Дополнительный квест. Задание №2/1000
Персиваль возвращался в апартаменты после переговоров с руководителями торговой сети. Командующий внял угрозам и не стал сразу вмешиваться в дела подполья, так что все единогласно высказались, чтобы взять его в долю. Это должно было стать лишней причиной не идти против торговли и продолжать закрывать глаза на исчезающее оружие со складов. Дошёл до двери квартиры, рука в протянутом состоянии зависла в воздухе. Персиваль обнаружил, что ручка вновь примечательно опущена.
– Местным шестёркам пора бы уже научиться заметать следы. Не в первый раз же вламываетесь, – проговорил Монселе себе под нос.
Открыл дверь и не увидел никого лишнего – к этому можно привыкнуть. День сурка заменил собой течение времени, и седой ничему не удивлялся, ожидал всего наперёд. Взгляд юноши зацепился за конверт на столе. Включил тепловую пушку, Персиваль сел за стол и вскрыл послание. На листе тонкой бумаги каллиграфическим почерком был выведен текст контракта. В особняк представителя местной знати привели медведя, дабы тот веселил гостей на приёме и служил доказательством силы хозяина особняка. Какая жалость, что быть и казаться – не одно и то же, и ныне медведь шастает по особняку и раздирает всех встреченных. Больше всего раздражала приписка от Ортхакса, который обращался к Персивалю, словно тот был его дворовой собакой. Хотел Монселе браться за работу или нет – никого не интересовало, так что юноша решил не терять времени даром и, не отдохнув от дневных переговоров, направился к особняку указанного семейства.
Поместье представляло четырёхэтажное здание, которое органично вписывалось в местную архитектуру, но даже не намётанный глаз легко бы определил, что здесь обитают люди намного богаче соседей. На чём семейство хозяина заработало на подобную роскошь оставалось для Персваля загадкой, хотя он и помнил, что пару раз продавал здесь артефакты старины. В фойе юношу ждал немолодого вида мужчина светской выправки: с идеальной осанкой, словно лом проглотил, и надменным выражением лица, что позволяло, вопреки не самому высокому росту, смотреть, даже на великанов, сверху вниз.
– Приветствую, мы Вас ждали. Я же правильно понимаю, что вы наёмник?
Мужчина говорил ровным поставленным голосом. Привык, что все, кто не являются людьми высокого ранга, всегда будут ему подчиняться.
– Да, сэр, вы не ошиблись. Полагаю, я имею честь говорить с майордомом Драргаманом? – ответил Персиваль и бегло посмотрел по сторонам, чтобы убедиться в отсутствии иных личностей.
– Вы так же не ошиблись. Но оставим любезности, вас ждёт работа. Медведь учинил погром в зале для приёмов, разворотил дорогостоящее имущество и сейчас находится где-то в особняке. Мы периодически слышим его рёв. Хорошо, что снаружи никто этого не слышит, иначе проблем бы мы не обрались. Никто из господ не пострадал, но прислугу…
– Оставим подробности, это не относится к работе.
– Да, вы правы. Что же, не смею вас задерживать, наёмник. Вам лучше знать, как делать Вашу работу, – согласился майордом.
Поклонившись, мужчина отправился по своим делам и оставил Персиваля в гордом одиночестве. Стрелок вытащил пистолет из кобуры и углубился внутрь поместья. Обычно Монселе не впускали дальше кабинета, так что герой не отказал себе в удовольствии рассмотреть, как же живут богатеи на Медвежьем острове. Вычурно. Повсюду была позолота, лепнина и картины с претензией на дороговизну. Но всё это вряд ли стоило слишком уж дорого, по опыту с медведем утверждать, что вся роскошь особняка – лишь видимость, можно было смело. Рассуждения юноши были прерваны звериным рыком где-то поблизости. Цель была близко. Вслед за рыком послышался звук падающего и разбивающегося камня, после чего раздался уже громогласный рёв медведя. Сам сломал – сам испугался. Зверь, что с него взять.
Персиваль направился к источнику шума, пока не дошёл до сломанной двери. Вопрос, каких же размеров зверюга, был отвечен сам собой.
ONE PIECE RP ·
[Норд Блю] Медвежий остров
В одном из кабинетов на всех четырёх лапах стоял огромный бурый медведь, по размерам не сильно уступавший пещерному медведю, черепа которых можно было найти в горах. Благо, что те бестии давно вымерли.
Зверь и человек встретились взглядами. Медведь слишком увлёкся исследованием новых угодий и не заметил приближения Персиваля. Юноша выставил руку вперёд и, прицелившись в голову медведя, выстрелил. Ожидаемого эффекта выстрел не возымел – серьёзно, это было бы слишком просто. Столкнувшись с толстым черепом медведя, пуля лишь отскочила в сторону, вырвав клок кожи с мехом и вызывая у зверя лёгкое сотрясение от удара. Озлобленный подобной наглостью медведь встал на задние лапы и огласил округу своим звериным рёвом, от громкости которого у Персиваля заложило уши. В такой позе медведь возвышался над юношей, готовился наброситься на него.
– Вот нет, чтобы нормальные развлечения выбирать на свои пьянки.
Монселе выстрелил ещё пять раз в стоящего медведя, но какого-либо эффекта это не имело – пули просто застревали в тело медведя, не в силах свалить зверя. Дальше обмениваться любезностями смысла большого не было, так что беловолосый рванул в сторону противоположную от медведя, разорвал дистанцию. Медведь же не отставал, вернулся в своё естественное положение, и он, словно стрела хиробалисты, бросился вслед за шумной, не в меру, едой. Если бы путь лежал строго по прямой, то Персиваль уже спустя десяток – два секунд оказался в зубах кровожадного зверя, но сила инерции и вес твари пока играли на него. Нужно было, как можно чаще, сворачивать на поворотах, чтобы медведь врезался в стены и проскальзывал по мраморным полам мимо нужного поворота. Ухватившись за возможность, Персиваль отстегнул стреляные стволы от пеппербокса и вставлял новые. Как только шестой ствол мягко щёлкнул, входя в пазы, медведь выглянул из-за угла, а в его глазах читалось: «Ну и долго ты ещё удирать будешь? Мясо же жёстким станет». Не имея строгих намерений оканчивать бренное существование в желудке и выходном продукте зверя, наёмник направил пистолет на животное и очередью отстрелил все шесть стволов. Четыре пули попали в голову, превращая череп медведя в колокол для мозга, две угодили в шею. Но ничто из этого не замедлило животное, медведь вновь начал разгоняться. К сожалению, на этот раз Персиваль бежал от медведя по длинному коридору и уже чувствовал дыхание зверя затылком, что придавало юноше невиданной прыти. По пути седой отстёгивал стволы пистолета от станины, моля всех богов и духов, чтобы руки не дрогнули и ноги не споткнулись. Впереди виднелась большая дверь – там, наверняка, должен находиться какой-то зал или нечто подобное, должна появиться возможность развернуться и выйти из этого лабиринта для бега со смертью наперегонки. Юноша сгруппировался и налетел на дверь плечом, но она оказалась заперта.
– Мысли: Конец…
Медведь стремительно приближался. Занёс лапу для удара на бегу, но предательский пол вновь подвёл зверя – вместо добычи, он врезался в дверь, срывая её с петель и обрушивая двустворчатые ворота на землю. Послышались крики. Прислуга, которую послали убирать зал для приёма, не дожидаясь, когда медведь всё же отправится в свой медвежий рай, считала, что находится в безопасности, ведь оный был запертым в другом крыле особняка. Монселе смотрел сквозь дверной проём, как зверь переключился на новую, менее расторопную, мишень и одним укусом перекусил какому-то парнишке шею, сочно хрустя позвоночником. Стрелок воспользовался передышкой и достал из кармана ещё шесть стволов, устанавливая их в положенные позиции на пистолете. К моменту, когда пеппербокс был вновь снаряжён для стрельбы, число затихших слуг увеличилось до четырёх.
– Мысли: Если так и продолжится, то контракт вообще сгорит. Нужно привлечь внимание медведя.
Мысль пришла сама собой – от одного лишь взгляда на декоративные доспехи, оные возле двери. Персиваль схватил шлем и бросил его в медведя, попав тому в ухо. Удивившись размером пролетевшей мухи, зверь повернулся в сторону беловолосого, припоминая, как гонялся за этим кроликом по коридорам.
