[Норд Блю] Спайдер Майлс

= Это такая привычка – игнорировать других, Аль-Хайтам? – Несмотря на старание сохранить показательное безразличие, голос всё же проявил толику раздражения. Но слух зацепило далеко не это, а то, что незнакомец назвал его имя. Это значило лишь то, что он уже знаком с парнем, либо успел узнать о нём от кого-то другого, что казалось непростой задачей – сероволосый встречал не так много людей на этом острове.
- Тебе известно моё имя? Похоже, это не просто попытка ограбить меня. В чём дело? – Выговорил он, резко остановившись на месте для поворота в сторону неизвестного. Как бы он ни смотрел на него, не мог разглядеть облик, а всё из-за плотного плаща чёрного цвета.
Всего один день на острове, а уже появляются какие-то проблемы? Неужели всё из-за поиска археолога?

= С каких пор желание поговорить равносильно ограблению? Нет, мне не нужны твои деньги, можешь оставить клинок в покое. – Доказав свою наблюдательность, с намёком на насмешку выговорил человек, ожидая, когда Хайтам наконец сдвинется с открытой улицы.
Небольшой проулок был вне досягаемости для слабого света ламп из окон, поэтому даже на расстоянии нескольких метров фигура собеседника казалась размытой. Но зато историку удалось увидеть маску серебристо-серого цвета, покрывающую всё его лицо, а капюшон скрывал причёску.
- У меня нет знакомых на этом острове, о чём со мной говорить? – Проигнорировав совет оставить рукоять оружия, Хайтам чувствовал напряжение из-за всей ситуации, но не подавал виду, стремясь сохранить мысли в покое и анализировать происходящее.
= Конечно, я знаю. Это касается твоих стремлений и изысканий, которыми ты занимался ранее. Один только интерес к связям и информации о мире, укрытом тенями, неизбежно оставляет «след» в нём. Сегодня настал наиболее подходящий момент поговорить об этом. – Могло показаться, что незнакомец в чёрном толковал о расспросах Хайтама с целью отыскать археолога, но сам учёный быстро осознал суть сказанного.
Некоторое время назад он пытался узнать больше о подпольном мире, о людях, которым доступно больше ценных знаний и самой разной информации, полезной для поисков.
И теперь его за это собираются наказать? Кто бы мог подумать. Вероятно, всё из-за того, что он наконец остался один, ведь прежде часто появлялся на улицах в компании других людей.
Поджав пальцы на рукояти, Хайтам вовсю размышлял о том, как ему стоит поступить, чтобы выпутаться из ситуации меньшей кровью, но вдруг его мысли сдуло следующими словами.
= Я представитель «Реквиема» – организации, достигающей успеха в работе и заданиях, от которых другие отказываются или вовсе отворачивают взгляд в сторону. Нам доступно больше сведений – как видишь, я не лгу. Мне известно, что ты и твои спутники ищете на этом острове одного конкретного человека. Кроме того, ты заинтересован в чем-то ещё. Хах. Как бы то ни было, не всё бывает просто, иногда приходится потрудиться, чтобы добиться желаемого. Поиск того «мужчины с бакенбардами» нетрудное дело, если зарекомендуешь себя – помогу. Для тебя же это шанс показать, на что ты способен, если желаешь заполучить больше возможностей. – Вопреки ожиданиям Аль-Хайтама, мужчина в маске предлагал ему какую-то возможность, упомянув одну из наиболее влиятельных организаций в мире подполья.
«Реквием» – сосредоточие самых разных наёмников, привыкших действовать в преступной сфере, ведь часто имеют дело с убийствами, вооруженными конфликтами, слежкой и кражами, а их наниматели либо не хотят отсвечивать, либо полностью растворены в тени. Но бывает и так, что к ним обращаются люди, желающие наиболее эффективного решения проблемы, что совсем не связана с прямым преступлением. И путешественник немного знал о них, ведь ранее изучал возможности связаться с кем-то из этого стана.
- Некомфортно, когда о тебе знает кто-то посторонний. – Размеренно заговорил Хайтам, отвечая на слова человека. Шустро разложив в уме свои действия прошлого, он предположил, где мог допустить прокол, и кто виновен в его «выявлении». Но теперь уж ничего не сделать.

