[id202552723:bp-36291248_228489|Ланселот]
Босс Крокодайла.
«Глупец!» – С широкой усмешкой на лице подумал мужчина, когда в его голове промелькнули картины будущего: расплывчатые силуэты двух сражающихся и перемена в обстановке, вплоть до появления льда и налетевшей горы песка. Когда дело доходит до масштабных атак, точность не стоит на первом месте, поэтому для свада эта ситуация оказалась куда благоприятнее, чем мог бы представить Крокодайл, и поэтому блондин не собирался скрывать своего удовольствия. Вместо атаки с рывком, он замер, зыркнув на пирата взглядом хищника, а следом сунул руку в подсумок. Когда лёд подобрался к его ногам, он уже испил новый экстракт и, предвидя хватку за горло, оскалился ещё шире. Верно! Он видел смутные силуэты будущего! Обладая невероятной реакцией и простимулированной волей, Теорон буквально приоткрывал временную завесу ближайших событий, так как успевал реагировать за миллисекунды начинающихся движений и намерений. Такова была мощь снадобья «чутьё волка», принятого воином перед атакой. Он не недооценивал Крокодайла, понимая, что у каждого могут быть свои особые приемы, просто он оценивал его трезво и подмечал недостатки, которыми собирался воспользоваться!
- Огненная длань! – Вместе с этими словами тело свада объял огонь, растопивший ледяную корку в мгновение ока, и Теорон резко взмахнул клинком вперёд. Мощная волна огня устремилась во все стороны, обретая форму размытой ладони, а масса песка горела и плавилась, так и не добравшись до источника жара. Несомненно, оказавшись практически в центре огненной волны, Крокодайлу будет нелегко остаться нетронутым! Но, помимо этого, в момент взмаха Теорон направил в брюнета воздушный резак, укрепленный волей, предсказывая его следующее движение.
- Я не буду играть с тобой, показывай всё, что у тебя есть! – Сквозь пламя голос свада звучал особенно грозно, и становилось ясно, что новая обстановка не нанесла ему вреда.
Но он закрыл свои напряженные глаза, полагаясь больше на чувство ауры противника, и вышагивая в пламени так, чтобы не отставать от перемещений оппонента.
ONE PIECE RP ·
Серые острова. Третий путь - третий остров. Кальрадия
[id94151278:bp-36291248_228486|Арзу]
Босс Ады.
Вопреки всем ожиданиям пиратки, Калерод не оставался на месте, когда она взлетела вверх и начала перебирать свои препараты, находя нужную форму и сосредотачиваясь на нейтрализации всего яда, ударившего ей в спину. С принятыми снадобьями мужчина получил как физическую силу, так и удивительную скорость, с которой двигался вслед за полетом противницы, невзирая на препятствия – он бесцеремонно рубил осколки зданий на своём пути и перепрыгивал глубокие расщелины, не отставая ни на метр, за исключением разницы в высоте.
«У неё возникла какая-то идея..? Похоже, она разозлилась даже сильнее, чем мне казалось.» – Красные глаза не выпускали летающую девушку из виду, а в голове крутилось много мыслей, в основном о том, как ему поступить сейчас и чем напасть. Но также нельзя забывать о заявлении того, что его яд станет принадлежать ей..! Сперва это кажется глупостью и бредом, но если задуматься, то с такой силой, как у шаманки, это вполне возможно. Поэтому, до того момента, как это произошло, сваду нужно атаковать! Сейчас она определенно ослаблена отравой и эти попытки нейтрализации выйдут пиратке боком – на это уйдет слишком много концентрации.
«Я снова могу использовать его с должной силой… Ладно!» – Решился Калерод, опустив свободную ладонь в подсумок. Он не атаковал воздушными резаками, а только не отдалялся от девушки, и сейчас у него возникла отличная возможность оправдать свою стратегию.
С вновь выпитым экстрактом от тела Фрауда подул слабый ветерок, а затем воздух вокруг полностью остановился – ни единого дуновения, что само по себе должно насторожить Аду, вслушивающуюся в каждый шорох. Даже клубящийся яд остановился на месте, несмотря на манипуляции девушки!
И спустя полсекунды мощный поток ветра ударил прямо в шаманку, вдавливая её вниз и препятствуя взмахам крыльев. Всё, что оставалось девушке – лететь к земле, без способности пролететь в сторону, и там-то её уже ждал Калерод, сжав рукоять напитанного волей клеймора. В момент, когда между ними оставалось несколько метров высоты, Калерод специально направил подавляющий ветер в свою сторону и с огромной силой оттолкнулся в прыжке, проводя широкий взмах вдоль торса шаманки. Движения его рук оказались несвойственно быстрыми, сравнимыми с атакующим броском змеи, и такими же точными.
Но он вдохнул, когда ядовитая завеса только пролетала вниз, и мгновенно стиснул острые зубцы с недовольством на лице. Напряжение в теле возрастало как от принятых снадобий, так и от накала самой битвы.
Босс Ады.
Вопреки всем ожиданиям пиратки, Калерод не оставался на месте, когда она взлетела вверх и начала перебирать свои препараты, находя нужную форму и сосредотачиваясь на нейтрализации всего яда, ударившего ей в спину. С принятыми снадобьями мужчина получил как физическую силу, так и удивительную скорость, с которой двигался вслед за полетом противницы, невзирая на препятствия – он бесцеремонно рубил осколки зданий на своём пути и перепрыгивал глубокие расщелины, не отставая ни на метр, за исключением разницы в высоте.
«У неё возникла какая-то идея..? Похоже, она разозлилась даже сильнее, чем мне казалось.» – Красные глаза не выпускали летающую девушку из виду, а в голове крутилось много мыслей, в основном о том, как ему поступить сейчас и чем напасть. Но также нельзя забывать о заявлении того, что его яд станет принадлежать ей..! Сперва это кажется глупостью и бредом, но если задуматься, то с такой силой, как у шаманки, это вполне возможно. Поэтому, до того момента, как это произошло, сваду нужно атаковать! Сейчас она определенно ослаблена отравой и эти попытки нейтрализации выйдут пиратке боком – на это уйдет слишком много концентрации.
