Торговцу были явно не по душе метаморфозы Персиваля, что рядовой воротила антиквариатом, хоть и со своими тараканами, давал выход своим демонам таким радикальным способом. Нет, Юз не был белоручкой, но свои собственные руки никогда марать не позволял. Пусть члены банд этим занимаются. Это и дешевле, и репутация не страдает.
– Когда я войду на сделку, я или встречусь с главой дома или его подставной фигурой. На месте я надеюсь определить этот небольшой нюанс. Если это будет подставной, я на выходе поправлю свой шарф. После чего наша задача будет проследить этого человека до его дома. В конечном итоге, тот, кто играет роль главы дома, должен знать его или лично или условно.
– И как мы заставим его говорить? – бровь Жака поползла вверх.
Персиваль молча посмотрел на Самма.
– Я? Не, ребят, если вы думаете, что он настолько переживает за свою честь…
– Господи, Самм, я говорю про тебя как химика! – Персиваль на секунду взорвался, но восстановил самообладание.
– А, ты хочешь его чем-то накачать? Но я не брал ни лабораторное оборудование, ничего.
– У меня есть образец твоего наркотика. Если сможешь его похимичить, чтобы сделать сыворотку правды – это будет более, чем достаточно.
– Ты же в курсе, что сыворотка правды – миф. В основном под этим подразумевае… – Самма осенило, когда две мысли встретились в его голове – Оу, кажется, я понял, к чему ты клонишь. Да, без проблем, если немного ослабить формулу, добавить примесей и прочее, то можно снизить эффект эйфории и ослабить галлюцинации. Но вставит его всё равно по первое число.
– Вытряхнем информацию и, исходя из всего, определим личность нашей цели, после этого мы сможем использовать наш козырь. Птицу-гром. Наверняка покупкой и перепродажей такой твари заинтересуется наша цель. Чай, на всех морях и Гранд Лайн ручных наберётся не более полудюжины.
План был ясен всем участникам. На следующий день Юз отправился в торговую палату для официального представления своего «клиента». Разумеется, в месте, где можно продать и купить всё, что угодно, согласовали личную аудиенцию с главой торгового дома. Встреча была назначена на следующий день, в который Персиваль прибывал, согласно легенде. Так что утром Монселе тщательно упаковал свой артефакт и отправился вспоминать уроки торгового дела. Надежда на то, что он не растерял свои навыки оценки настроения покупателя и обработки языком, всё ещё тлела в душе юноши. В торговом доме был аншлаг, хотя – когда это бывало иначе. Персиваль подошёл к одному из официально и строго одетых сотрудников дома, дабы представиться.
– Доброго дня, Персиваль Монселе. Мой агент согласовывал встречу на сегодня с главой торгового дома, – Персиваль начал отрабатывать притворное обаяние.
– С главой дома? Позвольте, я проверю, пройдёмте сюда.
Сотрудник отвёл Персиваля к отдельно стоящей стойке с планшетом, где принялся проверять каждую строчку с указанными фамилиями и именами.
– Персиваль Монселе. Да, верно, Вы есть в списке. Позвольте, я сопровожу вас к переговорной.
Для Персиваля было подозрительным, что его перед встречей даже не стали обыскивать на наличие оружия. Его завели в закрытое помещение, где располагались стол и несколько стульев вокруг него. Единственное окно было надёжно защищено кованой решёткой. Но стоит отдать должное, ковка была почти художественной не в ущерб надёжности.
– Мысли: А на втором этаже и выше решёток нет. Значит ли это, что на острове нет домушников, кто осмелился бы обчистить торговый дом? Или кому-то важно иметь лёгкий доступ мимо дверей?
Седой юноша разместился на одном из стульев, спиной ко входу.
ONE PIECE RP ·
[Норд Блю] Месса
Если за ним следят, это должно было стать сигналом к его беспечности. Персиваль не готовится к агрессии ни со своей стороны, ни со стороны покупателя. Наконец, дверь открылась, и в помещение вошёл человек, чьё лицо и фигура скрывались за тяжёлым плащом, с надвинутым на лицо капюшоном.
– Доброго дня, сэр. Мне рекомендовали Вас как одного из лучших оценщиков.
Персиваль подал руку, но на его рукопожатие не ответили. Даже напротив, человек молча проследовал к месту напротив Персиваля и осторожно сел, дабы не нарушать конспирацию.
– Итак, у меня много работы, так что я бы предпочёл перейти сразу к делу, – из-под капюшона раздался мужской тенор.
– Да, разумеется, человек, как Вы, наверняка сильно заняты – Персиваль достал свёрток из плотной ткани, в которую была укутана «лапа минка», и развернул её на столе – Это образец моего товара. Если вы сочтёте моё предложение интересным, у меня много подобного добра.
Мужчина в плаще потянулся к артефакту и принялся тщательно его разглядывать, дёргая за концы устройства.
– Мысли: Нет, это не оценщик, это ряженый. Оценщик действует совсем не так, у него нет даже лупы для идентификации печатей. Как он может определить стоимость, даже не узнав, откуда я достал этот артефакт? Я так похож на перекупа? Это почти оскорбительно.
– Вас что-то смущает? – решил надавить Персиваль.
– Да, если вы не против, я бы предпочёл проверить ваш артефакт самостоятельно в более свободное время. Приходите завтра, и я смогу назвать Вам свою цену, – мужчина уже было предпринял попытку встать, как Персиваль с силой ударил по столу.
– Нет. Я вам не какой-то мальчик на побегушках. Что же вы за оценщик такой, что не может определить старинность предмета, назвав хотя бы предварительную сумму. Я позволю Вам взять предмет на более «детальное» исследование, если вы скажете, сколько здесь очевидных активных механизма?
– Что? – мужчина опешил от напора и начал сдуваться визуально.
– Хорошо, если Вам нужна помощь и в таких нюансах, то один. На внутренней стороне есть кнопка вместо одной из подушечек. Нажмите, если хотите, и проверьте. Артефакт всё ещё рабочий.
– И что произойдёт? – мужчина вновь с опаской взглянул на лапу.
– Увидите.
Возможно, Персиваль выглядел куда более грозно, чем предполагал, а может – ряженый не привык к тому, что на него могут столь беспардонно давить, и стержень для противодействия не выработан. Но неуверенно он нажал на кнопку вместо подушечки. Случайность ли, что он нажатия сработала и кнопка на обратной стороне, приведя лапу в движение. Когти минка сомкнулись на запястье человека, а сложный механизм внутри ладони с хирургической точностью отсёк две фаланги пальца мужчины. Персиваль с испуганным видом подскочил к мужчине и деактивировал устройство, от чего лапа «расслабилась», отпустив запястье, но механизм продолжал удерживать кусок пальца. На крик сбежалась охрана, открывая дверь. Воспользовавшись ситуацией, Персиваль, словно случайно, сбил капюшон с мужчины, открывая его лицо трём малоприметным господам внутри общей залы. Крик послужил для них сигналом. Да и мало ли, сейчас почти все смотрели на дверь, откуда кричали.
– Прошу извинить, неопытный оценщик не знает правил безопасности при работе с неизвестными приборами, – начал развешивать лапшу Персиваль и перевёл извинительные мимику и жестикуляцию на раненого – Когда я проверял, результат был совсем другим. В прошлый раз просто лапа захлопнула, даже не переломив палку, которой я нажимал. Я был уверен! Прошу простить. Да позовите вы кого-нибудь из мед персонала!
– Да ты хоть знаешь, кого ты посмел ранить, ничтожество? – мужчина принял пунцовый цвет лица.
– Доброго дня, сэр. Мне рекомендовали Вас как одного из лучших оценщиков.
Персиваль подал руку, но на его рукопожатие не ответили. Даже напротив, человек молча проследовал к месту напротив Персиваля и осторожно сел, дабы не нарушать конспирацию.
– Итак, у меня много работы, так что я бы предпочёл перейти сразу к делу, – из-под капюшона раздался мужской тенор.
