[Вест Блю] Остров Бриндо

А после еще. Тем самым он кинул в наку двадцать четыре иглы. Накаже начала бить руками с когтями отбивая иглы. Правда отбила она не все. Семь игл вонзились в девочку. Две в правую ногу, одна в левую, три в левую руку, одна в правую и одна в правое плечо. Нака стиснула зубы, после чего издара рык и приняла полную форму ирбиса. От превращения игла из ее тела выпали.

|- Только подлечилась и опять...| - Подумала Нака.

Она резко побежала на мужика. Тот спокойно стал отпрыгивать назад попутно доставая игла и кидать их в Наку. В форме звеня девочка уворачивалась от них или отбивала их. Ее бесил этот мужик. Он был слишком самоуверенным и недооценивал девочку. Нака начала бегать вокруг противника а тот беззаботно кидал свои иглы. И вот спустя минут семь они все закончились. Он аж удивился. Скорее-всего с мужиком наемником такого раньше не было. Нака воспользовалась этим обстоятельством и кинулась на мужика. Она повалила его на землю и зарычала прямо в лицо.

- Тише, тише девочка. - Попытался выкрутиться охотник за головами. - Зачем тебе это? - Спросил он. - Заткнись. - Рыкнула Нака. - Ты сам меня недооценил. - Сказала она. - К тому же ты хоть и минимальная, но все же угроза для Широ они-чан. Так что я тебя убью. - Сказала Нака.

Она хотела укусить его, но инстинкты зверя сказали ей увернуться. Это она и сделала. Она вовремя отскочила и в ом месте где она стояла пролетела рука. После эта рука вернулась обратно. Нака посмотрела на нового потенциального врага. На вид это была девочка наверное чуть старше Наки. У нее были короткие зелёные волосы с двумя черными прядями впереди и большие зелёные глаза. На руках были странные тату, а на голове непонятный аксессуар, похожий на что то среднее между ушками и антеннами. Одета она была в белые длинные сапоги, которые были чуть выше колен, у них были красные подошвы и по бокам вверху красные знаки такие же как и тату на ее руках. Знак представлял из себя круг внутри которого точка, а от круга идет линия вниз, словно держа этот круг. Так же на ней были розовые шорты с черными линиями впереди и желтое платье идущее чуть ниже пояса. Обрамление внизу было черным, с илезиме вверх черными линиями по кругу. Впереди платья была фиолетовая чать. Само платье было надето на черную майку. На животе и по бокам от платья висели какие то устройства, в от копчика шел чёрный провод, на конце которого была серая розетка. Это было, что то типа хвоста. На левой руке и на шее висели серебряные прямоугольники на черных лентах. В общем все в ее виде кричало, что она киборг. Ну и удленяющаяся за счет металлического провода рука подтверждала это.

- Пожалуйста ненадо трогать Шиничи сана. - Сказала девочка. - Нападать на людей плохо. - Сказала она. - О, Рури привет. - Сказал мужчина. - Плохо? - Спросила Нака. - Но он тоже атакует. - Сказала девочка. - Но Шиничи сан охотиться лишь на пиратов, не злодеев. А это можно. - Сказала девочка киборг. - Да? - Спросила Нака. - Но я то не пират. - Сказала Нака. - Не пират? - Спросила киборг. - Верно. Просто мой пара пират, и моя подруга тоже пират. Что плохого в том, что я не хочу говорить где моя подруга и хочу ее защитить? - Спросила девочка у киборга. - И что за претензия на пиратов? - Уточнила она. - На мой остров напали дозорные, только потому, что там живут революционеры. А так же пираты. И дозорные не спасали мирных жителей, они хотели защитить свою гордость. - Со злостью сказала Нака. - А мою маму спас революционер, тот против кого бороться дозор. Аз да еще, когда я плавала с папой, я видела как дозорные убивали мирных людей. - Добавила Нака. - Так ответь мне девочка киборг, в чем прав твой Шинича сан, раз напал на девочку не пирата с целью убить ее, а после напасть на её подругу и отдать ее не особо то и хорошим дозорным? - Спросила Нака. - Это правда Шиничи сан? - Спросила киборг. - В основном да. - Спокойно ответил мужчина. - Некоторые дозорные и правда уроды, а некоторые пираты и правда хорошие. И девочка не пират, да. Но я предлагал ей уйти, но она благородно защищает друга. - Ответил мужчина. - А, ясно. - Ответила девочка киборг.