Зверь и человек встретились взглядами. Медведь слишком увлёкся исследованием новых угодий и не заметил приближения Персиваля. Юноша выставил руку вперёд и, прицелившись в голову медведя, выстрелил. Ожидаемого эффекта выстрел не возымел – серьёзно, это было бы слишком просто. Столкнувшись с толстым черепом медведя, пуля лишь отскочила в сторону, вырвав клок кожи с мехом и вызывая у зверя лёгкое сотрясение от удара. Озлобленный подобной наглостью медведь встал на задние лапы и огласил округу своим звериным рёвом, от громкости которого у Персиваля заложило уши. В такой позе медведь возвышался над юношей, готовился наброситься на него.
– Вот нет, чтобы нормальные развлечения выбирать на свои пьянки.
Монселе выстрелил ещё пять раз в стоящего медведя, но какого-либо эффекта это не имело – пули просто застревали в тело медведя, не в силах свалить зверя. Дальше обмениваться любезностями смысла большого не было, так что беловолосый рванул в сторону противоположную от медведя, разорвал дистанцию. Медведь же не отставал, вернулся в своё естественное положение, и он, словно стрела хиробалисты, бросился вслед за шумной, не в меру, едой. Если бы путь лежал строго по прямой, то Персиваль уже спустя десяток – два секунд оказался в зубах кровожадного зверя, но сила инерции и вес твари пока играли на него. Нужно было, как можно чаще, сворачивать на поворотах, чтобы медведь врезался в стены и проскальзывал по мраморным полам мимо нужного поворота. Ухватившись за возможность, Персиваль отстегнул стреляные стволы от пеппербокса и вставлял новые. Как только шестой ствол мягко щёлкнул, входя в пазы, медведь выглянул из-за угла, а в его глазах читалось: «Ну и долго ты ещё удирать будешь? Мясо же жёстким станет». Не имея строгих намерений оканчивать бренное существование в желудке и выходном продукте зверя, наёмник направил пистолет на животное и очередью отстрелил все шесть стволов. Четыре пули попали в голову, превращая череп медведя в колокол для мозга, две угодили в шею. Но ничто из этого не замедлило животное, медведь вновь начал разгоняться. К сожалению, на этот раз Персиваль бежал от медведя по длинному коридору и уже чувствовал дыхание зверя затылком, что придавало юноше невиданной прыти. По пути седой отстёгивал стволы пистолета от станины, моля всех богов и духов, чтобы руки не дрогнули и ноги не споткнулись. Впереди виднелась большая дверь – там, наверняка, должен находиться какой-то зал или нечто подобное, должна появиться возможность развернуться и выйти из этого лабиринта для бега со смертью наперегонки. Юноша сгруппировался и налетел на дверь плечом, но она оказалась заперта.
– Мысли: Конец…
Медведь стремительно приближался. Занёс лапу для удара на бегу, но предательский пол вновь подвёл зверя – вместо добычи, он врезался в дверь, срывая её с петель и обрушивая двустворчатые ворота на землю. Послышались крики. Прислуга, которую послали убирать зал для приёма, не дожидаясь, когда медведь всё же отправится в свой медвежий рай, считала, что находится в безопасности, ведь оный был запертым в другом крыле особняка. Монселе смотрел сквозь дверной проём, как зверь переключился на новую, менее расторопную, мишень и одним укусом перекусил какому-то парнишке шею, сочно хрустя позвоночником. Стрелок воспользовался передышкой и достал из кармана ещё шесть стволов, устанавливая их в положенные позиции на пистолете. К моменту, когда пеппербокс был вновь снаряжён для стрельбы, число затихших слуг увеличилось до четырёх.
– Мысли: Если так и продолжится, то контракт вообще сгорит. Нужно привлечь внимание медведя.
Мысль пришла сама собой – от одного лишь взгляда на декоративные доспехи, оные возле двери. Персиваль схватил шлем и бросил его в медведя, попав тому в ухо. Удивившись размером пролетевшей мухи, зверь повернулся в сторону беловолосого, припоминая, как гонялся за этим кроликом по коридорам.
Тварь медленно развернулась и набрала разгон для устранения источника неудобств. Но по какой-то причине он стал замедляться. Кровь, вытекающая из брюшины, груди и шеи начала ослаблять зверя. Медленно, но уверенно. Настолько медленно, что прежде чем умереть, медведь успеет устроить геноцид человеческому населению в рамках поместья. Монселе вновь ограбил доспехи, и на этот раз отнял у муляжа стражника внушительного вида алебарду. Уперев древко декоративного оружия в стык между стеной и полом, наёмник направил острие прямиком на медведя. Зверь уже не успел бы развернуться и остановиться, так что он просто нанизал сам себя на декоративное, но оружие. Древко затрещало от возмущения – к такому его жизнь не готовила, но оно справлялось с возложенной задачей. Как долго алебарда сможет удерживать зверя на месте – вопрос тот ещё, так что Персиваль вставил ствол в пасть зверя и выстрелил в самое его нутро, превращая внутренности зверя, не защищённые ни костями, ни мышечным каркасом, в фарш. Когда медведь разинул пасть в немом крике, зубы его перестали сжимать барабан, и тот прокрутился, меняя ствол. Персиваль недолго думал, разрядил оставшиеся патроны в нутро медведя. Это было уже слишком. Отстранившись от добычи, медведь взревел от боли лишь для того, чтобы затихнуть навсегда.
Драргаман стоял в окружении своих подчинённых и рассматривал тушу медведя. Опасался, что он может резко встать и продолжить свои бесчинства. Персиваль к тому моменту вернулся в бальный зал, держа в руках выброшенные во время погони стволы от оружия. Майордом бросил на наёмника быстрый взгляд, его лицо было искривлено в презрении и недовольстве.
– Хоть формально работа сделана, я недоволен, – голос его был холоднее стали на морозе.
– Приношу свои извинения, что ваши подчинённые пострадали в ходе выполнения контракта, – принёс неискренние соболезнования наёмник, пока оправлял одежду.
– Вы испортили шкуру замечательного медведя. Вы хоть представляете, сколько будет стоить ремонт, чтобы сделать из него ковёр или чучело? Хозяин будет недоволен, – обозначил тему возмущения майордом.
– Это в контракт не входило. А своему хозяину можешь сообщить, что если он и впредь будет баловаться с опасными развлечениями, то в зубах медведя может оказаться уже Его шея, – отмахнулся Монселе.
Стрелок оказался впечатлён, что данные слова прозвучали от майордома – если рассматривать оное расставление приоритетов, как самостоятельный источник влияние на наёмника, удивительным счесть было нечего.
– Покиньте поместье, ваша работа сделана, на премию не рассчитывайте. А теперь марш отсюда.
Покинул особняк, Персиваль направился домой. Сердце всё ещё колотилось от адреналина, вызванного недавним забегом. Всё, чего ему хотелось сейчас – оказаться в кровати и спать так долго, сколько возможно.
Конец.
Драргаман стоял в окружении своих подчинённых и рассматривал тушу медведя. Опасался, что он может резко встать и продолжить свои бесчинства. Персиваль к тому моменту вернулся в бальный зал, держа в руках выброшенные во время погони стволы от оружия. Майордом бросил на наёмника быстрый взгляд, его лицо было искривлено в презрении и недовольстве.
– Хоть формально работа сделана, я недоволен, – голос его был холоднее стали на морозе.
– Приношу свои извинения, что ваши подчинённые пострадали в ходе выполнения контракта, – принёс неискренние соболезнования наёмник, пока оправлял одежду.
– Вы испортили шкуру замечательного медведя. Вы хоть представляете, сколько будет стоить ремонт, чтобы сделать из него ковёр или чучело? Хозяин будет недоволен, – обозначил тему возмущения майордом.
– Это в контракт не входило. А своему хозяину можешь сообщить, что если он и впредь будет баловаться с опасными развлечениями, то в зубах медведя может оказаться уже Его шея, – отмахнулся Монселе.
Стрелок оказался впечатлён, что данные слова прозвучали от майордома – если рассматривать оное расставление приоритетов, как самостоятельный источник влияние на наёмника, удивительным счесть было нечего.
– Покиньте поместье, ваша работа сделана, на премию не рассчитывайте. А теперь марш отсюда.
Покинул особняк, Персиваль направился домой. Сердце всё ещё колотилось от адреналина, вызванного недавним забегом. Всё, чего ему хотелось сейчас – оказаться в кровати и спать так долго, сколько возможно.
Конец.
Дополнительный квест. Задание №3/1000
Нынче было суетно. Люди, освободители, они же – революционеры, единицами сменяли друг друга и искали жертву ликвидации. По слухам, целью был «лис», что залез в их курятник и поживился чем-то ценным – наёмник не вникал. Свет от источника, который находился в руках одного из революционеров, прошёл через окно и легонько озарил помещение. Спина седого была перед их глазами, но цель – не он. И свет соскочил с окна, бросившись в дальнейшую погоню. Персиваль и Ямис сидели в «Под кудлатым мишкой» и пересчитывали заработанное добро за прошедшую неделю. Торговля шла хорошо – ширящиеся новости об осмелевших и вооружившихся кланах вызывали умеренную панику среди людей, так что цены на товары первой необходимости ползли вверх в устойчивом темпе. Доходы росли вслед за стоимостью еды, пожалуй, что лучшего результата удалось бы достичь лишь, если бы в городе началась эпидемия мора. Тогда еда стоила по весу золота. Но это лишь мечты.
