[Гранд Лайн, 3 путь] Верхизис. 7-ой остров

[id161727686:bp-36291248_253837|Dova],

Золотой лев довольно хмыкнул. Его сын, что уже давно не являлся малым львенком, явно был возмущен и недоволен от услышанного, однако это не помешало главнокомандующему сидеть так, словно он не перед вице-адмиралом и молодым йонко, а словно он сидит среди собственных солдат. Уж в своем доме он не будет никогда чувствовать себя в опасности, кто бы перед ним ни был.
Изумрудные глаза следили за каждым движением Дайлена – за его взглядом, мимикой, движениями губ в попытке что-либо сказать. Он следил за все, внимал его словам, позабыв о том, что несогласный сын всё еще присутствует тут, и он, вообще-то, не потерпит игнорирования своей персоны. Он подошел, оказавшись не так далеко от гостя, но, скорее, будучи ближе всё-таки к отцу. Его руки рухнули на край стола, прижимая какие-то бумажки под собою, что с мягким треском впились в поверхность лакированного стола.
= Отец, ты только вдумайся, что говоришь…
Домыслы и слова капитана пиратов Черного Лотоса мало что значили для Нэйтара. Да, он знал, что он непосредственно участвовал в кампании на Серых Островах, он знал, что там он проявил себя не так плохо (не как очередной пират), однако для седоволосого была разница – говорить о каких-то островах и говорить о собственном, говорить о своей родине.

Но Коннор был непрекословен. Даже более – может, чересчур строг, но он не сводил глаз с своего собеседника – с Дайлена. Но взгляд мужчины ужесточился, стал более строгим, стоило оказаться сыну рядом.
- Я не нуждаюсь в советах, Нэйтар. – звучно сказал красноволосый, чья возрастная седина просматривалась местами у висков и в различных других местах. К столу он не приблизился. Спина, соприкоснувшись с удобной спинкой высокого стула, оставалась на месте. – Иными словами, Дайлен, ты хочешь предложить торговые пути с двумя островами взамен на то, что Верхизис поднимет твой флаг над островом?

Звучало недостаточно хорошо, но слова как темноволосого, так и слова Ал’акира, сидящего рядом с молодым йонко, подкупали – деньги и правда не имеют цвета. Тем более, Мировое Правительство и правда может закрыть глаза на это, но.. закроет ли руководство Морского Дозора на это глаза? Кем будет вице-адмирал, позволивший на своем острове подняться пиратскому флагу? Не более, чем шутом. Получит ли сын выговор? Определенно. Однако, попрут ли его с должности? Ох, вряд ли. А потому Коннор задумался. Одна из его ног бесшумно начала притопывать. Он думал.
Молодой йонко был отчасти прав, в любом назревающем конфликте с другими островами будет уместно иметь поддержку либо союзного острова, либо важной и влиятельной персоны, которую он предлагает. Это, помимо прочего, возможность укрепить собственный флот, наладить торговлю, что всегда означает экзотические продукты питания, материалы различной принадлежности и прочее, и, несомненно, технологии. Верхизис был не самым неразвитым островом, однако он никогда не отказывался от истории, от всевозможных технологиях прошлого, что вполне могло найти свой отклик в настоящем и будущем. По крайней мере, главнокомандующий королевской гвардии знал и верил, что его соотечественники-ученые найдут этому применение. А если уж не найдут, то найдут чужие ошибки, чтобы самим их не совершать.

Нэйтар напрягся. Его гордость пусть и была уязвлена, но он был бы глупцом, если бы дал волю чувствам, а потому сдержанный, но явно сердитый взгляд коснулся гостей поместья Рейнов. Если всё пойдет так, как скажет Дайлен, то будет правда шикарно, однако так ли прекрасна реальность?
= При всем уважении, Дайлен, но насколько уважаемым и страшным выглядит вице-адмирал, чья база находится на острове с поднятым пиратским флагом? Деньги есть деньги. Мировое правительство закроет глаза, если их будет предостаточно. Но что до Морского Дозора? Думаешь, Правительство повлияет на это только лишь из-за денег?

