[Вест Блю] Остров Нотрис

Сато плыл по великому родному морю Вест Блю, уже была пройдена почти половина пути до того, как молодой пират окажется на Гранд-Лайн, но нужно дальше тренироваться, ведь если он будет слаб, то Гранд-Лайн ему не светит. За эти два острова Сато немного стал сильнее себя прошлого, но нужно и дальше развивать себя. Как только он подплывет к острову, то начнёт задумываться над своим стилем рукопашного боя, ведь нужно придумывать атаки, чтобы быть сильнее. Наконец, Сато увидел вдалеке берег нового острова. Кажется он более обширный и людной в отличие от прошлых островов. Подплыв к берегу нового острова, Сато высадился со своего корабля. Для начала нужно найти одного из жителей острова, и расспросить его, что это за остров, и есть ли тут плохие ребята, с которыми можно сразиться для тренировки. Войдя внутрь одного из городов острова, он увидел высокие дома, а стиль у них был словно здесь живут мафиози. Вдруг Тацухиро увидел, как дерутся какие-то мужчины одинакового роста, а в пару метрах от них стояла женщина, за которую походу и бились эти два зверя. Сато осторожно подошёл к женщине.

- Здравствуйте леди, можете пожалуйста объяснить, почему эти мужчины дерутся и, что это вообще за остров?

Женщина посмотрела на Сато и решила рассказать ему об этом острове, она подумала, что он новоприбывший пират или просто новый житель.

- Это остров разборок, перестрелок, ссор, и разврата. Это место, где живут три крупных организации мафиози, которые поделили Нотрис на три части. Из года в год они терзают этот клочок земли, воюя за влияние и территорию.
Нотрис вмещает в себя, что не удивительно, три крупных и хорошо развитых города, каждый из которых специализируется на чём-то своём. Первый, расположенный на севере острова - промышленный. Здесь много заводов, мастерских, и подобных им заведений, много людей днём и ночью работают в принадлежащих Дону Гамбино рудниках и шахтах. Второй, на востоке, хорош в химии, и медицине в целом. Территория Дона Дженовезе вмещает в себя леса, усыпанные множеством лекарственных растений, и не только. Последний, на западе, самый старый город, он же и самый богатый, является сердцем азартных игр, рассадником борделей и баров, а так же обширных винодельных плантаций. Люди здесь в больших количествах готовят разного рода спиртные напитки, и продают их за приличные деньги, спонсирует данное мастерство Дон Луккезе.
Примечательно то, что сами лидеры мафии на острове долго не задерживаются, и в каждом городе остаются лишь их подчинённые и максимально приближённые им лица. На границах трёх владений всегда оживлённо, в самом плохом значении этого слова, так как стычки и драки между этими силами прекращаются разве что во время важных праздников, или посещения острова важными фигурами из дозора и Мирового Правительства. Ну надеюсь из моего рассказа, вы понимаете почему эти два мужчины дерутся. Здесь это всегда происходит и ничего удивительного в этом нет.

Сато был в ужасе, чтобы люди каждый день устраивали драки, так можно сойти с ума и перебить друг друга. Но Сато ничего не сможет сделать, поэтому просто пошёл осматривать города этого острова.

