[id752983679:bp-36291248_276014|Миша],
– Почему не будет? Просто повторяй эти приколы, когда посчитаешь нужным.
Пожала плечами майор, явно не готовая брать ещё и должность учителя на полную ставку. Не пришлось – ученица сама выдала себе дополнительное задание: «Какая умница», – незамедлительно подумала она. И задание хорошее, действительно полезное. Смолдер сможет правильно давить на опорные точки человека, чтобы вывести диалог в свою сторону. Пожалуй, нет подходящей девицы для этого.
– Круто придумала. Тогда это станет завершением твоего обучения, – большой палец чуть не ткнул маленькую в нос. – Да! Многое меняется. Порой и шутки уже не такие смешные. И не такие уж и шутки.
Кровать на фоне Смолдер, прямо позади, заставили киборга вскинуть брови. Один толчок, и она распластается на одеяле, как разлитая из ведра вода, столь же неприветливой и холодной останется отныне. Смолдер могла даже увидеть некую острую мысль в глазах напротив, но киборг самовольно предпочла отвлечься. Настольная лампа, некие записи аккуратным, прямо каллиграфическим почерком, и будь Джинкс хоть трижды гением инженерии, вся эта стопка пойдёт не в голову, как опыт и знания, а в топку вместо угля.
– Понятно, – немногословно ответила она. Стирательную резинку она видит реже медных проводов, а потому попробовала отдалённо похожий на зефир предмет на зуб. И при этом вполне себе дожевала половину ластика, морщась. – Ну и херня.
Крайнее предложение прозвучало так же заманчиво, как повышение для офисного клерка, что ломал спину битых десять лет в компании… Но вот не все его пункты устроили майора, которая отложила остатки ластика обратно на стол. Вместо приятной выгоды, она решается поступить по принципам.
– Тебе не за что извиняться, поэтому поцелуя не надо, – улыбнулась Бэдлак. – А теперь к последнему уроку.
В этот раз трансформация в животное прошла медленнее, отчётливо прослеживается метаморфоз конечностей, всего тела в целом. Медленнее, чем обычно, и всё же непродолжительные несколько секунд. Кошка прицелилась парой забавных движений, прыгнула с пола на кровать, покружилась как опавший листик в буйной речке и легла буханкой плазмо-хлеба.
– Так будет легче скрыть мои эмоции от твоих глаз, – Мордочка и не думала двигаться в такт словам. Там что, динамик? – Может, эта угарная форма тебе даже помешает сконцентрироваться, что тоже плюс. Начинай.
Хищница не обладала столь детальным и тонким контролем своими эмоциями, коими может похвастаться рыжеволосый капитан с его ментальным ловушками. Изобразить искусственные проблемы, страхи, радости, унижения, приятности, удовольствие… Не так уж и легко! Сердечко всё намеревалось залиться благоговением, ведь прямо напротив синекожая радость.
– Мяу, – пропищала девятнадцати летний майор в копирке под кошку. Попытка паршивая, есть над чем поработать.
11837
ONE PIECE RP ·
[Гранд Лайн, 6 путь] Фрельйорд.7-ой остров.
[id543751360:bp-36291248_276073|Tori],
БОТЫ
⠀⠀Быстро чёрношёрстной пришло осознание, что её колбочки с транквилизатором не работали на медведе. Нет, ну они бы наверняка сработали, коснись они его кожи, но вместо этого они либо застревали в его плотной шкуре, либо просто отскакивали, падая на твёрдый лёд. К счастью, некоторые всё-таки уцелели, не придётся тратиться в аптеке.
⠀⠀— Нр-р-р-р!! — недовольно прорычала минк, действительно по-кошачьи, совершив очередную перезарядку. Медведь не мог её поймать, даже если бы захотел, ведь чёрная неуловимая бестия то и дело кружила вокруг него, пыталась уйти и поля зрения и попутно проклиная, что у неё нет нормальных пистолетов (Смолдер настойчиво отказывается от огнестрельного оружия!).
⠀⠀— Чего слёзы тут распускаешь?! — бросила Джейн тут же, даже отступила от медведя, чтобы найти время для подружки. — Ты же не знала! Никто не знал. Нужно лишь повалить этого здоровяка, а плакаться в плечо будешь потом. А сейчас...
⠀⠀Схватив меч покрепче, Крыска уже напряглась для очередного рывка, прижала ушки, готовилась нанести разрушительный удар по зверю, но прошипел ещё один выстрел, ещё от одной красавицы из рядом Революционной Армии! Наконец Химеко подоспела на веселье, но сразу оно кончилось, стоило медведю испугаться непонятного горящего шарика, испускающего ещё более непонятный дым. Страшно!
⠀⠀— Фух. — Фумэй расслабленно выдохнула. Сражаться безоружной она ненавидела больше всего и, какой бы быстрой она не была, комар не сможет одолеть слона. — Ну и славно, мя. А то я уже хотела ногами вбивать в него эти дротики... — стоило ей остановиться прыгать туда-сюда, она подскользнулась и с визгом ударилась пятой точкой о лёд. Ходить в такой обуви ей было крайне непривычно.
⠀⠀— Спасибо, красавица! — Джейн тут же убрала своё оружие, ловко и красиво засунув его в ножны. Крутанула меч и два кинжала, подобно пиле, рассекая воздух. Представление для её любимых девочек. — М-м... Тюленя я не видела. Фумэй, ты что-нибудь видела, нюхала?
⠀⠀— Тц, я вам что, ищейка? — она прищурилась, а затем начала смотреть на пол, принюхиваться. Ладно, он воняет, я реально его чую. Но он где-то выше. Кажется, мы забрались слишком глубоко. За мной. — поднялась она, потёрла задницу и пошла куда-то, постоянно внюхиваясь в воздух.
БОТЫ
⠀⠀Быстро чёрношёрстной пришло осознание, что её колбочки с транквилизатором не работали на медведе. Нет, ну они бы наверняка сработали, коснись они его кожи, но вместо этого они либо застревали в его плотной шкуре, либо просто отскакивали, падая на твёрдый лёд. К счастью, некоторые всё-таки уцелели, не придётся тратиться в аптеке.
⠀⠀— Нр-р-р-р!! — недовольно прорычала минк, действительно по-кошачьи, совершив очередную перезарядку. Медведь не мог её поймать, даже если бы захотел, ведь чёрная неуловимая бестия то и дело кружила вокруг него, пыталась уйти и поля зрения и попутно проклиная, что у неё нет нормальных пистолетов (Смолдер настойчиво отказывается от огнестрельного оружия!).
⠀⠀— Чего слёзы тут распускаешь?! — бросила Джейн тут же, даже отступила от медведя, чтобы найти время для подружки. — Ты же не знала! Никто не знал. Нужно лишь повалить этого здоровяка, а плакаться в плечо будешь потом. А сейчас...
⠀⠀Схватив меч покрепче, Крыска уже напряглась для очередного рывка, прижала ушки, готовилась нанести разрушительный удар по зверю, но прошипел ещё один выстрел, ещё от одной красавицы из рядом Революционной Армии! Наконец Химеко подоспела на веселье, но сразу оно кончилось, стоило медведю испугаться непонятного горящего шарика, испускающего ещё более непонятный дым. Страшно!
⠀⠀— Фух. — Фумэй расслабленно выдохнула. Сражаться безоружной она ненавидела больше всего и, какой бы быстрой она не была, комар не сможет одолеть слона. — Ну и славно, мя. А то я уже хотела ногами вбивать в него эти дротики... — стоило ей остановиться прыгать туда-сюда, она подскользнулась и с визгом ударилась пятой точкой о лёд. Ходить в такой обуви ей было крайне непривычно.
⠀⠀— Спасибо, красавица! — Джейн тут же убрала своё оружие, ловко и красиво засунув его в ножны. Крутанула меч и два кинжала, подобно пиле, рассекая воздух. Представление для её любимых девочек. — М-м... Тюленя я не видела. Фумэй, ты что-нибудь видела, нюхала?
