[id219675888:bp-36291248_278144|Петр],
(Островной квест ''Белоснежное и Белое" 18)
— Так вон оно что.. немного неожиданно, но и приятно в то же самое время. Он сохранил невероятные черты не смотря на все проходящее в его бытие. Само-собой, уж что-то а его то я точно не забуду здесь, даю слово - забота будет иметь место быть.. — Рыжая дама устраивала нас почти по всем параметрам в своей непринужденной манере общения да и подачи информации чрезвычайно небольшими порциями, чему вероятнее всего научилась со временем. И когда она наконец-таки утопала по своим делам, нам внезапно стало немного скучно, впрочем на весьма непродолжительное время ибо спустя некоторые пролетевшие незаметно как думка секунды до нашего слуха донеслись сначала всплески воды из соседнего помещения бани а затем и три кротких но явных стука в стену - что могло нам о чем то свидетельствовать. Дева с римским профилем и душонкой демона сразу ж осознала о чем говорили три коротких стука в ее сторону от той самой стены с обратной стороны, однако мы только лишь мгновения назад нанесли на свою кожу очередную порцию смачно разведенной и воздушнейше пышной пены, которую так жаль было тут же смывать прохладной водой перед тем как подняться на ноги снова в наш полный рост. Миноко никуда не торопилась ранее как не торопиться и не суетиться сейчас, но все же она свершила несколько достаточно скоротечных стремительных коротких шагов сторону топки и той самой заслонки кою прикрыла чуть в большей степени а так же прикрыла ровно на половину воздухо-забрало у самой печки бани - и все что бы замедлить процесс горения в печи а как следствие и теплоотдачу коя и формирует тот невероятный банный жар удовольствие впитывать который мы имеем на данное время. Однако что бы нашему белоликому белоснежному врачевателю в лице некоего Балдуина нашего временного периода стало чуть комфортнее незамедлительным образом - мы решили свершить еще небольшую прогулку до дверцы в его помещение попутно открыв и прикрыв выходя нашу основную банную жаркую комнатенку для помывки и пара. Девушка лишь слегка приоткрыла дверь в помещение где находился едва ли не запеченный как пирожок наш Гест и оставила между дверью и косяком едва заметный зазор толщиной чуть ли не в пару волосков, затем мы так же аккуратно проследовали обратно к себе и подсев чуть ближе к банному котлу и печке таки соизволили открыть свой рот предварительно смыв с него и близлежащей кожи обильную густую мыльную пену. Уже на данном этапе по прошествии всего лишь разве что с полминутки после того как до наших ушек донесся тот самый тройной стук от авторства врачевателя, должно было стать конкретно у него слегка прохладнее и он наверняка уже мог вполне себе оное ощущать своей кожей да и всем остальным телом.
— Ох ну хорошо.. И все же мы в бане же, а она должна одаривать нас теплом в той мере в которой ни одно заведение не величает и не предоставляет. И раз уж мы снова тут в гордом дуэтном одиночестве, думаю стоит немного прикинуть а нужно ли нам сейчас после помывки сразу же соваться в наш местный порт с гаванью или же немного где нибудь еще переждать и уже после помышлять о окончательном отплытии. Остров конечно весьма приятным образом для меня гудит и шумит, однако о тихом отплыве с него я все же строю некоторые пока еще расплывчатые планы. — Промолвила достаточно звонко и неспешно четко Миноко в своем обычной привычной манере благоприятной и спокойной речи - как если бы речь шла о выборе синей или же зеленой перьевой ручки. А баня по прежнему овеивала теплом и теперь уже наверняка подходящим комфортом и нас и Геста. Древнейшая архаичная необходимость сочетающая в себе и традиционные вещи схожие с неким ритуалом для своего же блага, вода и пламя, жар и прохлада гармонично и желанно сменяющие друг друга - ну и как можно после такого забывать о баньке?
ONE PIECE RP ·
[Ист Блю] Шеллтаун
[id690661814:bp-36291248_278182|Anni],
Звук шагов заставил сердце невольно встрепенутся птицей. Гул нарастал по мере приближения, отдаваясь ритмом в ушах, прежде чем врач резко скрылся за бадьей, укрываясь от возможного взора со стороны девушки. От резкого столкновения вода в бадье заволновалась, переливаясь через плотно сложенные дощечки, а скрип двери и вовсе заставил врачевателя в белом задержать дыхание и пропустить пару ударов. Но Миноко не была столь вероломна, как могло ему показаться на первый взгляд и не стала торопить события, которые, хоть когда-то, но должны были случится. Или не должны. Это лишь время покажет. Юноша осторожно выглянул из-за бадьи, но увидел лишь приоткрытую дверь, из которой тянуло свежей прохладой. Шаги снова начали отдаляться...
"Какие же у нее причины быть..." - мысль оборвалась на полуслове. Гест сам старательно отогнал ее, осознавая, что теперь его жизнь переменится раз и навсегда. Никакого больше вольного врачевательства в этом городе его ждать не может. Тут уже сама судьба с ноги стучится в его зону комфорта, оставив у порога парочку бед, да несчастий. Но это было не тем, с чем он привык бороться дезинфекцией внутрь. Это явственное сопротивление, идущее откуда-то изнутри, натягивающее его жилы и мышцы словно тетиву. Прикрыв глаза он вздохнул, сползая по стенке бадьи на горячий пол, полностью отдаваясь на нее, как на опору. Металлический обод слегка обжигал, но терпимо.
"Быть странствующим наемником... От места к месту, без гнезда, без норы, в которой можно укрыться... Без желания и возможности вернуться," - мысли в его голове были столь же печальны, как если бы он выразил их голосом, приглушенно и едва живым тоном, будто уже мертвец. Заочно. В пальцах образовался небольшой кусок мела, примерно с девичий кулак, прежде чем врач лениво бросил его в перегородку, будто отвечая на вопрос, стоит ли переждать. Один стук - нет, два - да, как подтверждение. Не было нужды тормозить, сомневаться. Коль залез в воду, так плыви, а не пытайся выбраться на берег.
Звук шагов заставил сердце невольно встрепенутся птицей. Гул нарастал по мере приближения, отдаваясь ритмом в ушах, прежде чем врач резко скрылся за бадьей, укрываясь от возможного взора со стороны девушки. От резкого столкновения вода в бадье заволновалась, переливаясь через плотно сложенные дощечки, а скрип двери и вовсе заставил врачевателя в белом задержать дыхание и пропустить пару ударов. Но Миноко не была столь вероломна, как могло ему показаться на первый взгляд и не стала торопить события, которые, хоть когда-то, но должны были случится. Или не должны. Это лишь время покажет. Юноша осторожно выглянул из-за бадьи, но увидел лишь приоткрытую дверь, из которой тянуло свежей прохладой. Шаги снова начали отдаляться...