И не похоже, что его припёрли к стенке, обвиняя в чём-то ужасном. – Во мне по-прежнему сохранился интерес к вашей организации. И каким путём мне проявить себя? Мне претит быть наёмным убийцей, исполняющим чужой приговор, не разбираясь в сути вины намеченной цели. От такого я откажусь, даже если приставишь мне клинок к горлу. – В тени проулка почти не видно зелёных глаз, но они ожесточились холодом, словно Аль-Хайтам подготовился к худшему.
= Всего-то нужно, чтобы ты «привёл» ко мне одного человека. Скажу сразу, предрекая все вопросы, – он из падальщиков, собирающий в деревне свежие новости и подмечающий тех, кто недавно отыскал что-то ценное. Ушастый должен знать больше подробностей, а ещё он кое-кому сильно насолил. Выполнишь поручение – сможешь присоединиться к «Реквиему», и пусть твоё положение будет на самом старте, но только тебе решать, за какие контракты браться. Раз не намерен убивать без разбору – не надо. Всё остальное я расскажу тебе позже, если справишься. – Глаза под маской медленно моргнули, выжидая ответа.

Удивление заволокло парня, он знал, что из всего этого можно извлечь много пользы, но и сомнения не покидали мысли. Раздумывая почти минуту, благо, вербовщик не торопил, он тихо вздохнул.
- Хорошо. Если мне удастся справиться с этим поручением, я присоединюсь. Теперь расскажи мне всё, что нужно знать о цели. – Даже без взгляда на лицо парень почувствовал, как у того появилась довольная ухмылка.

Примерно через двадцать минут сероволосый зашел в один маленький бар в центральной части деревеньки, открывающийся как раз в ночную смену, чтобы встретить утомлённых работников фабрики и всех, кому не нравится коротать холодные ночи в пустых и мрачных домах. К удивлению путника, здесь было весьма уютно и всё убранство смотрелось ухоженным, а вдоль стен вытянулись маленькие столики для разных компаний. Украдкой поводив взгляд по сторонам, Хайтам собрался с духом и вздохнул, вышагивая напрямую к барной стойке.
- Здарова, старик. Уф… Налей-ка мне немного пива, тёмного. И сегодня есть мясо? Я хочу хороший кусок! – По-простому поздоровавшись с хозяином заведения, парень показательно разложился на стуле, тяжело выдыхая в потолок.
= Ого, это стоит недёшево, пацан. Ты весь пыльный и потрепанный, кошелёк позволит? – Седеющий мужчина весело усмехнулся, постучав костяшками по стойке. Перед заходом Хайтам намеренно растрепал волосы и набросал пыли на кожу и плечи, чтобы сойти за бродягу со свалок. Мечи пришлось оставить за углом, иначе всё бы потрескалось в первую секунду.
- Да-а. Устал, как собака, но сегодня мне улыбнулась сама удача! Нашлось кое-что ценное, так что хочу отпраздновать. Ну же, поторопись, а то я пойду в другое место! – Возмущаясь, он намеренно повысил голос, нависнув над стойкой, словно вот-вот поднимется и уйдёт.
Подсуетившись, бармен выставил перед посетителем высокую кружку с пивом, а затем отправился на маленькую кухню, чтобы подогнать своего подмастерье. Десять минут спустя историк довольствовался прожаренным куском свинки и «смаковал» пиво, глуша внутреннее чувство отвращения. Не то, чтобы он не терпел алкоголь, но напитки здесь явно не лучшего качества.
Между делом, он жаловался старику о том и о сём, а также сказал, что ему осталось подкопить ещё немного и удастся уехать куда-нибудь в другое место, более солнечное и не столь зловонное. А кто этого бы не желал, находясь на месте рядового жителя Спайдер Майлс, но не в возрасте, когда внутренне миришься со своей незадавшейся жизнью?

Расплатившись с мужчиной несколькими купюрами, на вид не раз смятыми в кармане, парень выдохнул напоследок, чуть подкосившись, словно уже валился с ног и хотел спать, и беззаботно вышел из бара. Но он знал, что его болтовню могли услышать с каждого столика, так что оставалось проверить, был ли искомый падальщик на своём излюбленном месте.
Несколько минут «подышав» воздухом, будто отходя от алкоголя, Аль-Хайтам зашагал без спешки в сторону затенённого поворота.

А полминуты спустя дверь бара открылась и из него вышел мужчина среднего роста, на ходу натягивая на лицо повязку из серой ткани.
Когда учёный дошел до поворота, неизвестный устремился за ним быстрым рывком, надеясь уже прижать наивного болтуна к стене, приставив острый кинжал к сердцу, но внезапно обнаружил за углом дома не усталого мусорщика, косящегося от алкоголя, а вооруженного мечами парня, выжидающего лишь его появления. Последовал болезненный удар над животом, выбивший весь воздух из лёгких, а за ним по голове проехалась рукоять клинка. Дезориентированный падальщик даже не понял, как Хайтам вбил его лицом к стене, а правую руку прижал к спине, болезненно надавливая.
- И много таких простаков успел ограбить? Слушай меня внимательно, если попробуешь воспользоваться кинжалом, я сломаю тебе руку. Не говори со мной, не пробуй закричать. Или я сломаю тебе руку. – Примерив на себе безразличие и выдавая угрозу суровым голосом, Хайтам ни на миг не колебался.
= Да пошел ты! А ну… АА! – Приглушенный хруст предшествовал вскрику, после чего сероволосый сильнее надавил на перелом, вынуждая пойманного преступника заплакать от боли.
- Предупреждал ведь. Ты разбойник, обирающий тех, у кого итак нет особых надежд на будущее. Не храбрись. – Хмурясь, пригрозил мечник. – Шевели ногами, иначе станет хуже.