– Да, разумеется, человек, как Вы, наверняка сильно заняты – Персиваль достал свёрток из плотной ткани, в которую была укутана «лапа минка», и развернул её на столе – Это образец моего товара. Если вы сочтёте моё предложение интересным, у меня много подобного добра.
Мужчина в плаще потянулся к артефакту и принялся тщательно его разглядывать, дёргая за концы устройства.
– Мысли: Нет, это не оценщик, это ряженый. Оценщик действует совсем не так, у него нет даже лупы для идентификации печатей. Как он может определить стоимость, даже не узнав, откуда я достал этот артефакт? Я так похож на перекупа? Это почти оскорбительно.
– Вас что-то смущает? – решил надавить Персиваль.
– Да, если вы не против, я бы предпочёл проверить ваш артефакт самостоятельно в более свободное время. Приходите завтра, и я смогу назвать Вам свою цену, – мужчина уже было предпринял попытку встать, как Персиваль с силой ударил по столу.
– Нет. Я вам не какой-то мальчик на побегушках. Что же вы за оценщик такой, что не может определить старинность предмета, назвав хотя бы предварительную сумму. Я позволю Вам взять предмет на более «детальное» исследование, если вы скажете, сколько здесь очевидных активных механизма?
– Что? – мужчина опешил от напора и начал сдуваться визуально.
– Хорошо, если Вам нужна помощь и в таких нюансах, то один. На внутренней стороне есть кнопка вместо одной из подушечек. Нажмите, если хотите, и проверьте. Артефакт всё ещё рабочий.
– И что произойдёт? – мужчина вновь с опаской взглянул на лапу.
– Увидите.
Возможно, Персиваль выглядел куда более грозно, чем предполагал, а может – ряженый не привык к тому, что на него могут столь беспардонно давить, и стержень для противодействия не выработан. Но неуверенно он нажал на кнопку вместо подушечки. Случайность ли, что он нажатия сработала и кнопка на обратной стороне, приведя лапу в движение. Когти минка сомкнулись на запястье человека, а сложный механизм внутри ладони с хирургической точностью отсёк две фаланги пальца мужчины. Персиваль с испуганным видом подскочил к мужчине и деактивировал устройство, от чего лапа «расслабилась», отпустив запястье, но механизм продолжал удерживать кусок пальца. На крик сбежалась охрана, открывая дверь. Воспользовавшись ситуацией, Персиваль, словно случайно, сбил капюшон с мужчины, открывая его лицо трём малоприметным господам внутри общей залы. Крик послужил для них сигналом. Да и мало ли, сейчас почти все смотрели на дверь, откуда кричали.
– Прошу извинить, неопытный оценщик не знает правил безопасности при работе с неизвестными приборами, – начал развешивать лапшу Персиваль и перевёл извинительные мимику и жестикуляцию на раненого – Когда я проверял, результат был совсем другим. В прошлый раз просто лапа захлопнула, даже не переломив палку, которой я нажимал. Я был уверен! Прошу простить. Да позовите вы кого-нибудь из мед персонала!
– Да ты хоть знаешь, кого ты посмел ранить, ничтожество? – мужчина принял пунцовый цвет лица.
– Нет, да и не интересно. Мне совершенно ясно, что глава торгового дома пудрит мне мозги. Вы – не он. Так что я дам главе торгового дома ещё один шанс. У меня есть кое-что более редкое, чем эта безделушка из былых времён. Передайте своему хозяину, что я дам времени на обдумывание день. Послезавтра я вернусь с молодым птенцом птицы-гром. Но дело я буду вести только непосредственно с главой дома. И я смогу определить, что вы подсунули мне очередного ряженого болвана, – пока зажимал обрубки, шёпотом произнёс юноша, направляя слова исключительно на «главу».
Мужчину забрали из рук седовласого спустя минуту, чтобы отвести к подготовленному человеку для мед вмешательства. С гордо поднятым обиженным видом, Персиваль проследовал на выход из торгового дома, не забыв прихватить свою лапу.
– Мысли: Если глава дома, настоящий торговец, то этот спектакль должен будет разжечь его интерес. Любопытство перед столь самоуверенными продавцами редкого товара. А пока закончим наш план, если Самм не облажается, то этот олух даже не вспомнит про нас, когда наркотическое опьянение спадёт.
Ближе к вечеру, когда торговый дом начал закрываться, сначала все клиенты, а за ними и служащие начали покидать здание и разбредаться по домам. Жак увязался за подраненным клерком, в обычной форме он выглядел значительно более естественно, чем в амплуа главы дома. Рыжеволосый проследовал за ним до самой двери дома, после чего по тёмным улицам отправился сообщить о своей находке.
Стук в дверь.
– Перси, подъём, мы готовы начинать.
– Мысли: Чёртов Юз, я же не люблю, когда моё имя сокращают.
Стоило старому другу один раз пропустить, как Жак подхватил. Если сделать замечание в сей момент, то это уже будет выглядеть ребячеством.
– Да, я готов, выходим.
Самм и Юз уже притаились возле нужного дома, когда Персиваль и Жак прибыли на место. Все были готовы. Оставив свою шайку за спиной, Монселе подошёл к двери и постучал. Какое-то время никто не отвечал, но вдруг с той стороны послышались шаги и дверь слегка приоткрылась. Лишь для того, чтобы получить векторное ускорение по дуге от переданной ногой кинетической силы, примерно, в одну Персивалеву силу. Юноша резко ворвался в помещение, прижимая рот клерку и приставляя пистолет ко лбу.
– А ну, тихо и не рыпайся. Тогда всё пройдёт хорошо для всех.
Персиваль выглядел особенно устрашающе, когда говорил с таким маниакальным холодом в голосе. Самм, Юз и Жак спешно вбежали и закрыли дверь за собой. Пока Жак и Юз осмотрели дом, не найдя никого постороннего, Самм вытащил склянку с порошком и втёр щепотку в ноздри мужчины. От немедленного действия глаза пленённого закатились, и он перестал даже намекать на возможное сопротивление, когда мышцы расслабились.
– Самм, ты его не того? – Персиваль начал сомневаться в успешности предприятия.
– От такой дозы? Только если он мышь. Давай, он скоро очнётся, тогда дадим ему чуть больше. Если сердцем не страдает, запоёт как миленький. Но не факт, что то, что нужно. А пока привяжем его к чему-нибудь.
Привязав мужчину к стулу по рукам и ногам, пришлось выждать пару минут, пока он начал приходить в сознание. Пользуясь потерянностью жертвы, Самм высыпал себе на торец ладони аккуратную дорожку и дал вдохнуть её связанному. Тот даже не успел осознать, что произошло, как поток эндорфинов и галлюциногенов с мощью локомотива обрушились на сознание бедного служащего. Персиваль приник к мужчине, держа его за голову.
– Ты знаешь, кто я?
Персиваль пытался составлять как можно более простые вопросы, а заодно проверить степень спутанности сознания мужчины.
– Хрен с плаката, у меня в туалете летает шестеро, большаааая котлета.
– Это бесполезно, он же и двух слов связать не может. Так и думал, что всё зря.
Мужчину забрали из рук седовласого спустя минуту, чтобы отвести к подготовленному человеку для мед вмешательства. С гордо поднятым обиженным видом, Персиваль проследовал на выход из торгового дома, не забыв прихватить свою лапу.
– Мысли: Если глава дома, настоящий торговец, то этот спектакль должен будет разжечь его интерес. Любопытство перед столь самоуверенными продавцами редкого товара. А пока закончим наш план, если Самм не облажается, то этот олух даже не вспомнит про нас, когда наркотическое опьянение спадёт.
Ближе к вечеру, когда торговый дом начал закрываться, сначала все клиенты, а за ними и служащие начали покидать здание и разбредаться по домам. Жак увязался за подраненным клерком, в обычной форме он выглядел значительно более естественно, чем в амплуа главы дома. Рыжеволосый проследовал за ним до самой двери дома, после чего по тёмным улицам отправился сообщить о своей находке.
Стук в дверь.
– Перси, подъём, мы готовы начинать.
– Мысли: Чёртов Юз, я же не люблю, когда моё имя сокращают.