- Однако тогда, нам нет смысла сражаться с этой девочкой. - Сказала зеленоволосый. - Так и я о том же. - Сказал Шиничи. - Я предлагал ей уйти. - Добавил он. - А та, на кого вы пришли охотиться плохой пират или хороший? - Спросила девочка киборг. - Широ они-чан хорошая. Она помогает людям и защищает их от плохих дозорных и пиратов. Как и вся команда папы. - Крикнула Нака. - Так ли это? - Спросила киборг. - Да вроде добрая. - Сказал Шиничи. - А зачем тогда вы пришли за ней? - Спросила зеленоволосая. - Ну это наша работа. Сдаем пиратов, получаем деньги. - Ответил мужчина. - Какая разница какие они, добрые или злые? - Спросил он. - Давайте все же отступим. - Сказала она. - К тому же вы проиграли уже этой девочке. - Сказала Рури. - И то верно. - Почесав затылок сказал Шиничи. - Верно, вали. - Сказала Нака. - Ты такая грубая. - Сказал мужчина. - Ладно, мы отступим. И прада охотится на хороших людей не мое. - Сказал мужчина. - Верное решение. - Сказала Рури. - Верное решение. - Повторила Нака. - Ты то не лезь. - Сказал мужчина. - Ладно, идем Рури. - Сказал мужчина. - Да Шиничи сан. - Сказала девочка.

После чего они все де ушли. Рури помахала Наке и улыбнулась. Нака тоже помахала ей и тоже улыбнулась. После чего она вернулась на базу. Широ и Кейго ещё не вернулись. Но её встретил тот революционер, которого она встретила перел выходом.

- Что с тобой? - Взволновано сказал он. - Почему ты опять ранена? - Спросил он. - Эти двое меня убьют. - В панике сказал революционер. - Ой, да ладно тебе. - Улыбнулась Нака. - Это жизнь. - Сказал девочка.

Пчлде чего ей обработали ее раны и она вернулась в комнату где отдыхала. Там она легла на кровать и уснула. Но четед пол часа проснулась и пошла в столовую. Там ее покормили и она вернулась в комнату и уснула. Вскоре пришли Кейго и Широ. Они узнали, что Нака отходила и вернулась раненая, так что они поругали девочку, а так же того, кто её выпустил. После Широ крепко обняла Наку.

- Не делай так больше. - Сказала Широ. - Я бе переживаю. Ты подумай о маме. - Сказала Широ. - Да ты боишься, что если она пострадает, а ее папа узнает, что ты была рядом и не защитила ее, он тебя убьет. - Ехидно сказал Кейго. - Ой, помолчи. - Сказала Широ. - Простите. - Сказала Нака. - Я так больше не буду. - Сказала она.

Ребята ещё пару часов побыли на базе, а после пошли в порт. Бывшие накама Наки еще были на острове, так что она позаимствовала их корабль. Вместе с Широ и Кейго. И они вместе отплыли от острова Бриндо.

[Конец дополнительного квеста: 1721 слов.]

Переход —> Каравелла Кэнуэй.

[id799844790:bp-36291248_253760|Maximilian], [id217725250:bp-36291248_253778|Николай], [id213233084:bp-36291248_253858|Аладей],

По коже прошёлся мороз.
Тяжёлый взгляд был настолько ощутим затылочной частью, что потомок дважды пожалела (о чём конкретно – непонятно) и трижды попрощалась с жизнью.
Голова девушки совершила медленный оборот к капитану пиратской команды, как раз засвидетельствовав взглядом момент, когда он сам уже отводил своё внимание от смуглой. Отпустило. Если её кровь не разлилась здесь и сейчас – значит не всё потеряно, но будет в том случае, если она решит их покинуть. Уверена в этом. Дорога назад окончательно оказалась заблокирована из-за… чего. В голове всё ещё шаром покати. Соберись.

