Гранд Лайн | Архипелаг Альферац

- Вокруг почти нет хищников, но, думаю, лучше не терять бдительность. Поспи первой, я послежу за округой и буду поддерживать огонь. – Закончив с едой, решительно заявил Меруем. Из своего походного рюкзака он вытянул спальник, который призван сделать сон комфортнее, чем отдых на голой земле. Расстелив его чуть в стороне от костра, где пол был ровнее и не выступали острые камни, юноша вернулся к своему месту и подкинул в пламя пару сухих веток.

Леоне.

Осмотры окрестностей дали свои плоды. Не то, чтобы Леоне почувствовала что-то невероятное… В момент, она будто бы пережила миг трагедии того времени. Это никак ментально не укрепляло её положение, казалось, что даже наоборот… Однако тут она не одна, рядом был Меруем, который поддерживал и выдергивал из пучины мрака.

Уже под вечер, когда настал момент подготовки к позднему ужину и отходу ко сну, зверолюдка сделала всё, что было в её возможностях. Живности вокруг, в действительности, было не столь много. По крайней мере тех особей, которые могли бы утолить голод своей единственной тушей. А лезть в горы за оленем оказалось слишком далеко. Поэтому вскоре девушка передала в умелые руки парня несколько пойманный зайцев. У них точно не было и шанса против скорости чистокровного зверочеловека! Против настоящей охотницы…
Устроившись поудобнее, скрестив ноги, блондинка с интересом наблюдала за процессом, наслаждаясь скоро появившимся запахом еды. Стоило только получить миску в руки, она опустила глаза и взглянула на содержимое, а потом заглянула в емкость, которая скромно находилась в руках Меруема.

— Разве это честно? — Хмуро спросила Леоне. То, что она любила вкусно покушать, вовсе не значило, что для неё нужно выделять порцию побольше… — Приятного… — Буркнула Мёллендорф через несколько секунд молчания.

— А вообще, ты – жулик, знаешь? — Вдруг проговорила блондинка, приступая к трапезе. — Потому что мы находимся на необитаемых островах Альфераца, где нет средств к выживанию, а ты через свои порталы вытаскиваешь то, что теоретически невозможно добыть… Будь твоя воля, ты бы и дом оттуда выкинул? — Хмыкнув, спросила она, явно используя шуточный подтекст. И пока она говорила, то быстро, практически незаметно для Паладинайта, закинула в его миску пару кусочков мяса. Наверное, это максимальный уровень её доверия к компаньону, раз делится самым любимым. Как повелось, Леоне никогда не делится едой…

Впрочем, совсем скоро наступило время, когда стоило и отдохнуть.
— Хорошо, я постараюсь. В случае чего, разбуди. — Это была формальность, ведь если что-то действительно случится, она проснется. А пока… Девушка прошла к спальному месту и улеглась на левый бок, тем самым свет от огня оказался за спиной и не помешает отдохнуть. Положив руку под голову, охотница прикрыла глаза. Непривычно засыпать в неизвестном месте, но другого выбора не предоставили. Где-то над головой, в дыре потолка, уже виднелись звезды… Тишина и лишь треск костра.
В недавнем прошлом, не зная нынешних тревог, блондинка бы наслаждалась умиротворяющей атмосферой природы, редкой тишиной ночи и треском походного костра. Но не сейчас… Холодный воздух, задувающий сквозь трещины в стенах и через пролом в потолке, вызывал мурашки, а молчание покинутых земель нависало давящим беспокойством. Даже яркие звёзды, мерцающие на тёмном полотне, вызывали дискомфорт. Будто за ней наблюдали. Невольно Леоне подумала о наваждении, настигнувшем её во время прогулки по руинам, и зажмурилась сильнее, лишь бы вытолкнуть из головы чуждые мысли.