«Я снова могу использовать его с должной силой… Ладно!» – Решился Калерод, опустив свободную ладонь в подсумок. Он не атаковал воздушными резаками, а только не отдалялся от девушки, и сейчас у него возникла отличная возможность оправдать свою стратегию.
С вновь выпитым экстрактом от тела Фрауда подул слабый ветерок, а затем воздух вокруг полностью остановился – ни единого дуновения, что само по себе должно насторожить Аду, вслушивающуюся в каждый шорох. Даже клубящийся яд остановился на месте, несмотря на манипуляции девушки!
И спустя полсекунды мощный поток ветра ударил прямо в шаманку, вдавливая её вниз и препятствуя взмахам крыльев. Всё, что оставалось девушке – лететь к земле, без способности пролететь в сторону, и там-то её уже ждал Калерод, сжав рукоять напитанного волей клеймора. В момент, когда между ними оставалось несколько метров высоты, Калерод специально направил подавляющий ветер в свою сторону и с огромной силой оттолкнулся в прыжке, проводя широкий взмах вдоль торса шаманки. Движения его рук оказались несвойственно быстрыми, сравнимыми с атакующим броском змеи, и такими же точными.
Но он вдохнул, когда ядовитая завеса только пролетала вниз, и мгновенно стиснул острые зубцы с недовольством на лице. Напряжение в теле возрастало как от принятых снадобий, так и от накала самой битвы.
[club36291248:bp-36291248_228491|Ролевая "One Piece"],
Видя огненный вихрь, Крокодайл скомкал песок вокруг себя, выстраивая его подобно кокону, где первые слои выгоревшие от пламени становились защитной коркой для следующих, так что ему ничего не угрожало. И пока вокруг бушевал огонь, пират ушел ногами в песок, в следующий момент появляясь метрах в тридцати от этого места, подобное перемещение было довольно тяжелым, но оно стоило того.
- Много болтаешь. Все что у тебя есть, это заимствованная сила, я же покажу тебе что такое по настоящему быть фруктовиком. - на этих словах Крокодайл сначала поднял руку с крюком вверх, а затем резко опустил её вниз, чтобы огромный поток песка хлынул вниз на его противника, пламя которого было только на руку песочному. Оно делало его песок даже смертоноснее, и упрощало ему работу, всего то и нужно было направить песок куда надо, а огонь уже превращал его в настоящее оружие. Пока это происходило, экзоскелет Крокодайла наконец окончательно зарядился, а значит можно было больше не бояться подобных атак. Интересно сколько ещё экстрактов у этого парня, который столько говорит про силу, но в итоге только и делает что заимствует её у других. Сколько бы они не дрались, песка на их арене становилось только больше, что на земле, что в воздухе, никакие атаки мужчины не могли уменьшить его количество, ведь Крокодайл буквально превращал все вокруг в свой песок, бесконечно расширяя свою власть в этом месте.
Видя огненный вихрь, Крокодайл скомкал песок вокруг себя, выстраивая его подобно кокону, где первые слои выгоревшие от пламени становились защитной коркой для следующих, так что ему ничего не угрожало. И пока вокруг бушевал огонь, пират ушел ногами в песок, в следующий момент появляясь метрах в тридцати от этого места, подобное перемещение было довольно тяжелым, но оно стоило того.
- Много болтаешь. Все что у тебя есть, это заимствованная сила, я же покажу тебе что такое по настоящему быть фруктовиком. - на этих словах Крокодайл сначала поднял руку с крюком вверх, а затем резко опустил её вниз, чтобы огромный поток песка хлынул вниз на его противника, пламя которого было только на руку песочному. Оно делало его песок даже смертоноснее, и упрощало ему работу, всего то и нужно было направить песок куда надо, а огонь уже превращал его в настоящее оружие. Пока это происходило, экзоскелет Крокодайла наконец окончательно зарядился, а значит можно было больше не бояться подобных атак. Интересно сколько ещё экстрактов у этого парня, который столько говорит про силу, но в итоге только и делает что заимствует её у других. Сколько бы они не дрались, песка на их арене становилось только больше, что на земле, что в воздухе, никакие атаки мужчины не могли уменьшить его количество, ведь Крокодайл буквально превращал все вокруг в свой песок, бесконечно расширяя свою власть в этом месте.
[id202552723:bp-36291248_228496|Ланселот]
Босс Крокодайла.
Под напором пламени от песчаной сферы в миг не осталось ни одного слоя – каждый из них нагрелся до предела и сливался в расплавленное стекло, спадающее, подобно шкурке апельсина, и когда брюнет собирался юркнуть в песок и увеличить дистанцию, яростный огонь ужалил его в грудь. Впрочем, скрывшись с прежней позиции, однорукому всё-таки удалось избежать резака – тот просто не успел подлететь.
«Мне всё равно, куда ты попытаешься сбежать. Я достану тебя!» – Подумал Теорон в тот миг, когда песочный слился с песком и увеличивал дистанцию. Он мгновенно сорвался с места, не только не отставая от перемещения врага, но и сокращая разницу в метрах между ними, в итоге настигнув оппонента тогда, когда он вышел из песка и поднял крюк для новой атаки. Уголки губ свада растянулись в широкую ухмылку, стоило ему сойтись взглядом с Крокодайлом, и он мигом отвел клинок за спину. Плечи, руки, пальцы, лезвие меча, а вместе с тем и ноги – весь Теорон вспыхнул огнём, а клинок почернел. С мощным рывком воин добрался до Крокодайла вплотную и провел вертикальный разрез по его телу, предсказывая положение рук и запоздалые манипуляции с песком. Сейчас он видел наперед намного дальше и глубже, чем мог представить логист, и просто-напросто перекрывал каждое его действие. А по своему телосложению Теорон Грэй оказался развит намного лучше пирата, поэтому был быстрее и сильнее, как воин. Но говоря о мастерстве фруктовика…
Быть может, противник действительно более умел в этом и использует силы дьявольского фрукта куда увереннее и понимает их возможности глубже, но это не значит, что он способен на всё! Чтобы пользоваться экстрактами и раскрывать силу «чужих» умений, свадам тоже нужны тренировки и практика, а их тела подвергаются испытаниям и вынуждены приспосабливаться!
