Его удары были молниеносны, за секунду он оставил три пореза на теле его молодой визави. Сначала меч пронесся перед ее гортанью, разрубая шейные позвонки, после, перейдя в состояние полуприсяда, он раскрутился, нанося сокрушительный удар мечом по животу, и наконец, последний удар он нанес по голеням вплотную к коленям, разрубая ее ноги последним ударом, уже сидя на одной ноге.
— Из тебя плохой учитель, Самура. — Зик неторопливо выпрямился, с презрением взглянув в ошарашенное лицо самурая. Ее озадаченное, опустевший от отчаяния взгляд выглядели жалко, недостойные ее. — Вставай. —
Тело ее ученицы по частям рассыпалось к ногам рыжего пирата, становясь очередной каплей в кровавой луже на улице этого города. Лоуп-Гароу перешагнул через обрубки, постепенно ускоряя шаг, стряхнув кровь с клинка мощным взмахом. Самура собиралась с мыслями не долго, когда Зик пошел на сближение, она медленно поднялась на ноги и встала в боевую стойку, кладя катану обухом на свое плечо.
= Я заставлю тебя сожрать эти слова вместе с плотью твоей спутницы. = Свои угрозы она подкрепила утробным рычанием, ставший для ее гнева чем-то само собой разумеющимся.
Пират же на ее слова лишь заулыбался. Он бы ни за что в жизни не дал в обиду Вилму, особенно теперь, после того, как они с ней прошли сквозь огонь, воду и медные трубы. За один присест на Доре.
— Ну попробуй. — В его голосе ощущалась усмешка, невероятная наглость и самоуверенность. Все эти три составляющие всегда бесили женщину, но вместе с тем, она осознавала, как независимо от всего влюблялась в эти его черты.
Закончив с устной прелюдией, зверолюди сорвались с места, совершая взаимное сближение друг к другу, их клинки с звоном соприкоснулись друг с другом, высекая искру в воздухе. Руки дрожали от напряжения, каждый удар, каждый блок, все это ощущалось бойцами всем телом. Отсутствующую руку беженка компенсировала остальными частями тела. Заблокировав очередной удар пирата, она отвела его клинок в сторону своим и нанесла мощный удар лбом. Зверочеловек не желал разбивать себе нос, поэтому был вынужден подставлять под удар свой собственный лоб.
«Какой же у нее крепкий череп, черт подери!» — Мысленно взвыл мечник, стиснув зубы от боли.
Но и в долгу он не остался, ударяя ее в живот коленом, от чего девушка согнулась, кашлянув. Сразу после этого последовал следующий удар, перекрестьем в правый бок, вынудивший ее резко увеличить дистанцию, чтобы не получить себе лишнюю дыру в животе. Зик слегка отшатнулся, касаясь основанием кисти своего лба, он ощущал легкое головокружение, словно встретился головой с фонарным столбом и, кажется, ощущение было недалеко от правды.
— Я, конечно, знал, что ты твердолобая... — Признался он, морща лоб. — Но это уже перебор. Тебе что, стальную пластину туда вставили? —
Самура сделала несколько шагов назад, выгибая шею в бок, от чего прозвучал характерный хруст в области позвонков. Ее молчание и слегка печальный взгляд, с которым она смотрела на юношу давал ему понять, что он угадал. Почти угадал, и что-то ему подсказывало, что это было далеко до правды. Сплюнув скопившуюся слюну, самурай крутанула мечом на манер копья, от чего клинок ее оружия сделал полный оборот перед ней, остановившись на уровне лица параллельно земле.
= Ты ничего... = Изначально ее лицо было таким же равнодушным, как и всегда, но вскоре она изменилась в лице, раскрывая хищный оскал, переполненный яростью и гневом. = Не знаешь! =
В мгновение ока женщина волчком сблизилась с своим оппонентом, но вместо того, чтобы разрубить его на две ровные части, клинок в который раз остановился от поставленного блока. Клинки их мечей дрожали под натиском сил двух зверолюдей, но если силы Самуры были приправлены нескрываемой яростью, то Зик же был полон недоумения, невольно сдавая позицию
— Так поведай мне. Что произошло в клане? — Зик впервые за долгое время говорил взволновано, нервничал. Вернее, нервничал он постоянно, когда с Вилкой что-то происходило, но сейчас был совершенно иной случай.
ONE PIECE RP ·
[Норд Блю] Месса
Сейчас Лоуп-Гароу был близок к истерии, как никогда прежде. Мир вокруг него стремительно менялся, а он чувствовал себя застрявшем в посреди перепутья прошлых дней. Но Самура была все так же непреклонна. Продолжая давить физически, она яростно шагала вперед, вынуждая рыжего к отступлению. Шаг за шагом женщина теснила его к стене, пока в один миг Зик не ощутил спиной холод камня сквозь обрывки рубашки.
= Дела клана... = Прорычала зверолюд. = Тебя не касаются! =
На мгновение девушка отстранила клинок, но лишь для того, чтобы надавить на Зиккери с еще большей силой, усиливая проникающую силу клинка ударом плеча о его обух. Вздрогнув, рыжий мигом ретировался от удара, уйдя в сторону. Каменная стена под ударом женщины оказалась разрублена в мгновение ока, как и мебель за ней.
— Тогда я заставлю тебя говорить! — Процедил он надрывно сквозь плотно сжатые ряды зубов.
Выскользнув из под удара, он замахнулся своим мечом, метя им в единственную руку лисицы, однако в миг, когда меч должен был коснуться ее плоти, она резко развернулась, вырывая клинок из стены вместе с множеством осколков, полетевших в направлении удара, будто часть камня раскололи взрывом.
«Зараза!» — Рефлекторно прищурив глаза, рыжий почувствовал, как его оружие столкнулось с сталью ее клинка. Ринку, на удивление рыжего молчала, молча упиваясь его душевной болью.
Свободной рукой он начал тереть свои глаза, стряхивая пыль от щебня в сторону, но неожиданно для себя ощутил, как в его бок вонзили когти. В легкой панике, мужчина замахал мечом, пытаясь рубануть по лисице мечом, но вскоре вновь наткнулся клинком на стальное препятствие. Это ввергло рыжего в замешательство, легкий аромат смерти повеял в воздухе. В этот раз она пришла по его душу.
— Да черта с два! — Крикнул он, отказываясь помирать здесь бесславной смертью. Он резко поставил блок, прижав локоть ведущей руки к груди, а клинком "Звена" прижавшись к плечу.
Его чутье его не обмануло, вскоре в блок ударился стальной клинок, лезвием впиваясь в его плоть. Наконец он сбросил пелену пыли с своих глаз, чтобы увидеть Самуру, сжимающую рукоять ее катаны в зубах, в то время как ее когти впиваются в его бок, не давая ускользнуть от удара. Ее злобный взгляд встретился с его глазами. В отместку, он впился когтями в ее предплечье. От боли она взревела, разжимая свои челюсти и пальцы, Зик поспешил воспользоваться этим, плавным движением кисти отталкивая клинок, оставшийся в его плече, от плоти.
= Ублюдок! = Крикнула она в чувствах, чувствуя как теплая кровь стекает по ее руке, делая густой лисий мех липким и алым.