Первый город, который он решил исследовать, находился на севере острова, по рассказу женщины - это промышленный город. Так и оказалось на самом деле, возвышались высокие заводы и разные заведения. Этим городом управлял Дон Гамбино, один из главарей организации мафиози этого острова. Следующий город находился на востоке, он специализировался на медицине и химии, а заправлял им Дон Дженовезе, тоже один из главарей мафиози. Сато увидел многочисленное количество больниц и лабораторий, возможно в лаборатории и занимаются химией и создают лекарства. Ну и последний третий город находился на западе острова, это был очень старый город, самый богатый город на острове, здесь устраивают азартные игры и делают спиртные напитки. Сато решил зайти в один из баров города и выпить немного их выпивки, чтобы оценить её. Выпив один стакан фирменного рома, Сато понравилась эта выпивка, поэтому он решил перед отплытием купить себе этой выпивки в дорогу. Как вдруг, в бар неожиданно вошёл какой-то мужчина, похожего на бандита или того у кого есть награда за голову. Сзади мужчины была большая железная булава, видимо он хорошо владеет ей, раз ему не тяжело носить её на спине. Мужчина подошёл к Сато, и опрокинул его стакан с ромом. Тацухиро был в ярости, что его выпивка была испорчена, но решил сдержаться и не начать драку в этом баре, ведь пострадают люди. Для этого Сато вышел на улицу, чтобы этот мерзавец тоже вышел из заведения. Подождав немного времени, мужчина всё-таки вышел из бара и как только он отошёл от бара на пару метров, получил кулаком в лицо от Сато, от чего сразу откинулся на пару метров. Этот мерзавец не ожидал, что этот терпила ответит. Сато начал серьёзно говорить ему в лицо.

- Если ты думаешь, что можешь просто так опрокидывать мой стакан с выпивкой, то ты сильно ошибаешься, я ВСЕГДА наказываю мерзавцев.

После этих слов бандит достал свою булаву и начал показывать своё мастерство владением булавой, ударяя булавой по Сато. Тацухиро уворачивался, но нечаянно выставил кулаки и на них появилась кровь. Сато понимал, что не надо затягивать битву, поэтому решил сделать свой придуманный в данное время фирменный удар прямо по лицу мерзавца.

- Кровавый кула-а-а-а-к!!!! - прокричал Сато.

Мужчина сразу же отлетел на пару метров назад и потерял сознание. Сато надеялся, что он усвоил урок. Уже садилось солнце, поэтому он купил себе выпивки, немного еды и начал отплытие с этого острова. Пройдена уже половина Вест Блю, осталось совсем немного и будет Гранд-Лайн. По отплытию с острова и после той битвы, Сато придумал себе прозвище, если он назвал свой фирменный удар "Кровавый кулак", то можно называть себя аналогично, Тацухиро это было по душе и он продолжил плыть на следующий остров.

Переход » Тороа

Путь к следующему острову был достаточно долгим. Морская синева сотнями километров окружала корабль Морского Дозора. Хорошо это или плохо – трудно сказать. Изельда не любила море, потому часто отлёживалась у себя в постели, стараясь не ощущать нестабильную качку. С другой стороны – рана успела полностью зажить на её нечеловеческом теле, оставив после себя только маленький шрам.
Ещё одной частью этого морского путешествия стали, во-первых, роскошные ткани от Мальвины, а во-вторых – брат того самого смуглого парня, которому она совсем недавно раздавала спортивные советы! Как оказалось, юноша был неплох в стрельбе из лука, даже удостоился некоторых локальных наград за свой навык. Само его прибытие вызвало у Барашки лёгкий шок, но тот быстро развеялся. Мозг просто принял этого паренька как что-то должное, то, о чём не стоит переживать.
Плюс Мальвина попала с уникальным сувениром в самую точку! Большую часть пути Изельда мастерила новый наряд, сочетающийся также с доспехами, подаренными ей начальством (на самом деле Мальвиной, но пусть будет так, хз как аргументировать их появление, ахах). Несколько дней работы и вуах! Тёмные, неинтересные доспехи из невероятно прочного металла оказались вплетены в белое одеяние, символизирующее принадлежность к Морскому Дозору. Маленькой голубой вышивкой спереди было написано "MARINE", стоящее прямо над каноничными крыльями чайки. "Теперь будет понятно откуда я" — так она думала, занимаясь тем, что любит.

Но вот они наконец приплыли! Нотрис остров настолько неприятный для Дозора, что при одном только упоминании Изельда воротила нос. Один только Руотри был хуже по своей концентрации преступников на квадратный метр. Скоро они высадятся. Изельда уже стояла на верхней палубе, глядя на прибрежную часть.