– Неплохо, рост доходов пока в пределах 10% в неделю. Такими темпами через месяц мы не только отобьём вложения, но и начнём хорошо зарабатывать – Ямис оторвался от своих таблиц и взглянул на своего друга – О чём задумался, Перси?
– Да, дело идёт в гору, кланы смелеют с каждой поставкой, революционеры не успевают реагировать на набеги. На самом деле, я думаю, что месяц ждать не придётся. Неделя или две, и дело начнёт приносить доход. Чем больше новостей о разграблениях в долине, тем больше страх перед надвигающимся голодом. Даже если страх и не оправдан, цены будут ползти всё быстрее.
Наёмник глядел во время разговора в окно, за которым свет всё больше отдалялся. Поправил очки, сползшие ниже по носу, и повернулся с мечтательным, углублённым в подсознание видом на товарища. Ожидал продолжения беседы, ведь для этого они и собрались. Не тут-то было. Шум со стороны привлёк внимание юноши, и он ленно повернулся к входу в таверну. Там вышибала удерживал бездомного от входа в «приличное» заведение, уперев руку в грудь мужчины. Это был уже знакомый нищий, к которому Монселе иной раз обращался как к курьеру.
– Господин тавернщик, это ко мне, пропустите его, будьте добры, – поднял руку и обратился седой.
Вышибала развернулся в пол-оборота и посмотрел на начальника, и оный, не отрывая глаз от уже давно идеально начищенного стакана, подал короткий жест рукой, позволяя бездомному войти. Когда знакомый суетно уселся на стуле рядом с Персивалем и Ямисом, он принялся небрежно кланяться.
– Господин Монселе, приятно вас видеть. Господин Ямис. У вас хороший вкус в выборе заведений. Знаете, тут в последнее время подают замечательного лосося, запечённого в меду, – без дополнительных вдохов проговорил бездомный.
Бровь Персиваля поползла вверх от недоумения – у такого человека вряд ли много денег, чтобы ходить в гастрономические туры по местным заведениям, но знакомый бродяга говорил слишком быстро, и не позволял себя перебить. Наш герой не настаивал.
– Помните, я вас спрашивал по поводу нашей проблемки с бандитами? Так вот наш глава обратился, куда следует, и сегодня я снова клянчил недалеко от Вашего, господин, дома, и ко мне подошёл странный мужчина. Он спросил, знаю ли я Вас. И когда я ответил, что Вы нередко обращаетесь ко мне для доставки сообщений, этот мужчина передал мне вот этот конвертик.
Нищий вытащил конверт в идеальном состоянии и аккуратно, словно боясь сломать хрупкую вещь, положил на стол возле Персиваля.
– Доставка уже оплачена отправителем, так что вы мне ничего не должны. Ладно, пойду я, не смею более отвлекать достойных господ от дел насущных, – закончил бездомный.
Когда нищий покинул зал, между Персивалем и Ямисом наконец повисло молчание.
– Иногда он меня пугает – проговорил Ямис, всё ещё глядя вслед нежданного гостя.
Слепо мужчина нащупал кружку с пивом и опрокинул содержимое в себя. Как достойный друг нашему герою, мужчина не спешил задавать вопросы и сбивать мозговой ритм седого, пока он входит в курс дела. Персиваль же молча поднял конверт, узнал печать на нём – в последнее время он видит её слишком часто.
Нынче было суетно. Люди, освободители, они же – революционеры, единицами сменяли друг друга и искали жертву ликвидации. По слухам, целью был «лис», что залез в их курятник и поживился чем-то ценным – наёмник не вникал. Свет от источника, который находился в руках одного из революционеров, прошёл через окно и легонько озарил помещение. Спина седого была перед их глазами, но цель – не он. И свет соскочил с окна, бросившись в дальнейшую погоню. Персиваль и Ямис сидели в «Под кудлатым мишкой» и пересчитывали заработанное добро за прошедшую неделю. Торговля шла хорошо – ширящиеся новости об осмелевших и вооружившихся кланах вызывали умеренную панику среди людей, так что цены на товары первой необходимости ползли вверх в устойчивом темпе. Доходы росли вслед за стоимостью еды, пожалуй, что лучшего результата удалось бы достичь лишь, если бы в городе началась эпидемия мора. Тогда еда стоила по весу золота. Но это лишь мечты.
– Неплохо, рост доходов пока в пределах 10% в неделю. Такими темпами через месяц мы не только отобьём вложения, но и начнём хорошо зарабатывать – Ямис оторвался от своих таблиц и взглянул на своего друга – О чём задумался, Перси?
– Да, дело идёт в гору, кланы смелеют с каждой поставкой, революционеры не успевают реагировать на набеги. На самом деле, я думаю, что месяц ждать не придётся. Неделя или две, и дело начнёт приносить доход. Чем больше новостей о разграблениях в долине, тем больше страх перед надвигающимся голодом. Даже если страх и не оправдан, цены будут ползти всё быстрее.
Наёмник глядел во время разговора в окно, за которым свет всё больше отдалялся. Поправил очки, сползшие ниже по носу, и повернулся с мечтательным, углублённым в подсознание видом на товарища. Ожидал продолжения беседы, ведь для этого они и собрались. Не тут-то было. Шум со стороны привлёк внимание юноши, и он ленно повернулся к входу в таверну. Там вышибала удерживал бездомного от входа в «приличное» заведение, уперев руку в грудь мужчины. Это был уже знакомый нищий, к которому Монселе иной раз обращался как к курьеру.
– Господин тавернщик, это ко мне, пропустите его, будьте добры, – поднял руку и обратился седой.
Вышибала развернулся в пол-оборота и посмотрел на начальника, и оный, не отрывая глаз от уже давно идеально начищенного стакана, подал короткий жест рукой, позволяя бездомному войти. Когда знакомый суетно уселся на стуле рядом с Персивалем и Ямисом, он принялся небрежно кланяться.
– Господин Монселе, приятно вас видеть. Господин Ямис. У вас хороший вкус в выборе заведений. Знаете, тут в последнее время подают замечательного лосося, запечённого в меду, – без дополнительных вдохов проговорил бездомный.
Бровь Персиваля поползла вверх от недоумения – у такого человека вряд ли много денег, чтобы ходить в гастрономические туры по местным заведениям, но знакомый бродяга говорил слишком быстро, и не позволял себя перебить. Наш герой не настаивал.
– Помните, я вас спрашивал по поводу нашей проблемки с бандитами? Так вот наш глава обратился, куда следует, и сегодня я снова клянчил недалеко от Вашего, господин, дома, и ко мне подошёл странный мужчина. Он спросил, знаю ли я Вас. И когда я ответил, что Вы нередко обращаетесь ко мне для доставки сообщений, этот мужчина передал мне вот этот конвертик.
Нищий вытащил конверт в идеальном состоянии и аккуратно, словно боясь сломать хрупкую вещь, положил на стол возле Персиваля.
– Доставка уже оплачена отправителем, так что вы мне ничего не должны. Ладно, пойду я, не смею более отвлекать достойных господ от дел насущных, – закончил бездомный.
Когда нищий покинул зал, между Персивалем и Ямисом наконец повисло молчание.
– Иногда он меня пугает – проговорил Ямис, всё ещё глядя вслед нежданного гостя.
Слепо мужчина нащупал кружку с пивом и опрокинул содержимое в себя. Как достойный друг нашему герою, мужчина не спешил задавать вопросы и сбивать мозговой ритм седого, пока он входит в курс дела. Персиваль же молча поднял конверт, узнал печать на нём – в последнее время он видит её слишком часто.
Это был конверт от Ортхакса. Развернув послание, Персиваль прочитал текст контракта, написанного неровным ужимистым почерком на клочке дешёвой бумаги.
– Долги? – не выдержал и отозвался партнёр.
Седой слишком долго, по его меркам времени, молчал. Ямис понимал, что сосредоточенность друга при прочтении письма говорит или о проблемах или о наследстве. О родственниках Персиваля он ничего не знал, так что предположил первое.
– Да. И тот, кому я должен, очень не любит ждать – Персиваль увидел, что на внутренней стороне конверта была написана строчка почерком Ортхакса, уважением в ней и не пахло – Справишься с бухгалтерией без меня?
