В то же время, молодой господин Зенто рвался в троице стоящих за спиной правой руки, можно сказать герольда «Алого Бедствия». Его лёгкая поступь позволила ему значительно быстрее добраться сюда, нежели остальным товарищам из его отряда, и ему также довелось видеть смерть агентов, но не только визуально, но ещё и на более тонком, эмоциональном плане, который был доступен только тем, кто открыл в себе способности к Воли Наблюдения. Он прекрасно чувствовал их боль, но не позволил ей захлестнуть себя. Сохраняя холодный разум, Гиэль концентрировался для своей атаки, начиная свою партию в этом бою с трёх широких дальнобойных слешей с дистанции в шестьдесят метров: взмах поющей в такт ветру глефы, направленный сначала слева направо сверху вниз породил первый резак, стремительный и совершенно отзеркаленный - второй, и наконец, останавливаясь на ноге и используя себя как эдакий маятник с глефой вместо нити, он, совершив дополнительный оборот вокруг оси, выпустил со всей имеющейся инерцией третий слеш, несущийся горизонтально, но имеющий в себе значительно больше силы.
- Южный Веер! - прозвучало название техники, возможно даже доносясь до визави, что, скорее всего, уже примутся за реакцию на сию нападку.
Важным дополнением является то, что Воля Вооружения также имела место быть во всех трёх атаках, а потому не стоит их недооценивать! Тем не менее, юноша продолжит сокращать дистанцию, возможно с некоторыми дополнениями к своим манёвром: это зависит от того, что предпримут Блейк и его товарищи. Надо отметить, что его приближение не останется незамеченным, а потому, если враг перехватит инициативу и атакует первым, то Зенто поспешит уклониться... Всё потому, что ощущение ауры теми, кто способен её распознать, даст понять, что несущийся к ним - человек, чья сила понемного начала выходить за человеческий предел, а потому он сейчас в этом неоднозначном промежутке между Эмилией с Альриком и самим мистером Кларком.
Настал черёд настоящей силе Морского Дозора проявить себя, и покарать беспощадной дланью Правосудия тех, кто встал на пути Справедливости!
ONE PIECE RP ·
[Гранд Лайн, 2 путь] Бас-Тер. 3-й остров.
[id182617020:bp-36291248_260304|Ичиго Д. Куросаки],
Рывок, столкновение клинков, - два могучих дуэлянта сошлись в ближнем бою, мощь от которого спустя короткую паузу, когда всё вдруг затихло, прокатилась по округе! Звон клинков разбавил звуки боя, в то время как отдача от атак содрогнула тела бойцов, передаваясь в землю, не выдерживающей подобного давления! Что под ногами Ичиго, что под ногами Сервантеса сейчас всё сплошь и рядом было покрыто трещинами, и почва буквально кричала от боли, ведь нечасто подобные противники встречают друг друга!
Хэвенфолл почувствовал, как противник стал сильнее. Прочитав это изменение в воздухе, он лишь немного нахмурился. Аура Ичиго дрогнула на мгновение ровно перед тем, как разойтись ещё дальше за пределы его тела, и инспектор прекрасно это почувствовал в аккурат перед тем, как они встретились лицом к лицу. Битва обещает быть занимательной донельзя!
Сейчас, держа Тенса Зангецу и Готт ис Тот в напряжении, двое мечников измеряли силу друг друга. Каждый из них пылал могуществом, до которого не мог добраться никто из присутствующих на острова, - да что уж там, даже в Новом Мире не так много настолько могучих людей! Мышцы Сервантеса немного вздулись, заставляя ткань его одежд понемногу тянуться, но он стоял также незыблемо, как и его визави. Стихии плясали по клинкам словно разряды в цепи, начиная свой путь от первого и заканчивая на втором, постепенно будто впитываясь в багровую ауру меча дозорного. Однако одно было ясно наверняка: сейчас перед бывшим вице-адмиралом, пусть и проигнорировавший его слова и больше обративший внимание на клинок, стоит настоящее воплощение битвы. Нет, неуверенность не закрадывалась в его сердце, однако недооценивать оппонента сейчас было не то, что нельзя - противопоказано! Возможно, стоило даже применить аргумент посерьезнее, чем просто «Фокус». Но пока эта мысль не была приоритетной.
А пока Ичиго оказался первым, кто вышел из противостояния, - и Хэвенфолл был ему даже отчасти благодарен за это. Вот только манёвр явно не сулил ничего хорошего, хотя, кажется, «Чёрный Шторм» всё же воспринял слова инспектора, поспешив на них ответить. Рывок своего оппонента мужчина сопроводил лишь глазами, не планируя преследовать его, всё ещё оставаясь на потрескавшейся земле и не дрогая перед танцующим буйством огня и молнии. Он знал, что Шанго способен заставить стихии подчиняться своей воле... И его по-хорошему стоило прервать в этом манёвре... Клинок был опущен, но по напряжению мышц носитель инициала «Ди» вполне мог понять, что он готов ворваться в бой ещё пуще прежнего.
- Это не страшно, Куросаки. - ответил Сервантес рыжеволосому, словно они не сражались, а вели светскую беседу за рюмкой чая, - У меня просто хорошая память на талантливых людей. Даже в какой-то мере рад, что мы вновь встретились.
Внезапно рука, держащая Готт ис Тот, начала дребезжать, буквально вибрировать, словно инспектор - старик, болеющий тремором. Вот только интенсивность колебаний продолжила возрастать, пока всё остальное тело даже не сигнализировало о движении.
- Я сразу предупрежу тебя. - внезапно молвил Хэвенфолл. Произнесенные слова могли поставить в тупик кого угодно, - Мне не нужно даже двигаться, чтобы ранить тебя.
Рывок, столкновение клинков, - два могучих дуэлянта сошлись в ближнем бою, мощь от которого спустя короткую паузу, когда всё вдруг затихло, прокатилась по округе! Звон клинков разбавил звуки боя, в то время как отдача от атак содрогнула тела бойцов, передаваясь в землю, не выдерживающей подобного давления! Что под ногами Ичиго, что под ногами Сервантеса сейчас всё сплошь и рядом было покрыто трещинами, и почва буквально кричала от боли, ведь нечасто подобные противники встречают друг друга!
Хэвенфолл почувствовал, как противник стал сильнее. Прочитав это изменение в воздухе, он лишь немного нахмурился. Аура Ичиго дрогнула на мгновение ровно перед тем, как разойтись ещё дальше за пределы его тела, и инспектор прекрасно это почувствовал в аккурат перед тем, как они встретились лицом к лицу. Битва обещает быть занимательной донельзя!