Игнорируя боль в плече, рыжий взмахнул "Звеном", в замахе направляя его острие в девушку. Лучше момента и быть не могло, ее оружия нет, тело изнурено длительным сражением, сначала против Зика под контролем Ринку, а после и самого пернатого. Выдохнув, он совершил выпад, с колющим ударом, нажимая на скрытую кнопку под перекрестьем. Для Самуры это было удивлением, но меч резко удлинился, размыкая отдельные секции прежде чем вонзиться в ее плоть. Инстинктивно она подставила свою руку, в попытке заблокировать удар, однако, пробив ее ладонь, острие прошло дальше, змеей впиваясь в ее бок.
— Отдыхай. — Он отпустил кнопку и меч с звоном ввернулся в исходное состояние, отдавая в руку толчок от возврата. — Поговорю с тобой после того, как закончу... С ним. —
Зик не знал, что именно здесь забыла Самура, но учитывая количество зверолюдей, их половую принадлежность и заклейменность, он сделал один простой вывод - здесь был Влад. Впрочем, последний и не скрывался, вскоре в очередной раз показываясь перед лицом хищника. Увидев Вилму, Лоуп-Гароу замер в оцепенении. Его удивленный и одновременно испуганный взгляд встретился в взглядом девушки, после чего с яростью направился на лицо Влада, продолжающего усмехаться.
= Дела клана... = Прорычала зверолюд. = Тебя не касаются! =
На мгновение девушка отстранила клинок, но лишь для того, чтобы надавить на Зиккери с еще большей силой, усиливая проникающую силу клинка ударом плеча о его обух. Вздрогнув, рыжий мигом ретировался от удара, уйдя в сторону. Каменная стена под ударом женщины оказалась разрублена в мгновение ока, как и мебель за ней.
— Тогда я заставлю тебя говорить! — Процедил он надрывно сквозь плотно сжатые ряды зубов.
Выскользнув из под удара, он замахнулся своим мечом, метя им в единственную руку лисицы, однако в миг, когда меч должен был коснуться ее плоти, она резко развернулась, вырывая клинок из стены вместе с множеством осколков, полетевших в направлении удара, будто часть камня раскололи взрывом.
«Зараза!» — Рефлекторно прищурив глаза, рыжий почувствовал, как его оружие столкнулось с сталью ее клинка. Ринку, на удивление рыжего молчала, молча упиваясь его душевной болью.
Свободной рукой он начал тереть свои глаза, стряхивая пыль от щебня в сторону, но неожиданно для себя ощутил, как в его бок вонзили когти. В легкой панике, мужчина замахал мечом, пытаясь рубануть по лисице мечом, но вскоре вновь наткнулся клинком на стальное препятствие. Это ввергло рыжего в замешательство, легкий аромат смерти повеял в воздухе. В этот раз она пришла по его душу.
— Да черта с два! — Крикнул он, отказываясь помирать здесь бесславной смертью. Он резко поставил блок, прижав локоть ведущей руки к груди, а клинком "Звена" прижавшись к плечу.
Его чутье его не обмануло, вскоре в блок ударился стальной клинок, лезвием впиваясь в его плоть. Наконец он сбросил пелену пыли с своих глаз, чтобы увидеть Самуру, сжимающую рукоять ее катаны в зубах, в то время как ее когти впиваются в его бок, не давая ускользнуть от удара. Ее злобный взгляд встретился с его глазами. В отместку, он впился когтями в ее предплечье. От боли она взревела, разжимая свои челюсти и пальцы, Зик поспешил воспользоваться этим, плавным движением кисти отталкивая клинок, оставшийся в его плече, от плоти.
= Ублюдок! = Крикнула она в чувствах, чувствуя как теплая кровь стекает по ее руке, делая густой лисий мех липким и алым.
Игнорируя боль в плече, рыжий взмахнул "Звеном", в замахе направляя его острие в девушку. Лучше момента и быть не могло, ее оружия нет, тело изнурено длительным сражением, сначала против Зика под контролем Ринку, а после и самого пернатого. Выдохнув, он совершил выпад, с колющим ударом, нажимая на скрытую кнопку под перекрестьем. Для Самуры это было удивлением, но меч резко удлинился, размыкая отдельные секции прежде чем вонзиться в ее плоть. Инстинктивно она подставила свою руку, в попытке заблокировать удар, однако, пробив ее ладонь, острие прошло дальше, змеей впиваясь в ее бок.
— Отдыхай. — Он отпустил кнопку и меч с звоном ввернулся в исходное состояние, отдавая в руку толчок от возврата. — Поговорю с тобой после того, как закончу... С ним. —
Зик не знал, что именно здесь забыла Самура, но учитывая количество зверолюдей, их половую принадлежность и заклейменность, он сделал один простой вывод - здесь был Влад. Впрочем, последний и не скрывался, вскоре в очередной раз показываясь перед лицом хищника. Увидев Вилму, Лоуп-Гароу замер в оцепенении. Его удивленный и одновременно испуганный взгляд встретился в взглядом девушки, после чего с яростью направился на лицо Влада, продолжающего усмехаться.
— Ты... — Начал он, неторопливо зашагав в направлении человека. — ТЫ...! — Он ускорил шаг, наращивая скорость и мощь шагов с каждым сантиметром, приближающим его к Вилме и ее временному пленителю. — Ублюдок! —
Пират желал убить этого человека. Не только из-за Вилмы, он желал убить его за все, что этот человек сделал с его кланом, за то, что он сделал с Самурой, за то, что он сделал и хотел сделать далее с Вилмой. А также за то, что он сделал с ним лично. Клеймо на его пояснице горело от ноющей боли, как колени старцев болят перед плохой погодой. Зик стремительно сокращал расстояние, пока в один миг оно не стало минимальным. Едва трансформировавшиеся крылья торчали из его спины, из кожи новоприобретенных конечностей все еще продолжали выбиваться перья, постепенно начиная походить на настоящие крылья птицы. Ускоренная трансформация так же не проходила безболезненно для гарпии, но ему было все равно. Он совершил массивный прыжок и замахнулся, желая одним мощным ударом отрубить ублюдку голову, но в миг, когда клинок уже должен был достигнуть его шеи, сталь столкнулась с знакомым препятствием. От столкновения громкий звон пронесся в разные стороны, выбивая еще целые окна из близлежащих домов и на мгновение оглушающий всех вокруг.
= Я... Я не позволю тебе навредить моему господину! = Тяжело дыша, произнесла лиса.
Дрожа, ее рука сжимала рукоять катаны, встретившую одну из многочисленных секций клинка. Тот, изогнувшись в ударе, сумел лишь поцарапать горло Влада. Но одной лишь царапиной удар обошелся лишь для него. Взгляд золотых очей Зиккери бегло прошелся по Самуре. Из ее ладони шла кровь, стекающая по рукояти на эфес, где она падала каплями, и струей стремясь к локтю по предплечью. Обух впивался ей в плечо, выбив руку из плечевого сустава, под напором меча сломалась ключица.
— С дороги, Самура! — Крикнул он, но девушка оставалась непреклонна. Так же, как и всегда.