Впрочем, именно этому воину не было дела до обидных издёвок своего врага. Он просто решил проучить его, чтобы больше никто и никогда не услышал таких слов из его уст.
После первого удара, не возвращаясь к стойке, Теорон мгновенно направил силы на вторую атаку, опустив клинок под малым углом в правую часть торса пирата, таким образом собираясь оставить на нём крестообразную рану.
Босс Крокодайла.
Под напором пламени от песчаной сферы в миг не осталось ни одного слоя – каждый из них нагрелся до предела и сливался в расплавленное стекло, спадающее, подобно шкурке апельсина, и когда брюнет собирался юркнуть в песок и увеличить дистанцию, яростный огонь ужалил его в грудь. Впрочем, скрывшись с прежней позиции, однорукому всё-таки удалось избежать резака – тот просто не успел подлететь.
«Мне всё равно, куда ты попытаешься сбежать. Я достану тебя!» – Подумал Теорон в тот миг, когда песочный слился с песком и увеличивал дистанцию. Он мгновенно сорвался с места, не только не отставая от перемещения врага, но и сокращая разницу в метрах между ними, в итоге настигнув оппонента тогда, когда он вышел из песка и поднял крюк для новой атаки. Уголки губ свада растянулись в широкую ухмылку, стоило ему сойтись взглядом с Крокодайлом, и он мигом отвел клинок за спину. Плечи, руки, пальцы, лезвие меча, а вместе с тем и ноги – весь Теорон вспыхнул огнём, а клинок почернел. С мощным рывком воин добрался до Крокодайла вплотную и провел вертикальный разрез по его телу, предсказывая положение рук и запоздалые манипуляции с песком. Сейчас он видел наперед намного дальше и глубже, чем мог представить логист, и просто-напросто перекрывал каждое его действие. А по своему телосложению Теорон Грэй оказался развит намного лучше пирата, поэтому был быстрее и сильнее, как воин. Но говоря о мастерстве фруктовика…
Быть может, противник действительно более умел в этом и использует силы дьявольского фрукта куда увереннее и понимает их возможности глубже, но это не значит, что он способен на всё! Чтобы пользоваться экстрактами и раскрывать силу «чужих» умений, свадам тоже нужны тренировки и практика, а их тела подвергаются испытаниям и вынуждены приспосабливаться!
Впрочем, именно этому воину не было дела до обидных издёвок своего врага. Он просто решил проучить его, чтобы больше никто и никогда не услышал таких слов из его уст.
После первого удара, не возвращаясь к стойке, Теорон мгновенно направил силы на вторую атаку, опустив клинок под малым углом в правую часть торса пирата, таким образом собираясь оставить на нём крестообразную рану.
Маркус
Наконец оружие Маркуса была при нем и сложная часть осталась позади, однако, силы возвращались долго. Особенно силы фрукта, руки не опускались с оружием. Просто Маркус стал немного медлительней чем обычно. Словно он прибывал в полу-сне. И какое-то время он сохранял это состояние, пока в разрушенной части, в которой он был с Гансом не появился шум. Свады волной выбрались из всех возможных укрытий, когда поняли что битва Роршаха и Дозорного закончилась.
=Они близко командир. - сказал Ганс, его хаки наблюдения была лучше развита, он чувствовал на куда большее расстояние и чувствовал приближающийся угрозы со стороны основной крепости.
-Хорошо. Я понял тебя. - ответил Маркус, доставая из кобур револьверы “Доверие” и
“Злодеяние”. Они были заряжены и сняты с предохранителя. Но к нижним частям револьверов были присоединены штык ножи на всякий случай. Судя по всему Маркус собирался отстреливать врагов только револьверами, пока что не прибегая к автомату “Разоритель”, а вот у Ганса особо не было выбора в оружии. При нем были револьверы от БОМБСА, поэтому они имели схожий эффект как у фрукта Фокса, не говоря уже про стреляющий протез вместо левой руки, который он использовал не так часто. Ну потому что не было смысла его использовать постоянно. Но сам протез был скрыт за рукавом, а запястье перчаткой, поэтому понять что это был протез было не понятно. Но на рукаве имелся специальная прорезь, что бы откинуть запястье вниз и оголить внутреннюю пушку и не порвать сам рукав.
Пыли уже почти не было, поэтому Дозорные могли разглядеть как к ним приближаются вооруженные люди, явно не собираясь останавливаться. Маркус вытянул руку с темным револьвером по направлению к бегущим. Прицелиться и выстрелить черным револьвером было не сложно, потому что следом открыл огонь и из белого револьвера. Огонь велся прицельным, метя в головы противникам, несмотря на расстояние для умелого стрелка это не большая проблема. Ганс тоже начал стрелять, разница между ними была лишь в том, что пули Ганса взорвались после попадания. А Маркус даже слабую сторону фрукта не использовал, он просто стрелял максимально точно. На столько его вымотал бой с Роршахом, что он даже самые простые атаки фруктом не стал использовать, дабы восстановиться в полной мере, когда его сила ему точно понадобиться.
Наконец оружие Маркуса была при нем и сложная часть осталась позади, однако, силы возвращались долго. Особенно силы фрукта, руки не опускались с оружием. Просто Маркус стал немного медлительней чем обычно. Словно он прибывал в полу-сне. И какое-то время он сохранял это состояние, пока в разрушенной части, в которой он был с Гансом не появился шум. Свады волной выбрались из всех возможных укрытий, когда поняли что битва Роршаха и Дозорного закончилась.