Продолжая надавливать на травму пленного, Аль-Хайтам буквально затолкал неудачника к переулку, где ранее встретился с посланником Реквиема. Он уже ожидал его прибытия и немного удивился «обработке» цели, заметив, что тот корчится от боли.
= Ладно, будет сговорчивее. Так что? – Не предоставляя посторонней паре ушей много информации, спросил мужчина.
- Я согласен. – Это решение было принято ещё перед столкновением с падальщиком, поэтому он лишь озвучил его вслух.
= Тогда вернись к бару минут через тридцать, я всё объясню. – Дав понять, что некоторое время он будет занят, мужчина собирался уходить.
- Человека, которого мы ищем, зовут Мадж. Пожалуйста, попробуйте вспомнить, не встречался ли он вам. – Напомнив, о чем они говорили ранее, попросил сероволосый.
= Хорошо. – Хлопнув беднягу по сломанной руке, человек в маске увёл того в темноту проулка, оставив Аль-Хайтама с его свободным временем наедине.

| Конец вступительного квеста в «Реквием» – 2062 слова. |

| Реквием: среднее задание – Quaerere (E). |

Невзирая на проявленное безразличие и суровость по отношению к разбойнику, учёный всё ещё ощущал, как его кровь бурлит в жилах, пока тело казалось легче привычного. Каждый шаг, направляющий его к гавани, был резвее обычного, а встречный ветер уже не холодил кожу. Но парня взбудоражила не короткая стычка с целью, не травма, которую он оставил тому на руке, а сделанный выбор – решение вступить в «Реквием». Никогда прежде он ещё не имел прямого отношения к потаённым организациям, не выполнял каких-либо контрактов, однако возможность достичь большего, собирая привычно недоступную информацию, стала решающей в его выборе.
Всё ещё оставались кое-какие формальности, а также надлежащее разъяснение со стороны посла, но это уже «мелочи», ведь с поручением он справился без проблем.

Парень собирался встретиться со своими товарищами, разузнать результаты их поисков, а также поставить в известность, что он жив и цел – с ним ничего не приключилось за долгий день в городе. И для этого, как только попал в гавань, он сразу направился к рыбацкой лодке. На страже их имущества был уже другой воин, молодой парень по имени Эквирр, который очень удивился появлению персоны в пыльной накидке и растрепанных волосах. В полутьме он даже не сразу признал в человеке Хайтама, быстро вооружившись коротким копьём, прежде чем с облегчением выдохнуть.
= Так это ты, Аль-Хайтам. Хоть бы слово сказал, я ведь уже собирался сказать что-то обидное. – Весело усмехнулся он, не без интереса разглядывая облик учёного.
- Прошу прощения. День выдался долгим, я даже зашел на местную свалку, так что вид не такой опрятный. – Низвергнув последующий вопрос ещё до того, как воин его озвучил, словно считал его мысли, Хайтам вызвал у собеседника раздраженный смешок.
= Как всегда в своём духе. Остальные отдыхают, сегодняшние блуждания не принесли особых плодов. Ты тоже давай. – Заметив, что историк не торопился подниматься на борт, Эквирр махнул рукой.
- Нет, есть ещё одно дело. Может быть, остановлюсь сегодня где-то в деревне, поэтому не беспокойтесь. Я пришел, чтобы проведать вас и сказать об этом. Увидимся завтра, хорошо? – Не вдаваясь в подробности, запыленный парень спокойно улыбнулся, глядя на растерявшегося товарища.
= Какие ещё дела посреди ночи? Гррм… Вижу, ты что-то задумал. Как обычно. Но не рискуй понапрасну, будь осмотрителен. – Понимая, что этого парня, действующего зачастую по своему усмотрению, простыми словами не отговорить от намеченной авантюры, солдат выдохнул. Ему ещё предстояло выслушивать возмущение от лидера их отряда, но то дело утреннее.

