Напряжение достигало всё новых высот, когда жар от разгорячённого металла вонзился в оголённую спину. Юханна стерпела эту боль. Это не было чем-то новым и необычным для неё. Но за первой же иглой последовала вторая, за ней, соответственно, ещё одна, и ещё.. и ещё.
Вскоре боль уже была такой, что её невозможно было сдерживать молча. С каждой иглой лицо Юханны становилось всё больше похоже на гримасу человека под пыткой. Мысли начинали путаться, стоны от боли всё чаще срывались с губ девушки, но этой пытке не было видно конца.
И это то, что низкорослый называл лёгкой версией? Что же тогда он пережил, когда в нём пробуждали волю?
Очередная игла проникла сквозь кожу и вонзилась в мышцы спины, обжигая место укола. На этот раз кучерявая издала негромкий вскрик, но пытка и не думала заканчиваться, а воля девушки была достаточно сильна, чтобы выдержать несколько десятков игл, что уже торчали у неё из спины.
Дни превратились в недели, а недели тянулись крайне долго. Удручённое лицо Аппиона стало постоянным спутником Юханны, когда он обрабатывал места уколов в спине лейтенанта. Но нельзя было отступать. Хоть девушка уже с трудом могла следить за временем, а дни и ночи уже перестали для неё существовать, она всё ещё было настроена продолжать попытки пробудить в себе хаки вооружения.
Она не знала, как долго длится эта череда одинаковых дней – бесконечные пытки с перерывом на сон. Разум Чжан уже находился на грани безумия от постоянной боли и постепенно накатывающего отчаяния. Всё чаще в её голове мелькала мысль, что цу Гросс вовсе не хочет пробудить в ней эту чёртову волю, а является просто-напросто садистом; тогда мотивы использования им агрессии медика, чтобы запугать отряд, становились более ясными.
Страх сковывал разум лейтенанта, но она раз за разом ложилась на стол в каюте Аппиона и с подавляемым ужасом ждала, когда в дверях возникнет всё тот же человек, всё так же опустит иглы в кипящую воду и с тем же безразличным видом будет истязать свою ученицу.
Последующий день, очередная пытка. Теперь Юханна уже не так пыталась сдерживать боль. Она отбросила эту идею несколько дней назад. Или неделю? Или недель? Сказать чужеземка не могла. Как и не могла сказать, сколько уже игл торчат из её спины; боль слилась в единый поток бесконечного мучения.
Очередная игла медленно погружалась в кожу и, ведомая рукой зеленоволосого, продолжала углубляться всё дальше, пока, наконец, девушка не ощутила внутри себя что-то новое; желание прекратить. Но это было не тем желанием, которое ощущает человек, моля остановить пытку. Нет, это было что-то более глубокое, дикое. Что-то, что всегда было внутри девушки, но она этого не замечала. Само её тело стало противиться пытке, стремясь найти выход из этой клетки боли.
Ханс-Юрген отшатнулся от девушки, когда она дала этому желанию волю, словно спуская собаку с цепи. Звон металла от десятка ломающихся игл разорвал мерное шипение кипятка и треск углей в жаровне. Несколько холодных осколков упали на израненную кожу, но она не ощущала холода.
Вся спина девушки стремительно покрылась чёрной плёнкой, и там, где она касалась игл – они ломались, не в силах выдержать давление воли девушки, тело которой, наконец, сказало своё решительное «нет».
Компсогнат быстро направился к двери. Кажется, он говорил что-то, но разум был настолько затуманен, что слов девушка не разобрала, начав проваливаться в сон без сновидений.
Когда цу Гросс вонзил очередную иглу, он почувствовал, что что-то изменилось. Игла не входила так легко, как предыдущие. Его глаза округлились, выражая воодушевление, когда хаки девушки наконец пробудилось. Чёрная пелена покрыла её спину, ломая воткнутые иглы.
= Да! Чёрт, что теперь делать с иглами? Это я не продумал. Её воли хватило, чтобы обламывать металл. Её потенциал невероятен… – воодушевление резко сменилось осознанием, что что-то делать с обломками игл всё же что-то нужно. – Аппион…
Зеленоволосый бросился к двери, задержавшись лишь на секунду, чтобы повернуться к девушке.
ONE PIECE RP ·
[Гранд Лайн, 4 путь] Литтл Гарден. 2 остров
= Запомни это чувство. Если не сможешь прибегать к нему самостоятельно, придётся вызывать ещё раз, пока не сможешь. Я приведу Винджа.
Девушка лежала в каюте, оставшись в одиночестве. Пока боль не отступала, но новых очагов не возникало, и она окончательно провалилась в сон, а чёрная пелена втянулась обратно в тело девушки.
Юханна ещё не до конца освоилась со своей новообретённой силой, но была полна энтузиазма: испытывать свои лимиты и отодвигать их дальше. Всё же само уже первое проявление воли было весьма эффектным. А с тех пор она приучилась вызывать хаки без необходимости причинения боли. Она запомнила это ощущение, когда её тело и разум переходят через границу и заставляют сам дух защищать своего хозяина. Атакующий потенциал ещё не был в полной мере освоен, но это лишь давало понять, сколько ещё предстоит изучить, и сколькому научиться.
= Так, Юханна. Ты освоилась с базовым уровнем применения хаки вооружения. Ты научилась призывать её по своей собственной воле. Однако, это ещё не всё. В бою твоя воля пока не применима, ибо в условиях быстро меняющихся обстоятельств у тебя не будет времени концентрироваться и вызывать эту силу. Так что…
Не давая сигнала к началу, цу Гросс одним прыжком разорвал с девушкой дистанцию и метнул в неё две иглы. Обе погрузились в плоть девушки, так как ей не хватило времени, чтобы покрыть эти места своей волей. Боль пробила по телу. Хоть низкорослый и был не самого боевого вида, он прекрасно знал, куда нужно метать свои снаряды, чтобы причинить как можно больше боли, не нанося вреда здоровью цели.
Выдернув иглы, девушка включилась в очередную игру. Сколько их уже возникло между ними за всё время. Кучерявая осознавала, что ей дали эту возможность, и что больше поблажек не будет. Начало схватки ускользнуло из внимания других членов революционной армии, и когда они стали свидетелями происходящего – это для них представлялось обычной тренировкой. В конце концов, в последнее время, эта парочка только и занималась тем, что развивали в Юханне волю вооружения.
Девушка решила использовать все свои силы. Она хотела как испытать свои новые навыки в столь дикой нагрузке, и к тому же она не хотела давать компсогнату поблажки. В частности, за все издевательства с втыканием иголок в спину.
Тренировка шла полным ходом. Пока Юханна пыталась подловить зеленовласого, тот безошибочно предугадывал моменты её остановок для броска бумеранга и отправлял в неё всё новые и новые иглы. Пытаясь применять хаки, она раз за разом не успевала покрыть все опасные участки волей, дабы защититься от снарядов, тогда как Ханс делал это более, чем успешно.
= Не пытайся покрыть себя всю. Это тратит слишком много времени и сил. Для нас, маленьких, этот подход не годится. – Наставлял ментор свою ученицу, но даже не думал останавливать схватку, посылая в чужеземку очередную порцию игл. – Оставь это на амбалов и дуболомов. Наш подход тоньше и аккуратней. Нет разницы, покроешь ты себя всю с головы до пят, или тонкую полосу, когда ты хочешь сдержать клинок. Нет разницы, покроешь ты всю руку, или лишь небольшое пятно. Воля защитит тебя в обоих случаях.
Но лейтенант не стала поначалу прислушиваться. Боль от полученных ран медленно застилала глаза красноватой дымкой; ей хотелось поквитаться за само начало этой тренировки, не говоря уже о том, чтобы расплатиться за уже полученные раны. Но, как известно, вода камень точит, и девушка всё же попробовала (скорее интуитивно, чем осознанно).