Сейчас, держа Тенса Зангецу и Готт ис Тот в напряжении, двое мечников измеряли силу друг друга. Каждый из них пылал могуществом, до которого не мог добраться никто из присутствующих на острова, - да что уж там, даже в Новом Мире не так много настолько могучих людей! Мышцы Сервантеса немного вздулись, заставляя ткань его одежд понемногу тянуться, но он стоял также незыблемо, как и его визави. Стихии плясали по клинкам словно разряды в цепи, начиная свой путь от первого и заканчивая на втором, постепенно будто впитываясь в багровую ауру меча дозорного. Однако одно было ясно наверняка: сейчас перед бывшим вице-адмиралом, пусть и проигнорировавший его слова и больше обративший внимание на клинок, стоит настоящее воплощение битвы. Нет, неуверенность не закрадывалась в его сердце, однако недооценивать оппонента сейчас было не то, что нельзя - противопоказано! Возможно, стоило даже применить аргумент посерьезнее, чем просто «Фокус». Но пока эта мысль не была приоритетной.
А пока Ичиго оказался первым, кто вышел из противостояния, - и Хэвенфолл был ему даже отчасти благодарен за это. Вот только манёвр явно не сулил ничего хорошего, хотя, кажется, «Чёрный Шторм» всё же воспринял слова инспектора, поспешив на них ответить. Рывок своего оппонента мужчина сопроводил лишь глазами, не планируя преследовать его, всё ещё оставаясь на потрескавшейся земле и не дрогая перед танцующим буйством огня и молнии. Он знал, что Шанго способен заставить стихии подчиняться своей воле... И его по-хорошему стоило прервать в этом манёвре... Клинок был опущен, но по напряжению мышц носитель инициала «Ди» вполне мог понять, что он готов ворваться в бой ещё пуще прежнего.
- Это не страшно, Куросаки. - ответил Сервантес рыжеволосому, словно они не сражались, а вели светскую беседу за рюмкой чая, - У меня просто хорошая память на талантливых людей. Даже в какой-то мере рад, что мы вновь встретились.
Внезапно рука, держащая Готт ис Тот, начала дребезжать, буквально вибрировать, словно инспектор - старик, болеющий тремором. Вот только интенсивность колебаний продолжила возрастать, пока всё остальное тело даже не сигнализировало о движении.
- Я сразу предупрежу тебя. - внезапно молвил Хэвенфолл. Произнесенные слова могли поставить в тупик кого угодно, - Мне не нужно даже двигаться, чтобы ранить тебя.
Стоило предпоследнему слову окончательно слететь с губ инспектора, как «Чёрный Шторм» осознает вещь, произошедшую мгновенно: на его груди и на правом бедре уже красовались порезы, словно от клинка. Нет, не от «Бог Мёртв». Тот порез бы отдавал пылающей болью во всём его теле. Но казалось, будто в руках у Инспектора оказался ещё один клинок, пусть левая его кисть и была расслаблена. Что же могло это быть? Чем же нанесена рана, да ещё и бескомпромиссно?! Эту загадку Куросаки предстоит разгадать. И в то же время, Сервантес не планировал стоять зазря, одновременно с фразой взмахнув уже снова наполненным и поглощенными стихиями, и продвинутой Волей Вооружения клинком, перед собой, направляя атаку... Нет, не в рыжеволосого пирата, а в небо. И несмотря на то, что взмах был один, за счёт сверхбыстрых вибраций в небо полетели множество мелких воздушных резаков, каждый из которых нёс в себе частичку этой всесодрогающей силы!
- Плачущее Небо! - озвучил свой приём Хэвенфолл, и вскоре сверху на и вокруг Ичиго посыпется настоящий смертоносный дождь. Натерпевшаяся земля получит ещё больше страданий, что будут лишь множиться под гнётом Его Воли. Что же предпримет противник?
Мастерство фехтования? Мощь тела? Искусство управления им? Всё это смешалось воедино, лишь для того, чтобы создать угрозу для оппонента перед собой. С нетерпением инспектор будет ждать следующего хода со стороны «Черного Шторма», готовясь блокировать любой выпад, - по показанному угнаться за скоростью рыжеволосого будет не так просто...
- Плачущее Небо! - озвучил свой приём Хэвенфолл, и вскоре сверху на и вокруг Ичиго посыпется настоящий смертоносный дождь. Натерпевшаяся земля получит ещё больше страданий, что будут лишь множиться под гнётом Его Воли. Что же предпримет противник?
Мастерство фехтования? Мощь тела? Искусство управления им? Всё это смешалось воедино, лишь для того, чтобы создать угрозу для оппонента перед собой. С нетерпением инспектор будет ждать следующего хода со стороны «Черного Шторма», готовясь блокировать любой выпад, - по показанному угнаться за скоростью рыжеволосого будет не так просто...
[id341014268:bp-36291248_260308|Акира],
Небо повиновалось им двоим. Кейн, перемежаясь с ноги на ногу, будто от нерешительности танцевал по воздушной тверди, борясь с силой притяжения, в то время как Акира горделиво возвышалась на своих двоих даже не двигаясь с места. Молнии - ценный инструмент, но в текущих обстоятельствах она была больше как важный и нужный товарищ. Правда, товарищ этот беспокоил О’Двайера не меньше, чем само «Алое Бедствие», - он прекрасно знал, что только пламя повинуется воле логистки, а фокусы с метеорологией явно относятся к чему-то другому, пусть он и не чувствовал исходящей от рожек ауры.
«Проблемная до мозга костей...» - констатировал для себя вице-адмирал в чертогах своего разума, перематывая в голове момент, когда копии Йесты, выглядящие точь-в-точь как она сама, без каких-либо трудностей просто проглотили ранкяку и слеш, которые вполне могли бы разрубить саму пиратку. Вот же ж...!
Иллюзий, правда, никто не питал. Рассчитывать преодолеть даже толику силы такого противника простым манёвром было до безобразия глупо, - «Учитель» прекрасно сам это понимал. Однако он не занимался пустяковой работёнкой в штабах, в отличие от некоторых его коллег, а потому сложности - это просто ступенька на пути к победе. Главное не забыть как ходить, да? Оное, несмотря на возраст, старику не грозило. Не такая у него судьба.
- Акира «Эйлин» Йеста... - казалось, это было обращением, но на деле седовласый будто отвлеченно смаковал её имя и прозвище, - Как-то... Знакомо? Хм. Не припоминаю пока.
Хотел ли он усыпить бдительность за своими воспоминаниями, старательно игнорируя выросшую за спиной гигантскую змею, что стремительно удалялась прочь? Кто знает. Но само «Алое Бедствие» не стало оставаться в стороне, решая завязать диалог перед тем, как они наконец сойдутся в схватке. Рассуждение о том, чтобы воспринимать свои ошибки как урок - извечная проблема, с которой сталкиваются люди в жизни, и которая нередко раскрывается в творчестве. Но её О’Двайер оставил без вербального ответа, лишь манерно разводя руками, не прекращая помогать себе оставаться в воздухе, отчего его действия выглядели ещё комичнее. Что же до второго...