Сио стала подниматься через левое колено, параллельно надевая кулон себе на шею. Хоть эта вещь ещё ни разу не знавала шеи «законной» хозяйки, надела украшение лицедейка с той автоматической ловкостью, будто бы там ему и было всегда место. Всё ещё не до конца осознавая, отчего столько влажности на лице, отчего внутри огромная дыра, девушка оперативно вытерла мокрую кожу руками и в более бодром настроении направилась следом за Хестером, пока воспоминания о присутствии Эте́руна начинали восстанавливаться. Но они уже не вызывали столь бурных эмоций, которым поддалась потомок на поле сражения.
- Капитан… - она не знала, как к нему обращаться, оттого голос дрогнул, и слово точно не донеслось до де Скари. Она хотела задать вопросы – много вопросов, но вовремя осознала, что не время и не место. Оставшись стоять в паре метров от Теменя, который занялся состоянием Моркара, лицедейка вновь приняла позицию наблюдателя, укрощая в себе множество разных зверей, как пример, одни из которых – сомнение, паника, страх… «Он врачеватель? А по виду и не скажешь, что он может сеять что-то, окромя раздора,» – рассуждающие мысли послужили хорошим успокоительным, которое девушка стала распивать до дна, переводя взгляд от одной личности команды к другой. На то ушло время, которое потребовалось для капитана, чтобы разделаться с ранениями преимущественной стадии сложности.
Хорошим рычагом взятия себя в руки мог бы послужить алхимик, навстречу к которому она уже собиралась делать первый шаг. Но завидев, каким прострационным состоянием был одолён подрыватель, Сио опешила и осталась стоять на месте, пропуская его далеко вперёд от себя. Даби и вправду никому не уделил внимания и в самостоятельной прогулке двинулся впереди покидающей лагерь команды. Не стала его нагонять. Двигаясь неподалёку от Хаарда, девушка чувствовала себя откровенно лишней, и всё ещё вела великую внутреннюю борьбу с разумным решением остаться при этих людях и безрассудным – попробовать просто развернуться и убежать в противоположную сторону.

И он будто это почувствовал. При этом человеке было всё страшнее просто думать. Доселе Люсетт была уверена, что голова – её дом. Но теперь из раза в раз всё чётче ощущала в ней присутствие гостей.
- А? Ну я не… - начала было отвечать Сио, но капитан слишком быстро оборвал её попытку изворотливого отрицания. Оно, конечно, таковым могло и не быть, но никакую теорию из сформировавшихся в её голове для ответа на вопрос капитана услышать теперь не выйдет. Потомок чувствовала близость Алдори плечом, и не могла себя никак пересилить, чтобы поднять голову и посмотреть в лицо этому человеку.
- Не давнее. Это обычный послушник Храма Вулкана с острова Мертольф, он предоставлял мне убежище некоторое время и помог добраться сюда, - Сио подбирала слова с осторожностью, отсыпая зерна ровно столько, чтобы не было густо, - Отсюда и его деяния, с которыми вы столкнулись, ограниченные лишь добродетелью в его понимании. Если вы покинете остров, то следовать за вами он не будет.
Последнее зернышко завершающим штрихом упало с края на горку, и Сио наконец подняла глаза на капитана.

Ни капли доверия к нему, но максимум внушения, что оно есть. Весь её вид был «натурально» сломленный и подчинённый, но этот человек будто обходил большинство барьеров, заставляя вновь потерять внутренний баланс заключительным наставлением. Ответа на него не требовалось – это, как казалось, понимали оба. Хестер оторвался от её плеча, открывая обзору потомка прикованное к ней внимание зверочеловека. Она старалась выдержать его настолько, насколько позволяли дрожавшие внутри поджилки. И даже была готова к какому-то удару. Но союзница не стала делать из этого всего настоящую пытку, скоро перевоплотившись в полноценное человеческое тело и оставив Сио в покое. «До невозможности молчалива. Лучше бы она хоть что-нибудь сказала. Что за монстры в этой команде!?» - мысли послужили неким освобождающим от пут выдохом, и Люци даже зрительно сдулась, расслабившись.

Мог бы подумать Даби, что в команде образуется ещё одна тень – но в этот раз довольно приставучая и значительно менее заметная. При заключительной раздаче указаний союзникам Люсетт оказалась в очередной раз без дела, отчего была твёрдо убеждена в желании проследить за алхимиком. Убедить Хаарда в том, что ей не нужно сопровождение – было задачкой непосильной, потому она чуть ли не по-детски перевела его внимание на стороннюю незначительную деталь и свинтила из его общества абсолютно бесшумно. Также бесшумно она двигалась и на определённом расстоянии от взрывателя, наблюдая за всем, что с ним происходило во время исполнения приказа. Столкновение с ребёнком она также просмотрела, как незамысловатое кинцо, не вмешиваясь и не выдавая своего присутствия. Какие мысли и доводы постигали её смуглую головушку – оставим в закулисье. Отсоединилась от траектории Даби девушка лишь в заключительном километре, чтобы выйти, с другой стороны, к собравшейся команде. Там она застала недовольный в свою сторону взгляд Хаарда, который, о пресильные рыбьи кишки, был обременён тушкой отключившегося алхимика.