— Из огня да в полымя. — тихо проговорила она. Империя Иговальда точно покажется цветочками по уровню беззакония по сравнению с Нотрисом. — С этим всем точно надо что-то делать. Наркотики, убийства, грабежи... Нужно это исправлять.

Участие в операции по освобождению острова. [id752983679:bp-36291248_264145|Миша].

Как же без указания того, что погода благоволила одинокому кораблю, плывущему по небесному зеркалу и перенимаемому весёлость попутного ветра путём резвой пляски белоснежного продолговатого флага над вороньим гнездом. Спокойствие монотонным шумом отражалось от досок каравеллы, нежно прозванной Свитией – это имя показалось синеглазой особе забавным и ассоциировалось с какой-нибудь светлой птичкой, дарующей тихое переливчатое пение. Но несмотря на царившее умиротворение Фуско то и дело суетилась, находя себе всё новые и разные занятия. В один момент её можно было застать и за тем, как она отнимала швабру у одного из юнг, доказывая, что ей просто необходимо отдраить палубу наравне со всеми. И, как оно бывает, причиной душевных мук у молодой девушки являлся мужчина.

Сложно пересчитать, как часто она посещала каюту не для того, чтобы разрешить задачи, которые предполагала занимаемая роль лейтенантом в отряде, а чтобы попытаться достучаться до одного значимого человечка. Всяк, кто посещал кабинет дипломата, мог заметить на рабочем столе несколько улиток-телепатов. И если одна из них явно отведена была для связи с начальством, довольно неприятным на общение офицером, то вторая не казалась столь же строгой и имела более отличительные черты, передающие внешний вид человека «по ту сторону». И именно этот ден ден муши был часто донимаем тщетными пробами Малвины, которая всего-то хотела после Империи Иговальда связаться с Ниббом и поговорить о тех самых выводах… Чтобы не терять время зазря и идти на опережение мужчины, который продолжал видеть в лейтенанте ребёнка, девушка уже изучила все наградные листовки, предоставленные отчётностью по водам и землям Вест блю, а также ожидала сведений по последним событиям.
– Ещё немного, и нам придётся встать на рейд у Нотрис, и ведь тогда мой путь займёт дольше времени! – «немного», правда, измерялось у девушки в несколько дней, но это всё ещё казалось неумолимо большим значением, когда в любой момент она готова была изменить курс корабля на тот, что укажет ей Нибб. Он должен, наконец, включить её в большую игру, и девушка всем сердцем верила, что мужчина просто-напросто занят в нынешний момент и вот-вот вспомнит о ней. Назойлива? Отчасти. Куда без этого в её-то сфере профессионализма.

Фуско отдыхала в каюте за чтением заумной книжки, только обложка которой содержала в себе вырезки определений культуры и политики, когда из открытой двери (не любила она закрываться) донеслись звуки телепатической улитки. Не отдавая себе отчёт, как именно звучит ден ден муши, и, соответственно, заранее не предопределив, какая улитка из имеющихся «зовёт» к себе, Малвина мгновенно оторвалась от книги и сорвалась со стула к кабинету, с распахнутой аналогично дверью. Более вяло синеглазая лейтенант застыла в проёме, растекаясь в опечаленном движении по боковой обшивке. Нога юмористично потянулась обратно в коридор, как бы намекая: можем свалить и сделать вид, что ничего не слышали. Искривлённый рот отобразил страдание и душевные метания морской дозорной перед тем, как она собралась с духом и всё же ответила по ден ден муши, пилимканья которого как раз не ждала.
– Лейтенант Фуско, зд…
– У тебя ноги к полу прилипают!? – не дал закончить голос по ту сторону своим противно-раздражённым тембром. В смирении опустила девушка голову, скрывая грусть в глазах за полотном густых волос. Далее ей предстояло выслушать распоряжения начальства. Хоть в них и содержалась довольно приятная для Малвины, что ценит себя и свой вклад, новость, но между нею и островом, где потенциально обитал по заданию Нибб, образовался несокрушимый тупик.