"Какие же у нее причины быть..." - мысль оборвалась на полуслове. Гест сам старательно отогнал ее, осознавая, что теперь его жизнь переменится раз и навсегда. Никакого больше вольного врачевательства в этом городе его ждать не может. Тут уже сама судьба с ноги стучится в его зону комфорта, оставив у порога парочку бед, да несчастий. Но это было не тем, с чем он привык бороться дезинфекцией внутрь. Это явственное сопротивление, идущее откуда-то изнутри, натягивающее его жилы и мышцы словно тетиву. Прикрыв глаза он вздохнул, сползая по стенке бадьи на горячий пол, полностью отдаваясь на нее, как на опору. Металлический обод слегка обжигал, но терпимо.
"Быть странствующим наемником... От места к месту, без гнезда, без норы, в которой можно укрыться... Без желания и возможности вернуться," - мысли в его голове были столь же печальны, как если бы он выразил их голосом, приглушенно и едва живым тоном, будто уже мертвец. Заочно. В пальцах образовался небольшой кусок мела, примерно с девичий кулак, прежде чем врач лениво бросил его в перегородку, будто отвечая на вопрос, стоит ли переждать. Один стук - нет, два - да, как подтверждение. Не было нужды тормозить, сомневаться. Коль залез в воду, так плыви, а не пытайся выбраться на берег.
[id219675888:bp-36291248_278596|Петр],
(Островной квест ''Белоснежное и Белое" 19)
В голове белоликого и обожженного пламенем куда более бурной жизни чем тот сам рассчитывал - наверняка была целая вереница и последующие за ней караваны вопросов по поводу мотивов и поступков со стороны блондинистой наглой до крайней степени в своих намерениях девушки что сейчас постепенно и весьма кроткими коротенькими неспешными шагами возвращается к своему любимому банному жару подсев к котлу и топке еще ближе прежнего, на столько что можно протянуть свою небольшую руку и уже оказаться ладонью в огне если приоткрыть горнило печки в этой баньке. На самом деле Миноко уже давно изложила и ответ и вопрос который как она думала наверняка иной раз да возникал в головной башенке сокрытой под тканью и изящной маской, наши поступки есть и замок и ключ - у них нет четко выраженного изначального выхода или же начала как у волны или же светового луча в пространстве и времени. В математике социальных поведенческих матриц нас бы наверное признали каким либо дефектом или же вовсе поврежденной матрицей непригодной и более того что вредоносной для всех остальных и окружающих - деструкция что может угрожать самой системе социума и его мироустройства. Когда ребенок появляется на этом свете, его мама и папа стараются окружить его всевозможными благами своей любви и заботы, а главным образом должного внимания для взращивания позитивно направленного индивида, и в большинстве своем дети а затем и подростки что постепенно топают через свои начальные стартовые годы и месяцы таковыми и являются - они не что иное как продукт нынешнего общества со всеми вытекающими, да у них условия порой суровы, однако это не мешает им тянуться к позитивному доброму и прекрасному - а все благодаря той самой первоначальной тропинке следования кою столь заботливо и безоговорочно навязчиво указали им мама с папой, или по крайней мере те люди что были рядом. Они молоды, они эмпатичны и отзывчивы, сострадательны и весьма любопытны. Кстати о любопытстве. Но все это эмпатичное наследие в большинстве своем, иногда бывает и нечто иное, и ребенок даже окруженный многими или же великими благами по сравнению с остальными вырастает не совсем по той тропинке и четко выстроенному социальному плану матрицы общества как на то окружающие рассчитывают и истово надеются. Есть характерные отметины или же созвездия качеств личности кои выходят не только за обычные рамки, но даже за пределы того что обычно незримо и не изведано в оном направлении, как минимум нашей не скромной персоной - собственно так и произошло. Миноко и сама не заметила как стала путешественницей во внешние рубежи познания, задолго до того как начала даже помышлять о отплытии с родненького острова и уютнейшего места обитания. Любопытство превзошло се разумные пределы, и хотя мы его кое как кривоватенько но научились немного удерживать хотя бы для создания рамок видимости некоего приличия к коему все окружающие так привыкли как к моральному наркотику - мы сами не зависим от него. По этому да, удивительно не то как Гест почуял наше любознание в его сторону прямо через стенку бани всем своим нутром - а то как Миноко сумела сдержаться и оставить его в покое хотя бы на время пребывания в баньке.
— И так, раз мы отплываем, стоит учесть что в порту несколько причалов. Как бы это смешно не прозвучало но с учетом торговых флотилий в условиях нашего острова и порта - реже всего бравые дозорные следят как раз таки за своими доками и причалами. Я знаю парочку проходов в одно из таких мест, что скажешь? Отожмем у дозора кораблик? — Вновь разбавивший тишину и умиротворяющие звуки бани Мирты голос Миноко все с той же непринужденностью наверняка достиг слуха Геста в виде небольшого нового вопрошения.
(Островной квест ''Белоснежное и Белое" 19)
В голове белоликого и обожженного пламенем куда более бурной жизни чем тот сам рассчитывал - наверняка была целая вереница и последующие за ней караваны вопросов по поводу мотивов и поступков со стороны блондинистой наглой до крайней степени в своих намерениях девушки что сейчас постепенно и весьма кроткими коротенькими неспешными шагами возвращается к своему любимому банному жару подсев к котлу и топке еще ближе прежнего, на столько что можно протянуть свою небольшую руку и уже оказаться ладонью в огне если приоткрыть горнило печки в этой баньке. На самом деле Миноко уже давно изложила и ответ и вопрос который как она думала наверняка иной раз да возникал в головной башенке сокрытой под тканью и изящной маской, наши поступки есть и замок и ключ - у них нет четко выраженного изначального выхода или же начала как у волны или же светового луча в пространстве и времени. В математике социальных поведенческих матриц нас бы наверное признали каким либо дефектом или же вовсе поврежденной матрицей непригодной и более того что вредоносной для всех остальных и окружающих - деструкция что может угрожать самой системе социума и его мироустройства. Когда ребенок появляется на этом свете, его мама и папа стараются окружить его всевозможными благами своей любви и заботы, а главным образом должного внимания для взращивания позитивно направленного индивида, и в большинстве своем дети а затем и подростки что постепенно топают через свои начальные стартовые годы и месяцы таковыми и являются - они не что иное как продукт нынешнего общества со всеми вытекающими, да у них условия порой суровы, однако это не мешает им тянуться к позитивному доброму и прекрасному - а все благодаря той самой первоначальной тропинке следования кою столь заботливо и безоговорочно навязчиво указали им мама с папой, или по крайней мере те люди что были рядом. Они молоды, они эмпатичны и отзывчивы, сострадательны и весьма любопытны. Кстати о любопытстве. Но все это эмпатичное наследие в большинстве своем, иногда бывает и нечто иное, и ребенок даже окруженный многими или же великими благами по сравнению с остальными вырастает не совсем по той тропинке и четко выстроенному социальному плану матрицы общества как на то окружающие рассчитывают и истово надеются. Есть характерные отметины или же созвездия качеств личности кои выходят не только за обычные рамки, но даже за пределы того что обычно незримо и не изведано в оном направлении, как минимум нашей не скромной персоной - собственно так и произошло. Миноко и сама не заметила как стала путешественницей во внешние рубежи познания, задолго до того как начала даже помышлять о отплытии с родненького острова и уютнейшего места обитания. Любопытство превзошло се разумные пределы, и хотя мы его кое как кривоватенько но научились немного удерживать хотя бы для создания рамок видимости некоего приличия к коему все окружающие так привыкли как к моральному наркотику - мы сами не зависим от него. По этому да, удивительно не то как Гест почуял наше любознание в его сторону прямо через стенку бани всем своим нутром - а то как Миноко сумела сдержаться и оставить его в покое хотя бы на время пребывания в баньке.