- Кажется, мы ближе, чем кажется, малявка. - совершенно неуважительно ответил Кейн, не изменяя своей ухмылке, - Не вижу повода оправдываться, я с совестью дружу.
Постепенно снижался он, с каждым словом сокращая вертикальную, но увеличивая горизонтальную дистанцию. Да и Акира, видимо, ещё не наговорилась, а потому, принимая эту прелюдию для их битвы, «Учитель» позволял ей молвить столько, сколько душе угодно.
= ...хватит ли тебе сил одолеть меня? Ведь даже ослабив мое тело... Я все еще чувствую, что ты уступаешь мне.
Слова противницы были донельзя правдивы, однако вице-адмирал не чувствовал разницы в их силе настолько тонко, как делала это пользовательница Воли Наблюдения. Впрочем, опыт сражений без проблем подсказывал ему, что если он и уступает, то не настолько сильно. Правда, это вовсе не значило, что Кейн может халтурить. К слову, к этому моменту он был всего лишь на двадцать метров выше неё, и в семидесяти метрах - по горизонтали, видя и чувствуя, как воздух начинает преисполняться молниевыми зарядами. Если потребуется - эта дистанция окажется больше в один прыжок.
- Да и какая разница? - явно риторически спросил О’Двайер с кивком, постепенно стабилизируя своё положение и совершая прыжки при помощи геппо медленно и равномерно. Он уже находился в боевой стойке, повернувшись в пол-оборота к Акире, но глядя на неё. Клинок был занесён за корпус, а левая рука лежала ладонью поверх правой кисти, пока сила сосредотачивалась в его теле, - Глупо убегать, когда имеешь шансы на победу. Повесели меня, Акира Йеста!
Небо повиновалось им двоим. Кейн, перемежаясь с ноги на ногу, будто от нерешительности танцевал по воздушной тверди, борясь с силой притяжения, в то время как Акира горделиво возвышалась на своих двоих даже не двигаясь с места. Молнии - ценный инструмент, но в текущих обстоятельствах она была больше как важный и нужный товарищ. Правда, товарищ этот беспокоил О’Двайера не меньше, чем само «Алое Бедствие», - он прекрасно знал, что только пламя повинуется воле логистки, а фокусы с метеорологией явно относятся к чему-то другому, пусть он и не чувствовал исходящей от рожек ауры.
«Проблемная до мозга костей...» - констатировал для себя вице-адмирал в чертогах своего разума, перематывая в голове момент, когда копии Йесты, выглядящие точь-в-точь как она сама, без каких-либо трудностей просто проглотили ранкяку и слеш, которые вполне могли бы разрубить саму пиратку. Вот же ж...!
Иллюзий, правда, никто не питал. Рассчитывать преодолеть даже толику силы такого противника простым манёвром было до безобразия глупо, - «Учитель» прекрасно сам это понимал. Однако он не занимался пустяковой работёнкой в штабах, в отличие от некоторых его коллег, а потому сложности - это просто ступенька на пути к победе. Главное не забыть как ходить, да? Оное, несмотря на возраст, старику не грозило. Не такая у него судьба.
- Акира «Эйлин» Йеста... - казалось, это было обращением, но на деле седовласый будто отвлеченно смаковал её имя и прозвище, - Как-то... Знакомо? Хм. Не припоминаю пока.
Хотел ли он усыпить бдительность за своими воспоминаниями, старательно игнорируя выросшую за спиной гигантскую змею, что стремительно удалялась прочь? Кто знает. Но само «Алое Бедствие» не стало оставаться в стороне, решая завязать диалог перед тем, как они наконец сойдутся в схватке. Рассуждение о том, чтобы воспринимать свои ошибки как урок - извечная проблема, с которой сталкиваются люди в жизни, и которая нередко раскрывается в творчестве. Но её О’Двайер оставил без вербального ответа, лишь манерно разводя руками, не прекращая помогать себе оставаться в воздухе, отчего его действия выглядели ещё комичнее. Что же до второго...
- Кажется, мы ближе, чем кажется, малявка. - совершенно неуважительно ответил Кейн, не изменяя своей ухмылке, - Не вижу повода оправдываться, я с совестью дружу.
Постепенно снижался он, с каждым словом сокращая вертикальную, но увеличивая горизонтальную дистанцию. Да и Акира, видимо, ещё не наговорилась, а потому, принимая эту прелюдию для их битвы, «Учитель» позволял ей молвить столько, сколько душе угодно.
= ...хватит ли тебе сил одолеть меня? Ведь даже ослабив мое тело... Я все еще чувствую, что ты уступаешь мне.
Слова противницы были донельзя правдивы, однако вице-адмирал не чувствовал разницы в их силе настолько тонко, как делала это пользовательница Воли Наблюдения. Впрочем, опыт сражений без проблем подсказывал ему, что если он и уступает, то не настолько сильно. Правда, это вовсе не значило, что Кейн может халтурить. К слову, к этому моменту он был всего лишь на двадцать метров выше неё, и в семидесяти метрах - по горизонтали, видя и чувствуя, как воздух начинает преисполняться молниевыми зарядами. Если потребуется - эта дистанция окажется больше в один прыжок.
- Да и какая разница? - явно риторически спросил О’Двайер с кивком, постепенно стабилизируя своё положение и совершая прыжки при помощи геппо медленно и равномерно. Он уже находился в боевой стойке, повернувшись в пол-оборота к Акире, но глядя на неё. Клинок был занесён за корпус, а левая рука лежала ладонью поверх правой кисти, пока сила сосредотачивалась в его теле, - Глупо убегать, когда имеешь шансы на победу. Повесели меня, Акира Йеста!
Серия стремительных движений, - конкретно, шесть, что рисовали эдакую звезду, - практически одновременно отправили соответствующее число насыщенных Волей Вооружения воздушных резаков, каждый их которых особым образом приближался к месту дислокации пиратки. Первый, диагональный, шёл по дуге, как и второй, зеркальный ему. Третий и четвёртый, зеркальные сразу предыдущим двум, повторяли хитрый манёвр. А вот более широкие пятый и шестой, будучи основными осями звезды, крест-накрест направлялись к Акире.Но атака не заканчивалась на этом! Нет! Рановато! Прямо в воздухе принялся раскручиваться «Учитель», держа основное тело параллельно земле, и готовясь выпустить атаку повышенной мощности! И не только... Но пока всё его внимание приковано к пиратке, ведь неизвестно, что задумала та, наращивая силу молний вокруг себя. Даже несмотря на стремительность и разнонаправленность атаки, инструментарий и сила «Алого Бедствия» мог явить себя с самой неожиданной стороны.
