[Гранд Лайн, 3 путь] Верхизис. 7-ой остров

[id94151278:bp-36291248_244852|Арзу]

Внешне Дайлен не приобрел никаких изменений после целой серии этих странных вдохов, и он всё ещё продолжал втягивать морозных воздух, полностью игнорируя его резкость и раздирающий гортань хлад – это никак не могло навредить повелителю льда и ветра. С большим интересом наблюдая за тем, как зверь увеличивает дистанцию между ними, в ответ на это юноша продолжал парить на одном и том же месте. Даже не так, это была не левитация, а преобразование воздушных масс в твёрдую поверхность, незримую ни одному взгляду. Ему оставалось лишь сохранять устойчивую стойку с клинками на уровне торса, готовясь отразить любое возможное нападение или сразу перейти в молниеносное наступление. Можно сказать, сложившаяся ситуация оказалась очень удобной для самого парня – у него было достаточно времени, чтобы разложить в голове поток мыслей и сформировать основу внезапно всплывшей идее. Несмотря на то, что изначально он ожидал яростной контратаки от мантикоры, готовясь ко второму раунду быстрейшего обмена ударами, озверевшая девушка поступила иначе и отступила, начиная летать вокруг него. И на это у неё был веский повод! Ведомая инстинктами, монструозная фигура захотела дождаться хотя бы того момента, когда свежие раны на теле перестанут кровоточить, а её единственно действенное оружие перестанет пульсировать болью. Было бы не ошибкой последовать вслед за зверем, чтобы оставить ещё пару новых повреждений, но сейчас парень акцентировал внимание не на этом.
- Хфф… – Теперь он в открытую отвернулся от своей противницы, направив взор в сторону отдаленных пейзажей этого района.
Ранее, когда парень задержал взгляд на небе, он открыл для себя очевидную параллель, натолкнувшую его на целый ряд размышлений. То, что привлекло его внимание, было тёмной глубиной снежных облаков, застилающих ночное небо, которые напоминали морскую пучину – непроницаемую завесу необъятных просторов воды.
«Я и забыл. Когда человек съедает дьявольский фрукт, приобретая разные и порой колоссальные силы, он также отрекается от моря. Человек, съевший дьявольский фрукт, никогда больше не сможет плавать. Это… Наверное, моя сила – одна из немногих, что может позволить начисто игнорировать этот недостаток. И всё же, он есть. Стоячая вода, даже в ванной, начинает лишать фруктовика сил. А что будет, если его полностью погрузить под толщу воды?» – На этих размышлениях он сделал очередной вдох и бегло смерил гигантскую Аду взглядом.
«Она потеряет свою концентрацию, а затем силы, и сознание покинет её. Тогда… Ада должна войти в привычную форму. Теперь вопрос остаётся в том, как мне это сделать.»
Место их столкновения находилось на перепутье между тремя главными городами всего острова Верхизис, о чем юноша был прекрасно осведомлен благодаря карте в голове, которую он запомнил с удивительной точностью ещё немногим ранее. И элементалист мог сказать, что до морских линий было далековато, что делало новую задачу на пару ступеней сложнее, чем могло показаться. Ещё больше головной боли доставлял тот факт, что от этой дороги по всем направлениям находились поселения! Впрочем, на деле не всё так плохо… Твёрдый взгляд золотых глаз опустился в сторону приметного озера, раскинутого достаточно близко к той дороге, по которой следовали пираты. Оно казалось крайне удобным местом, говоря о зародившемся в уме пирата плане. И единственные нотки сомнений связаны с тем, что Дайлен не знал даже примерную глубину водоёма. Но попробовать стоило.

А пока надо бы вернуть внимание главной причине этих событий. Адантия Рейн, преобразившаяся во владычицу ночи, злорадно протянула свой нечеловеческий голос, чем вызвала неоднозначную реакцию со стороны беловолосого. Устрашающий голос вселит ужас и смятение всякому, кто его услышит, но по некоторым причинам на пирата он не воздействовал.
Помощь? Никто ему не поможет?
Он хмыкнул, прокрутив у себя в голове звериный рокот. А потом разжал правую руку. Меч метели отлетел в сторону, и парень присмотрелся к широко раскрытой ладони.