Пират желал убить этого человека. Не только из-за Вилмы, он желал убить его за все, что этот человек сделал с его кланом, за то, что он сделал с Самурой, за то, что он сделал и хотел сделать далее с Вилмой. А также за то, что он сделал с ним лично. Клеймо на его пояснице горело от ноющей боли, как колени старцев болят перед плохой погодой. Зик стремительно сокращал расстояние, пока в один миг оно не стало минимальным. Едва трансформировавшиеся крылья торчали из его спины, из кожи новоприобретенных конечностей все еще продолжали выбиваться перья, постепенно начиная походить на настоящие крылья птицы. Ускоренная трансформация так же не проходила безболезненно для гарпии, но ему было все равно. Он совершил массивный прыжок и замахнулся, желая одним мощным ударом отрубить ублюдку голову, но в миг, когда клинок уже должен был достигнуть его шеи, сталь столкнулась с знакомым препятствием. От столкновения громкий звон пронесся в разные стороны, выбивая еще целые окна из близлежащих домов и на мгновение оглушающий всех вокруг.
= Я... Я не позволю тебе навредить моему господину! = Тяжело дыша, произнесла лиса.
Дрожа, ее рука сжимала рукоять катаны, встретившую одну из многочисленных секций клинка. Тот, изогнувшись в ударе, сумел лишь поцарапать горло Влада. Но одной лишь царапиной удар обошелся лишь для него. Взгляд золотых очей Зиккери бегло прошелся по Самуре. Из ее ладони шла кровь, стекающая по рукояти на эфес, где она падала каплями, и струей стремясь к локтю по предплечью. Обух впивался ей в плечо, выбив руку из плечевого сустава, под напором меча сломалась ключица.
— С дороги, Самура! — Крикнул он, но девушка оставалась непреклонна. Так же, как и всегда.
[id59036888:bp-36291248_222533|Анастасия],
Слова брюнета жгли не хуже клейма, вскоре оказавшегося в его руках. Сердце Хаттори сгорало в огне ярости, кровь кипела в венах, что вздувались от гнева и напряжения по всему его телу, начиная от лба и заканчивая ступнями, выглядывающие сквозь порванные от резкого увеличения лап сапоги. Девушка явно понимала, что Зик будет не единственным кому понадобится медицинская помощь после этого. Будет ли алхимик рад такому наплыву клиентуры? Вряд ли, увидя это, он бы сам не сдержался и вбил в тело влиятельного человека по колышку из кристалла за каждую букву, каждый звук, вылетающий из его поганого горла.
— Тебе никогда не понять, каково это иметь дорогого человека, мразь. — Меч скрежетал, словно стиснутые до скрипа зубы, вжимая меч Самуры в ее плечо.
Владу было в определенном смысле везло. Получить себе в подчинение Самуру, что была покорна и смиренна из-за своей принадлежности к самураям, что готовы и обязаны положить свою жизнь ради благополучия господина в некотором роде было небывалым везением, ведь выбери он другую из близких людей рыжего, то определенно лишился бы своей головы после первой ночи, проведенной в одной комнате с приобретением. С Вилмой все было иначе, ее прошлое не давало ей реагировать иначе, тело само желало быть плененным и наказаным, от чего сверхчеловеку становилось больно. Еще тогда на корабле он не желал делать ей больно, лишь хотел, чтобы она отказалась от своего прошлого, хоть и сам не способен на это. Полный ярости взгляд вернулся на лицо Самуры, женщина все еще не желала отступать, а даже если бы и хотела, доктрина клана ей бы не позволила этого.
— Самура, с дороги! — В очередной раз приказал Лоуп-Гароу отчаянным тоном.
Но лисица не желала отступать, вместо этого крепче стиснув зубы вплоть до струйки крови, плавно соскользнувшей по лицу, выбиваясь из уголка рта. Сердце Зика билось невпопад, грозясь вот-вот вылететь из груди, пробив себе путь через переплетение мышц и ребер. Происходящее было для него не просто испытанием на стойкость, это была самая страшная пытка, которую только можно было придумать. Ненароком он подумал, что происходящее не более чем его личный ад, сотканный его же мировоззрением, которым любезно манипулировала Ринку. Но это было неправдой, это была явь. Жестокая, обезображенная правдой явь.
+ Если мешается, так убей ее. + Голос Ринку впервые за продолжительное время был холоден и расчетлив. Несмотря на изобилие негативных эмоций, которые она ощущала через дрожащую от напряжения руку зверочеловека, происходящее постепенно начинало наскучивать ей. Никто не любил затянутой драмы без развязки, и душа проклятого клинка не была исключением. + Взгляни на нее, она едва держится. Дунешь на нее - рассыпется. + Голос Ринку звучал вкрадчиво и маняще, любой человек на месте рыжего подчинился бы, не раздумывая. Тем не менее, пират противился воле меча, желая решить все по своему.
Вернее будет сказать, что он желал решить все по своему, дабы не прибегать к силе по отношению к упертой лисице. Но появление в его руках этого злосчастного клейма заставило в его сердце что-то оборваться, как струну под неимоверным натяжением. Когда же клеймо огненной змеей впилось в кожу ее спины, в воздухе возник тошнотворный запах горелой плоти в сопровождении шипения, как при готовке чего-либо на сковороде.
+ Ну же... + Ласково и назойливо нашептывала Ринку ему на ухо. + Порви их всех... Ты же хочешь, я это чувствую. + Казалось, что в этот миг само время остановилось, и в миг, когда рыжий осознал происходящее вокруг, Ринку ласково закончила свою фразу лаконичной фразой, непривычно вызывающей у рыжего дрожь по всему телу. + РАЗОРВИ ИХ НА ЧАСТИ. +
Клинок, все это время, как издевка, лежащий острием на плече Влада, качнулся от его шеи, также отстраняясь от кромки лезвия катаны Самуры, но лишь для того, чтобы вскоре после этого "звенья" меча сомкнулись, ударом друг о друга создавая начальный импульс для удара с разворотом в противоположную сторону.
Слова брюнета жгли не хуже клейма, вскоре оказавшегося в его руках. Сердце Хаттори сгорало в огне ярости, кровь кипела в венах, что вздувались от гнева и напряжения по всему его телу, начиная от лба и заканчивая ступнями, выглядывающие сквозь порванные от резкого увеличения лап сапоги. Девушка явно понимала, что Зик будет не единственным кому понадобится медицинская помощь после этого. Будет ли алхимик рад такому наплыву клиентуры? Вряд ли, увидя это, он бы сам не сдержался и вбил в тело влиятельного человека по колышку из кристалла за каждую букву, каждый звук, вылетающий из его поганого горла.
— Тебе никогда не понять, каково это иметь дорогого человека, мразь. — Меч скрежетал, словно стиснутые до скрипа зубы, вжимая меч Самуры в ее плечо.
Владу было в определенном смысле везло. Получить себе в подчинение Самуру, что была покорна и смиренна из-за своей принадлежности к самураям, что готовы и обязаны положить свою жизнь ради благополучия господина в некотором роде было небывалым везением, ведь выбери он другую из близких людей рыжего, то определенно лишился бы своей головы после первой ночи, проведенной в одной комнате с приобретением. С Вилмой все было иначе, ее прошлое не давало ей реагировать иначе, тело само желало быть плененным и наказаным, от чего сверхчеловеку становилось больно. Еще тогда на корабле он не желал делать ей больно, лишь хотел, чтобы она отказалась от своего прошлого, хоть и сам не способен на это. Полный ярости взгляд вернулся на лицо Самуры, женщина все еще не желала отступать, а даже если бы и хотела, доктрина клана ей бы не позволила этого.
— Самура, с дороги! — В очередной раз приказал Лоуп-Гароу отчаянным тоном.