[id94151278:bp-36291248_253838|Equi]

Старший сын главы поместья не скрывал своего возмущения и обеспокоенности, поскольку обсуждаемая тема касалась не только будущего для родных земель, но и его службы в качестве офицера Морского Дозора, а также функционирования местной базы и работы людей, закрепленных за ней и подчиненных Нэйтару напрямую. Другими словами, наихудший расклад и неправильное решение, принятое в стенах отцовского кабинета, может поставить под удар его звание, всю карьеру, а также будущее его товарищей и солдат. Пока что всё выглядит примерно таким образом: на острове появляется Дайлен вместе со своей командой, солдаты королевской гвардии сохраняют нейтралитет и не препятствуют им, в то же время флотские остаются в стороне. После чего происходит несколько странных происшествий, начиная от встряски храма и ругани, которую, вероятно, свидетельствовали некоторые служители ордена и горожане у внешней территории, и заканчивая масштабным сражением, от которого поле боя ещё не успело остыть. С того момента, как Орлеанец причалил в гавани Антафара, прошло уже несколько дней, и высокопоставленные личности, такие, как Коннор и Нэйтар, получили информацию об этом в числе первых. Точно так же, как и почивший Джозеф. А это значит, что у беловолосого мужчины было время связаться с высокопоставленным руководством и доложить о присутствии Дайлена. Будучи объявленным в качестве нового Йонко, юноша вынужден мириться с особо пристальным вниманием к своей персоне и в особенности к передвижениям, за которыми наблюдают как разведчики Дозора, так и агенты Сайфер Пол, а также множество независимых информаторов и сторонних наблюдателей, – из Подполья, например. Ничего удивительного в этом нет, ведь он опасный пират. А из-за того, что в последнее время маршруты Чёрного Лотоса в беспорядке, уследить за ними только по направленности выбранного ими пути достаточно тяжело, а слежка по морю невозможна из-за летающего Орлеанца, информация о появлении команды где-либо особенно ценна.
Учитывая это, штаб-квартира наверняка уже рассматривает свои меры предосторожности в отношении присутствия Дайлена на острове, но пока бездействие Нэйтара можно объяснить тем, что правительство страны распорядилось не провоцировать пирата. Так бы и было дальше, не будь Ордена и его плана расправы над шаманкой. После того, как рыцари Джозефа и он сам пришли в движение, всё поменялось. Большой конфликт скрыть будет тяжело, как и смерть главы ордена Святой Ровы и его помощников. Если всё изложить в сухом остатке, то выходит, что Нэйтар в этой ситуации бездействовал и позволил молодому Йонко бесчинствовать, что привело к гибели важного лица. И тогда эта информация сыграет не только против Дайлена, обернув его злодеем, но и накроет тенью местных дозорных.

Посмотрев на напряженное выражение лица Нэйтара и его сердитые глаза, Дайлен размышлял о том, как бы им извлечь из этого пользу и обойти неприятности стороной. Причем в первую очередь он хотел уберечь от них людей напротив, а не себя самого. В конце концов, они оба – семья Ады, она будет расстроена, если на них обвалятся ненужные проблемы, тем более по вине команды.
Заручиться поддержкой Коннора, помочь Нэйтару, и не огорчить Аду.
Усталость не помогала, но боль в теле слегка бодрила, проясняя мысли.

- Всё верно, господин Коннор. И даже больше. – Обращаясь к главе семьи, заговорил пират. – Торговля с двумя островами – это только начало, ведь мир большой и никогда не знаешь, с кем доведется встретиться в путешествии. В этих водах много разных островов и некоторые из них могут стать нашими новыми союзниками. – Юноша подразумевал то, что в будущем под его флагом могут оказаться новые острова и стать дополнением к торговым маршрутам, решение о создании которых вот-вот зародится здесь, в стенах поместья Рейнов. – Первый приоритет в доступе к уникальным материалам и полезным ископаемым должен стать особенно полезным для производства и новых разработок, верно? – Дополнил юноша.

Дайлен и Коннор оба не были ремесленниками и не занимались изобретением чего-то нового, поэтому в полной мере оценить те или иные материалы и их потенциал они вряд ли смогут, но этим вопросом займутся надлежаще обученные люди. Позже Золотой Лев сам сможет оценить потенциал снаряжения и приспособлений, основанных на кристалле «саллейн», а умы Верхизиса определить значимость технологий с острова Мунхолд.
Остается прийти к согласию. И тут острым краем возникает ситуация Нэйтара.