Раздражённо, что всё равно выглядело миловидно на бледной и исхудалой мордашке девушки, старший лейтенант посмотрела на дверной проём, где проступил образ Огаты. Он пришёл показать заботливо подготовленный для неё полуторный меч, но ещё долго просто стоял рядом, пока офицер не прекратил наезжать за каждый совершенный промах в Империи на Малвину и, завершая всё довольно грубым строгим прощанием, оборвал связь.
–– Кажется, через шесть часов мы сможем сойти, – передавая меч в руки опечаленного старшего лейтенанта и стараясь засунуть любые выхлопы саркастических ноток в далёкие дали, Хякуноске посчитал нужным открыть глаза дипломату на остаточный путь корабля. А ведь девушка и вправду потерялась во времени суток, но совсем другая мысль пришла в её голову. Отчасти даже истеричная…
– Он это специально! И ведь ничего не сказал, – негодовала синеглазая лейтенант, ведя речь о навигаторе, что с самого начала держал строгий курс на Нотрис. Им было предопределено дело на острове, а девушка догадалась об этом лишь сейчас по причине собственного ослепления разочарованием личного уровня: от этого становилось на душе ещё более душно. А Нибб с ней так и не связался.

– Беспредел существует лишь до тех пор, пока ему не будут установлены пределы, хи, – довольно-таки бесшумно возникла подле сослуживицы Малвина. Выкинула, на озвученные в воздух Изельдой мысли об исправлении до сих пор прощаемых пороков, умную, и карикатурную одновременно, фразочку в ответ. Наверняка её лёгкие шаги, будто в задорной детской игре, смыслом которой было подкрасться к другу, перебивались накатом волн, суетой перед швартовкой дозорных и общей концентрацией Изельды на свои размышления. Остановившись справа от Уль-Бреккер, синеглазая особа завела руки назад, скрепив их в замочек, и стала нетерпеливо перекатываться с носка на пятку. От плохого настроения за исчерпанные несколько часов и следа не осталось. Маска дипломата сменилась, подобно перекидыванию листа календаря. Было ли это ради подруги? Или это обыденный трюк девушки.
– Ничего себе! Подожди-ка, – обратила внимание на одежду лейтенанта Фуско и прикоснулась пальцами к ткани на плече мускулистой подруги, чтобы убедиться в… – это же те ткани! Это ты сама сшила?
Рука уже отпрянула от Уль-Бреккер обратно в замок за спину, когда срывался главный вопрос, и синяя головушка стала уходить в сторону, чтобы рассмотреть слияние ткани с доспехом. Кивнув собственным мыслям, касательным сослуживицы, Малва подняла взгляд на лицо собеседницы.
– Нам приказано было ожидать на острове распоряжений. Думаю, самовольной жизни в несколько дней настал конец. А вообще я удивлена твоим знаниям об… островах, – обязательно после реакции подруги на проявленное восхищение одёжкой доскажет Фуско. Вероятно, старший лейтенант настолько гонялась за участием в какой-то там операции, изучая больше громких личностей моря, что пропустила в изучении несколько островов, на которых, собственно, она ни разу и не бывала.
Что касается внешнего вида Малвины… одета она была, как и прежде: строгие форменные брюки, белое поло и синий платок. Разве что кепка (намеренно) потерялась. Вместо тяжелого палаша теперь в ножнах, открытых с одной стороны, располагался на спине двуручный меч.