– Иди, от тебя нервного всё равно будет мало толку. Ещё ошибёшься где, и мне пересчитывать.
Улыбка на лице Ямиса давала понять о шутливости заявления, но вот к делу Персиваля он относился вполне серьёзно. Наёмник коротко поклонился своему другу, натянул пальто и вышел из таверны. На обратной стороне листа контракта приводился перечень мест, где бандиты прежде грабили попрошаек. Все нападения происходили примерно в одном районе, так что разнюхивать предстояло оттуда. Долго разыскивать не пришлось. Чувствуя свою безнаказанность и безразличие стражи, двое молодых парней приставали к бедняку, требуя отдать им всё заработанное. Решив, что ждать, смысла нет, Монселе подошёл к парочке бандитов. Он огрел первого по затылку рукоятью своего пистолета, от чего оный рухнул на землю, и направил пеппербокс на второго.
– Я не буду спрашивать дважды. Где и когда вы собираетесь для делёжки награбленного? – обратился стрелок.
Персиваль смотрел сквозь линзы своих очков на юношу, резко растерявшего всю уверенность.
– Я-я не понимаю…
Глаза его лихорадочно бегали из стороны в сторону, в поисках спасения от внезапно появившегося психа.
– Ты у меня не единственный, кто может всё рассказать. Уверен, твой друг, увидев твою простреленную черепушку, будет посговорчивее. Итак? – кротко махнул пистолетом на чужого товарища беловласый и был в речи своей убедителен.
Незнакомый юноша замешкался. Понимал, что намерения Персиваля чрезмерно серьёзны для их выдержки и рискованны для жизни. Позволил помедлить себе несколько секунд, и плечи Его опустились с тяжёлым выдохом.
– В местной корчме. Её хозяин в доле, так что он позволяет нам приходить после захода солнца, – ответил бандит, отводя взгляд в сторону.
– Хороший мальчик. А теперь беги домой и забудь о карьере грабителя. Ты не из того теста сделан, – Персиваль повернулся к лежащему на земле оглушённому, когда его посетила гениальная идея – Хотя, думаю, тебе понадобится напоминание.
Персиваль выстрелил оному в голову, после чего наотмашь ударил оставшегося грабителя, что всё ещё стоял, как вкопанный, пистолетом, от чего малец повалился на землю. Но оставался в сознании. Беловласый достал из-за пазухи свёрток ткани. Внутри лежала небольшое устройство в форме лапы.
– Такое напоминание ты никогда не забудешь. Но радуйся, что остался среди живых.
Нашёл нужную корчму, Персиваль зашёл внутрь. Как и во всех дешёвых питейных, здесь заправляли крысы и прочая живность, хотя ей и хватало такта не слишком бросаться в глаза. Подошёл к стойке бармена, Монселе привлёк внимание владельца поднятой рукой.
– Чем могу служить?
Хозяин не скрывал, как взглядом потрошил кошель человека в приличной одежде.
– Служить? Можешь. Подскажи, пожалуйста, когда здесь соберутся бандиты, что обирают бездомных и попрошаек? – напрямую спросил наёмник.
Убедительная позиция отразилась в стойке стрелка, когда мужчина положил руку на стойку и наклонил голову к бармену в ожидании ответа, при этом простреливал взглядом помещение. Настроение корчмаря резко переменилось, когда речь зашла о ночных клиентах. Голос его резко упал до шёпота.
– Не здесь. Иди за мной, – ответил он.
Мужчина закинул полотенце, которое до того держал в руках, на плечо и спокойным шагом отправился к лестнице в погреб. Персиваль аккуратно взвёл замок на своём пистолете и с отстранённым для нынешних клиентов видом пошёл вслед за хозяином питейной.
– Долги? – не выдержал и отозвался партнёр.
Седой слишком долго, по его меркам времени, молчал. Ямис понимал, что сосредоточенность друга при прочтении письма говорит или о проблемах или о наследстве. О родственниках Персиваля он ничего не знал, так что предположил первое.
– Да. И тот, кому я должен, очень не любит ждать – Персиваль увидел, что на внутренней стороне конверта была написана строчка почерком Ортхакса, уважением в ней и не пахло – Справишься с бухгалтерией без меня?
– Иди, от тебя нервного всё равно будет мало толку. Ещё ошибёшься где, и мне пересчитывать.
Улыбка на лице Ямиса давала понять о шутливости заявления, но вот к делу Персиваля он относился вполне серьёзно. Наёмник коротко поклонился своему другу, натянул пальто и вышел из таверны. На обратной стороне листа контракта приводился перечень мест, где бандиты прежде грабили попрошаек. Все нападения происходили примерно в одном районе, так что разнюхивать предстояло оттуда. Долго разыскивать не пришлось. Чувствуя свою безнаказанность и безразличие стражи, двое молодых парней приставали к бедняку, требуя отдать им всё заработанное. Решив, что ждать, смысла нет, Монселе подошёл к парочке бандитов. Он огрел первого по затылку рукоятью своего пистолета, от чего оный рухнул на землю, и направил пеппербокс на второго.
– Я не буду спрашивать дважды. Где и когда вы собираетесь для делёжки награбленного? – обратился стрелок.
Персиваль смотрел сквозь линзы своих очков на юношу, резко растерявшего всю уверенность.
– Я-я не понимаю…
Глаза его лихорадочно бегали из стороны в сторону, в поисках спасения от внезапно появившегося психа.
– Ты у меня не единственный, кто может всё рассказать. Уверен, твой друг, увидев твою простреленную черепушку, будет посговорчивее. Итак? – кротко махнул пистолетом на чужого товарища беловласый и был в речи своей убедителен.
Незнакомый юноша замешкался. Понимал, что намерения Персиваля чрезмерно серьёзны для их выдержки и рискованны для жизни. Позволил помедлить себе несколько секунд, и плечи Его опустились с тяжёлым выдохом.
– В местной корчме. Её хозяин в доле, так что он позволяет нам приходить после захода солнца, – ответил бандит, отводя взгляд в сторону.
– Хороший мальчик. А теперь беги домой и забудь о карьере грабителя. Ты не из того теста сделан, – Персиваль повернулся к лежащему на земле оглушённому, когда его посетила гениальная идея – Хотя, думаю, тебе понадобится напоминание.
Персиваль выстрелил оному в голову, после чего наотмашь ударил оставшегося грабителя, что всё ещё стоял, как вкопанный, пистолетом, от чего малец повалился на землю. Но оставался в сознании. Беловласый достал из-за пазухи свёрток ткани. Внутри лежала небольшое устройство в форме лапы.
– Такое напоминание ты никогда не забудешь. Но радуйся, что остался среди живых.
Нашёл нужную корчму, Персиваль зашёл внутрь. Как и во всех дешёвых питейных, здесь заправляли крысы и прочая живность, хотя ей и хватало такта не слишком бросаться в глаза. Подошёл к стойке бармена, Монселе привлёк внимание владельца поднятой рукой.
– Чем могу служить?
Хозяин не скрывал, как взглядом потрошил кошель человека в приличной одежде.
– Служить? Можешь. Подскажи, пожалуйста, когда здесь соберутся бандиты, что обирают бездомных и попрошаек? – напрямую спросил наёмник.
Убедительная позиция отразилась в стойке стрелка, когда мужчина положил руку на стойку и наклонил голову к бармену в ожидании ответа, при этом простреливал взглядом помещение. Настроение корчмаря резко переменилось, когда речь зашла о ночных клиентах. Голос его резко упал до шёпота.
– Не здесь. Иди за мной, – ответил он.
Мужчина закинул полотенце, которое до того держал в руках, на плечо и спокойным шагом отправился к лестнице в погреб. Персиваль аккуратно взвёл замок на своём пистолете и с отстранённым для нынешних клиентов видом пошёл вслед за хозяином питейной.
Как только он спустился в погреб и закрыл за собой дверь, мужчина взял слово.
– У этих ребят проблемы? – попытался спросить бармен.
Мужчина ковырялся среди хлама на столе, который освещал свет единственной лучины.
– Можно и так сказать. А у тебя? – прошёлся и по человеку наёмник.
Рука Монселе держалась за пистолет. Подозревал, что корчмарь может выкинуть какую глупость.
– Вы мне скажите, стоит ли беспокоиться.
– Зависит от твоего содействия. Ты вполне можешь выйти из этой истории живым и целым.
– Да, наверное, вы правы. Забавно, что кто-то заступается за этот сброд. Хотя, по виду, вы не похожи на рыцаря на белом коне. Скорее уж… на торговца смертью.