Но лисица не желала отступать, вместо этого крепче стиснув зубы вплоть до струйки крови, плавно соскользнувшей по лицу, выбиваясь из уголка рта. Сердце Зика билось невпопад, грозясь вот-вот вылететь из груди, пробив себе путь через переплетение мышц и ребер. Происходящее было для него не просто испытанием на стойкость, это была самая страшная пытка, которую только можно было придумать. Ненароком он подумал, что происходящее не более чем его личный ад, сотканный его же мировоззрением, которым любезно манипулировала Ринку. Но это было неправдой, это была явь. Жестокая, обезображенная правдой явь.
+ Если мешается, так убей ее. + Голос Ринку впервые за продолжительное время был холоден и расчетлив. Несмотря на изобилие негативных эмоций, которые она ощущала через дрожащую от напряжения руку зверочеловека, происходящее постепенно начинало наскучивать ей. Никто не любил затянутой драмы без развязки, и душа проклятого клинка не была исключением. + Взгляни на нее, она едва держится. Дунешь на нее - рассыпется. + Голос Ринку звучал вкрадчиво и маняще, любой человек на месте рыжего подчинился бы, не раздумывая. Тем не менее, пират противился воле меча, желая решить все по своему.
Вернее будет сказать, что он желал решить все по своему, дабы не прибегать к силе по отношению к упертой лисице. Но появление в его руках этого злосчастного клейма заставило в его сердце что-то оборваться, как струну под неимоверным натяжением. Когда же клеймо огненной змеей впилось в кожу ее спины, в воздухе возник тошнотворный запах горелой плоти в сопровождении шипения, как при готовке чего-либо на сковороде.
+ Ну же... + Ласково и назойливо нашептывала Ринку ему на ухо. + Порви их всех... Ты же хочешь, я это чувствую. + Казалось, что в этот миг само время остановилось, и в миг, когда рыжий осознал происходящее вокруг, Ринку ласково закончила свою фразу лаконичной фразой, непривычно вызывающей у рыжего дрожь по всему телу. + РАЗОРВИ ИХ НА ЧАСТИ. +
Клинок, все это время, как издевка, лежащий острием на плече Влада, качнулся от его шеи, также отстраняясь от кромки лезвия катаны Самуры, но лишь для того, чтобы вскоре после этого "звенья" меча сомкнулись, ударом друг о друга создавая начальный импульс для удара с разворотом в противоположную сторону.
Самурай, шокированная скоростью этого удара, поспешила заблокировать его своим клинком, резко поворачивая в его направлении свой корпус, в который впился клинок своим обухом. Столкнувшись с препятствием в виде ее клинка, "Звено" не остановился, этим сокрушительным ударом раскалывая его на множество осколков, словно тот был сделан из горного хрусталя. Силой от этого размаха девушку отбросило, нанеся рванную рану на груди, которую успел нанести клинок своими зазубринами после разлома клинка.
= С-стой... = Лишь успела молвить она, ослабшим от боли и хриплым от скопившейся крови голосом, прежде чем отлететь в сторону.
Не успел Влад понять, что только что произошло, как рыжий оказался едва-ли не вплотную к нему, замахиваясь своим массивным мечом. Зик не стоял на земле, в рывке он воспарил, налетая на мужчину коршуном. Крутанув меч в ударе, он рассек своим клинком две вещи - руку, держащую Вилму за волосы и, собственно, часть этих волос, делая вынужденную стрижку девушке, от чего та могла упасть лицом вниз. Вскрикнув от боли в правой руке, от которой остался лишь локоть и плечо, Влад отстранился от девушки, вынужденно ретируясь назад.
= А-алгар, остановись! = Крикнул он, в надежде, что сможет манипулировать им посредством его привязанностей. = Если ты не остановишься и не поможешь своей дорогой Самуре, то она погибнет! =
Пират перелетел девушку, приземляясь лапами на землю позади нее. Его лицо было невозмутимо жестоким, своим леденящим душу взглядом он прожигал падшего человека, все также смеющего смотреть на пирата с усмешкой, ожидая что все его злодеяния будут забыты в обмен на жизнь его близких. К несчастью для Влада, Зик был несколько иного мнения относительно ситуации.
— Алгар мертв. — Сухо произнес он, делая неспешные шаги в сторону собеседника. — Он умер очень давно. Мое имя - Зик, запомни его хорошенько. — Замахнувшись мечом с плеча, он согнул колени, пригибаясь в позиции готовности к рывку. — Это имя того, кто тебя убьет! —
Совершив рывок, он совершил горизонтальный размах перед собой, в момент удара нажимая на кнопку под перекрестьем, от чего острие меча описало параболическую траекторию, рассекая его гортань. В попытках вымолвить хоть слово, он издал лишь булькающие звуки крови, приливающуюся к его горлу, рефлекторно защищаясь от последующего размашистого удара по второй руке клеймом. Раскаленный металл был перерублен, как брусок сливочного масла раскаленным ножом, после за ним последовала и вторая рука Влада, потерявшая столько же в длине, сколько и вторая.
— Ты умрешь не потому-что посмел испортить мне жизнь. — Признался зверочеловек, приставляя клинок к его шее в том месте, где уже была царапина от первой попытки обезглавить его. — Ты умрешь за все те мучения, что вынесли близкие мне люди. —
Их взгляды встретились лишь на миг. Что ощущал Влад в миг, когда смерть была уже на пороге и стучалась в его дверь? Лоуп-Гароу не знал, да и ведать особо не желал, ему хотелось убить этого человека, как можно жестоко, и он это сделает. Нажав на кнопку под перекрестьем, он удлинил клинок, от чего тот вошел глубже в шею, впиваясь краем одной из секций в плоть, после чего отпустил. Секции в миг стянулись, сомкнув плотный ряд клинка, пилой отсекая голову и заставляя ту вращаться по часовой стрелке за мгновение до того, как упасть где-то вдали от тела.
— Наконец-то... — Прошептал он, устало опуская свою голову. — Это закончилось. —
Несмотря на обрубленные связи с кланом, обезглавив эту гадюку, пригретую старейшиной на груди его семьи, рыжий ощутил неимоверное облегчение. Это было ни с чем не сравнимое чувство, как будто целая крепость из горного камня упала с его плеч, даруя невероятную легкость в теле. На деле же, это было чувство истощения. Оглядевшись вокруг, пират нашел глазами ножны, торчащие среди обломков.
= С-стой... = Лишь успела молвить она, ослабшим от боли и хриплым от скопившейся крови голосом, прежде чем отлететь в сторону.
Не успел Влад понять, что только что произошло, как рыжий оказался едва-ли не вплотную к нему, замахиваясь своим массивным мечом. Зик не стоял на земле, в рывке он воспарил, налетая на мужчину коршуном. Крутанув меч в ударе, он рассек своим клинком две вещи - руку, держащую Вилму за волосы и, собственно, часть этих волос, делая вынужденную стрижку девушке, от чего та могла упасть лицом вниз. Вскрикнув от боли в правой руке, от которой остался лишь локоть и плечо, Влад отстранился от девушки, вынужденно ретируясь назад.