=Они близко командир. - сказал Ганс, его хаки наблюдения была лучше развита, он чувствовал на куда большее расстояние и чувствовал приближающийся угрозы со стороны основной крепости.
-Хорошо. Я понял тебя. - ответил Маркус, доставая из кобур револьверы “Доверие” и
“Злодеяние”. Они были заряжены и сняты с предохранителя. Но к нижним частям револьверов были присоединены штык ножи на всякий случай. Судя по всему Маркус собирался отстреливать врагов только револьверами, пока что не прибегая к автомату “Разоритель”, а вот у Ганса особо не было выбора в оружии. При нем были револьверы от БОМБСА, поэтому они имели схожий эффект как у фрукта Фокса, не говоря уже про стреляющий протез вместо левой руки, который он использовал не так часто. Ну потому что не было смысла его использовать постоянно. Но сам протез был скрыт за рукавом, а запястье перчаткой, поэтому понять что это был протез было не понятно. Но на рукаве имелся специальная прорезь, что бы откинуть запястье вниз и оголить внутреннюю пушку и не порвать сам рукав.
Пыли уже почти не было, поэтому Дозорные могли разглядеть как к ним приближаются вооруженные люди, явно не собираясь останавливаться. Маркус вытянул руку с темным револьвером по направлению к бегущим. Прицелиться и выстрелить черным револьвером было не сложно, потому что следом открыл огонь и из белого револьвера. Огонь велся прицельным, метя в головы противникам, несмотря на расстояние для умелого стрелка это не большая проблема. Ганс тоже начал стрелять, разница между ними была лишь в том, что пули Ганса взорвались после попадания. А Маркус даже слабую сторону фрукта не использовал, он просто стрелял максимально точно. На столько его вымотал бой с Роршахом, что он даже самые простые атаки фруктом не стал использовать, дабы восстановиться в полной мере, когда его сила ему точно понадобиться.
[club36291248:bp-36291248_228492|Ролевая "One Piece"],
Чутье мантикоры, благодаря яду, расширялось каждую секунду всё больше, и больше. Она ощущала всё, что происходило рядом с ядовитым облаком, буквально любое изменением, допустим, в воздушных потоках между прослойками газа, и, помимо этого, старалась следить и за этими кругами. Ей не нужны были глаза – она хорошо слышала, что находится за своеобразным расширяющимся кругом, а благодаря звериному чутью и воле наблюдения, она могла предсказать атаки и не подставляться под удар. Всё было продуманнее некуда, казалось бы, однако её противник так не считал. Зависнув в воздухе, рыжеволосая заметила изменение в ауре противника – незначительное, возможно, возникшее из-за его эмоций, но это заставило приоткрыть глаза. За таким плотным газом обычный человек не мог видеть, но Рейн могла – благодаря звериным чувствам, она четко могла предполагать, где находится её противник, а зрительно ей буквально прорисовывался нераскрашенный силуэт, очертания, которых ей хватало. Так или иначе, что-то свад должен был предпринять.
«Слэш? Твой яд не так силён, чтобы замедлить меня настолько,» - хмыкнула сама себе Ада, поджав губы. Что-то в этом ощущалось другое. Снова экстракт? В таком случае, опасность могла поджидать её вообще из любой стороны. И, судя по всему, это точно был экстракт.
Уши не улавливали шума ветра или каких-либо колебаний в воздухе. Настала абсолютная тишина на этом фоне. Не было ничего, словно свад воссоздал ощущение штиля. Это раздражало. Сжав пальцы, девушка заставила видоизмениться облако, из которого начали появляться ядовитые формы, контролируемые мантикорой. Это была форма шипов – больших и длинных, что могли растягиваться и сжиматься, из-за чего их концентрация могла запросто варьироваться. Им был отдан один единственный приказ – добраться до свада и проникнуть в его тело либо через порезы, либо через дыхательные пути, позволив вдохнуть себя. Её опасения были оправданы – спустя полсекунды после того, как ветер прекратился, мощный поток воздуха ударил её прямо со спины, вдавливая её вниз. Не было и смысла пытаться противиться ему – крылья бы не подняли при таком сопротивлении, потому всё, что сделала рыжеволосая – укрепила тыльную их часть, внешнюю, волей вооружения. Её глаза ясно видели, что собрался делать мечник, потому всё, что он увидел перед тем, как нанести урон – плотно прижатые друг к другу крылья, закрывшие торс рыжеволосой. Отливаясь волей вооружения, они смягчили урон, вошедший в мантикору, и, пусть и повредив серьезно крыло, т.к. меч всё же впился в него, позволил пиратке действовать. Вполне резко рыжая взмахнула крыльями, отбивая ранивший её клинок, и следующим действием стало нападение – увесистый удар кулаком, усиленным волей вооружения, прямо в торс противника, задевающий диафрагму. Это должно было выбить весь воздух из его лёгких, что заставило бы потом мечника задышать в срочном порядке. А дышать было практически нечем, ведь яд всё ещё исходил из врачевательницы, и он был уже здесь, вместе с ней – и в виде нарастающего облака, и в виде ядовитых форм, влетевших и разбившихся обратно в облака об свада.
Чутье мантикоры, благодаря яду, расширялось каждую секунду всё больше, и больше. Она ощущала всё, что происходило рядом с ядовитым облаком, буквально любое изменением, допустим, в воздушных потоках между прослойками газа, и, помимо этого, старалась следить и за этими кругами. Ей не нужны были глаза – она хорошо слышала, что находится за своеобразным расширяющимся кругом, а благодаря звериному чутью и воле наблюдения, она могла предсказать атаки и не подставляться под удар. Всё было продуманнее некуда, казалось бы, однако её противник так не считал. Зависнув в воздухе, рыжеволосая заметила изменение в ауре противника – незначительное, возможно, возникшее из-за его эмоций, но это заставило приоткрыть глаза. За таким плотным газом обычный человек не мог видеть, но Рейн могла – благодаря звериным чувствам, она четко могла предполагать, где находится её противник, а зрительно ей буквально прорисовывался нераскрашенный силуэт, очертания, которых ей хватало. Так или иначе, что-то свад должен был предпринять.