— И так, раз мы отплываем, стоит учесть что в порту несколько причалов. Как бы это смешно не прозвучало но с учетом торговых флотилий в условиях нашего острова и порта - реже всего бравые дозорные следят как раз таки за своими доками и причалами. Я знаю парочку проходов в одно из таких мест, что скажешь? Отожмем у дозора кораблик? — Вновь разбавивший тишину и умиротворяющие звуки бани Мирты голос Миноко все с той же непринужденностью наверняка достиг слуха Геста в виде небольшого нового вопрошения.
[id690661814:bp-36291248_278654|Anni],
Он не видел ее лица, но определенно чувствовал эту вечно блаженную улыбку человека, который наслаждается тем, что делает. Его мало волновало, что ее наслаждение в том, как ломаются "игрушки бога" от ее рук или же от рук тех, кто ей импонирует. Куда больше для него значили причины, по которым ей импонирует не какой-то головорез, за голову которого назначена награда или же лихой удалец, любящий устраивать драки, а он. Человек далекий от насилия ровно настолько, насколько спасение жизней можно приравнять к садизму, чтобы пациент отмучился весь свой срок до последней песчинки в одних из многочисленной коллекции песочных часов Бледной тени. За стенкой можно было вновь услышать плеск воды, а вслед за ним аккуратное, почти нежное трение губки по коже, которое продлилось не очень долго. Вскоре Гест вытерся и, обмотался чистыми, заботливо уложенными Миртой одеяния. Те совсем не походили на те, что он носил ранее. Рубаха с косым воротом, серый плащ из шерсти, сшитый так, чтобы закрывать левую часть тела, немного заходя на правое плечо. И в любом положении сидеть плотно к шее, не позволяя той оголится. И наконец, он натянул на голову нечто похожее на капюшон, плотно прилегающее к коже головы, уже поверх которой была все та же маска безразличия из чего-то, напоминающего фарфор.
"Думаю, у тебя в этом больше опыта, нежели у меня," - попытался он изъясниться языком жестов, но вскоре, вспомнив о не распространенности языка, быстро свел это в емкое "Твой выбор?" на стенке бани. Вел он себя крайне робко, стараясь лишний раз не оборачиваться в сторону Миноко и даже после того, как исписал свой ответ на плотно сложенной древесине, стоял к девушке полубоком, старательно смотря в сторону выхода. И только та даст свой ответ, как он двинется к выходу.
Он не видел ее лица, но определенно чувствовал эту вечно блаженную улыбку человека, который наслаждается тем, что делает. Его мало волновало, что ее наслаждение в том, как ломаются "игрушки бога" от ее рук или же от рук тех, кто ей импонирует. Куда больше для него значили причины, по которым ей импонирует не какой-то головорез, за голову которого назначена награда или же лихой удалец, любящий устраивать драки, а он. Человек далекий от насилия ровно настолько, насколько спасение жизней можно приравнять к садизму, чтобы пациент отмучился весь свой срок до последней песчинки в одних из многочисленной коллекции песочных часов Бледной тени. За стенкой можно было вновь услышать плеск воды, а вслед за ним аккуратное, почти нежное трение губки по коже, которое продлилось не очень долго. Вскоре Гест вытерся и, обмотался чистыми, заботливо уложенными Миртой одеяния. Те совсем не походили на те, что он носил ранее. Рубаха с косым воротом, серый плащ из шерсти, сшитый так, чтобы закрывать левую часть тела, немного заходя на правое плечо. И в любом положении сидеть плотно к шее, не позволяя той оголится. И наконец, он натянул на голову нечто похожее на капюшон, плотно прилегающее к коже головы, уже поверх которой была все та же маска безразличия из чего-то, напоминающего фарфор.
"Думаю, у тебя в этом больше опыта, нежели у меня," - попытался он изъясниться языком жестов, но вскоре, вспомнив о не распространенности языка, быстро свел это в емкое "Твой выбор?" на стенке бани. Вел он себя крайне робко, стараясь лишний раз не оборачиваться в сторону Миноко и даже после того, как исписал свой ответ на плотно сложенной древесине, стоял к девушке полубоком, старательно смотря в сторону выхода. И только та даст свой ответ, как он двинется к выходу.
[id219675888:bp-36291248_278901|Петр],
(Островной квест ''Белоснежное и Белое" 20)
Жаркий огонь полыхает в камине.
Тень моя, тень на холодной стене.
Жизнь моя связана с вами отныне...
Дождик осенний, поплачь обо мне.
Мы напевали легкий около романтический мотив одной очень старенькой песни, в то время как так же вслед за нашим белоликим доктором вылезали из помещения баньки в которой так уютно и весьма тепло провели какое то время. Да, все еще не доросшая до своей собственной стадии самореализации маньячелла в нашем лице посидела бы еще у этой жаркой топки но раз уж новоиспеченный товарищ соизволил выйти в предбанник то и нам следует кое как заставить себя действовать по быстрее. И так Миноко неспешно вышла из своей банной комнатенки из открытого прохода в который тут же хлынул сполох горячего воздуха и запаха хвойного мыла, а так же медленными коротенькими шагами появилась и наша не скромная персона, вообще без одежды кою ужу успела постирать и отжать, держа ее в левой руке. Как и предвидел Гест Миноко даже не помышляла о том что бы хоть что-то от него скрывать, по этому и прошла себе спокойно до предбанника и обернувшись в полотенце одела свои сандальки в полной готовности следовать за белоликим врачевателем который выглядел чуть менее задумчивым чем обычно, как минимум из тех доступных нашему чуткому взору внешних признаков. Соратник то безусловно мог задавать себе на уме вопросы по поводу того почему же мы выбрали именно его, строить теории и возможные вариации с причинно-следственной связью и всевозможными исходами с точками невозврата, но мы то точно знали что это решение было продиктовано банальным нашим личностным выбором. Девушка с римскими чертами не строила долгосрочных планов и не делала четко выверенных линий на последовательность в будущее, ей оное было не обязательным, даже не так - она находила лишним и слишком затратным по нервам как и по времени какое либо дальновидное построение планов на перспективное будущее. Ведь как мы знаем, если хотим рассмешить морского бога - надо именно что поведать ему о наших планах. А еще нам в принципе не нужно планирование как таковое - ведь мы делаем и все, и подобная до боли простая позиция до сего времени позволяла нам двигаться дальше без каких либо волнительных тем и будоражащих нашу душонку факторов.