«Сейчас именно ты – та, кому нужна помощь. И для этого я здесь, сражаюсь с твоей беспощадной сущностью мантикоры. Я здесь, чтобы протянуть тебе свою руку помощи, Ада.» – Теплый свет из его глаз буквально лился в сторону хищного взгляда зверя. Могли ли мысли и намерения достигать глубины чужой души? Это вопрос, на который он не мог дать ответа.
Нет ничего плохого в том, чтобы принять чью-то искреннюю помощь. Поднимаясь из несчастий и проблем, скрепив руки с надежным человеком, так или иначе ты становишься сильнее. И эта открытая рука… Она не была исключением.
- Ухф… – Вновь вдохнув, беловолосый сжал в пальцах рукоять меча метели, а потом вытянул уголки губ в скромную улыбку.
Пришел его черед действовать, чтобы воплотить желаемое в реальность.

Тысячи шипов и игл, выстреливших из поверхности кожи мантикоры, не несли никакой угрозы для тела логиста, за исключением тех, что были напитаны волей вместе с руками. Именно эти отростки Дайлену приходилось отбивать ударами мечей, но, почувствовав синхронное с выстрелами наступление, он перестал задействовать клинки и ускорился ветром, начиная уклоняться от опасных шипов, а иногда даже пропуская их прямо сквозь своё тело, образуя сквозное пространство. Ещё мгновение и послышался хлопок от столкновения – лезвия ударились об когти, высекнув сноп искр. Таким образом он полностью погасил мощный удар одной из лап, но от внимания юноши не ушло движение, начатое другой рукой монстра. Движение для захвата было легче атаки, а потому имело скорость на уровень выше. И всё же… Когда раскрытая ладонь попыталась сжать пирата, его тело вдруг растворилось прямо между громадными пальцами. Он исчез!
И вдруг со стороны завился поток ветра, вмиг воплощая тело Дайлена. Темп битвы снизился и пока дело не дошло до очередной серии скоростных ударов, парень мог воспользоваться таким невообразимым способом перемещения, вливаясь в сам воздух. Так что это была лучшая ситуация для раскрытия заготовленного им приёма… Хотя его можно было бы приберечь и усилить ещё, но со своей целью он уже решился.
- … – Беловолосый приоткрыл рот, хмуро уставившись прямо на тёмную фигуру перед собой. И затем… Прогремел неразделимый гром и раздался грохот, когда само пространство всколыхнулось от появившейся силы. Это явление чем-то напоминало воздушные бомбы, сотканные из сжатого воздуха, вызывающие приличные разрушения из-за резко высвобождаемой силы. В сражении против Рука они сыграли немалую роль, ведь с их помощью Дайлену удалось нанести тому серьезные увечья. Но в то же время то, что обрушилось на тело мантикоры, кардинально отличалось от них. Если бомбы сжатого воздуха высвобождали мощь во всех направлениях, то происходящее концентрировало её только в одном, буквально собираясь в одной точке. Это… Была по-настоящему Безжалостная сила, сминающая всё на своём пути неостановимым потоком. Едва покинув лёгкие парня, она взорвалась мощнейшим ударом, способным отбросить и подавить даже столь огромную и сильную фигуру, как эта владычица ночи. И ударная мощь дыхания, вылетевшего изо рта элементалиста, имела все шансы сокрушить гору до состояния пыли, но, ко всему сожалению юноши, ранее ему не доводилось проверять этот приём на практике, а потому наверняка сказать он сам не мог.
- Фху. Лети! – Восстановив дыхание после мощного залпа, тут же прокричал Дайлен, а затем и сам сорвался вперёд. Ведь то, куда должна была отправиться мантикора, если в неё действительно попало дыхание ветра, было пространством над примеченным озером Лай.

