Гранд Лайн. Маринфорд(G-1).

[id564078609:bp-36291248_265720|Φιλία],
Немного прошло времени с конца собрания. Как бы не хотелось досидеть до самого конца, но Малвина решила поторопить габаритную Изельду. Тут ситуация была как с лошадью на поводьях: она-то может легко вырваться из хватки и убежать, но вместо этого спокойно следует за человеком, не возникая. Так и Изельда. Встала и пошла прямо за ней по одной простой причине – только её одну она знает.

— Ой, уже уходим? Ладно! — Сидр же, что даже не слушала ни вице-адмиралов, ни адмирала, просто с улыбкой вскочила из-за стула и быстро догнала компанию, поровнявшись с ними.
— До свидания, Доррен. — успела попрощаться она с редким собеседником. Надеется ли она когда-нибудь встретиться вновь? Вряд-ли. Отойдя подальше от большой толпы, до того как они оказались в не менее ненормальной компании, Изельда вздохнула. — Всё это так важно... Морока... — честно призналась она.
— Чего раскисла?! Мы же дозорные, работать должны в поте лица и радоваться! Правда, хе-хе... — продолжила девочка уже тише, чтобы никто за пределами их скромной компании не услышал. — Я даже их не слушала... Нудно как-то!

Дальше – больше. Внезапно встав на месте, Изельда сверху вниз глянула на подругу. Что же она задумала? Как оказалось, прямо рядом с ними крайне узнаваемые личности! Как минимум Уль-Бреккер узнала Вильгельму, которая только что была на заседании и получила новое звание. Далее лица были ещё ярче: шичибукай Руджу и Асперо! Глаза дозорной мигом расширились от удивления и лёгкого страха перед такими гигантами (и плевать, что сама Изельда повыше будет).

— Фигасе!! Шичи! Пойдём поговорим с ними!! — сказала Сидр лейтенанту, глядя на уходящую к ним Малвину. Мелкая, похоже, вообще ничего похоже на волнение не испытывала. — Они хоть и пираты, но раз под надзором дозора, то вроде неплохие ребята. Не знаю.
— Эм, э...
— Пошли!! — девочка поднатужилась и буквально приволокла к Фуско ещё и Изельду, которой лишь оставалось стоять на месте подобно статуе.
Как оказалось, они поначалу обсуждали ныне покойного шичибукая Санджи. Его друзья отдали ему почести, пообещали выпить за него. В целом, состояние Изельды можно было вполне сопоставить с Фуско, только барашка и до жуткого кровавого следа ставила себя ниже всех окружающих. Ей не угрожали, не били, даже не оскорбляли. Да что уж, на неё и внимания никто не обратил, настолько неподвижно она стояла. Будто стала невидимой. Но действительно ли стала невидимой двухметровая туша в доспехах? Не сказав и слова, ей и самой ничего сказать не желали. Может оно и к лучшему.

— С-соболезную вашей потере. — тихо выдавила девушка из себя. Ей наконец хватило храбрости сравняться с Малвиной, а не стоять позади неё, словно трусливый ребёнок. Люди перед ней не были дозорными, и всё же она отдала честь. — Изельда Уль-Бреккер. Простите, что вмешалась в разговор. — поначалу она говорила через чур официальным тоном, но всё из-за боязни людей перед собой. — Просто... К-как человек, который тоже прошёл через подобное, не могу не выразить соболезнования! Не падайте духом, ведь самое последнее, чего хотел бы ваш друг – видеть вас со слезами на глазах! — на одном дыхании Изельда словно по бумажке выдала небольшую речь. Довольно громко, чётко, к тому же стоя подобно натянутой струне. Расслабиться в этой обстановке у неё не получалось как бы она не хотела.