— Агаам, вижу твою ответную реплику Балдуин, ожидала на дощечке но и так тоже ничего, я в общем то могу выдвигаться - разве что нам наши вещи надо взять из гостевого домика в коем мы пребывали некоторое время назад. И еще перед непосредственно самим актом угона коим мы и займемся, нужно будет подготовить парочку отвлекающих маневров, а так же удостоверится в том что на судне выбранном нами под наши скромные нужды будет все необходимое для плаванья. Слышала я краешком своего уха и не однажды а несколько раз что бриги дозора держат без кое каких важных грузов на причалах что бы у пиратов не возникало особого соблазна угонять их. Енто я полагаю нам тоже предстоит проверить, но как я и оговорила ранее я так же слышала что у нас морской дозор в основной своей массе солдатни ведет себя весьма развязанным образом - это я и лицезрела иной раз собственными глазами, но быть настороже нам все же придется. Так-как кораблик нам нужен в целости, думаю что стоит использовать пару придумок и мыслей по поводу бесшумного и бескровного изъятия без спроса так сказать.. Наверное ты и не против будешь. — Все то коротенькое время что мы были в предбаннике Миноко проводила небольшой тактический брифинг и поглядывала в сторону выхода из бани на случай если Гест решит пойти туда раньше времени не дослушав нас, но все же мы немного успели его узнать и надеемся что наш камрад дослушает все до конца. После песенки все те фразы что высказала девушка звучали не менее вежливо, но все же когда Миноко напевала ее голос звучал по мягче.
(Островной квест ''Белоснежное и Белое" 20)
Жаркий огонь полыхает в камине.
Тень моя, тень на холодной стене.
Жизнь моя связана с вами отныне...
Дождик осенний, поплачь обо мне.
Мы напевали легкий около романтический мотив одной очень старенькой песни, в то время как так же вслед за нашим белоликим доктором вылезали из помещения баньки в которой так уютно и весьма тепло провели какое то время. Да, все еще не доросшая до своей собственной стадии самореализации маньячелла в нашем лице посидела бы еще у этой жаркой топки но раз уж новоиспеченный товарищ соизволил выйти в предбанник то и нам следует кое как заставить себя действовать по быстрее. И так Миноко неспешно вышла из своей банной комнатенки из открытого прохода в который тут же хлынул сполох горячего воздуха и запаха хвойного мыла, а так же медленными коротенькими шагами появилась и наша не скромная персона, вообще без одежды кою ужу успела постирать и отжать, держа ее в левой руке. Как и предвидел Гест Миноко даже не помышляла о том что бы хоть что-то от него скрывать, по этому и прошла себе спокойно до предбанника и обернувшись в полотенце одела свои сандальки в полной готовности следовать за белоликим врачевателем который выглядел чуть менее задумчивым чем обычно, как минимум из тех доступных нашему чуткому взору внешних признаков. Соратник то безусловно мог задавать себе на уме вопросы по поводу того почему же мы выбрали именно его, строить теории и возможные вариации с причинно-следственной связью и всевозможными исходами с точками невозврата, но мы то точно знали что это решение было продиктовано банальным нашим личностным выбором. Девушка с римскими чертами не строила долгосрочных планов и не делала четко выверенных линий на последовательность в будущее, ей оное было не обязательным, даже не так - она находила лишним и слишком затратным по нервам как и по времени какое либо дальновидное построение планов на перспективное будущее. Ведь как мы знаем, если хотим рассмешить морского бога - надо именно что поведать ему о наших планах. А еще нам в принципе не нужно планирование как таковое - ведь мы делаем и все, и подобная до боли простая позиция до сего времени позволяла нам двигаться дальше без каких либо волнительных тем и будоражащих нашу душонку факторов.
— Агаам, вижу твою ответную реплику Балдуин, ожидала на дощечке но и так тоже ничего, я в общем то могу выдвигаться - разве что нам наши вещи надо взять из гостевого домика в коем мы пребывали некоторое время назад. И еще перед непосредственно самим актом угона коим мы и займемся, нужно будет подготовить парочку отвлекающих маневров, а так же удостоверится в том что на судне выбранном нами под наши скромные нужды будет все необходимое для плаванья. Слышала я краешком своего уха и не однажды а несколько раз что бриги дозора держат без кое каких важных грузов на причалах что бы у пиратов не возникало особого соблазна угонять их. Енто я полагаю нам тоже предстоит проверить, но как я и оговорила ранее я так же слышала что у нас морской дозор в основной своей массе солдатни ведет себя весьма развязанным образом - это я и лицезрела иной раз собственными глазами, но быть настороже нам все же придется. Так-как кораблик нам нужен в целости, думаю что стоит использовать пару придумок и мыслей по поводу бесшумного и бескровного изъятия без спроса так сказать.. Наверное ты и не против будешь. — Все то коротенькое время что мы были в предбаннике Миноко проводила небольшой тактический брифинг и поглядывала в сторону выхода из бани на случай если Гест решит пойти туда раньше времени не дослушав нас, но все же мы немного успели его узнать и надеемся что наш камрад дослушает все до конца. После песенки все те фразы что высказала девушка звучали не менее вежливо, но все же когда Миноко напевала ее голос звучал по мягче.
[id690661814:bp-36291248_278940|Anni],
Балдуин, Гест, белый врачеватель. Все одно и даже можно было заметить, как врач стал пропускать мимо ушей неправильное обращение к нему, у каждого человека свои причины... И способы проявлять внимание. И, вероятно, для Миноко это было маленькой игрой. Игрой где нет никакого Геста и Миноко, а есть лишь Балдуин и Стрелок в плетенной накидке.
Он остановился и дописал небрежным жестом "Она не здесь", отвечая на указание на дощечку и, очень старательно и явно отводя взгляд, лишь бы не... лишь бы не что? В обычной ситуации с обычной девушкой таким образом он бы спасал себя от затрещины, а представителя прекрасного пола от смущения, но Миноко явно не подходила под второй критерий. Кофеглазая, очевидно, хотела насладится смущением врача, скрытое под белоснежной маской, которая, к счастью Геста, не могла выражать ни стыда, ни смущения. Лишь равнодушное лицо, единственным проявлением чувств которого были глаза. Глаза, очень открыто выражающие эмоции начинающего мореплавателя (то что топором, оставим за смыслом). К счастью для него, сквозь затылок его глаза не видно, но он действительно остановился в дверях, внимая словам римской красотки.
"Мы справимся?" - вопрос, отмеченный чиркающими движениями был переполнен разнообразными смыслами. Достаточно ли двух людей для управления бригом? Хватит ли у них сноровки добраться до корабля и, хотя бы, выплыть за территорию порта? Свой жест Гест сопроводил слегка сомневающимся и, все же смущенным взглядом, стараясь смотреть на глаза, а не на остальное, хотя и те у девушки были достаточно выразительны и большие, чтобы в них утонуть. Не женщина, а мечта кофемана.
Балдуин, Гест, белый врачеватель. Все одно и даже можно было заметить, как врач стал пропускать мимо ушей неправильное обращение к нему, у каждого человека свои причины... И способы проявлять внимание. И, вероятно, для Миноко это было маленькой игрой. Игрой где нет никакого Геста и Миноко, а есть лишь Балдуин и Стрелок в плетенной накидке.