Увидев, как цу Гросс пускает очередную иглу, Юханна, благодаря и без того быстрой реакции, усиленной адреналином в крови, смогла определить, куда она ориентировочно полетит. Нарастив там небольшое пятно хаки, впервые за сегодня, она всё воплотила силу в реальность: игла отскочила, сопровождая это тихим металлическим звоном.
Успех. Первое успешное применение хаки с начала обучения. В свете солнца блеснула ещё один металлический стержень, но Чжан слишком увлеклась первым успехом и не успела даже активировать волю, за что и поплатилась жгучим ощущением холодной стали в своём теле.
Девушка лежала в каюте, оставшись в одиночестве. Пока боль не отступала, но новых очагов не возникало, и она окончательно провалилась в сон, а чёрная пелена втянулась обратно в тело девушки.
Юханна ещё не до конца освоилась со своей новообретённой силой, но была полна энтузиазма: испытывать свои лимиты и отодвигать их дальше. Всё же само уже первое проявление воли было весьма эффектным. А с тех пор она приучилась вызывать хаки без необходимости причинения боли. Она запомнила это ощущение, когда её тело и разум переходят через границу и заставляют сам дух защищать своего хозяина. Атакующий потенциал ещё не был в полной мере освоен, но это лишь давало понять, сколько ещё предстоит изучить, и сколькому научиться.
= Так, Юханна. Ты освоилась с базовым уровнем применения хаки вооружения. Ты научилась призывать её по своей собственной воле. Однако, это ещё не всё. В бою твоя воля пока не применима, ибо в условиях быстро меняющихся обстоятельств у тебя не будет времени концентрироваться и вызывать эту силу. Так что…
Не давая сигнала к началу, цу Гросс одним прыжком разорвал с девушкой дистанцию и метнул в неё две иглы. Обе погрузились в плоть девушки, так как ей не хватило времени, чтобы покрыть эти места своей волей. Боль пробила по телу. Хоть низкорослый и был не самого боевого вида, он прекрасно знал, куда нужно метать свои снаряды, чтобы причинить как можно больше боли, не нанося вреда здоровью цели.
Выдернув иглы, девушка включилась в очередную игру. Сколько их уже возникло между ними за всё время. Кучерявая осознавала, что ей дали эту возможность, и что больше поблажек не будет. Начало схватки ускользнуло из внимания других членов революционной армии, и когда они стали свидетелями происходящего – это для них представлялось обычной тренировкой. В конце концов, в последнее время, эта парочка только и занималась тем, что развивали в Юханне волю вооружения.
Девушка решила использовать все свои силы. Она хотела как испытать свои новые навыки в столь дикой нагрузке, и к тому же она не хотела давать компсогнату поблажки. В частности, за все издевательства с втыканием иголок в спину.
Тренировка шла полным ходом. Пока Юханна пыталась подловить зеленовласого, тот безошибочно предугадывал моменты её остановок для броска бумеранга и отправлял в неё всё новые и новые иглы. Пытаясь применять хаки, она раз за разом не успевала покрыть все опасные участки волей, дабы защититься от снарядов, тогда как Ханс делал это более, чем успешно.
= Не пытайся покрыть себя всю. Это тратит слишком много времени и сил. Для нас, маленьких, этот подход не годится. – Наставлял ментор свою ученицу, но даже не думал останавливать схватку, посылая в чужеземку очередную порцию игл. – Оставь это на амбалов и дуболомов. Наш подход тоньше и аккуратней. Нет разницы, покроешь ты себя всю с головы до пят, или тонкую полосу, когда ты хочешь сдержать клинок. Нет разницы, покроешь ты всю руку, или лишь небольшое пятно. Воля защитит тебя в обоих случаях.
Но лейтенант не стала поначалу прислушиваться. Боль от полученных ран медленно застилала глаза красноватой дымкой; ей хотелось поквитаться за само начало этой тренировки, не говоря уже о том, чтобы расплатиться за уже полученные раны. Но, как известно, вода камень точит, и девушка всё же попробовала (скорее интуитивно, чем осознанно).
Увидев, как цу Гросс пускает очередную иглу, Юханна, благодаря и без того быстрой реакции, усиленной адреналином в крови, смогла определить, куда она ориентировочно полетит. Нарастив там небольшое пятно хаки, впервые за сегодня, она всё воплотила силу в реальность: игла отскочила, сопровождая это тихим металлическим звоном.
Успех. Первое успешное применение хаки с начала обучения. В свете солнца блеснула ещё один металлический стержень, но Чжан слишком увлеклась первым успехом и не успела даже активировать волю, за что и поплатилась жгучим ощущением холодной стали в своём теле.
Освободившись от назойливой железки, разум чужеземки стал лихорадочно искать выход. Нельзя концентрироваться на одной точке, только не сейчас.
= Слишком медленно! Ты должна пробуждать свою волю быстрее, настоящий враг не даст тебе шанса на передышку!
Но быстрее не выходило. Если она и умудрялась отбить одну-две иглы, третья неуклонно находила свою цель. Сотни мыслей проносились в разуме, словно болиды по магистрали, но не одна не отвечала на заветный вопрос, а лишь добавляла новых. Уходя в размышления всё дальше, девушка стала замедляться, на что сказывались и множественные ранки в её теле: из них не текла кровь, но при движении они отзывались болью, разгоняя адреналин в крови, словно турбонаддув.
Ещё один проблеск металла в лучах солнца, ещё один металлический звон и ещё одна рана от собрата первой иглы. Время утекало; скоро от боли уже будет сложно рационально мыслить. А может этого и не стоит как раз делать.
Девушка вспоминала все предыдущие наставления, хотя разум самостоятельно тянулся к тому, что нет разницы, покрыта ты вся, или покрываешь лишь полосу по движению клинка противника. Но что, если нет смысла блокировать отдельную иглу.. Контроль над волей был ещё не таким естественным для девушки, как того бы хотелось. Нужно покрыть максимальную площадь при минимальных усилиях.
Чжан остановилась. Если её идея сработает, то ей больше не нужно уклоняться. Если нет – то тренировка даст не самый приятный, но всё же опыт, пищу для размышлений и стимул для тренировки. По телу девушки стали пробегать тонкие нити чёрного цвета, покрывая всё новые и новые участки тела, формируя затейливый, не ровный, словно нарисованный безумцем, узор. Девушка почти мгновенно покрыла себя им с головы до пят. Пришла пора проверить, верна ли была идея.
= Как интересно, хочешь покрыть все потенциальные места попаданий? Как бы ни так! – Три иглы. Три иглы сейчас летят в тело девушки. Она ясно видит, куда они попадут, нужно лишь направить волю в эти места. И воля подчинилась, растекаясь, словно чернильное пятно, в нужных местах, набирая силу из самого узора. Теперь волю не нужно было вызывать с нуля, она уже была готова, лишь расширить её там, где нужно, словно пекарь, раскатывающий тесто.
Все три иглы прозвенели, столкнувшись с непредвиденным препятствием и упали на палубу. Сработало.
= Как интересно. Теперь я понимаю твою идею. Чем вызывать хаки как можно быстрее, ты заготовила её везде, где могла, и просто растягиваешь туда, где это необходимо. Умно. На сегодня мы закончили, тебе нужно отдохнуть, не то с ног свалишься.
Что было дальше – словно в тумане. Когда адреналин отступил, боль звучала, словно в каждой клетке Юханны. Что она явственно помнила, так это удручённое лицо Аппиона, который корпел над её неопасными, но множественными ранами. А любая рана в здешних местах – потенциальный смертный приговор.
Подобные тренировки проходили ещё несколько раз с интервалом в пару дней. Каждый раз внезапно; но неуклонно с улучшающимся результатом. В последний раз чужеземка не получила ни одной раны от брошенных игл.
= Хорошо. – Юрген принял расслабленную позу, демонстрируя, что тренировка окончена. – Ты освоила хаки вооружения. Пусть и лишь защитную её часть, но защита – лучшее нападение. Освоив наступательный потенциал, ты можешь умереть в первом бою, так и не освоив оборону. Освоив оборону – у тебя будет достаточно времени в бою, чтобы выжить и тренировать нападение. На этом наши занятия заканчиваются. Ты доказала, что я не ошибся в увиденном в тебе потенциале. Я рад, что тренировал тебя и передал свои знания будущему поколению. А теперь. – Лицо зеленоволосого стало суровым и сосредоточенным, словно мраморное изваяние. – Покажи мне свою грудь.