= А-алгар, остановись! = Крикнул он, в надежде, что сможет манипулировать им посредством его привязанностей. = Если ты не остановишься и не поможешь своей дорогой Самуре, то она погибнет! =
Пират перелетел девушку, приземляясь лапами на землю позади нее. Его лицо было невозмутимо жестоким, своим леденящим душу взглядом он прожигал падшего человека, все также смеющего смотреть на пирата с усмешкой, ожидая что все его злодеяния будут забыты в обмен на жизнь его близких. К несчастью для Влада, Зик был несколько иного мнения относительно ситуации.
— Алгар мертв. — Сухо произнес он, делая неспешные шаги в сторону собеседника. — Он умер очень давно. Мое имя - Зик, запомни его хорошенько. — Замахнувшись мечом с плеча, он согнул колени, пригибаясь в позиции готовности к рывку. — Это имя того, кто тебя убьет! —
Совершив рывок, он совершил горизонтальный размах перед собой, в момент удара нажимая на кнопку под перекрестьем, от чего острие меча описало параболическую траекторию, рассекая его гортань. В попытках вымолвить хоть слово, он издал лишь булькающие звуки крови, приливающуюся к его горлу, рефлекторно защищаясь от последующего размашистого удара по второй руке клеймом. Раскаленный металл был перерублен, как брусок сливочного масла раскаленным ножом, после за ним последовала и вторая рука Влада, потерявшая столько же в длине, сколько и вторая.
— Ты умрешь не потому-что посмел испортить мне жизнь. — Признался зверочеловек, приставляя клинок к его шее в том месте, где уже была царапина от первой попытки обезглавить его. — Ты умрешь за все те мучения, что вынесли близкие мне люди. —
Их взгляды встретились лишь на миг. Что ощущал Влад в миг, когда смерть была уже на пороге и стучалась в его дверь? Лоуп-Гароу не знал, да и ведать особо не желал, ему хотелось убить этого человека, как можно жестоко, и он это сделает. Нажав на кнопку под перекрестьем, он удлинил клинок, от чего тот вошел глубже в шею, впиваясь краем одной из секций в плоть, после чего отпустил. Секции в миг стянулись, сомкнув плотный ряд клинка, пилой отсекая голову и заставляя ту вращаться по часовой стрелке за мгновение до того, как упасть где-то вдали от тела.
— Наконец-то... — Прошептал он, устало опуская свою голову. — Это закончилось. —
Несмотря на обрубленные связи с кланом, обезглавив эту гадюку, пригретую старейшиной на груди его семьи, рыжий ощутил неимоверное облегчение. Это было ни с чем не сравнимое чувство, как будто целая крепость из горного камня упала с его плеч, даруя невероятную легкость в теле. На деле же, это было чувство истощения. Оглядевшись вокруг, пират нашел глазами ножны, торчащие среди обломков.
«Видимо, даже Ринку считает ножны необходимостью.» — Отчего-то ему казалось, что меч нес проклятье для себя самого, вынуждая владельца страдать не по своей воле. Все же, когда никто не может тобой воспользоваться, это немного... Одиноко? Вздохнув, он неторопливо подошел к ножнам, вкладывая в них свое оружие, после чего обернулся в сторону Вилмы. Зик ощущал вину за произошедшее. Оставив оружие на земле, он подошел к ней и неторопливо обнял со спины, стараясь на касаться клейма.
— Прости. — Кротко произнес он, не говоря ни слова более.
К месту сражения же подъехал Альберт, сидя на экипаже с поводьями в руках. Сердце его не обмануло, когда он посчитал, что Вилме и ее спутнику понадобится помощь, не просто, чтобы выжить, а чтобы хотя бы добраться до его дома. Спрыгнув с возницы на землю, алхимик неторопливо подошел к парочке, одетый куда лучше, нежели при первой встрече с Вилмой. Длинные волосы были связаны в косу средней толщины, от чего ее кисточка покачивалась где-то на уровне колена. Одет он был в пальто, под которым был виден воротник рубашки, обвязанный жабо.
= Нечто такое я и ожидал, когда ты сказала приготовится к лечению двух рыжих тел... = Он устало вздохнул, оценивая взглядом последствия сражений, с которыми ему придется мирится. И, возможно, не только ему, ведь Зик смотрел на Альберта так, будто блондин мог разделить участь Влада, если Вилма не вмешается.
Конец основного квеста.
— Прости. — Кротко произнес он, не говоря ни слова более.
К месту сражения же подъехал Альберт, сидя на экипаже с поводьями в руках. Сердце его не обмануло, когда он посчитал, что Вилме и ее спутнику понадобится помощь, не просто, чтобы выжить, а чтобы хотя бы добраться до его дома. Спрыгнув с возницы на землю, алхимик неторопливо подошел к парочке, одетый куда лучше, нежели при первой встрече с Вилмой. Длинные волосы были связаны в косу средней толщины, от чего ее кисточка покачивалась где-то на уровне колена. Одет он был в пальто, под которым был виден воротник рубашки, обвязанный жабо.
= Нечто такое я и ожидал, когда ты сказала приготовится к лечению двух рыжих тел... = Он устало вздохнул, оценивая взглядом последствия сражений, с которыми ему придется мирится. И, возможно, не только ему, ведь Зик смотрел на Альберта так, будто блондин мог разделить участь Влада, если Вилма не вмешается.
Конец основного квеста.
[id59036888:bp-36291248_222541|Анастасия],
Доп.Квест: «Вопреки будущему, восхваляем прошлое»
Возникшая на считанные мгновения идиллия была разбита появлением алхимика, что было не по душе зверочеловеку. Невзирая на многочисленные ранения, от меча, от когтей, от осколков камней, вбитых в бок, он не был рад появлению врача на горизонте, зачастую видя в них наглых и очень самовлюбленных нарциссов. По крайней мере, таковым был врач на ринге, который нередко посмеивался и отпускал едкие комментарии в сторону больных, от чего, некоторые бойцы действительно бросали ринг, начиная задумываться о своем здоровье. Как можно догадаться, рыжий воспринимал это, как предательство и пагубное воздействие на работоспособность этого маленького бойцовского клуба. Возвращаясь же к реальности, стоит уточнить, что при виде Альберта рыжий пират инстинктивно прижал девушку чуть ближе к себе, нагибаясь вперед, дабы касаться ее только грудной клеткой и только в области лопаток, прикрывая ее наготу крыльями. Наблюдая за этим, Альберт лишь нервно улыбнулся, думая о том, как же хорошо, что этот парень не знал о том, что девушку в таком виде он уже видел. С подозрением прищурив глаза, Зик недоверчиво прошептал.
— Твой знакомый? —
В его голосе ощущалось некоторое беспокойство и готовность в миг расправится с очередной жертвой вопреки нахлынувшей усталости. К счастью или сожалению, но Альберт не проявлял какой-либо агрессии в сторону Зика, воспринимая его поведение, как должное. По крайней мере, оно полностью совпадало с тем, что было написано в описании листовки, от чего сердце будоражила сама возможность, что перед ним действительно оживший мертвец. Крылья гарпии лишь подтверждали это.