Он остановился и дописал небрежным жестом "Она не здесь", отвечая на указание на дощечку и, очень старательно и явно отводя взгляд, лишь бы не... лишь бы не что? В обычной ситуации с обычной девушкой таким образом он бы спасал себя от затрещины, а представителя прекрасного пола от смущения, но Миноко явно не подходила под второй критерий. Кофеглазая, очевидно, хотела насладится смущением врача, скрытое под белоснежной маской, которая, к счастью Геста, не могла выражать ни стыда, ни смущения. Лишь равнодушное лицо, единственным проявлением чувств которого были глаза. Глаза, очень открыто выражающие эмоции начинающего мореплавателя (то что топором, оставим за смыслом). К счастью для него, сквозь затылок его глаза не видно, но он действительно остановился в дверях, внимая словам римской красотки.
"Мы справимся?" - вопрос, отмеченный чиркающими движениями был переполнен разнообразными смыслами. Достаточно ли двух людей для управления бригом? Хватит ли у них сноровки добраться до корабля и, хотя бы, выплыть за территорию порта? Свой жест Гест сопроводил слегка сомневающимся и, все же смущенным взглядом, стараясь смотреть на глаза, а не на остальное, хотя и те у девушки были достаточно выразительны и большие, чтобы в них утонуть. Не женщина, а мечта кофемана.
(Островной квест ''Белоснежное и Белое" 21)
— Как ты верно ведаешь из своей основополагающей процессии коя являет собой твое ремесло врачевателя - для любой работы нужен один но правильно подобранный инструмент и методика пользования оным.. Нам с тобой по силам гораздо большее, тем более что с некоторых пор выбора у нас все равно не осталось - так почему бы не ступать спокойно по тропинке судьбы держа оружие и хорошие манеры наготове? Один весьма сообразительный и находчивый человек однажды сказал то что запало в душу не малому числю людей по мимо него и уже много после его кончины. Пистолетом и добрым словом можно добиться куда большего, чем просто пистолетом или же просто добрым словом. Подробности некоего плана и его вторично ветви на случай срыва первой я уже более менее обрисовываю у себя в головной башенке, и в более тихом и безлюдном местечке мне известном я обязательно все изложу тебе. А сейчас предлагаю уйти отсюда, дабы не подвергать нашу гостеприимную хозяйку лишнему вовсе не нужному ей и ее месту риску. Есть много кого в мире кому я бы не раздумывая пустила бы пулю в лобешник, но эта дама явно не из этого круга лиц, такие теплые островки комфорта и уюта стоит беречь - у них можно в любое время погреться. — Легкая безмятежная песенка что звучала с уст Миноко под личиною ее голоса вновь содержала себе не мало и не особенно то много информации, ее мы решили подавать порционно и с осторожностью с учетом места нашего пребывания. Девушка неспешно следовала за нашим врачевателем в белоснежном и меле пока тот шел вперед до нашего гостевого домика в котором еще совсем недавно Мирта сравнивала нас с конями и лошадьми что и стало номинальным поводом к нашему походу до местной уютнейшей бани. Когда же мы наконец пришли к прежнему месту ночевки длинною в одну недолгую ночь, Миноко как только оказалась внутри гостевого домика тут же скинула с себя полотенце и медленно одеваясь без какого либо стеснения начала обдумывать далее текущие планы и некоторые небольшие но вполне вероятно что возникшие проблемы в будущем при нашем угоне морского судна.
М: " В последний раз когда я лицезрела своими глазенками то что находиться в нашем массивном и большом порту у меня размылось даже самое понятие общности нашего флота, даже если сознавать что где то половина кораблей стояла там может быть всего пару дней и через эти же парочку дней отплывала без следа или же повторного визита к нам. У родителей флотилия отмечена их едва заметным но уникальным признаком, который я ни с чем не спутаю, и в газа в основном бросались крупные и линейные военные корабли, а от на более мелкие суда я внимания особого то и не обращала, и наверное зря. Потому как с крупным или же средним судном мы никак не управимся в две персоны даже если использовать подвязки и застопоренные рулевые канаты. Остаются именно небольшие суда, но конкретно суда в доках у дозора преимущественно как раз таки крупные и средние, небольшие патрульные судна не снабжены как подобает и не предназначены для путешествия в море - значит, нам остаются только те суда кои находятся в доках дозора и не являются как таковыми судами самого морского дозора, а енто означает что нам нужно угнать кораблик из рядов уже конфискованных судов у пиратов или кого-бы то ни было еще. Их стопроцентно разгружают и скорее всего подготавливают к демонтажу после тщательной инспекции со всеми вытекающими следственными мероприятиями. И так что мы имеем, проникновение в дальние служебные доки дозора, подборка подходящего кораблика из тех что были изъяты у тех кого дозор сочли преступниками, погрузка запасов и всего что необходимо на судно, создание одного или как минимум нескольких отвлекающих маневров в основной части порта, в частности шуметь надо там где самые дорогие и охраняемые корабли - там то дозор ведет себя наиболее браво отдавая предпочтение самой важной части любой из присутствующих флотилий, после диверсий отвлечения нам нужно немедленно отплывать. " [id219675888:bp-36291248_278944|Петр],
— Как ты верно ведаешь из своей основополагающей процессии коя являет собой твое ремесло врачевателя - для любой работы нужен один но правильно подобранный инструмент и методика пользования оным.. Нам с тобой по силам гораздо большее, тем более что с некоторых пор выбора у нас все равно не осталось - так почему бы не ступать спокойно по тропинке судьбы держа оружие и хорошие манеры наготове? Один весьма сообразительный и находчивый человек однажды сказал то что запало в душу не малому числю людей по мимо него и уже много после его кончины. Пистолетом и добрым словом можно добиться куда большего, чем просто пистолетом или же просто добрым словом. Подробности некоего плана и его вторично ветви на случай срыва первой я уже более менее обрисовываю у себя в головной башенке, и в более тихом и безлюдном местечке мне известном я обязательно все изложу тебе. А сейчас предлагаю уйти отсюда, дабы не подвергать нашу гостеприимную хозяйку лишнему вовсе не нужному ей и ее месту риску. Есть много кого в мире кому я бы не раздумывая пустила бы пулю в лобешник, но эта дама явно не из этого круга лиц, такие теплые островки комфорта и уюта стоит беречь - у них можно в любое время погреться. — Легкая безмятежная песенка что звучала с уст Миноко под личиною ее голоса вновь содержала себе не мало и не особенно то много информации, ее мы решили подавать порционно и с осторожностью с учетом места нашего пребывания. Девушка неспешно следовала за нашим врачевателем в белоснежном и меле пока тот шел вперед до нашего гостевого домика в котором еще совсем недавно Мирта сравнивала нас с конями и лошадьми что и стало номинальным поводом к нашему походу до местной уютнейшей бани. Когда же мы наконец пришли к прежнему месту ночевки длинною в одну недолгую ночь, Миноко как только оказалась внутри гостевого домика тут же скинула с себя полотенце и медленно одеваясь без какого либо стеснения начала обдумывать далее текущие планы и некоторые небольшие но вполне вероятно что возникшие проблемы в будущем при нашем угоне морского судна.