Бумеранг со свистом рассёк воздух и ударился о лоб компсогната, который такого жестокого к себе обращения не ожидал. Юханна уже отпустила хаки и бросила чакрам с той силой и ровно настолько, чтобы в голове цели отпечатался её ответ и не сходил оттуда ещё какое-то время.
= Слишком медленно! Ты должна пробуждать свою волю быстрее, настоящий враг не даст тебе шанса на передышку!
Но быстрее не выходило. Если она и умудрялась отбить одну-две иглы, третья неуклонно находила свою цель. Сотни мыслей проносились в разуме, словно болиды по магистрали, но не одна не отвечала на заветный вопрос, а лишь добавляла новых. Уходя в размышления всё дальше, девушка стала замедляться, на что сказывались и множественные ранки в её теле: из них не текла кровь, но при движении они отзывались болью, разгоняя адреналин в крови, словно турбонаддув.
Ещё один проблеск металла в лучах солнца, ещё один металлический звон и ещё одна рана от собрата первой иглы. Время утекало; скоро от боли уже будет сложно рационально мыслить. А может этого и не стоит как раз делать.
Девушка вспоминала все предыдущие наставления, хотя разум самостоятельно тянулся к тому, что нет разницы, покрыта ты вся, или покрываешь лишь полосу по движению клинка противника. Но что, если нет смысла блокировать отдельную иглу.. Контроль над волей был ещё не таким естественным для девушки, как того бы хотелось. Нужно покрыть максимальную площадь при минимальных усилиях.
Чжан остановилась. Если её идея сработает, то ей больше не нужно уклоняться. Если нет – то тренировка даст не самый приятный, но всё же опыт, пищу для размышлений и стимул для тренировки. По телу девушки стали пробегать тонкие нити чёрного цвета, покрывая всё новые и новые участки тела, формируя затейливый, не ровный, словно нарисованный безумцем, узор. Девушка почти мгновенно покрыла себя им с головы до пят. Пришла пора проверить, верна ли была идея.
= Как интересно, хочешь покрыть все потенциальные места попаданий? Как бы ни так! – Три иглы. Три иглы сейчас летят в тело девушки. Она ясно видит, куда они попадут, нужно лишь направить волю в эти места. И воля подчинилась, растекаясь, словно чернильное пятно, в нужных местах, набирая силу из самого узора. Теперь волю не нужно было вызывать с нуля, она уже была готова, лишь расширить её там, где нужно, словно пекарь, раскатывающий тесто.
Все три иглы прозвенели, столкнувшись с непредвиденным препятствием и упали на палубу. Сработало.
= Как интересно. Теперь я понимаю твою идею. Чем вызывать хаки как можно быстрее, ты заготовила её везде, где могла, и просто растягиваешь туда, где это необходимо. Умно. На сегодня мы закончили, тебе нужно отдохнуть, не то с ног свалишься.
Что было дальше – словно в тумане. Когда адреналин отступил, боль звучала, словно в каждой клетке Юханны. Что она явственно помнила, так это удручённое лицо Аппиона, который корпел над её неопасными, но множественными ранами. А любая рана в здешних местах – потенциальный смертный приговор.
Подобные тренировки проходили ещё несколько раз с интервалом в пару дней. Каждый раз внезапно; но неуклонно с улучшающимся результатом. В последний раз чужеземка не получила ни одной раны от брошенных игл.
= Хорошо. – Юрген принял расслабленную позу, демонстрируя, что тренировка окончена. – Ты освоила хаки вооружения. Пусть и лишь защитную её часть, но защита – лучшее нападение. Освоив наступательный потенциал, ты можешь умереть в первом бою, так и не освоив оборону. Освоив оборону – у тебя будет достаточно времени в бою, чтобы выжить и тренировать нападение. На этом наши занятия заканчиваются. Ты доказала, что я не ошибся в увиденном в тебе потенциале. Я рад, что тренировал тебя и передал свои знания будущему поколению. А теперь. – Лицо зеленоволосого стало суровым и сосредоточенным, словно мраморное изваяние. – Покажи мне свою грудь.
Бумеранг со свистом рассёк воздух и ударился о лоб компсогната, который такого жестокого к себе обращения не ожидал. Юханна уже отпустила хаки и бросила чакрам с той силой и ровно настолько, чтобы в голове цели отпечатался её ответ и не сходил оттуда ещё какое-то время.
= Ай, больно же! – Потирал место ушиба наставник. – Ладно-ладно, я понял, что ты не хочешь порадовать меня даже напоследок. Какие же вы бессердечные. Ничем не хотите делиться, даже мясо, и то выторговывать пришлось.
Но всё же революционеры распрощались с цу Гроссом на хорошей ноте, пожав друг другу руки. А в головах отряда революционной армии даже осталась надежда, что больше они этого персонажа никогда не увидят в своей жизни.
\ конец – 9999 слов \
Но всё же революционеры распрощались с цу Гроссом на хорошей ноте, пожав друг другу руки. А в головах отряда революционной армии даже осталась надежда, что больше они этого персонажа никогда не увидят в своей жизни.
\ конец – 9999 слов \
Дополнительный квест. Задание N1
Неизвестно, насколько человек силён, пока он не будет вынужден проявить эту скрытую силу. Его способность к выживанию и обновление – это превосходно.
В столь диких условиях жизнь была не сахар. Разумеется, долго хранящиеся припасы было решено оставить нетронутыми, кроме совсем уж крайних случаев. Добывать пропитание фуражом было относительно несложно: жизнь на острове била ключом, хоть и пищевая цепь представляла скорее окружность, и добыча еды охотой была сопряжена с большими рисками. Дичь тоже была неглупой, и вскоре у корабля было сложно найти что-то, что могло передвигаться самостоятельно. С каждым днём для добывания пропитания приходилось заходить всё глубже и глубже в дикую среду острова.
– – Проклятые пернатые рептилии! Скоро придётся доходить до вулкана, а то и дальше. – Гиал тащил на своём горбу увесистую отрубленную ногу динозавра, из которой всё ещё сочилась неровными струями кровь, обезображивая футболку и шорты. Путь ему предстоял долгий, и насколько к тому времени окажется отстирываемой одежда – очень грустно думать. Казалось, ещё несколько месяцев, и экс-аристократу придётся ходить в одних доспеха, чтобы окончательно не опозорить свою низменную мужественность из-за отсутствия сменных комплектов,
Юханна шла относительно налегке. Большой вес ей был противопоказан, кроме её собственной небольшой массы. Кучерявая не полностью восстановилась после обретения хаки, и при всём этом старательно игнорировала рекомендации Аппиона о покое; хватало уже его дурнопахнущих отваров из местных трав, которые, как он утверждал, должны ускорить выздоровление. Нет спору, она уже осознала, что под действием воли её физическая сила резко возрастала, но командир отряда революционного движения берегла силы на случай непредвиденных обстоятельств.
Солнце неуклонно стремилось к закату. Под «мелодичные» и динамичные ругательства мечника пара революционеров вернулась в лагерь, и день уже окончательно клонился к завершению. Но еда была нужна в любом случае. Пока команда разбиралась с ужином, Юханна отправилась в каюту, где принялась сверлить взглядом неоконченный макет острова. Бумеранг чувствовала, что должна как-то облегчить ситуацию. В связи с вынужденной мерой они уже находятся долгое время на острове, но всё ещё отходили от корабля едва ли не вслепую, хоть и опирались на некоторые ориентиры природного (и не очень) происхождения. Несколько раз они уже умудрялись заблудиться и лишь чудом, или ценой долгих блужданий, всё же находили знакомые ориентиры.