[id564078609:bp-36291248_264167|Φιλία],
     Обе девицы страдали от собственных душевных проблем, что иглами болезненно раскрывали чувства и воспоминания. У Мальвины трагедия случалась даже сейчас, но Изельда пережила свой худший кошмар уже очень давно – вот их разница. Объёмная фигура отца продолжала всплывать перед её глазами, напоминая о том, за что она сражается.
     В очередной раз она вспомнила его, глядя издалека на поганый Нотрис. Морской ветер развевал её косы, заставлял глаза чуть прикрыться – быстро сохли. Напряжение в ней поддерживалось до самого прибытия подруги, однако до этого она всё ещё руками держалась за борт, с трудом перенося морскую тряску.
Но вот её отвлекли, и она, правда не ожидая подобного визит, даже чуть дёрнулась, испытав маленький и мимолётный скачок адреналина.

— А?... — барашка точно потратила некоторое время на то, чтобы вообще понять фразу подруги. Благо, поняла, даже чуть хихикнула с небольшой игры слов. — Иногда складывается ощущение, что у преступников эти пределы в принципе отсутствуют. Хочется разбить это чувство безнаказанности! — не высадились они на остров, а Из уже была в боевом расположении духа.
Так бы они и стояли дальше, обсуждая работу, но Малвина совершенно точно подметила одну важную деталь – ткань! Те рулоны, подаренные Изельде, и впрямь оказались полезны, причём так быстро! Заметив реакцию, девушка даже чуть засмущалась, явно не ожидая, но жутко желая услышать подобный вопрос.

— Э... Да. Я не знаю где ты их взяла, но они действительно неплохого качества. Из льняной я сшила этот главный фартук. Решила сделать в два слоя, чтобы не был столь тонок. — Изельда указала себе на грудь, где и красовался фартук с небольшой синей надписью "MARINE". — Драп тоже использовала, он пошёл в состав поддоспешника. Во... Вот.. — разогнув руку в локте, она показала чуть вылетающий плотный кусок ткани. — Жарко в этом всём. Такое и осенью носить можно... Потом чуть облегчу. Мои навыки невелики, но мне... Мне нравится.
Краткий экскурс был окончен. В запасе у неё оставался хлопок, но из него она точно придумает что-нибудь позже. Весь материал пойдёт в работу!
— Ох, ну... Я некоторое время изучала острова Вест Блю, чтобы понимать, куда плыть опасно, а куда нет. Так уж выходит, что большинство островов – питомники для преступников. А Нотрис... Наслышана. Коллеги часто о нём говорят. — она вздохнула. Понимала, что на полное исправление Нотриса потребуется целая армия... Но в этот раз она точно сделает хоть процент из того, что желает! Чуть хихикнув от реплики в своей голове, она решила поделиться ею с коллегой. — Если первым указанием будет покинуть остров – я обижусь.

Стоя у борта быстрее на берегу не окажешься, поэтому Изельда на время своего пребывания на каравелле всё-таки сняла пару элементов доспехов, чтобы проветриться. Солнце превращало её в миниатюрную печку, что резко контрастировало с её зимнелюбивой натурой. А ведь она ещё хотела сочинить из доступных материалов плащ! К счастью, пока без него.

[id752983679:bp-36291248_264202|Миша].

Внимательно синеглазая особа наблюдала, как казалось, за воодушевлённым рассказом и показом сослуживицей преобразовавшихся в костюм тканей. Будучи далёкой от рукодельных дел, с которыми она сталкивалась лишь на самом раннем этапе детства, девушка могла только диву даваться, насколько же по итогу этим горит светловолосая собеседница. «Как странно видеть такую утончённость» – не осмеливалась вслух произнести частичку того, что проносилось в голове. А определённый диссонанс в сопоставлении занятия, от которого горит морская дозорная, с её укреплённым внешним видом однозначно образовывался. Но не столько загоняло это Фуско в недоумение, сколько вызывало тёплые чувственные реакции. От того она сама, будто заряжаясь от сослуживицы, стояла и улыбалась, открыто давая возможность выявленной швее выговориться.
– Мне тоже очень нравится, – поддержала собеседницу Малвина, но более подробную оценку, как экскурсу, так и продукту, вышедшему из рук барашки, давать она не стала. Во-первых, синеглазой особе потребуется время, чтобы поверхностно изучить швейное дело и иметь и право, и возможность комментировать подобные изделия. Во-вторых, выявленная за совместную службу малоречивость говорила о проницательности и прагматичности Уль-Бреккер. И потому синеглазой показалось, что акценты подруги на образование и здоровый образ жизни нужно поддерживать, но не восхвалять. И тем более не льстить.