Стоило старому другу один раз пропустить, как Жак подхватил. Если сделать замечание в сей момент, то это уже будет выглядеть ребячеством.
– Да, я готов, выходим.
Самм и Юз уже притаились возле нужного дома, когда Персиваль и Жак прибыли на место. Все были готовы. Оставив свою шайку за спиной, Монселе подошёл к двери и постучал. Какое-то время никто не отвечал, но вдруг с той стороны послышались шаги и дверь слегка приоткрылась. Лишь для того, чтобы получить векторное ускорение по дуге от переданной ногой кинетической силы, примерно, в одну Персивалеву силу. Юноша резко ворвался в помещение, прижимая рот клерку и приставляя пистолет ко лбу.
– А ну, тихо и не рыпайся. Тогда всё пройдёт хорошо для всех.
Персиваль выглядел особенно устрашающе, когда говорил с таким маниакальным холодом в голосе. Самм, Юз и Жак спешно вбежали и закрыли дверь за собой. Пока Жак и Юз осмотрели дом, не найдя никого постороннего, Самм вытащил склянку с порошком и втёр щепотку в ноздри мужчины. От немедленного действия глаза пленённого закатились, и он перестал даже намекать на возможное сопротивление, когда мышцы расслабились.
– Самм, ты его не того? – Персиваль начал сомневаться в успешности предприятия.
– От такой дозы? Только если он мышь. Давай, он скоро очнётся, тогда дадим ему чуть больше. Если сердцем не страдает, запоёт как миленький. Но не факт, что то, что нужно. А пока привяжем его к чему-нибудь.
Привязав мужчину к стулу по рукам и ногам, пришлось выждать пару минут, пока он начал приходить в сознание. Пользуясь потерянностью жертвы, Самм высыпал себе на торец ладони аккуратную дорожку и дал вдохнуть её связанному. Тот даже не успел осознать, что произошло, как поток эндорфинов и галлюциногенов с мощью локомотива обрушились на сознание бедного служащего. Персиваль приник к мужчине, держа его за голову.
– Ты знаешь, кто я?
Персиваль пытался составлять как можно более простые вопросы, а заодно проверить степень спутанности сознания мужчины.
– Хрен с плаката, у меня в туалете летает шестеро, большаааая котлета.
– Это бесполезно, он же и двух слов связать не может. Так и думал, что всё зря.
Жак вскинул руками, теряя свой неуёмный оптимизм.
– Необязательно. Кто ты сам? – Персиваль задал вопрос снова мужчине на стуле.
– Император Империи Без Теней! Но спекта… хрмф… театр иногда Робин Гуд!
– И часто ты наряжаешься для спектакля?
– Гости и зри… слуш… ффффф… Личны… ВЗЗЗЗЗЗ!
– Кто хозяин торгового дома?
– ЗЯ! ЗЯ! СТРЕЛА!!! Прыг-прыг заяц! Летиииииит! – мужчина срывался на крик от вопроса.
– Глава торгового дома в розыске. Какая на него награда?
– ПФ! Смешной! – Отдельные выкрики заменили собой относительно членораздельную речь – Знай снеговик жару Мыссссссссссссссс… - змеиное шипение продлилось до вдоха, чтобы наполнить лёгкие, который был на удивление громким – Больше котлет бы привезли. Но и так бабушка остыла. Красная… шапочка… – резкий выкрик мужчины заставил всех, кроме Персиваля, даже вздрогнуть.
– Глава дома контролирует весь остров. Кто знает её лично?
– Император! ИМПЕРАТОР! Ы! И РООООООООООбин… ффффффф – мужчина завис с пустым взглядом и потом посмотрел в глаза Персиваля с видом абсолютной осознанности – НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕ! Ты несмешной… Рыжая… Иди… По следу лиса и змеи… сон… – после этого взгляд снова спутался.
– Какая награда за голову главы дома? Цифра!
– Коллллическая! Шесть арбузов укатились… А квинтет возле столба…
Мужчина отключился, когда его разум перестал выдерживать напор химического блаженства.
– Что теперь? Мы ничего не узнали! – Жак ходил из стороны в сторону, лихорадочно соображая.
– Не совсем. Он говорил первое, что придёт на ум. У него не было мысли врать, в его состоянии это слишком сложный процесс. По сути, это как шарады. Нужно лишь понять ключ, – заверил Самм.
– В квартире разберёмся. А сейчас переложим бедолагу на кровать. Ты уверен, что он про нас не вспомнит? – с последним вопросом Персиваль посмотрел на Самма.
– Ну, если не будет триггера, то и не вспомнит. Так что лучше замести следы.
– Это оставьте мне. Вы – большие головы, идите и расшифровывайте этот шифр сами, а мне оставьте работу руками.
Жак принялся оттаскивать бедолагу к кровати, а остальные спешно не стали ему мешать.
– Итак, что мы знаем точно. Цифра награды колическая, что бы это не значило. Шесть арбузов. Квинтет возле кола. Вопрос о главе дома его испугал, и он сказал про стрелы. Зя, думаю, что «нельзя». О личности главы дома знают только «императоры» и «Робин», думаю, он мог знать личность главы. А может, это значило, что главой дома могут быть все, кто достаточно значим в иерархии дома. В том смысле, что представляться главой дома.
Юз и Самм слушали, листая все наградные листовки, что смогли собрать за последние дни. Оставалось надеяться, что никто не хватится пропажи листовок. Загадка, кто их развешивает, учитывая, что дозорных на острове можно пересчитать по пальцам безрукого калеки.
– Про награду он так же сказал «смешной», это значит или что я его веселил, что не исключается, или что награда довольно маленькая. Учитывая, что и про меня и про награду за главу дома он упоминал, «котлеты» – это может быть в его голове синонимом к деньгам. Я – не смешной. Значит за мою голову награда больше. Если я нигде не ошибаюсь. Как успехи?
– Пока ничего похожего на коллические цифры с квинтетами и арбузами. Мы ловим воздух, – сокрушался Юз.
– У меня тоже ничего, – подтвердил Самм.
– Стрела, заяц и летит. Что может объединять это всё?
Персиваль, чтобы отвлечься, взял стопку отбракованных листовок и принялся перебирать их по второму кругу, пока не нашёл одну, вызвавшую всплеск подозрений в седой голове.
– Фелл «Стрела»…
– Что? Не понял? – отвлёкся Самм, а Юз сохранял молчание.
– Стрелы, коллическая цифра… шесть нулей и пять возле единицы. Смешная награда за голову при всех её действиях…
– Ты издеваешься? Это настолько может быть правдой, насколько и неправдой. К тому же, если бы это была девушка, то информация бы просочилась, как не прячь, – засомневался Самм.
– Необязательно. Кто ты сам? – Персиваль задал вопрос снова мужчине на стуле.
– Император Империи Без Теней! Но спекта… хрмф… театр иногда Робин Гуд!
– И часто ты наряжаешься для спектакля?
– Гости и зри… слуш… ффффф… Личны… ВЗЗЗЗЗЗ!
– Кто хозяин торгового дома?
– ЗЯ! ЗЯ! СТРЕЛА!!! Прыг-прыг заяц! Летиииииит! – мужчина срывался на крик от вопроса.
– Глава торгового дома в розыске. Какая на него награда?
– ПФ! Смешной! – Отдельные выкрики заменили собой относительно членораздельную речь – Знай снеговик жару Мыссссссссссссссс… - змеиное шипение продлилось до вдоха, чтобы наполнить лёгкие, который был на удивление громким – Больше котлет бы привезли. Но и так бабушка остыла. Красная… шапочка… – резкий выкрик мужчины заставил всех, кроме Персиваля, даже вздрогнуть.
– Глава дома контролирует весь остров. Кто знает её лично?
– Император! ИМПЕРАТОР! Ы! И РООООООООООбин… ффффффф – мужчина завис с пустым взглядом и потом посмотрел в глаза Персиваля с видом абсолютной осознанности – НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕ! Ты несмешной… Рыжая… Иди… По следу лиса и змеи… сон… – после этого взгляд снова спутался.
– Какая награда за голову главы дома? Цифра!