Это никуда не годилось. Конечно, команда выдержит это испытание; они стойко и умело переносили все тяготы. Но что произойдёт, если на остров попадут менее подготовленные революционеры. Они могут оказаться не столь упорными в деле выживания. Из этого следовало, что необходимо сделать нечто, что могло бы превратить остров из смертельной ловушки для недостаточно стойких просто в не самое приятное место на земле.
Мысль молнией сверкнула в голове лейтенанта. Если одной из главных проблем является сложность ориентирования – то её не так уж сложно решить. Нужно лишь приложить определённые усилия и составить карту острова, или даже две. Если одну оставить здесь, а вторую отправить в штаб, где её размножат, то последующие революционеры, проходящие этим путём, будут чуть более подготовлены, чем они. Казалось, макет даже слегка покачнулся, соглашаясь с не озвученной мыслью. Сегодня за ужином нужно будет озвучить идею.
Разумеется, реакция команды не стала для чужеземки неожиданностью, так как в какой «исторический» промежуток у них проходило хоть что-то гладко. Гиал и Аппион были категорически против. Первый считал это, в большей степени, пустой тратой времени, а второй утверждал, что лейтенанту пока ещё рано браться за столь трудоёмкий процесс, ведь тело девушки может отказать в любой момент. Есфирь переживала за подругу, но понимала, что отговорить её не удастся.
Неизвестно, насколько человек силён, пока он не будет вынужден проявить эту скрытую силу. Его способность к выживанию и обновление – это превосходно.
В столь диких условиях жизнь была не сахар. Разумеется, долго хранящиеся припасы было решено оставить нетронутыми, кроме совсем уж крайних случаев. Добывать пропитание фуражом было относительно несложно: жизнь на острове била ключом, хоть и пищевая цепь представляла скорее окружность, и добыча еды охотой была сопряжена с большими рисками. Дичь тоже была неглупой, и вскоре у корабля было сложно найти что-то, что могло передвигаться самостоятельно. С каждым днём для добывания пропитания приходилось заходить всё глубже и глубже в дикую среду острова.
– – Проклятые пернатые рептилии! Скоро придётся доходить до вулкана, а то и дальше. – Гиал тащил на своём горбу увесистую отрубленную ногу динозавра, из которой всё ещё сочилась неровными струями кровь, обезображивая футболку и шорты. Путь ему предстоял долгий, и насколько к тому времени окажется отстирываемой одежда – очень грустно думать. Казалось, ещё несколько месяцев, и экс-аристократу придётся ходить в одних доспеха, чтобы окончательно не опозорить свою низменную мужественность из-за отсутствия сменных комплектов,
Юханна шла относительно налегке. Большой вес ей был противопоказан, кроме её собственной небольшой массы. Кучерявая не полностью восстановилась после обретения хаки, и при всём этом старательно игнорировала рекомендации Аппиона о покое; хватало уже его дурнопахнущих отваров из местных трав, которые, как он утверждал, должны ускорить выздоровление. Нет спору, она уже осознала, что под действием воли её физическая сила резко возрастала, но командир отряда революционного движения берегла силы на случай непредвиденных обстоятельств.
Солнце неуклонно стремилось к закату. Под «мелодичные» и динамичные ругательства мечника пара революционеров вернулась в лагерь, и день уже окончательно клонился к завершению. Но еда была нужна в любом случае. Пока команда разбиралась с ужином, Юханна отправилась в каюту, где принялась сверлить взглядом неоконченный макет острова. Бумеранг чувствовала, что должна как-то облегчить ситуацию. В связи с вынужденной мерой они уже находятся долгое время на острове, но всё ещё отходили от корабля едва ли не вслепую, хоть и опирались на некоторые ориентиры природного (и не очень) происхождения. Несколько раз они уже умудрялись заблудиться и лишь чудом, или ценой долгих блужданий, всё же находили знакомые ориентиры.
Это никуда не годилось. Конечно, команда выдержит это испытание; они стойко и умело переносили все тяготы. Но что произойдёт, если на остров попадут менее подготовленные революционеры. Они могут оказаться не столь упорными в деле выживания. Из этого следовало, что необходимо сделать нечто, что могло бы превратить остров из смертельной ловушки для недостаточно стойких просто в не самое приятное место на земле.
Мысль молнией сверкнула в голове лейтенанта. Если одной из главных проблем является сложность ориентирования – то её не так уж сложно решить. Нужно лишь приложить определённые усилия и составить карту острова, или даже две. Если одну оставить здесь, а вторую отправить в штаб, где её размножат, то последующие революционеры, проходящие этим путём, будут чуть более подготовлены, чем они. Казалось, макет даже слегка покачнулся, соглашаясь с не озвученной мыслью. Сегодня за ужином нужно будет озвучить идею.
Разумеется, реакция команды не стала для чужеземки неожиданностью, так как в какой «исторический» промежуток у них проходило хоть что-то гладко. Гиал и Аппион были категорически против. Первый считал это, в большей степени, пустой тратой времени, а второй утверждал, что лейтенанту пока ещё рано браться за столь трудоёмкий процесс, ведь тело девушки может отказать в любой момент. Есфирь переживала за подругу, но понимала, что отговорить её не удастся.
Крачка понимал ценность карты в нынешних обстоятельствах, но при складывающихся обстоятельствах и с учётом, что штаб революционной армии (или какие-то конкретные личности) не поднапряглись, чтобы хоть каким-нибудь образом облегчить жизнь сотоварищам, не был в восторге, ведь именно им достанется вся работа по написанию этой самой карты. Единственная, кто воспринял мысль с энтузиазмом, была Алья. Её белая кожа категорически отказывалась загорать и страдала от вездесущего и нещадного солнца, так что сменить обстановку на тень островного леса её вполне устраивала. Особенно, если для того проявлялся важный повод.
С присущей Чжан энергетикой, за работу она принялась следующим же утром. Первый этап был сравнительно простым. Территория близ корабля была уже хорошо изучена, так что этот участок появился на карте уже к исходу первого дня. На следующий день девушки отходили дальше от начальной точки. Благодаря хорошо развитому глазомеру, лейтенанту не было нужды использовать специальные инструменты; карта получалась достаточно точной и без того. На специальной бумаге появился ещё сравнительно крупный кусок острова, когда девушки собрались обратно. На третий день Алья начала подозревать, что её идея со спасительной тенью оказалась сильно омрачена концентрированностью лейтенанта на своей задаче. Так как поговорить, кроме Юханны, ей было не с кем, для наёмницы дни стали протекать до боли в дёснах однообразно, так как окружающие островные красоты начинали постепенно превращаться в единую мешанину из зелёных растений с вкраплениями контрастных цветов или животных, которые убегали, едва завидев чужеземных исследователей.
К концу первой недели на карте уже можно было ориентироваться по территории вплоть до вулкана. Юханна старательно обозначала перепады рельефа, особенности местности, которые могут помочь в ориентировании на местности, а также возможные участки опасных мест, если попадались следы крупных и когтистых лап. Но всё равно с каждым днём работа шла всё медленней, так как увеличивались расстояния до новых мест, а путь обратно короче также не становился. Из этого и вытекало, что заканчивать работу приходилось раньше. Но лейтенанта воодушевляло, что хоть и не слишком быстро, но terra incognita сокращалась.
К концу второй недели на карте уже можно было опознать сам остров: почти вся береговая линия уже была обозначена со всеми удобными бухтами, где можно оставить судно на рейде. Мысль о том, чтобы переместить в одну из них фрегат, опротестовал Крачка, так как карта – это хорошо, но его бы больше интересовала лоция со всеми мелководьями, а плыть в слепую – было бы лишь потерей времени и сил. И если первого ещё было вагон, второе – заканчивалось, и тратить его попусту было бы лишним риском. Алья же тем временем пыталась уговорить Есфирь поменяться с ней местами, так как Юханна за работой не ощущала боли в ногах от каждодневных переходов, а вот наёмница таким похвастаться не могла. Но мастерица была непреклонна: ей и на корабле было чем заняться, и времени на растрату у неё не было.