⠀⠀— Тц, я вам что, ищейка? — она прищурилась, а затем начала смотреть на пол, принюхиваться. Ладно, он воняет, я реально его чую. Но он где-то выше. Кажется, мы забрались слишком глубоко. За мной. — поднялась она, потёрла задницу и пошла куда-то, постоянно внюхиваясь в воздух.
[id284464598:bp-36291248_276125|Константин],
СМОЛДЕР
⠀⠀Ура, тренировка продолжается! Даже имея на плечах самую основу, фундамент, Смолдер всё равно боялась, что этого мало. Ей казалось, что тех крох, полученных за несколько часов упорной умственной активности ей попросту не хватит... Ну, что же, была права! Чем полезна воля, активируемая лишь с полной концентрацией на жалкие секунды? Чем полезна воля, неспособная найти хоть кого-то за пределами комнаты, в которой ты находишься? Чем полезна воля, если ни прочитать, ни даже понять противника не получится? Ей предстоит ещё долго и упорно тренироваться!
⠀⠀"Ты зачем ластик съела..." — вполголоса и глазами, полными удивления, проговорила Смолдер, глядя на откусанную стирательную резинку. Впрочем, не в первый раз розововолосая творит странные, необъяснимые вещи, да и ластик ей не жалко... В общем, тема была закрыта.
⠀⠀От поцелуйчика отказались, на кровать не кинули, Смолдер спокойна и готова к новым тренировкам! Вновь Джинкс превратилась в кошку, такую небольшую, сотканную из молнии. До сих пор полторашка не могла привыкнуть к подобному облику, не могла насмотреться на яркое, искрящееся животное с разумом подружки. До чего же разными бывают фрукты!
⠀⠀— Хе-хе, прикольная. — в этот раз соблазн погладить кошку был устранён важностью тренировки. Она сняла сапоги, забралась на кровать и уселась на ней рядом с кошкой, поправила свитер и вздохнула, положив руки на свои бёдра. Ладно. Начинаю.
⠀⠀И закрыла глаза.
⠀⠀В голове снова только одно - Джинкс. Её образ, силуэт, ощущение. Настраиваться всё было так же нелегко, но принцип ей был понятен, с каждым разом она приучивалась делать это всё лучше и лучше. Вновь изредка жмурилась, хмурилась, будто её мозг напрягался, пыхтел и работал подобно станку на заводе.
⠀⠀Первым делом она конечно же почувствовала Джинкс. Даже не глядя, она видела её перед собой, размыто, нечётко, и всё же она была тут, лежала, не делала ничего, как и подобает кошке. Аура цвета столь же розового, как и её молния, отдалённое ощущение виноградной газировки. Чтобы анализировать ей нужен был полный контроль над своим видением, потому для начала она настраивала себя на подружку, оттачивала, концентрировалась, чтобы не было ошибок в её видении.
⠀⠀Но пока не чувствовала ничего нового. Всего лишь Джинкс.
⠀⠀Только когда ощущение стало более-менее стойкое, когда образ сфокусировался достаточно, не пропадая каждые пару секунд, она зажмурилась сильнее, будто вчитывалась в мелкий шрифт важного договора. Много времени ушло на поиск способа узнать чьи-то эмоции. То, что, казалось ей, должна она чувствовать изначально, было скрыто.
⠀⠀Джинкс могла вдоволь насладиться и мягкой кроватью, и синим личиком, и лёгким ароматом выпечки, коим была пропитана её одежда. А вот Смолдер ничем насладиться не могла, ровно как и в момент пробуждения воли, она сидела долго, но в этот раз не злилась, просто старалась как могла. Анализировала чужую ауру, разделяла её на составляющие, пыталась почувствовать незримое.
⠀⠀Может то было в слабый эмоции Джинкс, то ли в неопытности Смолдер, но она просидела не один десяток минут в попыток почувствовать что-то. Не было яркого всплеска, не было страха, потрясения, грусти или гнева. Словно искать приходилось иголку посреди сена. Может, помогла бы смена настроения, эмоций? Если Джинкс почувствует что-то иное, она заметит?
⠀⠀И всё же она почувствовала. Любопытно наклонила голову, будто услышала нечто необычное в тишине ночного леса. Прищурилась, несмотря на закрытые глаза.
⠀⠀— Тебе сейчас... хорошо? — в один момент выдала Смолдер в надежде на правильный диагноз.
8 008
СМОЛДЕР
⠀⠀Ура, тренировка продолжается! Даже имея на плечах самую основу, фундамент, Смолдер всё равно боялась, что этого мало. Ей казалось, что тех крох, полученных за несколько часов упорной умственной активности ей попросту не хватит... Ну, что же, была права! Чем полезна воля, активируемая лишь с полной концентрацией на жалкие секунды? Чем полезна воля, неспособная найти хоть кого-то за пределами комнаты, в которой ты находишься? Чем полезна воля, если ни прочитать, ни даже понять противника не получится? Ей предстоит ещё долго и упорно тренироваться!
⠀⠀"Ты зачем ластик съела..." — вполголоса и глазами, полными удивления, проговорила Смолдер, глядя на откусанную стирательную резинку. Впрочем, не в первый раз розововолосая творит странные, необъяснимые вещи, да и ластик ей не жалко... В общем, тема была закрыта.
⠀⠀От поцелуйчика отказались, на кровать не кинули, Смолдер спокойна и готова к новым тренировкам! Вновь Джинкс превратилась в кошку, такую небольшую, сотканную из молнии. До сих пор полторашка не могла привыкнуть к подобному облику, не могла насмотреться на яркое, искрящееся животное с разумом подружки. До чего же разными бывают фрукты!
⠀⠀— Хе-хе, прикольная. — в этот раз соблазн погладить кошку был устранён важностью тренировки. Она сняла сапоги, забралась на кровать и уселась на ней рядом с кошкой, поправила свитер и вздохнула, положив руки на свои бёдра. Ладно. Начинаю.
⠀⠀И закрыла глаза.
⠀⠀В голове снова только одно - Джинкс. Её образ, силуэт, ощущение. Настраиваться всё было так же нелегко, но принцип ей был понятен, с каждым разом она приучивалась делать это всё лучше и лучше. Вновь изредка жмурилась, хмурилась, будто её мозг напрягался, пыхтел и работал подобно станку на заводе.
⠀⠀Первым делом она конечно же почувствовала Джинкс. Даже не глядя, она видела её перед собой, размыто, нечётко, и всё же она была тут, лежала, не делала ничего, как и подобает кошке. Аура цвета столь же розового, как и её молния, отдалённое ощущение виноградной газировки. Чтобы анализировать ей нужен был полный контроль над своим видением, потому для начала она настраивала себя на подружку, оттачивала, концентрировалась, чтобы не было ошибок в её видении.
⠀⠀Но пока не чувствовала ничего нового. Всего лишь Джинкс.
⠀⠀Только когда ощущение стало более-менее стойкое, когда образ сфокусировался достаточно, не пропадая каждые пару секунд, она зажмурилась сильнее, будто вчитывалась в мелкий шрифт важного договора. Много времени ушло на поиск способа узнать чьи-то эмоции. То, что, казалось ей, должна она чувствовать изначально, было скрыто.
⠀⠀Джинкс могла вдоволь насладиться и мягкой кроватью, и синим личиком, и лёгким ароматом выпечки, коим была пропитана её одежда. А вот Смолдер ничем насладиться не могла, ровно как и в момент пробуждения воли, она сидела долго, но в этот раз не злилась, просто старалась как могла. Анализировала чужую ауру, разделяла её на составляющие, пыталась почувствовать незримое.