– Я вот не помню, когда в последний раз иголку в руках держала, – поделилась вполголоса Фуско с сослуживицей, будто сказала какую-то непотребность. К сожалению, нежданно подхваченную очень длинные ушами:
–– Ты много чего давно не держала в руках, – как чёрт из табакерки, только в более узнаваемом обличии, рядом с девушками возник и Хякуноске. Как всегда, со словами, невпопад сказанными. Когда-нибудь Малвина обязательно к этому привыкнет. Но пока Уль-Бреккер делилась первопричиной тяготы к изучению островов, старший лейтенант бросила на черноволосого юношу кроткий, но непривычно строгий взгляд. Не нравилось ей, что поведение Огаты разносится и по кораблю – однозначному месту, где должна соблюдаться субординация.
– Мм… – издала вдумчивый звук дипломат, стоило девушке обратиться к недавнему примеру, пожалуй, действительно неприятного для их лица, как морских дозорных, момента, – я рада, что ты это сказала за меня, аха.
Да, они могли ослушаться настоятельного совета белобрысого «хозяина». Вдвойне точнее они могли бы к нему не прислушаться, если бы Изельда озвучила подобную же фразу там. И плевать было бы старшему лейтенанту на сложности, вследствие имеющие потенциал возникнуть, если бы сослуживица решила совершить ещё пару дел на острове. Синеглазая привыкла уступать и прислушиваться к ситуациям, и, возможно, именно такого прямолинейного человека ей рядом и не хватало раньше.
– И раз ты изучала острова Вест блю, то мне следует в ближайшем будущем обратиться к тебе за помощью. Возможно, оно покажется тебе личным характером, и я пойму, если ты мне откажешь, – Фуско опустила взгляд под ноги, вновь снижая тон голоса. Но лёгким отрезом под конец она явно дала понять, что хоть сейчас и спешит прекратить развитие этой темы, обязательно к ней вернётся.

Подготовка к швартовке началась полным ходом, и девушка совершила жест рукой, приглашая сослуживицу отдалиться от места, возможно, где они будут мешаться. Там навстречу им уже шёл и Арджуна, в форменной одежде и с закреплённым луком за спиной, что разрешила синеглазая особа. Правда, пока простенький. Но новый юноша в их скромном отряде выглядел с ним едино. Не привыкший ещё к устоям, он сделал полупоклон, скромной улыбкой приветствуя девушек.
– Ну погляди. Кто нас теперь попросит, – усмехнулась Фуско, немногим наклонившись корпусом к Изельде. Отряд, постепенно обрастающий людьми, всё меньше начинал выглядеть как тот, кого можно шпынять из стороны в сторону без «спасибо» и «до свидания». Сложив руки перед собой, старший лейтенант ненавязчиво оглядела Арчера под звуки неразборчивого и возмущенного бубнежа Хякуноске за спиной.

Этот человек плохо входил в круг новых людей и, кажется, сейчас занимался передразниванием.