«Слэш? Твой яд не так силён, чтобы замедлить меня настолько,» - хмыкнула сама себе Ада, поджав губы. Что-то в этом ощущалось другое. Снова экстракт? В таком случае, опасность могла поджидать её вообще из любой стороны. И, судя по всему, это точно был экстракт.
Уши не улавливали шума ветра или каких-либо колебаний в воздухе. Настала абсолютная тишина на этом фоне. Не было ничего, словно свад воссоздал ощущение штиля. Это раздражало. Сжав пальцы, девушка заставила видоизмениться облако, из которого начали появляться ядовитые формы, контролируемые мантикорой. Это была форма шипов – больших и длинных, что могли растягиваться и сжиматься, из-за чего их концентрация могла запросто варьироваться. Им был отдан один единственный приказ – добраться до свада и проникнуть в его тело либо через порезы, либо через дыхательные пути, позволив вдохнуть себя. Её опасения были оправданы – спустя полсекунды после того, как ветер прекратился, мощный поток воздуха ударил её прямо со спины, вдавливая её вниз. Не было и смысла пытаться противиться ему – крылья бы не подняли при таком сопротивлении, потому всё, что сделала рыжеволосая – укрепила тыльную их часть, внешнюю, волей вооружения. Её глаза ясно видели, что собрался делать мечник, потому всё, что он увидел перед тем, как нанести урон – плотно прижатые друг к другу крылья, закрывшие торс рыжеволосой. Отливаясь волей вооружения, они смягчили урон, вошедший в мантикору, и, пусть и повредив серьезно крыло, т.к. меч всё же впился в него, позволил пиратке действовать. Вполне резко рыжая взмахнула крыльями, отбивая ранивший её клинок, и следующим действием стало нападение – увесистый удар кулаком, усиленным волей вооружения, прямо в торс противника, задевающий диафрагму. Это должно было выбить весь воздух из его лёгких, что заставило бы потом мечника задышать в срочном порядке. А дышать было практически нечем, ведь яд всё ещё исходил из врачевательницы, и он был уже здесь, вместе с ней – и в виде нарастающего облака, и в виде ядовитых форм, влетевших и разбившихся обратно в облака об свада.
[id94151278:bp-36291248_228515|Арзу]
Босс Ады.
Для пиратки было невозможно бороться с таким резким дуновением ветра, ведь в своих полётах она полагалась исключительно на крылья, а значит, сильно зависела от поведения воздушных потоков и собственно взмахов самих крыльев. Ни то ни другое ей не помогло и вот, она рухнула вниз, прямо на удар свада, но в тот момент рыжеволосая решилась использовать свои крылья как щит! Полусферическая стена из перьев отблескивала чёрной волей, вертикальный разрез воина остановился на этой защите, но зато неслабо повредил одно из крыльев – теперь эта девушка не полетает. Но ничем хорошим это не обернется – Калерод понимал ситуацию даже лучше, чем сама Ада, поскольку оказался в щекотливом положении. Его атаку отбили, он всем телом прочувствовал дрожь, отходящую от меча и руки, вместе с ним вскинутой в сторону, а тем временем мышцы заныли, предвещая обратную трансформацию. Но самое страшное в том, что враг оказался перед ним, почти беззащитным, и собирался нанести ответный удар. Скрепив зубы, мужчина направил волю в защиту торса и приготовился к удару в живот. Вбивающая мощь кулака Ады отозвалась в теле сильной болью, глаза Калерода на мгновение расширились, но тот быстро их сомкнул и нахмурил брови настолько сильно, что на ещё серой коже образовались глубокие морщины. Выдох. Рот непроизвольно раскрылся, выпуская воздух из лёгких, и они сжались в жажде нового вдоха… Его не последовало. Изо всех сил сдерживаясь, Калерод устремился вперёд телом и ещё раскрытым ртом налетел на левое плечо Ады, по-акульи острыми зубами вонзаясь в кожу и мышцы. И среди этих зубцов затаились длинные клыки, способные впрыснуть в кровь девушки яд. Нейтрализующий эффект вызывает мощное ослабление мышечной массы и приводит к временном параличу – отрава, присущая дальновидной змее!
Но, несмотря на огромное желание, Калерод не смог бы вырвать кусок плоти своим укусом – оставив рану, он оттолкнется от Ады и сделает неглубокий вдох.
«Черт! Это плохо, но…» – У свада не было времени причитать о неудачном стечении обстоятельств. Собрав силы в ногах, мужчина отскочил в сторону как можно быстрее и оставшимся потоком ветра разогнал ядовитую завесу подальше от поля боя.
Грубая серая кожа на его теле начинала возвращать прежнюю мягкость и цвет, а хищные глаза снова оказались человеческими, с круглым зрачком и радужкой привычного оттенка, на них осталась только краснота от напряженных сосудов.
Босс Ады.