⠀⠀Может то было в слабый эмоции Джинкс, то ли в неопытности Смолдер, но она просидела не один десяток минут в попыток почувствовать что-то. Не было яркого всплеска, не было страха, потрясения, грусти или гнева. Словно искать приходилось иголку посреди сена. Может, помогла бы смена настроения, эмоций? Если Джинкс почувствует что-то иное, она заметит?
⠀⠀И всё же она почувствовала. Любопытно наклонила голову, будто услышала нечто необычное в тишине ночного леса. Прищурилась, несмотря на закрытые глаза.
⠀⠀— Тебе сейчас... хорошо? — в один момент выдала Смолдер в надежде на правильный диагноз.
8 008
Елена Вальс-Гренье.
Всё случилось несколько иначе, чем задумывалось изначально. Вместо того чтобы встретить Плевальщика слаженной командой, всё закончилось сольным выступлением Юки. Блондинка, не жалея ни капли сил своего Дьявольского Плода, за считанные секунды нейтрализовала и кислотные брызги, и самого противника. Если так пойдёт дальше, остальным участникам АЕгира прямая дорога в хор группы поддержки: с помпонами и глупыми девизами.
Алита тихо скрипела зубами, ощущая собственную беспомощность, но Елене было ещё хуже. Тело из металла, встроенные ракеты, ролики в ботинках — набор, который звучит как рекламная компания супер-солдата из футуристичного будущего. И всё это в руках одного человека. А у Елены — всего лишь револьвер. Причём бесполезный против этого вида Теней, что она уже успела прочувствовать на своей шкуре. Будто в наказание за собственную слабость, именно она стала мишенью для проклятия. Теперь, дрожащая и всё ещё напуганная, Елена могла только плыть по течению, позволяя судьбе швырять её, куда вздумается.
Деньги решают многое. Но, как оказалось, далеко не всё. Елена не сможет откупиться от этого приключения.
** ** **
— Вы должны будете зайти в башню, — голос Верены прозвучал негромко, но слышно для каждого. — Там вас ждёт больше Теней. Разных. Сильных. И испытания похуже того, что мы видели снаружи. Но это единственный способ побороть проклятие...
Елена, кутаясь в шарф и тщетно пытаясь согреть руки трением, шагнула вперёд:
— Подожди. Почему ты говоришь только про нас? Так, будто бы сама туда не пойдёшь...
— Потому что не пойду, — почти равнодушный ответ. — Моего фрукта недостаточно, чтобы сражаться с Тенями. Я стану для вас обузой.
— Но я ведь тоже обуза! — вспыхнула Елена, но тут же почувствовала лёгкое, почти невесомое прикосновение к лбу. Верена наклонилась, коснувшись его кончиком перчатки.
— Разница в том, что ты больна, — тихо, почти шёпотом,. — Ты важная девочка из большого мира, верно? Если хочешь скорее вернуться к своим делам, долгам и бизнесу, тебе стоит вовсе не выходить из башни. Какая, в конце концов, разница, от чего умереть: от теней или того, что сидит у тебя в голове? А так хоть шанс будет...
Елена поджала губы. Странно, но слова о смерти не вызвали привычного холода под рёбрами. Пожалуй, она давно знала, что всё идёт к этому. Шишка на её лбу была не просто травмой, а касанием самой Смерти. Ребята могут сколько угодно улыбаться и притворяться хорошими, но правду так просто не замажешь.
Всё случилось несколько иначе, чем задумывалось изначально. Вместо того чтобы встретить Плевальщика слаженной командой, всё закончилось сольным выступлением Юки. Блондинка, не жалея ни капли сил своего Дьявольского Плода, за считанные секунды нейтрализовала и кислотные брызги, и самого противника. Если так пойдёт дальше, остальным участникам АЕгира прямая дорога в хор группы поддержки: с помпонами и глупыми девизами.
Алита тихо скрипела зубами, ощущая собственную беспомощность, но Елене было ещё хуже. Тело из металла, встроенные ракеты, ролики в ботинках — набор, который звучит как рекламная компания супер-солдата из футуристичного будущего. И всё это в руках одного человека. А у Елены — всего лишь револьвер. Причём бесполезный против этого вида Теней, что она уже успела прочувствовать на своей шкуре. Будто в наказание за собственную слабость, именно она стала мишенью для проклятия. Теперь, дрожащая и всё ещё напуганная, Елена могла только плыть по течению, позволяя судьбе швырять её, куда вздумается.
Деньги решают многое. Но, как оказалось, далеко не всё. Елена не сможет откупиться от этого приключения.
** ** **
— Вы должны будете зайти в башню, — голос Верены прозвучал негромко, но слышно для каждого. — Там вас ждёт больше Теней. Разных. Сильных. И испытания похуже того, что мы видели снаружи. Но это единственный способ побороть проклятие...
Елена, кутаясь в шарф и тщетно пытаясь согреть руки трением, шагнула вперёд:
— Подожди. Почему ты говоришь только про нас? Так, будто бы сама туда не пойдёшь...
— Потому что не пойду, — почти равнодушный ответ. — Моего фрукта недостаточно, чтобы сражаться с Тенями. Я стану для вас обузой.
— Но я ведь тоже обуза! — вспыхнула Елена, но тут же почувствовала лёгкое, почти невесомое прикосновение к лбу. Верена наклонилась, коснувшись его кончиком перчатки.
— Разница в том, что ты больна, — тихо, почти шёпотом,. — Ты важная девочка из большого мира, верно? Если хочешь скорее вернуться к своим делам, долгам и бизнесу, тебе стоит вовсе не выходить из башни. Какая, в конце концов, разница, от чего умереть: от теней или того, что сидит у тебя в голове? А так хоть шанс будет...
Елена поджала губы. Странно, но слова о смерти не вызвали привычного холода под рёбрами. Пожалуй, она давно знала, что всё идёт к этому. Шишка на её лбу была не просто травмой, а касанием самой Смерти. Ребята могут сколько угодно улыбаться и притворяться хорошими, но правду так просто не замажешь.
Первый этаж башни напоминал... школу? Коридоры с выцветшей краской на стенах, деревянные скамейки с ободранным лаком, доски с расписанием, исписанные закорючками неизвестного языка. Если кто-то в команде имеет хоть малейшее образование, он сразу узнает это место. Правда это место лишь имитировало школу, а не являлось ей: расписание, для примера, написано случайными выдуманными символами, а не настоящим языком некоторой цивилизации. Лишь только пустая декорация.
Внутри оказалось ощутимо теплее. Даже душно. Шарфики душили, куртки давили, перчатки казались наручниками. Будто они случайно зашли в разгар летнего дня, но всё ещё ковыляли в зимнем снаряжении.
«Внутри башни вы можете снять верхнюю одежду, — голос одновременно раздался у всех в голове. — Здесь нет холода, ветра и прочих прелестей Фрельйорда».
Таков был фрукт Верены — телепатия. Она могла говорить прямо в разум, видеть глазами союзников, чувствовать присутствие врагов.
«На этом этаже противники слабые: стандартные Тени и Плевальщики. Бояться нечего. Главное — не оставляйте Елену без прикрытия. Если она окажется в вашей слепой зоне, Тени этим воспользуются».
Елена сжимала револьвер, будто от этого зависела её жизнь, и ступала осторожно, стараясь не цеплять взглядом лишние детали. Школа не вызывала у неё ностальгии, ведь она никогда не училась в ней. На её острове за булку хлеба убивали, а про образование никто даже и не хотел думать.
— Предположим, мы пройдём этот этаж, — произнесла она в пустоту, зная, что Верена услышит. — Как мы поймём, что он закончен? И что ты вообще знаешь об этом месте?
«В конце этажа вас ждёт лестница на следующей. Хотите — убивайте всех, хотите — идите напролом. В конце концов вам решать, как проходить этот путь, но на пятом этаже вас ждёт сильная Тень. В разы опаснее остальных, что я видела. Дальше неё я не заходила».
— Понятно... — выдохнула Елена.