[id161727686:bp-36291248_244854|Дова],

Её противник что-то замышляет. Но что? Впервые за все время монстр Не ощутила на себе взгляда в какой-то момент, что, честно говоря, её насторожило. Он не в первые отводил взгляд куда-то в сторону, но чтоб настолько долго это делать… интересно. Темноволосая неоднозначно хмыкнула и продолжила свой полёт, позволяя сильному ветру в пытаться сдуть её волосы и иглы за спиной. До приближения та вновь ощутила на себе взгляд, но помимо него увидела еще и раскрытую ладонь, избавившуюся от дивного меча. Такой знакомый жест… но.. к чему он?
Среди желтых искр в глазах на мгновение прояснилась зелень. Нахмурившиеся брови расслабились, и хищный звериный взгляд теперь казался обыкновенным, человеческим. Но лишь на мгновение. Этот взгляд с вопросительно, но будто бы с надеждой смотрел на руку, пока, также внезапно, её губы не дрогнули в недовольном оскале, а голова не наклонилась вниз, будто бы стряхивая что-то. В следующий раз, когда Дайлен встретился с её взглядом, он снова мог почувствовать на себе дикие глаза, полные ненависти. А следом – почувствовать на себе её нападение. Но он исчез. Монстр растерялась лишь на миг, но ей уже подсказывал инстинкт, где явится её противник, и два желтых ока направили свой взгляд туда. Руки за взглядом не поспевали.

Мантикора зажмурилась, максимально сжалась в один большой комочек, но это всё равно не спасло её от повреждений. Непойми что взорвалось буквально перед её лицом, и откинуло нечеловеческих размеров тело куда-то в сторону на больше ста метров. И это всё – моментально. Её тело уносило быстро и беспрепятственно, и из-за согнувшихся крыльев ничего не мешало самой силе удара и гравитации контролировать, где же очутится монстр.
«Невероятно,» - сердитым и низким тоном раздалось в её голове. Её просто взяли и сдули? Смешно. До боли в челюстях смешно, как же абсурдна эта ситуация даже на словах! Однако, это оказалось реальностью. Не просто дурной мыслью, пришедшей во время обыденных дел. «Невозможно.» Её кулаки сжались от злобы. Казалось, будто бы внутри всё болело сильнее, чем снаружи, перекрывая боль от причиненных ранений. Ей снесло всё до мышц на правой руке – той, что оказалась ближе всех к мечнику, начиная от костяшек и заканчивая шеей. Даже лицо пострадало с правой стороны, где местами кожа также не выдержала удара. Ветер неприятно обдувал оголившуюся плоть монстра, приводя в чувства. Это и помогло собраться.
Хорошо ориентируясь в пространстве, гигант перевернулась спиной к небу, расправляя как конечности, так и крылья. Она вывела подконтрольный ей яд на поверхность собственного тела, чтобы закрыть им новые травмы до того момента, пока те сами не смогут затянуться. Каждая фаланга перепончатых конечностей была выставлена на свой природный максимум, а сила, с которой её выбросили в этот путь была достаточной, чтобы сейчас разогнать ту и позволить ей взмыть в небо лёгким положением крыльев. Только на высоте в 300 метров над землей та прекратила свой быстрый полёт, просто планируя по ветру. И прекрасно зная, что, или кто за ней идёт.
У Мантикоры было предостаточно времени, чтобы набрать сил и воздуха полную грудь как раз тогда, когда к ней приблизится властитель воздуха и льда. До его ушей тогда вполне могла добраться вибрация в воздухе, окружившей темное тело, и чем ближе он был, тем громче был рык, зарождающийся в легких. Из середины грудины, стремясь выше, к самому подбородку и даже губам вел извилистый след, выжженый прямо посреди её толстенной шкуры с плотной короткой шерстью. Этот след был будто бы шрамом, разлезшимся на настолько большое расстояние, что его длина была сопоставима росту её врага.

