Патрулируя улицы Идры, им довелось пройти и через оживлённые бары, где круглые сутки играла заводная музыка, и мимо зелёных парков, где люди проводили нездорово дорогой здоровый отдых, и даже наткнуться на выступление артиста, что пытался своей экспрессией привлечь внимание щедрых спонсоров. Всё это интересно, ярко и в каком-то смысле умиротворяюще, однако Мария никак не могла выкинуть из головы недавнюю встречу. Всё думала об этом Элиане, будто бы действительно могла понять смысл его слов. И не обращала внимания ни на что вокруг.
Гейл всё поглядывала на подругу, почти не удивляясь её витанию в облаках. Если произошло что-то занимательное, Мария будет прогонять это в голове ещё пару часов — это знает каждый, кто знаком с младшим лейтенантом лично. И будет хорошо, если за это время Мария не начнёт загоняться о вещах, что придумала для себя сама...
Таким образом, лишний раз проверяя отстранённость коллеги, Гейл решила поговорить о невозможном.
— А я вот считаю, что земля плоская, — невзначай сказала та, убирая руки за голову. И поглядывая на девушку краем глаза, проверяя реакцию.
Послышалось лишь короткое "угу".
— Там, внизу, стоят слоны, черепахи, киты и прочие отморозки. Когда кто-то из них чихает, в море поднимается буря, а на островах проходят землетрясения...
На этот раз ответа не последовало, будто бы Мария не слушала вовсе. Это заставило Гейл раздражённо нахмуриться.
— А ещё я слышала, что на месте Идры построят огромную зубочистку, что будет доставать до луны.
— Да, ты права... Стоп, что?! — и всё-таки Мария пришла в себя. Пусть и с круглыми от удивления глазами, ведь не каждый день Гейл несёт такую чушь, но всё же девочка вернулась в реальность. И тут же получила лёгкий, как бы дружеский, подзатыльник.
— Я говорю, что ты не должна отвлекаться от патруля, Мария! Все эти знакомства с большими людьми не идут тебе на пользу: ты начинаешь думать о них слишком много, будто бы вас что-то связывает.
Мария поправляла причёску, что так варварски была испорчена ударом подруги.
— Поняла-поняла, — вздыхала та. — Я на этом острове, знаешь ли, уже несколько недель торчу. За каждую возможность цепляюсь, лишь бы слинять. Или хоть сделать денёк интереснее...
— Сначала говоришь, что это из любопытства, а потом загоняешься по мелочам. Знаем, видели... Бери пример с меня: я вообще не думаю!
Мария покосилась на подругу с сомнением.
— Вообще не думаешь? Не верится как-то...
— Но это правда так. Говорят ведь: крепче знаешь — меньше спишь, — она самоочевидно пожала плечами.
— Ты вообще всё перепутала... Да и вообще ведёшь странно ни с того ни с сего!
— Не страннее тебя, знаешь ли...
** ** **
ONE PIECE RP ·
[Гранд Лайн, 2 путь] Тенгейр. 1 остров.
Вечер. Теперь, закончив с патрулированием, минуя отчёты и наконец-таки добравших до ценных минут свободного времени, можно было выпустить пар. Гейл, для примера, могла зарубиться в карты с другими солдатами, прячась от начальства. И хотя это часто выходит ей боком, другого досуга, кажется, она не смогла найти. Тем временем Мария, будучи совершенно других взглядов на мир, занималась тренировками в зале. Ведь тот день, когда ей придётся встретиться с Чёрным Робертом, рано или поздно наступит, а значит нужно быть готовой дать ему отпор. Она искренне верила в это, как и в необходимость защищать невинных от ужасов этого мира. В общем, причин махать мечом день ото дня было достаточно.
Слышались частые вздохи, удары кулаками о груши и скрежет тренировочных механизмов. Даже поздно вечером, когда многие покинули зал, здесь всё ещё царила жизнь. Несмотря на то, что на Идре не предвидется никакой войны, многие предпочитают и дальше оттачивать боевые навыки. Кто-то просто хочет держать себя в форме, другие выпускают пар, третьи пришли сюда из под палки. А Мария, например, часто тренировалась с длинным мечом — практически с таким же, каким владеет в реальности, но из дерева.
— Йо! До завтра Мария, — крикнул её товарищ, покидая зал. — Если снова уйдёшь последней, ключи на шкафчике!
Таким образом широкоплечий парень, на которого многие дамы, не будем таить, не смотрели без заворожённых вздохов, покинул зал. А Мария махнула ему рукой, даже не отвлекаясь от подходов с мечом.
— До встречи! Спасибо! — отвечала та.
Говорят, что лучше тот мечник, кто не знает тысячи приёмов, а тот, кто тысячу раз тренирует один удар. Мария же считала, что гораздо круче тот, кто может сделать тысячу ударов в один короткий миг. И пусть это далеко от реальности, вполне описывает поведение Марии в бою — она стремилась к скорости. Сейчас, для примера, девушка тренировала махи мечом, упражняясь со странного рода машиной. Такая, наверное, существует только на Идре... Это был напоминающий тиски механизм. Каждый раз, как в область его клещей попадал клинок, те неожиданно сжимались и останавливали удар. В данном случае мечник должен оказаться быстрее машины, опережая её в скорости.
Слышались частые вздохи, удары кулаками о груши и скрежет тренировочных механизмов. Даже поздно вечером, когда многие покинули зал, здесь всё ещё царила жизнь. Несмотря на то, что на Идре не предвидется никакой войны, многие предпочитают и дальше оттачивать боевые навыки. Кто-то просто хочет держать себя в форме, другие выпускают пар, третьи пришли сюда из под палки. А Мария, например, часто тренировалась с длинным мечом — практически с таким же, каким владеет в реальности, но из дерева.
— Йо! До завтра Мария, — крикнул её товарищ, покидая зал. — Если снова уйдёшь последней, ключи на шкафчике!
Таким образом широкоплечий парень, на которого многие дамы, не будем таить, не смотрели без заворожённых вздохов, покинул зал. А Мария махнула ему рукой, даже не отвлекаясь от подходов с мечом.
— До встречи! Спасибо! — отвечала та.