– Коллллическая! Шесть арбузов укатились… А квинтет возле столба…
Мужчина отключился, когда его разум перестал выдерживать напор химического блаженства.
– Что теперь? Мы ничего не узнали! – Жак ходил из стороны в сторону, лихорадочно соображая.
– Не совсем. Он говорил первое, что придёт на ум. У него не было мысли врать, в его состоянии это слишком сложный процесс. По сути, это как шарады. Нужно лишь понять ключ, – заверил Самм.
– В квартире разберёмся. А сейчас переложим бедолагу на кровать. Ты уверен, что он про нас не вспомнит? – с последним вопросом Персиваль посмотрел на Самма.
– Ну, если не будет триггера, то и не вспомнит. Так что лучше замести следы.
– Это оставьте мне. Вы – большие головы, идите и расшифровывайте этот шифр сами, а мне оставьте работу руками.
Жак принялся оттаскивать бедолагу к кровати, а остальные спешно не стали ему мешать.
– Итак, что мы знаем точно. Цифра награды колическая, что бы это не значило. Шесть арбузов. Квинтет возле кола. Вопрос о главе дома его испугал, и он сказал про стрелы. Зя, думаю, что «нельзя». О личности главы дома знают только «императоры» и «Робин», думаю, он мог знать личность главы. А может, это значило, что главой дома могут быть все, кто достаточно значим в иерархии дома. В том смысле, что представляться главой дома.
Юз и Самм слушали, листая все наградные листовки, что смогли собрать за последние дни. Оставалось надеяться, что никто не хватится пропажи листовок. Загадка, кто их развешивает, учитывая, что дозорных на острове можно пересчитать по пальцам безрукого калеки.
– Про награду он так же сказал «смешной», это значит или что я его веселил, что не исключается, или что награда довольно маленькая. Учитывая, что и про меня и про награду за главу дома он упоминал, «котлеты» – это может быть в его голове синонимом к деньгам. Я – не смешной. Значит за мою голову награда больше. Если я нигде не ошибаюсь. Как успехи?
– Пока ничего похожего на коллические цифры с квинтетами и арбузами. Мы ловим воздух, – сокрушался Юз.
– У меня тоже ничего, – подтвердил Самм.
– Стрела, заяц и летит. Что может объединять это всё?
Персиваль, чтобы отвлечься, взял стопку отбракованных листовок и принялся перебирать их по второму кругу, пока не нашёл одну, вызвавшую всплеск подозрений в седой голове.
– Фелл «Стрела»…
– Что? Не понял? – отвлёкся Самм, а Юз сохранял молчание.
– Стрелы, коллическая цифра… шесть нулей и пять возле единицы. Смешная награда за голову при всех её действиях…
– Ты издеваешься? Это настолько может быть правдой, насколько и неправдой. К тому же, если бы это была девушка, то информация бы просочилась, как не прячь, – засомневался Самм.
– Очень необязательно. Ведь в большей части случаев именно ряженые агенты представляют главу дома. А затереть следы несложно, – возразил Юз.
– Нужно разузнать о ней побольше нашего. Нужно найти того, кто знает больше информации о разыскиваемых преступниках, – задумался вслух Персиваль.
– Охотники за головами? – выдвинул предположение Самм.
– Они больше охотятся за конкретными целями, а присутствие Фелл на острове не подтверждено. Только если кто-то кто выдаёт награды за голову. Здесь полно наёмников, насколько бы не ненавидели дозорных, кто-то должен быть с ними аффелирован.
– Тогда нужно наведаться к тому, кто выплачивает награды. С пачкой листовок, дабы не вызывать подозрений. Новенький в охоте за головами, пытается прожевать кусок больше его самого. Такие долго не живут, а появляются каждый день в погоне за «лёгкими деньгами».
– Тебя там схватят первым. Твоя награда за голову опережает Фелл в пять раз. Я удивлён, как ты до сих пор на свободе, – сокрушался Самм.
Забота его выходила за рамки слов, и было заметно в нём нежелание терять Монселе. По какой конкретно причине – задумываться и предполагать не хотелось. Здравый рассудок уберегал.
– Только если я не изменюсь…
Одежда Жака сидела на Персивале отвратительно, а краситель, приготовленный из свеклы, создавал впечатление редкостного петуха, что Самм даже облизнулся. Но эффект был достигнут – создать впечатление выскочки, которому могут дать информацию просто ради поржать. Вошёл юноша в большое здание, где, как казалось, заседали наёмники. Да, это был кабак. Достаточно просторный кабак, чтобы вместить большое количество народу, и достаточно популярный на улицах, чтобы не казалось, будто место выбрано специально. Просто первое попавшееся. Персиваль подошёл к бармену, громко ставя листовки на стойку.
– Я хочу знать, кто здесь выдаёт награды за головы.
Даже для приличия сдавленный смех то и дело звучал в общей зале, когда наёмники глазели на новоявленного «охотника за головами». Бармен же лишь сдержано улыбнулся, глядя на внешний вид Монселе.
– А ты без дела не сидишь, да? Неужто прям всех положил? А доказательства есть? – даже пышные усы не могли скрыть язвительной ухмылки.
– Пока нет. Но поэтому я хочу узнать о каждом преступнике на Норд Блю.
Персиваль напускал на себя юношеской уверенности и максимализма, сколько было.
– Смешной ты парень. Спасибо, что повеселил. А теперь вперёд к мамочке, щегол, – отмахнулся бармен, возвращаясь к работе.
– Не, стой, жжи – Один из наёмников подскочил к барной стойке, ставя мешочек с деньгами – Ставлю пятьсот белли на дэд пулл этого малька в течении месяца.
– Не, я пустые ставки не принимаю. Если никто не станет перебивать, спрячь свои копейки.
Подскочил ещё один наёмник, хлопком укладывая купюру.
– Десять тысяч на срок жизни от недели до трёх. Хочу поднять лёгких денежек.
Словно это стало отмашкой, наёмники наперебой принялись ставить на скорую кончину Персиваля в опасном деле охоты на преступников, постепенно отпихивая «петуха» в сторону. Наш герой стоически терпел и продолжал напускать самоуверенный вид. Впрочем, с этим у него и в дни обычные проблем не бывает. Мероприятие вызвало такой ажиотаж, что бармен с усмешкой обратился к новому лицу.
– Ладно, парень. Вон сидит человек, что награды выдаёт на Мессе. Один из. Вот к нему и обратись. Он и не таких ущербов видел, так что может и не обсмеёт.
Обсмеял.
Не запомнив ни единого слова из рассказанного про преступников с наградой за голову, кроме Фелл, разумеется, Персиваль вернулся в свою квартиру, где троица знакомых мирно дожидалась его.
– Итак, я был прав. Что ты смеёшься?
– Нужно разузнать о ней побольше нашего. Нужно найти того, кто знает больше информации о разыскиваемых преступниках, – задумался вслух Персиваль.
– Охотники за головами? – выдвинул предположение Самм.
– Они больше охотятся за конкретными целями, а присутствие Фелл на острове не подтверждено. Только если кто-то кто выдаёт награды за голову. Здесь полно наёмников, насколько бы не ненавидели дозорных, кто-то должен быть с ними аффелирован.
– Тогда нужно наведаться к тому, кто выплачивает награды. С пачкой листовок, дабы не вызывать подозрений. Новенький в охоте за головами, пытается прожевать кусок больше его самого. Такие долго не живут, а появляются каждый день в погоне за «лёгкими деньгами».
– Тебя там схватят первым. Твоя награда за голову опережает Фелл в пять раз. Я удивлён, как ты до сих пор на свободе, – сокрушался Самм.
Забота его выходила за рамки слов, и было заметно в нём нежелание терять Монселе. По какой конкретно причине – задумываться и предполагать не хотелось. Здравый рассудок уберегал.