Пока же противостояние вице-адмирала и капитана команды «Фуридаму» только разгоралось, проблемы у отряда во главе с Диланом уже пылали, что есть силы. Дозорные, завидевшие ужасающе огромную змею, были в шаге от того, чтобы дрогнуть духом и оставить строевую дисциплину позади... Но нет. Их сердца ковал сам Хэвенфолл! Не позволят они так просто оставить усилия своих командиров за своими спинами!
- Врассыпную! - крикнул топорщик своим временным подчиненным, после чего сам ринулся долгим путём, чуть в сторону старого входа в крепость, откуда он направится дальше на юг.
Остальные же, следуя приказу, бросились прочь небольшими группами по 3-4 человека, выбирая направления в секторе от 180 до 390 градусов. И исключая зоны со змеёй, само собой! Правда, сложно что-то сказать об успехах тех, что решили избрать своей целью правую часть руин бывшей крепости, ведь та зона становится одной из наиболее опасных для пребывания...
«Да что там за чудовище вообще, способное такую тварь призвать?! - возмущался в голове Круэл, - Нахрена мы вообще сюда залезли?»
Тем не менее, он продолжал бежать вместе со своими товарищами: к сожалению, способов противостоять «Ноле» не было совершенно никаких. Ещё и Гиэль умчался прочь, ведь с Волей Вооружения могли быть шансы... По крайней мере, так предполагал старший лейтенант.
Пока же противостояние вице-адмирала и капитана команды «Фуридаму» только разгоралось, проблемы у отряда во главе с Диланом уже пылали, что есть силы. Дозорные, завидевшие ужасающе огромную змею, были в шаге от того, чтобы дрогнуть духом и оставить строевую дисциплину позади... Но нет. Их сердца ковал сам Хэвенфолл! Не позволят они так просто оставить усилия своих командиров за своими спинами!
- Врассыпную! - крикнул топорщик своим временным подчиненным, после чего сам ринулся долгим путём, чуть в сторону старого входа в крепость, откуда он направится дальше на юг.
Остальные же, следуя приказу, бросились прочь небольшими группами по 3-4 человека, выбирая направления в секторе от 180 до 390 градусов. И исключая зоны со змеёй, само собой! Правда, сложно что-то сказать об успехах тех, что решили избрать своей целью правую часть руин бывшей крепости, ведь та зона становится одной из наиболее опасных для пребывания...
«Да что там за чудовище вообще, способное такую тварь призвать?! - возмущался в голове Круэл, - Нахрена мы вообще сюда залезли?»
Тем не менее, он продолжал бежать вместе со своими товарищами: к сожалению, способов противостоять «Ноле» не было совершенно никаких. Ещё и Гиэль умчался прочь, ведь с Волей Вооружения могли быть шансы... По крайней мере, так предполагал старший лейтенант.
[club36291248:bp-36291248_260417|Ролевая "Мой любимый исекай"],
Во время их столкновения Ичиго смог, наконец, разглядеть процессы, которые происходят с его элементом...этот клинок поглощает его...но для чего? Если он просто выпустит его в ответ, то это не возымеет смысла, ибо к силам собственного огня и молний у Куросаки полный иммунитет...даже если они усилятся, то количество сопротивления которое он имеет благодаря собственному элементу вполне достаточно, чтобы не считать это угрозой...впрочем, нельзя отменять возможность каких-то иных манипуляций. Ичиго слегка цыкнул, издавая недовольный звук...это напрягало, еще одна вещь, которую непременно стоит держать в голове. Но даже этот факт не изменил решения Куросаки о своих действиях, так что все продолжилось ровно так, как и было описано.
Противник дал Ичиго возможность совершать свои маневры, чем тот и стал пользоваться, начав нарезать круги вокруг своего оппонента, все так же создавая потоки пламени и молнии, совершенно не беспокоясь о возможном поглощении со стороны Готт ис Тот.
- Талантливых? Звучит будто ты обесцениваешь мои труды, ха! - Слегка усмехнулся Ичиго, выдавая свое предположение больше за шутку, нежели за действительное довольство.
И правда, во время интенсивного боя эти двое вполне себе спокойно разговаривали и, по правде сказать, Черному Шторму это нравилось. Он любил понимать своих оппонентов, столкнувшись клинками, высказывая свои мысли, во время боя они раскрывают друг другу свои личности как ни в каком другом столкновении взглядов...это был уникальный опыт, доступный только настоящим войнам, которые сражаются как настоящие войны.
Впрочем, время для шуток кончилось, рука дозорного начала неестественно дергаться, вибрировать, а сам тот выдал предупреждение...и можно было бы посчитать его как за угрозу, если бы не произошедшее в следующее же мгновение. Совершенно внезапно Куросаки почувствовал боль на своем теле, он широко раскрыл глаза из под маски, на мгновение опуская взгляд вниз и убеждаясь в том, что на нем и правда появились раны....это была не угроза...это был факт. Он и правда не двинулся с места нанеся эти ранения, но как? Что дало ему такую возможность? Пока единственной зацепкой была лишь вибрация руки с клинком. Но на этом подарки не закончились, противник взмахнул клинком в небо направляя туда воздушный резак, который вскоре обрушился на Ичиго с неба, словно дождь в штормовую погоду, множество маленьких аэро-резаков наполненных волей. Глаза Куросаки широко раскрылись...в данном положении было бы логичнее всего перейти в полную защиту, но он не мог...не останавливая своего движения мечник начал на огромной скорости взмахивать своим клинком, его тело окружил настоящий барьер из взмахов, один за другим он отбивал десятки, если не сотни небольших слешей, но...без соответствующих техник он не был способен защититься полностью, некоторые атаки проходили сквозь его защиту. Куросаки вовремя отводил голову в сторону, не давая атакам поразить ее, вовремя покрывал подверженные участки волей вооружения, иногда превращал участок тела в элемент заранее, пропуская удар мимо, но...Инструктор мог видеть, как по всему телу мечника то и дело начинали появляться новые и новые ранения, кровь струилась из него...это была удачная атака? Определенно, так оно и было, он получил из нее самый максимум на что мог рассчитывать, учитывая уровень сил Ичиго, но...возникнет вопрос. Почему он не остановился? Почему полностью не сконцентрировался на защите? Неужели у Куросаки нет каких-то особых техник на случай полной обороны? Естественно...ответ не заставит себя долго ждать. Он сможет увидеть это собственными глазами, а через пару мгновений...он перестанет его видеть и лишь тогда осознает весь масштаб ловушки, которую для него заготовил Ичиго, даже получив столь большое количество ранений.