– Это уже не твоё дело. Когда…
Не успел Персиваль закончить, как корчмарь бросил в героя нож и побежал на собеседника с тесаком. Едва Монселе среагировал и увернулся от ножа, как на него обрушилась туша мужчины – он попытался повалить беловолосого на землю. Единственное, что сейчас отделяло Персиваля от знакомства с топором для мяса – рука юноши на запястье мужчины. В рискованном рывке, наёмник подсёк ногу корчмаря, отчего тот с глухим стуком обрушился на каменный пол и уронил тесак, который в следующее мгновение оказался в руках седого.
– Лучше бы ты слушал, когда тебе говорят, – заголосил Персиваль.
Тесак глубоко вошёл в череп корчмаря, рассёк лицо на две, почти равные, части. Решил дождаться цель прямо здесь. Монселе, высвобождая для посторонних глаз выглаженную белую рубашку, сбросил пальто в погребе, молясь, чтобы там не водилась моль, или ещё какие вредители. Или чтобы они покусились на труп владельца таверны до того, как портить одежду. Поднялся наверх, Персиваль попытался вжиться в роль бармена, разливая выпивку по кружкам. Об их чистоте он не слишком заботился – ну подумаешь, мышь нагадила. Они тут везде гадят. Людей было немного, так что ожидание банды бандитов проходило относительно спокойно. Когда все обычные люди разошлись, наступило затяжное спокойствие. Стрелок уже давно припрятал пистолет под стойкой, вид кобуры несколько нервировал посетителей – кто бы мог подумать. Наконец, снаружи послышался чей-то гогот. Группа людей приближалась и мешала спать всей округе своими похабными шутками. Когда банда из шести человек вошла в корчму, все их взгляды устремились на Персиваля.
– Ни поэл. Ты хто таков? – Проговорил самый крупный из собравшихся – Хде Рыж?
– Господину Рыж нынче не здоровится, – скромно ответил наёмник.
Монселе смотрел на вошедших Незнакомцев через призму стакана, который он от скуки принялся начищать – чему не научишься в этой жизни. А вдруг и пригодится.
– Я тя не знаю!
– А вот я о вас наслышан. Очень удобно грабить тех, на кого всем плевать, не правда ли? Нищие ведь отпора дать не могут, – продолжал говорить без увлечения Монселе.
– Ты чё мелешь? Сащуйсвующий нашолся? Там мы и из тебя катлету сделаем!
– Сомневаюсь – На лице Персиваля проступила лёгкая ухмылка, и стакан оказался отведённым в сторону стойки, где мужчина его оставил – У меня контракт на то, что вы перестанете нападать на бедняков. Так что если вы прекратите свои нападки и найдёте себе нормальную работу, мне этого будет достаточно.
– Ты шо а себе взмнил? Хрохнем его, парни!
– Жаль – Персиваль достал из-под стойки пистолет и выстрелил в грудь того, кто оказался ближе всех – Хотя кого я обманываю. Нет, для этого вечера прекрасно, что вас только шестеро.
Персиваль перестрелял ошарашенных бандитов, словно уток, и те падали на пол заведения, кто замертво, а кто хватался за рану. Стрелок принялся неторопливо отстёгивать стволы пеппербокса и менять их на заряженные запасы.
– У таких людей, как вы, есть одна большая проблема. Вы оцениваете только физическую силу. Может, я и не выгляжу крупнее вас, зубы у меня явно поострее, – проговорил беловласый.
Монселе вставил последний ствол и подошёл к одному из бандитов, пуская ему в голову контрольный.
– Стой, стой, я фсё понял, не убивай!
– У этих ребят проблемы? – попытался спросить бармен.
Мужчина ковырялся среди хлама на столе, который освещал свет единственной лучины.
– Можно и так сказать. А у тебя? – прошёлся и по человеку наёмник.
Рука Монселе держалась за пистолет. Подозревал, что корчмарь может выкинуть какую глупость.
– Вы мне скажите, стоит ли беспокоиться.
– Зависит от твоего содействия. Ты вполне можешь выйти из этой истории живым и целым.
– Да, наверное, вы правы. Забавно, что кто-то заступается за этот сброд. Хотя, по виду, вы не похожи на рыцаря на белом коне. Скорее уж… на торговца смертью.
– Это уже не твоё дело. Когда…
Не успел Персиваль закончить, как корчмарь бросил в героя нож и побежал на собеседника с тесаком. Едва Монселе среагировал и увернулся от ножа, как на него обрушилась туша мужчины – он попытался повалить беловолосого на землю. Единственное, что сейчас отделяло Персиваля от знакомства с топором для мяса – рука юноши на запястье мужчины. В рискованном рывке, наёмник подсёк ногу корчмаря, отчего тот с глухим стуком обрушился на каменный пол и уронил тесак, который в следующее мгновение оказался в руках седого.
– Лучше бы ты слушал, когда тебе говорят, – заголосил Персиваль.
Тесак глубоко вошёл в череп корчмаря, рассёк лицо на две, почти равные, части. Решил дождаться цель прямо здесь. Монселе, высвобождая для посторонних глаз выглаженную белую рубашку, сбросил пальто в погребе, молясь, чтобы там не водилась моль, или ещё какие вредители. Или чтобы они покусились на труп владельца таверны до того, как портить одежду. Поднялся наверх, Персиваль попытался вжиться в роль бармена, разливая выпивку по кружкам. Об их чистоте он не слишком заботился – ну подумаешь, мышь нагадила. Они тут везде гадят. Людей было немного, так что ожидание банды бандитов проходило относительно спокойно. Когда все обычные люди разошлись, наступило затяжное спокойствие. Стрелок уже давно припрятал пистолет под стойкой, вид кобуры несколько нервировал посетителей – кто бы мог подумать. Наконец, снаружи послышался чей-то гогот. Группа людей приближалась и мешала спать всей округе своими похабными шутками. Когда банда из шести человек вошла в корчму, все их взгляды устремились на Персиваля.
– Ни поэл. Ты хто таков? – Проговорил самый крупный из собравшихся – Хде Рыж?
– Господину Рыж нынче не здоровится, – скромно ответил наёмник.
Монселе смотрел на вошедших Незнакомцев через призму стакана, который он от скуки принялся начищать – чему не научишься в этой жизни. А вдруг и пригодится.
– Я тя не знаю!
– А вот я о вас наслышан. Очень удобно грабить тех, на кого всем плевать, не правда ли? Нищие ведь отпора дать не могут, – продолжал говорить без увлечения Монселе.
– Ты чё мелешь? Сащуйсвующий нашолся? Там мы и из тебя катлету сделаем!
– Сомневаюсь – На лице Персиваля проступила лёгкая ухмылка, и стакан оказался отведённым в сторону стойки, где мужчина его оставил – У меня контракт на то, что вы перестанете нападать на бедняков. Так что если вы прекратите свои нападки и найдёте себе нормальную работу, мне этого будет достаточно.
– Ты шо а себе взмнил? Хрохнем его, парни!
– Жаль – Персиваль достал из-под стойки пистолет и выстрелил в грудь того, кто оказался ближе всех – Хотя кого я обманываю. Нет, для этого вечера прекрасно, что вас только шестеро.
Персиваль перестрелял ошарашенных бандитов, словно уток, и те падали на пол заведения, кто замертво, а кто хватался за рану. Стрелок принялся неторопливо отстёгивать стволы пеппербокса и менять их на заряженные запасы.
– У таких людей, как вы, есть одна большая проблема. Вы оцениваете только физическую силу. Может, я и не выгляжу крупнее вас, зубы у меня явно поострее, – проговорил беловласый.
Монселе вставил последний ствол и подошёл к одному из бандитов, пуская ему в голову контрольный.
– Стой, стой, я фсё понял, не убивай!
– Поздно – Персиваль подошёл к следующему телу и выстрелил в голову и ему – Одного из ваших я убил ещё днём. Одному отрезал палец, так как он оказался сговорчивым и рассказал про это место.
Ещё выстрел, и корчащийся бандит больше не мог изобразить ни одой эмоции.
– Рыж попытался вас выгородить, теперь он лежит в погребе и кормит крыс с мясницким тесаком в голове.
Очередной выстрел. Осталось лишь двое – один точно жив, второй потенциально мёртв.
– В любом случае, вы и сами знаете, что бедняки далеко не так бедны, как кажутся – Персиваль подошёл к предпоследнему телу и прострелил очередную голову – А теперь, к ним будут лезть не так охотно, как прежде. Ведь история о том, что в одну ночь банда, нападавшая на нищих, умерла в полном составе – хорошее напоминание. Не так ли?
Выстрел.