М: " В последний раз когда я лицезрела своими глазенками то что находиться в нашем массивном и большом порту у меня размылось даже самое понятие общности нашего флота, даже если сознавать что где то половина кораблей стояла там может быть всего пару дней и через эти же парочку дней отплывала без следа или же повторного визита к нам. У родителей флотилия отмечена их едва заметным но уникальным признаком, который я ни с чем не спутаю, и в газа в основном бросались крупные и линейные военные корабли, а от на более мелкие суда я внимания особого то и не обращала, и наверное зря. Потому как с крупным или же средним судном мы никак не управимся в две персоны даже если использовать подвязки и застопоренные рулевые канаты. Остаются именно небольшие суда, но конкретно суда в доках у дозора преимущественно как раз таки крупные и средние, небольшие патрульные судна не снабжены как подобает и не предназначены для путешествия в море - значит, нам остаются только те суда кои находятся в доках дозора и не являются как таковыми судами самого морского дозора, а енто означает что нам нужно угнать кораблик из рядов уже конфискованных судов у пиратов или кого-бы то ни было еще. Их стопроцентно разгружают и скорее всего подготавливают к демонтажу после тщательной инспекции со всеми вытекающими следственными мероприятиями. И так что мы имеем, проникновение в дальние служебные доки дозора, подборка подходящего кораблика из тех что были изъяты у тех кого дозор сочли преступниками, погрузка запасов и всего что необходимо на судно, создание одного или как минимум нескольких отвлекающих маневров в основной части порта, в частности шуметь надо там где самые дорогие и охраняемые корабли - там то дозор ведет себя наиболее браво отдавая предпочтение самой важной части любой из присутствующих флотилий, после диверсий отвлечения нам нужно немедленно отплывать. " [id219675888:bp-36291248_278944|Петр],
[id690661814:bp-36291248_279030|Anni],
Ее витьеватый стиль речи в купе с полуобнаженным видом производил впечатление вечно молодой и вечно пьяной сорви-головы. От части, учитывая любовь этой парочки к "божьей крови", это было недалеко от истины, но что-то в ней было еще, что-то, что глаза Геста еще не успели в ней разглядеть. Быть может, это "что-то", когда-нибудь сыграет с ним злую шутку, но пока что он старался смотреть на лицо и только туда, от чего производилось впечатление, что юноша пронзает ее своими глазами насквозь, желая приколоть иголкой, как какую-нибудь бабочку к рамке и держать у себя на стене, как наглядное пособие по анатомии женского организма, полного буйного веселья, страсти к пороху и желанием увидеть, как мир горит.
"Нам греться уже будет не суждено," - подумал он в ответ, задумчиво прикрыв глаза и наклонив голову чуть в бок. Уже идя в сторону гостевого домика, врач только и думал о том, что вино, конечно, хорошо для дезинфекции, но крайне скудно влияет на его способности к чему-либо. В частности, адекватно реагировать и держаться подальше от выкрутасов новой знакомой, которой, как ему казалось, доставляет особое наслаждение опускать его невинную душу поглубже в котел с раскаленным дегтем. Впрочем, кому из нас не хотелось бы завести единомышленника, пусть и столь грязным способом?
Они пришли достаточно быстро, миновав тех, кто успел уже опохмелится и, в какой-то мере, даже протрезветь. Но от вида наемницы вкупе с ее сопровождающим те скупо и завистливо вновь притронулись к бутылке. В домике Гест хотел было взять несколько вещей... Еще бы он помнил, каких. Ведь большая часть его добра сгорела в пожаре, а вещи были и без того ободраны и испачканы, чтобы даже не думать о том, чтобы натянуть их вновь. Он с некоторым интересом повернулся к постели, будто что-то забыл, а когда обернулся понял, что сделал это отчасти зря и тот-час повернул голову вправо, прикрывая отверстия для глаз пятерней правой руки. "ДОКОЛЕ!" говорил он всем видом, учитывая беспристрастие его маски, но что под ней, одному лишь черту морскому, да Мирте известно.
= Ой, я не вовремя? - не без нот издевки прозвучал голос рыжевласой, что пришла буквально на мгновение, держа в руке какую-то книжку, чей переплет разрешал лишь молится, что эти пожелтевшие от сырости страницы не рассыпятся раньше, чем разлетятся по ветру листами пергамента. - Я тут вспомнила, что вела записи о том, как понимать Геста. Держи, может пригодятся. По крайней мере, немую фразу "Вино!" ты уже могла лицезреть! Ну все, пока!
Книжка с застежкой была брошена куда-то на постель, после чего Мирта поспешно скрылась за дверью, прежде чем в нее с стуком и хрустом влетело несколько мелков, буквально вонзаясь ножами в деревянную поверхность. А источником был - возмущенный и явно смущенный врачеватель, чья спина невольно вздымалась от возмущенных вздохов.
"Ведьма!" - адресовал он ей в ответ на шутку, сказанную прежде чем та протараторила что-то про вино, которого, собственно, уже и не было. Ни напитка, ни хорошего настроения, ну что за женщина!
Ее витьеватый стиль речи в купе с полуобнаженным видом производил впечатление вечно молодой и вечно пьяной сорви-головы. От части, учитывая любовь этой парочки к "божьей крови", это было недалеко от истины, но что-то в ней было еще, что-то, что глаза Геста еще не успели в ней разглядеть. Быть может, это "что-то", когда-нибудь сыграет с ним злую шутку, но пока что он старался смотреть на лицо и только туда, от чего производилось впечатление, что юноша пронзает ее своими глазами насквозь, желая приколоть иголкой, как какую-нибудь бабочку к рамке и держать у себя на стене, как наглядное пособие по анатомии женского организма, полного буйного веселья, страсти к пороху и желанием увидеть, как мир горит.
"Нам греться уже будет не суждено," - подумал он в ответ, задумчиво прикрыв глаза и наклонив голову чуть в бок. Уже идя в сторону гостевого домика, врач только и думал о том, что вино, конечно, хорошо для дезинфекции, но крайне скудно влияет на его способности к чему-либо. В частности, адекватно реагировать и держаться подальше от выкрутасов новой знакомой, которой, как ему казалось, доставляет особое наслаждение опускать его невинную душу поглубже в котел с раскаленным дегтем. Впрочем, кому из нас не хотелось бы завести единомышленника, пусть и столь грязным способом?
Они пришли достаточно быстро, миновав тех, кто успел уже опохмелится и, в какой-то мере, даже протрезветь. Но от вида наемницы вкупе с ее сопровождающим те скупо и завистливо вновь притронулись к бутылке. В домике Гест хотел было взять несколько вещей... Еще бы он помнил, каких. Ведь большая часть его добра сгорела в пожаре, а вещи были и без того ободраны и испачканы, чтобы даже не думать о том, чтобы натянуть их вновь. Он с некоторым интересом повернулся к постели, будто что-то забыл, а когда обернулся понял, что сделал это отчасти зря и тот-час повернул голову вправо, прикрывая отверстия для глаз пятерней правой руки. "ДОКОЛЕ!" говорил он всем видом, учитывая беспристрастие его маски, но что под ней, одному лишь черту морскому, да Мирте известно.