[id13305767:bp-36291248_265404|Станислав],

Мичио

- Да я понимаю. – Только и ответил Мичио. Собственно, что тут можно было ещё добавить? Фокс и сам прекрасно понимал характер капитана, что тот не сильно-то и разговорчив. Пожалуй, для некоторых людей это был минусом, ведь как всем известно, лучше поболтать и узнать больше информации, чем вытаскивать ее «клещами».
К разговорчивым людям тянулись больше, нежели чем к молчаливым. В этом и был минус такого характера. Правда, Куромари не страдал от этого. Его команда давно привыкла к нему. Конечно, между собой они могли и общаться много, но с Мичио они обсуждали не часто. И то, пожалуй, разговоры были больше по делу, чем про реальные вещи.

Когда же они пришли в место назначения, их встретил подчиненный Маркуса, который поприветствовал седоволосого, отдав честь. Сам же капитан кивнул в ответ, мол вольно, но вице-адмирал опередил его мысли и произнес их вслух, чем упростил задачу седоволосому.

Дальше было следующее: Фокс устроил тренировку, так сказать, «размять косточки» перед битвой. Видимо скучные бумажные дела ему надоели, собственно, Мичио его прекрасно понимал в этом плане. Так что вызвался поддержать товарища.

- Пожалуй, я воздержусь. – Сказал Куромари. Вся обстановка не особо располагала к тренировке, но вот поприсутствовать, легко. Хорошо хоть не в качестве мебели. Кто его знает, чем может обернуться последний поход на Серые острова.

- Как считаешь, будут ли следовать дозор высказыванию Рёкугю? – Задал вопрос Мичио своему товарищу. Речь шла о том, что адмирал против того, чтобы дозорные объединялись с пиратами в группы, ведь это будет считаться равносильно предательству.

[id137425398:bp-36291248_265697|Руджу] бесспорно, интриговала своей личностью - сильной и эксцентричной. Безусловно, крайне любопытной. По слухам было невозможно представить, каким человеком она являлась на самом деле и птица действительно рада, что представилась возможность познакомится. Санни определенно хотелось бы пообщатся с ней еще при возможности и обстоятельствах более приятных.

Тем не менее, [id564078609:bp-36291248_265720|по] [id29752100:bp-36291248_265727|пришедшим] [id752983679:bp-36291248_265779|дозорным] взор серых глаз гулял так же свободно, как нежный морской бриз по берегу. Ощутимо? Да? Бесит? Кого как. Но как ветру нет преград, так и этому взгляду не мешало ничего, ведь смотреть никто не запрещал, правильно? Да и девица не пыталась смотреть в душу. В конце концов, чтобы заглянуть туда, требуется метод более простой, а проще обычного вопроса словами через рот нет ничего. Ведь ей просто хотелось кое что понять.
Блондинка сжала букет, остановив наконец взгляд на [id213233084:bp-36291248_265703|Асперо] и переведя обратно на новых собеседников. Тут же, пожалуй, впервые за время пребывания в этом месте, зазвенел ее голос, не ограниченный соблюдением тишины или необходимостью вести себя тише воды. Простой разговорный тон, однако звук лился высокий и сильный, который, казалось, можно четко услышать даже при полном балагане или страшной буре.

- Нам, безусловно, очень приятно ваше сопереживание. - Спокойные слова сопровождала вежливая улыбка с едва заметными нотами грусти. Такой себе эмпатичный осадок, который оставляет после себя траур близких людей. - Но, как я могу понимать, вы ведь пришли не только, чтобы выразить сочувствие, не так ли?