= Безумно. = Улыбнулся Альберт, отреагировав на вопрос Вилмы. Ее состояние заботило его куда сильнее ран ее спутника, тем не менее говорить об этом вслух он не осмелился. Вскоре алхимик обратил свой взгляд на Зика, продолжающего буравить его взглядом, как дрелью бетон. = Не совсем. Я врач и помог ей, прежде чем отправится сюда, она попросила меня подготовится к лечению двух рыжих тел. =
Не избавляясь от своих сомнений в отношении алхимика, Лоуп-Гароу обернулся к девушке, укладывая свою голову на ее плечо, невольно в движении он обтерся щекой о ее щеку, зарываясь носом в ее волосы. От них пахло порохом и железом, но... Среди всех сторонних запахов выделялся ее собственный. К этому запаху он привык, поэтому ощущал тлеющее ощущение домашнего комфорта, ощущая запах спутницы.
— Ты уверена, что ему можно доверять?... — Вкрадчиво спросил он, прикрыв глаза. Усталость понемногу погружала его в сон, из-за чего с каждой секундой рыжая могла ощущать, как на ее тело наваливается все больший вес пирата.
Доп.Квест: «Вопреки будущему, восхваляем прошлое»
Возникшая на считанные мгновения идиллия была разбита появлением алхимика, что было не по душе зверочеловеку. Невзирая на многочисленные ранения, от меча, от когтей, от осколков камней, вбитых в бок, он не был рад появлению врача на горизонте, зачастую видя в них наглых и очень самовлюбленных нарциссов. По крайней мере, таковым был врач на ринге, который нередко посмеивался и отпускал едкие комментарии в сторону больных, от чего, некоторые бойцы действительно бросали ринг, начиная задумываться о своем здоровье. Как можно догадаться, рыжий воспринимал это, как предательство и пагубное воздействие на работоспособность этого маленького бойцовского клуба. Возвращаясь же к реальности, стоит уточнить, что при виде Альберта рыжий пират инстинктивно прижал девушку чуть ближе к себе, нагибаясь вперед, дабы касаться ее только грудной клеткой и только в области лопаток, прикрывая ее наготу крыльями. Наблюдая за этим, Альберт лишь нервно улыбнулся, думая о том, как же хорошо, что этот парень не знал о том, что девушку в таком виде он уже видел. С подозрением прищурив глаза, Зик недоверчиво прошептал.
— Твой знакомый? —
В его голосе ощущалось некоторое беспокойство и готовность в миг расправится с очередной жертвой вопреки нахлынувшей усталости. К счастью или сожалению, но Альберт не проявлял какой-либо агрессии в сторону Зика, воспринимая его поведение, как должное. По крайней мере, оно полностью совпадало с тем, что было написано в описании листовки, от чего сердце будоражила сама возможность, что перед ним действительно оживший мертвец. Крылья гарпии лишь подтверждали это.
= Безумно. = Улыбнулся Альберт, отреагировав на вопрос Вилмы. Ее состояние заботило его куда сильнее ран ее спутника, тем не менее говорить об этом вслух он не осмелился. Вскоре алхимик обратил свой взгляд на Зика, продолжающего буравить его взглядом, как дрелью бетон. = Не совсем. Я врач и помог ей, прежде чем отправится сюда, она попросила меня подготовится к лечению двух рыжих тел. =
Не избавляясь от своих сомнений в отношении алхимика, Лоуп-Гароу обернулся к девушке, укладывая свою голову на ее плечо, невольно в движении он обтерся щекой о ее щеку, зарываясь носом в ее волосы. От них пахло порохом и железом, но... Среди всех сторонних запахов выделялся ее собственный. К этому запаху он привык, поэтому ощущал тлеющее ощущение домашнего комфорта, ощущая запах спутницы.
— Ты уверена, что ему можно доверять?... — Вкрадчиво спросил он, прикрыв глаза. Усталость понемногу погружала его в сон, из-за чего с каждой секундой рыжая могла ощущать, как на ее тело наваливается все больший вес пирата.
[id59036888:bp-36291248_222630|Анастасия],
Не прошло и минуты, как плечи рыжего окончательно рухнули на девушку со всем его весом, включая крылья. Два массивных крыла, бывшие девушке одеялом и укрытием несколькими мгновениями ранее сложились на нее, давая ощутить насколько же теплым и мягким было оперение зверочеловека. Прикосновения Вилмы успокаивали его, несмотря на гнетущую атмосферу вокруг: горы трупов, разгромленные дома, реки крови, заполнившие улицы. И венцом для его психологического и душевного состояния стало тело Самуры, валяющееся где-то вдали. Зверочеловек с трудом дышала сквозь боль от сломанных ребер и пореза на груди, в глазах мутнело, грудь поднималась вверх и вниз в попытке ухватить побольше воздуха, чтобы не задохнуться. Но слабость постепенно брала верх над ее израненным и, что немаловажно, смертным телом. Старуха с косой была уже у пороги, тепло жизни насильно вытекало из самурая с каждым ее вздохом.
= Го...спо...дин... = Хрипло произнесла она, с трудом переворачиваясь на бок. Ее взгляд зацепился за обезглавленное тело, ощущая позор от того, что позволила своему господину сгинуть, одновременно с тем чувствуя облегчение. Он был отвратительным человеком, не стесняющийся пытать ее и ее сородичей. Последних, после того, как ему надоело ее безэмоциональное лицо, он пытал с утроенной жестокостью. Из последних сил перевернувшись на живот, она, терпя боль в сломанной руке начала ползти. Медленно, но верно она продвигалась к нему... К заостренному обломку своего меча. = Я... под...вела ва...с.. = Ее голос отдавался хрипотой. Достигнув желаемого, она сжала обломок, и чем сильнее он впивался в ее кожу, тем пуще пальцы сжимались на нем. Она приняла сидящее положение, качаясь из стороны в сторону под собственным весом и с силой вонзила осколок в свой живот, уверенным движением вспарывая его режущим, тягучим движением.
В то же время Альберт с привычной улыбкой наблюдал за поведением Вилмы и Зика, не рискуя приближаться к воинственному зверочеловеку. Лишь когда девушка обратилась к нему, блондин начал неторопливое движение к телу рыжего. Его шаги слышались бульканьем крови под подошвой, постепенно приближающиеся к девушке под грузом в лице пирата.
= Для этого и пришел. = Тепло ответил он, контрастируя с окружением, как ярко красный столб посреди желтой площади. Сначала он постарался поднять мужчину своими силами, обхватив его руку пальцами и потянув вверх. Эффекта это не возимело, рука пернатого поднялась лишь на несколько сантиметров от земли, пока Альберт невольно краснел от натуги. Выдув воздух через тонкую щелку меж губ, он опустил голову и руки, отпуская тяжелую руку рыжего. = Уф... Он что, камнями завтракает? = Тяжело дыша, он уперся руками в колени, пытаясь перевести дух. Да, алхимик несмотря на свою силу фрукта к физическим нагрузкам не привык. Обернувшись в сторону повозки, он махнул рукой. = Люк, будь так добр, помоги нам с этой тушей. =
Телега невольно просела, когда на зов Альберта вышел массивный мужчина. Он был достаточно высок, чтобы ему приходилось пригибать голову, дабы не стукнутся лбом о косяк. Придерживая рукой глубокий капюшон, он посмотрел в сторону Вилмы, осторожно двигаясь в направлении этой троицы. Уже по приближению можно было увидеть, как из его глубокого капюшона выглядывает собачий нос, а все открытые участки его тела были покрыты шерстью.