И, будто бы соответственно её врагу, он засиял, пока напряжение внутри зверя росло, пока, наконец, не раздался вместо далекого гула самый настоящий рык, вырывающийся из её уст с невообразимой силой. Это была пародия на его воздушную бомбу, не иначе, однако она была направлена, конусообразной формы, и.. была неистово оглушающей. Вместе с могущественным рыком зверя, в её голосе снова замешалось змеиное шипение, и, находясь совсем рядом с источником звука, можно было услышать тихий, но человеческий крик, полный боли и отчаяния. Вместе с этим рыком из её пасти вырвалось необыкновенное количество газообразного яда, шедшее с разинутой пропасти, окруженной острыми, как кинжалы, клыками.
Это длилось буквально с четыре секунды, но когда пасть резко захлопнулась, за ней будто бы потянулся яд. Отовсюду, где только был – с воздуха, не успев ещё раствориться и смешаться с окружающим окружением, с кончиков шипов, и, в том числе, двинулся тот яд, что попал в тело и кровоток Дайлена. Только шевельнулся, но этого хватило, чтобы мантикора осталась довольной и вновь начала наносить многочисленные удары, даже не обращая внимания на то, куда переместилось их сражение.

[id94151278:bp-36291248_244856|Арзу]

Разрушительная сила этого дыхания преодолела защиту даже ночного кошмара перед ним, усеяв поверхность её тела множеством глубоких ран, раскрывающих оголенные мышцы и поток странной крови. Возможно, кому-то со стороны могло показаться, что это незначительное достижение, особенно при мощнейшей регенерации зверя, однако сам пират осознавал один простой факт, дошедший до него во время боя: чёрные чешуйки и толстая шкура мантикоры поглощают ударную мощь даже его серьезных атак мечом, не позволяя рассечь плоть до последнего. Другими словами, она по-настоящему прочна! Даже полноценная канонада целой флотилии боевых кораблей, вероятнее всего, не смогла бы оставить на поверхности её тела таких же серьезных повреждений, как дыхание повелителя воздуха. Его вполне можно поднять на ещё несколько уровней, но на данный момент парня удовлетворил и этот результат, поскольку телу Ады можно было слегка посочувствовать. И он бы даже поругался на себя за излишнюю безжалостность в нападении, не будь у монструозного тела грозной регенерации. Пусть эта особенность и вызывала затруднения, но в этом смысле она была даже на пользу!
«Небесное слово… Оно помогло мне отодвинуть бой ближе к озеру, и не похоже, что эта махина о чем-то подозревает. Хорошо. Значит, осталось ещё несколько этапов, а потом посмотрим, получится ли заставить мантикору искупаться в холодной водичке!» – Раздумывал юноша, догнав отброшенную противницу. Та уже успела накрыть ранения коркой яда, избегая лишней кровопотери, а затем начала втягивать воздух и готовиться к своему ответному шагу. Очевидно, внутри неё кипели ярость и возмущение, вызванные произошедшим событием. На такое невозможно закрыть глаза и стерпеть, когда ты – гордый и безжалостный ночной монстр! Да что уж, даже уверенные в себе люди, столкнувшись с таким возмущением, решились бы огрызнуться, вот только не все могли позволить себе преодолеть могущество той атаки. К сожалению для мечника, зверь перед ним как раз была в числе тех немногих.
«Кажется… Она хочет продемонстрировать нам собственное дыхание? Это занятно.» – Отзвенело в разуме парня, а затем он крепче сжал рукояти мечей. Он прекрасно чувствовал, как мантикора собирает побольше воздуха и напрягает лёгкие, чтобы через несколько мгновений выпустить наружу подавляющий звериный рык. Воля наблюдения предостерегала его от назревающей опасности, а потому он не стал бездействовать.
Один. Затем ещё один, и ещё. Потоки ветра складывались друг на друга с поразительной скоростью, воплощаясь плотным воздушным барьером, полностью окружившим тело пирата небольшой сферой. А потом с пасти мантикоры вырвался душераздирающий рык, способный не просто оглушить человека, а порвать ему барабанные перепонки и заставить кровь вскипеть. Чем-то две их атаки и были схожи, но различий между ними всё же больше, чтобы называть их приёмами одной направленности. Эта разрушительная звуковая волна… Простые способы обороны могут оказаться начисто неэффективными против неё! Но речь не о воздухе. Плотная сфера погасила половину силы смешанного крика, а потому до ушей беловолосого дошел только остаток, оставивший после себя продолжительный звон. На деле, даже если бы он получил удар в полную силу и его перепонки взорвались от перепада давления, логийность тела быстро бы исправила ситуацию. Однако кратковременное оглушение это бы не исправило, а ударная волна сбила бы всё его наступление.
= Ох..! Опять этот яд, и его стало так много всего за пару секунд! – Разразился Лоркан, своим невидимым взглядом осматривая область вокруг них. Не будь у Дайлена воздушной прослойки и способности очищать окружающий воздух, они бы оказались в полном окружении этой отравы.
- К счастью, под нами больше нет других людей. – Прежде он беспокоился больше не о том, что его самого может настигнуть газообразный яд, а о тех, кто не имел никакой защиты перед ним или даже оказался без сознания из-за всплеска королевской воли.