Взяв пакет сушенных фруктов и флягу с водой, Хайтам пожелал Эквирру хорошего дежурства и ушел с пирса, углубившись обратно в улочки деревни. Прямо на ходу он немного перекусил, запил водой, и направился к тому маленькому бару. Внутреннее ощущение времени подсказывало, что назначенные полчаса вот-вот пройдут, а опаздывать было бы лишним.
И действительно, когда парень добрался к фасаду здания, он заметил, что в его тени стоял человек в чёрном плаще, под капюшоном которого проглядывалась лишь серебристая маска. На этот раз он был один, но спрашивать, куда делся схваченный падальщик, неуместно. И не потому, что историк опасался закидывать посланника вопросами, которые его мало касались, а из-за того, что не хотел слышать правдивый ответ. Пусть в голове останутся лишь догадки.
= Ты пунктуален, похвально. Теперь пора рассказать тебе, как обстоят внутренние дела «Реквиема» и какие у нас правила и обязанности. – Это было именно то, что предполагала повторная встреча, так что Хайтам внимательно выслушал новую информацию.
Ему стало известно о рангах, определяющих людей в иерархии организации, а также об особых монетах, за которые можно обеспечить себе продвижение. Эта внутренняя валюта разделялась на несколько типов, основываясь на материале изготовления, и зарабатывалась только выполнением контрактов.

Другими словами, человек должен усердно работать от лица «Реквиема», достигая не только выгоду для себя, но и обеспечивая организацию новым влиянием и авторитетом. Хитрая схема, при которой и волки сыты, и овцы целы.

= К слову, говоря о контрактах. Если ты готов, то я могу предоставить тебе одно, совсем свежее, и есть у меня ощущение, что оно тебя заинтересует. Кроме того, задача должна быть по плечу человеку, способному поломать кому-то руку-другую. – За маской послышался тихий смешок, словно издёвка, но представитель организации сохранял отстранённое отношение.
- Сперва я хочу узнать больше о задаче. – Напомнив, что не станет работать бездушным убийцей, ответил историк. – И удалось ли… Вам вспомнить о человеке, Мадже? – Тут же спросил он, запнувшись на том, как обращаться к послу.
= Моё имя неважно, зови меня просто посол, или маской. Как хочешь. А по поводу этого археолога… Да, в том и суть. Твой искатель старинных вещиц связался с дурной компанией, может быть, его простодушную натуру просто обвели вокруг пальца, надеясь вытянуть как можно больше в подходящий момент. И ему повезло, что в окружении доктор Мадж имел хорошего друга, ха-ха. Задание, которое я хочу предложить, как раз связано с ним. – Наблюдая, как на лице Хайтама проявляется интерес и удивление, Маска усмехнулся.
«Всё же, доктор Мадж не избежал неприятностей посреди этих мусорок. Так что же случилось, почему задание Реквиема связано с ним?» – Осознав, что ответ на вспыхнувший вопрос может получить прямо сейчас, лишь согласившись с поручением, историк не медлил.
- В таком случае, мистер Маска, я возьмусь за этот контракт. Пожалуйста, поделитесь подробностями. – Насупив брови, учёный внимательно слушал каждое слово.

Как оказалось, друг археолога, вместе с ним прибывший на Спайдер Майлс, обратился за помощью в Реквием, обнаружив в их пристанище бардак и явные следы борьбы, а также отсутствие самого мужчины с бакенбардами. Прежде они наняли несколько человек, которые помогали им с поисками на мусорных холмах, и когда проклюнулись первые результаты, нареченные как «ценнейшие», эти люди поддались жадности и проявили свою истинную натуру. К сожалению нанимателя, он не располагал более подробной информацией и понятия не имел, куда увели его спутника и что планируют делать. И тут-то ко всему этому делу подключилась информация, полученная от падальщика, схваченного Хайтамом в качестве проверки. Этому бедолаге были знакомы те, кто уволок археолога – едва услышав их описание, пленник быстро всё рассказал. Он даже бывал в месте их привычного сбора, разделяя добычу, поэтому поделился ориентировками, чтобы туда добраться, следуя из города.
Как ни странно, такие люди забивались в укромные уголки свалки, где-то подальше от глаз посторонних, куда даже дозорные не полезут без особой необходимости. Наткнуться на них, просто рыская по округе, можно лишь с удачей. Или её отсутствием, если совсем не готов сталкиваться с вооруженными преступниками.
«Похоже, ночь будет долгой.» – Подумал про себя учёный, удаляясь от бара, где несколько минут назад разговаривал с Маской. Осознав ситуацию, он уже не мог откладывать выполнение контракта на поздний срок, даже на утро, ведь никто не может в точности сказать, останется ли пленник в порядке к тому моменту. Если это ещё возможно, сероволосый обязан не допустить худшего исхода.
Сделав несколько маленьких глотков из фляги с водой, он спрятал ту под накидкой, закрепив на поясе, и проверил крепление ножен мечей. Немного взбодрившись, парень направился прямиком к свалке. А в голове эхом отдавались слова Изабель, предупреждающие о повышенной активности падальщиков с заходом солнца.
Но выбора не было.