Значит, всё это будет чередой рисков и опасностей. Только из-за того, что она, капризная леди, подцепила странную заразу. Пираты могли просто бросить её здесь, не подвергаясь угрозе, но всё-таки продолжают сражаться за благосостояние подруги. Тратить время, силы, здоровье... Даже неловко как-то...
БАХ.
Пороховой дым медленно потянулся вверх. Револьвер Елены был ещё направлен в темноту. Пуля уже впилась в «череп» Тени, что затаилась за углом, готовясь к прыжку.
А потом они полезли отовсюду.
Из-за дверей, из тени под лестницей, из тёмных углов. И стандартные, и Плевальщики, и... ползуны? Узкие, вытянутые, будто вытекшие из трещин в полу, они скользили по поверхности, как чёрные змеи. Слабые, но быстрые, с ядовитой слизью, которая прожигала всё на пути.
Первая «змея» уже обвила сапог Элиота. Кожа ботинка зашипела, пошёл едкий дым. Ещё немного — и вместе с обувью растворится плоть. Спасите мужлана!
Внутри оказалось ощутимо теплее. Даже душно. Шарфики душили, куртки давили, перчатки казались наручниками. Будто они случайно зашли в разгар летнего дня, но всё ещё ковыляли в зимнем снаряжении.
«Внутри башни вы можете снять верхнюю одежду, — голос одновременно раздался у всех в голове. — Здесь нет холода, ветра и прочих прелестей Фрельйорда».
Таков был фрукт Верены — телепатия. Она могла говорить прямо в разум, видеть глазами союзников, чувствовать присутствие врагов.
«На этом этаже противники слабые: стандартные Тени и Плевальщики. Бояться нечего. Главное — не оставляйте Елену без прикрытия. Если она окажется в вашей слепой зоне, Тени этим воспользуются».
Елена сжимала револьвер, будто от этого зависела её жизнь, и ступала осторожно, стараясь не цеплять взглядом лишние детали. Школа не вызывала у неё ностальгии, ведь она никогда не училась в ней. На её острове за булку хлеба убивали, а про образование никто даже и не хотел думать.
— Предположим, мы пройдём этот этаж, — произнесла она в пустоту, зная, что Верена услышит. — Как мы поймём, что он закончен? И что ты вообще знаешь об этом месте?
«В конце этажа вас ждёт лестница на следующей. Хотите — убивайте всех, хотите — идите напролом. В конце концов вам решать, как проходить этот путь, но на пятом этаже вас ждёт сильная Тень. В разы опаснее остальных, что я видела. Дальше неё я не заходила».
— Понятно... — выдохнула Елена.
Значит, всё это будет чередой рисков и опасностей. Только из-за того, что она, капризная леди, подцепила странную заразу. Пираты могли просто бросить её здесь, не подвергаясь угрозе, но всё-таки продолжают сражаться за благосостояние подруги. Тратить время, силы, здоровье... Даже неловко как-то...
БАХ.
Пороховой дым медленно потянулся вверх. Револьвер Елены был ещё направлен в темноту. Пуля уже впилась в «череп» Тени, что затаилась за углом, готовясь к прыжку.
А потом они полезли отовсюду.
Из-за дверей, из тени под лестницей, из тёмных углов. И стандартные, и Плевальщики, и... ползуны? Узкие, вытянутые, будто вытекшие из трещин в полу, они скользили по поверхности, как чёрные змеи. Слабые, но быстрые, с ядовитой слизью, которая прожигала всё на пути.
Первая «змея» уже обвила сапог Элиота. Кожа ботинка зашипела, пошёл едкий дым. Ещё немного — и вместе с обувью растворится плоть. Спасите мужлана!
Стелла.
Когда девочки наконец пришли в себя, Стелла помогла кошечке подняться с холодного льда. Запах тюленя был найден и, несмотря на все пережитое, они снова двинулись вперед. Морозные коридоры тянулись один за другим — одинаковые, как отражения в зеркале. За каждым поворотом могло скрываться новое испытание, но, к счастью, Фумей уверенно вела их к месту, где должна была лежать утерянная бита.
— Фрельйорд опаснее, чем я думала, — тихо проговорила Стелла, просто чтобы разбить нарастающую тишину.
— Все острова опасны, — ответила Химеко, будто это было очевидно. — Здесь мы жалуемся на холод и диких зверей. А на Сэнди Айленд нас встретит жара и работорговля.
— Рабо... торговля?.. — переспросила Стелла, не веря ушам.
— Лоча уже общается с информаторами, готовя почву для будущей операции. Говорят, там действует целый рынок рабов под защитой местных властей. Если это правда, нам придется иметь дело не с отдельными мерзавцами, а с целой системой...
Стелла уже хотела бросить что-нибудь шутливое про своего «бога мусорных баков», чтобы разрядить обстановку, но не успела. В нос ударил резкий запах – липкий, металлический, с гнилостной ноткой. Желудок скрутило, к горлу подкатил ком. Инстинктивно Стелла прижала шарф к лицу.
Следующий поворот вел туда, куда никому из них не хотелось заглядывать. И именно он оказался их целью.
Белые стены пещеры были заляпаны почти черной, густой кровью. В дальнем углу лежало существо, лишь отдаленно напоминавшее тюленя – остатки плавников, пустые, выеденные глаза, распоротый живот. Внутренности вывалились наружу, и только мороз удерживал их от полного разложения. Это не было охотой ради пищи или несчастным случаем. Это было чистое насилие. Глубокие рваные раны и зверские укусы могли принадлежать только другому хищнику. Тяжелые лапы. Мощная пасть. Неумолимая сила. Всё указывало на медведя. Так он выживает в безжалостных краях Фрельйорда.
И среди этого ужаса, как крохотное пятнышко жизни в кошмаре, дрожал малыш-тюлень. Он тихо постанывал и сжимал в зубах... кухонный нож. Его круглые, полные ужаса глаза смотрели прямо на незваных гостей. Он был готов защищать себя, эту ледяную берлогу и то, что осталось от его матери.
— В последнее время животные всё чаще подражают людям, — тихо произнесла Химеко, почти шёпотом. Сухая констатация факта, брошенная словно в сторону. Только ее руки выдавали истинные чувства – пальцы сжимали края белого пальто до белизны костяшек.
Стелла застыла. Перед ней была первая в жизни встреча со смертью в её самом жестоком обличье – смертью через борьбу, мучения и боль. Мысль о том, что подобное для дикой природы – норма, резала сердце. Малыш, дрожащий от страха, всё еще пытался защищать мать. Ради этого он пробрался на корабль, выкрал оружие... и всё равно был бы беззащитен перед медведем. Его борьба шла не из надежды, а из самого отчаяния.
Сосулька выскользнула из её онемевших пальцев и мягко упала в снег. Шарф сполз с лица, обнажив застывшее в растерянности выражение. Шок. Ступор.
— Что… что мы должны сделать?.. — выдавила она наконец, и каждое слово отдавалось болью.
Когда девочки наконец пришли в себя, Стелла помогла кошечке подняться с холодного льда. Запах тюленя был найден и, несмотря на все пережитое, они снова двинулись вперед. Морозные коридоры тянулись один за другим — одинаковые, как отражения в зеркале. За каждым поворотом могло скрываться новое испытание, но, к счастью, Фумей уверенно вела их к месту, где должна была лежать утерянная бита.
— Фрельйорд опаснее, чем я думала, — тихо проговорила Стелла, просто чтобы разбить нарастающую тишину.
— Все острова опасны, — ответила Химеко, будто это было очевидно. — Здесь мы жалуемся на холод и диких зверей. А на Сэнди Айленд нас встретит жара и работорговля.
— Рабо... торговля?.. — переспросила Стелла, не веря ушам.
— Лоча уже общается с информаторами, готовя почву для будущей операции. Говорят, там действует целый рынок рабов под защитой местных властей. Если это правда, нам придется иметь дело не с отдельными мерзавцами, а с целой системой...