И, согласитесь, время, когда остров только показался на горизонте – тянется невыносимо долго. Но суета, заполнившая корабль, разгоняла минуты, и совсем в скором времени девушки уже могли сойти с корабля.
–– Никакого сопротивления нашему прибытию не должно быть оказано. Посещение острова морским дозором совершается с периодичностью, и если не совершать что-то сверх меры, на нас и внимания не обратят, – как только все оказались на причале, Огата наконец-то подкрутил в себе серьёзную жилку докладчика и уведомил лейтенантов вкратце об остановке.
– Сверх меры… – повторила синеглазая особа, будто бы её смешило это слово на фоне представшего государства, и стрельнула взглядом на Изельду, – тогда поспешим найти свой закуток.
Ни гарнизоном, ни даже офисом – не пахло, потому дозорным придётся остановиться, где придётся. Возможно, таким озвученным итогом дипломат ждала предложений от подруги. Но, в любом случае, Малва направилась неспешным шагом по причалу, пока что выходя и двигаясь мимо портовых сооружений.

[id564078609:bp-36291248_264222|Φιλία],
Только дурак мог не заметить оживлённость дамы, рассказывающей про своё хобби. Искренний интерес окружающих, их внимание – вот что подогревало в ней любовь к тому, что она делает. Будет ложью сказать, что во время работы над своим нарядом Изельда не желала слышать чужого мнения на своё творение. И вот, вкратце она поделилась, и былое недовольство приближающимся островом было почти полностью забыто.
"Нужно будет что зашить – скажи." — без улыбки, спокойно предложила она помощь Мальвине. Раз та давненько не пользовалась нитками и иглой, то логичнее оставить эту работу на того, кто может, верно?!
А вот и подоспел Хякуноске. Изельда имела иммунитет к его странным комментариям – просто не понимала его. С "наездницами", что это загадочное сравнение. Приподняв левую блондинистую бровь, она некоторое время потратила на осмысление, но, так и не поняв, отстранила свою небольшую часть интеллекта от этой темы.

— Хорошо. — пожав плечами, простушка весьма легко согласилась с просьбой Фуско. Как всегда, надумывать лишнего та не стала, оставляя все сложности будущей себе, если та просьба вообще будет сложной.

Матросы во всю готовились к швартовке! Парочка самых крупных держала на готове два мощных каната – швартовы, что совсем скоро натянутся на полагающиеся им швартовочные тумбы. Другие же юнги натягивали фалы, приподнимая паруса для уменьшения скорости движения. За этой работой приятно смотреть – каждый занят своей работой, даже небольшой. Каждый работает на благо остальных, в сущности создавая целую систему, взаимосвязанный коллектив! Вот что её радовало – единство!
Теперь, на первой же операции, к ним присоединиться новичок, завербованный меньше недели назад. В ответ на скромный поклон парня Изельда без всяких формальных приветствий просто схватился его правую ладонь своей, а левой похлопала по плечу, пытаясь расслабить того. Получилось или нет – вопрос другой.
И вот они на острове! Корабль пришвартован, а это значит, что две дамы и два парня могли спокойно сойти на причал по трапу, что они и сделали! Ощущение стабильной тверди под ногами не могли не радовать противника всех морей, отчего первым же делом она облегчённо выдохнула. Её не шатает из стороны в сторону, не приходится держатся за поручни. Прекрасно.

— Власти могут нас не трогать, чтобы не портить отношения с Мировым Правительством. Тут люди живут бесчестные, но не глупые. И даже так нам не гарантирована безопасность. — тоже на серьёзничах заговорила Уль-Бреккер, не спуская левой руки с ремня, на котором висел её молот. — Рискну предположить, что безопаснее всего будет в восточной части острова – там делают лекарства. Может и наркотики тоже. Думаю да, делают, кто им запретит? А сейчас мы... — своими янтарными глазами девушка пыталась оценить окружение уже за пределами доков. Вывески, яркие и завораживающие! На одной из них девушка в шляпе скачала на бычке, на другой красовался пролитый бокал. Томный вздох дал понять окружающим, что это – не самая лучшая часть этого острова, по крайней мере для неё. — Сейчас мы на западной... Чёрт...

[id752983679:bp-36291248_264231|Миша],

Стоит ли проверять голову, когда вместо словосочетания «две дамы» читается глазами автоматически – «две мамы». И далеко ли это от правды. Если поглядеть на беспринципное поведение Хякуноске и на чувства неприспособленности и неловкости Арчера, то необходимость в крепкой женской руке ярко выражена.