[id13304865:bp-36291248_265782|Михаил],
Маркус

Несмотря на отказ Куромари по участвовать, Маркус не сколько не расстроился. Он как раз решил пострелять из других револьверов, начав с черного, тот что по увесистей, с ним было немного сложнее чем с предыдущим, но оттачивать свой навык стрельбы всё-таки следовало. Поэтому он стрелял от бедра, как раз тренируя быструю перезарядку.
Такой метод позволял стрелять не очень прицельно и более широко, но когда ты постоянно развиваешь в себе чувство прицельного огня и зоркий глаз, это не становится проблемой. Наоборот, приобретаешь большое преимущество против противников, которых больше одного. А вот эти движение буёв были сродни движущимся противникам, которые могли прятаться и отпрыгивать в стороны. Выстрел из этого черного револьвера при быстрой перезарядки звучал как выстрел из пушки, при этом излучая черную дымку, будто пропитанный сажей дым. Но он быстро развеивался после того как барабан пустел.
Резвые и прыгающие буи хорошо выполняли свою функцию мишеней, но чем быстрее ввелся огонь, тем медленнее они казались. Всё-таки это испытание хорошо работало против стандартных мушкетов и винтовок. Для солдат и их подготовки. А не против Вице-Адмирала, который только на голом умении поражает цель дальше положенной для того же револьвера. Главное знать своё оружие и понимать как действует баллистика. Не говоря про очень тонкие настройки, которые можно было рассчитать математически, а так же на чистом опыте.
После черного револьвера на смену ему пришел третий, который был просто большой, но в руке у Маркуса он нормально помещался, несмотря на то что его стрелковая часть была не меньше как у дробовика. Его в принципе можно было держать двумя руками, просто придерживать нижнюю часть ствола, только там не было никакой рукоятки для этого.
Они выстрел из данного агрегата почти не требовал баллистического расчета, особенно на то расстояние, которое было для первой линии целей. Выстрел из данного агрегата раздался с таким грохотом, будто разом рвануло несколько пушек одновременно. А сама пуля не просто поразила мишень, она разбила её в клочья и полетела дальше, поразив еще по меньшей мере три мирно болтающихся на водной глади мишени, примерно с таким же эффектом что и первая пораженная. Этот пущенный выстрел добрался почти до самой дальней линии мишеней. Но всё-таки не долетел.
С револьверами было всё понятно, Маркус убрал все револьверы в кобуры, вернувшись к столу. Для стрельбы ему всё-таки надо было встать на определенную точку за ним, что бы не было никаких преград для стрельбы. Но проблема в том, что ты сам особо не двигаешься при тренировки стрельбы, но тут ловкость не требовалось.
Пока он стрелял, он мог обдумать вопрос Куромари, и когда он сделал эдакий перерыв, мог спокойно ответить на его вопрос:
—Надо мыслить немного шире. И использовать ситуацию в свою пользу. В рамках Серых Островов особенно. Как было раньше. Лучшем получить хоть какой-то плюс от временного союза, чем разгромное поражение, если мы начнем просто бить друг друга, в итоге нас просто разобьют в пух и прах. Тем более… — Маркус сделал паузу, подхватывая одну из своих винтовок, проверяя магазин и передергивая затвор:
—Кроме Адмирала Рёкугю есть еще Адмирал Кизару и Адмирал Моддок, чьи виды отличаются от его. Но мне почем знать о чем они думают? Просто делаю выводы за годы службы. Мы всё-таки и не братаемся с пиратами, мы извлекаем выгоду для себя из ситуации. Наша задача не бросить тень на весь Морской Дозор, репутация немного важнее чем устраивать резню там где не нужно. Особенно, если мы не получим желаемого. Если только Главнокомандующий не направит всю боевую элиту на это дело. Тогда, у нас есть шанс. В остальном, лучше обойтись меньшим ради большего. — заключил Маркус, начав тренировку с полуавтоматикой, но с ней было куда скучнее, потому что она не обладала ничем невероятным. Поэтому как только магазин опустел, Маркус быстро вернул его на стол.