В ночной темноте груды мусора, в своей высоте превышающие жилые дома деревеньки, обрастали сюрреалистичными деталями, почти оживая для пущего устрашения незваных гостей. Если бы не приглушенный шум, издаваемый хламом под ногами, атмосфера бы совсем сгустилась до ужасающе-мёртвой.

Однако Хайтам не унывал – в прошлом ему довелось лицезреть действительно страшное зрелище, оставившее неизгладимый след, и в сравнении с этим мрачная свалка была ерундой. А если он проявит осторожность и не привлечет излишнее внимание, то и снующие вокруг падальщики не станут для него значимой угрозой. Куда больше парня волновала мысль о том, как ему вызволить Маджа, если тот ещё остался в живых. Заявиться в открытую к месту скопления его похитителей – не лучшая мысль. Но прежде, чем об этом думать, предстояло ещё добраться до этого места. На пути у него достаточно препятствий.

Одним из них, конечно, были падальщики. И не пришлось долго ждать встречи с ними. Примерно через двадцать минут, как сероволосый вернулся на свалку, его окликнул хриплый голос. Повернув голову в его сторону, историк заметил, как на вершине холма, у подножия которого он шел, стояла слегка сгорбленная фигура в бежевом балахоне. На слабом лунном свете мужчина проявил свою плешивую голову, покачивая увесистой дубинкой с утяжеленным наконечником.
= Ну-ка, ты чего тут бродишь? Сегодня я здесь наживаюсь, все должны быть в курсе. Выворачивай всё, что успел подобрать, пока я тебе руки не отбил, гадёныш. – Продолжая хрипеть, мужчина всунул меж зубов измятую сигарету и неторопливо подпалил её короткой спичкой, начиная сходить с кучи хлама.
- Занятно, так значит вы делите между собой области. – Вдумчиво проговорил парень, опустив левую ладонь по накидку.
= Чего ты там бормочешь? Ты слышал меня! – Разразился падальщик.
- Нет. Ты ничего не получишь. – Звучный ответ привёл оппонента к озлобленной реакции. Сперва вверх устремилось ругательство, а прямо за ним в ход пошла дубина. Тяжелой поступью он устремился в сторону Хайтама, незамысловато замахиваясь сверху вниз для наиболее тяжелого удара. И заметив это, зеленоглазый сделал длинный шаг назад. Увесистое оружие обрушилось на какой-то кувшин, и без того растрескавшийся под гнётом времени, и окончательно его разбил. Выхватив один из стальных клинков, учёный тут же перешел в ответное наступление, направив колющий удар в правую руку соперника. Брызнула кровь, последовал краткий вскрик, а мечник не останавливался. Отведя меч назад, он сделал короткий подшаг навстречу цели и лёгким взмахом оставил ещё один порез длиной во весь торс своей цели.
Не сумев вовремя поднять дубинку, падальщик отшатнулся и потерял равновесие, испытывая прилив боли в двух неприятных ранениях.
«Будет плохо, если он позовёт кого-нибудь и увяжется за мной.» – Взмахнув мечом, сбросив капли крови, подумал Аль-Хайтам. Однако он не намеревался убивать дебошира, поэтому воспользовался моментом его слабости и нанёс размашистый удар крестовиной, подорвавшись на короткую дистанцию. Увесистое оружие вкупе с приложенной силой нанесло достаточную травму, чтобы вывести хриплого мужчину из сознания.

«Повезло, он слонялся здесь в одиночку. Нужно быть внимательнее.» – Не озаботившись оставленными ранами, даже не оттащив побежденного в сторону, историк обтёр лезвие от остатков крови об ткань и ускоренно направился вперёд, всматриваясь в окружение.
Те самые ориентиры, о которых поведал падальщик, представляли из себя особо громоздкие вещи, которые либо не представляли ценности, полностью проржавев, либо же оказывались слишком тяжёлыми, чтобы их двигали местные бродяги. К тому же, они действительно оказывались полезны в своей новой роли. Раньше Хайтам не придавал этому значения, но, если так подумать, то даже эти хаотичные свалки не были полностью неподвластными логике.
Преодолев обломок мачты, над которой всё ещё реял порванный флаг какой-то пиратской команды, едва видимый в лунном свете, парень понял, что уже преодолел большую часть пути. Ему ещё дважды встретились одиночные падальщики, решившие вступить в ним в схватку, однако их навыков было недостаточно, чтобы представлять парню хоть какую-то серьёзную угрозу. К тому же, один из них и вовсе оказался безоружен, стремясь орудовать лишь кулаками. Но без должной силы таким путем никак не справиться со стальным мечом.