= Ой, я не вовремя? - не без нот издевки прозвучал голос рыжевласой, что пришла буквально на мгновение, держа в руке какую-то книжку, чей переплет разрешал лишь молится, что эти пожелтевшие от сырости страницы не рассыпятся раньше, чем разлетятся по ветру листами пергамента. - Я тут вспомнила, что вела записи о том, как понимать Геста. Держи, может пригодятся. По крайней мере, немую фразу "Вино!" ты уже могла лицезреть! Ну все, пока!
Книжка с застежкой была брошена куда-то на постель, после чего Мирта поспешно скрылась за дверью, прежде чем в нее с стуком и хрустом влетело несколько мелков, буквально вонзаясь ножами в деревянную поверхность. А источником был - возмущенный и явно смущенный врачеватель, чья спина невольно вздымалась от возмущенных вздохов.
"Ведьма!" - адресовал он ей в ответ на шутку, сказанную прежде чем та протараторила что-то про вино, которого, собственно, уже и не было. Ни напитка, ни хорошего настроения, ну что за женщина!
[id219675888:bp-36291248_279169|Петр],
(Островной квест ''Белоснежное и Белое" 22)
— Нее, вы что, вы всегда вовремя. — Отпустила со своих едва улыбающихся краешками губ уст девушка и продолжила неспешное окутывание своего тела в то немногое что можно именовать нашей повседневной одежкой, кою попутно мы еще и еще разок отряхиваем очищаем и наконец-таки одеваем на себя. Вообще в принципе любое деяние морально-духовном поле с такой тонкой и трепетно охраняемой любым человеком субстанцией как душа и психика - осуществляется и по мимо всякого желания каких либо предусматриваемых изменений, но в нашем конкретном случае пожалуй что слегка поджаренный в буквальном смысле врачеватель оказался в очередной раз прав и не прав единовременно по нынешнему положению дел. Переменные чужой психики и характерных черт что иногда выползают наружу у любого человека которых хоть немного с нами контактировал, так или иначе будут меняться постепенно и без особого рода порывов с нашей стороны, хотя Миноко своим обыденным поведением может многих шокировать и ввести в некий ступор или как минимум удивление. Желает ли она со всей своей ницшениаской манерой поведения и орудования чужими судьбами на кончике своего пистолета - как либо чрезвычайно сильно склонить Геста к принятию токмо нашей позиции по оному вопросу? Нет, даже для восприятия от лица нашей весьма не скромной персоны это было бы и оскорбительно и пренебрежительно по отношению к товарищу, на это в грубой форме Миноко однозначно не пойдет и не будет даже рассматривать именно такой вариант. Вне всяких сомнений, в нашей жизни бывали случаи когда мы намеренно опускали душонку разум и психику кого-то в котел сотворенный нашими деяниями и мыслями - дабы как можно скорее несколько развратить и расширить круг мировоззрения и мировосприятия у выбранной цели, но это совсем не то что происходит сейчас. Миноко по какой-то причине уже успела не единажды заметить что уважает Геста и его до боли простые понятные намерения, в которых наши цели безусловно могут и совпадают все более и более выраженным образом. Мы не пытаемся его перевоспитать или же хоть в чем либо обломать или же сломать, неет - мы лишь осторожно показываем ему те неизведанные тропинки и дороги коими иной раз ходили сами, маленькие и едва уловимые пути к самим звездам ярчайших и сильнейших на чувства событий в этом мире. Но вернемся к нашим насущным и куда более приземленным вещам, и так что тут у нас. Само-собой что мы вполне себе явственно заприметили оставленную добродушной рыжевласой хозяйкой этого места книженцию коя судя по всему и будет нашим еще одним ключиком к прямому пониманию белоликого доктора и его позывов. Естественно что Миноко и ранее заметила всеми своими фибрами неоспоримый факт того что Гесту срочно требуется новая порция причастия "Божественной кровью", и что он уже почти что не в силах и тем более не в настроении оного терпеть и дальше. О какое чудесное зрелище, наш белоснежный врачеватель да на кого-то так тихо-мирно сердиться - кофеглазая испытала настоящее моральное удовлетворение когда узрела вновь это, на такое она бы смотрела весь день если бы была на то возможность. Но и оставлять товарища без выпивки было бы преступлением против самой сути человечности, той самой человечности что живет себе в головной башенке у нас а не у окружающих. Надев примерно половину из требуемых для полноценного повседневного пребывания где угодно собственных вещей, девушка достала из своей сумки средних размеров металлическую видавшую виды и время фляжку, она выглядела старенькой и архаичной по своей форме украшению в виде орнамента - но енто все еще была полностью функциональная флажка и в ней стопроцентно кое что да имеется.
— Воот, можешь откупорить и выпить все содержимое.. Только учти, когда я открывала ее в последний раз я опустошила не весь ром что в ней был, она где то на четверть была заполнена чудесным темным ромом, а остальное отсутствующее тогда я долила нашим любимым кактусовым вином - так что там теперь крепленное винцо. — Протягивает фляжку с оными словечками.
(Островной квест ''Белоснежное и Белое" 22)
— Нее, вы что, вы всегда вовремя. — Отпустила со своих едва улыбающихся краешками губ уст девушка и продолжила неспешное окутывание своего тела в то немногое что можно именовать нашей повседневной одежкой, кою попутно мы еще и еще разок отряхиваем очищаем и наконец-таки одеваем на себя. Вообще в принципе любое деяние морально-духовном поле с такой тонкой и трепетно охраняемой любым человеком субстанцией как душа и психика - осуществляется и по мимо всякого желания каких либо предусматриваемых изменений, но в нашем конкретном случае пожалуй что слегка поджаренный в буквальном смысле врачеватель оказался в очередной раз прав и не прав единовременно по нынешнему положению дел. Переменные чужой психики и характерных черт что иногда выползают наружу у любого человека которых хоть немного с нами контактировал, так или иначе будут меняться постепенно и без особого рода порывов с нашей стороны, хотя Миноко своим обыденным поведением может многих шокировать и ввести в некий ступор или как минимум удивление. Желает ли она со всей своей ницшениаской манерой поведения и орудования чужими судьбами на кончике своего пистолета - как либо чрезвычайно сильно склонить Геста к принятию токмо нашей позиции по оному вопросу? Нет, даже для восприятия от лица нашей весьма не скромной персоны это было бы и оскорбительно и пренебрежительно по отношению к товарищу, на это в грубой форме Миноко однозначно не пойдет и не будет даже рассматривать именно такой вариант. Вне всяких сомнений, в нашей жизни бывали случаи когда мы намеренно опускали душонку разум и психику кого-то в котел сотворенный нашими деяниями и мыслями - дабы как можно скорее несколько развратить и расширить круг мировоззрения и мировосприятия у выбранной цели, но это совсем не то что происходит сейчас. Миноко по какой-то причине уже успела не единажды заметить что уважает Геста и его до боли простые понятные намерения, в которых наши цели безусловно могут и совпадают все более и более выраженным образом. Мы не пытаемся его перевоспитать или же хоть в чем либо обломать или же сломать, неет - мы лишь осторожно показываем ему те неизведанные тропинки и дороги коими иной раз ходили сами, маленькие и едва уловимые пути к самим звездам ярчайших и сильнейших на чувства событий в этом мире. Но вернемся к нашим насущным и куда более приземленным вещам, и так что тут у нас. Само-собой что мы вполне себе явственно заприметили оставленную добродушной рыжевласой хозяйкой этого места книженцию коя судя по всему и будет нашим еще одним ключиком к прямому пониманию белоликого доктора и его позывов. Естественно что Миноко и ранее заметила всеми своими фибрами неоспоримый факт того что Гесту срочно требуется новая порция причастия "Божественной кровью", и что он уже почти что не в силах и тем более не в настроении оного терпеть и дальше. О какое чудесное зрелище, наш белоснежный врачеватель да на кого-то так тихо-мирно сердиться - кофеглазая испытала настоящее моральное удовлетворение когда узрела вновь это, на такое она бы смотрела весь день если бы была на то возможность. Но и оставлять товарища без выпивки было бы преступлением против самой сути человечности, той самой человечности что живет себе в головной башенке у нас а не у окружающих. Надев примерно половину из требуемых для полноценного повседневного пребывания где угодно собственных вещей, девушка достала из своей сумки средних размеров металлическую видавшую виды и время фляжку, она выглядела старенькой и архаичной по своей форме украшению в виде орнамента - но енто все еще была полностью функциональная флажка и в ней стопроцентно кое что да имеется.