– Только если я не изменюсь…
Одежда Жака сидела на Персивале отвратительно, а краситель, приготовленный из свеклы, создавал впечатление редкостного петуха, что Самм даже облизнулся. Но эффект был достигнут – создать впечатление выскочки, которому могут дать информацию просто ради поржать. Вошёл юноша в большое здание, где, как казалось, заседали наёмники. Да, это был кабак. Достаточно просторный кабак, чтобы вместить большое количество народу, и достаточно популярный на улицах, чтобы не казалось, будто место выбрано специально. Просто первое попавшееся. Персиваль подошёл к бармену, громко ставя листовки на стойку.
– Я хочу знать, кто здесь выдаёт награды за головы.
Даже для приличия сдавленный смех то и дело звучал в общей зале, когда наёмники глазели на новоявленного «охотника за головами». Бармен же лишь сдержано улыбнулся, глядя на внешний вид Монселе.
– А ты без дела не сидишь, да? Неужто прям всех положил? А доказательства есть? – даже пышные усы не могли скрыть язвительной ухмылки.
– Пока нет. Но поэтому я хочу узнать о каждом преступнике на Норд Блю.
Персиваль напускал на себя юношеской уверенности и максимализма, сколько было.
– Смешной ты парень. Спасибо, что повеселил. А теперь вперёд к мамочке, щегол, – отмахнулся бармен, возвращаясь к работе.
– Не, стой, жжи – Один из наёмников подскочил к барной стойке, ставя мешочек с деньгами – Ставлю пятьсот белли на дэд пулл этого малька в течении месяца.
– Не, я пустые ставки не принимаю. Если никто не станет перебивать, спрячь свои копейки.
Подскочил ещё один наёмник, хлопком укладывая купюру.
– Десять тысяч на срок жизни от недели до трёх. Хочу поднять лёгких денежек.
Словно это стало отмашкой, наёмники наперебой принялись ставить на скорую кончину Персиваля в опасном деле охоты на преступников, постепенно отпихивая «петуха» в сторону. Наш герой стоически терпел и продолжал напускать самоуверенный вид. Впрочем, с этим у него и в дни обычные проблем не бывает. Мероприятие вызвало такой ажиотаж, что бармен с усмешкой обратился к новому лицу.
– Ладно, парень. Вон сидит человек, что награды выдаёт на Мессе. Один из. Вот к нему и обратись. Он и не таких ущербов видел, так что может и не обсмеёт.
Обсмеял.
Не запомнив ни единого слова из рассказанного про преступников с наградой за голову, кроме Фелл, разумеется, Персиваль вернулся в свою квартиру, где троица знакомых мирно дожидалась его.
– Итак, я был прав. Что ты смеёшься?
– А ты спрашиваешь? – сквозь сдавленный смех говорил Жак. Ему-то рубашка Персиваля хоть и была чуть великовата, но сидела не в пример лучше.
– Заткнись. Если коротко. Фелл – бывшая артистка и акробатка на Саус Блю. Но в последний раз её видели на Норд Блю. Говорят, что у неё мог быть влиятельный покровитель из преступного мира. Но в последнее время она исчезла отовсюду и про неё особо не вспоминают. Благо, награда за неё тоже невысокая. Если это она, глава торгового дома, то мне стоит готовиться к ряду акробатических приёмов. Ведь этот кролик и летать умеет. Заодно узнали, почему со второго этажа нет решёток на окнах. Если ей нужно спешно покинуть своё укрытие, то окно – не худший вариант. А теперь, Юз, найди клетку для нашего птенчика.
– А ты куда? – с удивлением отозвался торговец.
– Голову мыть.
На остаток дня оставался ряд нерешённых вопросов. Перед аудиенцией Монселе наверняка подвергнут досмотру, а значит – оружие и патроны к нему нужно тщательно замаскировать.
– Перси… – Жак не договорил, будучи перебитым седым.
– ПЕР-СИ-ВАЛЬ! – уже устав повторять возмущался юноша.
– А что ты должен с собой пронести? Ну, отметём всё ненужное и подозрительное.
– Птенца, разумеется. Клетку с ним. Не знаю. Если долго его не бить током, начинает пищать, так что аккумулятор… – Персиваль остановился на месте.
– Так, а дальше?
Но Монселе уже не слушал. Достав не перезаряженный аккумулятор, он приложил свой пеппербокс к нему.
– Мысли: Уместится. И ещё место останется для зарядника и, может, запасного ствола-другого. Но придётся пересобрать его, оставив и, возможно, немного расширив корпус.
– Мне нужно будет несколько лимонов. Вроде тех, что есть, ещё не скисли и дадут немного энергии. И подайте инструменты. Я нашёл контейнер.
В конечном итоге, пересобрать аккумулятор удалось. Пришлось раздвинуть борта, делая его похожим на бочку, чтобы уместить всё нужное, и чтобы лимоны не забрызгали выдавленным соком все механизмы и порох. Заряд был, но слабый. Если птенец будет голодным – ему не хватит, чтобы заткнуться. Так что на ночь перед решающим днём, Персиваль подключил птенца к резервному «неприкосновенному аккумулятору на крайний случай». Хотя их всего было-то три.
Утром Монселе привёл себя в порядок, разглаживая одежду влажной рукой, сгоняя помятости рубашки и пальто. Упаковав птенца в клетку, будем честны, маловатую для его размеров, птенцу там было не развернуться, герой отправился в торговый дом. На входе его всё так же встретила оживлённая публика: торговцы гомонили, покупая и продавая всё, что можно, а что нельзя – говорили как можно тише. Подошёл наёмник к одному из служащих, дабы представиться. Снова.
– Персиваль Монселе. Я бы хотел встретиться с главой торгового дома.
Служащий молча просмотрел планшет с потенциальными визитёрами, пока не нашёл искомую строку. Он молча подозвал к себе охранников, что принялись обыскивать героя. Но оружия при нём не нашли.
– Что это? – охранник жестом указал на аккумулятор.
– Питание для птицы.
– Она механическая?
– А ты много знаешь про уход за гром-птицами? Они питаются электричеством. Смотри.
Персиваль отсоединил от электрода клюв птицы, и та начала пищать, ловя клювом воздух и требуя вернуть подкормку. Взглянув на охранников, невербально посылая вопрос «Видите?», юноша подключил провода обратно к клюву птицы, от чего та довольно заурчала, а потом успокоилась.
– Мысли: Главное, чтобы ребята успели поймать птицу. Главное, чтобы успели поймать.
– Ладно, оружия нет, всё чисто.
– Видишь, Спрайт, скоро у тебя будет новый хозяин. Я на это очень сильно рассчитываю.
Персиваль поднял клетку с птицей и взял аккумулятор под мышку.
– Ведите, господа.
Конец предквеста МБ.
– Заткнись. Если коротко. Фелл – бывшая артистка и акробатка на Саус Блю. Но в последний раз её видели на Норд Блю. Говорят, что у неё мог быть влиятельный покровитель из преступного мира. Но в последнее время она исчезла отовсюду и про неё особо не вспоминают. Благо, награда за неё тоже невысокая. Если это она, глава торгового дома, то мне стоит готовиться к ряду акробатических приёмов. Ведь этот кролик и летать умеет. Заодно узнали, почему со второго этажа нет решёток на окнах. Если ей нужно спешно покинуть своё укрытие, то окно – не худший вариант. А теперь, Юз, найди клетку для нашего птенчика.
– А ты куда? – с удивлением отозвался торговец.
– Голову мыть.
На остаток дня оставался ряд нерешённых вопросов. Перед аудиенцией Монселе наверняка подвергнут досмотру, а значит – оружие и патроны к нему нужно тщательно замаскировать.
– Перси… – Жак не договорил, будучи перебитым седым.
– ПЕР-СИ-ВАЛЬ! – уже устав повторять возмущался юноша.
– А что ты должен с собой пронести? Ну, отметём всё ненужное и подозрительное.
– Птенца, разумеется. Клетку с ним. Не знаю. Если долго его не бить током, начинает пищать, так что аккумулятор… – Персиваль остановился на месте.
– Так, а дальше?
Но Монселе уже не слушал. Достав не перезаряженный аккумулятор, он приложил свой пеппербокс к нему.
– Мысли: Уместится. И ещё место останется для зарядника и, может, запасного ствола-другого. Но придётся пересобрать его, оставив и, возможно, немного расширив корпус.