Делать было нечего: и с новым днём, начало которого обозначил очередной взрыв в жерле вулкана и несколько выпрыгнувших из него кусков породы, девушки отправились наносить на карту новый участок суши. Периодически Юханна всё же оставляла в безопасном, по своему мнению, секторе бывшую наёмницу, предавая темпу рокушики и значительно быстрее проводя патруль территории прежде, чем по ней разгуливать куда более спокойным шагом.
Не успела закончиться третья неделя, а лейтенант заканчивала наносить на карту территорию вокруг вулкана и за ним. Дальше идти было бы опасно: там всё также сражались два великана, и подходить к ним, как и прежде, лучше не следовало. То подтвердил один из случаев, когда молодые персоны рассчитывали всё же пересечь черту. Но стоило им выйти на пару километров глубже, чем следовало бы, как девушки сразу окунулись в атмосферу довольно напряжённую. Отовсюду доносились странного рода звуки дикой природы, и складывалось ощущение, что любой из последующих шаг может привести к пробуждению неведомого зла.
С присущей Чжан энергетикой, за работу она принялась следующим же утром. Первый этап был сравнительно простым. Территория близ корабля была уже хорошо изучена, так что этот участок появился на карте уже к исходу первого дня. На следующий день девушки отходили дальше от начальной точки. Благодаря хорошо развитому глазомеру, лейтенанту не было нужды использовать специальные инструменты; карта получалась достаточно точной и без того. На специальной бумаге появился ещё сравнительно крупный кусок острова, когда девушки собрались обратно. На третий день Алья начала подозревать, что её идея со спасительной тенью оказалась сильно омрачена концентрированностью лейтенанта на своей задаче. Так как поговорить, кроме Юханны, ей было не с кем, для наёмницы дни стали протекать до боли в дёснах однообразно, так как окружающие островные красоты начинали постепенно превращаться в единую мешанину из зелёных растений с вкраплениями контрастных цветов или животных, которые убегали, едва завидев чужеземных исследователей.
К концу первой недели на карте уже можно было ориентироваться по территории вплоть до вулкана. Юханна старательно обозначала перепады рельефа, особенности местности, которые могут помочь в ориентировании на местности, а также возможные участки опасных мест, если попадались следы крупных и когтистых лап. Но всё равно с каждым днём работа шла всё медленней, так как увеличивались расстояния до новых мест, а путь обратно короче также не становился. Из этого и вытекало, что заканчивать работу приходилось раньше. Но лейтенанта воодушевляло, что хоть и не слишком быстро, но terra incognita сокращалась.
К концу второй недели на карте уже можно было опознать сам остров: почти вся береговая линия уже была обозначена со всеми удобными бухтами, где можно оставить судно на рейде. Мысль о том, чтобы переместить в одну из них фрегат, опротестовал Крачка, так как карта – это хорошо, но его бы больше интересовала лоция со всеми мелководьями, а плыть в слепую – было бы лишь потерей времени и сил. И если первого ещё было вагон, второе – заканчивалось, и тратить его попусту было бы лишним риском. Алья же тем временем пыталась уговорить Есфирь поменяться с ней местами, так как Юханна за работой не ощущала боли в ногах от каждодневных переходов, а вот наёмница таким похвастаться не могла. Но мастерица была непреклонна: ей и на корабле было чем заняться, и времени на растрату у неё не было.
Делать было нечего: и с новым днём, начало которого обозначил очередной взрыв в жерле вулкана и несколько выпрыгнувших из него кусков породы, девушки отправились наносить на карту новый участок суши. Периодически Юханна всё же оставляла в безопасном, по своему мнению, секторе бывшую наёмницу, предавая темпу рокушики и значительно быстрее проводя патруль территории прежде, чем по ней разгуливать куда более спокойным шагом.
Не успела закончиться третья неделя, а лейтенант заканчивала наносить на карту территорию вокруг вулкана и за ним. Дальше идти было бы опасно: там всё также сражались два великана, и подходить к ним, как и прежде, лучше не следовало. То подтвердил один из случаев, когда молодые персоны рассчитывали всё же пересечь черту. Но стоило им выйти на пару километров глубже, чем следовало бы, как девушки сразу окунулись в атмосферу довольно напряжённую. Отовсюду доносились странного рода звуки дикой природы, и складывалось ощущение, что любой из последующих шаг может привести к пробуждению неведомого зла.
Не исключено, что впечатления в большей степени принадлежали именно белокожей девице, что раз в несколько минут пыталась отговорить лейтенанта от продолжения их исследовательской работы. Недовольная и без того своим подключением к этому роду деятельности, она не хотела подвергать свою шкуру излишней опасности, насколько бы уже не успела зауважать стремления и уверенность командира. И насколько же Шип была довольна ситуацией, в которую они окунулись: деревья стало кренить, будто под необъятными габаритами наседающей птицы; тень заволокла всё пространство вокруг них так, что не было видно дальше десятка метров; земля начала периодически содрогаться и даже потрескивать, как то делает человек костяшками при излишней нервозности. Это вынудило Бумеранга сделать внеплановую остановку, попытаться активировать хаки на всякий промежный случай и всё же отвлечь своё внимание, чтобы сконцентрироваться и определить степень угрозы. Мгновение, и из-за кустов вынырнуло необычное существо, что на задних лапах стремглав понеслось с той стороны, куда держали путь девушки. Юханна выхватила револьвер из кобуры, в мгновение ока, практически не целясь, отнимая жизнь живого существа; вероятнее всего, она бы так бездумно не поступала, будь на месте бывшей наёмницы Гиал, или если бы она проходила эту тернистую дорогу одна. Но когда на кону стояла жизнь беловласой, медлить в своей решимости не следовало, так как лишняя секунда, если бы пришлось таки пускать в ход огнестрел на полном серьёзе при наличии более значимой угрозы, могла бы сыграть злую шутку, обернув ситуацию в свою пользу. Не теряя того же времени, лейтенант распорядилась отступать обратно кораблю, тем самым окончив их «рабочий» день. В последствие, революционерша и вовсе решила, что так близко подбираться к той зоне им не следует.
Отсюда и вышло, что дальнейшие очертания были обозначены схематично, а вместо выдуманного географического названия на данном участке карты было написано «Hic pugnare gigantes». Это была идея не столько лейтенанта, сколько Крачки. Он уже не раз видел недописанные карты, на которых нередко наносились подобные обозначения, предупреждавшие чтеца об опасности, которая может поджидать на территории, даже если её там не было. Всё же драконы распространены не так широко, сколько карты предупреждают об их наличии на тех или иных участках местности.
Дальнейшее дело было за малым. Алья спряталась в своей каюте, а Юханна переносила карту на другой лист бумаги, старательно делая копию, идентичную оригиналу. На это ушло ещё несколько дней; перерывы на разминки всё же замедляли работу, но были необходимы для затекающих от долгого сидения ног. По итогу похожие обе карты, как близнецы: вроде и одинаковые, но не до конца идентичные, лежали на столе перед Бумерангом. На чертежи были старательно нанесены места скопления динозавров, крупные гнездовья, ориентиры, которые могли быть видны издалека, опасные участки и места с источниками пресной воды. Обозначения топких мест, звериных троп и густых буреломов также вряд ли окажутся лишними, и лишь один клочок земли резко выделялся схематичностью, куда лейтенант идти не решилась.
Теперь нужно было решить, где оставить карту на острове и дождаться посыльную птицу из штаба, дабы передать оригинал им.
( – конец\ 1617 слов)
Отсюда и вышло, что дальнейшие очертания были обозначены схематично, а вместо выдуманного географического названия на данном участке карты было написано «Hic pugnare gigantes». Это была идея не столько лейтенанта, сколько Крачки. Он уже не раз видел недописанные карты, на которых нередко наносились подобные обозначения, предупреждавшие чтеца об опасности, которая может поджидать на территории, даже если её там не было. Всё же драконы распространены не так широко, сколько карты предупреждают об их наличии на тех или иных участках местности.