Говорят, что лучше тот мечник, кто не знает тысячи приёмов, а тот, кто тысячу раз тренирует один удар. Мария же считала, что гораздо круче тот, кто может сделать тысячу ударов в один короткий миг. И пусть это далеко от реальности, вполне описывает поведение Марии в бою — она стремилась к скорости. Сейчас, для примера, девушка тренировала махи мечом, упражняясь со странного рода машиной. Такая, наверное, существует только на Идре... Это был напоминающий тиски механизм. Каждый раз, как в область его клещей попадал клинок, те неожиданно сжимались и останавливали удар. В данном случае мечник должен оказаться быстрее машины, опережая её в скорости.
[id543751360:bp-36291248_277965|Tori],
Распрощавшись с коллегами, Вильгельма и её подчиненные продолжили выполнение прямых обязанностей. Пусть они и шли по пятам Элиана, но более с ним не пересекались: скорее всего, они удалились к тем «залам», где отдыхает знать, а там свои патрули, которые не меняют друг друга без большой необходимости, представляя собой разномастную совокупность как местных тенгейрских стражей, так и сил Морского Дозора.
Мысли о необычном юноше, что выделялся натурально на фоне всего здесь, - от облика до манер, - плохо выходили из головы, однако, в отсутствие хоть какой-либо информации, Розз не оставалось ничего, кроме как оставить их за порогом. Лезть в личную жизнь человека без права, причины, повода и необходимости она не видела и не имела, а пара странных фраз и необычное поведение мало располагали к тому, чтобы обогатить озвученный пустующий список.
Розалин и Чарли, пусть немного и отвлекались, но чутко и внимательно несли дозор вместе с командиром: иногда парнишка останавливался на полуслове или останавливал собеседницу и тщательно сканировал обстановку вместе с Ви, которая собственной чуткости не оставляла даже на короткий миг задумчивости. Впрочем, день действительно выдался удивительно спокойный, а потому редкий шум празднующих, вычурно одетые гости и постоянно раздражающая рецепторы музыка просто поддерживали образ Идры, нежели напрягали своим существованием.
Патруль внизу окончился после обеда, сразу после этого (даже не дожидаясь трапезы) треть состава G-Ex-209 поспешила вернуться на «Мрачную Решимость», провожая офицеров на твердую сушу: грядущие четыре дня они смогут насладиться сном без покачивания на волнах, чуть более скудными рационами и пестростью бытия рядом с весельем Идры. Было ли последнее благословением? Было ли то проклятием? Каждый относился по-своему...
Остаток дня до вечера, - а именно трапезу, заметки в бортовом журнале, выслушивание докладов и короткие дежурные прогулки по Ругорду, - Вильгельма провела наверху в сопровождении Фриды и парочки младших чинов. Их квартет двигался по главным улицам, контролируя обстановку и выступая сдерживающим фактором для любых преступлений... Однако Розз преследовала ещё одну цель, как будто невзначай временами прислушиваясь к разговорам вокруг.
***
= Послезавтра! Уже послезавтра мы сможем попросить милейшего Элиана дать нам тех пилюль, и ты выздоровеешь, дорогой! - обращалась оперевшаяся на кресло-качалку домохозяйка к своему мужу.
= Когда смогу нормально ходить... - тяжело начал полноватый мужчина, но в голосе его ещё слышались силы. Шлейф переполняющих эмоций подсдавливал его горло. - Выйду снова на тот завод, заработаем денег и...
***
= Мам, а сладенького... - жалостливо просил мальчишка лет одиннадцати, сложив руки в просящем жесте.
= Вот будет четверг - снова на площади Часовщиков будет светлый Элиан. - объясняла сынишке худощавая женщина, развешивая белье, - И тогда попросим его, может быть он привезет...
***
= Отец, ну третьи штаны уже, как же так?! - возмущался молодой мужчина. - Я говорил, брось ты лазать по столбам.
= Так профессия моя, твою-т ети! - уперев руки в бока, гордо вещал пожилой труженик с выбеленной старостью бородой. - Уж скоро второй четверг, может будет парнишка из Ороферов так щедр...
***
Распрощавшись с коллегами, Вильгельма и её подчиненные продолжили выполнение прямых обязанностей. Пусть они и шли по пятам Элиана, но более с ним не пересекались: скорее всего, они удалились к тем «залам», где отдыхает знать, а там свои патрули, которые не меняют друг друга без большой необходимости, представляя собой разномастную совокупность как местных тенгейрских стражей, так и сил Морского Дозора.
Мысли о необычном юноше, что выделялся натурально на фоне всего здесь, - от облика до манер, - плохо выходили из головы, однако, в отсутствие хоть какой-либо информации, Розз не оставалось ничего, кроме как оставить их за порогом. Лезть в личную жизнь человека без права, причины, повода и необходимости она не видела и не имела, а пара странных фраз и необычное поведение мало располагали к тому, чтобы обогатить озвученный пустующий список.
Розалин и Чарли, пусть немного и отвлекались, но чутко и внимательно несли дозор вместе с командиром: иногда парнишка останавливался на полуслове или останавливал собеседницу и тщательно сканировал обстановку вместе с Ви, которая собственной чуткости не оставляла даже на короткий миг задумчивости. Впрочем, день действительно выдался удивительно спокойный, а потому редкий шум празднующих, вычурно одетые гости и постоянно раздражающая рецепторы музыка просто поддерживали образ Идры, нежели напрягали своим существованием.
Патруль внизу окончился после обеда, сразу после этого (даже не дожидаясь трапезы) треть состава G-Ex-209 поспешила вернуться на «Мрачную Решимость», провожая офицеров на твердую сушу: грядущие четыре дня они смогут насладиться сном без покачивания на волнах, чуть более скудными рационами и пестростью бытия рядом с весельем Идры. Было ли последнее благословением? Было ли то проклятием? Каждый относился по-своему...
Остаток дня до вечера, - а именно трапезу, заметки в бортовом журнале, выслушивание докладов и короткие дежурные прогулки по Ругорду, - Вильгельма провела наверху в сопровождении Фриды и парочки младших чинов. Их квартет двигался по главным улицам, контролируя обстановку и выступая сдерживающим фактором для любых преступлений... Однако Розз преследовала ещё одну цель, как будто невзначай временами прислушиваясь к разговорам вокруг.
***
= Послезавтра! Уже послезавтра мы сможем попросить милейшего Элиана дать нам тех пилюль, и ты выздоровеешь, дорогой! - обращалась оперевшаяся на кресло-качалку домохозяйка к своему мужу.
= Когда смогу нормально ходить... - тяжело начал полноватый мужчина, но в голосе его ещё слышались силы. Шлейф переполняющих эмоций подсдавливал его горло. - Выйду снова на тот завод, заработаем денег и...