────────────────────────────────────⊱⁜⊰────────────────────────────────────

Ещё немного и сознание окутала темнота. Казалось бы, она должна была провалиться в сон, увидеть хоть что-то, но ничего…

“– Хы…хы…”
“— Кто здесь?” — Засуетившись, Леоне вдруг почувствовала себя зрителем, наблюдая за происходящим со стороны. Яркий свет пролился, подобно прожектору, над фигурой зверолюдки. Какие-то голоса нашептывали вокруг, невнятные звуки постепенно превращались в единый гул. “— Хватит… Прекрати…” — Она зажимает руками уши и закрывает

Жмурится. Отгоняет… Навязчивое чувство безысходности. Постепенно шум стих. И Леоне почувствовала тепло на своей коже. Аккуратно приоткрыв глаза, солнечный свет не сразу дал возможность оценить обстановку и понять происходящее. Однако секундой погодя, оглядываясь по сторонам, Львица понимает, что находится уже в другом месте. Оно до боли знакомое… Такое родное.
“– Хватит мамкать! Ты будешь учиться или нет? Совсем скоро ты станешь той, кто возглавит… Бла-бла-бла”. – Рыжеволосая женщина крайне сурово смотрела на неё, требуя слушаться и внимательнее подходить к тренировкам.

От происходящего девушка даже потеряла дар речи, но слова сами вырвались изо рта.
“— Я не хочу!”
Даже удар по макушке от собственной матери во сне оказался настолько реалистичным, что Леоне опешила.
“— Ая-яй! Матушка!”
“– Ты меня слушать будешь или нет?! Не понимаешь, что это важная часть твоего обучения?! Без него ты не сможешь раскрыть своей полноценной сущности!”
“— Полноценной сущности?”
“– Конечно. Все зверолюди проходят через этап взросления. Когда ты будешь готова, а твоё тело сможет выдержать силу, таящуюся внутри тебя, ты откроешь “Ярость Крови”! Это опасная сила и если ты не будешь знать, как с ней совладать, то можешь погибнуть. Это обучение - часть твоей подготовки. Ведь то, что внутри тебя…”

– Ай-ай, тебе рано ещё это вспоминать. Ты же отказалась от своего прошлого, так зачем возвращаешься к нему? – Картинка вновь сменилась и перед глазами уже не было солнечной поляны и огненноволосой женщины. Теперь перед ней лишь он… Глаза ярко-красные, словно налитые кровью и оскал, подобно хищникам. Его черты казались смазанными, но угадывалась львиная голова, объятая тёмными всполохами.
— Ты… Зачем ты мне мешаешь?!
– Я? Ну… Наверное, потому что моя задача не дать тебе жить спокойно? Не думала об этом? Думаешь, что я так легко позволю тебе копаться в воспоминаниях и искать ответы на свои вопросы? Пф-ха-ха! – “Зверь” рассмеялся, откинувшись назад.
— Я устала от твоих запугиваний. — Фыркнув, Мёллендорф скрестила руки под грудью и отвернула голову.
– Я ещё даже не начинал… Тебя пугать. Давай-ка я тебе покажу тот день, о котором ты благополучно не знала до определенного момента. Или напомнить о том, который был прямо перед твоими глазами? А почему бы не сразу оба?!

Морда сущности постепенно испарилась, а она вновь стала зрителем, с четким пониманием происходящего. Вот, Леоне наносит удары, Ризли улетает в сторону дворца и это чувство… Убийственное желание. Желание убивать. Её собственные руки налились тяжестью, но вместе с тем казались гораздо сильнее, принуждая поскорее высвободить эту мощь. И цель неважна. Появление Бенимару было неожиданностью. Он уже сталкивался с подобным состоянием и его намерения благородные. Как и прежде, парень хотел прояснить её голову, призвать к спокойствию.
“— Нет-нет-нет…” — Понимая и чувствуя, как тело не останавливается при виде товарища… Как скорость, с которой она приближалась, и сила, вложенная в кулак… Картинка меняется. Кровь… Все руки в крови. Так много крови… Вокруг так шумно. Дайлен…
— О… нет-нет…
Заострённые когти содрали кожу и пласт мышц, оставив ужасную рану на теле человека, с которым она так долго хотела увидеться. Личность, которую она очень ценила и уважала.