—Главное не сомневаться в своих решениях. Если они никак не затрагивают конечную цель. Не надо проявлять жалость к тем кто действительно наш враг, как и быть слишком строгим к союзникам или возможным союзникам. Понимаешь? — Маркус стоял в пол оборота к Мичио, изредка на него поглядывая во время разговора, Ганс же стоял можно сказать рядом с Куромари, он не участвовал в разговоре, но иногда кивал.
—Будь я на месте господина Рёкугю, я бы предпочел занимать активную позицию и в то же время созидательную. Но мне кажется это на меня повлиял Адмирал Моддок в своё время. Коли союзник, пусть временный, то наблюдай, смотри и слушай. Может быть это когда-то поможет, и может не тебе лично, а твоим товарищам. Если ты конечно поделишься этой информацией потом. Ну ты же понимаешь что я имею ввиду? — Маркус не говорил прямым текстом о чем он говорит, но всё-таки тут не нужно было иметь семь пядей во лбу что бы догадаться. Или продолжить мысль самостоятельно.
—Кстати! Если снова вернешься на остров Джанго Фета за тем предателем, по старайся взять его живым и отправить в тюрьму. Для него точно подготовлен уже котел на одном из этажей. Хе-хе… — Маркус как-то злобно усмехнулся, показав свои заостренные зубы в кривой улыбке. Сейчас Фокс взял в руки тот самый новенький мини-пулемет, который был дальше всех. Лента для него таилась в небольшой коробке. Блестящие патроны так и играли на свете солнца. Закрепив коробку на спине, с помощью плотных ремней и сам пулемет на специальном крючке, Маркус снова встал на нужное место.
—Ганс, как долго я могу стрелять из него?
—Если вы израсходуете весь магазин, то полторы минуты. Я зарядил его несколькими видами патронов, они будут меняться. В патронике сейчас три тысячи патронов. Сначала идут шарики, потом стержни и на финал полноценные. Но вы может и не заметите разницы при стрельбе. — объяснил Ганс. На что получил одобрительный кивок.
Маркус встал в удобную стойку, удерживая правой рукой за заднюю рукоятку и левой за ту что была с верху и прожав нужную клавишу запуска, пулемет немного удлинился, его стрелковая часть закрутилась, но она пока просто крутилась, словно разогреваясь. А следом последовали выстрелы. Звучало это будто налетел рой жуков, какое-то грубое жужжание. Пульки или же шарики вылетали с такой скоростью, при том что они были подготовленны и каждый десятый патрон и даже пулька имели особый светящийся эффект, от чего эту дугу было видно не вооруженным глазом. Как эта дуга просто рубит мишени будто это были вовсе не пули, а какой-то слэш. При том что дальность стрельбы была действительно длинная. Мишени просто разлетались на кусочки если ввелся прицельный огонь, даже не прицельный был достаточно широкий, достаточно было по водить прицелом так как нужно и поражалось почти всё что попадало на пути стрельбы, не говоря уже про то что сами буи тоже разлетались на части, а не только мишени на них.
Но как только патроны закончились, пулемет просто остановился, его крутящийся стволы немного покраснели от стрельбы. Но лишь немного, будь у него больше патронов, наверное он бы покраснел полностью от накала.
От мишеней остались только множество обломков и осколков, которые плавали в воде.
Маркус поднес раскаленный тройной ствол ближе к лицу и сдул легкий выходящий дымок:
—Неплохо. Но это пока голая стрельба. Если скомбинировать с моим фруктом, то может быть куда эффективней и более зрелищно. Хах! — единственно чем Маркус не воспользовался, это была его винтовка. Но он так давно с ней ходил, что мог наверное с закрытыми глазами ей управляться.
—Ганс, думаю мы закончим на этом. Пострелять было правильным решением, пусть и коротко. Скорее просто вспомнить как это делается. Оттащи всё на корабль и пусть остальные уже будут готовы к отплытию. Как только будет дана отмашка, так сразу мы выдвинемся на место. — проговорил Маркус, Ганс кивнул, ему просто надо было подождать когда пулемет остынет. Но остальное, он быстро собрал. Хотя там большинство имело свои кофры. Хотя револьверы Фокс решил оставить при себе сейчас.

Поэтому оставались только большое оружие для переноса.
—В общем, Куромари. Я думаю что нам нужно сосредоточиться на цели больше, чем о пиратах. Конечно, я бы на их месте просто не подставлялся под удар, если будет такая ситуация. И самому лучше не попадать под удар таких пиратов или кого-то еще. Надо всё-таки расставлять приоритеты. Прикончить противника, жертвуя слабым союзником или спасти сильного союзника от непредвиденной ситуации. — Маркус растянул свой ответ на короткий вопрос, хотя мог бы ответить куда проще. Но это было скорее рассуждение, чем ответ.

[id13305767:bp-36291248_265121|Станислав],

Мичио.