На следующий день солнце вставало, так же, как и все дни до того, а если конец света не случится – завтра оно будет подниматься точно так же. Город словно не заметил событий прошлой ночи, но слухи наверняка поползут. К нищим теперь побоятся приставать вымогатели и прочие недобросовестные личности. Собрался и вышел на улицу, дабы пойти по своим делам, Персиваль наткнулся на своего знакомого нищего.
– Господин Монселе! Хотел лично поблагодарить Вас за совет по поводу наёмников. Их тела нашли в таверне, расстрелянные как решето! – обратился воодушевлённо парень.
– Уже поползли слухи? – из вежливости поддержал разговор стрелок.
– Разумеется, как же им не поползти. Да и принц наказал раздувать по возможности, чтобы никому не повадно было нападать на наших. Спасибо Вам ещё раз.
– Не стоит. Главное, что всё закончилось хорошо.
Персиваль отошёл от нищего и отправился на встречу с подельниками. Торговая сеть уже работала вполне исправно. Теперь оставалось лишь объявить на общем собрании о передаче всех дел Ямису. А затем и нанести визит капитану «Хромоножки Катарины». Ортхакс уже, небось, заждался своего отчёта, пришла пора двигаться дальше и оставить столь милые сердцу стрелка берега за спиной.
Конец.
Переход – [Норд Блю] Тримонд
Ещё выстрел, и корчащийся бандит больше не мог изобразить ни одой эмоции.
– Рыж попытался вас выгородить, теперь он лежит в погребе и кормит крыс с мясницким тесаком в голове.
Очередной выстрел. Осталось лишь двое – один точно жив, второй потенциально мёртв.
– В любом случае, вы и сами знаете, что бедняки далеко не так бедны, как кажутся – Персиваль подошёл к предпоследнему телу и прострелил очередную голову – А теперь, к ним будут лезть не так охотно, как прежде. Ведь история о том, что в одну ночь банда, нападавшая на нищих, умерла в полном составе – хорошее напоминание. Не так ли?
Выстрел.
На следующий день солнце вставало, так же, как и все дни до того, а если конец света не случится – завтра оно будет подниматься точно так же. Город словно не заметил событий прошлой ночи, но слухи наверняка поползут. К нищим теперь побоятся приставать вымогатели и прочие недобросовестные личности. Собрался и вышел на улицу, дабы пойти по своим делам, Персиваль наткнулся на своего знакомого нищего.
– Господин Монселе! Хотел лично поблагодарить Вас за совет по поводу наёмников. Их тела нашли в таверне, расстрелянные как решето! – обратился воодушевлённо парень.
– Уже поползли слухи? – из вежливости поддержал разговор стрелок.
– Разумеется, как же им не поползти. Да и принц наказал раздувать по возможности, чтобы никому не повадно было нападать на наших. Спасибо Вам ещё раз.
– Не стоит. Главное, что всё закончилось хорошо.
Персиваль отошёл от нищего и отправился на встречу с подельниками. Торговая сеть уже работала вполне исправно. Теперь оставалось лишь объявить на общем собрании о передаче всех дел Ямису. А затем и нанести визит капитану «Хромоножки Катарины». Ортхакс уже, небось, заждался своего отчёта, пришла пора двигаться дальше и оставить столь милые сердцу стрелка берега за спиной.
Конец.
Переход – [Норд Блю] Тримонд
Моне
Островное приключение
|Реквием. Среднее задание: Corporis Custodes (B+).|
Выйдя из лавки старьевщика, Моне хотела было просто погулять по городу, поскольку больше никаких дел особо не намечалось, однако стоило ей поднять голову к источнику узнаваемого уже шума, как она распознала ворона Реквиема. Птица явно сильно спешила её найти, но о причинах пока оставалось лишь догадываться.
«И зачем я вам на этот раз? - недоумевала Снежная Женщина, - Всё же, кажется, идёт в порядке вещей...»
Животинка присела на ящики по правую руку от Юки-Онны, практически на уровне её груди, после чего продемонстрировала привязанную к лапе бумагу. Тут же взяв её и развернув, Моне ознакомилась с содержимым, в котором говорилось об исключительно срочном задании по сопровождению. Присутствовали также и заметки от руководства, указывавшие на необходимое время для исполнения его.
«Что? Не показываться подопечному на глаза? Да ещё и защищать какого-то взбаламошного старика? У-фу-фу-фу. - смех прозвучал и вслух, - Но за это неплохо платят, посему, ладно, немного поиграем в прятки. Правда, время уже... Он должен вот-вот выходить, а по городу ещё идти и идти. Что ж, нагоню по дороге».
- Я была ближайшей, да? - слегка наклонив голову вправо, поинтересовалась зеленоволосая у разумной птицы.
= Кар! - с двойным кивком от ворона поступил ответ, после чего он захлопал крыльями, и вновь закричал, - Кар! Кар!
- Да-да, милый птах, я уже бегу. - улыбнулась Юки-Онна излишне добро, - Поняла, что задание не ждет.
Немедленно отправилась в путь она, следуя по главным улицам и указателям, потому как научиться ориентироваться по закоулкам такого большого города нельзя за считанные дни, тем более не посвященные полностью оному делу. Шаг был быстрым, но на бег Моне не переходила - негоже ей, даме, носиться, словно мальчику на побегушках.
Когда она всё же прибыла к северным воротам, на часах уже было 16:37, а значит, что дедуля уже убежал... Если, конечно, его ничто не задержало по пути. Правда, такой информацией Юки-Онна не располагала.
«Надо двигаться. Конкретно одиночных следов не видно, но... Если он по какой-либо причине ещё не выдвинулся, значительно проще будет его дождаться, нежели преодолевать большее расстояние за меньшее время».
Местность за воротами представляла собой довольно обширную равнину, которая в более теплое время года превращалась в плодородные луга. Спрятаться в чистом поле - задача не из лёгких... Но для неё, как обладательницы логии, такая проблема отходила на второй план.
Более не теряя ни секунды, Снежная Женщина опертивно стала нагонять своего внезапного подопечного, в частности благодаря силе фрукта, что позволял ей буквально ехать на лыжах из собственноручно выделяемого элемента: людей, которые могли её за этим заметить всё равно уже не было. При желании она могла бы даже палки себе сделать, но необходимости в этом не было, поскольку равновесие удавалось легко удерживать.
Спустя четверть часа путешествия, Моне удалось найти первую душу... И даже не одну. По дороге шла стая из достаточно рослых семи волков, тщательно принюхивавшихся к следам, что вели вперед, и вполне могли принадлежать искомой цели.
«Фу-фу-фу, популяцию хищников разбавляют ещё и собачьи. Прелестно. Придётся повозиться».
Юки-Онна обнажила свой короткий клинок, и на всей возможной скорости стала приближаться к стае, что тоже заметила скользящую на невысокой снежной волне обладательницу логии. Волки сверкали зубами, пусть и пятились назад, чувствуя угрозу со стороны неизвестной, однако без боя сдаваться явно не планировали. Когда расстояние между ними было приблизительно в метров двадцать, хищная улыбка появилась и на лице зеленоволосой.
- Yuki Rabi.
Островное приключение
|Реквием. Среднее задание: Corporis Custodes (B+).|
Выйдя из лавки старьевщика, Моне хотела было просто погулять по городу, поскольку больше никаких дел особо не намечалось, однако стоило ей поднять голову к источнику узнаваемого уже шума, как она распознала ворона Реквиема. Птица явно сильно спешила её найти, но о причинах пока оставалось лишь догадываться.
«И зачем я вам на этот раз? - недоумевала Снежная Женщина, - Всё же, кажется, идёт в порядке вещей...»
Животинка присела на ящики по правую руку от Юки-Онны, практически на уровне её груди, после чего продемонстрировала привязанную к лапе бумагу. Тут же взяв её и развернув, Моне ознакомилась с содержимым, в котором говорилось об исключительно срочном задании по сопровождению. Присутствовали также и заметки от руководства, указывавшие на необходимое время для исполнения его.
«Что? Не показываться подопечному на глаза? Да ещё и защищать какого-то взбаламошного старика? У-фу-фу-фу. - смех прозвучал и вслух, - Но за это неплохо платят, посему, ладно, немного поиграем в прятки. Правда, время уже... Он должен вот-вот выходить, а по городу ещё идти и идти. Что ж, нагоню по дороге».
- Я была ближайшей, да? - слегка наклонив голову вправо, поинтересовалась зеленоволосая у разумной птицы.
= Кар! - с двойным кивком от ворона поступил ответ, после чего он захлопал крыльями, и вновь закричал, - Кар! Кар!
- Да-да, милый птах, я уже бегу. - улыбнулась Юки-Онна излишне добро, - Поняла, что задание не ждет.