Старший брат Ады задал вопрос, который мучает его на протяжении всего этого неожиданного разговора.
«Кто станет уважать вице-адмирала, чья база расположена на земле пирата?»
- Но ведь это зависит от обстоятельств, при которых всё произошло, разве нет? Мы не захватываем эти земли силой, поэтому Дозору нет причин навязывать нам конфликт и идти в бой. Благодаря этому можно избежать вреда для страны и её жителей. – Продолжая размышлять над выходом из проблемной ситуации, связанной с освещением произошедших событий, Дайлен начал свой разговор с дозорным, но пока не мог сформировать подходящую мысль.
«А разве у дозорных есть выбор, если приказывает Мирового Правительство? Насколько я знаю, Морской Флот подчиняется напрямую горосеям, а значит, правительству, разве что-то изменилось?» – Голос Лоркана прогрохотал у него в голове, отвлекая от потока мыслей.
«Так-то оно так, ничего не поменялось, но всё дело в новом главнокомандующем. Ты должен был знать о событиях нескольких последних лет, так что… Этот Акаину, сменив на посту «Будду» Сэнгоку, ужесточил борьбу с пиратами и занялся реорганизацией флота. А после выходки Руфуса, когда он объявился в старом Маринфорде, то, я уверен, главнокомандующий особенно взбешен. Короче, он может не подчиниться такому приказу и поступить по-своему или сделать это хитрыми методами.» – Ответил юноша, но к размышлениям так и не вернулся – его внимание привлек голос Ала.

= «От обстоятельств»… Верно, Дайлен, большое значение имеет то, как преподнести всё произошедшее. – Элементаль усмехнулся, а затем навострил взгляд на вице-адмирале. = У меня появилась идея и я бы хотел, чтобы вы присмотрелись к ней. Ты тоже, капитан. Для того, чтобы не зародить ещё больше вопросов и подозрений, пытаясь скрыть такой значимый инцидент, можно рассказать полуправду о том, что произошло за прошедший день, для всех жителей. В том числе и для людей из дозора. Вот как можно всё обернуть: Орден Святой Ровы, как и было взаправду, пригласил Йонко к Храму в столице для приватного разговора. И цель – просьба о поддержке, намерение провести государственный переворот со свержением нынешнего короля в пользу Джозефа. В обмен Дайлен получил бы безоговорочную лояльность от Бельницкого, а значит, и влияние на остров. Но после того, как Дайлен не согласился на такие радикальные методы, Джозеф учинил конфликт с пиратами Чёрного Лотоса, в ходе которого погиб. – Немного помедлив, Ал'акир вгляделся в лица Нэйтара и Коннора.
= Это всё часть правды, но без деталей об Адантии и желании Бельницкого казнить её. А после этих сведений начинается самое важное… Твои действия, вице-адмирал Нэйтар. О намерении Ордена свергнуть короля становится известно главнокомандующему королевской гвардией и при поддержке командующего базой дозора солдаты и флотские проводят арест оставшейся верхушки Ордена – высокопоставленных рыцарей и прочих служителей, близких к Джозефу. – Слова Ал’акира звучали спокойно, но прямо сейчас он предлагал собеседникам в скорейшее время начать резонансное событие, которое не останется без внимания обычных людей.
= Вопрос о бездействии Нэйтара улетучится сам по себе и кроме того, зная о том, что люди Ордена выступили против команды Йонко, не будет ли лучше, если местные силы сами о них позаботятся? Тогда пираты не перейдут к возмездию и в глазах общественности будет устранён назревающий конфликт интересов. – Беловолосый тихо выдохнул, бегло оценив реакцию капитана, и закончил. = На этом фоне возникновение дружественных отношений с нашей командой не станет возмутительным.

- Всех собак спустить на Орден, хах? – Вдумчиво протянул юноша. И ему также интересно узнать, что об этом думают Рейны.