***
= Мам, а сладенького... - жалостливо просил мальчишка лет одиннадцати, сложив руки в просящем жесте.
= Вот будет четверг - снова на площади Часовщиков будет светлый Элиан. - объясняла сынишке худощавая женщина, развешивая белье, - И тогда попросим его, может быть он привезет...
***
= Отец, ну третьи штаны уже, как же так?! - возмущался молодой мужчина. - Я говорил, брось ты лазать по столбам.
= Так профессия моя, твою-т ети! - уперев руки в бока, гордо вещал пожилой труженик с выбеленной старостью бородой. - Уж скоро второй четверг, может будет парнишка из Ороферов так щедр...
***
= Весь город, кажется, только и ждет этого вельможу.
Голос Фриды был отрезвляющим, как холодный ручей в жаркую пору, по-настоящему живительным для той, кто застревал в наблюдении. Она, ровно как и непосредственный командир, часто улавливала ушами, а также сокрытыми от большого внимания глазами, происходящее вокруг, сопоставляя картину. Может, не так глубоко, но для минимального понимания - за глаза.
- Мы встречались внизу. - поведала Ви мичману. - Впечатления неоднозначные.
= Разрешите поинтересоваться. - попросила она разрешения, и тут же получила утвердительный кивок. - Вёл себя подобающе?
- Более чем.
= Как, тогда, заслужил подобную оценку? - нотка недоумения ощущалась в её словах.
- Выглядит простым и открытым. - дал общую характеристику капитан и замолчал на мгновение. - Предпочитаю факты интуиции, однако знаю, что куда более умел, чем дает увидеть.
= Ваше недоверие понятно, товарищ капитан. - согласилась Айземанн, повернув голову к собеседнице. - И вашим суждениям привыкла доверяться. Буду бдительнее, если что-то замечу - сообщу.
- Благодарю.
Небольшая пауза возникла в их диалоге, пока они пропускали конный экипаж, двигающийся в сторону порта. Судя по отделке, - какой-то местный богач или зажиточный турист, потому как сама повозка была не местной работы.
= Разрешите просьбу? - вдруг произнес стрелок.
- Разрешаю. - бросив на неё короткий взгляд, молвила Вильгельма.
= Отдохните хотя бы здесь, товарищ капитан.
В её голосе слышалась ненаигранная забота. Уголки её губ, сначала опущенные, слегка поднялись вверх, формируя печальную улыбку, и эта тоска была готова заразить и саму Розз... Если бы она не была тем, кем являлась.
- Праздные руки - добыча демонов.
Напоминание от Юстициара, что не поворачивалась в этот раз к Фриде, заставило ту тоскливо выдохнуть, частично сдерживая проявление эмоций. И все же Ви добавила:
- Для меня то, что мы не в погоне, не в бою и не в море - уже отдых. Покорно благодарю за беспокойство.
Патруль наверху закончился одним задержанием и одним выговором: кому-то недоставало еды, а потому решился на кражу, а кому-то доставало алкоголя, чтобы полезть надоедать к замужней женщине. Правда, и те, и те были быстро отрезвлены холодным взглядом Вильгельмы и суровым видом вооруженных дозорных, а потому быстро пошли на сотрудничество с правосудием. В общем и целом, разошлись тихо.
После ужина капитан направился на Идру, чтобы провести там свои вечерние тренировки. В конце концов, оборудованные тренировочные залы превосходят по эффективности голую палубу фрегата, да и некоторые тренажеры, разработанные светлыми умами в свое время, привлекли внимание Вильгельмы, которой хотелось опробовать непривычную технику. Жив ещё дух исследователя!
Неприлично долгий спуск, неприлично чистые коридоры, неприлично яркий неестественный свет, - возвращаться сюда не особо-то хотелось по какой-то причине, как будто она успела поспать и проснуться не с той ноги. Хотелось найти Элиана и разузнать об одном:
«Что значит настоящая?»
Одна лишь фраза не давала покоя холодной дозорной.
Спустившись и добравшись до тренировочных залов, Розз переоделась в пустующей раздевалке: длинные свободные синие бриджи, плотные ботинки, белая футболка, - ничего лишнего она при себе не оставляла. Обычная одежда осталась в шкафчике, Алчущий - и вовсе на борту судна под присмотром офицеров. В конце концов, все необходимое оружие было при ней...
Очень скоро Ви, разогрев мышцы в «предбаннике», показалась в зале с различными хитроумными (в плане создания) механизмами, предназначенными для того, чтобы отточить навыки мечника. Некоторые атаковали с регулируемой скоростью по известным траекториям, симулируя удары с разных сторон, некоторые - заставляли себя контратаковать. По каким-то можно было бить, оттачивая силу удара, по каким-то - технику, по иным - скорость.
Голос Фриды был отрезвляющим, как холодный ручей в жаркую пору, по-настоящему живительным для той, кто застревал в наблюдении. Она, ровно как и непосредственный командир, часто улавливала ушами, а также сокрытыми от большого внимания глазами, происходящее вокруг, сопоставляя картину. Может, не так глубоко, но для минимального понимания - за глаза.
- Мы встречались внизу. - поведала Ви мичману. - Впечатления неоднозначные.
= Разрешите поинтересоваться. - попросила она разрешения, и тут же получила утвердительный кивок. - Вёл себя подобающе?
- Более чем.
= Как, тогда, заслужил подобную оценку? - нотка недоумения ощущалась в её словах.
- Выглядит простым и открытым. - дал общую характеристику капитан и замолчал на мгновение. - Предпочитаю факты интуиции, однако знаю, что куда более умел, чем дает увидеть.
= Ваше недоверие понятно, товарищ капитан. - согласилась Айземанн, повернув голову к собеседнице. - И вашим суждениям привыкла доверяться. Буду бдительнее, если что-то замечу - сообщу.
- Благодарю.
Небольшая пауза возникла в их диалоге, пока они пропускали конный экипаж, двигающийся в сторону порта. Судя по отделке, - какой-то местный богач или зажиточный турист, потому как сама повозка была не местной работы.
= Разрешите просьбу? - вдруг произнес стрелок.
- Разрешаю. - бросив на неё короткий взгляд, молвила Вильгельма.
= Отдохните хотя бы здесь, товарищ капитан.
В её голосе слышалась ненаигранная забота. Уголки её губ, сначала опущенные, слегка поднялись вверх, формируя печальную улыбку, и эта тоска была готова заразить и саму Розз... Если бы она не была тем, кем являлась.