Хотя юноша не испытывал никакой жалости к рыцарям ордена святой Ровы и тем, кто взялся работать на них в этой миссии по перехвату, но… Они всё ещё были людьми, выходцами этого острова, и бесконечно голодный монстр из ночных кошмаров не должен был стать их последним врагом в жизни. По крайней мере, не эта сущность мантикоры, овладевшая телом шаманки.
- Вперёд! – Уверенно воскликнул беловолосый, одновременно с этим делая шаг вперёд и раскрутив сферу потоками ветра. Его ноги за два шага перешли в стремительный рывок, позволяя юноше невообразимым полётом, напоминающим бег по самому пространству, сократить дистанцию между ними до минимума.
«Три коротких этапа. Итак, чтобы сместить её к воде, надо… Заблокировать её крылья.»

Хватка на правом клинке стала настолько жесткой, что пальцы юноши невольно покрылись льдом, практически сливаясь с общим оттенком оружия. Внутри него содержалась метель, сжатая до состояния лезвия, и она несла в себе пронизывающий насквозь холод и опаснейший шквал льда. Именно этим клинком Дайлен и сделал первый взмах, нацелившись на необычную грудину противницы. Можно было подумать, что он вновь пытался перерубить ей мышцы на плечах длинным ударом, но этого вида юноша и добивался. Лёгкий, незаметный взмах мечом действительно нёс в себе режущую атаку, но когда мантикора сосредоточит свой взор на том лезвии, то поймет…
Оно стало совершенно пустым. В момент своего удара Дайлен полностью выпустил метель из руки, лишившись своего правого оружия. Это серьезно повлияло на возможность отбивать новый шквал атак, поэтому он ушел в глухую оборону, закрывшись круглым щитом, поверхность которого испускала мягкое сияние рун, вызывающее блеск многочисленных кристаллов. А уже через несколько секунд и спустя десяток яростных ударов когтями, случилось это!
Сжатый поток метели раскрылся, нахлынув на громадные крылья мантикоры! Морозный воздух и лёд полностью поглотили перепончатые конечности зверя, заковывая их в ледяные оковы.
Но было бы глупо предполагать, что без полной заморозки это сможет удержать силу гигантских крыльев, а на полное обморожение Дайлен бы не пошел. Поэтому он, вопреки возможным ударам встревоженной противницы, перешел ко второму этапу. Перехватив рукоять меча-торнадо двумя руками, элементалист занял твёрдую стойку и с наступающим шагом рубанул наискось. В момент замаха сжатое лезвие клинка вырвалось вперёд, воплощая собой вихрящееся буйство воздуха, благодаря бесконечному вращению способное отбросить тело мантикоры. Сопротивляться этому было бы проще с дополнительной опорой, но те мгновения, когда у противницы не будет возможности двигать крыльями, и станут решающими. Без опоры она подобна листу, подхваченному ветром.
И… Направление импровизированного броска вело тело владычицы ночи прямиком к пространству над водой. Если всё получится, перед пиратом останется всего один определяющий этап!