Переживая этот ужас эдак кругов десять, в бесконечной череде одних и тех же событий, блондинка испытывала отвращение к самой себе. Схватившись за голову, кончиками пальцев вгрызаясь в кожу, она закричала. Но крик её застрял в горле. Беспомощность приливной волной охватывала её мысли.

Словно по щелчку, миг спустя окружение переменилось, загоняя её ещё дальше в угол. Зеркала. Вокруг неё. И под ногами, и над головой. И в каждом отражалась она. Крутясь вокруг, словно юла, девушка стискивает зубы.
— Хватит. Прекрати издеваться! Ты слышишь меня?!
И вдруг эти зеркала начали трескаться. Из каждой трещины проступала она — вторая Леоне, та, что жила внутри. “Зверь”.

Тот, кто не знал сомнений, кто жаждал бежать, рвать, подчиняться инстинктам. Он улыбался её губами, но улыбка была чужой — слишком широкой, с чересчур острыми зубами.

"– Ты устала сдерживать меня, не так ли? – Нашептывал он её же голосом, но с хриплыми нотками. – Я — твоя правда. Я — свобода. Прими своё естество. Позволь мне занять твоё место…"

Леоне попыталась отступить, но поверхность под ногами вдруг стала рыхлой землёй, и она увязла в ней по щиколотки. Попытки вырваться ни к чему не привели, будто ноги сшились с полом. В ушах разразился треск – зеркала рушились, осыпаясь осколками, а “Зверь” приближался, и с каждым его шагом её тело откликалось: кости хрустели, меняя форму, ногти превращались в когти, а зубы в клыки.

Она чувствовала, как разум утопает в чуждых желаниях…

Последний осколок зеркала упал перед ней. В нём отразилось уже не её лицо, а морда зверя с пылающими глазами. И тогда она закричала — на этот раз по настоящему.

────────────────────────────────────⊱⁜⊰────────────────────────────────────

Она проснулась рывком, жадно хватая воздух ртом, будто только что вынырнула из воды. Следом невольно опустила голову и посмотрела на дрожащие руки. Сжала. Разжала. Ни когтей, ни шерсти… Её ли это руки? Покосившись в сторону, Леоне посмотрела на Меруема. Он настоящий или ещё одно наваждение? Насмешка зверя?

Дова (https://vk.ru/id161727686).