- Праздные руки - добыча демонов.
Напоминание от Юстициара, что не поворачивалась в этот раз к Фриде, заставило ту тоскливо выдохнуть, частично сдерживая проявление эмоций. И все же Ви добавила:
- Для меня то, что мы не в погоне, не в бою и не в море - уже отдых. Покорно благодарю за беспокойство.
Патруль наверху закончился одним задержанием и одним выговором: кому-то недоставало еды, а потому решился на кражу, а кому-то доставало алкоголя, чтобы полезть надоедать к замужней женщине. Правда, и те, и те были быстро отрезвлены холодным взглядом Вильгельмы и суровым видом вооруженных дозорных, а потому быстро пошли на сотрудничество с правосудием. В общем и целом, разошлись тихо.
После ужина капитан направился на Идру, чтобы провести там свои вечерние тренировки. В конце концов, оборудованные тренировочные залы превосходят по эффективности голую палубу фрегата, да и некоторые тренажеры, разработанные светлыми умами в свое время, привлекли внимание Вильгельмы, которой хотелось опробовать непривычную технику. Жив ещё дух исследователя!
Неприлично долгий спуск, неприлично чистые коридоры, неприлично яркий неестественный свет, - возвращаться сюда не особо-то хотелось по какой-то причине, как будто она успела поспать и проснуться не с той ноги. Хотелось найти Элиана и разузнать об одном:
«Что значит настоящая?»
Одна лишь фраза не давала покоя холодной дозорной.
Спустившись и добравшись до тренировочных залов, Розз переоделась в пустующей раздевалке: длинные свободные синие бриджи, плотные ботинки, белая футболка, - ничего лишнего она при себе не оставляла. Обычная одежда осталась в шкафчике, Алчущий - и вовсе на борту судна под присмотром офицеров. В конце концов, все необходимое оружие было при ней...
Очень скоро Ви, разогрев мышцы в «предбаннике», показалась в зале с различными хитроумными (в плане создания) механизмами, предназначенными для того, чтобы отточить навыки мечника. Некоторые атаковали с регулируемой скоростью по известным траекториям, симулируя удары с разных сторон, некоторые - заставляли себя контратаковать. По каким-то можно было бить, оттачивая силу удара, по каким-то - технику, по иным - скорость.
Как раз за последним взгляд уловил натурально последнюю обитательницу полигона, - Марию.
«Второй раз за день. Уже совпадение».
Видя её сосредоточенность и стойку, Вильгельма даже остановилась посмотреть. С приличного расстояния в двадцать метров, конечно. Но этого было вполне достаточно, чтобы оценить и движение мышц, и выверенность ударов, и похвальную скорость в обращении громоздкой «заглушкой». Младший лейтенант Икеда была уподоблена меняющей течение горной реке... Далеко не тот уровень, которому обучают рядовых бойцов Дозора.
«Её оружие - одати? - возник вопрос в голове сам по себе, когда наблюдательные очи восприняли форму и размер более детально, - Тренировочный он немного легче, из-за этого прогресс может быть медленнее, и все же...»
«Второй раз за день. Уже совпадение».
Видя её сосредоточенность и стойку, Вильгельма даже остановилась посмотреть. С приличного расстояния в двадцать метров, конечно. Но этого было вполне достаточно, чтобы оценить и движение мышц, и выверенность ударов, и похвальную скорость в обращении громоздкой «заглушкой». Младший лейтенант Икеда была уподоблена меняющей течение горной реке... Далеко не тот уровень, которому обучают рядовых бойцов Дозора.
«Её оружие - одати? - возник вопрос в голове сам по себе, когда наблюдательные очи восприняли форму и размер более детально, - Тренировочный он немного легче, из-за этого прогресс может быть медленнее, и все же...»
[id29752100:bp-36291248_278012|Илья],
Оказавшись в спортивном зале, Мария всегда одевалась примерно одинаково: белая майка, широкие штаны и эластичная, во всём удобная обувь. Однако сегодня — день особенный, ведь девушка отличалась бандажом на сгибе левого локтя. Кажется, травмировалась? Или просто растянула мышцу, пытаясь заставить двигаться эту палку быстрее? Как бы они ни было, этот недуг, кажется, вовсе не мешал ей продолжать тренировку.
Вернёмся к сути. Мария хотела бы разучить такую стойку, которая позволила бы нанести как можно больше ударов в короткий промежуток времени. Минуя теорию и горький опыт, девушка пришла к выводу о том, что лучше всего подойдут прямые уколы. Таким образом, стоит противнику открыться хотя бы на секунду, Мария сможет нанести два, три, а то и четыре удара за раз! Безумно сложно, невероятно выгодная и до жути необходимая способность. И обычно, кажется, мечники тренируются в уединении, чтобы не раскрыть секретов мастерства и слабых мест. А Мария, тем временем, продолжает отрабатывать приёмы у всех на виду. И дело тут не только в том, что Икеда — добрая душа, что никогда и ничего не скрывает от товарищей. Просто никто из собравшихся, будучи в своём уме, не станет это тренировать. Будто бы они знают, что свободное время можно потратить на упражнения полезнее, чем тысяча уколов палкой подряд.
В общем, продолжая упражняться с этим странным тренажёром, чем-то напоминающим автоматические тиски, Мария не замечала ничего вокруг. Ни зала, что практически опустел за часы тренировок, ни Вильгельму, что прямо сейчас наблюдала за тренировкой со стороны. Лейтенант вообще думала, что старшие по званию если и тренируются, то делают это в каких-то специально отведённых местах, где инвентарь круче, воздух свежее, абонемент дороже и так далее.
При этом, если признаться, её мышцы уже забиваются, дыхание сбивается, а тело обливается потом — три всадника изнеможения. Пора бы уже прекратить и вернуться в казармы — так думала девушка. И вот она практикует последние удары перед отдыхом.
Первый.
Второй.
Ой!
Меч, пусть он даже деревянная болванка, вдруг застревает в тисках. Совсем уже замоталась — подумала лейтенант, убирая влагу со лба. Стоило нажать одну кнопку, чтобы механизм расслабился, а меч обрёл свободу. Вот только ни первого, ни второго, ни десятого нажатия не помогло. И даже когда Мария потянула изо всех сил, уперевшись ногой в тиски, палка ни чем не поддалась.