Стелла уже хотела бросить что-нибудь шутливое про своего «бога мусорных баков», чтобы разрядить обстановку, но не успела. В нос ударил резкий запах – липкий, металлический, с гнилостной ноткой. Желудок скрутило, к горлу подкатил ком. Инстинктивно Стелла прижала шарф к лицу.
Следующий поворот вел туда, куда никому из них не хотелось заглядывать. И именно он оказался их целью.
Белые стены пещеры были заляпаны почти черной, густой кровью. В дальнем углу лежало существо, лишь отдаленно напоминавшее тюленя – остатки плавников, пустые, выеденные глаза, распоротый живот. Внутренности вывалились наружу, и только мороз удерживал их от полного разложения. Это не было охотой ради пищи или несчастным случаем. Это было чистое насилие. Глубокие рваные раны и зверские укусы могли принадлежать только другому хищнику. Тяжелые лапы. Мощная пасть. Неумолимая сила. Всё указывало на медведя. Так он выживает в безжалостных краях Фрельйорда.
И среди этого ужаса, как крохотное пятнышко жизни в кошмаре, дрожал малыш-тюлень. Он тихо постанывал и сжимал в зубах... кухонный нож. Его круглые, полные ужаса глаза смотрели прямо на незваных гостей. Он был готов защищать себя, эту ледяную берлогу и то, что осталось от его матери.
— В последнее время животные всё чаще подражают людям, — тихо произнесла Химеко, почти шёпотом. Сухая констатация факта, брошенная словно в сторону. Только ее руки выдавали истинные чувства – пальцы сжимали края белого пальто до белизны костяшек.
Стелла застыла. Перед ней была первая в жизни встреча со смертью в её самом жестоком обличье – смертью через борьбу, мучения и боль. Мысль о том, что подобное для дикой природы – норма, резала сердце. Малыш, дрожащий от страха, всё еще пытался защищать мать. Ради этого он пробрался на корабль, выкрал оружие... и всё равно был бы беззащитен перед медведем. Его борьба шла не из надежды, а из самого отчаяния.
Сосулька выскользнула из её онемевших пальцев и мягко упала в снег. Шарф сполз с лица, обнажив застывшее в растерянности выражение. Шок. Ступор.
— Что… что мы должны сделать?.. — выдавила она наконец, и каждое слово отдавалось болью.
[id752983679:bp-36291248_276196|Миша],
Смолдер продолжала стараться. Скорость изучения навыка всё множится, но Джинкс все равно разобралась в ней быстрее, в своё время. А чего тут сравнивать? Тепличные условия против угрозы смерти, тут волей не волей начнёт даже куриный мозг дребезжать и свистеть на высоких оборотах.
Нутро Майора – необузданный вихрь, или же лавовая лампа. Будто бы эта бунтарка хотела и чувствовала сразу за нескольких человек сразу, и при этом каждый из этих некто дрался за первенство. Либо же цветные капельки всех-всех цветов беспорядочно летят в общий чан, непредсказуемо меняя цвет. Внешне противостояние ничем не выплёскивалось… Фильтр всё-таки работает. Когда надо. Но не от одних внутренних распри зависит, будет ли кошачье доставать своих ближних или до белого каления раздражать. Настроения сейчас удобно ложилось в диапазон позитива, ситуация располагала.
Кошечка завалилась боком, вся тоненькая и стройная, как струнка, потянулась. Хотела привыкнуть к чужой мягкой кровати, пока есть возможность. В конце концов обстановка разгладилась до умиротворяющей тишины, так же поступила и Джинкс, которая не могла нарадоваться, пока без устали смотрела на свою ученицу.
«А чего шанс терять?»
Подобные мысли сподвигли кошку подняться и резво, даже нагло усесться на бёдрах Смолдер: «Мягче кровати», – подытожила ушастая.
Время всё шло. Веки слипаются, Джинкс решила вздремнуть. Возможно, ещё долгое время ей не представится такого шанса, ведь она будет всем и везде нужна… Ну дремала майор не долго – ящерке-таки удалось коснуться чужого эмоционального фона. Зная ту, кто перед ней сидит, учительница смело откинула вариант случайного угадывания. Да, тут тепло, мягко, все тебя любят. Так и на язык лезет «хорошо!», но синекожая явно метила мимо этих предрассудков.
– Очень, – мяукнула она в ответ на вопрос, обтираясь пушистой мордочкой о зефирные ноги подруги. Жаль, что счастье длится не долго, пришлось слезать. На одеяла она вновь плюхнулась на бок, с ленью и толикой власти поглядывая на Смолдер. – Молодец, прошла. Можно сказать, ты уже научилась, осталось отточить.
Время кошечки окончено, и Бэдлак вернулась к своему изначальному обличию. Теперь они обе сидели на кровати. Обстановка клонила к продолжению, к «благодарности» за учительские труды, но немного погодя розововолосая просто слезла. В мозгу кольнуло от проявления слабости, но этой дуре много чего в голову колет.
– Если понадобиться помощь с волей вооружения, то зови! Ещё держи вот это, – На тумбочку девочки упала (мягко и безболезненно) улитка. – Я на корабле новую сделаю, зато всегда сможешь мне позвонить…
Киборг выглядела скованно и неуверенно. Как отбывать из места, в котором хочешь остаться навсегда? За дверью её ждут опасности, интриги, остросюжетные повороты, возможно, даже смерть. А тут любимая подруга и мягкий запах выпечки. Вот сиди и выбирай.
– Эм, ну, я пойду, наверное… – Она хлопнула в ладоши, чтобы разрядить тишину хоть чем-то.
Смолдер продолжала стараться. Скорость изучения навыка всё множится, но Джинкс все равно разобралась в ней быстрее, в своё время. А чего тут сравнивать? Тепличные условия против угрозы смерти, тут волей не волей начнёт даже куриный мозг дребезжать и свистеть на высоких оборотах.
Нутро Майора – необузданный вихрь, или же лавовая лампа. Будто бы эта бунтарка хотела и чувствовала сразу за нескольких человек сразу, и при этом каждый из этих некто дрался за первенство. Либо же цветные капельки всех-всех цветов беспорядочно летят в общий чан, непредсказуемо меняя цвет. Внешне противостояние ничем не выплёскивалось… Фильтр всё-таки работает. Когда надо. Но не от одних внутренних распри зависит, будет ли кошачье доставать своих ближних или до белого каления раздражать. Настроения сейчас удобно ложилось в диапазон позитива, ситуация располагала.
Кошечка завалилась боком, вся тоненькая и стройная, как струнка, потянулась. Хотела привыкнуть к чужой мягкой кровати, пока есть возможность. В конце концов обстановка разгладилась до умиротворяющей тишины, так же поступила и Джинкс, которая не могла нарадоваться, пока без устали смотрела на свою ученицу.
«А чего шанс терять?»
Подобные мысли сподвигли кошку подняться и резво, даже нагло усесться на бёдрах Смолдер: «Мягче кровати», – подытожила ушастая.
Время всё шло. Веки слипаются, Джинкс решила вздремнуть. Возможно, ещё долгое время ей не представится такого шанса, ведь она будет всем и везде нужна… Ну дремала майор не долго – ящерке-таки удалось коснуться чужого эмоционального фона. Зная ту, кто перед ней сидит, учительница смело откинула вариант случайного угадывания. Да, тут тепло, мягко, все тебя любят. Так и на язык лезет «хорошо!», но синекожая явно метила мимо этих предрассудков.
– Очень, – мяукнула она в ответ на вопрос, обтираясь пушистой мордочкой о зефирные ноги подруги. Жаль, что счастье длится не долго, пришлось слезать. На одеяла она вновь плюхнулась на бок, с ленью и толикой власти поглядывая на Смолдер. – Молодец, прошла. Можно сказать, ты уже научилась, осталось отточить.