Для пиратки было невозможно бороться с таким резким дуновением ветра, ведь в своих полётах она полагалась исключительно на крылья, а значит, сильно зависела от поведения воздушных потоков и собственно взмахов самих крыльев. Ни то ни другое ей не помогло и вот, она рухнула вниз, прямо на удар свада, но в тот момент рыжеволосая решилась использовать свои крылья как щит! Полусферическая стена из перьев отблескивала чёрной волей, вертикальный разрез воина остановился на этой защите, но зато неслабо повредил одно из крыльев – теперь эта девушка не полетает. Но ничем хорошим это не обернется – Калерод понимал ситуацию даже лучше, чем сама Ада, поскольку оказался в щекотливом положении. Его атаку отбили, он всем телом прочувствовал дрожь, отходящую от меча и руки, вместе с ним вскинутой в сторону, а тем временем мышцы заныли, предвещая обратную трансформацию. Но самое страшное в том, что враг оказался перед ним, почти беззащитным, и собирался нанести ответный удар. Скрепив зубы, мужчина направил волю в защиту торса и приготовился к удару в живот. Вбивающая мощь кулака Ады отозвалась в теле сильной болью, глаза Калерода на мгновение расширились, но тот быстро их сомкнул и нахмурил брови настолько сильно, что на ещё серой коже образовались глубокие морщины. Выдох. Рот непроизвольно раскрылся, выпуская воздух из лёгких, и они сжались в жажде нового вдоха… Его не последовало. Изо всех сил сдерживаясь, Калерод устремился вперёд телом и ещё раскрытым ртом налетел на левое плечо Ады, по-акульи острыми зубами вонзаясь в кожу и мышцы. И среди этих зубцов затаились длинные клыки, способные впрыснуть в кровь девушки яд. Нейтрализующий эффект вызывает мощное ослабление мышечной массы и приводит к временном параличу – отрава, присущая дальновидной змее!
Но, несмотря на огромное желание, Калерод не смог бы вырвать кусок плоти своим укусом – оставив рану, он оттолкнется от Ады и сделает неглубокий вдох.
«Черт! Это плохо, но…» – У свада не было времени причитать о неудачном стечении обстоятельств. Собрав силы в ногах, мужчина отскочил в сторону как можно быстрее и оставшимся потоком ветра разогнал ядовитую завесу подальше от поля боя.
Грубая серая кожа на его теле начинала возвращать прежнюю мягкость и цвет, а хищные глаза снова оказались человеческими, с круглым зрачком и радужкой привычного оттенка, на них осталась только краснота от напряженных сосудов.
[club36291248:bp-36291248_228517|Ролевая "One Piece"],
Действия противника были слишком отчаянными. Его клыки, впившиеся в плоть мантикоры, не вызвали никакой боли, но внесли слишком много неясностей в сами мысли рыжеволосой.
Она была зла, но подобным ходом её просто осадили. Да, непременно, она чувствовала, что её плечо невероятно ноет, что совсем рядом – шея, а он, из-за своих размеров, одним из клыков попал прямо в плечевую артерию. Это было больно, но она этого не ощутила. В голове было слишком много мыслей, и места для осознания боли не находилось вовсе.
За ту короткую секунду, что буквально произошла, врачевательница смоделировала ситуацию и расписала её у себя в голове на множества фактов.
Первое – он пробил её кожу. Черт подери, кожа мантикоры была весьма прочной, но её прокусили с такой легкостью, словно её и не существовало. На ней была даже чешуя, шипы – тоже немаловажная защита, но её прокусили. Может, не так уж она и сильна, как считала.
Вторым стало то, что он задел левую подключичную артерию. Он задел то место, куда её ранили на Манторусе. Аде сделал больно не сам удар, о воспоминание о том, что произошло. Ей вновь показалось, что по телу прошел разряд, а сердце вот-вот пропустит удар. Это злило ещё сильнее.
Третьим оказался яд. Не ощутить его рыжеволосая не могла. Не ощутить яд в организме, напичканном ядом, ядовитое создание – мантикора – просто не могла. Это вгоняло в ярость. В тихую, но большую злобу, и стоило только Калероду продержаться хотя бы мгновение, совершив укус, как он мог услышать бархатное горловое рычание большой кошки, а увидеть – оскал на львиной морде и бешеные глаза, чьи крошечные зрачки смотрели прямо на него.
Всё верно, девушка снова изменила облик, приняв теперь форму полного гибрид – антропоморфное состояние, когда она меньше всего похожа на человека, но все ещё является прямоходящей и все ещё является собой. Полный гибрид не был формой, подаренной «зоан+», но эта таблетка придавала силы врачевательнице, мешая формы между собой. Тем не менее, что бы не сделал свад, ему было позволено отдалиться, ведь Рейн ничего не задействовала. О нет, она не устала – лишь разбиралась со своими эмоциями, со своим звериным голодом, что порабощал сознание. Жажда крови – всё, что было на уме, но первоначально его нужно было убить любой ценой. И она пропустила такую хорошую возможность…
Яд мантикоры, блуждающий по собственным сосудам и по кровеносным, вперемешку с кровью, был основной причиной, почему Ада была уверена, что мечник скоро умрёт. Он прокусил её, напичканную смертельным ядом, и уже точно не выйдет сухим из воды. Его эритроциты совсем скоро разрушатся, что приведет к анемии, к гипоксии мозга. Восстановить такое невозможно, если только не увеличить количество эритроцитов за краткий срок, но он не сможет. Она ему не позволит. Его ничто не спасет.
Львица оскалилась, наконец ощутив боль. Кровотечение было обильным, буквально с каждым стуком сердца кровь выплескивалась наружу, и всё, что могла бы ощущать Ада – то, как её конечность «устает», холодеет. Но нет. Контролируя свой яд, она закрыла стенки сосуда и раны жидкостью, что моментально отправилась в место, куда попал и другой яд. Всё, что было приказано – обеспечить герметичные условия для него. Нельзя допустить, что он впитается в мышцы, ведь на собственное лечение у рыжеволосой не будет никакого времени. Впрочем… ей, по сути, левая рука и не нужна. Напряг ноги, где сил было больше, чем в остальном теле, врачевательница буквально в одно мгновение оказалась около противника, резко цапая его когтями правой руки – длинными, покрытым ядом и волей вооружения, направленные скорее на торс, чем куда-то ещё.
Действия противника были слишком отчаянными. Его клыки, впившиеся в плоть мантикоры, не вызвали никакой боли, но внесли слишком много неясностей в сами мысли рыжеволосой.