Дальнейшее дело было за малым. Алья спряталась в своей каюте, а Юханна переносила карту на другой лист бумаги, старательно делая копию, идентичную оригиналу. На это ушло ещё несколько дней; перерывы на разминки всё же замедляли работу, но были необходимы для затекающих от долгого сидения ног. По итогу похожие обе карты, как близнецы: вроде и одинаковые, но не до конца идентичные, лежали на столе перед Бумерангом. На чертежи были старательно нанесены места скопления динозавров, крупные гнездовья, ориентиры, которые могли быть видны издалека, опасные участки и места с источниками пресной воды. Обозначения топких мест, звериных троп и густых буреломов также вряд ли окажутся лишними, и лишь один клочок земли резко выделялся схематичностью, куда лейтенант идти не решилась.
Теперь нужно было решить, где оставить карту на острове и дождаться посыльную птицу из штаба, дабы передать оригинал им.
( – конец\ 1617 слов)
Дополнительный квест. Задание N2
Благодаря карте, написанной Юханной, быт на острове стал значительно легче. Теперь начали быть понятнее маршруты переходов местной фауны; ориентиры окончательно сложились в сеть, которая не даст заблудиться даже в самом густом буреломе. Жизнь постепенно налаживалась, но воспалённый разум лейтенанта не уставал находить себе всё новые и новые занятия.
Да, карта является очень хорошим подспорьем в деле выживания, но что будет в случае, если революционеры окажутся на острове не просто без должной подготовки, но потерпят бедствие и окажутся без средств к существованию, даже на первое время. Хотя большая часть невзгод и обходила команду стороной, но нельзя исключать, что паранойя Аппиона по поводу лихорадки и прочих тропических прелестей – не такая уж и случайность.
Необходимо было подготовить систему из тайников, в которых прибывшие революционеры могли бы найти всё необходимое для выживания на короткий срок. Разумеется, когда возможно будет восстановить связь со штабом, Юханна выскажет это предложения, а пока что можно было бы и заняться им вплотную. На очередном ужине лейтенант устроила своей команде мозговой штурм; стоит ли говорить, что команда была несколько шокирована темой обсуждения. В конце концов, они и сами находились на той шаткой границе, когда если всё станет немного хуже, то будет уже плохо. Жизнь на острове не давала расслабляться ни на секунду, а в глубине зарослей и того меньше. Чего только стоили вездесущие мегеры, так и норовившие стащить еду. Эти стрекозы переростки хоть и не были серьёзной угрозой, знатно трепали всем нервы. По итогу штурм по созданию и наполнению тайников состоялся, и результаты его были не самыми приятными для воодушевлённого лейтенанта.
Всеобщим мнением было согласовано, что от большого количества мелких схронов отказались в пользу одного, но ценного и хорошо спрятанного, как от разумной живности, так и не очень. Гиал смог убедить лейтенанта, что для пяти человек он сильно сомневался в способностях Крачки обращаться с лопатой, а создавать несколько тайников – слишком тяжёлая задача, но вот один, сжав зубы покрепче – вполне реальная. По заготовке: Юханна настояла на том, что провизия и вода там должны быть в любом случае. Из этого следует, что нужно было подготовить мясо к хранению на неопределённый срок. Аппион понимал, что переубедить лейтенанта смогут только на том свете, раз уж она всё для себя уже решила, и предложил также создать запас лекарств от местных болезней. Слишком большой ассортимент не обещался, но чем обеззаразить рану и ослабить хватку тропической лихорадки – это было несложно. Трудоёмко, но возможно. Нужно было найти только достаточно ёмкостей, чтобы поместить туда растворы.
В итоге собрали все факторы воедино, и это уже было похоже на план; пора затянуть пояса потуже и приниматься за прежние работы с удвоенной силой. Мяса нужно было значительно больше: теперь нужно не только самим питаться, но и оставлять излишки для сушки. Такой способ был выбран, так как мясо сможет храниться значительно больше года. Вода так же доставлялась в больших количествах; самой большой проблемой оказалась нехватка бочек и проблемы с поиском смолы для закупорки. Но Юханна всё же решила рискнуть и оставить на острове столько, чтобы на корабле находилось воды достаточно до следующего острова, плюс один день. Возможно, стоило бы в этот момент покрутить у виска, но кучерявая твёрдо настроилась воплотить свой план в жизнь. Всё свободное время Аппиона теперь нещадно уходило на сбор ингредиентов для лекарств и варку этих самых растворов. В качестве ёмкостей был выбран плод местной тыквы. Она была не ядовита, и команда давно приспособила её в пищу. Теперь же мясистые плоды аккуратно вычищались и отправлялись сушиться, чтобы лишняя влага покинула импровизированные фляги, подготовив их для хранения различных лекарств.
К удивлению всех, запасы росли быстро. Самой большой проблемой оказалось, что сушить мясо – процесс требующий много времени, следовательно, чтобы не терять времени зря, было определено место для расположения тайника.
Благодаря карте, написанной Юханной, быт на острове стал значительно легче. Теперь начали быть понятнее маршруты переходов местной фауны; ориентиры окончательно сложились в сеть, которая не даст заблудиться даже в самом густом буреломе. Жизнь постепенно налаживалась, но воспалённый разум лейтенанта не уставал находить себе всё новые и новые занятия.
Да, карта является очень хорошим подспорьем в деле выживания, но что будет в случае, если революционеры окажутся на острове не просто без должной подготовки, но потерпят бедствие и окажутся без средств к существованию, даже на первое время. Хотя большая часть невзгод и обходила команду стороной, но нельзя исключать, что паранойя Аппиона по поводу лихорадки и прочих тропических прелестей – не такая уж и случайность.
Необходимо было подготовить систему из тайников, в которых прибывшие революционеры могли бы найти всё необходимое для выживания на короткий срок. Разумеется, когда возможно будет восстановить связь со штабом, Юханна выскажет это предложения, а пока что можно было бы и заняться им вплотную. На очередном ужине лейтенант устроила своей команде мозговой штурм; стоит ли говорить, что команда была несколько шокирована темой обсуждения. В конце концов, они и сами находились на той шаткой границе, когда если всё станет немного хуже, то будет уже плохо. Жизнь на острове не давала расслабляться ни на секунду, а в глубине зарослей и того меньше. Чего только стоили вездесущие мегеры, так и норовившие стащить еду. Эти стрекозы переростки хоть и не были серьёзной угрозой, знатно трепали всем нервы. По итогу штурм по созданию и наполнению тайников состоялся, и результаты его были не самыми приятными для воодушевлённого лейтенанта.
Всеобщим мнением было согласовано, что от большого количества мелких схронов отказались в пользу одного, но ценного и хорошо спрятанного, как от разумной живности, так и не очень. Гиал смог убедить лейтенанта, что для пяти человек он сильно сомневался в способностях Крачки обращаться с лопатой, а создавать несколько тайников – слишком тяжёлая задача, но вот один, сжав зубы покрепче – вполне реальная. По заготовке: Юханна настояла на том, что провизия и вода там должны быть в любом случае. Из этого следует, что нужно было подготовить мясо к хранению на неопределённый срок. Аппион понимал, что переубедить лейтенанта смогут только на том свете, раз уж она всё для себя уже решила, и предложил также создать запас лекарств от местных болезней. Слишком большой ассортимент не обещался, но чем обеззаразить рану и ослабить хватку тропической лихорадки – это было несложно. Трудоёмко, но возможно. Нужно было найти только достаточно ёмкостей, чтобы поместить туда растворы.
В итоге собрали все факторы воедино, и это уже было похоже на план; пора затянуть пояса потуже и приниматься за прежние работы с удвоенной силой. Мяса нужно было значительно больше: теперь нужно не только самим питаться, но и оставлять излишки для сушки. Такой способ был выбран, так как мясо сможет храниться значительно больше года. Вода так же доставлялась в больших количествах; самой большой проблемой оказалась нехватка бочек и проблемы с поиском смолы для закупорки. Но Юханна всё же решила рискнуть и оставить на острове столько, чтобы на корабле находилось воды достаточно до следующего острова, плюс один день. Возможно, стоило бы в этот момент покрутить у виска, но кучерявая твёрдо настроилась воплотить свой план в жизнь. Всё свободное время Аппиона теперь нещадно уходило на сбор ингредиентов для лекарств и варку этих самых растворов. В качестве ёмкостей был выбран плод местной тыквы. Она была не ядовита, и команда давно приспособила её в пищу. Теперь же мясистые плоды аккуратно вычищались и отправлялись сушиться, чтобы лишняя влага покинула импровизированные фляги, подготовив их для хранения различных лекарств.