Ступая на борт корабля, девушка в крайний раз распрощалась с мыслью выпрыгнуть прямо в воду и попытать удачу отвязаться от этих людей. Но сам факт того, что, улизнув от Хаарда, она не поступила схожим образом – говорил о многом. В ответ чудоковатому типу девушка слишком добросердечно улыбнулась, не сразу смекая, что у того беды с башкой. По началу она решила, что вот он – простой и добрый союзник. Как ей было горько осознавать поражение в собственных мыслях. Чувствуя неловкость своего поступка, потомок оперативно выцепила взглядом удаляющегося куда-то Хаарда с алхимиком подмышкой и решила для себя, что лучшей конечной цели сейчас напросто не найти. Спешно она направилась следом, стараясь не попадаться на глаза занятым Хестеру, Моркару и Мерденморе.

[id217725250:bp-36291248_253778|Даби], [id213233084:bp-36291248_253858|Мерденмора], [id564078609:bp-36291248_253893|Люци],

О, сколько могут поведать шум и тишина естественной среды, если бы только мы умели слышать. Шелест листьев вещал о проникновении во владения природы существа, как китайские колокольчики рассказывают нам о приходе нежданного гостя. Они бы молчали, если бы его общество было желанным – как вы, добрые люди, распахиваете входную дверь в ожидании друга или любимого родственника. Этот человек ни первым, ни вторым не являлся. Дик, или вернее уже его представлять, как Дитерих, неуверенно брёл по лесу. Ему некуда было идти, но и оставаться на пепелище желания у него не было никакого. Лишённый зрения, он постоянно спотыкался, хотя и старательно прощупывал почву перед собой. Он шёл без цели, ему просто хотелось оказаться где-то подальше. Подальше от острова, от революционеров, от пиратов. Более всего, он хотел проснуться, ведь этот кошмарный день настолько разительно отличался от всего предыдущего, что происходило с ним на Бриндо, что ничем иным, кроме как кошмаром, это быть не могло. Но в голове, словно церковный колокол, звенела мысль, что как бы он не пытался это отрицать, но всё произошедшее не было сном. Мысль эта доводила его до исступления, а в пучину отчаяния сбрасывал и тот факт, что он мог предотвратить всё, что произошло сегодня. Если бы его не дёрнуло подойти и заговорить с пиратами, если бы он просто расстрелял их на берегу – ничего бы не было. Но его самоуверенность, что визитёров можно будет завербовать в свою сеть информаторов, была слишком соблазнительной.
– Мысли: Проклятая Земфи, ей было так просто манипулировать, и это меня и сгубило. Придурок! Расслабился, потерял бдительность, а теперь всё кончено.
Ничего он не слышал. Не берущий дар, что снизошёл на его скверный дух за небольшую плату, человек отказывался понимать. А бесшумный шаг темени, танцующей за ним и изгибающейся утонченными линиями под звон листвы, преследовал предателя вплотную, нашёптывая пути и решения. Это была возможность темени, из-за которой день мог бы вновь настать, благодаря которой он мог бы победить своё эгоистичное «Я» и превратить тьму в свет. Но он не слушал. Отвлекшись на мысленные ругательства, агент Сайфер Пола споткнулся о неудачно подвернувшийся корень, который бросил неудавшегося шпика лицом в сухую землю.
– Мысли: Куда я иду? Зачем вообще куда-то идти? Лучше бы тот ублюдок убил меня, но ему этого было мало, он хотел унизить меня. Наверняка, он даже рассчитывал, что я буду молить его о смерти. Проклятие! Да я даже готов встать на колени! Я не хочу быть калекой…
Тяжёлый лист упал на тело человека следом, разрезая взвихрённые линии темени на доли секунды. Она замолчала, осела, покрыла увядающее тело так, что оное со стороны могло показаться иссохшим деревом. Ещё есть шанс воспрянуть – только прислушайся, только пойми. Дик не пытался встать. Это была последняя капля, от которой плотина в его голове рухнула, обрушивая на калеку весь спектр негативных эмоций. Он устал, у него больше нет сил куда-то идти, на что-то надеяться. Лучше просто задержать дыхание и задохнуться. Принять вместо дара – проклятие. Превозмогая всхлипы и пытаясь игнорировать поток слёз, «революционер» задержал дыхание. Тело отчаянно сопротивлялось столь пренебрежительному отношению к себе, оно не хотело расставаться с жизнью, даже если «хозяин» желал обратного. Лёгкие горели, а язык, закрывающий гортаноглотку, не впускал живительный воздух лишь усилием воли.
Ещё немного и всё закончится.
– Я вижу кого-то! Здесь выживший! – раздался голос со стороны.
– Это Дик! – вторил другой, уже знакомый голос.
– Мысли: Нет! Дайте мне умереть!
Но, возможно, это спасение. Свежий воздух ворвался в лёгкие, прерывая столь мучительный способ суицида. Темень сползла на землю, змеёй сокрывшись где-то под телом. Нежданный гость остался вторгнувшимся глупцом, не сумевшим воспользоваться новоприобретённым шансом и стать сильнее. Он просто стал пнём, который в скором времени послужит топкой для самоудовлетворения остальных.