Нежные кисти из-за спины опустились сразу, как только она зашагала, и уверенно двигались по темпу походки. Выслушивала Фуско сослуживицу, сопоставляя речь с озвученными информацией и предположениями мичманом, и глядела на лицо рассказчицы. «Кому вообще в этом мире гарантирована безопасность» – пляска мыслей, немногим философски настроенных, отображалась на открытом к эмоциям лице синеглазой особы: губы соприкоснулись и больше обычного прижали друг друга, пока на щеках возникали ямочки от напряжения в части рта, а глаза – поблекли. Но стоило спутнице ощутимо переключиться на изучение местности, как Малвина взяла с неё пример и, расслабив лицо, обернула голову на осевшие постройки по другую сторону от объектов внимания светловолосой барашки.
– На западной, – повторила за подругой синеглазая особа. Опустила разве что бранное слово. На самом деле, определение части острова ничего не дало для девушки, которая просто не была ознакомлена с Нотрис ни по разговорам, ни, тем более, по посещениям. Но взгляд зацепился за тот самый пролитый бокал. «Питейное заведение» – и после того, как было угадано предназначение первого здания, стало проще расшифровывать и остальные доски с изображениями. Всё оказалось таким логичным, ведь запад – зачастую ассоциировался с диким местом разборок, блуда и пьянства. Потому на фоне выстраивающейся мыслительной цепочки и пояснений, если таковыми дополнит речь Уль-Бреккер, старший лейтенант осознает степень непригодности места для пребывания таких девушек. Но…

– Изельда, ты хочешь сказать, что мы в самой лакомой части для каждого гостя острова, что хочет отдохнуть и развлечься? Не без трудностей, но всё же, – расслабленное лицо, вновь подставленное под взор сослуживицы, если та посмотрит в её сторону, сполна передавало мотив рассуждений старшего лейтенанта. Место, наполненное казино, борделями и питейными заведениями, принимало ежедневно немалое количество посетителей. И если в восточной части острова морские дозорные тут же могли броситься в глаза среди более закоренелых жителей и рабочих, то на западной они не более, чем просто приплывшие люди. Пока что. Если те не будут торчать на улицах слишком долго, а воспользуются услугами одного из заведений.

– И где же нам развлечься? – пространно задала вопрос Фуско. Приставив в задумчивости палец к подбородку, она, как и прежде сохраняя темп шага Изельды, задумчиво перекатывалась взглядом от здания к зданию в попытке понять: куда небольшой отряд может зайти, чтобы заполучить какую-нибудь комнату в собственное распоряжение.
Юноши, тем временем, двигались за лейтенантами, на существенном расстоянии друг от друга. И если Арджуна шёл строго за спиной Изельды, едва ли не полностью утопая за плечистой особой, то Хякуноске шёл в стороне от Малвины. Внимательно рассматривал вывески, не стесняясь показывать желания заглянуть куда-либо, и не глядел на юнгу. Подобно дикому коту, «шипел» и «шарахался», если Арчер предпринимал хоть какие-то попытки подойти поближе к мичману.

И пока группа, будучи на своей волне, двигалась на углубление в уголок пошлости и чревоугодия, одинокий образ, мужской и высокий, выкуривал сигарету на крыльце игорного дома. Неприметный, просто один из немногих – он рассеянно бросил взгляд на мимо проплывающих морских дозорных, не привлекая к себе особого внимания. Меж пальцев свободной руки пропуская игральную карту, ловко балуясь ею, юноша дождался, пока спины дозорных отдалятся на достаточное расстояние. Окурок оказался брошен под ноги, тут же беспощадно притоптанный подошвой.
–– Начало конца положено, – обратится тот к воздуху и, оправив манжеты белоснежной рубашки, скроется за дверьми игорного дома.