Хорошо, что Маркус не расстроился. В целом, Мичио вряд ли мог подумать бы о том, что вице-адмирал может быть чем-то огорчен. Вероятно, такие моменты и были, просто Куромари не застал их.

Пока капитан был в компании своего товарища, он наблюдал за тем, как вице-адмирал тренируется. Собственно, зрелище было самым обычным, ничего удивительного. Это было до тех пор, пока Фокс не заговорил с Мичио.

Капитан выслушал речь Маркуса. В чем-то и была правда, но пока что, седоволосый рассматривал альянс с пиратами, как второстепенный вариант, нежели чем скооперироваться сразу же. Пусть вице-адмирал и считал иначе, но Куромари придерживался позиции Рёкугю. Вполне возможно, что на поле битвы, он поменяет свое мнение и будет придерживаться другой тактике.

- В своих принятых решениях, я не сомневаюсь. – Ответил парень, а затем кивнул на слова Маркуса про «понимаешь?».

- Не известно, сколько у него соратников. Однако. – Мичио задумался на пару секунд. – Это будет момент чести. Тот, кто предал дозор, должен понести наказание. Таким людям нет прощения. – Добавил Куромари.

Как и его отец, Мичио придерживался строгой позиции и был предан Мировому Правительству. Он считал, что раз ты служишь во благо дозора, то должен делать это, как гласит устав. В противном случае, такие «дозорные» не нужны на службе. Пусть это и выглядит странно, но пока что не нашлось иных причин, чтобы Куромари думал иначе.

После продолжился диалог, где капитан кивнул. Он понял ценные указания, и принял тот факт, что там, на Серых островах, нужно быть внимательным. Не подставляться, но и, по возможности, не лезть на врагов, как свадов, так и пиратов. Ведь неизвестно, какой они обладают силой.

В разговор вмешался «звонок» по Ден-Ден Муши. Седоволосый ответил.
= Тайчо, все системы проверены и готовы к бою. FEAR также настроен. Может отплывать в любое время. Ждем ваши указания.
- Хорошо. – Ответил Куромари. Возможно, осталось немного времени, до отплытия.