[id216866752:bp-36291248_280971|Лидия]
Меруем

Яркий огонёк хлестал дно котла, доводя воду до кипения, в то же время блондин щелкал кухонным ножом, разделяя картофель и овощи на ровные кусочки – с виду они напоминали квадраты. В своей юности он предстал перед выбором, какие боевые навыки стоит углубленно изучать, и одним из них был путь меча. Хладной металл, острое лезвие, отражающее оппонента напротив, и стремительные выпады, способные унести жизнь за один взмах. Уже потом, в путешествиях и на разных заданиях, Меруем встречал немало мечников, отточивших своё мастерство до завидных высот. Но те из них, кому не посчастливилось столкнуться с ним в открытом противостоянии, оказывались лишены излюбленного оружия. И всему виной руки, планомерно готовящие ужин для спутницы. Каждое движение словно по сценарию, он контролировал силу нажатия и подгибал пальцы, даже не смотря на опускающийся нож, витая у себя в мыслях. Его выбор был сделан под впечатлением от навыков председателя, но юноша ни разу не пожалел, доведя собственные кулаки до «стальных», готовый противопоставить их против любого оружия.
Мыслила ли в том же ключе зверолюдка, с интересом наблюдающая позади? Как ни крути, она была прирожденным бойцом рукопашного боя! Мощное тело львицы, ловкость и инстинкты, уводящие от неприятных атак, и, конечно, возможность вытянуть острейшие когти. Все те тренировки, проведённые вдвоем, показали путешественнику её талант к науке боя. От того было печальнее видеть, как её снедает угроза, с которой не справишься руками. Настоящее испытание на силу духа, не иначе.
Впрочем, большинство отвлечённых мыслей сошло на нет, когда Меруем закончил с готовкой и преподнёс спутнице миску с рагу из зайчатины. Благодаря длительному вывариванию и специям мясо достаточно смягчилось, напитавшись ароматным бульоном. Конечно, неделя активной практики не сделала из него гуру кулинарии, но во многом ему удалось усовершенствовать навыки. Ведь прежде, когда приходилось готовить для себя, он обходился без излишеств, а сейчас пытался преуспеть и порадовать напарницу.
- Те, кто добывает еду, получают порцию больше. – Бурчание пиратки было встречено категоричным заявлением, не подразумевающим продолжение этой темы. Не хотелось пренебрегать чувствами Мёллендорф и говорить, что эта увеличенная порция – способ приподнять ей настроение, но догадаться об этом не сложно. – И тебе приятного аппетита! – Добавил он, посчитав, что девушка всё-таки сдалась, принявшись за еду.
Зачерпнув ложку-другую, он прожевал пищу, но затем ненадолго отстранился от миски, подобравшись ближе к костру. Встряхнув левым запястьем, Паладинайт вытянул из пустоты небольшой чайник – внутри плескалась вода, которую оставалось лишь подогреть.
- Ещё я подготовил чай. Поможет поддержать тепло в теле и настроиться на сон. – Проговорил он, объясняя свои действия. Чайник оказался на месте котла, подогреваемый огнём, а то время блондинка ловко забросила в его миску несколько кусочков мяса. Учитывая любовь девушки к еде, жест очень мил, хоть и остался вне поля зрения охотника.
- Разве я похож на жулика? – Поддерживая шутливый контекст, вдруг вопросил он, усаживаясь на прежнее место. – Опытный путешественник всегда должен иметь при себе немного того и немного другого, между прочим. Нет ничего запретного в том, чтобы всё это удобно хранить… В надёжном месте, ха-ха! – Блондин звонко усмехнулся, намекая на жилые комнаты своего пространства. Они могли вообще не ютиться в обветшалых руинах, а с комфортом ночевать внутри этих комнат, растворяясь в мягкости настоящей постели. Однако сон посреди заброшенных земель, в дикой природе, наверняка является частью всего испытания, на которое они согласились. По крайней мере, такой логикой распоряжался сам Меруем, оставив этот вариант не у дел.
- Мог бы, если постараться. Но зачем? Так тоже неплохо. – Договорил он, продолжая трапезу, не заметив лишнего мяса.

Скромный ужин завершился коротким чаепитием, после чего Леоне отправилась отдыхать, отвернувшись от света костра.

Конечно, путешественник согласился, что разбудит её в случае чего, но на деле не собирался беспокоить её по пустякам. Что могло бы приключиться? Пара хищников пожалует на аромат еды? Разобраться с ними будет не сложнее, чем заготовить овощи к варке. А ничего более значимого не предвещалось, по крайней мере на многие километры вокруг нет ни одной сколь-либо опасной ауры. Ещё дальше Меруем не заглядывал, так как попросту не видел в том смысла.
«Впрочем… Острова, пропитанные отчаянием прошлого, могут подкинуть нечто неожиданное. Что, если дело вовсе не в дурманах? И они – банальное оправдание, чтобы не рассказывать прибывающим всю подноготную? Монахи показались мне слишком подозрительными, никогда не говорили конкретно, когда речь заходила о нынешнем состоянии архипелага. Держать столько земли в опустении попросту странно.» – Мысли Паладинайта уходили всё глубже в размышления об Альфераце, как о феномене, который не поддавался здравым объяснениям, а вместе с тем ночь становилась глубже. И хотя блондинка какое-то время не могла уснуть, сейчас с её стороны доносилось приглушенное сопение, вкупе с ровным дыханием. Понаблюдав немного со стороны, новоиспеченный пират бросил в огонь несколько разломанных веток и прислонился к обломку стены, подложенному в качестве спинки. Было не сложно поддерживать ясность сознания – его не клонило в сон даже после сытной трапезы, и пусть хотелось вытянуть книгу для чтения, он всё же оставался бдительным к окружению. Изумруды глаз поблескивали, рассматривая всполохи огня, вздымаемые проносящимся ветерком.