Таких людей много. Людей, что не принимают темноту настолько же материальной, насколько принимают свет, а ведь в первой больше просветления и силы. Сопровождаемая лишь собственной тенью, Земфи шла по улице, осматривая повреждения, которые перенёс город. Вывод был неутешительным – пожар отбросил процесс строительства на месяцы, если не на годы. Пока революционеры разберут завалы и смогут приступить к ремонту, пока на остров доставят новые стройматериалы. Благо, мирное население пострадало в значительно меньшей степени, что значит – недостатка рабочих рук не будет, а им понадобится отвлечься от дурных мыслей, пока не начало нарастать недовольство. Лейтенант революционеров подошла к ратуше; каменное строение каким-то чудом почти не пострадало, хотя тела революционеров поблизости кричали, что пираты добрались и сюда.
– Мысли: Разумеется, что ещё могли искать пираты, как не деньги.
Особа прохаживалась по коридорам, подмечая, что ничего не было тронуто – разве что пропала карта острова. Она уже знала, что капитан пиратов добрался до неё, иначе каким образом тот нашёл все опорные пункты так быстро. В казну, казалось очевидным, спускаться не было смысла, там, наверняка, даже пыли вычистили. Выйдя наружу, командир пустила от себя вновь продолговатую тень, которая тянулась туда, где вновь предстала картина полуразрушенного города. Признаться, она ходила больше от нечего делать, ведь чтобы организовать восстановительные работы нужно сначала оценить ущерб, а этим уже занимались. Вокруг суетились люди: кто шёл, озираясь, по своим делам, а кто-то – с пустым взглядом просто бродил без цели. Кто-то разгребал всевозможный, теперь уже, мусор, а кто-то – просто сидел на камнях, пытаясь осознать случившееся. Земфи на секунду стало жутко одиноко. Вокруг было столько людей, но каждый сейчас был сам за себя, пытаясь переварить шок от случившегося. На момент, лишь для того, чтобы проверить состояние обуви, девушка опустила глаза к ногами и столкнулась, почти что вступив в зрительный контакт, с тенью. Она знала, что никто на неё не смотрит – никому не было до этого дело. Робко, чувствуя себя крайне нелепо, революционерша приподняла руку и помахала своему тёмному поднебесному отражению, получив взаимность. Более уверенное действие, а именно – улыбка, что тронула её уста, сигнально обозначила конец начала.
Люди, которых лейтенант отправила искать отколовшихся бойцов, понемногу прибывали в город. Кто-то вёл небольшие группы, кто-то возвращался ни с чем. Одна лишь пара выделялась больше прочих – они тащили на плечах человека с выдавленными глазами. По искорёженному и обезображенному лицу сложно было узнать Дика. Предателя, шпиона Мирового правительства, который смог не просто внедриться в ряды революционеров, но и стать её доверенным лицом. Всегда инициативный, всегда надёжный. Всё это была лишь ширма, маска, за которой притаилась ядовитая змея, и лейтенант её пригрела.
Сколько он успел передать своему руководству? Что опасного он мог узнать? Кого он сумел переманить на свою сторону? Эти вопросы если и беспокоили Земфи, сейчас они уступили место тупой и слепой злости.
Даже не дав своему подчинённому закончить доклад, она вытащила нож из-за пояса и вспорола живот виновнику всего, что обрушилось на остров. Ошарашенные революционеры отпустили свою ношу, отчего Дик, роняя вываливающиеся кишки, рухнул на камни. Он не кричал от боли, у него уже не было сил для этого, но перед тем, как его сердце замерло, на лице псевдо-революционера проступила лёгкая улыбка. Ему не пришлось убивать себя самостоятельно. А, может, на последних секундах своей жизни ему показалось забавным, что убьёт его именно та, в ком он видел меньше всего угрозы. Увы, но рассказать он это уже не сможет. Земфи смотрела на Дика и мысленно корила себя за необдуманное действие. Она только что собственноручно убила ценного языка. Но на душе резко стало намного легче. Лейтенант даже не заметила, как к ней подошла процессия из революционеров, которые вернулись с осмотра города.
Порт уничтожен. Строящиеся дома, которые не успели достаточно укрепить, разрушены.