Во время их столкновения Ичиго смог, наконец, разглядеть процессы, которые происходят с его элементом...этот клинок поглощает его...но для чего? Если он просто выпустит его в ответ, то это не возымеет смысла, ибо к силам собственного огня и молний у Куросаки полный иммунитет...даже если они усилятся, то количество сопротивления которое он имеет благодаря собственному элементу вполне достаточно, чтобы не считать это угрозой...впрочем, нельзя отменять возможность каких-то иных манипуляций. Ичиго слегка цыкнул, издавая недовольный звук...это напрягало, еще одна вещь, которую непременно стоит держать в голове. Но даже этот факт не изменил решения Куросаки о своих действиях, так что все продолжилось ровно так, как и было описано.
Противник дал Ичиго возможность совершать свои маневры, чем тот и стал пользоваться, начав нарезать круги вокруг своего оппонента, все так же создавая потоки пламени и молнии, совершенно не беспокоясь о возможном поглощении со стороны Готт ис Тот.
- Талантливых? Звучит будто ты обесцениваешь мои труды, ха! - Слегка усмехнулся Ичиго, выдавая свое предположение больше за шутку, нежели за действительное довольство.
И правда, во время интенсивного боя эти двое вполне себе спокойно разговаривали и, по правде сказать, Черному Шторму это нравилось. Он любил понимать своих оппонентов, столкнувшись клинками, высказывая свои мысли, во время боя они раскрывают друг другу свои личности как ни в каком другом столкновении взглядов...это был уникальный опыт, доступный только настоящим войнам, которые сражаются как настоящие войны.
Впрочем, время для шуток кончилось, рука дозорного начала неестественно дергаться, вибрировать, а сам тот выдал предупреждение...и можно было бы посчитать его как за угрозу, если бы не произошедшее в следующее же мгновение. Совершенно внезапно Куросаки почувствовал боль на своем теле, он широко раскрыл глаза из под маски, на мгновение опуская взгляд вниз и убеждаясь в том, что на нем и правда появились раны....это была не угроза...это был факт. Он и правда не двинулся с места нанеся эти ранения, но как? Что дало ему такую возможность? Пока единственной зацепкой была лишь вибрация руки с клинком. Но на этом подарки не закончились, противник взмахнул клинком в небо направляя туда воздушный резак, который вскоре обрушился на Ичиго с неба, словно дождь в штормовую погоду, множество маленьких аэро-резаков наполненных волей. Глаза Куросаки широко раскрылись...в данном положении было бы логичнее всего перейти в полную защиту, но он не мог...не останавливая своего движения мечник начал на огромной скорости взмахивать своим клинком, его тело окружил настоящий барьер из взмахов, один за другим он отбивал десятки, если не сотни небольших слешей, но...без соответствующих техник он не был способен защититься полностью, некоторые атаки проходили сквозь его защиту. Куросаки вовремя отводил голову в сторону, не давая атакам поразить ее, вовремя покрывал подверженные участки волей вооружения, иногда превращал участок тела в элемент заранее, пропуская удар мимо, но...Инструктор мог видеть, как по всему телу мечника то и дело начинали появляться новые и новые ранения, кровь струилась из него...это была удачная атака? Определенно, так оно и было, он получил из нее самый максимум на что мог рассчитывать, учитывая уровень сил Ичиго, но...возникнет вопрос. Почему он не остановился? Почему полностью не сконцентрировался на защите? Неужели у Куросаки нет каких-то особых техник на случай полной обороны? Естественно...ответ не заставит себя долго ждать. Он сможет увидеть это собственными глазами, а через пару мгновений...он перестанет его видеть и лишь тогда осознает весь масштаб ловушки, которую для него заготовил Ичиго, даже получив столь большое количество ранений.
По мере всего своего движения, метр за метров, во время каждого отбитого маленького слеша Ичиго становился чуть-чуть быстрее и сильнее, это было чрезвычайно незаметно, будто ничего и не меняется, но накопительный эффект таков, что вскоре Инструктору становилось все тяжелее и тяжелее его разглядеть и в определённый момент произошло еще что-то, противник мог почувствовать резкий рост силы ауры Куросаки, будто бы он принял какой-то допинг, или что-то вроде подобного...но естественно, ничего мечник не принимал, это была всего лишь его собственная сила. Ситуация дошла до такой абсурдной разницы в скоростях, что Инструктор банально не видел перемещений Куросаки, его аура появлялась то тут, то там, тут уже не шла речь за попытку атаковать, или же прервать Черного Шторма...речь шла просто за возможность увидеть его...понять где он.
- Я благодарен тебе за твое предупреждение. По этому я сделаю сразу два. Первое.
Перед Инструктором, на расстоянии десяти метров, произошел мощный всплеск пламени, тот принял форму цифры "1", символизируя то самое предупреждение, после чего черное пламя исчезло так же быстро как и появилось...
- Моя следующая атака будет одной из сильнейших, которую ты видел за всю свою жизнь. Именно ей я убил Шичибукая. Если ты хотя бы на один процент недооценишь мои слова - ты умрешь. Второе будет если ты выживешь.
Пустая бравада? Пусть Ичиго и был силен, но сравнивать собственные атаки с атаками сильнейших мира сего...насколько же звучит самодовольно и нагло? Может ли дозорный поверить в подобный исход?
- Я иду.
Голос Ичиго доносился с одной стороны, но стоило противнику обратить на то место внимание, как Куросаки там уже не было. Ичиго дал тому все карты на руки, чтобы подготовиться к обороне...подготовиться так, как он этого не делал никогда в своей жизни. Он смог заметить Ичиго в тридцати метрах впереди себя, тот крепко держал в руках свой клинок, всего лишь мгновение отделило все это расстояние. Парень преодолел его даже быстрее, чем моргает глаз, все инстинкты дозорного должны были кричать об опасности. Это всепоглощающая мощь, воля наблюдение, рефлексы и чувства мечника, даже банальный инстинкт самосохранения - все говорило о том, что эта атака была для него смертельно опасной. Исход его жизни решит лишь то, как Хэвенфолл воспользовался теми секундами...теми мгновениями, которые ему подарил Ичиго.
Это не преувеличение, шторм действительно шел...за движением Ичиго шел мощный поток черного пламени, а молнии преобразовались в некую драконью пасть, которая должна была проглотить противника, а Тенса Зангецу нанести мощный вертикальный удар, намереваясь перерубить противника надвое. Пусть Куросаки и наслаждался этой битвой, но сдерживаться в ней он точно не собирался, пусть и относился к противнику с определенным уважением, раз уж он дал ему свое предупреждение.
Будет ли это жирная и неоспоримая точка в их только начавшемся бою? Или же Инструктор сможет найти козырь, достаточной силы чтобы если не покрыть козырного джокера Куросаки, то хотя бы превратить его в карту номиналом ниже?
- Seisei ruten: Segunda Etapa.