[id161727686:bp-36291248_244858|Дова],

Как и думало воплощение ночи – её противник что-то замышлял. Он специально отдалил её от больших скоплений людей? Её нюх и её звериная сущность не чувствовала в ближайших километрах людского запаха, а значит, что план светловолосого удался. И пусть чудовище и было голодно, всё, чего сейчас хотела рогатая – одержать победу в этой неравной схватке, чтобы вдоволь насладиться своим поздним ужином. И всё ничего – громадное тело пусть и отлетело на какие-то сотни метров, но всё ещё было относительно цело и уже собиралось контратаковать, показав, кто здесь ночной владыка, но… рёв не возымел эффекта на её цель. Даже не так… человечишка даже не поморщился от такого звукового удара, который, вообще то, может убить. Да ладно там рёв, но что на счет яда! Он везде вокруг неё, он в каждой клеточке её тела, он даже попал в его тело – в его кровь, однако, когда мантикора притянула его к себе, в теле мечника ничего даже на миллиметр не сдвинулось.
Что позволяет себе этот человек? Само его существование – насмешка над ней. Не иначе. Но он заставляет могущественную тьму не только испытывать небывалый гнев, но ещё и.. типично, но думать. И что же делать с жертвой, которая не подчиняется её голосу, не падает замертво от одного вдоха её яда, которая получила лишь пару царапин в сражении с ней, а ведь даже от самой маленькой должна была уже прекратить свою жизнедеятельность? Она чувствовала его кровь. Её когти сумели ранить, но яд не смог. Значит ли это, что против мечника действуют только такие атаки?... Как неудобно.
Взгляд, что уже не источал безумную ярость, стал серьезнее, темнее, холоднее. Свет в её глазах не померк, но будто бы стал впитывать в себя всю тьму, и её же источать. Однако, какое дело может быть до глаз при ближнем бое с ней? Хаха, ну точно.. рука дернулась в попытке словить меч, целившийся ей в грудь, однако тот оказался очередным ветром, который она ловит… издевательство, не иначе. И этот же самый ветер, чуть позже, нанес ей подлый удар в крылья.
Мантикора сразу же почувствовала, что что-то не так, однако что можно было сопоставить морозу? Это не то, от чего можно уклониться, или к чему поставить блок. Её крылья от самых когтей стремительно покрывались изморозью, и всё, что оставалось кошке – прикрыть их, позволив себе начать вольное падение вниз. Удерживать гигантское тело в воздухе было некому и нечему, а потому недолго она продержалась напротив Дайлена, с каждой секундой становясь всё ниже и ниже, но это всё равно не полностью уберегло от удара мечом-торнадо, и её всё равно отбросило (пусть и не далеко).
Сила торнадо была впечатляющей. Ту, чья чешуя была подобна бескрайнему ночному небу, и в чьих отблесках можно было застать лунный свет в хорошую погоду, и правда начало затягивать относительно необходимой парнише местности, но темноволосая не была так проста. Это доказывали многие факты, и её противник и без них, и с ними прекрасно знал об этом. Особенно из-за того, что даже снесенная кожа, прикрытая ядом, уже закрылась собственной корочкой, а в некоторых неглубоких местах затянулась уже вместе с кожей. По мощным крыльям, скованных льдом, начали вздуваться вены от напряжения. Момент, нет, секунда, и лед у самого основания начал трескаться, не позволяя переходить на спину. Две секунды, и крылья, словно взрыву, разорвали противную оболочку, вскинувшись по разным сторонам, а желтоглазая сделала один единственный взмах такой силы, что вместе с ней подлетел и хваленый торнадо, потерявший из-за встречного потока свою силу. С небывалой скоростью и мощью тёмный силуэт понёсся вверх – прямо в Дайлена, наровившись задеть его когтями и оттолкнуть вместе с собой на уровни выше, чем они были.