Время кошечки окончено, и Бэдлак вернулась к своему изначальному обличию. Теперь они обе сидели на кровати. Обстановка клонила к продолжению, к «благодарности» за учительские труды, но немного погодя розововолосая просто слезла. В мозгу кольнуло от проявления слабости, но этой дуре много чего в голову колет.
– Если понадобиться помощь с волей вооружения, то зови! Ещё держи вот это, – На тумбочку девочки упала (мягко и безболезненно) улитка. – Я на корабле новую сделаю, зато всегда сможешь мне позвонить…
Киборг выглядела скованно и неуверенно. Как отбывать из места, в котором хочешь остаться навсегда? За дверью её ждут опасности, интриги, остросюжетные повороты, возможно, даже смерть. А тут любимая подруга и мягкий запах выпечки. Вот сиди и выбирай.
– Эм, ну, я пойду, наверное… – Она хлопнула в ладоши, чтобы разрядить тишину хоть чем-то.
[id543751360:bp-36291248_276214|Tori],
БОТЫ
Не удивительно, что поход по запаху команда решила разбавить разговорами важными, наболевшими. Никому здесь Фрельйорд не казался хорошим местом, в следующий раз этот остров они будут оплывать за километры, лишь бы не прочувствовать его холод и суровость на своей коже. Нет, не всё было действительно ужасно настолько, Джейн могла вспомнить миссии и похуже, чем прогулка по смертельному морозу в поисках биты.
И всё же Фрельйорд, при всех его плюсах и минусах, не нравился никому. Тем, кто тут живёт (такие есть?) тут не нравится, животным, растениям... А растений тут нет, как они тут вырастут? Вот только и ходят замёрзшие бедолаги, пока Фрельйорд, ну чисто прикола ради, накидывает сверху проблем по типу украденный биты.
– У Сэнди Айленда и так репутация ни к чёрту. — решила добавить Джейн негромко, чтобы не сбивать кошечку со следа. — Военные перевороты, попытки узурпации!... То, что сделали с этой землёй пираты – уже незавидно, а сейчас там ещё и рынок процветает... Чёрный, в смысле. Земля большая, не самая притягательная для туристов, оно и не удивительно.
И вдруг Фумэй схватилась за своей носик. Неприятный запах сменился на мерзостный, мертвенный, пугающе железный.
— Н-ну и вонь... — насторожилась она, возобновив шаг. Шла осторожнее. Знала этот запах.
Чем ближе они были, чем яснее был "аромат". Уже и остальные члены отряда могли его ощутить его. Но первее они увидели то, что его вызывало.
Каждый замер. Каждый наверняка видел мёртвое животное. Может, то была птичка, крыска или ещё кто, но мало кто видел подобную зверскую жестокость, с которой над этим телом расправились. Распоротое брюхо, выглядывающие органы, давно стёкшая кровь. Мёртвый, нет, убитый и изуродованный тюлень лежал посреди ледяной комнаты.
А перед ним маленький тюленьчик, дрожащий и фыркающий от страха. Он защищал это тело, делал это, несмотря на все противоречия здравому смыслу. Его не волновали хлипкие плавники, слабая челюсть, неповоротливый хвост, его волновало лишь это тело.
А в зубах его нож. Ровный, красивый, острый. Это был кухонный нож Смолдер, что ещё не так давно шинковал овощи для очередного блюда, а сейчас небрежно, но крепко сидел в зубах тюленя.
— Умф... — кошечка опешила. И отвращение, и жалость были в её выдохе. Первым же делом она взглянула на остальных, даже не понимая что делать в такой ситуации. — Б-биты у него нет... Эм...
Шмыг. Пока девочки размышляли и задавали вопросы, Джейн вышла вперёд, шмыгнув. Она не могла сдержать слёз, видя это отвратительное, трагичное зрелище. Припустила шарфик, подняла шапку и присела напротив тюленя, всё ещё сохраняя приличную дистанцию.
— Бедняжка-а-а!! — слёзы текли рекой, нос прорвало как у ребёнка. С твёрдого присяда на ногах она упала на колени и сразу полезла в свою толстенную сумку, что-то выискивая. Она достала самые обычные крекеры, печенюшки, которые, наверное, есть тюленям не особо полезно, но наверное можно чуть чуть! Спешно раскрыла пачку и наконец бросила малышу несколько штук, не приближаясь. — М-мы должны что-то сделать. Он тут сам не протянет. Нужно... Нужно вытащить его отсюда! Но как убрать его от мамы? Как убедить его уйти отсюда?... Наверняка это сделал медведь! Может пойдём побьём медведя?!
— Я могу его усыпить... В всмысле буквально, транквилизатором! — сразу поправилась Фумэй, тут же подумав о двусмысленности своих слов. — А потом отнесём его в безопасное место. К другим тюленям?
— Мфм... Жалко малыша...
БОТЫ
Не удивительно, что поход по запаху команда решила разбавить разговорами важными, наболевшими. Никому здесь Фрельйорд не казался хорошим местом, в следующий раз этот остров они будут оплывать за километры, лишь бы не прочувствовать его холод и суровость на своей коже. Нет, не всё было действительно ужасно настолько, Джейн могла вспомнить миссии и похуже, чем прогулка по смертельному морозу в поисках биты.
И всё же Фрельйорд, при всех его плюсах и минусах, не нравился никому. Тем, кто тут живёт (такие есть?) тут не нравится, животным, растениям... А растений тут нет, как они тут вырастут? Вот только и ходят замёрзшие бедолаги, пока Фрельйорд, ну чисто прикола ради, накидывает сверху проблем по типу украденный биты.
– У Сэнди Айленда и так репутация ни к чёрту. — решила добавить Джейн негромко, чтобы не сбивать кошечку со следа. — Военные перевороты, попытки узурпации!... То, что сделали с этой землёй пираты – уже незавидно, а сейчас там ещё и рынок процветает... Чёрный, в смысле. Земля большая, не самая притягательная для туристов, оно и не удивительно.
И вдруг Фумэй схватилась за своей носик. Неприятный запах сменился на мерзостный, мертвенный, пугающе железный.
— Н-ну и вонь... — насторожилась она, возобновив шаг. Шла осторожнее. Знала этот запах.
Чем ближе они были, чем яснее был "аромат". Уже и остальные члены отряда могли его ощутить его. Но первее они увидели то, что его вызывало.
Каждый замер. Каждый наверняка видел мёртвое животное. Может, то была птичка, крыска или ещё кто, но мало кто видел подобную зверскую жестокость, с которой над этим телом расправились. Распоротое брюхо, выглядывающие органы, давно стёкшая кровь. Мёртвый, нет, убитый и изуродованный тюлень лежал посреди ледяной комнаты.
А перед ним маленький тюленьчик, дрожащий и фыркающий от страха. Он защищал это тело, делал это, несмотря на все противоречия здравому смыслу. Его не волновали хлипкие плавники, слабая челюсть, неповоротливый хвост, его волновало лишь это тело.
А в зубах его нож. Ровный, красивый, острый. Это был кухонный нож Смолдер, что ещё не так давно шинковал овощи для очередного блюда, а сейчас небрежно, но крепко сидел в зубах тюленя.
— Умф... — кошечка опешила. И отвращение, и жалость были в её выдохе. Первым же делом она взглянула на остальных, даже не понимая что делать в такой ситуации. — Б-биты у него нет... Эм...
Шмыг. Пока девочки размышляли и задавали вопросы, Джейн вышла вперёд, шмыгнув. Она не могла сдержать слёз, видя это отвратительное, трагичное зрелище. Припустила шарфик, подняла шапку и присела напротив тюленя, всё ещё сохраняя приличную дистанцию.