Сценарий, описанный Ал’акиром, раскрывает действия команды в лучшем свете, ведь таким образом они помогли стране избавиться от заговорщиков, а Золотой Лев и вице-адмирал сделают всё, чтобы подавить остатки враждебности, при этом налаживая контакт с пиратами для разъяснения всех деталей. Мало кому эти обстоятельства покажутся странными.

[id161727686:bp-36291248_253840|Дова],

Коннор спокойно кивнул головой. Молодой йонко, несмотря на свой возраст, имел трезвое видение на этот мир, достойное такого звания. Материалы и правда были полезны острову, что бы это не значило: Верхизис – кладезь молодых и вольных умов, которые готовы творить даже из обычной соломинки, в том числе и оружие. Этот остров может стать крайне полезным для ведения войн и даже для обычного производства оружия, в чем Золотой Лев не сомневается. А уж про то, что в доках снежного королевства возводятся великие суда, которые могут служить несколько веков отроду, главнокомандующий решил молчать – этот патриотизм ни к чему, он, как и большинство островитян, будут восхвалять этот остров в любых проявлениях. Именно поэтому Нэйтар так вцепился за то, чтобы его база находилась здесь, и именно поэтому граф с семьей остались на родине, имея много возможностей покинуть её когда угодно.

Их разговор был сродни близкого знакомства. Дайлен мог не говорить о себе, о своем характере и о планах на жизнь, но мужчина уже знал, с кем имеет дело. То, как он говорит, как смотрит на ситуацию и что предлагает говорит больше о нем, чем что-либо еще. Он старается найти лучший вариант для всех, преподнося к этому минимальные жертвы. Орден, что встал не на тот путь, окажется козлом опущения. Как.. удобно и лаконично. Коннор со временем стал смотреть совершенно иначе на юношу. Его взгляд упростился, и он был похож на взгляд отца, довольного и гордого своим дитём. Дайлен не сказал ни слова, за которое граф мог бы усомниться, и будет неправильно сказать, что хозяину поместья это не нравится.

Взгляд зеленых глаз светловолосого мужчины перевелся на говорящего и… также упростился. Дозорный по-прежнему был в небольшом напряжении, но сейчас больше выжидал, слушая план, предложенный пиратами. Несмотря ни на что, Нэйтар мог мириться с тем, что они могут быть разбойниками, бесчинствующими на разных островах ради своей выгоды или просто ради веселья, если они могли работать на него. Но и у него были условия «работы». Он ни за что не будет слушать человека, который убил другого ради веселья, и большинство пиратов, с которым он встречался, были как раз такими.

Но и ради определенных личностей вице-адмирал дозора мог сделать исключения. Такой чести удосужилась Ада, которая, после битвы, в которой считалась погибшей, нашла контакт с ним спустя несколько лет. Там было много нюансов, но целью сестры, которая перешла грань того, чтобы считаться человеком, по мнению седоволосого, была месть – так думал старший сын главнокомандующего, который никогда не получал прямого ответа на множество своих вопросов. Но со временем догадался сам, что, возможно, произошло и кто за этим стоит.

Нэйтар хмыкнул. На его лице не просматривалось ни напряжения, ни злости – воздушный король был чересчур убеждающим, а его речи имели непрекословный смысл, словам которого невозможно было предъявить что-то. Это было хорошей возможностью – спустить всех собак на орден, особенно учитывая то, что семена сомнений давно были посеяны в сердцах жителей их королевства. Сыграть на этом будет не трудно, в том числе и помочь свергнуть злосчастную религию, которая учинила суматоху в Верхизисе – тоже. Игра стоит свеч. Но, увы, не стоила жизней, унесенных несколько лет назад. Думать об этом зеленоглазый не стал – все давно закрыли на это свои очи, и он не был исключением. Когда-то случившегося не воротить назад, а потому и переживать на этот счет не было смысла.

== Это разумное предложение… - неторопясь, произнес мужчина, несколько хмыкнув. Точно ли это так? Если вдаваться в детали, можно было повесить на них еще пару совершенных или несовершенных ими деяний, которые закрепили бы образ «плохишей» за ними. Как для глаз жителей, как для Мирового Правительства.