[id94151278:bp-36291248_244859|Арзу]

Действия пирата могли показаться отчаянными – чтобы совершить свой трюк и заморозить крылья, он пренебрег целым шквалом атак когтями. Пусть он успел закрыться своим щитом, но в разные стороны уже устремилась красная человеческая кровь. Всего несколько мгновений замедления, связанные с нанесением собственной атаки, предоставили зверю отличную возможность исполосовать его грудь и правое плечо острейшими когтями. Наложенный ранее лёд растрескался, впитывая свежую кровь, а по кровеносным сосудам, растерзанным при нанесении ударов, заструилась порция яда в ещё большем объёме, чем это было в прошлый раз. Из уст Дайлена сорвался приглушенный вскрик, рожденный глубоким чувством боли – разрывались мышцы, а вместе с тем свой эффект давал и блуждающий яд. Но он оставался в ясном сознании и полностью сконцентрированным, а потому уже в следующую секунду прозвучал треск льда. Вся правая сторона его груди вместе с ключицей и плечом были превращены в ледяную скульптуру, вновь блокируя распространение яда по крови, а также его пагубное воздействие. Замораживающая способность в руках юноши становилась естественным врагом подобного рода атак, так что замешательство владычицы ночи, неосведомленной о тонкостях стихийных воздействий, было ожидаемым. Может, будь сама Ада в сознании, она бы могла вырвать яды из его крови невзирая на толщу льда, но зверь перед мечником действовал только врожденными ей навыками, не углубляясь в мастерство.
Подступивший хлад успокоил боль, а лёд сдерживал как отравление, так и обильную кровопотерю, благодаря чему Дайлен смог всецело сосредоточиться на следующей атаке мечом-торнадо. Несмотря на всё отчаяние и поспешность этих действий, Дайлен видел в этом пути наибольшую эффективность и без раздумий рискнул, получая раны. Причина на то была одна: он всем сердцем стремился вернуть прежний облик Аде, а потому торопился сбросить её тело в воду, заблаговременно понадеявшись на эффективность этого способа. Чего стоили пара ранений и даже яды в жилах по сравнению с тем, когда он наконец сможет взглянуть на её спокойное лицо?
«Ты знаешь? Порой такая решительность даже настораживает. Не переусердствуй.» – Раздался голос в разуме мечника. Прекрасно разделяя все чувства и эмоции с юношей, король воздуха не мог упрекнуть своего капитана в неосмотрительности.
- Ха-ха-ха! – Казалось бы, рассмеявшись без причины, Дайлен вложил весь свой вес в совершенный удар, проталкивая мантикору к самому настоящему краю. И когда это произошло… Укрытые льдом крылья наконец разбили свои оковы, а мощный взмах разбросал осколки во все стороны, после чего два вихрь столкнулись. Клинок-торнадо истратил большую часть своей мощи и был на пороге того, чтобы развеяться, поэтому выдержать противостояние ему было не суждено – поток воздуха, вызванный крыльями, разбил форму вихря и повсюду разорвалось само воздушное пространство. Однако...
«Извини меня, Ада… Сейчас тебе будет немного больно и неприятно. Прошу, потерпи.» – Золотой взгляд устремился к яростному взгляду зверя даже сквозь вскинутые в атаке когти. Послышался неприятный скрежет, когда щит Магнус встретился с атакой монструозной девушки, а затем Дайлен развел свободные руки.
- Опустошение. – Окончательно оправившись от звона в ушах, беловолосый проговорил лишь одно слово, наделенное таким весом, будто это был приговор.
Поднявшийся хаос ветра, вызванный столкновением двух противоположных потоков, и резкий свист, последующий всем этим порывам, стихли в одно мгновение. Появившаяся тишина казалась такой неестественной, что в происходящее даже не верилось, но мирно плавающий снег служил подтверждением тому, что ужасная буря куда-то исчезла. А вернее… Исчезло не только движение ветра, но и сам воздух!

Выделив область примерно в шестьдесят метров, Дайлен создал вокруг них двоих столб вакуума, почти соприкасающийся с поверхность воды. В то время, как для элементалиста это не несло никакого вреда, поскольку он сам находился в изоляции, на тело владычицы тьмы обрушилось воздействие перепада давления, а её лёгкие попросту опустошались, подвергаясь резкому сдавливанию. Но главное… Даже освободив свои крылья, мантикора не могла летать, поскольку им стало нечего охватывать во взмахе! Примененное парнем умение можно без тени сомнений назвать козырной картой против тех, кто решается сражаться с ним в открытом небе.
И это противодействие было придумано вместе с Ал’акиром в процессе боя, а также являло собой третий и завершающий этап. Наблюдая за тем, как его противница вот-вот начнет терять контроль над ситуацией, беловолосый надеялся лишь на один итог. Под ними раскинулась вода озера Лай… Была не была! Утерев струйку крови с уголков губ, Дайлен усмехнулся в сторону звериной сущности!