= Странно... = Прорычал Люк, останавливаясь у бессознательной тушки зверочеловека прежде чем окончательно поднять рыжего с тела Вилмы и навалить на свою спину. = Обычно, когда фруктовики отрубаются, силы их фрукта перестают действовать... Да и пахнет от него странно. =
Альберт же, не спешил направиться вслед за своим подопечным в сторону экипажа, ловким движением снимая с себя пальто, дабы накинуть его на голые плечи девушки.
= Это подождет. = Альберт и сам начал сомневаться на счет Зика, был ли тот фруктовиком, или же изначально обманывал всех, чтобы не создавать проблем на корабле. А может это все было не более чем совпадением, и человек перед ними совсем не тот, кем они хотели бы его считать.
Не прошло и минуты, как плечи рыжего окончательно рухнули на девушку со всем его весом, включая крылья. Два массивных крыла, бывшие девушке одеялом и укрытием несколькими мгновениями ранее сложились на нее, давая ощутить насколько же теплым и мягким было оперение зверочеловека. Прикосновения Вилмы успокаивали его, несмотря на гнетущую атмосферу вокруг: горы трупов, разгромленные дома, реки крови, заполнившие улицы. И венцом для его психологического и душевного состояния стало тело Самуры, валяющееся где-то вдали. Зверочеловек с трудом дышала сквозь боль от сломанных ребер и пореза на груди, в глазах мутнело, грудь поднималась вверх и вниз в попытке ухватить побольше воздуха, чтобы не задохнуться. Но слабость постепенно брала верх над ее израненным и, что немаловажно, смертным телом. Старуха с косой была уже у пороги, тепло жизни насильно вытекало из самурая с каждым ее вздохом.
= Го...спо...дин... = Хрипло произнесла она, с трудом переворачиваясь на бок. Ее взгляд зацепился за обезглавленное тело, ощущая позор от того, что позволила своему господину сгинуть, одновременно с тем чувствуя облегчение. Он был отвратительным человеком, не стесняющийся пытать ее и ее сородичей. Последних, после того, как ему надоело ее безэмоциональное лицо, он пытал с утроенной жестокостью. Из последних сил перевернувшись на живот, она, терпя боль в сломанной руке начала ползти. Медленно, но верно она продвигалась к нему... К заостренному обломку своего меча. = Я... под...вела ва...с.. = Ее голос отдавался хрипотой. Достигнув желаемого, она сжала обломок, и чем сильнее он впивался в ее кожу, тем пуще пальцы сжимались на нем. Она приняла сидящее положение, качаясь из стороны в сторону под собственным весом и с силой вонзила осколок в свой живот, уверенным движением вспарывая его режущим, тягучим движением.
В то же время Альберт с привычной улыбкой наблюдал за поведением Вилмы и Зика, не рискуя приближаться к воинственному зверочеловеку. Лишь когда девушка обратилась к нему, блондин начал неторопливое движение к телу рыжего. Его шаги слышались бульканьем крови под подошвой, постепенно приближающиеся к девушке под грузом в лице пирата.
= Для этого и пришел. = Тепло ответил он, контрастируя с окружением, как ярко красный столб посреди желтой площади. Сначала он постарался поднять мужчину своими силами, обхватив его руку пальцами и потянув вверх. Эффекта это не возимело, рука пернатого поднялась лишь на несколько сантиметров от земли, пока Альберт невольно краснел от натуги. Выдув воздух через тонкую щелку меж губ, он опустил голову и руки, отпуская тяжелую руку рыжего. = Уф... Он что, камнями завтракает? = Тяжело дыша, он уперся руками в колени, пытаясь перевести дух. Да, алхимик несмотря на свою силу фрукта к физическим нагрузкам не привык. Обернувшись в сторону повозки, он махнул рукой. = Люк, будь так добр, помоги нам с этой тушей. =
Телега невольно просела, когда на зов Альберта вышел массивный мужчина. Он был достаточно высок, чтобы ему приходилось пригибать голову, дабы не стукнутся лбом о косяк. Придерживая рукой глубокий капюшон, он посмотрел в сторону Вилмы, осторожно двигаясь в направлении этой троицы. Уже по приближению можно было увидеть, как из его глубокого капюшона выглядывает собачий нос, а все открытые участки его тела были покрыты шерстью.
= Странно... = Прорычал Люк, останавливаясь у бессознательной тушки зверочеловека прежде чем окончательно поднять рыжего с тела Вилмы и навалить на свою спину. = Обычно, когда фруктовики отрубаются, силы их фрукта перестают действовать... Да и пахнет от него странно. =
Альберт же, не спешил направиться вслед за своим подопечным в сторону экипажа, ловким движением снимая с себя пальто, дабы накинуть его на голые плечи девушки.
= Это подождет. = Альберт и сам начал сомневаться на счет Зика, был ли тот фруктовиком, или же изначально обманывал всех, чтобы не создавать проблем на корабле. А может это все было не более чем совпадением, и человек перед ними совсем не тот, кем они хотели бы его считать.
Уже по пути в карету блондин захватил с собой ножны. Сначала он попытался взять их в руки, но странное чувство остановило в нескольких сантиметров от оружия. Необъяснимое тягучее чувство страха и тошноты прикатило в горлу, когда он приблизился к проклятому оружию. Будь алхимик в другой ситуации, он бы определенно рискнул и схватил в свои руки это оружие, но сейчас это было чревато. По итогу перенеся меч в багажник посредством кристаллов, Альберт сел внутрь, позволяя своему товарищу занять место за поводьями.
= Какое бурное утро. = Признался блондин, устало откидываясь на спинку сиденья. Его взгляд невольно переходил, то на Вилму, которую усадили рядом с пернатым, то на парня, отрубившегося окончательно и бесповоротно. Из-за его частичной трансформации, юношу пришлось в прямом смысле связывать, чтобы крылья были прижаты к нему, из-за чего рыжий лежал, уткнувшись в окно в коконе из собственных крыльев. = И правда похож... Я, конечно, спрашивал Люка, но он впервые видит кого-то подобного. Что это за парень вообще такой? =
Интерес Альберта был вызван не только внешней схожестью Лоуп-Гароу с однофамильцем с листовки, но и словами Люка. Последний долгое время путешествовал, прежде чем оказаться на этом острове, поэтому повидал многое. И рыболюдей специфичных видов рыб, проживающих лишь на Гранд Лайне, и даже морских королей, способных планировать в воздухе, несмотря на свои габариты. Но такого, как Зик даже он видел впервые ввиду невероятной редкости птичьих видов среди зверолюдей.
= Какое бурное утро. = Признался блондин, устало откидываясь на спинку сиденья. Его взгляд невольно переходил, то на Вилму, которую усадили рядом с пернатым, то на парня, отрубившегося окончательно и бесповоротно. Из-за его частичной трансформации, юношу пришлось в прямом смысле связывать, чтобы крылья были прижаты к нему, из-за чего рыжий лежал, уткнувшись в окно в коконе из собственных крыльев. = И правда похож... Я, конечно, спрашивал Люка, но он впервые видит кого-то подобного. Что это за парень вообще такой? =
Интерес Альберта был вызван не только внешней схожестью Лоуп-Гароу с однофамильцем с листовки, но и словами Люка. Последний долгое время путешествовал, прежде чем оказаться на этом острове, поэтому повидал многое. И рыболюдей специфичных видов рыб, проживающих лишь на Гранд Лайне, и даже морских королей, способных планировать в воздухе, несмотря на свои габариты. Но такого, как Зик даже он видел впервые ввиду невероятной редкости птичьих видов среди зверолюдей.