= Хорошо. Тогда, я думаю, мы пришли к согласию? – с легкой улыбкой на своих устах проговорил граф, упираясь об подлокотники кресла и поднимаясь на обе ноги. Своим действием он привлек внимание светловолосого, что взглянул на отца немного недоуменно, но все равно выжидая полностью его слов. – Дайлен, Ал`акир, благодарю за разговор. Я вижу, что вы устали, а потому не могу более задерживать. Отдохните, и мы обсудим детали, если вам они так важны. Чтобы спалось лучше, молодой йонко, хочу сказать, что можете считать Верхизис под своим знаменем. Я с сыновьями займемся тем, чтобы внести обсуждение в дворец и довести его до необходимого нам конца. Как будете готовы, Дайлен, мы продолжим разговор, но уже в другой обстановке.

Коннор поправил бордовую рубашку, чьи закатанные рукава держались на предплечье, и взглянул на сына, с которым он был одного роста. Им не нужно было произносить слов, чтобы понять друг друга в этот момент. Нэйтар сдержанно кивнул, чуть насупился. Несмотря на то, что теперь все его устраивает, идея отдавать остров пиратам ему не сильно нравилась, хоть он и знал, что это не обычное воронье, которых он бесчисленное количество раз ловил по своей юности, будучи хотя бы таким по возрасту, как и молодой йонко. Пираты из этой команды пусть и мелькали в рапортах и газетных сводках новостей, пусть и были причиной головной боли, но, в основном, не творили ничего артхаусного. Резня и бесчинство – не совсем про них, и с этим старший брат их корабельного врача готов мириться. Как, собственно, и с тем, что его младшая сестра является пиратом.

== Думаю, решение для основной проблемы мы решили. Остальное и правда обговорим потом, - добавил седоволосый, вновь возвратив взгляд к гостям. – Чувствуйте себя, как дома. Слуги проведут вас и остальных из вашей команды по гостевым комнатам. Если будет что-то нужно, то можете сказать им или кому-либо из нас непосредственно. Я пока всё равно какое-то время буду бодрствовать.

[id94151278:bp-36291248_253843|Equi]

После непродолжительного затишья в разговоре, отведенного на размышления, стало очевидно, что идея Ал’акира была воспринята с одобрением – не только его капитаном, подытожившим всю мысль в одной фразе и согласно кивнувшим, но и старшими Рейнами. И главное в этом как раз то, что даже Нэйтар счёл озвученный сценарий допустимым и подходящим как для королевства, так и для его дальнейшей службы в лице дозорного, чьё сердце по-прежнему стремится оберегать родные края. В свою очередь Коннору не придется беспокоиться о том, что его решения могут учинить серьезные последствия сыну, так как события утеряют ту резкость, что могла вызвать недовольство у его начальства.

Дождавшись коротких слов согласия от вице-адмирала, Золотой Лев вернул всё внимание к себе, вместе с тем поднявшись с главенствующего места в кабинете, чтобы подвести разговор к завершению. И это было разумное решение – разговор выдался не коротким, пусть и крайне продуктивным, и при этом на часах уже давно за полночь, а за окном – темнота и холод бушующей непогоды.
- Верно, господин Коннор. – Поспешив подняться вслед за красноволосым мужчиной, утвердительно заявил юноша. Его спутник последовал примеру капитана, но на сей раз сохранил молчание, довольствуясь лишь тем, что к его предложению прислушались все присутствующие. На деле Ал’акир остался доволен тем, что смог посодействовать в разрешении непростой ситуации, так как понимал, что Дайлен в любом случае не стал бы ущемлять старшего брата Ады, пусть тот и дозорный. Но ещё… Он целенаправленно выбрал орден козлом отпущения, так как, по его мнению, будет недостаточно лишь того факта, что главенствующие фигуры разбились в битве против них. То, что они вообще покусились на жизнь членов команды – уже существенный повод, чтобы хорошенько их проучить. Не говоря уж о деталях кровавого прошлого, в котором замешан Бельницкий и его приближенные, но об этом Ал’акир и не в курсе. И судя по итогу, Дайлен и Коннор с Нэйтаром примерно того же мнения.
- Ваша правда, у нас выдался очень долгий день и отдых лишним не будет. – Согласился пират, а следующие слова собеседника вызвали на лице Йонко широкую улыбку и блеск восторга в утомленных золотых глазах. – Спасибо! Я рад тому, что мне наконец удалось познакомиться с вами, господин Коннор, и за время личного разговора я почувствовал, за что местные жители так уважительно отзываются о вас, ха-ха-ха. – Сохраняя улыбку, дружелюбно рассмеялся брюнет. Несмотря на усталость, ноющую боль в теле и коварство замороженного яда, он по-прежнему был собой – оживленный и дружественный. В конце концов, перед ним – отец Ады, и поговорить с ним было важно не только из-за того, что у красноволосого огромное влияние на королевство, но и просто для того, чтобы лучше узнать его лично.
И теперь Дайлен мог сказать, что отец шаманки – интересный человек, полный уверенности и гордости, и во многом она на него похожа. Замечала ли это сама Ада?