Мастерские съел огонь, уничтожив большую часть инструментов. Стройматериалы, кроме камня, потеряны. Казна в целости. Революционеры успели проверит и каз… Земфи не успела додумать эту мысль, как, словно спущенная пружина, очертя бросилась к хранилищу, где лежали все деньги, которые должны были пойти на оплату рабочим и дозакупку всего необходимого у торговцев, что периодически сюда приплывают. Деньги были нетронуты. Во всём хранилище лишь одна деталь резко изменилась. Вернее, добавилась. По середине помещения лежал лист бумаги, на котором аккуратным подчерком было выведено короткое послание.

«Надеюсь, деньги вкусные»

Этот ублюдок решил посмеяться над Земфи, над революционерами, что охраняли этот город. Самого факта разрушения ему было мало, он даже не удосужился ограбить их! Следующие действия лейтенанта были весьма ожидаемы, их нужно было сделать, но сейчас она действовала настолько на эмоциях, что даже не запомнила, как вбежала в свой кабинет, как включила Ден-Ден Муши, как передала сообщение в штаб.
Земфи даже не стала утруждать себя какими-то разъяснениями, она лишь передала, задыхаясь от злости, что на Бриндо было совершено нападение пиратов. Описала внешность капитана, внешность каждого члена его команды. Столь дерзкое нападение не должно оставаться безнаказанным. Подобное унижение Революционной армии не должно оставаться безнаказанным. Унижение лейтенанта Земфи обязано быть отомщено. Хестер должен умереть за свои поступки. Лишь прервав сеанс связи, а Земфи не стала дожидаться, когда на той стороне подтвердят принятую информацию, лейтенант задумалась о содержании послания.
– Мысли: Что значит «вкусные»? О чём он?
Девушка вышла на улицу, пытаясь понять смысл записки, и отгоняла от себя самый очевидный ответ. Едва она вышла за порог, как вернулись последние «оценщики». На них не было лица, и, кажется, они спорили, кто доложит о вреде городу.
– Что у вас? Что эти пираты ещё разрушили? – выдавила из себя Земфи.
Один из революционеров выдохнул, набираясь смелости.
– Лейтенант… Пираты сожгли склады с продовольствием. Почти всё сгорело. Осталась лишь малая часть. На всех не хватит даже на пару дней.
Земфи заметила, как все окружающие уши были обращены в сторону столь кошмарных сведений. Как и прежде, вытянутая тень слишком огрубела в чертах, будто ей не принадлежала. Взаимности больше не сыскать. Начало конца. То есть всё с нуля. Даже если запросить продовольствие сейчас, его привезут уже завтра, но сколько еды можно наскрести менее, чем за сутки? Порт был разрушен, и быстро организовать питание будет невозможно, даже если его смогут привезти достаточно оперативно. Экономика острова была подорвана и восстановится нескоро, а значит – на продажу предоставлять просто нечего. Над Бриндо нависла угроза голода, словно лезвие гильотины, которую только что привели в движение. В довесок ко всему, люди стали растворяться в переулках и на улице стало ещё тише. Новость, словно вторая волна пожара, скоро проникнет в каждый, даже самый укромный, уголок острова. У Земфи просто опустились руки, её лицо за секунду прибавило с десяток лет. Это было слишком, даже для неё: гордого лейтенанта-революционера.
– Мысли: Будь ты проклят, ублюдок…

Часы в кабинете мерно тикали, настойчиво оповещая о каждой прошедшей секунде, когда дверь открылась, и в помещение вошёл смазливого вида секретарь, держа в руке папку с бумагами.
– Капитан, у меня срочное сообщение от CP1 Дитериха с Бриндо.
Голос у секретаря был мягким, не предвещавшим о содержании донесения.
– Что у него случилось? Город отстроили слишком быстро?
Мужчина за столом оторвался от своей бумажной работы, которой в последнее время стало как-то слишком много.
– Скорее наоборот. Агент запрашивал срочную эвакуацию, сообщив о нападении пиратов. До этого он сообщал о прибытии на остров некоего – секретарь открыл папку, чтобы свериться – Хестера с командой. После запроса об эвакуации, связь с ним оборвалась.