– Мне нужно будет несколько лимонов. Вроде тех, что есть, ещё не скисли и дадут немного энергии. И подайте инструменты. Я нашёл контейнер.
В конечном итоге, пересобрать аккумулятор удалось. Пришлось раздвинуть борта, делая его похожим на бочку, чтобы уместить всё нужное, и чтобы лимоны не забрызгали выдавленным соком все механизмы и порох. Заряд был, но слабый. Если птенец будет голодным – ему не хватит, чтобы заткнуться. Так что на ночь перед решающим днём, Персиваль подключил птенца к резервному «неприкосновенному аккумулятору на крайний случай». Хотя их всего было-то три.
Утром Монселе привёл себя в порядок, разглаживая одежду влажной рукой, сгоняя помятости рубашки и пальто. Упаковав птенца в клетку, будем честны, маловатую для его размеров, птенцу там было не развернуться, герой отправился в торговый дом. На входе его всё так же встретила оживлённая публика: торговцы гомонили, покупая и продавая всё, что можно, а что нельзя – говорили как можно тише. Подошёл наёмник к одному из служащих, дабы представиться. Снова.
– Персиваль Монселе. Я бы хотел встретиться с главой торгового дома.
Служащий молча просмотрел планшет с потенциальными визитёрами, пока не нашёл искомую строку. Он молча подозвал к себе охранников, что принялись обыскивать героя. Но оружия при нём не нашли.
– Что это? – охранник жестом указал на аккумулятор.
– Питание для птицы.
– Она механическая?
– А ты много знаешь про уход за гром-птицами? Они питаются электричеством. Смотри.
Персиваль отсоединил от электрода клюв птицы, и та начала пищать, ловя клювом воздух и требуя вернуть подкормку. Взглянув на охранников, невербально посылая вопрос «Видите?», юноша подключил провода обратно к клюву птицы, от чего та довольно заурчала, а потом успокоилась.
– Мысли: Главное, чтобы ребята успели поймать птицу. Главное, чтобы успели поймать.
– Ладно, оружия нет, всё чисто.
– Видишь, Спрайт, скоро у тебя будет новый хозяин. Я на это очень сильно рассчитываю.
Персиваль поднял клетку с птицей и взял аккумулятор под мышку.
– Ведите, господа.
Конец предквеста МБ.
[id273456674:bp-36291248_259604|Даша],
_____
Она так и знала. Самодовольство тут же отразилось в улыбке Берты, когда мальчик признался. Женщина замедлила шаг и встала на месте, в тот момент, когда Тору оббежал её. Слёзы, поклон. Прямо картина маслом. Фрог в тот же момент склонила голову на бок. И снисходительно произнесла.
-Ох дорогуша… Врать похоже ты со-овсем не уме-еешь. –Тянула она гласные прямо получая удовольствие от собственных слов. – Честно сказать, ты не похож на того, у кого проблемы с законом. - Тут Берта подошла ближе нависая над пареньком. – Повезло тебе булочка…- Пыталась она нащупать идеальное прозвище для блондинчика, -Терпеть не могу не справедливость. Потому то тебя не сдам.
На самом деле женщине просто на просто было плевать. Она просто не хотела возиться с плаксой. Как он только выжил в этом мире, раз его так просто вывести на чувства. Мелкий, наивный…но такой сла-адкий. Умилительный и правда булочка… Берта тяжело и протяжно выдыхает, положив свою большую и тёплую руке на голову паренька.
-Если за тобой некому присматривать… Может ты не против если я буду присматривать за тобой, золотце. Тору…- Рука потрепала волосы мальчугана, после чего без лишних слов подхватила его за подмышки и посадила его к себе на шею. В прямом, и в переносном смысле этого слова. – Слёзам не давай течь понапрасну! Ты живой, ты встретил меня, сейчас я хорошенько тебя накормлю, и ты мне всё-всё расскажешь. А жизнь то налаживается, парень!
После этих слов она отправилась домой, неся на своих плечах груз ответственности в виде тощего патлатого паренька.
-
-Берта? Кто это? – Изумлённо спросила матушка, что в это время сидела на кресле качалке на крыльце. Довольно хорошо сохранившаяся женщина в старом тёмном костюме, который не сковывал движения. Общие черты лица были чем-то схожи с Бертой, разве что больше морщин и некоей усталости, измученности.
-Кто? –Переспросила Берта, поднимаясь по ступенькам. – Сколько ты мне про внуков твердишь? Вот… -Женщина знала-что порой отталкивает людей. Но сейчас она и правда хотела помочь, поэтому то крепко держала ногу Тору, чтобы тот не упал с плеч женщины. И попросту не сбежал раньше времени. Тут она опустила своего нового знакомого на ноги и поставила прямо перед своей мамой. – Знакомьтесь. Розалин-моя мама. Мама, это Тору. Можешь конечно уйти, но скажу одно… -Обратилась великанша к мальчугану, - Это будет жуть как не вежливо. – После этих слов Берта вошла в дом оставляя Фумайо со своей матушкой.
Роз проводила дочь взглядом и перевела свои уставшие глаза на мальчика. Рука прикрыла рот платком, будто боялась заразить своего нового знакомого. – Ох… ты уж извини Берту. Она немного не ловкая в социальном плане… Как вы познакомились? Почему…- Тут женщина начала кашлять. Кашлять с надрывом. А через секунду, как кашель начал так он и пропал. Бесследно.
-Прости, напугала… -Рассмеялась она, вытирая слюну с уголков рта… - Будь добр налей мне чай. –Указала Роз на стол недалеко от Тору. Вот графин, вот чашка. Проще некуда.
-Почему решил пойти с Бертой? –Закончила она вопрос, который хотела задать до приступа кашля.
_____
Она так и знала. Самодовольство тут же отразилось в улыбке Берты, когда мальчик признался. Женщина замедлила шаг и встала на месте, в тот момент, когда Тору оббежал её. Слёзы, поклон. Прямо картина маслом. Фрог в тот же момент склонила голову на бок. И снисходительно произнесла.
-Ох дорогуша… Врать похоже ты со-овсем не уме-еешь. –Тянула она гласные прямо получая удовольствие от собственных слов. – Честно сказать, ты не похож на того, у кого проблемы с законом. - Тут Берта подошла ближе нависая над пареньком. – Повезло тебе булочка…- Пыталась она нащупать идеальное прозвище для блондинчика, -Терпеть не могу не справедливость. Потому то тебя не сдам.
На самом деле женщине просто на просто было плевать. Она просто не хотела возиться с плаксой. Как он только выжил в этом мире, раз его так просто вывести на чувства. Мелкий, наивный…но такой сла-адкий. Умилительный и правда булочка… Берта тяжело и протяжно выдыхает, положив свою большую и тёплую руке на голову паренька.
-Если за тобой некому присматривать… Может ты не против если я буду присматривать за тобой, золотце. Тору…- Рука потрепала волосы мальчугана, после чего без лишних слов подхватила его за подмышки и посадила его к себе на шею. В прямом, и в переносном смысле этого слова. – Слёзам не давай течь понапрасну! Ты живой, ты встретил меня, сейчас я хорошенько тебя накормлю, и ты мне всё-всё расскажешь. А жизнь то налаживается, парень!
После этих слов она отправилась домой, неся на своих плечах груз ответственности в виде тощего патлатого паренька.
-
-Берта? Кто это? – Изумлённо спросила матушка, что в это время сидела на кресле качалке на крыльце. Довольно хорошо сохранившаяся женщина в старом тёмном костюме, который не сковывал движения. Общие черты лица были чем-то схожи с Бертой, разве что больше морщин и некоей усталости, измученности.
-Кто? –Переспросила Берта, поднимаясь по ступенькам. – Сколько ты мне про внуков твердишь? Вот… -Женщина знала-что порой отталкивает людей. Но сейчас она и правда хотела помочь, поэтому то крепко держала ногу Тору, чтобы тот не упал с плеч женщины. И попросту не сбежал раньше времени. Тут она опустила своего нового знакомого на ноги и поставила прямо перед своей мамой. – Знакомьтесь. Розалин-моя мама. Мама, это Тору. Можешь конечно уйти, но скажу одно… -Обратилась великанша к мальчугану, - Это будет жуть как не вежливо. – После этих слов Берта вошла в дом оставляя Фумайо со своей матушкой.