- Благодарю вас за гостеприимство, Коннор, Нэйтар. С вашего позволения, я и моя команда останемся здесь до тех пор, пока Ада не поправится. – Проговорил пират, а после вытянул вперёд правую ладонь, намереваясь пожать руку Золотому Льву, чтобы закрепить результат всего разговора, прежде чем направиться к выходу из кабинета главы семейства.
= Доброй ночи, господа. – Тоже попрощавшись, Ал'акир вышел вслед за напарником.
Они оба вновь оказались в длинном коридоре, но теперь же их не сопровождал беловолосый дозорный, поэтому на короткие секунды в голове Дайлена поселилось замешательство. Он не знал точно, где и что располагается в этом доме, поэтому суетливо думал, куда они должны направиться, чтобы найти гостевые комнаты, что были выделены для их проживания.
«Ты как себя чувствуешь, Дайлен?» – Слегка лукаво спросил голос Лоркана, исходящий из разума пирата.

«Терпимо… Хороший сон должен помочь.» – Словно не заметив поддельный вопрос, непринужденно ответил юноша. Но он и сам знал, что его собственный ответ далек от правдивого. Говоря на чистоту, он не мог сказать наверняка, что будет после того, как он прекратит состояние «покрова» с эссенцией земли. Насколько мощной будет отдача от нового витка адаптации тела? И… Кое-какую долю неопределенности вносили раны, а если точнее – скопление яда в них, едва ли не поразившего внутренние органы.
«Мне можешь не заливать, я знаю твоё самочувствие не хуже, чем ты сам. Знаешь, это может прозвучать излишне опрометчивым и сперва покажется лишь ненужной нагрузкой, но я советую тебе не прерывать слияние. Если ты потеряешь сознание, то уже не сможешь поддерживать аккуратную заморозку тела, верно? Пойди, сядь где-нибудь и отдохни телом, но сконцентрируй разум.»
«Предлагаешь мне ждать, когда проснется Ада? Это… Хм. У меня не очень-то много вариантов, ха-ха. Я попробую.» – Недолго думая, согласился юноша.

Видимо, заметив замешательство на лице гостя, одна из служанок подошла ближе, намереваясь предложить помощь. Она бы отвела компаньонов в свободные комнаты, но Дайлен, закончив внутренний разговор, слегка мотнул головой.
- Пожалуйста, отведите меня в комнату, где расположили мисс Адантию. Я хочу убедиться, что всё в порядке. – Со спокойствием проговорил брюнет, неспешно направившись за служанкой по коридорам.
= Что будешь делать потом, Дайлен? – Намекая на покров, спросил Ал’акир.
- Пока побуду в нём. Ещё какое-то время я не буду спать. – Ответ мечника порождал ещё больше вопросов, но король воздуха воздержался от дальнейших расспросов, так как понимал, что у юноши есть на то свои причины. И одна из них на поверхности – Дайлену рановато терять сознание, пока рядом некому заняться его ранениями.
Алукард здесь совсем не помощник.