Она была зла, но подобным ходом её просто осадили. Да, непременно, она чувствовала, что её плечо невероятно ноет, что совсем рядом – шея, а он, из-за своих размеров, одним из клыков попал прямо в плечевую артерию. Это было больно, но она этого не ощутила. В голове было слишком много мыслей, и места для осознания боли не находилось вовсе.
За ту короткую секунду, что буквально произошла, врачевательница смоделировала ситуацию и расписала её у себя в голове на множества фактов.
Первое – он пробил её кожу. Черт подери, кожа мантикоры была весьма прочной, но её прокусили с такой легкостью, словно её и не существовало. На ней была даже чешуя, шипы – тоже немаловажная защита, но её прокусили. Может, не так уж она и сильна, как считала.
Вторым стало то, что он задел левую подключичную артерию. Он задел то место, куда её ранили на Манторусе. Аде сделал больно не сам удар, о воспоминание о том, что произошло. Ей вновь показалось, что по телу прошел разряд, а сердце вот-вот пропустит удар. Это злило ещё сильнее.
Третьим оказался яд. Не ощутить его рыжеволосая не могла. Не ощутить яд в организме, напичканном ядом, ядовитое создание – мантикора – просто не могла. Это вгоняло в ярость. В тихую, но большую злобу, и стоило только Калероду продержаться хотя бы мгновение, совершив укус, как он мог услышать бархатное горловое рычание большой кошки, а увидеть – оскал на львиной морде и бешеные глаза, чьи крошечные зрачки смотрели прямо на него.
Всё верно, девушка снова изменила облик, приняв теперь форму полного гибрид – антропоморфное состояние, когда она меньше всего похожа на человека, но все ещё является прямоходящей и все ещё является собой. Полный гибрид не был формой, подаренной «зоан+», но эта таблетка придавала силы врачевательнице, мешая формы между собой. Тем не менее, что бы не сделал свад, ему было позволено отдалиться, ведь Рейн ничего не задействовала. О нет, она не устала – лишь разбиралась со своими эмоциями, со своим звериным голодом, что порабощал сознание. Жажда крови – всё, что было на уме, но первоначально его нужно было убить любой ценой. И она пропустила такую хорошую возможность…
Яд мантикоры, блуждающий по собственным сосудам и по кровеносным, вперемешку с кровью, был основной причиной, почему Ада была уверена, что мечник скоро умрёт. Он прокусил её, напичканную смертельным ядом, и уже точно не выйдет сухим из воды. Его эритроциты совсем скоро разрушатся, что приведет к анемии, к гипоксии мозга. Восстановить такое невозможно, если только не увеличить количество эритроцитов за краткий срок, но он не сможет. Она ему не позволит. Его ничто не спасет.
Львица оскалилась, наконец ощутив боль. Кровотечение было обильным, буквально с каждым стуком сердца кровь выплескивалась наружу, и всё, что могла бы ощущать Ада – то, как её конечность «устает», холодеет. Но нет. Контролируя свой яд, она закрыла стенки сосуда и раны жидкостью, что моментально отправилась в место, куда попал и другой яд. Всё, что было приказано – обеспечить герметичные условия для него. Нельзя допустить, что он впитается в мышцы, ведь на собственное лечение у рыжеволосой не будет никакого времени. Впрочем… ей, по сути, левая рука и не нужна. Напряг ноги, где сил было больше, чем в остальном теле, врачевательница буквально в одно мгновение оказалась около противника, резко цапая его когтями правой руки – длинными, покрытым ядом и волей вооружения, направленные скорее на торс, чем куда-то ещё.
Но одной атакой это не заканчивалась, она буквально провела серию ударов по различным областям, меняя своё местоположение с помощью ног. Рейн не стояла на месте – постоянно минимальными прыжками смещалась то в лево, то в право – в непредсказуемые даже для себя стороны, и пару раз ударяла хвостом, усиленным волей вооружения. Щадя левую руку, чтобы не разносить неизвестный яд по тканям, Ада держала дистанцию и подставляла только лишь правую сторону под удар, если такое и вовсе приходилось. В последний момент, отдалившись на небольшое расстояние, львица вновь нанесла урон, но теперь - лишь сделала вид, что рукой. Вплотную приблизившись к сваду, мантикора боднула его лбом и рогами, усиленными волей вооружения, и, оскалившись, также впилась ему левое плечо – точнее, в ключицу, практически под шеей, сжав челюсти с огромной силой. Причем, правая свободная рука навострила когти, с разгону нанося удар по рёбрам. Туда, где раньше и била – там, где должно быть повреждение.
[club36291248:bp-36291248_227669|Ролевая "One Piece"]
В силу молодого возраста назвать Дайлена опытным воином будет не правильно, однако нельзя оспорить и того, что на пути ему часто встречаются сильные противники, становясь самым настоящим препятствием, испытанием, которое необходимо преодолеть. Зачастую юноша применял лишь то, что ему было удобно, и рисковал, выбивая победу из цепких рук врагов и соперников, но по-настоящему зрелым бойцом себя никогда не считал. И стал ли сейчас? Даже после многих боёв для него всё ещё остается повод для сомнений, когда речь идет об его собственных навыках. «Правильно ли я атакую? Нормально ли, что я полагаюсь больше на физическую силу? Мои контратаки никудышны. Я плохо предугадываю размышления противника. Мне недостает терпения. В своей собственной команде я хуже всех использую силу дьявольского фрукта! Ал’акиру постоянно приходится меня прикрывать. Что сделать, чтобы стать сильнее? Чего мне не хватает?» – Множество подобных мыслей постоянно крутится в голове юноши, призывая не зацикливаться на уже достигнутых результатах, а стремиться к большему и оттачивать полученные навыки, доводя до совершенства, чтобы каждый из них стал не просто козырем в рукаве, а привычным, простым и оттого недосягаемым «коронным» умением. Поэтому это не превращается в неуверенность и не ослабляет волю к победе! Но, только здраво оценивая себя и свои возможности, он может становиться сильнее.