К удивлению всех, запасы росли быстро. Самой большой проблемой оказалось, что сушить мясо – процесс требующий много времени, следовательно, чтобы не терять времени зря, было определено место для расположения тайника.
И все туда двинулись, кроме Крачки, оставшегося охранять сушильни от вездесущих насекомых и динозавров-воров, ведь продвинуться так далеко и подарить успехи мимодинозавру – казалось какой-то глупой шуткой, которую претворять в жизнь не хотел никто.
Выбор пал на место, располагавшееся на возвышенности. Влага не должна будет скапливаться здесь, рискуя затопить погреб, да и звериные тропы проходят достаточно далеко от этого места; как следствие, количество визитёров будет сравнительно небольшим.
В первый раз лопата погрузилась в почву, тревожа доселе нетронутый грунт: он был хорошо утрамбован временем, и, чтобы вогнать лопату хотя бы на половину, уже приходилось прилагать немалые усилия. Юханна хотела бы применить свою силу, тогда бы процесс пошёл значительно бодрее, однако намеченный план тайника не позволял действовать на авось, а точно определять размеры и форму вырываемого куска грунта девушка пока не могла, так что, дабы не попасть впросак, было решено действовать по старинке – лопатой.
Корни здесь были довольно редкими, сигнализируя, что если здесь и протекают грунтовые воды, то они значительно ниже, и именно туда тянулись деревья, не тратя силы на выращивание почти бесполезных корней во все стороны. Там, глубже, есть настоящий источник питания, а деревья не привыкли довольствоваться малым; эта роль отходила траве.
Работа шла крайне медленно и утомительно. Основную часть пришлось выполнять Гиалу и Алье под силой своего фрукта, но и они быстро выбивались из сил и чаще отдыхали. И если учитывать, что всё время тратить на работы было нельзя (повседневные нужды как-то не хотели отменяться), спланировать, когда же все помещения будут вырыты, оказалось сложной, если вообще возможной, задачей. Лейтенант даже на какое-то время забеспокоилась, что под небольшим слоем грунта может залегать порода, а геодезистов в команде не оказалось, чтобы подтвердить или опровергнуть данное предположение. Но так как это место было одним из самых удобных, а на других участках придётся начинать всё с нуля, и никто при этом не гарантировал, что там копать будет легче и что там порода находится достаточно глубоко для тайника, место лейтенант решила оставить до тех пор, пока группа не столкнётся с нерешаемой проблемой здесь. И без того идти не очень близко, а до остальных – ещё дальше.
Всё же ценой тяжёлого труда и мозолей на руках тактика, работа продвигалась. Уже был вырыт достаточно глубокий тоннель вниз, и взяла начало часть по расширению помещений. Нужно было вырыть несколько больших комнат, чтобы для каждого из типов припасов было отдельное помещение: укрепить стены деревянными балками, застелить пол, чтобы не складировать всё на сухую, но всё же землю. Так что теперь рук на копании стало ещё меньше – Есфирь принялась за работу с деревом. Это был не совсем её профиль, но из всех присутствующих только она точно знала, за какую сторону молотка нужно держаться, а какой – бить. Вследствие какие-никакие полки, настилы и балки готовились ещё до завершения раскопок.
Всё было готово. Воздух в импровизированной пещере был сухим, на полу были уложены доски: в тех местах, где планировалось что-то хранить, они были даже неплохо подогнаны, чтобы минимизировать количество щелей. Количество заготовленного мяса было бы достаточно, чтобы десяток человек протянули на острове около месяца, а это было уже не мало. Количество тыковок с лекарственными растворами аналогично заставило бы завидовать небольшую аптеку, хотя ассортимент был несколько скудным – только самое необходимое, но в прекрасном количестве.
Наступил день загрузки хранилищ под завязку. Первыми отправились лекарства и бочки с водой. Этот процесс был относительно быстрым и проходил без эксцессов. С мясом было сложнее – пока оно хранилось на берегу, откуда уже и так ушла почти вся живность, согнанная революционерами, всё было неплохо. Лишь изредка захаживали местные жители, или слишком наглые, или слишком голодные, которых в большей степени пугал уже сам вид Зига. Но вот в глубине острова всё переменилось.
Выбор пал на место, располагавшееся на возвышенности. Влага не должна будет скапливаться здесь, рискуя затопить погреб, да и звериные тропы проходят достаточно далеко от этого места; как следствие, количество визитёров будет сравнительно небольшим.
В первый раз лопата погрузилась в почву, тревожа доселе нетронутый грунт: он был хорошо утрамбован временем, и, чтобы вогнать лопату хотя бы на половину, уже приходилось прилагать немалые усилия. Юханна хотела бы применить свою силу, тогда бы процесс пошёл значительно бодрее, однако намеченный план тайника не позволял действовать на авось, а точно определять размеры и форму вырываемого куска грунта девушка пока не могла, так что, дабы не попасть впросак, было решено действовать по старинке – лопатой.
Корни здесь были довольно редкими, сигнализируя, что если здесь и протекают грунтовые воды, то они значительно ниже, и именно туда тянулись деревья, не тратя силы на выращивание почти бесполезных корней во все стороны. Там, глубже, есть настоящий источник питания, а деревья не привыкли довольствоваться малым; эта роль отходила траве.
Работа шла крайне медленно и утомительно. Основную часть пришлось выполнять Гиалу и Алье под силой своего фрукта, но и они быстро выбивались из сил и чаще отдыхали. И если учитывать, что всё время тратить на работы было нельзя (повседневные нужды как-то не хотели отменяться), спланировать, когда же все помещения будут вырыты, оказалось сложной, если вообще возможной, задачей. Лейтенант даже на какое-то время забеспокоилась, что под небольшим слоем грунта может залегать порода, а геодезистов в команде не оказалось, чтобы подтвердить или опровергнуть данное предположение. Но так как это место было одним из самых удобных, а на других участках придётся начинать всё с нуля, и никто при этом не гарантировал, что там копать будет легче и что там порода находится достаточно глубоко для тайника, место лейтенант решила оставить до тех пор, пока группа не столкнётся с нерешаемой проблемой здесь. И без того идти не очень близко, а до остальных – ещё дальше.
Всё же ценой тяжёлого труда и мозолей на руках тактика, работа продвигалась. Уже был вырыт достаточно глубокий тоннель вниз, и взяла начало часть по расширению помещений. Нужно было вырыть несколько больших комнат, чтобы для каждого из типов припасов было отдельное помещение: укрепить стены деревянными балками, застелить пол, чтобы не складировать всё на сухую, но всё же землю. Так что теперь рук на копании стало ещё меньше – Есфирь принялась за работу с деревом. Это был не совсем её профиль, но из всех присутствующих только она точно знала, за какую сторону молотка нужно держаться, а какой – бить. Вследствие какие-никакие полки, настилы и балки готовились ещё до завершения раскопок.
Всё было готово. Воздух в импровизированной пещере был сухим, на полу были уложены доски: в тех местах, где планировалось что-то хранить, они были даже неплохо подогнаны, чтобы минимизировать количество щелей. Количество заготовленного мяса было бы достаточно, чтобы десяток человек протянули на острове около месяца, а это было уже не мало. Количество тыковок с лекарственными растворами аналогично заставило бы завидовать небольшую аптеку, хотя ассортимент был несколько скудным – только самое необходимое, но в прекрасном количестве.