Но прошло ещё какое-то время и ночь перестала быть такой же спокойной: дыхание зверолюдки сбилось, а сама она начала ворочаться, будто двигалась во сне, сильно схожем с реальностью. С осторожностью Меруем обратился к ней.
- Леоне? – Затем выждал немного, так и не получив ответ.
«Она не проснулась. Но ей что-то снится.» – Насупившись, парень плавно перевел взгляд на пробитый потолок, выглядывая звёзды, и следом перенаправил внимание на стены и трещины. Если эти земли неясным образом влияют на рассудок, то и сны им подвластны. Но стоило ли будить львицу? Время от времени она успокаивалась, как если бы наступала передышка между хаосом.
Однако аккуратные попытки вытянуть её из сна не увенчались успехом. Вместо этого девушка начала говорить сквозь сон, выговаривая резкие и местами невнятные фразы сквозь стиснутые зубы, с проблеском раздражения и злости. На минуту юноша даже подумал, что обращалась она к нему, мол, тот мешал ей спать, и вернулся к насиженной подушке из травы. Но чем дальше заходил сонный монолог, тем яснее был контекст. Тем, кому Мёллендорф адресовывала свои обвинения, был Зверь. Не путешественник и даже не остров, налетающий со своими старыми бедами.
«Не даёт ей покоя даже во сне. Но такого раньше не происходило. Похоже, архипелаг и вправду нечто большее, чем опустошенная земля. Это шанс, но и проблема.» – Оставаясь сосредоточенным, парень следил за тем, чтобы сквозь кошмар зверолюдка не сорвалась в неизвестном направлении, и надеялся, что она не перевернётся в сторону костра.

Высшей точкой полуночных наваждений стал крик, прорезавший ночную тишину на многие сотни метров, вынуждая всполошиться дремлющую живность. Но сильнее всего опешил Меруем, не ожидавший такого исхода. Удивленный взгляд изумрудных глаз бросился в сторону Леоне, когда та вскочила со спальника. У неё был очень потерянный вид, будто она не могла определить, где находился и кто вообще такая, всё проверяя руки и ощущения. Тишина, наступившая вслед за вскриком, нарушалась лишь свистом ветерка и треском горящих веток.
Помедлив немного, охотник мягко улыбнулся, глядя на лицо пробудившейся спутницы.
- Приснился кошмар? – Покачав головой, показывая, что ответов не нужно, он продолжил. – Тебе по-прежнему неспокойно, так что я не удивлён. Но ещё довольно поздно, попробуй отдохнуть. Даже если не уснёшь, расслабься и полежи, заодно расскажешь, что приснилось. – Юноша сложил руки на груди, неотрывно рассматривая всполошенную блондинку.

[id161727686:bp-36291248_280975|Дова].

Леоне.

За резким пробуждением последовал вопрос от Меруема, который на мгновение дал понимание, что она вновь вернулась на Альфераце. Этого стоило ожидать, но Леоне и сама не планировала отвечать… Приходила в себя. Сознание всё ещё было мутным, воспроизводя некоторые детали из того, что она видела во сне. Но был ли это сон? Или всё-таки воспоминания из прошлого? Эти мысли не давали покоя. Приоткрыв губы, дабы что-то сказать, слова так и не воспроизвелись вслух. Кажется, она не знала, с чего начать. Или думала о том, а стоит ли вообще что-либо говорить.
— Я… — Начала тихо девушка, прикусив нижнюю губу. — Не уверена, что это был сон. — Более твердо довершила она, посмотрев на юношу. Это было только предположение, но сердце кольнуло с болью. — Вряд ли уже смогу отдохнуть, “Зверь” не даёт мне покоя, постоянно вмешивается в мои мысли… Нашептывает, пытается сбить с пути. Конечно, я его не слушаю. По крайней мере, пытаюсь, но это так сложно, ты бы знал… — Чуть сдвинувшись, Леоне пододвинулась ближе к огню и обхватила колени руками. — Я видела воспоминания из прошлого. Далекого прошлого, которое я забыла. Вычеркнула из памяти и из жизни, будто бы это было чем-то посредственным. — От осознания подобного факта, ей стало только хуже на душе. Казалось бы, она сделала что-то плохое. На самом деле, так и было.