— Воот, можешь откупорить и выпить все содержимое.. Только учти, когда я открывала ее в последний раз я опустошила не весь ром что в ней был, она где то на четверть была заполнена чудесным темным ромом, а остальное отсутствующее тогда я долила нашим любимым кактусовым вином - так что там теперь крепленное винцо. — Протягивает фляжку с оными словечками.
[id690661814:bp-36291248_279205|Anni],
Грудь Геста вздымалась под одеждой, а под маской определенно можно было бы узреть красноту от стыда, будь она прозрачной. Его рука медленно опустилась, а вслед за тем и головушка его склонилась в попытках унять тот неуемный двигатель, пылающий жаром в телах всех ныне живущих. Ведь, наверное, в том и смысл этой жизни - заставлять его пылать все больше и ярче, пока плоть коя не сгорит в конце пути. Голова невольно повернулась, когда где-то со стороны показался блеск фляжки, от части потрепанной, но все еще сверкающей в свете, особенно в протертых местах, особенно часто используемых - в частности крышка, которую так часто натирали тонкие пальцы в попытках открыть сей сосуд.
"Нет, дезинфекции для меня сегодня довольно..." - предчувствуя булькающее, прилипающее к горлу чувство тошноты, которое бывает у всякого, кто злоупотребляет даже водой. В общем смысле, сосуд скорее был полон, чем на половину пуст. Жестом отказавшись от предложения стрелка, он выпрямился и вдохнул воздуха полную грудь, прикрывая свои глаза. Последовал шумный выдох, шипящий, словно сквозняк во время штормового ветра и вытянув руку, юноша воссоздал очередной мел цилиндрической формы с утоньшением к одному из концов, пусть и без остроты заточенного карандаша. Вероятно, девушка впервые могла увидеть подобный фокус, но, что уж скрывать. У кого-то под полами плаща оружие, способное проделать несколько сквозных отверстий, а кто-то создает мел прямо из своего тела, от чего покрыт им почти ежедневно.
— "Думаю, нам пора уходить. Неизвестно, когда Франк решит порадовать нас своим визитом" - начиркал он бегло на своей дощечке, прежде чем показать ее кофеглазой, зажимая ту в своих пальцах, от чего перчатки невольно скрипнули. Взгляд из прорезей невольно последовал с девушки на дверь, после чего, звякая цепями, дощечка вновь рухнула к его левому бедру.
Гест направился на выход и достаточно скоро, надеясь, что Миноко последует за ним, уверенными шагами направился к выходу, минуя похмельных или еще не просыхавших клиентов сего заведения. Вообще, вид этих людей был для него предостережением, что порой от дезинфекции в чрезмерном и бесконтрольном количестве из людей выводится не только все вредное, но и последние капли мозгов. Уже на выходе, выйдя из переулка, оказавшись на оживленной улице, врач обернулся и, найдя взглядом Миноко, вопросительно склонил голову, левой рукой указывая направо, а правой налево, не зная, куда же им идти за этим кораблем.
Грудь Геста вздымалась под одеждой, а под маской определенно можно было бы узреть красноту от стыда, будь она прозрачной. Его рука медленно опустилась, а вслед за тем и головушка его склонилась в попытках унять тот неуемный двигатель, пылающий жаром в телах всех ныне живущих. Ведь, наверное, в том и смысл этой жизни - заставлять его пылать все больше и ярче, пока плоть коя не сгорит в конце пути. Голова невольно повернулась, когда где-то со стороны показался блеск фляжки, от части потрепанной, но все еще сверкающей в свете, особенно в протертых местах, особенно часто используемых - в частности крышка, которую так часто натирали тонкие пальцы в попытках открыть сей сосуд.
"Нет, дезинфекции для меня сегодня довольно..." - предчувствуя булькающее, прилипающее к горлу чувство тошноты, которое бывает у всякого, кто злоупотребляет даже водой. В общем смысле, сосуд скорее был полон, чем на половину пуст. Жестом отказавшись от предложения стрелка, он выпрямился и вдохнул воздуха полную грудь, прикрывая свои глаза. Последовал шумный выдох, шипящий, словно сквозняк во время штормового ветра и вытянув руку, юноша воссоздал очередной мел цилиндрической формы с утоньшением к одному из концов, пусть и без остроты заточенного карандаша. Вероятно, девушка впервые могла увидеть подобный фокус, но, что уж скрывать. У кого-то под полами плаща оружие, способное проделать несколько сквозных отверстий, а кто-то создает мел прямо из своего тела, от чего покрыт им почти ежедневно.
— "Думаю, нам пора уходить. Неизвестно, когда Франк решит порадовать нас своим визитом" - начиркал он бегло на своей дощечке, прежде чем показать ее кофеглазой, зажимая ту в своих пальцах, от чего перчатки невольно скрипнули. Взгляд из прорезей невольно последовал с девушки на дверь, после чего, звякая цепями, дощечка вновь рухнула к его левому бедру.
Гест направился на выход и достаточно скоро, надеясь, что Миноко последует за ним, уверенными шагами направился к выходу, минуя похмельных или еще не просыхавших клиентов сего заведения. Вообще, вид этих людей был для него предостережением, что порой от дезинфекции в чрезмерном и бесконтрольном количестве из людей выводится не только все вредное, но и последние капли мозгов. Уже на выходе, выйдя из переулка, оказавшись на оживленной улице, врач обернулся и, найдя взглядом Миноко, вопросительно склонил голову, левой рукой указывая направо, а правой налево, не зная, куда же им идти за этим кораблем.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)