«Ну всё, приехала! — запереживала та. — Сейчас меня отчитают и за инвентарь, и за тренажёр! Блин, а если меня заставят платить? Или, наверное, больше не пустят в спортивный зал?!»
— П-помогите немного, у меня меч... зас... трял...
Мария хотела было обратиться к тем, кто занимается поблизости, но зал уже практически опустел. Однако удивилась она не этому, а знакомому лицу в далеке. То была капитан Вильгельма Розз — и это их вторая встреча за день. Кто-то назовёт это судьбой, а Мария признает неудачным стечением обстоятельств. Почему именно сейчас, когда она оказалась в неловком положении, появилась Капитан Розз?
Эта девушка криво улыбнулась и махнула рукой в знак приветствия. Между ними двадцать метров — и кричать как-то не хотелось, и в позоре признаваться стыдно. Так Мария и стояла над тренажёром, толком не зная как поступить сейчас.
Оказавшись в спортивном зале, Мария всегда одевалась примерно одинаково: белая майка, широкие штаны и эластичная, во всём удобная обувь. Однако сегодня — день особенный, ведь девушка отличалась бандажом на сгибе левого локтя. Кажется, травмировалась? Или просто растянула мышцу, пытаясь заставить двигаться эту палку быстрее? Как бы они ни было, этот недуг, кажется, вовсе не мешал ей продолжать тренировку.
Вернёмся к сути. Мария хотела бы разучить такую стойку, которая позволила бы нанести как можно больше ударов в короткий промежуток времени. Минуя теорию и горький опыт, девушка пришла к выводу о том, что лучше всего подойдут прямые уколы. Таким образом, стоит противнику открыться хотя бы на секунду, Мария сможет нанести два, три, а то и четыре удара за раз! Безумно сложно, невероятно выгодная и до жути необходимая способность. И обычно, кажется, мечники тренируются в уединении, чтобы не раскрыть секретов мастерства и слабых мест. А Мария, тем временем, продолжает отрабатывать приёмы у всех на виду. И дело тут не только в том, что Икеда — добрая душа, что никогда и ничего не скрывает от товарищей. Просто никто из собравшихся, будучи в своём уме, не станет это тренировать. Будто бы они знают, что свободное время можно потратить на упражнения полезнее, чем тысяча уколов палкой подряд.
В общем, продолжая упражняться с этим странным тренажёром, чем-то напоминающим автоматические тиски, Мария не замечала ничего вокруг. Ни зала, что практически опустел за часы тренировок, ни Вильгельму, что прямо сейчас наблюдала за тренировкой со стороны. Лейтенант вообще думала, что старшие по званию если и тренируются, то делают это в каких-то специально отведённых местах, где инвентарь круче, воздух свежее, абонемент дороже и так далее.
При этом, если признаться, её мышцы уже забиваются, дыхание сбивается, а тело обливается потом — три всадника изнеможения. Пора бы уже прекратить и вернуться в казармы — так думала девушка. И вот она практикует последние удары перед отдыхом.
Первый.
Второй.
Ой!
Меч, пусть он даже деревянная болванка, вдруг застревает в тисках. Совсем уже замоталась — подумала лейтенант, убирая влагу со лба. Стоило нажать одну кнопку, чтобы механизм расслабился, а меч обрёл свободу. Вот только ни первого, ни второго, ни десятого нажатия не помогло. И даже когда Мария потянула изо всех сил, уперевшись ногой в тиски, палка ни чем не поддалась.
«Ну всё, приехала! — запереживала та. — Сейчас меня отчитают и за инвентарь, и за тренажёр! Блин, а если меня заставят платить? Или, наверное, больше не пустят в спортивный зал?!»
— П-помогите немного, у меня меч... зас... трял...
Мария хотела было обратиться к тем, кто занимается поблизости, но зал уже практически опустел. Однако удивилась она не этому, а знакомому лицу в далеке. То была капитан Вильгельма Розз — и это их вторая встреча за день. Кто-то назовёт это судьбой, а Мария признает неудачным стечением обстоятельств. Почему именно сейчас, когда она оказалась в неловком положении, появилась Капитан Розз?
Эта девушка криво улыбнулась и махнула рукой в знак приветствия. Между ними двадцать метров — и кричать как-то не хотелось, и в позоре признаваться стыдно. Так Мария и стояла над тренажёром, толком не зная как поступить сейчас.
Tori (https://vk.ru/id543751360),
Оценочные наблюдения продолжались недолго. Видя, что девушка, несмотря на явно непостоянную повязку на руке, продолжает усердно тренироваться, и делает в этом определенные успехи, Вильгельма оставила ментальную заметку подойти к ней в конце тренировки. Почем зря отвлекать от самого процесса было бы неправильно. Но случай распорядился несколько иначе.
Стоило Розз сделать шаг в сторону стойки с тренировочным оружием, как глухой «тунг» нарушил привычные звуки движений, внося немного хаоса в устоявшийся порядок. Незамедлительно Ви сориентировалась и устремила взор обратно к Марии, что безуспешно пыталась высвободить дерево из захвата.
«Подустала? - первая мысль возникла в голове капитана, но разум быстро поправил ее. – Кажется, дело не столько в этом…»
Наблюдать со стороны, когда сестре по оружию требуется помощь было непозволительно, а потому, прихватив себе образец боккэна, Вильгельма зашагала по направлению к жертве обстоятельств, что уже успела обратиться за помощью к отсутствующим товарищам, а также с виноватым видом поприветствовать старшего офицера в дружеской манере. Они были не в тех отношениях, конечно, для подобного, но заострять на этом внимание Розз не станет. Сейчас они все – просто дозорные в зале, титулы и этикет нередко стоят, там, в десятках метров позади, у входа.
- Неприятно. – констатировала приблизившаяся Ви, возвышаясь рядом с младшим лейтенантом, а затем наклонилась ближе к непосредственному месту эксцесса. – Посмотрим.
Никаких выговоров, никакого негатива, привычная нейтральность с отдушкой отстранённости, - скорее профдеформация, недели реальное положение дел. Пристальный взгляд скользил по конструкции, а пальцы аккуратно двигались по деталям самого хватающего механизма, пытаясь ухватиться за выступы и хотя бы высвободить снаряд… Но слишком удачно встал одати, блокируя путь, а потому даже надежду питать не приходилось.
«Ладно, пойдем сложным путем».
- Держите крепче. – попросила она собеседницу, указывая на боккэн.