Стоит так же определить один немаловажный факт, который будет незаметен глазу противника в данный момент времени, но если он выживет после атаки, то определенно обратит на это внимание. Те ранения, которые получил Ичиго, часть их испарилась, будто их и не было вовсе...это определенно была регенерация, но только ли сеймей? Для управления жизнью это было слишком быстро...единственный вывод, который мог сделать противник из этого - у него была еще одна способность, которая усиливала регенеративные свойства. Обладал ли Шанго подобной силой? Может, стоит спросить у самого Куросаки?
- Я благодарен тебе за твое предупреждение. По этому я сделаю сразу два. Первое.
Перед Инструктором, на расстоянии десяти метров, произошел мощный всплеск пламени, тот принял форму цифры "1", символизируя то самое предупреждение, после чего черное пламя исчезло так же быстро как и появилось...
- Моя следующая атака будет одной из сильнейших, которую ты видел за всю свою жизнь. Именно ей я убил Шичибукая. Если ты хотя бы на один процент недооценишь мои слова - ты умрешь. Второе будет если ты выживешь.
Пустая бравада? Пусть Ичиго и был силен, но сравнивать собственные атаки с атаками сильнейших мира сего...насколько же звучит самодовольно и нагло? Может ли дозорный поверить в подобный исход?
- Я иду.
Голос Ичиго доносился с одной стороны, но стоило противнику обратить на то место внимание, как Куросаки там уже не было. Ичиго дал тому все карты на руки, чтобы подготовиться к обороне...подготовиться так, как он этого не делал никогда в своей жизни. Он смог заметить Ичиго в тридцати метрах впереди себя, тот крепко держал в руках свой клинок, всего лишь мгновение отделило все это расстояние. Парень преодолел его даже быстрее, чем моргает глаз, все инстинкты дозорного должны были кричать об опасности. Это всепоглощающая мощь, воля наблюдение, рефлексы и чувства мечника, даже банальный инстинкт самосохранения - все говорило о том, что эта атака была для него смертельно опасной. Исход его жизни решит лишь то, как Хэвенфолл воспользовался теми секундами...теми мгновениями, которые ему подарил Ичиго.
Это не преувеличение, шторм действительно шел...за движением Ичиго шел мощный поток черного пламени, а молнии преобразовались в некую драконью пасть, которая должна была проглотить противника, а Тенса Зангецу нанести мощный вертикальный удар, намереваясь перерубить противника надвое. Пусть Куросаки и наслаждался этой битвой, но сдерживаться в ней он точно не собирался, пусть и относился к противнику с определенным уважением, раз уж он дал ему свое предупреждение.
Будет ли это жирная и неоспоримая точка в их только начавшемся бою? Или же Инструктор сможет найти козырь, достаточной силы чтобы если не покрыть козырного джокера Куросаки, то хотя бы превратить его в карту номиналом ниже?
- Seisei ruten: Segunda Etapa.
Стоит так же определить один немаловажный факт, который будет незаметен глазу противника в данный момент времени, но если он выживет после атаки, то определенно обратит на это внимание. Те ранения, которые получил Ичиго, часть их испарилась, будто их и не было вовсе...это определенно была регенерация, но только ли сеймей? Для управления жизнью это было слишком быстро...единственный вывод, который мог сделать противник из этого - у него была еще одна способность, которая усиливала регенеративные свойства. Обладал ли Шанго подобной силой? Может, стоит спросить у самого Куросаки?
[id182617020:bp-36291248_260431|Ичиго Д. Куросаки],
Насколько сильным может быть слово? Когда-то давно Сервантес мог бы ответить, что «слово» способно на многое: поднять воинов на битву, разрешить конфликт без боя, помочь людям найти силу, убрать негатив или просто поспособствовать связи... создать угрозу... обрушить государство... Сейчас Хэвенфолл знал, что «слово» способно сделать абсолютно всё. Подобно тому, как он сумел без каких-либо проблем ранить могучего оппонента, так способен он был сделать ещё очень много вещей... Впрочем...
«Черный Шторм» расценил похвалу инспектора как насмешку, - и высокого же был о себе мнения рыжеволосый. Впрочем, кажется, он понимал своего противника, а потому на печально-сосредоточенном лице появилась едва уловимая ухмылка.
«Ты хочешь брать только выше, Куросаки, да? Возможно, я и правда ошибся. - изменение в мимике резко сошло на нет, обернувшись предыдущим состоянием, - И снова, снова вы идёте против всех... Может, это закономерное правило? Может, только те, кто найдут в себе мужество сделать хотя бы шаг по этому пути смогут стать настолько могучими?»
Вопросы останутся без ответа, пусть Сервантес с удовольствием бы обсудил эту теорию с объектом её, который сейчас выступал в качестве визави. А тем временем не только порезы, но и слеши начали достигать свой цели: тело Ичиго терпело боль, но противостояла атаке инспектора вместе, плечом к плечу с Тенса Зангецу. Чёрный клинок сновал то тут, то там, ведомый волей хозяина и буквально желающий его защитить, - связь мечника и его оружия чувствовалась при виде этих двоих, притом настолько сильно, что, казалось, её можно потрогать. Сам дозорный даже немного завидовал подобному, ведь в их отношения он скорее был служителем своего Готт ис Тот, насыщая его жажду «божественной» крови. Тем не менее, он находил весьма забавным появление того, что полностью противоположно чьим-либо желаниям. Ведь именно из противоборства родился и этот меч...
Однако колебания ауры «Черного Шторма» заставили Сервантеса напрячься: что-то явно происходило, но уловить эти изменения было проблематично. Об одном из обстоятельств инспектор знал наверняка: его противник из внешних планов бытия обожал битву и находил в ней упоение. А вот второе... Со стилем Куросаки он не был знаком совершенно, ведь они только мельком пересекались во время сражения на Маринфорде, и самому Хэвенфолла было вовсе не до того, чтобы изучать напавших на них пиратов Белоуса. Впрочем, это не мешало подготовиться к апогею данной битвы.
- Песнопение. Часть первая. Бытие. - коротко ознаменовал начало чего-то инспектор.
Что за человек станет произносить едва связные слова? Так могло показаться только в первый момент. Как только последнее слово окажется произнесено, оппонент почувствует высвобождение ауры стоящего перед ним, а сам обладатель необычного клинка слегка увеличится в размерах, буквально на пару сантиметров, чуть заметно. Но это пока было лишь начало... Запястье сместилось, клинок начал раскручиваться всё быстрее и быстрее, с каждым оборотом раскручиваясь всё больше. Правда, в отличие от того, что делал носитель Шанго, жизненная сила человека перед ним более не изменялась. Но что же будет дальше?