А ещё сам путешественник издали видел нескольких падальщиков, углубляющихся в мусорную область, но не стал за ними следовать. Если он будет тратить силы на ненужные сражения, то в нужный момент может и не совладать с противниками, которых действительно важно одолеть.
«Никто не знает, сколько падальщиков здесь скопилось на самом деле. Будет очень непросто, если к одному сбежится целая толпа.» – Подумал он, по-прежнему стараясь не шуметь и не привлекать внимание.

Чем ближе парень был к предполагаемому прибежищу похитителей, тем медленнее были его шаги. Он стремился не издавать шума вовсе, потому-то отшагивал осторожно, минуя плохо уложенный мусор, способный издать протяжный скрежет или вызвать обвал целой кучи. И наконец издали его глазам открылся отсвет от костра. Вверх от него поднимался едва заметный дым, поскольку источником топлива были грязные вещи, а уши уловили тихую беседу между несколькими людьми.
= Вот же чёрт, зачем мы вообще столько горбатились на этого неудачника? Джек, надо было просто следить за ним со стороны и ждать, пока какие-нибудь идиоты сделали бы всю работу, за которую мы спины гнули. Тьфу. – Возмущенный голос выдавал женщину, не скрывающую неприязнь к обсуждаемому человеку.
Ей же вторил сиплый голос мужчины. Хлебнув чего-то горячего, заойкав от ожога на языке, он выдохнул.
= Да-а, каких трудов нам стоило отыскать этот чёртов шлем. Но он сказал нам, что находка слишком ценная и её необходимо направить «коллегам». Ага, конечно, держи карман шире, докторишка. – Подув немного на ложку, он продолжил трапезничать.
= Да заткнитесь вы, чёрт возьми. Ты, Мирла, сама себя не слышишь – говоришь так, будто идиоты в итоге мы, раз пахали на этого археолога. Но нет. Шлем у нас, эта зазнавшаяся туша – тоже. Выбьем из его дружков выкуп и свалим отсюда, а железку продадим на чёрном рынке. Вам, может, и в радость копаться вокруг в кучах мусора, но у меня это уже поперек горла сидит. – На этих словах компаньоны Джека замолкли, поникшими взглядами рассматривая танцующее пламя.

Подобравшись ближе, но не настолько, чтобы выдать себя, Аль-Хайтам рассмотрел лёжку преступников получше. У них была маленькая хижина, собранная из всякого хлама, вроде сломанных холодильников и треснутых досок. А сами они рассеялись треугольником вокруг небольшого костра, над которым свисал котелок, явно бурлящий какой-то похлёбкой, уплетаемой одним из беседующих.
«Нашлись. Если я всё правильно расслышал, доктор Мадж им ещё пригодится живым. Как славно.» – Про себя выдохнув с облегчением, Хайтам вытянул уголки губ в лёгкую усмешку, вслушиваясь дальше.
Отчасти это была проблема самого острова, ведь здесь скопилось слишком много людей бедной прослойки населения, отчего им приходится шастать по свалке в поисках добычи. С другой стороны, на острове функционируют заводы по переработке мусора, наверняка там есть рабочие места. Так в чём же дело всех этих падальщиков? Нежелание честно работать? Или внутри производства несправедливое отношение к своим сотрудникам?
У серовласого, пробывшего на острове меньше суток, не было права судить, кто здесь виновен, а кто лишь жертва обстоятельств. В любом случае, преступление – это преступление. Особенно похищение человека, который дал им работу.

= Вот что я вам скажу, как только разберёмся с этим, давайте убираться отсюда прочь. Рано или поздно дозорным надоест слушать жалобы всех этих несчастных, и сюда прибудет действительно сильный отряд солдат. При желании они всех тут выследят и посадят на цепь. До сих пор нам везло, но это не продолжится вечно. А ещё… Я боюсь, что эту мусорку могут просто сжечь дотла. Как-то на глаза не попалась старая газетка, так уже делали в прошлом.
= Но мы же здесь! И все знают, что на мусорных холмах полно народу! Они не посмеют! – Прикрикнула женщина.
= Там были сотни человеческих жертв, всем плевать. А мы с вами считаемся «падальщиками». Люди не расстроятся, если нас не станет. Этот гнилой мир несправедлив.