Не проронив более ни слова, Вильгельма взялась пальцами за ту часть клинка, близкую к зажиму, которую можно было обхватить, а внутрь, в ничтожные отверстия, куда могло только что-то протечь, ринулась кровь, покидая тело прямо через кожу. Запах металла наполнил воздух, заглушая запах тела мисс Икеда, - и дело не только в поте.
«Как будто обоняние стало немного острее…»
Небольшой поток заполз в мелкие полости, заполнив их до отказа, а затем со скрипом начал разжимать тиски грубой силой. Металлу, что жалобно завыл, ничего не оставалось, кроме как повиноваться, и механизму был дан обратный ход. Тренировочный меч задвигался, пальцы уже были готовы его вытянуть… Но резкий щелчок чего-то ломающегося или моментально рвущегося позволил ему выскочить чуть ли не со свистом. Сам зажим бессильно упал обратно, но теперь даже управляемую кровь спрессовать не смог, что тут же потянулась обратно в тело капитана.
Короткий вздох от Юстициара, отпустившего меч, веял определенным разочарованием, но на нём сосредотачиваться Ви отказывалась, а потому, оставив бедолагу и повернувшись к Марии, молвила:
- Переусердствовала. – натурально призналась она. – Сообщу о поломке, заменить тренажер не должно стать проблемой.
Оценочные наблюдения продолжались недолго. Видя, что девушка, несмотря на явно непостоянную повязку на руке, продолжает усердно тренироваться, и делает в этом определенные успехи, Вильгельма оставила ментальную заметку подойти к ней в конце тренировки. Почем зря отвлекать от самого процесса было бы неправильно. Но случай распорядился несколько иначе.
Стоило Розз сделать шаг в сторону стойки с тренировочным оружием, как глухой «тунг» нарушил привычные звуки движений, внося немного хаоса в устоявшийся порядок. Незамедлительно Ви сориентировалась и устремила взор обратно к Марии, что безуспешно пыталась высвободить дерево из захвата.
«Подустала? - первая мысль возникла в голове капитана, но разум быстро поправил ее. – Кажется, дело не столько в этом…»
Наблюдать со стороны, когда сестре по оружию требуется помощь было непозволительно, а потому, прихватив себе образец боккэна, Вильгельма зашагала по направлению к жертве обстоятельств, что уже успела обратиться за помощью к отсутствующим товарищам, а также с виноватым видом поприветствовать старшего офицера в дружеской манере. Они были не в тех отношениях, конечно, для подобного, но заострять на этом внимание Розз не станет. Сейчас они все – просто дозорные в зале, титулы и этикет нередко стоят, там, в десятках метров позади, у входа.
- Неприятно. – констатировала приблизившаяся Ви, возвышаясь рядом с младшим лейтенантом, а затем наклонилась ближе к непосредственному месту эксцесса. – Посмотрим.
Никаких выговоров, никакого негатива, привычная нейтральность с отдушкой отстранённости, - скорее профдеформация, недели реальное положение дел. Пристальный взгляд скользил по конструкции, а пальцы аккуратно двигались по деталям самого хватающего механизма, пытаясь ухватиться за выступы и хотя бы высвободить снаряд… Но слишком удачно встал одати, блокируя путь, а потому даже надежду питать не приходилось.
«Ладно, пойдем сложным путем».
- Держите крепче. – попросила она собеседницу, указывая на боккэн.
Не проронив более ни слова, Вильгельма взялась пальцами за ту часть клинка, близкую к зажиму, которую можно было обхватить, а внутрь, в ничтожные отверстия, куда могло только что-то протечь, ринулась кровь, покидая тело прямо через кожу. Запах металла наполнил воздух, заглушая запах тела мисс Икеда, - и дело не только в поте.
«Как будто обоняние стало немного острее…»
Небольшой поток заполз в мелкие полости, заполнив их до отказа, а затем со скрипом начал разжимать тиски грубой силой. Металлу, что жалобно завыл, ничего не оставалось, кроме как повиноваться, и механизму был дан обратный ход. Тренировочный меч задвигался, пальцы уже были готовы его вытянуть… Но резкий щелчок чего-то ломающегося или моментально рвущегося позволил ему выскочить чуть ли не со свистом. Сам зажим бессильно упал обратно, но теперь даже управляемую кровь спрессовать не смог, что тут же потянулась обратно в тело капитана.
Короткий вздох от Юстициара, отпустившего меч, веял определенным разочарованием, но на нём сосредотачиваться Ви отказывалась, а потому, оставив бедолагу и повернувшись к Марии, молвила:
- Переусердствовала. – натурально призналась она. – Сообщу о поломке, заменить тренажер не должно стать проблемой.
[id29752100:bp-36291248_278035|Илья],
Вильгельма подошла ближе, чтобы разобраться с неожиданной поломкой. Она создавала впечатление холодного душой человека, что привык решать куда более серьёзные проблемы, чем застрявший тренировочный меч. Мария, стоящая напротив, чувствовала себя неловко: пальцы сами собой теребили рукоять, взгляд метался то к полу, то к лицу капитана. Прямо как ребёнок, застуканный за шалостью.
— Я с ним регулярно занимаюсь, но такое впервые, — тихо оправдывалась она. — Говорят, этот тренажёр стоит здесь со дня основания зала. Может, просто устал... или от страсти к службе перегорел, — неуклюже пошутила Мария, но голос всё равно звучал виновато.
Когда Вильгельма подала знак, Мария послушно взялась за тренировочный меч. В груди всё сжалось — она не знала, что капитан задумала, но ощущение было такое, будто сейчас произойдёт нечто необычное. И действительно — странная жидкость, вытекающая из-под кожи Розз, начала медленно проникать внутрь поломанного аппарата. Мария не сразу поняла, что происходит. Только когда в воздухе появился лёгкий металлический запах, она осознала — кровь действительно движется сама, словно откликаясь на волю хозяйки. Жидкость проникала в трещины корпуса, заполняла мельчайшие швы и исчезала внутри.
«Дьявольский фрукт... Кровь-кровь» — всплыло в памяти. Она и представить не могла, что увидит действие этой силы своими глазами. Выглядит ли это противно? Возможно. Но куда сильнее — завораживающе. Мария не могла отвести глаз от рук Вильгельмы: от их уверенности, спокойствия и той неестественной, почти пугающей силы.
Механизм содрогнулся — и вдруг отпустил клинок. Металл звякнул, меч оказался свободен. Мария быстро подхватила его и прижала к груди, словно держит спасённого товарища.