Немедленно отправилась в путь она, следуя по главным улицам и указателям, потому как научиться ориентироваться по закоулкам такого большого города нельзя за считанные дни, тем более не посвященные полностью оному делу. Шаг был быстрым, но на бег Моне не переходила - негоже ей, даме, носиться, словно мальчику на побегушках.
Когда она всё же прибыла к северным воротам, на часах уже было 16:37, а значит, что дедуля уже убежал... Если, конечно, его ничто не задержало по пути. Правда, такой информацией Юки-Онна не располагала.
«Надо двигаться. Конкретно одиночных следов не видно, но... Если он по какой-либо причине ещё не выдвинулся, значительно проще будет его дождаться, нежели преодолевать большее расстояние за меньшее время».
Местность за воротами представляла собой довольно обширную равнину, которая в более теплое время года превращалась в плодородные луга. Спрятаться в чистом поле - задача не из лёгких... Но для неё, как обладательницы логии, такая проблема отходила на второй план.
Более не теряя ни секунды, Снежная Женщина опертивно стала нагонять своего внезапного подопечного, в частности благодаря силе фрукта, что позволял ей буквально ехать на лыжах из собственноручно выделяемого элемента: людей, которые могли её за этим заметить всё равно уже не было. При желании она могла бы даже палки себе сделать, но необходимости в этом не было, поскольку равновесие удавалось легко удерживать.
Спустя четверть часа путешествия, Моне удалось найти первую душу... И даже не одну. По дороге шла стая из достаточно рослых семи волков, тщательно принюхивавшихся к следам, что вели вперед, и вполне могли принадлежать искомой цели.
«Фу-фу-фу, популяцию хищников разбавляют ещё и собачьи. Прелестно. Придётся повозиться».
Юки-Онна обнажила свой короткий клинок, и на всей возможной скорости стала приближаться к стае, что тоже заметила скользящую на невысокой снежной волне обладательницу логии. Волки сверкали зубами, пусть и пятились назад, чувствуя угрозу со стороны неизвестной, однако без боя сдаваться явно не планировали. Когда расстояние между ними было приблизительно в метров двадцать, хищная улыбка появилась и на лице зеленоволосой.
- Yuki Rabi.
Натурально град из снежных кроликов обрушился на животных, заставляя тех, в кого попали снаряды, жалобно скулить от боли. Плотность атаки была достаточно высокой, чтобы попасть по каждому противнику без каких-либо шансов, после чего уже сама Моне вступила в схватку, пронзая одного из волков своим коротким мечом. Первая кровь окропила белый снег. Снежная волна осталась лежать сугробом на дороге, но Юки-Онна сформировала вокруг себя снежный доспех и как раз вовремя: пусть и с нераскрывающимся левым глазом храбрый зверь ринулся на спасение товарищей, желая впиться зубами в плоть жестокого обидчика, но пасть его, вонзившаяся в руку обладательницы логии, кусала лишь снег, открывая брюхо для летальной контратаки широким размашистым ударом.
Сразу два волка решили атаковать и спереди, и сзади. Тот, что был перед лицом зеленоволосой, оказался отброшен в сторону столбом из снега, а набросившегося на спину и пошатнувшего Моне скинули снежные шипы, едва ранившие ловкую зверюгу. Ещё один ринулся вперед, желая пастью, полной острых зубов, схватиться хотя бы за ногу, чем обеспечил себе верную смерть, ведь клинок наполовину дошёл до хребта, - не хватило у Юки-Онны ни сил, ни навыка, чтобы ловко отрубить голову хищнику. Ещё двое прыгнули справа, но в воздухе были сбиты быстро возникшей стеной из снега: сделано это было скорее для того, чтобы ограничить возможные направления атаки, нежели в качестве ответной реакции на действия противников. Раненный до этого снежными шипами вновь попытался укусить Моне, однако его поймала снежная длань и сжала, насколько только было возможно, прежде чем сталь обожгла его внутренности один точным колющим ударом. Отброшенного же столбом ждала другая участь: снег взвился вокруг него, схватив за лапы. Будучи в ловушке и, видимо, поняв своё положение, волк отчаянно начал скулить, но скоро ему компанию составили ещё двое, что успели прийти в себя и оббежать стену. Массы снега начали движение, и собрали всех закованных в снег зверей в одном месте. Один скулил, двое отчаянно тявкали и рычали, но ничего не могли поделать со своим нынешним положением.
- Фу-фу-фу, ловкие и грозные хищники оказались на позиции добычи. - решила развлечь себя зеленоволосая, не скрывая удовольствия, что проступило на её лице, - Какая же жалость, что вместо старика, по следу которого, вероятно, вы шли, вам не повезло оказаться на одном поле битвы со мной. Но вы так отчаянно старались, что я сделаю вам маленький подарок!
Язык скользнул по губам в предвкушении.
- Медленную смерть!
Руки Моне взметнулись вверх, выделяя и собирая массы снега воедино, постепенно формируя снежные колья согласно движениям рук обладательницы логии. Ещё несколько мгновений, и все эти ужасающие инструменты медленно поползли к шкурам волков, неотвратимо приближая их кончину. Юки-Онна растянула процесс до полуминуты: сначала колья сравнительно быстро оказались у плоти хищников, а затем начали медленно вдавливаться в их нутро, вырывая жалобный скулеж и рык бессильной злобы из их глоток, пока вскоре все три тела не обмякли.
- А теперь почистим дорогу, пожалуй. - насладившись страданиями живых существ, сказала сама себе зеленоволосая. - Сказано же было не оставлять следов.
Снег, - грязный и чистый от крови, - начал двигаться всей своей массой, смещая с дороги трупы животных и очищая дорогу для будущих путников, потому как снега, созданного элементом логии, было достаточно много, чтобы сформировать труднопроходимые сугробы.
Закончив здесь, Моне продолжила свой путь, пока через ещё двадцать минут не увидела бодро двигающийся силуэт, по описанию очень уж похожий на искомую цель: скорее черный, чем синий, явно опирающийся на что-то перед собой, при этом в меру рослый. Пока что убедиться полноценно возможности не было, но Юки-Онна не собиралась сопровождать какого-то случайного человека.
«Почему они поставили это ужасное условие с контактом? - немного негодовала она, - Ох...»
Сразу два волка решили атаковать и спереди, и сзади. Тот, что был перед лицом зеленоволосой, оказался отброшен в сторону столбом из снега, а набросившегося на спину и пошатнувшего Моне скинули снежные шипы, едва ранившие ловкую зверюгу. Ещё один ринулся вперед, желая пастью, полной острых зубов, схватиться хотя бы за ногу, чем обеспечил себе верную смерть, ведь клинок наполовину дошёл до хребта, - не хватило у Юки-Онны ни сил, ни навыка, чтобы ловко отрубить голову хищнику. Ещё двое прыгнули справа, но в воздухе были сбиты быстро возникшей стеной из снега: сделано это было скорее для того, чтобы ограничить возможные направления атаки, нежели в качестве ответной реакции на действия противников. Раненный до этого снежными шипами вновь попытался укусить Моне, однако его поймала снежная длань и сжала, насколько только было возможно, прежде чем сталь обожгла его внутренности один точным колющим ударом. Отброшенного же столбом ждала другая участь: снег взвился вокруг него, схватив за лапы. Будучи в ловушке и, видимо, поняв своё положение, волк отчаянно начал скулить, но скоро ему компанию составили ещё двое, что успели прийти в себя и оббежать стену. Массы снега начали движение, и собрали всех закованных в снег зверей в одном месте. Один скулил, двое отчаянно тявкали и рычали, но ничего не могли поделать со своим нынешним положением.
- Фу-фу-фу, ловкие и грозные хищники оказались на позиции добычи. - решила развлечь себя зеленоволосая, не скрывая удовольствия, что проступило на её лице, - Какая же жалость, что вместо старика, по следу которого, вероятно, вы шли, вам не повезло оказаться на одном поле битвы со мной. Но вы так отчаянно старались, что я сделаю вам маленький подарок!
Язык скользнул по губам в предвкушении.
- Медленную смерть!
Руки Моне взметнулись вверх, выделяя и собирая массы снега воедино, постепенно формируя снежные колья согласно движениям рук обладательницы логии. Ещё несколько мгновений, и все эти ужасающие инструменты медленно поползли к шкурам волков, неотвратимо приближая их кончину. Юки-Онна растянула процесс до полуминуты: сначала колья сравнительно быстро оказались у плоти хищников, а затем начали медленно вдавливаться в их нутро, вырывая жалобный скулеж и рык бессильной злобы из их глоток, пока вскоре все три тела не обмякли.
- А теперь почистим дорогу, пожалуй. - насладившись страданиями живых существ, сказала сама себе зеленоволосая. - Сказано же было не оставлять следов.