«Вы ещё поболтайте о несправедливости жизни, похитители. Мне надоело слушать эти слёзы, пора вытаскивать археолога.» – Насупив брови, историк затаил дыхание и подобрался настолько близко, насколько позволяли укрытия из мусора. Но до хижины оставалось около десяти метров, а свет от костра уже отчетливо освещал его прикрытие.
Пошарив ладонью по земле, он взялся за какой-то крупный осколок металла и постарался закинуть его посильнее в сторону хижины, чтобы вызвать гулкий стук. Вся троица резко отреагировала на него, из-за чего их лидер был вынужден подняться. В первую очередь он вознамерился проверить, не решился ли их пленный на побег, устроив переполох внутри домика.
В этот момент Аль-Хайтам подорвался с места, на ходу вынимая из ножен оба клинка. Ему необходимо было как можно скорее разобраться с парочкой, усевшейся возле костра. Женщина расположилась спиной к нему, а вот ворчливый мужчина смог периферическим зрением уловить появление незнакомца. Однако до того, как из его горла вырвался удивлённый вскрик, Хайтам уже преодолел десять метров и приставил клинок к шее Мирлы, а второй навострил в сторону незнакомца. Он бы мог пронзить ни о чем не подозревающую женщину в спину, но посчитал, что в этой ситуации и простая угроза будет достаточной, чтобы свести их попытки сопротивления к минимуму.
- Ей не поздоровится, если закричишь. Это не блеф. – Ткнув металлом аккурат в щёку, оставив лёгкий порез, парень вновь вернул лезвие ближе к шее, холодно наблюдая за мужчиной. Крик схлопнулся в глубине горла, когда он немигающим взором смотрел на мечника. Вероятно, у него в голове проносилось очень много разных мыслей – от гневного возмущения до слезливой просьбы оставить в покое подругу. Но ни одна так и не сформировалась сиплым голосом, поэтому падальщик продолжал в тупую разглядывать прибывшего.
Меж тем, сейчас историк обзавёлся широким серым платком, опоясывающим нижнюю половину лица, дополняя тем самым маскировку накидки и капюшона. Это было нужно, чтобы скрыть свою персону от врагов, но что более важно – от Маджа.
= О-отпусти меня. Чего ты хочешь?! Вокруг нас знают, мы много не берём… – Всхлипывая, женщина дрожала, чувствуя щиплющую боль на щеке, а холод стали действительно пугал её.
- Ты. Иди сюда, сядь рядом, иначе больше её не услышишь. – Двусмысленно угрожал Хайтам, вроде бы намекая на смерть, а сам уже поджал пальцы на рукояти, чтобы посильнее ударить крестовиной.
Вынужденный держать руки на виду, мужчина подполз ближе и оказался в том же положении, что и Мирла – холодное оружие прильнуло к его шее, вызывая марш мурашек вдоль хребта.

= Чего это вы притихли, суп что ли удался? – Выбравшись из хижины, Джек застал момент, как Хайтам нанес два размашистых удара по макушкам едва пленённых врагов. И это, конечно, вызвало у него приступ гнева.
= Какого чёрта?! Ты что с ними сделал?! – С явным оскалом выругался похититель, вытянув с ножен на поясе пару кинжалов. Металл выдавал намёк на ржавчину, но, похоже, их обладатель старался заботиться о состоянии своего оружия.
- Вывел их из уравнения. Остались лишь ты и я. – Констатировал серовласый, перешагнув через тела преступников. Он не испытывал удовольствия, лишь нарастающее раздражение от развернувшихся событий и усталость, неизбежно подступающую после длинного дня.
Подметив уверенный хват кинжалов, наконечники которых смотрели в стороны и вниз, зеленоглазый чувствовал, что этот соперник может оказать достойное сопротивление.
Внешне Джек не выглядел особенно сильным – щуплое тело, впалые щёки с выступившей многодневной щетиной, но вот взгляд его глаз проявлял вскипающую ярость. А как известно, даже маленький зверь, подпертый к стенке, может дать смертельный ответ.
= Ты, ублюдок, сейчас сдохнешь! – Не сдерживая голос, брюнет сорвался в необдуманный рывок, стремясь как можно скорее преодолеть опасную дистанцию мечей и занести кинжалы в синхронном уколе. Он не метил куда-то конкретно, лишь хотел изрешетить тело Хайтама бесконечным множеством уколов.