Роз проводила дочь взглядом и перевела свои уставшие глаза на мальчика. Рука прикрыла рот платком, будто боялась заразить своего нового знакомого. – Ох… ты уж извини Берту. Она немного не ловкая в социальном плане… Как вы познакомились? Почему…- Тут женщина начала кашлять. Кашлять с надрывом. А через секунду, как кашель начал так он и пропал. Бесследно.
-Прости, напугала… -Рассмеялась она, вытирая слюну с уголков рта… - Будь добр налей мне чай. –Указала Роз на стол недалеко от Тору. Вот графин, вот чашка. Проще некуда.
-Почему решил пойти с Бертой? –Закончила она вопрос, который хотела задать до приступа кашля.
Кокосы — лучший друг человека.
Не то чтобы Лиза думала так когда-то прежде, но ситуация на грани голодного обморока заставляет менять мировоззрение. Ранее она могла смотреть на кокосы — как на какое-то лакомство, которым можно перебиться перед настоящим ужином. А теперь приходится бить кокосы, съедая начинку как единственный путь к выживанию.
Вот так вот выглядит её новая жизнь.
Кругом — полнейшая неизвестность. Какой-то остров, который она видит впервые в жизни. И, если судить по некоторому мусору на песке, здесь бывают люди. Люди! Те самые, кто спасут её от смерти в одиночестве! Те самые, у кого могут быть съестные припасы! Те самые, кто поможет ей найти поселение!
Нельзя не радоваться хотябы малейшей надежде. Особенно после того, как пришлось хоронить своего единственного родственника...
Боль постоянно присутствует где-то глубоко в груди. Даже если ты пытаешься думать о другом, ты чувствуешь её. Даже если улыбаешься во весь рот, глаза остаются заплаканными. Лиза знает, что эти события оставят на ней большой след, и ничего не может поделать, чтобы залечить такого рода рану.
Продолжая исследовать остров, Лиза нашла что-то интереснее, чем просто мусор и намёки. Полноценные строительные леса! Разве что, строителей рядом нет, но это не важно. Если есть леса — значит есть и те, кто сюда ходят время от времени!
— Кажется, это корабль... — рассуждала та, осматривая конструкцию.
Это был малочисленный из разов, когда она видела настоящий корабль. И пусть перед ней только зачатки будущего судна, глаза все равно округлились от удивления.
Нельзя было не подойти поближе, оббежав всё на несколько раз. Присмотреться к инструментам, к материалам, к маленькому сараю. Рядом, конечно же, была и еда, но Лиза не стала её брать, даже не смотря на протесты желудка. Будет очень грубо отбирать еду у людей, о которых она ничего не знает...
А вдруг они злые пираты и разозлятся, если она так сделает?
Решая перевести дух в ожидании местных, Лиза садится на небольшое брёвнышко поблизости. В руках у неё половина кокоса, из которого иголочками достаётся начинка.
— Подожду по крайней мере до вечера, а там попробую развести костёр... Силы все равно нужно как-то восстанавливать, — заключила та.
Не то чтобы Лиза думала так когда-то прежде, но ситуация на грани голодного обморока заставляет менять мировоззрение. Ранее она могла смотреть на кокосы — как на какое-то лакомство, которым можно перебиться перед настоящим ужином. А теперь приходится бить кокосы, съедая начинку как единственный путь к выживанию.
Вот так вот выглядит её новая жизнь.
Кругом — полнейшая неизвестность. Какой-то остров, который она видит впервые в жизни. И, если судить по некоторому мусору на песке, здесь бывают люди. Люди! Те самые, кто спасут её от смерти в одиночестве! Те самые, у кого могут быть съестные припасы! Те самые, кто поможет ей найти поселение!
Нельзя не радоваться хотябы малейшей надежде. Особенно после того, как пришлось хоронить своего единственного родственника...
Боль постоянно присутствует где-то глубоко в груди. Даже если ты пытаешься думать о другом, ты чувствуешь её. Даже если улыбаешься во весь рот, глаза остаются заплаканными. Лиза знает, что эти события оставят на ней большой след, и ничего не может поделать, чтобы залечить такого рода рану.
Продолжая исследовать остров, Лиза нашла что-то интереснее, чем просто мусор и намёки. Полноценные строительные леса! Разве что, строителей рядом нет, но это не важно. Если есть леса — значит есть и те, кто сюда ходят время от времени!
— Кажется, это корабль... — рассуждала та, осматривая конструкцию.
Это был малочисленный из разов, когда она видела настоящий корабль. И пусть перед ней только зачатки будущего судна, глаза все равно округлились от удивления.
Нельзя было не подойти поближе, оббежав всё на несколько раз. Присмотреться к инструментам, к материалам, к маленькому сараю. Рядом, конечно же, была и еда, но Лиза не стала её брать, даже не смотря на протесты желудка. Будет очень грубо отбирать еду у людей, о которых она ничего не знает...
А вдруг они злые пираты и разозлятся, если она так сделает?
Решая перевести дух в ожидании местных, Лиза садится на небольшое брёвнышко поблизости. В руках у неё половина кокоса, из которого иголочками достаётся начинка.
— Подожду по крайней мере до вечера, а там попробую развести костёр... Силы все равно нужно как-то восстанавливать, — заключила та.
Тору не до конца понял, как оказался на шее высокой тёти. В момент посадки он был слишком поглощён собственными мыслями и словами ели знакомой спасительницы. К моменту осознания рыпаться было поздно. Его ненавязчиво, но крепко придерживали. То ли чтобы не свалился, то ли чтобы не сбежал.
Наставник говорил ему не доверять незнакомцам. – «На свете есть хорошие люди, но есть и плохие. Порой бывает, что хорошим людям приходится совершать плохие поступки и наоборот. Тору, ты никогда не сможешь сразу понять, какой человек перед тобой, поэтому всегда нужно быть настороже. Но не обделяй никого шансом на сближение. Не теряй бдительности и не доверяй слишком быстро, при этом давай шанс. И не суйся к сомнительным личностям!» – Наверное, наставнику было очень тяжело учить ребёнка разбираться в людях. Не каждый взрослый такое умеет, что уж говорить о том, кто прожил на этом свете меньше опытной сторожевой собаки.
Сидеть на тёти было приятно. Фумайо давно никто не брал на руки. Наставник позволял себе подобное только тогда, когда приходилось бежать очень-очень быстро. А чтобы вот так просто… Давно.
***
Мальчик на секунду втянул голову в плечи, когда его представили главной женщине семьи, а потом постарался выпрямиться. Он никогда не был невежливым!
– Здравствуйте.
Получив указания, ребёнок засуетился. За больными нужно ухаживать. Им необходимо помогать, не пугаться и не показывать, что жалеешь их. По опыту своего бегства он усвоил это хорошо. Люди обижаются или, что ещё хуже, злятся, когда их жалеешь.
– Ничего страшного. Она помогла мне спрятаться и не выдала дозорным. Но я не преступник! Честно… – Прозвучало тревожно. – Просто с одним из них мы поссорились.
Тору схватил двумя руками довольно большую кружку, наполненную чаем, и поднёс её Розалине.
– Вот. Только осторожнее, он ещё недостаточно остыл. – Глаза мальчика посмотрели в пол. – Нууу… Берта сначала пригласила меня к вам, но я хотел только сказать спасибо, а потом… Потом она подняла меня и принесла сюда. Вот. Надеюсь, я вам не помешаю!
Наставник говорил ему не доверять незнакомцам. – «На свете есть хорошие люди, но есть и плохие. Порой бывает, что хорошим людям приходится совершать плохие поступки и наоборот. Тору, ты никогда не сможешь сразу понять, какой человек перед тобой, поэтому всегда нужно быть настороже. Но не обделяй никого шансом на сближение. Не теряй бдительности и не доверяй слишком быстро, при этом давай шанс. И не суйся к сомнительным личностям!» – Наверное, наставнику было очень тяжело учить ребёнка разбираться в людях. Не каждый взрослый такое умеет, что уж говорить о том, кто прожил на этом свете меньше опытной сторожевой собаки.