Сам Ичиго, находясь сперва в проигрышном, повышал ставки с каждым минувшим мгновением, с каждым пропущенным ударом атаки. Такт, полутакт, четверть, - внезапно Куросаки начал пропадать из поля зрения Сервантеса, потому что ни глаза его, ни сила Воли Наблюдения попросту не позвояла отследить рыжеволосого, что начал бешено сновать то туда, то сюда. Некоторые крохотные резаки попросту не долетали до него, потому что он исчезал перед попаданием и появлялся, когда атака уже не могла ему навредить, пролетая мимо, казалось, как сквозь призрака. Восьмая часть, шестандцатая, дальше уже просто было некуда! Хэвенфолл полностью потерял «Чёрного Шторма» из виду, не останавливая уже бешено крутящегося в руке меча!
Насколько сильным может быть слово? Когда-то давно Сервантес мог бы ответить, что «слово» способно на многое: поднять воинов на битву, разрешить конфликт без боя, помочь людям найти силу, убрать негатив или просто поспособствовать связи... создать угрозу... обрушить государство... Сейчас Хэвенфолл знал, что «слово» способно сделать абсолютно всё. Подобно тому, как он сумел без каких-либо проблем ранить могучего оппонента, так способен он был сделать ещё очень много вещей... Впрочем...
«Черный Шторм» расценил похвалу инспектора как насмешку, - и высокого же был о себе мнения рыжеволосый. Впрочем, кажется, он понимал своего противника, а потому на печально-сосредоточенном лице появилась едва уловимая ухмылка.
«Ты хочешь брать только выше, Куросаки, да? Возможно, я и правда ошибся. - изменение в мимике резко сошло на нет, обернувшись предыдущим состоянием, - И снова, снова вы идёте против всех... Может, это закономерное правило? Может, только те, кто найдут в себе мужество сделать хотя бы шаг по этому пути смогут стать настолько могучими?»
Вопросы останутся без ответа, пусть Сервантес с удовольствием бы обсудил эту теорию с объектом её, который сейчас выступал в качестве визави. А тем временем не только порезы, но и слеши начали достигать свой цели: тело Ичиго терпело боль, но противостояла атаке инспектора вместе, плечом к плечу с Тенса Зангецу. Чёрный клинок сновал то тут, то там, ведомый волей хозяина и буквально желающий его защитить, - связь мечника и его оружия чувствовалась при виде этих двоих, притом настолько сильно, что, казалось, её можно потрогать. Сам дозорный даже немного завидовал подобному, ведь в их отношения он скорее был служителем своего Готт ис Тот, насыщая его жажду «божественной» крови. Тем не менее, он находил весьма забавным появление того, что полностью противоположно чьим-либо желаниям. Ведь именно из противоборства родился и этот меч...
Однако колебания ауры «Черного Шторма» заставили Сервантеса напрячься: что-то явно происходило, но уловить эти изменения было проблематично. Об одном из обстоятельств инспектор знал наверняка: его противник из внешних планов бытия обожал битву и находил в ней упоение. А вот второе... Со стилем Куросаки он не был знаком совершенно, ведь они только мельком пересекались во время сражения на Маринфорде, и самому Хэвенфолла было вовсе не до того, чтобы изучать напавших на них пиратов Белоуса. Впрочем, это не мешало подготовиться к апогею данной битвы.
- Песнопение. Часть первая. Бытие. - коротко ознаменовал начало чего-то инспектор.
Что за человек станет произносить едва связные слова? Так могло показаться только в первый момент. Как только последнее слово окажется произнесено, оппонент почувствует высвобождение ауры стоящего перед ним, а сам обладатель необычного клинка слегка увеличится в размерах, буквально на пару сантиметров, чуть заметно. Но это пока было лишь начало... Запястье сместилось, клинок начал раскручиваться всё быстрее и быстрее, с каждым оборотом раскручиваясь всё больше. Правда, в отличие от того, что делал носитель Шанго, жизненная сила человека перед ним более не изменялась. Но что же будет дальше?
Сам Ичиго, находясь сперва в проигрышном, повышал ставки с каждым минувшим мгновением, с каждым пропущенным ударом атаки. Такт, полутакт, четверть, - внезапно Куросаки начал пропадать из поля зрения Сервантеса, потому что ни глаза его, ни сила Воли Наблюдения попросту не позвояла отследить рыжеволосого, что начал бешено сновать то туда, то сюда. Некоторые крохотные резаки попросту не долетали до него, потому что он исчезал перед попаданием и появлялся, когда атака уже не могла ему навредить, пролетая мимо, казалось, как сквозь призрака. Восьмая часть, шестандцатая, дальше уже просто было некуда! Хэвенфолл полностью потерял «Чёрного Шторма» из виду, не останавливая уже бешено крутящегося в руке меча!
Первый ход пирата был необычным: он сам решил дать предупреждение дозорному, что встал у него на пути! Цифра один воспламенилась перед ним, но не дрогнул и мускул на лице бывшего вице-адмирала, что сейчас больше напоминал статую, пытаясь уловить движения врага. Признаться честно, у Сервантеса не было ни капли сомнений, что сейчас носитель инициала «Ди» был абсолютно честен с ним, - не только атака, он даже ауры такой могучей никогда не видел за всё время своей службы, кроме как у нескольких людей, которых можно пересчитать по пальцам одной руки! И даже когда Куросаки обозначил начало своей атаки, не успел инспектор даже дёрнуть головой на звук голоса пирата...
- Слово Силы: Щит! - только и успеет произнести он прежде, чем увидит наконец силуэт закончившего все приготовления «Черного Шторма», что вот-вот ворвётся в бой. Золотистый ореол покроет незаметной пеленой всё тело.
Время остановилось. Хэвенфолл прекрасно видел своего визави, видел напряжение его мышц, пульсирующих жизнью, видел предвкушение в его глазах и также мог прочувствовать это волю, нет, Волю, которой пылала его душа. Сейчас бывалый дозорный прекрасно понимал, что перед ним тот, кого он никогда не видывал за всю свою жизнь. Та тень, которой представал в его памяти Ичиго Д. Куросаки была стёрта новым образом, что будет увековечен в чертогах его разума навсегда.
И он сорвался вперёд, пролетая всё расстояние менее, чем за биение разогнавшегося сердца. И стихии станут его клинком наравне с Тенса Зангецу. Один зов его выковал из неосязаемых материй меч, достойный его повеления. Никто не способен выстоять против такой мощи... Никто. Не устоит и другой.
Лишь чудо, само провидение помогло Сервантесу вовремя направить клинок: он знал, что «Чёрный Шторм» атакует напрямую, но не мог точно выгадать момента, поскольку разница в уровнях их сил сейчас была чудовищна. Раскрученный клинок, захваченный Стремглавым Циклом Ненависти, встретился с атакой, что могла бы разрубить этаж Импел Дауна. Но не станет Хэвенфолл противиться импульсу. Ему будет лучше отпустить...