В ответ на это историк промолчал, вычерчивая левой ногой полукруг, чтобы занять стойку для длинного колющего удара. В следующую секунду над укромным местом с хижиной прозвучал звон металла – Джеку пришлось останавливать выпад клинка скрещенными кинжалами, поскольку он не сумел вовремя остановиться и отскочить в сторону. Но так он избежал смертельного ранения, направленного ему в грудную клетку. Чувствуя нависшую угрозу, мужчина попытался воспользоваться обратным движением клинка и вновь оттолкнулся ногами, огибая его в стороне. Однако Хайтам был к этому готов и высек вторым мечом полукруг, направленный снизу вверх. Вслед капелькам крови вверх отскочил один из кинжалов, а соперник вскрикнул от боли.
Это была возможность завершить стычку, и учёный ухватился за неё, направив оба меча синхронным круговым движением по горизонтали, оставив на груди Джека две кровоточащие раны. Резкая боль и ударный импульс повалили падальщика на спину. Ещё несколько мгновений сопротивляясь, желая встать на ноги, он в конечном итоге потерял сознание.

Окинув поверженную троицу беглым взглядом, сероволосый наконец выдохнул, дав волю накопившемуся напряжению. Затем он торопливо разобрался с кровью на лезвиях, а убрав оружие в ножны, зашагал прямиком в хижину.
Мужчина с бордовыми бакенбардами лежал на полу, связанный по рукам и ногам, а внешне выглядел крайне помятым. И немудрено, ведь его сильно избили, прежде чем притащить к мусорной обители. Когда парень подошел ближе, то понял, что Мадж оставался без сознания – тут либо Джек постарался, либо он попросту выбился из сил, испытывал большой стресс.
Обшарив жилище, парень отыскал припрятанный шлем, о котором толковали разбойники, и был вынужден водрузить археолога на собственные плечи, чтобы поскорее вынести пострадавшего прочь со свалки.

Обратная дорога была намного проще и быстрее, поскольку Хайтам знал, в каком направлении ему следует двигаться, и уже запомнил основные ориентиры, не позволяющие заплутать между скоплений хлама.
Правда, на то, чтобы перенести взрослого мужчину, у него ушло немало сил. В отличии от Бель, учёный-брюнет имел более широкую комплекцию.
«Было бы проще, шагай он на своих двоих.» – В своих мыслях сетовал путешественник, не снижая остатки бдительности, ведь ему совсем не хотелось в такой ситуации столкнуться с группой падальщиков. Но ему повезло избежать столь неприятного расклада. По всей видимости, разделение территорий действительно имело немалое значение в их кругах.
Объявившись на окраине деревеньки, сероволосый немного отдышался. Затем, поправив бессознательное тело, перевешенное через плечо, не менее торопливым шагом направился к конкретной улице. Там и нашелся дом, где обосновался заказчик, по совместительству товарищ Маджа.
Несколько раз громко постучав по входной двери. Хайтам был вынужден дождаться ответа с той стороны.
= Кто заявился в такой поздний час?! Меня вам не взять! – Прикрикнул голос, звякнув каким-то металлическим объектом.
- Контракт, который вы дали, выполнен. – Этих слов было достаточно, чтобы вынудить собеседника замолчать от лёгкого шока. Вскоре дверь открылась, а на свет показался светловолосый мужчина, с неверием разглядывающий Маджа, свисающего с плеча Хайтама лицом вперёд.
- Рекомендую осмотреть его, по возможности найдите доктора. И ещё. Вот вещь, которую украли похитители. – Вручив человеку шлем, словно покрытый неестественно обильной ржавчиной, Хайтам подождал, пока тот оставит артефакт где-нибудь в стороне и заберёт освобожденного археолога.
= Уф.. да. Спасибо вам, э..? – Ухнув от тяжести, рухнувшей ему на руки, заказчик взглянул на серый платок, перекрывающий всё лицо историка, кроме глаз.
- Зовите меня «Сокол». Хорошей ночи. – Озвучив псевдоним, который решился взять для контрактов «Реквиема», учёный попрощался с археологами и поспешил покинуть улицу. Направляясь к маленькому бару у гавани, надеясь снять там комнатушку, всё это время парень разминал ноющее плечо.

К большой радости историка, хозяин заведения позволил ему выспаться в одной из двух гостевых комнат, за что пришлось заплатить достаточно суровую сумму. А на утро парень скромно позавтракал и отправился к месту, где впервые заговорил с Маской.
Кроме беглой похвалы за успех, вербовщик вручил Аль-Хайтаму награду за задание и одну монету «Реквиема», отлитую из бронзы.

«Вот они какие, монеты организации? Чем больше сумею собрать, тем выше ранг займу. Осталось решить, как быть с товарищами.» – Предаваясь размышлениям, мечник двигался вдоль улицы, изредка оглядывая подворотни.

| Конец задания «Реквиема» – 3550 слов. |