Наступил день загрузки хранилищ под завязку. Первыми отправились лекарства и бочки с водой. Этот процесс был относительно быстрым и проходил без эксцессов. С мясом было сложнее – пока оно хранилось на берегу, откуда уже и так ушла почти вся живность, согнанная революционерами, всё было неплохо. Лишь изредка захаживали местные жители, или слишком наглые, или слишком голодные, которых в большей степени пугал уже сам вид Зига. Но вот в глубине острова всё переменилось.
Привлекаемые запахом мяса хищники сновали в зарослях тут и там, набираясь смелости для резкой атаки за заветным пропитанием. Когда первая партия мяса была уложена на деревянный настил, Юханна, выходя из мрака кладовой, заметила движение слишком уж близко от тайника. Существа ещё побаиваются, но, по всей видимости, пока тайник не закрыт, проблем было не избежать.
В то время, когда прибыла вторая партия, революционеры стали свидетелем, как мелкий динозавр удирал из тайника с куском сушёного мяса в зубах. Больше рисковать было нельзя: кто-то должен постоянно находиться на страже. И лейтенант решила, что это должна именно она; остальная группа сможет за себя постоять, но в полном одиночестве сражаться могла только Алья под действием фрукта и Юханна. Гиал и Есфирь не привыкли сражаться против большой группы диких животных, а осы Аппиона не могли толком пробить шкуру динозавров, хоть он и старательно пытался вырастить в своих ульях что-то более смертоносное, но пока не слишком удачно. На Зига рассчитывать же не приходилось вовсе, хоть его аркебуза и очень грозное оружие, но после первого выстрела его задавят. Так как Алья может нести груза едва ли не больше всех, Бумеранг осталась сторожить объект в гордом одиночестве под звук взрывающегося вулкана, который уже давно перестал её беспокоить. Чтоб скоротать время, девушка постоянно призывала и отпускала хаки, чтобы приучить себя вызывать эффект как можно быстрее.
Со стороны послышались щелчки голодных зубов. В отдалении примерно пятидесяти метров медленно двигалась небольшая группа хищных динозавров. Юханна довольно часто их видела, но, как правило, они слишком трусливы в малых группах, а в больших – интересуются добычей посолиднее. Сейчас же сладкий запах мяса, который уже долго раздражает обонятельные рецепторы, изводил их, постепенно делая всё наглее. Выхода не было – необходимо было прогнать. Пока что их было пятеро; сколько ещё прячутся в кустах, сказать крайне сложно, но по всей видимости – много. Чжан достала револьвер из кобуры и прицелилась в динозавров. Они тут же бросились в рассыпную. Вряд ли существа знали, что такое огнестрельное оружие, хотя могли, учитывая как долго команда находится на острове, но сам вид того, что жертва пытается что-то применить, не вселял в их сердца доверия.
Прогремел первый взрыв пороха в капсюле, и смертоносный заряд свинца полетел в свою жертву, которая почти сразу упала замертво. Словно это был сигнал к началу атаки, на Юханну со всех сторон побежали такие же твари. Считать, сколько их, было решительно некогда. Применив сору, девушка рванула в сторону, обрушиваясь на приближающегося динозавра силой своей воли, ломая рептилии череп. Рывок, и бумеранг полетел к следующей мишени, рассекая той шею, и из раны пульсирующим фонтаном ударила кровь. Это было противостояние числа и умения, дикости и воли, но динозавры, обезумевшие от запаха добычи, продолжали свой натиск, не глядя на потери. Револьвер ревел, увлекаемый силой фрукта бумеранг раз за разом обрушивался на очередную жертву. Лейтенант отказалась от мысли находиться непосредственно у входа в тайник и перемещалась рывками сору и геппо между деревьями, откуда было значительно проще целиться в рвущихся в бой рептилий и не рисковать оказаться в их зубах, если кому-то удастся подкрасться сзади. Складывалось чувство, что хищникам нет числа, хотя с каждой секундой их становилось явно меньше. Револьвер уже выпустил все свои смертельные посылки и вновь покоился в кобуре. Бумеранг уже пропитался кровью рептилий, как и кулаки девушки, которые она то и дело пускала в ход, оборачивая своей волей.
Внезапно, в тот момент, когда Юханна обрушилась сверху на очередного динозавра, она лишь на секунду услышала, как с диким рыком на неё напрыгивает рептилия, уже предвкушая свою победу. Казалось, что избежать удара уже не выйдет: бумеранг находится в другой стороне, и перенаправить его девушка уже не успеет.
В то время, когда прибыла вторая партия, революционеры стали свидетелем, как мелкий динозавр удирал из тайника с куском сушёного мяса в зубах. Больше рисковать было нельзя: кто-то должен постоянно находиться на страже. И лейтенант решила, что это должна именно она; остальная группа сможет за себя постоять, но в полном одиночестве сражаться могла только Алья под действием фрукта и Юханна. Гиал и Есфирь не привыкли сражаться против большой группы диких животных, а осы Аппиона не могли толком пробить шкуру динозавров, хоть он и старательно пытался вырастить в своих ульях что-то более смертоносное, но пока не слишком удачно. На Зига рассчитывать же не приходилось вовсе, хоть его аркебуза и очень грозное оружие, но после первого выстрела его задавят. Так как Алья может нести груза едва ли не больше всех, Бумеранг осталась сторожить объект в гордом одиночестве под звук взрывающегося вулкана, который уже давно перестал её беспокоить. Чтоб скоротать время, девушка постоянно призывала и отпускала хаки, чтобы приучить себя вызывать эффект как можно быстрее.
Со стороны послышались щелчки голодных зубов. В отдалении примерно пятидесяти метров медленно двигалась небольшая группа хищных динозавров. Юханна довольно часто их видела, но, как правило, они слишком трусливы в малых группах, а в больших – интересуются добычей посолиднее. Сейчас же сладкий запах мяса, который уже долго раздражает обонятельные рецепторы, изводил их, постепенно делая всё наглее. Выхода не было – необходимо было прогнать. Пока что их было пятеро; сколько ещё прячутся в кустах, сказать крайне сложно, но по всей видимости – много. Чжан достала револьвер из кобуры и прицелилась в динозавров. Они тут же бросились в рассыпную. Вряд ли существа знали, что такое огнестрельное оружие, хотя могли, учитывая как долго команда находится на острове, но сам вид того, что жертва пытается что-то применить, не вселял в их сердца доверия.
Прогремел первый взрыв пороха в капсюле, и смертоносный заряд свинца полетел в свою жертву, которая почти сразу упала замертво. Словно это был сигнал к началу атаки, на Юханну со всех сторон побежали такие же твари. Считать, сколько их, было решительно некогда. Применив сору, девушка рванула в сторону, обрушиваясь на приближающегося динозавра силой своей воли, ломая рептилии череп. Рывок, и бумеранг полетел к следующей мишени, рассекая той шею, и из раны пульсирующим фонтаном ударила кровь. Это было противостояние числа и умения, дикости и воли, но динозавры, обезумевшие от запаха добычи, продолжали свой натиск, не глядя на потери. Револьвер ревел, увлекаемый силой фрукта бумеранг раз за разом обрушивался на очередную жертву. Лейтенант отказалась от мысли находиться непосредственно у входа в тайник и перемещалась рывками сору и геппо между деревьями, откуда было значительно проще целиться в рвущихся в бой рептилий и не рисковать оказаться в их зубах, если кому-то удастся подкрасться сзади. Складывалось чувство, что хищникам нет числа, хотя с каждой секундой их становилось явно меньше. Револьвер уже выпустил все свои смертельные посылки и вновь покоился в кобуре. Бумеранг уже пропитался кровью рептилий, как и кулаки девушки, которые она то и дело пускала в ход, оборачивая своей волей.
Внезапно, в тот момент, когда Юханна обрушилась сверху на очередного динозавра, она лишь на секунду услышала, как с диким рыком на неё напрыгивает рептилия, уже предвкушая свою победу. Казалось, что избежать удара уже не выйдет: бумеранг находится в другой стороне, и перенаправить его девушка уже не успеет.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 2 Гость(ей)