— Знаешь, если тебе интересно, я расскажу. — Всё же Меруем выразил желание выслушать её и обещал поддерживать в пути, поэтому это первый шаг, чтобы принять свою сущность. — Монах сказал, что я должна заглянуть внутрь себя и тогда я найду ответ. Теперь, кажется, я понимаю о чём он говорил. — Постепенно, медленными шагами, она подбиралась к истине. — Как ты уже знаешь, я – зверочеловек. И изменить это никак не получится. Нельзя отказаться от того, с чем был рождён. Не то, чтобы я презирала это, но в один момент я отвернулась от своей семьи. — Выдержав небольшую паузу, блондинка хмыкнула. — Сама я родом с Нового Мира, там расположились земли зверолюдей. Взрослеем мы быстрее, чем обычные люди, а молодость сохраняем практически до старости. Это такая некоторая особенность… Но и обычаи у нас есть. Если брать, конечно, именно мой род кошачьих. Десять лет назад я должна была возглавить наши территории, родители крайне щепетильно к этому относились, поэтому готовили меня к этому моменту с детства. Моей задачей было молчать и объединить две враждующие стороны, дабы избежать… Как это говорится, гражданской войны внутри территории за власть. Уговор простой – поженить первенцев от каждой стороны. В силу возраста, да и характера, я не особо понимала насколько это важно, сколько бы мать мне не объясняла. Я просто не хотела выходить замуж за того зверолюда. И я сбежала. Я возненавидела родителей, свою родину и отказалась от них. Сбежала ради того, чтобы через пару лет скитаний оказаться в лапах работорговцев. — Рассказав небольшую предысторию, Мёллендорф усмехнулась. — Глупо, да? У меня было всё, но я от этого просто отказалась и забыла. Сейчас я даже не знаю, как всё развернулось. Живы ли мои родители? Да и существует ли ещё моя родина? Хотя, косвенно, ответ на последний вопрос я знаю. Около месяца назад я столкнулась с несостоявшимся “муженьком”, который пытался меня убить. Размышляя об этом сейчас, складывается ощущение, что его появление было не просто так… Ведь именно из-за него я пробудила “Ярость Крови”. — Ироничное стечение обстоятельств. Лишь сейчас она заметила в этом некоторую связь.
— Наверное, это моё наказание? “Зверь” не хотел, чтобы я вспоминала эту часть своей жизни. Не хотел, чтобы я возвращалась к ней… Потому что… Вспомнив это, я поняла, где мне искать ответ. И насколько этот ответ может быть тяжелым в получении… Меруем, лишь моя мать может научить меня контролировать “Ярость Крови” и помочь победить “Зверя”. Это то, к чему она меня готовила… И я никогда её не слушала. — Повернув голову, она посмотрела на Паладинайта.

— Я отказалась от имени, от своего происхождения. И никто даже не знает обо мне ничего… Я даже Дайлену об этом не рассказывала. Как думаешь, могу ли я… Вернуть своё настоящее имя? И быть той, кем я на самом деле являюсь? Не какой-то Леоне, которую продавали работорговцы… Не той, которую выкупил когда-то Дайлен, чтобы взять в свою пиратскую команду? И даже не той, которая вступила в “Реквием”… Могу ли я быть той, кем являлась десять лет назад? Имею ли я право называться именем, данным мне при рождении и носить родословную фамилию? — Выжидающе, девушка чувствовала давление и страх от принятие сего решения. Если она вернется к тому, от чего когда-то сбежала – не будет ли это откатом назад с последствиями? А с ними ей придется столкнуться в любом случае…. Как-никак, никто кроме матери не сможет раскрыть секрет того, как обуздать животную сущность зверолюдей.