[id564078609:bp-36291248_265720|Φιλία],
"Истории зовут меня..."
Эти странноватые на вкус слова коснулись разума через какую-то туманную дымку. И первой их почему-то обнаружила Горыныч. Она - или оно - общупала их чутким драконьим языком, смяла в когтях...
"С-с-с-смертным духом пах-хнет. Кто-то кас-с-сался. С-с-с моей с-с-стороны."
В тот момент Асперо и невдомек оказалось, что же может значить такое выражение из уст трехголового "соседа". Все же, это существо всегда полнилось Небытием, но Джарвис впору было заявить, что сама она не слишком далеко ушла и ей самой пора бы чуять все, что оттуда исходит.
Приход дозорных, их речь, то, что миледи Фуско решилась все же разделить с ней горькую ромовую юдоль - все это тянуло куда-то вперед. Но куда именно - сложно разобрать, покуда история сама не покажет свой язык и не навострит уши.
И не потянет...
Букет во всей этой картине ощущался, как нечто недавно потерянное и снова найденное. При том внезапно неуместным символом, как если бы Асперо принимала какие-то поздравления, поскольку одно дело, когда компания состоит из пары лиц, другое дело - когда к ним присоединяется еще энное количество личностей.
И в этом плане она хорошо понимала гнев Руджу, оставшийся еще не до конца высохшей отметиной прямо на накидке женщины. Запах крови забивал нюх, вторгался в мысли, заставлял образы былого бродить прямо под кожей и рваться наружу.
Но пока она могла сдержаться. Эти люди не были виновны в какой-либо из ее бед, а коли косвенно - то и не считается вовсе, мир вообще несправедлив, но в своей дороге каждый в первую очередь сам виноват, принимая то или иное решение.
А сейчас они рискнули подойти, зная, кто она. Еще и присоединились другие личности, образовав вокруг пиратки и ее пернатой подопечной целый кружок интересантов.
Значит, таково их решение. Не удивительно, что Малвину в целом ситуация напугала, будь на ее месте Джарвис, она бы тоже искала, кто же пал от руки Молниеносной, ведь именно такая мысль появлялась от ее действий и слов. Не удивительно, что она первым делом обеспокоилась о тех, кто под ее "крылом" - но именно этим она надолго запомнится Песцу. Ох надолго. Какие бы пути ни свели в дальнейшем эти две странные тропы, по ту сторону точно будут помнить, какова она - Фуско.
Словно сбросив наваждение, красноволосая наблюдала за тем, как жест трубки мира в лице фляги с ромом перетекает через одну дозорную в другую - и на том прерывается. Строгая воля, строгие желания, чуть грубоватый интерес и следование собственным принципам - вот, что сама Шичибукай успела в ней заметить. С островатой приправой страха перед продемонстрированной силой. И перед неизвестностью, нечто, что заставило вернуться куда-то в глубину. Розз ощущалась старшей сестрой. Младше самой Шичибукай по нраву и, в чем-то, даже повадку, но при этом в ней жила и расцветала та проволока, что делает из человека благородный яростный пламень, ведущий других за ним. Проволока, из которой запросто можно как слить копье, так и сваять добротную кольчугу, как для себя, так и для других.
На взгляд Асперо, оно было присуще им обеим - но Малвине скорее второе, тогда как Вильгельме - первое.
На протянутый ей трехглавый цветок Асперо уставилась сначала... буквально как баран на новые ворота. Он явно все еще пах, пусть и отдаленно, кровью... Быть может, из-за Руджу. А, быть может, и нет.
Подняв на мгновение глаза, полные спокойного и даже миролюбивого понимания, она словно бы не обратила внимание на слова, похожие все же на нечто дежурное. Она много раз слышала подобное в дозорном госпитале на Батерилле, подарившем ей профессию и бессовестно забравшем молодость.
Но что позабавило красноволосую, внезапно даровав Розз ласковую, почти утешающую улыбку - говорить такое после слов адмирала "с пиратами не якшаться, а не то порка" казалось на слух почти увольнению подобно. Из таких серьезных уст такой почти подростковый бунт...

Право слово, не будь они на плацу под взглядом досужим, женщина бы обняла обеих. Но вместо этого приняла кристальный цветок и аккуратно вложила в центр букета. Как символ вечности, не иначе.
Но слова Изельды заставили женщину улыбнуться куда шире. Противный комок из горла куда-то исчез, а глаза наконец перестало жечь изнутри. Не имея возможности коснуться чего повыше, Джарвис сделала шаг вперед и коснулась локтя Уль-Бреккер.
- Светлая трепетная душа... Благодарю тебя, да и всех вас. За слова, за деяния... за смелость. И, все же, впредь будьте осторожны. Говорят, цепного зверя баловать нельзя - а коли все же доброта ваша впереди слов досужих, надлежит это прятать должным образом. Помните, что наш с вами взгляд наверняка различен, не даром мы по разные стороны морали. Кто знает, может, однажды вы уже не сможете мне посочувствовать. Надеюсь, в тот миг вы не пожалеете об этом дне - поскольку смысла в этом чуть, лишь признать себя дуралеем.
Асперо отшагнула, обведя всех взглядом спокойным, но все таким же теплым, она развернулась и направилась в сторону, с которой удобнее всего окажется направиться в сторону Панголина. По пути, строго рассчитав расстояние, дабы никого не задеть, она постепенно сменила облик - до той поры, пока все присутствующие не смогли лицезреть возвышающегося над ними и морем трехглавого ящера, распростершего крыла. И явно ожидающего решения Санни - отправится она сама или на ее спине?
Наверняка, Асперо знала, что фляга осталась у Фуско.
Быть может, именно такой и была ее последняя мысль об этом престранном совете.
_______

------------------> Панголин

Ром волнуется раз.
Фляга была отторгнута, и цепь передачи замкнулась. Но Малвина столь аккуратно отвела бутыль по обратному направлению, что могло додуматься: девушке не впервой играть со вниманием окружающих. Будто она и вовсе не предлагала «напиток скорби» [id29752100:bp-36291248_265728|Вильгельме], и движение руки было связано лишь с приветственным молчаливым моментом, сложившимся между ними обеими.

