так часто. Пройдя ещё пару метров он прыгнул спиной на снег.
— Юху. — При этом сказал он.
После чего Годроуз начал двигать руками и ногами делая снежного ангела. Когда он его сделал он аккуратно встал и пошёл дальше как нивчем не бывало. А опасность в лице некого корабля тем временем была все ближе и ближе к острову миньон. Это был корабль морского дозора и он уже почти прибыл в порт этого почти необитаемого острова.
Он посмотрел в небо на палубщий снег и выдохнул струю холодного пара. После чего пошёл дальше. Блондину было интересно что это за человек такой, о котором говорил Ямомото. Так же его не покидало ощущение приближающейся опасности.
— К слову Хару чан. — Обратился Годроуз к своему спутнику.
Он достал из кармана мешочек с деньгами и передал их Ямомомто.
— Пусть деньги будут у тебя, а то я немного рассеянный. — Сказал блондин.
Он верил своему накама и считал что у того деньги будут в сохранности. Он знал себя и что он часто бегает и прыгает. А так можно было все растерять.
— Там сто три миллиона белли. — Объяснил он своему накама.
После чего Роу направился дальше выдыхая пар изо рта. Все же ему было прохладно, но так же и интересно. Он до этого видео снег, но не так часто. Пройдя ещё пару метров он прыгнул спиной на снег.
— Юху. — При этом сказал он.
После чего Годроуз начал двигать руками и ногами делая снежного ангела. Когда он его сделал он аккуратно встал и пошёл дальше как нивчем не бывало. А опасность в лице некого корабля тем временем была все ближе и ближе к острову миньон. Это был корабль морского дозора и он уже почти прибыл в порт этого почти необитаемого острова.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)