— Бедняжка-а-а!! — слёзы текли рекой, нос прорвало как у ребёнка. С твёрдого присяда на ногах она упала на колени и сразу полезла в свою толстенную сумку, что-то выискивая. Она достала самые обычные крекеры, печенюшки, которые, наверное, есть тюленям не особо полезно, но наверное можно чуть чуть! Спешно раскрыла пачку и наконец бросила малышу несколько штук, не приближаясь. — М-мы должны что-то сделать. Он тут сам не протянет. Нужно... Нужно вытащить его отсюда! Но как убрать его от мамы? Как убедить его уйти отсюда?... Наверняка это сделал медведь! Может пойдём побьём медведя?!
— Я могу его усыпить... В всмысле буквально, транквилизатором! — сразу поправилась Фумэй, тут же подумав о двусмысленности своих слов. — А потом отнесём его в безопасное место. К другим тюленям?
— Мфм... Жалко малыша...
Константин (https://vk.ru/id284464598),
СМОЛДЕР
⠀⠀Не методом исключения, не путём анализа, лишь с помощью одной только воли наблюдения Смолдер, наконец, смогла прочитать эмоцию Джинкс! Это было трудно, мудрёно, выматывающе, и всё же она справилась! Весь ураган чувств и эмоций в конечном счёте сузился до простого состояния души, который и удалось прочитать. Но она увидела лишь то, что лежит на поверхности, где порой даже не нужно пользоваться волей, где хватит базовой эмпатии. И всё же смогла пройти тяжёлым путём, открыть новое знание, подготовить себя к дальнейшему росту!
⠀⠀— Фух!! — даже не сказав плохого слова про отдых на её бёдрах, она свалилась на кровать на свою спину, громко выдыхая и открывая глаза. — Я стоя на кухне весь день меньше парюсь, чем при таких тренировках, боже! Кажется даже голова чуть побаливает. Да, чуть-чуть есть.
⠀⠀И всё же она улыбалась, довольная собой, своим результатом, которого она добивалась. Это была мелочь, но даже такой небольшой шаг был чем-то. Может кто-то справился лучше неё, может кто-то научился этому быстрее... Но какая разница? Она сама вершит свою историю, и чужие результаты мало её волновали. Важно лишь то, что она сможет применять свою силу во благо.
⠀⠀Она присела, оторвав спину от мягкой кровати. Куча плюшевых игрушек, выложенных у подушки, любопытно глядели на Джинкс искуственными глазами-пуговками. А Смолдер смотрела с добротой, всем самым тёплым, что она могла предложить близкой подруге.
⠀⠀— О-ох, конечно, спасибо за предложения! Конечно сейчас я повременю с новыми тренировками, мне бы это до ума довести, ха-ха! — встав с кровати сразу за Джинкс, она надела тёплые сапоги, скрывая свои тёплые розовые носки. — Хе-хе, как раз хотела у тебя номер попросить или что-то такое, чтобы мы могли спокойно общаться...
⠀⠀Неловкое молчание. Что теперь? Джинкс уйдёт? Вот так просто? Стар не хотела её ухода, хотела провести с ней больше времени, угостить всем самым вкусным, смеяться и развлекаться вместе, но их обеих зовёт долг.
⠀⠀Но она улыбнулась ещё шире и, расправив руки, шагнула вперёд, крепко и чувственно обнимая подругу. Своим носом она упёрлась в плечо Майора. А затем она подняла Джинкс с пола и закрутилась вместе с ней в воздухе!!
⠀⠀— Ха-ха-ха!! Я была так рада тебя видеть, Джинкс!! — быстро Бэдлак поставили на место. — Я понимаю, тебе нужно идти, ведь у тебя небось полным полно работы. И не переживай, я не обижась или что-то в этом роде. Иди. Мы всё ещё можем говорить по улитке: не по работе, а просто ни о чём, как подружки. Как-нибудь договоримся, встретимся снова, я угощу тебя самодельным шоколадом. Ха-ха, думала я забыла, что это твой любимый десерт? — объятия кончились, Смолдер отстранилась, положив свои ладони на пояс, гордо и радостно. — Всегда рада видеть тебя на этом корабле. Береги себя, Джинкс.
8 447
СМОЛДЕР
⠀⠀Не методом исключения, не путём анализа, лишь с помощью одной только воли наблюдения Смолдер, наконец, смогла прочитать эмоцию Джинкс! Это было трудно, мудрёно, выматывающе, и всё же она справилась! Весь ураган чувств и эмоций в конечном счёте сузился до простого состояния души, который и удалось прочитать. Но она увидела лишь то, что лежит на поверхности, где порой даже не нужно пользоваться волей, где хватит базовой эмпатии. И всё же смогла пройти тяжёлым путём, открыть новое знание, подготовить себя к дальнейшему росту!
⠀⠀— Фух!! — даже не сказав плохого слова про отдых на её бёдрах, она свалилась на кровать на свою спину, громко выдыхая и открывая глаза. — Я стоя на кухне весь день меньше парюсь, чем при таких тренировках, боже! Кажется даже голова чуть побаливает. Да, чуть-чуть есть.
⠀⠀И всё же она улыбалась, довольная собой, своим результатом, которого она добивалась. Это была мелочь, но даже такой небольшой шаг был чем-то. Может кто-то справился лучше неё, может кто-то научился этому быстрее... Но какая разница? Она сама вершит свою историю, и чужие результаты мало её волновали. Важно лишь то, что она сможет применять свою силу во благо.
⠀⠀Она присела, оторвав спину от мягкой кровати. Куча плюшевых игрушек, выложенных у подушки, любопытно глядели на Джинкс искуственными глазами-пуговками. А Смолдер смотрела с добротой, всем самым тёплым, что она могла предложить близкой подруге.
⠀⠀— О-ох, конечно, спасибо за предложения! Конечно сейчас я повременю с новыми тренировками, мне бы это до ума довести, ха-ха! — встав с кровати сразу за Джинкс, она надела тёплые сапоги, скрывая свои тёплые розовые носки. — Хе-хе, как раз хотела у тебя номер попросить или что-то такое, чтобы мы могли спокойно общаться...
⠀⠀Неловкое молчание. Что теперь? Джинкс уйдёт? Вот так просто? Стар не хотела её ухода, хотела провести с ней больше времени, угостить всем самым вкусным, смеяться и развлекаться вместе, но их обеих зовёт долг.
⠀⠀Но она улыбнулась ещё шире и, расправив руки, шагнула вперёд, крепко и чувственно обнимая подругу. Своим носом она упёрлась в плечо Майора. А затем она подняла Джинкс с пола и закрутилась вместе с ней в воздухе!!
⠀⠀— Ха-ха-ха!! Я была так рада тебя видеть, Джинкс!! — быстро Бэдлак поставили на место. — Я понимаю, тебе нужно идти, ведь у тебя небось полным полно работы. И не переживай, я не обижась или что-то в этом роде. Иди. Мы всё ещё можем говорить по улитке: не по работе, а просто ни о чём, как подружки. Как-нибудь договоримся, встретимся снова, я угощу тебя самодельным шоколадом. Ха-ха, думала я забыла, что это твой любимый десерт? — объятия кончились, Смолдер отстранилась, положив свои ладони на пояс, гордо и радостно. — Всегда рада видеть тебя на этом корабле. Береги себя, Джинкс.
8 447
[id543751360:bp-36291248_276210|Tori], [id752983679:bp-36291248_276123|Миша],
Существо не плотное, из глянцевой чугунной жидкости, в буквальном смысле теряет голову от воздушного копья, что разрывает нутро отнюдь не копьём, а пушечным ядром. Юки кувыркнулась по приземлению, сбросила массу фрукта, опасаясь привередливого льда, вскинула руки к подбородку, но когда увидела перед собой только стремительно утихающую лужу, простодушно хмыкнула.
— Вот и поминай как звали! Чуть позже расскажешь мне про мальчика с обезьяним хвостом, Алита? — Блондинка склонила голову, глаза блестели, в принципе доставая их из ночной черноты.
Элиот тем временем сблизился с Еленой и кратким касанием плеча привлёк к себе внимание. Движением из-за пояса он блеснул металлом во тьме. Ух, жуткая картина! К счастью, раньше времени блондинку никто прирезать не собирался, парень лишь протянул свой крупнокалиберный револьвер.