И в этот раз всё точно так же. Враг перед ним являлся одним из командующих всей армии Серого Марша, а его внушительная аура демонстрировала пылкий воинственный дух, сотканный из тысяч дней тренировок и множества боев. По мнению Дайлена, оценивающего только по ауре, его нынешний противник будет во многом сильнее Всадников, с которыми ему приходилось встречаться раньше. Даже не так… Гастия – один из сильнейших людей, с которыми парень сталкивался в бою до сего момента.
«Сосредоточься. Чтобы сражаться с такими, как он, я обязан использовать всё, что умею.» – Промелькнуло в мыслях синеволосого, когда два клинка столкнулись, издавая слабый скрежет. Противник первым перестал давить на оружие, сделав послабление и направив удар в сторону, увеличивая дистанцию для предупреждения серии атак. А Дайлен же с легкостью остановил полу-воздушный клинок, стоило точке опоры исчезнуть, и провел пальцами по кромке. Монарх тут же вернулся в металлическую форму, пока взглядом синеволосый высматривал действия свада – тот опустошил одну из своих склянок. И применение экстрактов всегда подкидывает парочку сюрпризов во время боя, так что к этому необходимо относиться с должной внимательностью.
«Это… Он будет атаковать!» – Почувствовав намерения Гастии, мечник насупил брови и сделал полшага назад, принимая защитную стойку с готовностью отбить любое нападение. В этот момент тело свада распалось на сгустки света, с огромной скоростью сокращая разрыв между ними, прежде чем он нанесет колющий удар. Необычные колебания меча доставляли некоторые неудобства, да к тому же враг был готов сместить оружие в нужном направлении, если в чем-то усомнится. Но когда он вытянул руку вперёд, вкладывая силу, Дайлен резко ударил в лезвие вражеского клинка, отводя его острие в сторону – оно лишь по касательной прошлось вдоль кирасы.
У Дайлена не было времени даже на размышления следующего шага! Всё, что он смог – почувствовать новое намерение, а затем враг вспышкой света оказался сбоку, по левое плечо, и взмахивал новой атакой. Совсем не раздумывая, парень рефлекторно вытянул клинок в блоке, сумев остановить удар перед самой рукой. Благодаря защите перчаток ему удалось избежать травмы, но тяжесть нападения продавила лезвие мейто к плечу.
В силу молодого возраста назвать Дайлена опытным воином будет не правильно, однако нельзя оспорить и того, что на пути ему часто встречаются сильные противники, становясь самым настоящим препятствием, испытанием, которое необходимо преодолеть. Зачастую юноша применял лишь то, что ему было удобно, и рисковал, выбивая победу из цепких рук врагов и соперников, но по-настоящему зрелым бойцом себя никогда не считал. И стал ли сейчас? Даже после многих боёв для него всё ещё остается повод для сомнений, когда речь идет об его собственных навыках. «Правильно ли я атакую? Нормально ли, что я полагаюсь больше на физическую силу? Мои контратаки никудышны. Я плохо предугадываю размышления противника. Мне недостает терпения. В своей собственной команде я хуже всех использую силу дьявольского фрукта! Ал’акиру постоянно приходится меня прикрывать. Что сделать, чтобы стать сильнее? Чего мне не хватает?» – Множество подобных мыслей постоянно крутится в голове юноши, призывая не зацикливаться на уже достигнутых результатах, а стремиться к большему и оттачивать полученные навыки, доводя до совершенства, чтобы каждый из них стал не просто козырем в рукаве, а привычным, простым и оттого недосягаемым «коронным» умением. Поэтому это не превращается в неуверенность и не ослабляет волю к победе! Но, только здраво оценивая себя и свои возможности, он может становиться сильнее.
И в этот раз всё точно так же. Враг перед ним являлся одним из командующих всей армии Серого Марша, а его внушительная аура демонстрировала пылкий воинственный дух, сотканный из тысяч дней тренировок и множества боев. По мнению Дайлена, оценивающего только по ауре, его нынешний противник будет во многом сильнее Всадников, с которыми ему приходилось встречаться раньше. Даже не так… Гастия – один из сильнейших людей, с которыми парень сталкивался в бою до сего момента.
«Сосредоточься. Чтобы сражаться с такими, как он, я обязан использовать всё, что умею.» – Промелькнуло в мыслях синеволосого, когда два клинка столкнулись, издавая слабый скрежет. Противник первым перестал давить на оружие, сделав послабление и направив удар в сторону, увеличивая дистанцию для предупреждения серии атак. А Дайлен же с легкостью остановил полу-воздушный клинок, стоило точке опоры исчезнуть, и провел пальцами по кромке. Монарх тут же вернулся в металлическую форму, пока взглядом синеволосый высматривал действия свада – тот опустошил одну из своих склянок. И применение экстрактов всегда подкидывает парочку сюрпризов во время боя, так что к этому необходимо относиться с должной внимательностью.
«Это… Он будет атаковать!» – Почувствовав намерения Гастии, мечник насупил брови и сделал полшага назад, принимая защитную стойку с готовностью отбить любое нападение. В этот момент тело свада распалось на сгустки света, с огромной скоростью сокращая разрыв между ними, прежде чем он нанесет колющий удар. Необычные колебания меча доставляли некоторые неудобства, да к тому же враг был готов сместить оружие в нужном направлении, если в чем-то усомнится. Но когда он вытянул руку вперёд, вкладывая силу, Дайлен резко ударил в лезвие вражеского клинка, отводя его острие в сторону – оно лишь по касательной прошлось вдоль кирасы.
У Дайлена не было времени даже на размышления следующего шага! Всё, что он смог – почувствовать новое намерение, а затем враг вспышкой света оказался сбоку, по левое плечо, и взмахивал новой атакой. Совсем не раздумывая, парень рефлекторно вытянул клинок в блоке, сумев остановить удар перед самой рукой. Благодаря защите перчаток ему удалось избежать травмы, но тяжесть нападения продавила лезвие мейто к плечу.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)