Сидеть на тёти было приятно. Фумайо давно никто не брал на руки. Наставник позволял себе подобное только тогда, когда приходилось бежать очень-очень быстро. А чтобы вот так просто… Давно.
***
Мальчик на секунду втянул голову в плечи, когда его представили главной женщине семьи, а потом постарался выпрямиться. Он никогда не был невежливым!
– Здравствуйте.
Получив указания, ребёнок засуетился. За больными нужно ухаживать. Им необходимо помогать, не пугаться и не показывать, что жалеешь их. По опыту своего бегства он усвоил это хорошо. Люди обижаются или, что ещё хуже, злятся, когда их жалеешь.
– Ничего страшного. Она помогла мне спрятаться и не выдала дозорным. Но я не преступник! Честно… – Прозвучало тревожно. – Просто с одним из них мы поссорились.
Тору схватил двумя руками довольно большую кружку, наполненную чаем, и поднёс её Розалине.
– Вот. Только осторожнее, он ещё недостаточно остыл. – Глаза мальчика посмотрели в пол. – Нууу… Берта сначала пригласила меня к вам, но я хотел только сказать спасибо, а потом… Потом она подняла меня и принесла сюда. Вот. Надеюсь, я вам не помешаю!
[id543751360:bp-36291248_259645|Tori], [id273456674:bp-36291248_259646|Даша],
_____
Ребёнок забавил старческое сердечко. Его суета, его голос его чистый взгляд. Глаза редкого цвета. Удивительный ребёнок! Её же детям было уже далеко за тридцать, но никто, упорно никто не хотел остепениться и заводить нормальной семьи. Один с отцом пропадает по несколько лет к ряду, другой отдал свою жизнь искусству, и младшая что постоянно витает в облаках. Внуков точно ждать не стоит. Розалин уже смирилась.
Тору налил чай странной густоватой консистенции, неестественно синего цвета. Но сильный запах трав, ударивший в нос, исключил химическое происхождение жидкости. Женщина приняла кружку и глядя на мальчика спокойно выслушала его.
-Удивительно, Берта помогла кому-то… - Произнесла она явно удивляясь. - Видимо в тебе она увидела нечто удивительное…- Улыбнулась она, поднося кружку к губам. Глоток. Тело Роз через мгновение расслабилось, будто наступило облегчение. – Если и преступник, то самый очаровательный, которого я когда-либо видела.
– Хихикнула она, после чего продолжила. – Мешаешь? Нет. Наоборот я рада компании. Но к сожалению, мне скоро нужно подремать. Люблю на свежем воздухе провалиться в приятную дрёму. – Сдула она пар с кружки и пригубила напиток.
Тут из двери вышла Берта. В одной руке она держала ящичек, в другой котомку с едой.
-Ну что? Познакомились? – Поставила великанша еду на столик и рукой заботливо поправила платок на плечах мамы, который немного съехал.
-Конечно он замечательный! – Произнесла Розалин принимая заботу дочери.
-Тебе точно больше ничего не нужно сейчас? А то Брута напрягу. – Спросила Берта на что мама закачала головой.
-Нет спасибо. Я хочу только отдохнуть…
Тут женщина кивнула и захватив с собой корзинку с едой продолжила. –Пойдём Тору на пикник. Я покажу тебе нечто интересное. – С хитрым прищуром мурлыкнула Берта и плавно выдвинулась показывать дорогу.
Розалин же выдохнула, отставляя кружку на подоконник. – Присмотри за ней, хорошо? – Попросила старушка, подмигнув Тору…
____
Берта двигалась плавно и со стороны могло показаться довольно медленно, но из –за роста шаги были длиннющими. Но она постоянно держала мальчика в поле своего восприятия, не позволяя ему отставать. Уходя глубже в лес, она погружалась в воспоминания. Как её учитель по плотницкому делу заметил её интерес к дереву, а когда услышал, что берта хотела добиться, рассмеялся прямо в лицо. «Летающие корабли? Такого не бывает!»
«Бывает!» Возопила тогда ещё девочка, сейчас же уже взрослой женщиной она пронесла это слово сквозь года... – Бывает! – Изредка можно было услышать в случайный момент от Берты, в момент, когда она задумалась.
- Ещё не долго сахарок... – Подбадривала Берта мальчика, чтобы тот не отставал… Через некоторое время показалась поляна со склоном, который шёл прямо на пляж. Сарай, и на лесах недостроенный корабль. – Ну как? – Спросила женщина, проходя ближе к сараю. – Костёр сможешь организовать? Еду приготовить…
Берта ещё не знала, что Тору здесь не единственный гость.
_____
Ребёнок забавил старческое сердечко. Его суета, его голос его чистый взгляд. Глаза редкого цвета. Удивительный ребёнок! Её же детям было уже далеко за тридцать, но никто, упорно никто не хотел остепениться и заводить нормальной семьи. Один с отцом пропадает по несколько лет к ряду, другой отдал свою жизнь искусству, и младшая что постоянно витает в облаках. Внуков точно ждать не стоит. Розалин уже смирилась.
Тору налил чай странной густоватой консистенции, неестественно синего цвета. Но сильный запах трав, ударивший в нос, исключил химическое происхождение жидкости. Женщина приняла кружку и глядя на мальчика спокойно выслушала его.
-Удивительно, Берта помогла кому-то… - Произнесла она явно удивляясь. - Видимо в тебе она увидела нечто удивительное…- Улыбнулась она, поднося кружку к губам. Глоток. Тело Роз через мгновение расслабилось, будто наступило облегчение. – Если и преступник, то самый очаровательный, которого я когда-либо видела.
– Хихикнула она, после чего продолжила. – Мешаешь? Нет. Наоборот я рада компании. Но к сожалению, мне скоро нужно подремать. Люблю на свежем воздухе провалиться в приятную дрёму. – Сдула она пар с кружки и пригубила напиток.
Тут из двери вышла Берта. В одной руке она держала ящичек, в другой котомку с едой.
-Ну что? Познакомились? – Поставила великанша еду на столик и рукой заботливо поправила платок на плечах мамы, который немного съехал.
-Конечно он замечательный! – Произнесла Розалин принимая заботу дочери.
-Тебе точно больше ничего не нужно сейчас? А то Брута напрягу. – Спросила Берта на что мама закачала головой.
-Нет спасибо. Я хочу только отдохнуть…
Тут женщина кивнула и захватив с собой корзинку с едой продолжила. –Пойдём Тору на пикник. Я покажу тебе нечто интересное. – С хитрым прищуром мурлыкнула Берта и плавно выдвинулась показывать дорогу.
Розалин же выдохнула, отставляя кружку на подоконник. – Присмотри за ней, хорошо? – Попросила старушка, подмигнув Тору…
____
Берта двигалась плавно и со стороны могло показаться довольно медленно, но из –за роста шаги были длиннющими. Но она постоянно держала мальчика в поле своего восприятия, не позволяя ему отставать. Уходя глубже в лес, она погружалась в воспоминания. Как её учитель по плотницкому делу заметил её интерес к дереву, а когда услышал, что берта хотела добиться, рассмеялся прямо в лицо. «Летающие корабли? Такого не бывает!»
«Бывает!» Возопила тогда ещё девочка, сейчас же уже взрослой женщиной она пронесла это слово сквозь года... – Бывает! – Изредка можно было услышать в случайный момент от Берты, в момент, когда она задумалась.
- Ещё не долго сахарок... – Подбадривала Берта мальчика, чтобы тот не отставал… Через некоторое время показалась поляна со склоном, который шёл прямо на пляж. Сарай, и на лесах недостроенный корабль. – Ну как? – Спросила женщина, проходя ближе к сараю. – Костёр сможешь организовать? Еду приготовить…
Берта ещё не знала, что Тору здесь не единственный гость.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)