[id216866752:bp-36291248_280984|Лидия]
Меруем

Тревожный сон остался позади, но то, что казалось таким реальным, ещё не полностью отпустило сознание блондинки. Рассматривая окружение, ничуть не изменившееся после ужина, она пыталась смахнуть навеянные образы и прийти в себя. И дополнительным свидетельством к тому была запоздалая реакция на слова путешественника. Плавно она распутывала мысли, выбирая, с чего лучше начать объяснение. Вероятно, девушка даже не предполагала, что крик в завершении видений был реальным, но он серьёзно обеспокоил Меруема.
- Могу только сказать, что всё это время ты находилась здесь. – Проговорил он, подмечая, что «сон», о котором шла речь, действительно выдался не из обычных, внушая более реалистичные картины. Все они по-прежнему не были настоящими, так как пиратку никуда не перемещало загадочными силами, но спокойнее от того не становилось. Все те подозрения о природе здешних островов, над которыми размышлял юноша, находили своё основание, вынуждая ещё больше опасаться оставленного архипелага. Для тех, кто наиболее восприимчив, он представлял серьёзную опасность. Тем важнее установить внутренний баланс, окрепнуть духовно, чтобы сопротивляться наваждениям.
Следом зверолюдка рассказала о том, что её вновь беспокоил голос Зверя. Об этом Паладинайт успел догадаться, прислушавшись к её бормотанию сквозь сновидения, но теперь это было подтверждено. Влияние её звериной крови проявлялось неоднократно, вынуждая девушку терять сон, настроение и даже аппетит не только во время путешествия по морю, но и на протяжении недельного обучения. На какой-то период, впрочем, сущность притихала, будто собирала силы для нового и более жестокого удара по морали и балансу Леоне. Настал тот самый момент?
- Раз он вмешивается в твоё «испытание» и пытается добавить проблем, то мы на правильном пути. Зверь опасается этого. – Сохраняя оптимистичный настрой, юноша следовал логичным выводам, опираясь на уже известные факты. – Прости, я не был в такой ситуации, но догадываюсь, как это трудно. – Добавил он, немного утешая собеседницу. Как и она, путешественник придвинулся к костру и взял длинную палку. Один из её концов уже порядком обгорел – парень перемешивал подгорающие ветки, равномерно распределяя пепел в стороны, чтобы огонь не ослабевал, рассеивая достаточно света и тепла.

- Мне интересно, так что я весь во внимании. – Утвердил юноша, не отступая от своего желания поддерживать напарницу и помогать с прохождением испытания. Отчасти в том оно заключалось для него самого, если рассматривать это с точки зрения здешних устоев. Но он был заинтригован, услышав слова о воспоминаниях из далёкого прошлого, о которых зверолюдка забыла. Вышло так, что расстаться с ними навсегда не удалось – всё, что благополучно задвинулось в самые дальние уголки памяти, начало подниматься на поверхность, терзая блондинку наяву и во сне. Не исключено, что именно такой ситуацией воспользовался голос Зверя. А раз он испытывал желание помешать ей, то над этим стоило подумать.
- Именно об этом монахи часто напоминали, обобщая суть испытания. – Кивнул блондин. – Ты осознала, как интерпретировать это для себя? – Вопрос, призывающий продолжить объяснения. И направлением взгляда, и спокойным выражением лица Меруем показывал, что он внимательно прислушивается. Бросив распаленную палку в сторону, он лишь подбросил ещё пару веток в кострище, догадываясь, что их разговор займёт достаточно времени. Огонёк убережёт их от холода ночи.
И правда, от своих врожденных особенностей не сбежать. В прошлом путешественник не так уж часто имел дело со зверолюдьми, а те из них, с кем ему доводилось работать на заданиях, представляли из себя взрослых и окрепших личностей. Может, уже давно пережили кризис, связанный с родословной, или вовсе его не испытывали, так и не раскрыв «Ярость Крови». Леоне была первой зверолюдкой, с которой парень так хорошо знаком. Но её суждения могли распространяться и на представителей других рас, как, например, рыболюди, и у юноши есть хороший знакомый родом из подводного царства.