– Это печальные новости. Полагаю, что Дитериха уже нет среди живых. Есть ли какие-то сведения об этом Хестере?
Капитан достал сигару и, обрубив ножом кончик, закурил.
– Боюсь, что нет, среди наградных листов нет такого имени и в реестре такой пират не числится.
– Значит, у нас на Вест Блю объявился новый нарушитель спокойствия. Хорошо, оставь папку, я ознакомлюсь с ней.
Секретарь аккуратно положил папку на стол и быстро, но без спешки удалился. Капитан смотрел на новую пачку листов, в которой содержались сведения о новой персоне, которая рисковала стать головной болью. Ещё одной персоне.
– Мысли: Хестер, кто же ты такой? Не ты ли учинил тот разгром на Лас Кемп? Хестер… Какое дурацкое имя.

Дел перед отправкой было более, чем достаточно. Оставив Моркара и Мерденмору разбираться с командой, которая, наконец, выпустила из себя всё накопившееся, дабы те занялись полезным делом по подготовке к отплытию, Хестер направился вслед за Хаардом, который тащил Даби в каюту. Разумеется, черноволосый не забыл прихватить с собой аптекаря, который намного лучше знал свои склянки и эффект каждого настоя. Не сказать, чтобы тот сопротивлялся, просто ему нужен был импульс, чтобы развеять дымку, застилавшую его мысли. Когда капитан вошёл в каюту, всё, что до того лежало на столе, покоилось в сущей неразберихе на полу, а на столешнице лежал пироманьяк – всё ещё в отключке. Рядом с ним стоял Хаард, который держал порез на ноге своего хатанг, зажимая рану крепко, но вместе с тем и так по-дедовски, словно священник ногу мальчика из хора. Рана на плече всё ещё кровоточила, но, по всей видимости, она была не столь опасной, как выглядела.
Не укрылось от Алодори и то, что аптекаря словно подменили. Увидев на столе раненого Даби, в его взгляде появилось осознание и собранность. Он тотчас начал рыться в своих флаконах, проверяя этикетки, набирая всё, что могло ему пригодиться. Набрав несколько одинаковых с виду склянок, он принялся раздавать указания, что ему потребуется – от чистой ткани до иголок и нитки. Удивительно, но прежний капитан судна был настоящим коллекционером всякого хлама, а на тряпки без зазрений совести были пущены отрезы дорогой, по виду, крашеной ткани. Операция была готова начаться. Хестер ассистировал аптекарю, который оказался ещё и сведущим хирургом, а Хаард исполнял роль канделябра, держа подсвечник твёрдой рукой, отводя лишь для того, чтобы капли воска на капали на тело Даби.
Спустя каких-то полтора часа Даби, так и не проснувшись, вероятно, спасибо тому зелью, что аптекарь дал ему, лежал с зашитыми бедром, плечом и щекой. Отскочившая скоба не укрылась от взгляда опытного лекаря.
Выйдя вновь на палубу вдохнуть морского воздуха, Хестер был остановлен Люци. Смуглая девушка всё это время стояла в каюте и не привлекала внимания, хотя, скорее отвлекала его. Она всё ещё принимала крайне шаткую позицию в присутствии вожака, не будучи уверенной, как ей вести себя с Алдори. Её просьба была достаточно очевидной, хотя и не совсем ожидаемой. Нужно было забрать её лодку, на которой Этерун доставил девушку на Бриндо. Решив, что небольшой крюк не слишком нарушит дальнейшие планы, которые всё ещё были несколько туманными, капитан приказал доплыть до того места, где находилась лодка. Лишней она точно не будет, в конце концов, шлюпок много не бывает. Проведя несложные работы по подъёму лоханки над уровнем воды и закреплению оной возле борта, Хестер пожалел, что среди его людей нет инженера. Отвязать её быстро вряд ли получится, если сложится такая необходимость, но аккуратно спустить, чтобы доплыть до берега – вполне возможно, учитывая, что на ней был парус и можно меньше налегать на вёсла.
Наконец судно и команда были готовы окончательно распрощаться с Бриндо. В плавании Хестер большую часть времени провёл в общении с аптекарем, который наконец представился как Алан, выслушивая его рассказы о каждом препарате, которые они увезли с Лас Кемп.