Первое мгновение. Пламя, молнии и Тенса Зангецу ударяются в чудесный щит и Продвинутую Волю Вооружения, лопая обоих, как будто они состоит из стекла и пустоты. Зубы дракона впиваются в эту эфемерную преграду, а она ломается со смачным хрустом. «Черный Шторм» не остановить такой преградой.
Второе мгновение. Стихии обволакивают тело инспектора, пытаясь сожрать всё его тело, но часть оттягивает на себя «Бог Мёртв», и потому он держится, потому как оба меча сталкиваются в желании показать друг другу, как и их владельцев, показать всю свою мощь. Рокот от этой атаки разнесётся на всю округу, будто бы сейчас встретились неудержимая сила и несокрушимая преграда! Даже несмотря на то, что атака Хэвенфолла пройдёт слегка за клинок визави и может быть даже ранит его, не сумеет инспектор сдержать того ужасающего могущества, которым обладал Ичиго Д. Куросаки!
Третье мгновение. Ударная волна прошибает укрепленное Волей Вооружения тело насквозь, впиваясь в каждую клетку тела инспектора, заставляя рёбра трескаться. Клинок рыжеволосого пирата минует оборону, пальто очевидно не выдержит, плоть окажется рассечена, а металл слижет кровь в воздух, располосовывая мышцы так глубоко, что, кажется, продолжать это сражение не имеет смысла...
Разрушительное могущество, свойственное только настоящему Богу Войны, пыталось разорвать саму ткань бытия! Огонь и молнии, дополняя друг другу, в мощном взрыве превратят в пыль дерево, стоявшее рядом. Высвобожденная сила от столкновения двух могучих мечников заставит землю вокруг устремиться прочь, буквально выбивая её из-под ног их и заставляя разлетаться в разные стороны. Сам воздух был разогнан, хотя это было столкновение двух мечей! Что за монстры сошлись в схватке? Да кто этот такой, кто этот рыжеволосый молодой мужчина, чья сила уже заставляет мироздание трепетать?!
- Слово Силы: Щит! - только и успеет произнести он прежде, чем увидит наконец силуэт закончившего все приготовления «Черного Шторма», что вот-вот ворвётся в бой. Золотистый ореол покроет незаметной пеленой всё тело.
Время остановилось. Хэвенфолл прекрасно видел своего визави, видел напряжение его мышц, пульсирующих жизнью, видел предвкушение в его глазах и также мог прочувствовать это волю, нет, Волю, которой пылала его душа. Сейчас бывалый дозорный прекрасно понимал, что перед ним тот, кого он никогда не видывал за всю свою жизнь. Та тень, которой представал в его памяти Ичиго Д. Куросаки была стёрта новым образом, что будет увековечен в чертогах его разума навсегда.
И он сорвался вперёд, пролетая всё расстояние менее, чем за биение разогнавшегося сердца. И стихии станут его клинком наравне с Тенса Зангецу. Один зов его выковал из неосязаемых материй меч, достойный его повеления. Никто не способен выстоять против такой мощи... Никто. Не устоит и другой.
Лишь чудо, само провидение помогло Сервантесу вовремя направить клинок: он знал, что «Чёрный Шторм» атакует напрямую, но не мог точно выгадать момента, поскольку разница в уровнях их сил сейчас была чудовищна. Раскрученный клинок, захваченный Стремглавым Циклом Ненависти, встретился с атакой, что могла бы разрубить этаж Импел Дауна. Но не станет Хэвенфолл противиться импульсу. Ему будет лучше отпустить...
Первое мгновение. Пламя, молнии и Тенса Зангецу ударяются в чудесный щит и Продвинутую Волю Вооружения, лопая обоих, как будто они состоит из стекла и пустоты. Зубы дракона впиваются в эту эфемерную преграду, а она ломается со смачным хрустом. «Черный Шторм» не остановить такой преградой.
Второе мгновение. Стихии обволакивают тело инспектора, пытаясь сожрать всё его тело, но часть оттягивает на себя «Бог Мёртв», и потому он держится, потому как оба меча сталкиваются в желании показать друг другу, как и их владельцев, показать всю свою мощь. Рокот от этой атаки разнесётся на всю округу, будто бы сейчас встретились неудержимая сила и несокрушимая преграда! Даже несмотря на то, что атака Хэвенфолла пройдёт слегка за клинок визави и может быть даже ранит его, не сумеет инспектор сдержать того ужасающего могущества, которым обладал Ичиго Д. Куросаки!
Третье мгновение. Ударная волна прошибает укрепленное Волей Вооружения тело насквозь, впиваясь в каждую клетку тела инспектора, заставляя рёбра трескаться. Клинок рыжеволосого пирата минует оборону, пальто очевидно не выдержит, плоть окажется рассечена, а металл слижет кровь в воздух, располосовывая мышцы так глубоко, что, кажется, продолжать это сражение не имеет смысла...
Разрушительное могущество, свойственное только настоящему Богу Войны, пыталось разорвать саму ткань бытия! Огонь и молнии, дополняя друг другу, в мощном взрыве превратят в пыль дерево, стоявшее рядом. Высвобожденная сила от столкновения двух могучих мечников заставит землю вокруг устремиться прочь, буквально выбивая её из-под ног их и заставляя разлетаться в разные стороны. Сам воздух был разогнан, хотя это было столкновение двух мечей! Что за монстры сошлись в схватке? Да кто этот такой, кто этот рыжеволосый молодой мужчина, чья сила уже заставляет мироздание трепетать?!
Четвёртое мгновение.... Кончилось.
Не выпуская Готт ис Тот, тело Сервантеса, чуть ли не оставляя за собой след, улетает прочь, разрывая землю при приземлении. Неужели... Неужели одной атаки оказалось достаточно? «Чёрный Шторм» ощутит, что после его атаки проклятие его визави потеряет свою силу. Жизненная мощь Ичиго заиграет новыми красками после подобных манёвров! Теперь он сможет ещё больше... Но одинокий раскат сердца пронзит воздух. Пусть и слабая, но аура Хэвенфолла всё ещё проступает. Кажется... Она начинает бурлить с новой силой? Такой ничтожной. Такой блеклой...
Не выпуская Готт ис Тот, тело Сервантеса, чуть ли не оставляя за собой след, улетает прочь, разрывая землю при приземлении. Неужели... Неужели одной атаки оказалось достаточно? «Чёрный Шторм» ощутит, что после его атаки проклятие его визави потеряет свою силу. Жизненная мощь Ичиго заиграет новыми красками после подобных манёвров! Теперь он сможет ещё больше... Но одинокий раскат сердца пронзит воздух. Пусть и слабая, но аура Хэвенфолла всё ещё проступает. Кажется... Она начинает бурлить с новой силой? Такой ничтожной. Такой блеклой...
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)