[id59036888:bp-36291248_222942|Анастасия],
Если бы кто-нибудь спросил у Зика, то он бы не сумел оценить эту информацию дороже одного белли. Для него само сравнение силы зверочеловека с жалким зоаном было сродни личному оскорблению, за что можно было поплатиться не просто целостностью шкуры, но и жизнью. Но, к счастью для всех на этом дилижансе, зверочеловек спал без задних ног, не внимая никакой информации, его окружающей. Для пирата это определенно был удивительный опыт, никогда раньше он не погружался в сон настолько глубоко, чтобы не замечать своего окружения. Обычно, его сон был максимально чутким, но с каждым разом, когда он засыпал близ Вилмы, все становилось немного... Другим?
Альберт воспринял ответ рыжей теплой улыбкой. Он не сильно удивлялся тому, что она сама не ведает, что за чудо-юдо ее спутник, но и ее уточнение о том, что он вовсе не тот человек с листовки несколько настораживало алхимика.
= Что же, тогда дождемся, когда ваш друг проснется. Вам тоже следует отоспаться, вы ранены. = Алхимик говорил в своей заботливой манере, для него это было настолько привычно, что он и не помнил, когда в последний раз срывался на ком-нибудь. Люк отвез их по лесной тропе в город, где началось какое-то безумие. Узнав про подвиги Зика в соседнем городе, силы дозора всполошились ни на шутку. У входа в деревню стояли солдаты, проверяющие приезжих. К сожалению, карета Альберта не стала исключением. Люк недовольно озирался по сторонам, смотря на окружающих его солдат с легкой нервозностью. К счастью, но Альберт был также искусен в вранье, как и в врачевании, поэтому особых проблем данная блокада не составила. Жестом указав Вилме сидеть смирно, он выглянул на улицу через окно.
= Какие-то проблемы, господа? = К счастью для алхимика, дозорные были с ним знакомы. Один из них подошел к карете, начиная разговор.
= Да какое-то чудовище уничтожило соседний город, поэтому мы были вынуждены усилить охрану. = Отмечая у себя что-то в блокноте, он попытался взглянуть внутрь кареты, но Альберт, вытянувшийся из окна кареты, упираясь в дверцу руками, не дал ему разглядеть что-то кроме края женских ног. = С вами кто-то есть? =
= Да, конечно. Со мной моя сестра и ее жених. Он дровосек и, к сожалению, чудище хорошенько так, задело его когтями. Ему нужна срочная медицинская помощь, которую вне своей больнички, я оказать не смогу. = Альберт говорил слаженно, ни единого просвета не было в его оборонительной лжи. Офицер, почесав затылок под кепкой ластиком от карандаша, немного подумал, после чего все же дал сигнал своим.
= Да, извините за это. Этого пропускаем, он гражданин нашего города! =
Люка долго уговаривать не пришлось, взмахнув поводьями, он хлестким ударом заставил лошадей двигаться вперед. Улицы были не такими оживленными, как раньше, многие предпочитали оставаться дома, чтобы в случае чего, не умереть от шального клинка. Люку и тем, кто был в телеге это было на руку, потому что транспорт беспрепятственно добрался до больнички. А дальше, по классике. Дверцу открыли и, опиравшийся на нее Зик, вывалился из кареты. Единственное, почему он не упал, так это благодаря Люку, вовремя подоспевшему и схватившую тушку зверочеловека на свое плечо.
= Да... Он и правда много жрет, раз столько весит. = Подтвердил минк слова Вилмы касательно ее товарища и скрылся в открывшейся фруктом двери. Альберт вышел следом, по джентльменски протягивая руку рыжей.
= Думаю, нужно как-то разбудить вашего друга, у вас нет идей? =
Если бы кто-нибудь спросил у Зика, то он бы не сумел оценить эту информацию дороже одного белли. Для него само сравнение силы зверочеловека с жалким зоаном было сродни личному оскорблению, за что можно было поплатиться не просто целостностью шкуры, но и жизнью. Но, к счастью для всех на этом дилижансе, зверочеловек спал без задних ног, не внимая никакой информации, его окружающей. Для пирата это определенно был удивительный опыт, никогда раньше он не погружался в сон настолько глубоко, чтобы не замечать своего окружения. Обычно, его сон был максимально чутким, но с каждым разом, когда он засыпал близ Вилмы, все становилось немного... Другим?
Альберт воспринял ответ рыжей теплой улыбкой. Он не сильно удивлялся тому, что она сама не ведает, что за чудо-юдо ее спутник, но и ее уточнение о том, что он вовсе не тот человек с листовки несколько настораживало алхимика.
= Что же, тогда дождемся, когда ваш друг проснется. Вам тоже следует отоспаться, вы ранены. = Алхимик говорил в своей заботливой манере, для него это было настолько привычно, что он и не помнил, когда в последний раз срывался на ком-нибудь. Люк отвез их по лесной тропе в город, где началось какое-то безумие. Узнав про подвиги Зика в соседнем городе, силы дозора всполошились ни на шутку. У входа в деревню стояли солдаты, проверяющие приезжих. К сожалению, карета Альберта не стала исключением. Люк недовольно озирался по сторонам, смотря на окружающих его солдат с легкой нервозностью. К счастью, но Альберт был также искусен в вранье, как и в врачевании, поэтому особых проблем данная блокада не составила. Жестом указав Вилме сидеть смирно, он выглянул на улицу через окно.
= Какие-то проблемы, господа? = К счастью для алхимика, дозорные были с ним знакомы. Один из них подошел к карете, начиная разговор.
= Да какое-то чудовище уничтожило соседний город, поэтому мы были вынуждены усилить охрану. = Отмечая у себя что-то в блокноте, он попытался взглянуть внутрь кареты, но Альберт, вытянувшийся из окна кареты, упираясь в дверцу руками, не дал ему разглядеть что-то кроме края женских ног. = С вами кто-то есть? =
= Да, конечно. Со мной моя сестра и ее жених. Он дровосек и, к сожалению, чудище хорошенько так, задело его когтями. Ему нужна срочная медицинская помощь, которую вне своей больнички, я оказать не смогу. = Альберт говорил слаженно, ни единого просвета не было в его оборонительной лжи. Офицер, почесав затылок под кепкой ластиком от карандаша, немного подумал, после чего все же дал сигнал своим.
= Да, извините за это. Этого пропускаем, он гражданин нашего города! =
Люка долго уговаривать не пришлось, взмахнув поводьями, он хлестким ударом заставил лошадей двигаться вперед. Улицы были не такими оживленными, как раньше, многие предпочитали оставаться дома, чтобы в случае чего, не умереть от шального клинка. Люку и тем, кто был в телеге это было на руку, потому что транспорт беспрепятственно добрался до больнички. А дальше, по классике. Дверцу открыли и, опиравшийся на нее Зик, вывалился из кареты. Единственное, почему он не упал, так это благодаря Люку, вовремя подоспевшему и схватившую тушку зверочеловека на свое плечо.
= Да... Он и правда много жрет, раз столько весит. = Подтвердил минк слова Вилмы касательно ее товарища и скрылся в открывшейся фруктом двери. Альберт вышел следом, по джентльменски протягивая руку рыжей.
= Думаю, нужно как-то разбудить вашего друга, у вас нет идей? =
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)