— Ах... спасибо большое, Капитан Розз! — облегчённо выдохнула она. — Если вы сообщите о поломке, наверху точно поверят, что это просто случайность. А если я... ну... — девушка не договорила и лишь виновато улыбнулась. Все ведь знают, как охотно начальство ищет виноватых среди нижестоящих.
Мария, всё ещё не зная, куда деть руки, попыталась продолжить разговор:
— Вы тоже пришли сюда потренироваться, верно? — спросила она мягко, почти застенчиво. — Если позволите... можно я понаблюдаю? Хотелось бы... ну, перенять что-нибудь у вас. Как у профессионального мечника.
Вильгельма подошла ближе, чтобы разобраться с неожиданной поломкой. Она создавала впечатление холодного душой человека, что привык решать куда более серьёзные проблемы, чем застрявший тренировочный меч. Мария, стоящая напротив, чувствовала себя неловко: пальцы сами собой теребили рукоять, взгляд метался то к полу, то к лицу капитана. Прямо как ребёнок, застуканный за шалостью.
— Я с ним регулярно занимаюсь, но такое впервые, — тихо оправдывалась она. — Говорят, этот тренажёр стоит здесь со дня основания зала. Может, просто устал... или от страсти к службе перегорел, — неуклюже пошутила Мария, но голос всё равно звучал виновато.
Когда Вильгельма подала знак, Мария послушно взялась за тренировочный меч. В груди всё сжалось — она не знала, что капитан задумала, но ощущение было такое, будто сейчас произойдёт нечто необычное. И действительно — странная жидкость, вытекающая из-под кожи Розз, начала медленно проникать внутрь поломанного аппарата. Мария не сразу поняла, что происходит. Только когда в воздухе появился лёгкий металлический запах, она осознала — кровь действительно движется сама, словно откликаясь на волю хозяйки. Жидкость проникала в трещины корпуса, заполняла мельчайшие швы и исчезала внутри.
«Дьявольский фрукт... Кровь-кровь» — всплыло в памяти. Она и представить не могла, что увидит действие этой силы своими глазами. Выглядит ли это противно? Возможно. Но куда сильнее — завораживающе. Мария не могла отвести глаз от рук Вильгельмы: от их уверенности, спокойствия и той неестественной, почти пугающей силы.
Механизм содрогнулся — и вдруг отпустил клинок. Металл звякнул, меч оказался свободен. Мария быстро подхватила его и прижала к груди, словно держит спасённого товарища.
— Ах... спасибо большое, Капитан Розз! — облегчённо выдохнула она. — Если вы сообщите о поломке, наверху точно поверят, что это просто случайность. А если я... ну... — девушка не договорила и лишь виновато улыбнулась. Все ведь знают, как охотно начальство ищет виноватых среди нижестоящих.
Мария, всё ещё не зная, куда деть руки, попыталась продолжить разговор:
— Вы тоже пришли сюда потренироваться, верно? — спросила она мягко, почти застенчиво. — Если позволите... можно я понаблюдаю? Хотелось бы... ну, перенять что-нибудь у вас. Как у профессионального мечника.
Tori (https://vk.ru/id543751360),
Такой уж она человек, что не гнушался решать проблемы любого рода. Может, какой-либо другой офицер на её месте и оставил бы Марию возиться с отработавшим своё тренажером наедине, но только не Вильгельма. Оттого её и подчиненные ценили больше других: патруль - вместе со всеми; пополнять запасы на судне - если пришла её очередь; выполнять другого формата работы - бок о бок с товарищами. Все её миссии до этого только доказывали эту позицию. Разве что в расписании уборки её инициалы не мелькали, но так уж больше исторически складывалось, нежели от её большого нежелания. А потому помочь товарищу в патовой ситуации - долг уважающего себя дозорного. Но это всё лирика.
Немаловажно и то, что, когда Икеда пошутила по поводу большой вымотанности чуда инженерной мысли, юмор Ви оценила. Короткий и едва слышимый "хмф" и приподнявшийся на мгновение уголок левой губы, - сдержанная, но, все же, реакция. То действительно было к месту.
Итог: экипировка спасена, а вот тренажер... Тренажеру точно светит замена, как и упоминалось ранее. Когда же младший лейтенант принялся изо всех сил благодарить капитана, Розз на словах про случайность пару раз махнула в сторону тыльной стороной ладони: «не бери в голову», - говорил жест. За такое уже офицера вряд ли бы наказывали, а вот будь она юнгой или матросом, - содрали б три шкуры.
На этом Мария не остановилась, без проблем угадывая очевидную причину пребывания Юстициара здесь, в тренировочном зале. Естественно, она была здесь, чтобы напомнить телу, как важно быть в тонусе, а также укрепить и без того выдающиеся физические параметры. Каким бы ты ни был известным и сильным, каким бы ни был быстрым и ловким, именно постоянные упражнения позволяют закреплять результаты и улучшать их. Столько упорство было положено, чтобы добраться до текущего уровня, ещё кратно больше потребуется, чтобы продвинуться дальше. И никак иначе. А сложившуюся ситуацию капитан решил обратить в изначально обдумываемое русло.
- Возражений не имею, младший лейтенант. - не позволяя официозу улетучиться, молвила Вильгельма. - Есть условие. Раз ваша тренировка, - короткий кивок на сломанный тренажёр дополнил контекст. - внезапно прервалась, предлагаю продолжить её в спарринге. Двигаетесь уверенно, твердо, но этого недостаточно для полной оценки. После - вольны наблюдать.
Комплимент, - нет уж, скорее объективная оценка в сравнении с другими дозорными, - был словно бы брошен между делом. В вопросе оценки Розз всегда была достаточно прямолинейна. Если у бойца были недостатки - на это следовало обратить внимание. Если были и достоинства - не грех было их подчеркнуть. На поле боя важно знать свои слабые и сильные стороны, ведь там ошибки часто стоят слишком дорого... Кому как не ей это знать.
Такой уж она человек, что не гнушался решать проблемы любого рода. Может, какой-либо другой офицер на её месте и оставил бы Марию возиться с отработавшим своё тренажером наедине, но только не Вильгельма. Оттого её и подчиненные ценили больше других: патруль - вместе со всеми; пополнять запасы на судне - если пришла её очередь; выполнять другого формата работы - бок о бок с товарищами. Все её миссии до этого только доказывали эту позицию. Разве что в расписании уборки её инициалы не мелькали, но так уж больше исторически складывалось, нежели от её большого нежелания. А потому помочь товарищу в патовой ситуации - долг уважающего себя дозорного. Но это всё лирика.