— Держи, я его уже зарядил увеселительными (взрывательными) штучками. — Вместе с огнестрелом он протянул и заранее заряженный спидлоадер. — Ни пульки мимо, поняла? Ещё он из сеннетия, вдруг кто-то близко подойдёт и усомниться в твоей грамотности по вопросу самообороны. Ах, конечно, что до меня, — заговорил задорно он, хотя никто о нём и не спрашивал. — У меня есть своя пушка. Роднее, вкуснее, лучше… Хотя вот здесь бы полирнул…
Он прошёлся языком по дёснам, поглядывая на свой замученный показатель мужской одиночной безответственности и на блестящий, легко лежащий в руке, венец свадского оружейного ремесла. Поджал губы и ушёл.
Пора двигаться дальше. В акте откровений вскрылось, что Верена — пользователь дьявольского плода, и кудрявый, напомним, учёный ликовал. Юки закатила глаза и вздохнула. Похоже, они поспорили между собой. Остальные детали уже вызвали толику подозрения к самой природе чужого фрукта, но на это обратила внимание только Юки, ведь Элиот сам с уверенностью скажет: «Елена похожа на бизнес-леди, там, долги, бизнесы, сделки!».
— Будет? Он уже есть, — Она вступилась за молодого счетовода, приобнимая за плечо и прижимаясь. — Либо мы сделаем это быстро, либо я не оставлю от башни и камня на камне.
По прибытию оба революционера сразу скинули свои вещи у входа. Ни он, ни она не могли бы сдержать тяжести мокрых вещей, дурманящей духоты и усталости, которая бы их настигла как молот бьёт по наковальне. Под кожей Тсукумо волной прошлись мышцы, взбухли вены. Стало видно, насколько измучена лейтенант в собственной жажде ударить быстро и точно в самый корень проблемы. Пусть хоть кто-то посмеет усомниться в её грубой силе.
— Фух, — пыхнул стрелок, взводя курок собственного пистолета. — Почему этот тип не делится секретом такой бани вместе со всеми?
— Алита, держись Елены. Элиот замыкающий. Я пойду впереди, — она оттянула воротник водолазки и пошла дальше.
«Так я и думала», — довольно улыбнулась революционерка, когда услышала в своей голове голос Верены. Фрукт, идеальный для координатора и управленца, которому не очень хочется лезть на рожон.
— Полагаемся на тебя, Верена! — Радостно воскликнул Элиот, уходя в конец строя. Слава богу, оттуда его шуточки будут фоновым бубнежом.
В такой формации они двинулись вперёд и совсем скоро встретились с первыми стражниками башни. Хлопок где-то в рядах отряда заставил революционеров пригнуться. Это стало своего рода сигналом для того, чтобы принять бой. Из тени и углов, скамей и щелей, все единым скопом повылезали откровенные чертилы, которым Юки только рада дать бой. Элиот же насторожился.
— О-откуда их столько?! ЦИРК! Уэ-э! Снимите его! — Низко проскрежетал он, словно его вот-вот стошнит от противного зрелища. И болезненного.
Вместе с полупрозрачным куполом, который уехал дальше стенок и в принципе уже не был виден, в башне раздался его возглас. Фрукт действовал так. Попавший в него — в полном распоряжении главного шута и иллюзиониста! Ну, в переносном смысле: все в радиусе выдели то, что хотел он, за исключением тех, кому он таких гадостей показывать не хочет. В данном случае жижки, если могли видеть, или если заклинатель этих
Существо не плотное, из глянцевой чугунной жидкости, в буквальном смысле теряет голову от воздушного копья, что разрывает нутро отнюдь не копьём, а пушечным ядром. Юки кувыркнулась по приземлению, сбросила массу фрукта, опасаясь привередливого льда, вскинула руки к подбородку, но когда увидела перед собой только стремительно утихающую лужу, простодушно хмыкнула.
— Вот и поминай как звали! Чуть позже расскажешь мне про мальчика с обезьяним хвостом, Алита? — Блондинка склонила голову, глаза блестели, в принципе доставая их из ночной черноты.
Элиот тем временем сблизился с Еленой и кратким касанием плеча привлёк к себе внимание. Движением из-за пояса он блеснул металлом во тьме. Ух, жуткая картина! К счастью, раньше времени блондинку никто прирезать не собирался, парень лишь протянул свой крупнокалиберный револьвер.
— Держи, я его уже зарядил увеселительными (взрывательными) штучками. — Вместе с огнестрелом он протянул и заранее заряженный спидлоадер. — Ни пульки мимо, поняла? Ещё он из сеннетия, вдруг кто-то близко подойдёт и усомниться в твоей грамотности по вопросу самообороны. Ах, конечно, что до меня, — заговорил задорно он, хотя никто о нём и не спрашивал. — У меня есть своя пушка. Роднее, вкуснее, лучше… Хотя вот здесь бы полирнул…
Он прошёлся языком по дёснам, поглядывая на свой замученный показатель мужской одиночной безответственности и на блестящий, легко лежащий в руке, венец свадского оружейного ремесла. Поджал губы и ушёл.
Пора двигаться дальше. В акте откровений вскрылось, что Верена — пользователь дьявольского плода, и кудрявый, напомним, учёный ликовал. Юки закатила глаза и вздохнула. Похоже, они поспорили между собой. Остальные детали уже вызвали толику подозрения к самой природе чужого фрукта, но на это обратила внимание только Юки, ведь Элиот сам с уверенностью скажет: «Елена похожа на бизнес-леди, там, долги, бизнесы, сделки!».
— Будет? Он уже есть, — Она вступилась за молодого счетовода, приобнимая за плечо и прижимаясь. — Либо мы сделаем это быстро, либо я не оставлю от башни и камня на камне.
По прибытию оба революционера сразу скинули свои вещи у входа. Ни он, ни она не могли бы сдержать тяжести мокрых вещей, дурманящей духоты и усталости, которая бы их настигла как молот бьёт по наковальне. Под кожей Тсукумо волной прошлись мышцы, взбухли вены. Стало видно, насколько измучена лейтенант в собственной жажде ударить быстро и точно в самый корень проблемы. Пусть хоть кто-то посмеет усомниться в её грубой силе.
— Фух, — пыхнул стрелок, взводя курок собственного пистолета. — Почему этот тип не делится секретом такой бани вместе со всеми?
— Алита, держись Елены. Элиот замыкающий. Я пойду впереди, — она оттянула воротник водолазки и пошла дальше.
«Так я и думала», — довольно улыбнулась революционерка, когда услышала в своей голове голос Верены. Фрукт, идеальный для координатора и управленца, которому не очень хочется лезть на рожон.
— Полагаемся на тебя, Верена! — Радостно воскликнул Элиот, уходя в конец строя. Слава богу, оттуда его шуточки будут фоновым бубнежом.
В такой формации они двинулись вперёд и совсем скоро встретились с первыми стражниками башни. Хлопок где-то в рядах отряда заставил революционеров пригнуться. Это стало своего рода сигналом для того, чтобы принять бой. Из тени и углов, скамей и щелей, все единым скопом повылезали откровенные чертилы, которым Юки только рада дать бой. Элиот же насторожился.
— О-откуда их столько?! ЦИРК! Уэ-э! Снимите его! — Низко проскрежетал он, словно его вот-вот стошнит от противного зрелища. И болезненного.
Вместе с полупрозрачным куполом, который уехал дальше стенок и в принципе уже не был виден, в башне раздался его возглас. Фрукт действовал так. Попавший в него — в полном распоряжении главного шута и иллюзиониста! Ну, в переносном смысле: все в радиусе выдели то, что хотел он, за исключением тех, кому он таких гадостей показывать не хочет. В данном случае жижки, если могли видеть, или если заклинатель этих
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)