[id161727686:bp-36291248_244860|Дова],

До ушей зверя доносились звуки боли, смех и одно простое слово от её противника, и если бы Мантикоре кто-то сказал раньше, что от перечисленного ей будет нанесен вред, то она бы сильно в этом засомневалась. Но сейчас сомнения не было. Она слышала одно обычное слово, а потом – ничего. Ни шума ветра в ушах, ни его дыхания, ничего. С первой секундой она лишь распахнула побольше веки, задевая длинными ресницами брови, и уже потом поняла, что и все движение перед глазами остановилось. Несущийся вслед за разбитыми порывами ветра снежинки застыли, в какой-то момент, на одном месте. Волосы мечника не развивались, а в груди с каждой секундой начинало словно гореть.
Её уста приоткрылись, и монстр поняла, что не может сделать ни вдоха. Она прекращает лететь по инерции, а новый взмах ничем не помогает, и её тело начинает падать вниз. Мантикора не понимает, что происходит, и это её ужасает. Животный инстинкт бьется в панике, и это было видно в её глазах – она боялась, и ей, в конце концов, было больно. Легкие застыли на вдохе и начали увеличиваться в размерах. Какие-то структуры начали типично для них, в такой ситуации, погибать, отчего ко рту и носу стала поступать кровь, что начинала вскипать в верхних дыхательных путях и затем застывать, превращаясь в ледяную крошку, не более. Тоже самое становилось и с ядом, чьи выводные протоки были под когтями, во рту и в жале хвоста. Он вскипал, превращался в газ и замерзал, иной раз не сильно покидая тело, и это всё стало для монстроформы одной сплошной болью.
Раздался звучный хлопок о лёд, его треск и шум воды. Затем – первый вздох монстра за эти примерные 10 секунд свободного падения.
Послышался скрежет когтей об лёд. Ей повезло упасть недалеко от берега, а потому её спина почти тут же ощутила дно под собой, разломав зимнее покрывало озера и оставшись на какое-то время в воде, что во время приземления слегка поднялась и омыла тело ночного охотника. Желтоглазой нужно было время, чтобы что-то понять и собраться с мыслями, однако звериное чутье кричало об опасности нахождения в воде. Пара секунд, и тело гиганта покинуло место собственного падения, едва корчась от боли, которую она никак не может унять. Рывками или прыжками она сумела отдалиться на свыше 200 метров, вцепившись правой рукой в грудь. Это не лишало её жжения, однако та уже чувствовала, как мелкие структуры в легких потихоньку начали восстанавливаться, а противная боль либо становилась привычной, либо отступала. Благодаря этому в голове стало яснее, и теперь наконец-то её посетила трезвая мысль, пусть и присущая зверю. Теперь она сражается не для того, чтобы поесть.
Несомненно, Мантикора голодна. Она соткана из тьмы, её чешуя – воплощение звезд, крылья – небесная гладь, пасть – бескрайний путь, а глаза – черные дыры, поглощающие все на своём пути. Она монстр, и в первую очередь – хищник, убийца. Клыки, когти, шипы, яд, рёв или чарующий голос – любое из представленных становилось последним для её жертв, однако сейчас.. против нынешней жертвы она практически бессильна. Неважен размер, сила, скорость. Неважно, как остры её клыки (ведь он оставил на них корку льда), мощны её руки (ведь он отталкивает их воздухом), силен и очарователен её голос (ведь он не поддается гипнозу). Несомненно, он ранен. Но он все ещё жив, и сейчас лишил покровительницу неба возможности летать, дышать. Что он, черт подери, ещё может?
Теперь она сражается для того, чтобы выжить. Её проигрыш будет означать только смерть, а кошка этого принимать не собирается.