Комната, где уложили уснувшую шаманку, была достаточно просторной, но всё убранство накрыли тени, поэтому как следует осмотреться было сложно. Попрощавшись со служанкой, Дайлен взглянул на Ала, но на немой вопрос «Ты идешь?» тот с отрицанием покачал головой.
= Я проверю окрестности на тот случай, если кто-то следит за поместьем, а потом устроюсь где-нибудь поспать. Хорошего отдыха, Дайлен. – Медленно растворяясь потоком ветра, договорил элементаль.
Оставшись в тёмной комнате почти в одиночестве, юноша обратил свой взгляд в сторону той, что разделяла с ним тишину в спальне. Выдохнув с облегчением, темноволосый растянул уголки губ в улыбку и ещё немного поглядел на силуэт девушки, погруженной в глубокий сон. Затем он осторожным шагом подошел к дивану и устроился на нём со скрещенными ногами.
Раз необходимо сосредоточиться, то это подходящая возможность для того, чтобы немного разобраться в том, что же изменилось в нём самом…

Наконец настала тихая ночь.

[id161727686:bp-36291248_253844|Дова],

Конец диалога, согласие. Время идёт своим чередом. Коннор и Нэйтар проводили взглядом темноволосого и его верного спутника, –Ал’акира. Беседа выдалась интересной, и достаточно занимательной. Множество вещей, что были обговорены, стоят того, чтобы посидеть и обдумать их. Именно этим они сейчас и займутся, а пока…
== Не стоит благодарности. Вы можете оставаться здесь столько, сколько потребуется, ни в чём себе не отказывайте. Доброй ночи, Дайлен, Ал’акир, – молвил седоволосый, провожая взглядом двух визави. В то же мгновение, как они покинули кабинет, Золотой Лев выдохнул и сел в то самое кресло из которого ранее вынужден был подняться.
= Доброй ночи, – подхватил Нэйтар и проговорил это сразу же после отца, выказывая недавним собеседникам уважение. Хоть и не без сомнений. Ну не может он полностью отказаться от своих дозорных убеждений. Сразу – нет, со временем – вполне возможно. Впечатление, что оставила эта команда, сугубо положительное, от этого-то бывалый дозорный и черпает те крупицы спокойствия и смирения, что согревают его душу. Младшая сестра в надежных руках, а этот необычный парень – хороший, здравомыслящий лидер.
== Что думаешь, сын мой? – медленно протянул Золотой Лев, удобно расположившись в кресле. Голову он откинул назад, а веки прикрыл. Более нет необходимости поддерживать суровый, важный вид, в кругу семьи можно и расслабиться, полноценно. Кроме них двоих в комнате не было никого, а это значит, что самое время поговорить открыто.
= Отец, неужели ты в раздумьях? Мне казалось это я буду тем, кого не удастся им склонить на свою сторону, однако… – но не успел дозорный договорить, как спокойный, но в то же время жесткий и властный голос Коннора перебил его.
== Нет, дело не в этом. Я чувствую, что им мы можем доверять. Предложение проложить торговые маршруты между несколькими островами – идея занятная и интересная. Мы бы отказали, будь это кто-то иной, однако, эта команда довольна известна в мире, к тому же Ада путешествует с ними давно, и, как мне кажется, вполне счастлива, – проговорил он спокойно и без запинок, разве что под конец реплики голос его немного сел и стал отдавать хрипотой, но это быстро исправилось непродолжительным и коротким кашлем.
= Значит… Тебя не волнует их высокий статус в мире, верно, отец? – задумчиво произнёс Нэйтар, медленно шагая ко окну. Его руки ушли за спину и расположились на пояснице, ладони соединились, а задумчивый взор был направлен в небо. = Если они не причинят вреда Аде и она счастлива с ними, то это – главная причина почему мы можем им доверять?
== И давно мой сын стал настолько дальновидным? – с усмешкой молвил он и открыл глаза, выпрямляясь в спине. Удивительно. Время так быстро летит. Ещё недавно его дети были совсем маленькими, несносными сорванцами, а теперь… – Все дела отложим на потом. Отдых нам не повредит.
Они переглянулись и синхронно кивнули друг другу, выражая своё обоюдное согласие. Через несколько мгновений помещение опустело. Не было ничего, кроме тьмы, бездушных, пустых предметов интерьера, тишины ночи, небытия. Небольшие, тоненькие струи лунного света пробирались сквозь стекла и занавески, освещая своей яркостью дорогие ковры. Сегодня, в этом самом кабинете, да и не только, произошло много чего, и все эти события будут тесно переплетены в будущем, создавая единую сеть неизбежного. Ночь. Такая таинственная и притягательная. Медленно тянется к рассвету, а вместе с ней– жизни людей, что навсегда изменились под влиянием судьбы.