Немаловажно и то, что, когда Икеда пошутила по поводу большой вымотанности чуда инженерной мысли, юмор Ви оценила. Короткий и едва слышимый "хмф" и приподнявшийся на мгновение уголок левой губы, - сдержанная, но, все же, реакция. То действительно было к месту.
Итог: экипировка спасена, а вот тренажер... Тренажеру точно светит замена, как и упоминалось ранее. Когда же младший лейтенант принялся изо всех сил благодарить капитана, Розз на словах про случайность пару раз махнула в сторону тыльной стороной ладони: «не бери в голову», - говорил жест. За такое уже офицера вряд ли бы наказывали, а вот будь она юнгой или матросом, - содрали б три шкуры.
На этом Мария не остановилась, без проблем угадывая очевидную причину пребывания Юстициара здесь, в тренировочном зале. Естественно, она была здесь, чтобы напомнить телу, как важно быть в тонусе, а также укрепить и без того выдающиеся физические параметры. Каким бы ты ни был известным и сильным, каким бы ни был быстрым и ловким, именно постоянные упражнения позволяют закреплять результаты и улучшать их. Столько упорство было положено, чтобы добраться до текущего уровня, ещё кратно больше потребуется, чтобы продвинуться дальше. И никак иначе. А сложившуюся ситуацию капитан решил обратить в изначально обдумываемое русло.
- Возражений не имею, младший лейтенант. - не позволяя официозу улетучиться, молвила Вильгельма. - Есть условие. Раз ваша тренировка, - короткий кивок на сломанный тренажёр дополнил контекст. - внезапно прервалась, предлагаю продолжить её в спарринге. Двигаетесь уверенно, твердо, но этого недостаточно для полной оценки. После - вольны наблюдать.
Комплимент, - нет уж, скорее объективная оценка в сравнении с другими дозорными, - был словно бы брошен между делом. В вопросе оценки Розз всегда была достаточно прямолинейна. Если у бойца были недостатки - на это следовало обратить внимание. Если были и достоинства - не грех было их подчеркнуть. На поле боя важно знать свои слабые и сильные стороны, ведь там ошибки часто стоят слишком дорого... Кому как не ей это знать.
[id29752100:bp-36291248_278059|Илья],
Мария уже почти чувствовала приятную усталость в теле, что приходит после долгой, честной тренировки. Мышцы тянули, дыхание сбивалось — казалось, пора бы отдохнуть, выпить воды и позволить себе минуту покоя. Но стоило капитану заговорить — и все мысли о передышке мигом исчезли. Мария не могла отказать капитану, даже если речь идёт о... спарринге.
Она глубоко вдохнула, пытаясь сохранять спокойствие. Конечно, ничего плохого в спарринге между солдатами нет — напротив, это одна из лучших форм практики. Полезно увидеть, как другой боец двигается, как держит клинок, как атакует и защищается. Но стоило подумать о разнице между ними, как в груди Марии появилось что-то близкое к панике.
В памяти неожиданно всплыло далёкое детство: Йона — её младшая сестра — со смехом бросается в «драку», машет руками, не попадает ни разу и визжит от азарта. Мария тогда просто держала девочку за лоб, наблюдая, как та беспомощно бьётся в воздухе. Нечестно, но хотя бы весело. Сейчас всё наоборот — именно она чувствует себя ребёнком перед старшей и куда более опытной противницей.
Деревянный меч в руках стал будто тяжелее. Мария сжала рукоять крепче, чтобы хоть как-то скрыть свою неуверенность. Даже улыбка, которую она попыталась сохранить, стала какой-то жёсткой, застывшей.
— Простите, — тихо произнесла она, глядя на капитана. — Я правильно поняла? Вы хотите провести спарринг... со мной? Для меня это, конечно, честь. Просто... я не уверена, что смогу составить вам хоть малейшее сопротивление.
Неловкая пауза. Мария чувствовала всю неловкость ситуации. Но потом ей вдруг пришла в голову другая мысль, и она поспешила добавить, чуть бодрее:
— Хотя... может, вы не имели в виду полноценный бой? Может, просто хотите оценить мой уровень на практике? Да, наверное, так и есть. Простите, Капитан Розз, что усомнилась в ваших намерениях! — Мария выпрямилась и всё-таки улыбнулась по-настоящему, хоть и немного натянуто.
Мария уже почти чувствовала приятную усталость в теле, что приходит после долгой, честной тренировки. Мышцы тянули, дыхание сбивалось — казалось, пора бы отдохнуть, выпить воды и позволить себе минуту покоя. Но стоило капитану заговорить — и все мысли о передышке мигом исчезли. Мария не могла отказать капитану, даже если речь идёт о... спарринге.
Она глубоко вдохнула, пытаясь сохранять спокойствие. Конечно, ничего плохого в спарринге между солдатами нет — напротив, это одна из лучших форм практики. Полезно увидеть, как другой боец двигается, как держит клинок, как атакует и защищается. Но стоило подумать о разнице между ними, как в груди Марии появилось что-то близкое к панике.
В памяти неожиданно всплыло далёкое детство: Йона — её младшая сестра — со смехом бросается в «драку», машет руками, не попадает ни разу и визжит от азарта. Мария тогда просто держала девочку за лоб, наблюдая, как та беспомощно бьётся в воздухе. Нечестно, но хотя бы весело. Сейчас всё наоборот — именно она чувствует себя ребёнком перед старшей и куда более опытной противницей.
Деревянный меч в руках стал будто тяжелее. Мария сжала рукоять крепче, чтобы хоть как-то скрыть свою неуверенность. Даже улыбка, которую она попыталась сохранить, стала какой-то жёсткой, застывшей.
— Простите, — тихо произнесла она, глядя на капитана. — Я правильно поняла? Вы хотите провести спарринг... со мной? Для меня это, конечно, честь. Просто... я не уверена, что смогу составить вам хоть малейшее сопротивление.
Неловкая пауза. Мария чувствовала всю неловкость ситуации. Но потом ей вдруг пришла в голову другая мысль, и она поспешила добавить, чуть бодрее:
— Хотя... может, вы не имели в виду полноценный бой? Может, просто хотите оценить мой уровень на практике? Да, наверное, так и есть. Простите, Капитан Розз, что усомнилась в ваших намерениях! — Мария выпрямилась и всё-таки улыбнулась по-настоящему, хоть и немного натянуто.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)