Кажется, его не слишком беспокоил тот факт, что его столь бесцеремонно похитили, или он старался не думать об этом. В любом случае, когда он рассказывал о своих лекарствах – он приободрялся, а Алдори был вполне доволен такому положению дел. Ему ещё много предстояло узнать о медицине, а Алан вполне годился, как первый учитель.

Конец.
Переход.

Ревер

[продолжение путешествия (здесь начало https://vk.com/topic-36291248_38735740?post=249626)]

Но днём Ревер не выходил на поиски, оставался там где до него не доберутся. Именно в тех самых зонах, куда никто не ходит. Спокойно пережидал день и выходил ночью. Буквально кошмарил обычный люд на протяжении ночей. В целом прошло наверное дня четыре, прежде чем общая паника не сместилась в порт или к нему как можно ближе. Сам же он отправился в этот самый порт чуть позже, постирал свою одежду в ближайшей реке или пруде. Да и нашел какие-то лохмотья, что бы в них прийти в этот самый порт.
Пока он двигался в сторону порта, он заметил что по дорогам стало больше каких-то людей в коричневых нарядах, они были вооружены и ходили группами. Попадались время от времени, он старался пережидать в укрытии, что бы не пересекаться с ними. Всё-таки он шел днём, потому не хотел привлекать к себе внимания. Но вскоре он смог добраться до так называемого порта. Палаточный лагерь расположился близ стройки порта. Все кто хотел стеклись сюда. Возможно просто на волне общей паники, чем по острой нужде. Но было видно как люди пребывали в страхе. Проходя по этому лагерю, было интересно наблюдать за происходящем. Но Ревер не показывал этого. Лишь где-то пристроился в тёмном углу небольшого навеса между не достроенными домами, решив дождаться вечера. В потоке множество людей, затеряться проще, чем в открытом поле, если ты не мастер скрытности.
М: Эти вооруженные люди могут стать проблемой. С другой стороны… Они вряд ли пойдут на то, что могу сделать я. Хм… Вообще опасную игру я затеял. Как только я начну что-то делать, сюда сбегутся все вооруженные люди. А ночью они будут патрулировать. Но что если начать панику… Хорошая мысль… - прикинув пару своих действий, Ревер задремал.

Пробудился Ревер вечером, достаточно поздно, когда улицы в палаточном лагере и не достроенном порту опустели. Рядом с собой он обнаружил наверное троих людей, которые спали по углам, укутавшись во всякие тряпки или около того. Ревер вылез из этого угла и вышел на улицу. Освещение было тусклое, где-то горели факелы и лишь одиночные люди проходили по дорогам. Это даже были не те вооруженные люди. А просто какие-то зеваки.
М: Самое время начинать. - а что бы начать он передвинулся в самое оживленную часть палаточного лагеря и первый же факел кинул в гущу тканей, где сейчас потенциально кто-то спал. Погода была ясная последние дни, вряд ли эти ткани были мокрые, что бы не загореться. Пламя вспыхнуло в одно мгновение, так еще несколько бросков в разные сосредоточения палаток, крупных и пламя очень быстро стало распространятся. Началась паника. Люди стали выбегать из палаток с криками что начался пожар и надо его тушить. Именно в этой неразберихе Ревер достал свою косу, продолжая пребывать в своих лохмотьях, что бы устроить резню в момент самых ответственных моментов тушения пожара. Буквально резав всех без разбора. Кто ему попадётся под руку, словно защищал этот самый пожар. Даже его кто-то облил водой, но это только сыграло ему на руку, потому что в этих мокрых тряпках он мог пробежать сквозь горящие палатки не обгореть. Огонь и кровища в палаточном лагере, а куда деваться обычным людям было не понятно, они продолжали разбегаться в панике, кто куда или наоборот тушить пожар, как только у них это получалось. Только они встречались в худшем случае с Ревером. В лучшем, отделались бы ожогами. Но безумная жатва продолжалась не долго. Вскоре в это место прибыли вооруженные люди, это было несколько человек, он старались прекрывать лица, потому что пожар только усиливался и уже перебросился на свежие постройки или просто стройку, где была сухая древесина.
=Вон он! Ловите его! - выкрикнул один из вооруженных, завидев Ревера со спины, который косой кому-то отрубил руку в попытке ударить его какой-то дубинкой. На крик Ревер обернулся лишь на половину, резко бросился в охваченную огнем палатку.