Так что о предрассудках и агрессии в сторону людей, отличных от обычных, парень наслышан. Всех не исправишь, но был строг к подобной недальновидности.
- Значит, вот почему ты хотела забыть эти воспоминания. – Стоило речи зайти о семье, голос собеседницы слегка притих, а Меруем навострил уши, мысленно подчеркивая для себя эту информацию. О родственных связях нередко трудно разговаривать, ведь те, кто покидает семью, отправляясь в странствия, часто имеют трудности. Взять того же Меруема – он осиротел в довольном раннем возрасти. Это было так, пусть и нет точной информации, погибли его родители или же нет.

Собравшись с духом, Леоне начала рассказ о своём прошлом, заодно сдувая с него пыль и освежая для себя самой все детали, которые казались ей важными и ключевыми. Ведь они могли напрямую влиять на её душевное состояние, на разлад между сознанием и таящейся внутри силой зверочеловека, и подкашивать баланс, и без того ставший шатким от потрясений.
Юноша знал, что зверолюди крепнут быстрее, чем обычные люди, как и о том, насколько удивительно долго сохраняется их молодость. Кроме того, видел на практике, что они довольно сильны уже с раннего детства. А взглянуть на Леоне – так ещё и в мастерстве рукопашного боя хороши, даже не проходя специальных тренировок, вбирая только практический опыт.
Но то, что послужило разладом между пираткой и её семьёй, стали обычаи. И обязательства, которые встали ей поперёк горла. Изумрудные глаза наполнились сочувствием к Леоне, он мог лишь предполагать, насколько это было сурово – потерять свободу выбора, представ перед жёстким решением родителей.
- Получается, твоя семья во главе клана, если свадьба была нужна для примирения сторон? – Простой вывод напрашивался сам по себе, но он не мог не уточнить. Это подводило к тому, что Мёллендорф являлась знатной особой на родине зверолюдей. Если переводить на титулы большинства стран, наверное, её можно назвать принцессой. Мысль забавная, но веселья в юноше не прибавилось.
- Импульсивное решение. Но отважное, подстать тебе. – Он хмыкнул, заслышав о побеге. Девушка пошла наперекор чужим решениям, стремясь жить так, как сама того хочет, и нарушила помолвку с нежеланным человеком. Дух свободы и непреклонность, которые парень прочитал в ней ещё на Ионии, тянулись ещё с детства.
Но это не всегда вело к хорошим исходам, как и в случае блондинки. Угодить в цепи работорговцев – незавидная участь. Поджав губы, парень незаметно стиснул пальцы в кулаки. Не было причин распаляться, ведь сейчас девушка свободна, а значит, ей удалось вырваться, но мимолетно Паладинайт подумал: «Кто эти люди?», желая нанести «визит».
- Не глупо, если не было другого варианта жить свободной от чужой воли. Но мир опасен, особенно для молодой зверолюдки. – В том не было никакого оправдания для тех, кто схватил девушку, ведь именно они и представляли угрозу. Однако юная Леоне не могла знать всю суть жестокости открытых вод.
- Почему этот… Человек хотел тебя убить? Ведь всё это было десять лет назад. – Услышав о появлении «жениха», Меруем заметно насупился. – Похоже, справиться с ним было трудно. – Агрессия старого знакомого стала триггером для высвобождения Ярости Крови, что сразу ставило неизвестного для парня зверолюда выше обычных соперников.
И если рассматривать всё под таким углом, то каждое из событий так или иначе оказывалось связано с родословной девушки и с её скрытой силой.
- Твоя мама? Значит, чтобы продолжить обучение, придётся попасть в Новый Мир и добраться до родины? – Сложность, о которой упомянула собеседница, проглядывалась невооруженным взглядом. Путь на вторую половину Гранд Лайна сам по себе труден, не говоря уже о странствиях там, где свою власть закрепили сильные мира сего.

- Ты никогда прежде не говорила об этом с капитаном? – Озадаченно переспросил охотник, ощутив нечто, напоминающее гордость – ведь он был тем человеком, кому львица доверилась рассказать о прошлом. При том в подробностях, о которых она желала забыть.