Слова, сорвавшиеся не бездумно, но с «онемевшего» под воздействием недавнего события языка, возымели эффект куда более оглушительный для сознания – не только голубоглазой особы, которая почувствовала странного происхождения укол в тех глубинах, что душой зовутся. И пока красноволосая шичибукай трогала эту спонтанную фразу, что сама собой образовалась, взгляд Малвины всё ещё был задержан на невысокой (же?) блондинке. Вопрос её, как сквозь толщу воды прошедший, тронул старшего лейтенанта отделённым образом. И то ли потому, что Фуско привыкла отвечать сама за себя в первую очередь, то ли атмосфера к тому располагала, слова [id416417287:bp-36291248_265783|Санни] не были ею проигнорированы, но и ответ был неоднозначен:
– Верно, – и такая же ни к чему не обязывающая, непринуждённая улыбка. Такую эмоцию могли бы тоже приписать к «дежурной», и отчасти так и было: как немаловажная составляющая образа и передачи внутреннего мира наружу. Но, к вопросу возвращаясь, было бы странным, если порыв дипломата был завязан исключительно на стремлении выразить сочувствие. Незнакомцам. О незнакомце. Но цели прихода так и не оказались озвученными; может, даже и недопонятыми до конца самой Малвой.

Ром волнуется два.
Рукой подтянула флягу ближе к груди, без привлечения внимания ловко закупоривая ту. В уголке глаза уловила передачу, случившуюся между [id213233084:bp-36291248_265816|Джарвис] и коммандером. Но не стала голову в ту сторону воротить, чтобы позволить процессу стать более интимным для них обеих. Кротко пробежалась взглядом по поверхности бутыли, неудобно под подбородком, слишком низко, задержавшуюся в руках и отвлеклась, уже когда Уль-Бреккер проявила себя сбоку. Тёплая гордость разлилась по сердцу, когда Изельда, своей присущей искренностью и прямотой, обратилась к шичибукаю. То едва уловимо отражалось в её прозрачном взгляде, вперившемся сначала в профиль [id752983679:bp-36291248_265779|Изельды], а после – соскочившем на касание Асперо локтя светловолосой сослуживицы.
Два-три предложения красноволосая женщина успела сформулировать прежде, чем подбородок Фуско вновь плавно оказался вздёрнут, и внимание целиком утопло в лице собеседницы «по другую сторону морали». Малвина внимала словам, но не врезала их себе в голову; она принюхивалась к подаче и смыслу, но лишь для того, чтобы через ситечко внутри себя пропустить.
– Нельзя жалеть о днях: ни о днях встреч, ни о днях разлуки, – скорее себе под нос, но довольно целенаправленно вслед красноволосой женщине произнесла Фуско без повышения тона голоса. Доля собственного согласия. Базовая истина, что лучшие дни – создают впечатления, а худшие – преподают уроки. Хотя последним словосочетанием она мягко вновь коснулась темы смерти. Но стоило Джарвис откланяться на множество шагов от них, как…

Ром волнуется три… танцу жизни и смерти не пройти.
Малвина в достатке резко обернулась к Изельде, утыкаясь ей в предплечье лбом. Подруга могла почувствовать, как по дипломату гуляет дрожь, и как синие волосы живут своей жизнью на затылке, доступном глазу с высоты барашки.
– Страшно-то как… – честно шатким тоном обратилась к сослуживице Фуско, будто позабыв, что рядом всё так же пребывает Вильгельма. Будто…
Тем не менее, сейчас, уткнувшись в знакомое «плечо», Малвина преисполнялась одной короткой мыслью, вовсе ни к себе приплетаемой, а к Изельде относящейся: «Живая…». Фляга с ромом зависла всё там же, возле груди, ещё не привнося в голову дипломата осознание, что она не оказалась возвращённой. Что она теперь – собственность новой хозяйки. Пока…