Мягкий свет какого-то светильника, судя по запаху - масляного - свербел в глазу, который не удавалось полностью закрыть. То есть, Мастерица вроде как нихрена не видела, дрыхла без задних ног, даже не в силах вспомнить, как сменила дислокацию с несчастного синего во всех местах Витторио на какое-то кресло. Возле нее хлопотала во всю девушка, которая помогала того самого Витторио расположить нужным образом, чтобы он наконец перестал напоминать замороженную креветку в собственном соку, кажется, то была служанка дома Ады, по крайней мере, смуглянка ощутила явственно, что уже видела ее.
Мышцы напрягались нехотя. Как отдельные запчасти у какого-то механизма, надсадно скрипящие и хрипящие, какой-нибудь старый десептикон обзавидовался бы тому обилию звуков, которые хозяйка ножа и топора услышала в самой себе, едва только отверзнув очи.
Последние несколько минут она точно не спала, пребывала в каком-то сумрачном бреду, наблюдая за миром как будто со стороны, но совсем не осознавая ничего кроме того самого запаха. От нее самой тем временем пахло окислившимся от потаявшего на руках и крыльях снега металлом. Разумеется, заржаветь в полном смысле этого слова от такого жалкого количества влаги ей не светило, но скрип мозгов перестал иметь столь же фигуральное значение, сколь и железность ее задницы.

Эвраш не помнила, как и каким образом она заставила себя подняться с кресла. Где-то на задворках глубоко нетрезвого сознания девушка помнила, что Дайлен наверняка отсутствует поблизости, к тому же, первым желанием смуглянки оказалось выяснение состояния и расположения в пространстве Адантии.
В доме ее семьи пахло уютом и спокойствием, но в то же время не менее явственно измотанная и опустошенная Эв ощущала тревогу, такую живую, что резко вспомнились бессонные ночи с матерью и отцом, когда последний был тяжело ранен на стройке и слег с неизвестной лекарю инфекцией. Много дней жара, необъяснимых мучений, трудно заживающая рана, которую надо было постоянно обрабатывать, но ни одна трава не помогала, как должно... Но хуже всего - ощущение гнетущей неизвестности, когда ни одна сила во всем живом мире не могла бы рассказать, переживет ли он следующую ночь и увидит ли очередной рассвет.
Ада рассвет точно увидит. И точно выздоровеет. Она сама неимоверно сильна, но и в той сущности Эвраш увидела нечто, что своей величественностью пожирало сами звезды. И оно представляло собой усталость и гнев всей ее широкой души, все, что Ада, кажется, много лет копила в себе, оторванная от дома и идущая совсем одиноким путем. В чем-то Эв ее понимала, но знала, помнила по глазам, что бездна эта куда глубже, что тайны в ее истории наверняка настолько болезненны, что их не описать за один вечер и близко. И те шрамы, что были вскрыты чьей-то мерзкой рукой...
Но, кажется, воплощение всей этой боли, Мантикора, вряд ли дала бы в обиду свою хозяйку. По крайней мере, такое ощущение сложилось у Мастерицы позже, когда пришлось столкнуться с ней тет-а-тет.
Через не хочу и пару непечатных выражений в три строки, произнесенных хриплым каркающим шепотом, Эвраш вынула таки себя из кресла и встала. С хрустом свежей французской булки она выпрямила спину и тут же, едва сдержав вскрик, чуть не завалилась обратно - и ее шрам дал о себе знать, ибо в него и воткнулись злосчастно, а теперь создалось ощущение, что из ее плеча вполне обязано торчать какое-нибудь копье. Боль предательски отдавала в спину и хряпчик, заставляя вспомнить добрым словом предков вражины по самое очко, но спустя несколько долгих мгновений синевы в глазах и кружения мира вокруг, Эвраш таки совладала с туловом.
Сначала она обнаружила служанку, что хлопотала над обустройством воды и тепла. Не ожидая приглашения или просьбы, Эвраш подошла, молча подхватила тяжелый таз, закрыв покуда собственную рану металлом, потом занялась очагом.