Снег, - грязный и чистый от крови, - начал двигаться всей своей массой, смещая с дороги трупы животных и очищая дорогу для будущих путников, потому как снега, созданного элементом логии, было достаточно много, чтобы сформировать труднопроходимые сугробы.
Закончив здесь, Моне продолжила свой путь, пока через ещё двадцать минут не увидела бодро двигающийся силуэт, по описанию очень уж похожий на искомую цель: скорее черный, чем синий, явно опирающийся на что-то перед собой, при этом в меру рослый. Пока что убедиться полноценно возможности не было, но Юки-Онна не собиралась сопровождать какого-то случайного человека.
«Почему они поставили это ужасное условие с контактом? - немного негодовала она, - Ох...»
К слову, следует отметить, что чем ближе к горам, тем больше деревьев появлялось вокруг: по обе стороны от дороги то тут, то там начинали появляться хвойные, растущие также вдоль условных границ полей.
Идти по проторенному уже было нельзя, поскольку это поднимало риск быть замеченной, - особенно с учетом того, что пока ещё только начинало смеркаться. Без тени сомнений Моне сошла с основного маршрута прямо в нетронутый снег обочины, скрывая свой облик собственным элементом, при этом сильно понижая свой профиль и как будто плывя над всем белоснежным великолепием как по волнам. Благодаря такому использованию способностей дьявольского плода, Юки-Онна достаточно скоро, - а, главное, бесшумно, - сумела поравняться с идущим мужчиной и распознать в нём цель по исчерпывающему описанию в тексте запроса.
«Что же, можно сказать, что мне повезло. - удовлетворенно отметила она, - Ему не удалось погибнуть быстрее, чем я его нашла».
Внезапно мужчина остановился, - вместе с ним остановилась и телохранительница-преследовательница, - и бросил взгляд в её сторону, где сейчас был виден в большей степени крупный сугроб.
«Неужели инстинкты старого воина сумели сообщить ему о моём присутствии? - слегка удивилась зеленоволосая, - Фу-фу, а он, видимо, был опытным бойцом, когда был помоложе».
Секунд десять пристально изучал пожилой мужчина снежный бархан, даже подойдя к краю дороги, но, кажется, убедившись в том, что он никуда не сдвигается, лишь пожал плечами сказав себе под нос: «Покажется же, мать твою, всякое. Совсем стар стал», - после чего продолжил движение.
«Слишком опытным...»
Выбрав в этот раз дистанцию побольше, обладательница логии решила двигаться немного впереди своего подопечного, вырываясь вперед по обширной дуге, а потому расстояние между ними сильно поменялось: сейчас Моне была почти на пятьдесят метров впереди его, анализируя возможные опасности, которые могли приблизиться с этого направления. Однако таковых, на самом деле, не появлялось уже в течение часа их условно-совместного движения. Временами Юки-Онне приходилось сбавлять темп, чтобы лишний раз убедиться в сохранности клиента и безопасности его тылов, - вся эта затея была без меры скучной, буквально убивающей своим однообразием и рутинностью. Впрочем, в её прошлом ей неоднократно приходилось делать то, что не особо-то и хочется, да и, тем более, подолгу, а потому это был своеобразный возврат к истокам работы на Семью.
«Дайте хотя бы местных налетчиков с полдюжины...» - пожелала вдруг зеленоволосая.
Через ещё час, - как удивительно порой бывает, - её желание сбылось: на дороге действительно устроили привал с костром четверо из кланов. Один, самый рослый и до безобразия заросший, натачивал свой топор, двое других, что были вооружены луками - и больше походили на охотников, чем на воинов, - трепались о чём-то своём, а последний, с щитом и топором, поглядывал на дорогу. Благо, сейчас у Моне было немного времени, потому как, заприметив костёр, она приблизилась значительно раньше, чем старик мог бы попасть в поле их зрения
«Они-то для него явно могут представлять опасность... - мелькнуло в её голове, - Надо убрать. Времени маловато...»
Последняя часть мысленной фразы подстегнула обладательницу логии к действию, а потому она подобралась предельно быстро, - и максимально бесшумно, - в тот сектор, что полноценно не охватывался обзором группы. Всё ещё скрытая маскировкой снега она без проблем оказалась там, а уже в более человеческом обличии стала красться с заранее вытащенным из ножен клинком, смягчая поступь при помощи фрукта.
= А? - внезапно обернулся здоровяк, чувствуя, как сзади повеяло холодом пуще обычного.
Это было последним его возгласом: клинок впился в его горло, летально пронзая уязвимую часть тела, и воину ничего не оставалось, кроме как хрипя и забрызгивая кровью упасть на холодную дорогу. Оставшиеся бойцы тут же сорвались с мест.
= Ах ты...! - прозвучало от одного.
= Сука, как посмела?! - одновременно заголосил второй.
Идти по проторенному уже было нельзя, поскольку это поднимало риск быть замеченной, - особенно с учетом того, что пока ещё только начинало смеркаться. Без тени сомнений Моне сошла с основного маршрута прямо в нетронутый снег обочины, скрывая свой облик собственным элементом, при этом сильно понижая свой профиль и как будто плывя над всем белоснежным великолепием как по волнам. Благодаря такому использованию способностей дьявольского плода, Юки-Онна достаточно скоро, - а, главное, бесшумно, - сумела поравняться с идущим мужчиной и распознать в нём цель по исчерпывающему описанию в тексте запроса.
«Что же, можно сказать, что мне повезло. - удовлетворенно отметила она, - Ему не удалось погибнуть быстрее, чем я его нашла».
Внезапно мужчина остановился, - вместе с ним остановилась и телохранительница-преследовательница, - и бросил взгляд в её сторону, где сейчас был виден в большей степени крупный сугроб.
«Неужели инстинкты старого воина сумели сообщить ему о моём присутствии? - слегка удивилась зеленоволосая, - Фу-фу, а он, видимо, был опытным бойцом, когда был помоложе».
Секунд десять пристально изучал пожилой мужчина снежный бархан, даже подойдя к краю дороги, но, кажется, убедившись в том, что он никуда не сдвигается, лишь пожал плечами сказав себе под нос: «Покажется же, мать твою, всякое. Совсем стар стал», - после чего продолжил движение.
«Слишком опытным...»
Выбрав в этот раз дистанцию побольше, обладательница логии решила двигаться немного впереди своего подопечного, вырываясь вперед по обширной дуге, а потому расстояние между ними сильно поменялось: сейчас Моне была почти на пятьдесят метров впереди его, анализируя возможные опасности, которые могли приблизиться с этого направления. Однако таковых, на самом деле, не появлялось уже в течение часа их условно-совместного движения. Временами Юки-Онне приходилось сбавлять темп, чтобы лишний раз убедиться в сохранности клиента и безопасности его тылов, - вся эта затея была без меры скучной, буквально убивающей своим однообразием и рутинностью. Впрочем, в её прошлом ей неоднократно приходилось делать то, что не особо-то и хочется, да и, тем более, подолгу, а потому это был своеобразный возврат к истокам работы на Семью.
«Дайте хотя бы местных налетчиков с полдюжины...» - пожелала вдруг зеленоволосая.
Через ещё час, - как удивительно порой бывает, - её желание сбылось: на дороге действительно устроили привал с костром четверо из кланов. Один, самый рослый и до безобразия заросший, натачивал свой топор, двое других, что были вооружены луками - и больше походили на охотников, чем на воинов, - трепались о чём-то своём, а последний, с щитом и топором, поглядывал на дорогу. Благо, сейчас у Моне было немного времени, потому как, заприметив костёр, она приблизилась значительно раньше, чем старик мог бы попасть в поле их зрения
«Они-то для него явно могут представлять опасность... - мелькнуло в её голове, - Надо убрать. Времени маловато...»
Последняя часть мысленной фразы подстегнула обладательницу логии к действию, а потому она подобралась предельно быстро, - и максимально бесшумно, - в тот сектор, что полноценно не охватывался обзором группы. Всё ещё скрытая маскировкой снега она без проблем оказалась там, а уже в более человеческом обличии стала красться с заранее вытащенным из ножен клинком, смягчая поступь при помощи фрукта.
= А? - внезапно обернулся здоровяк, чувствуя, как сзади повеяло холодом пуще обычного.
Это было последним его возгласом: клинок впился в его горло, летально пронзая уязвимую часть тела, и воину ничего не оставалось, кроме как хрипя и забрызгивая кровью упасть на холодную дорогу. Оставшиеся бойцы тут же сорвались с мест.
= Ах ты...! - прозвучало от одного.
= Сука, как посмела?! - одновременно заголосил второй.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)