равнодушно махнув рукой.
– Вы плохо выглядите, – этих слов хватило, что глаза продавщицы наполнились грустью, остекленели, упёрлись в трещины на деревянной лавке, – всё в порядке? Я сделала вам больно? Я правда не…
– Прости, что накричала до этого, – перебила женщина. – У меня просто… Плохое настроение.
– Поделитесь со мной, – дружелюбно улыбнулась мечница. – Я много плохого видела, это как капля в море, а вам легче станет.
Блондинка подняла взгляд на незнакомку. Узкие кошачьи зрачки последней на пару с причудливым узором прямо в левом глазу выдавали в собеседницы не совсем человека… Тем временем во взгляде продавщицы видна искра надежды среди печально холодной тьмы.
– Я… Я не… – замешкалась блондинка от такого непонятного желания незнакомки узнать, в чём дело. Это казалось неестественным. Обманом. – Зачем тебе знать?
– Может, по мне не видно, но я люблю помогать людям. Конечно, если это семейные проблемы, то вряд ли я тут-
– Ты можешь помочь! – В очередной раз перебила женщина. Она взвалилась на стол, в холодных глазах загорелась надежда. Даже так, её физиономия выдавала тоскливый, как осенний дождь, лик. – Ты… Можешь. В конце концов… Я же ничего не потеряю, верно..?
Впервые Джинкс наблюдала со стороны, как человек утопает в себе, умирает, не получив тяжёлого ранения. Нечто похожее могла чувствовать и наша альтруистка, однако масштаб проблемы совершенно иной: ещё немного и женщина расплачется, проявит слабость перед девочкой. Хриплый, надрывистый голос это только подтверждал. Дурёха уверенно шагнула вперёд, смело взялась за чужие щёки и заглянула жертве некой трагедии прямо в глаза: «Прошу, скажите! Я и денег не беру, и достаточно сильна! Звучит как хвастовство, но я лишь девочка, которая хочет помогать другим. Я Джинкс, кстати, – для убеждения она представилась, после убрав свои руки от чужого лица. На холодных пальцах виднелись мокрые следы от слёз».
«Зачем ты теряешь с ней время? Уходи по своим делам».
«Теперь это моё дело, когда она согласилась».
Кудрявая приободрилась, кончиком пальцев вытерла слёзы. Надежда подарила возможность говорить.
– Я Санса… Магазин ушёл в упадок после гибели мужа… Прошёл только месяц, а вчера… Вчера… П-пропал мой совсем маленький сын. Буквально пропал, из своей кроватки! Я-я не знаю, что делать, к кому обратиться, никто меня и слушать не хочет!
– Покажите его комнату, – резко перешла к делу мечница. Пока одинокая мать убивается горем, а маленький ребёнок в опасности, революционерка не в состоянии пройти мимо. Может, он вовсе мёртв… Но обстоятельства исчезновения обязаны всплыть на поверхность.
– У-угу! – Санса поддержала инициативу Джинкс и повела её на второй этаж здания. Он же и являлся домом для целой семьи, где на первом этаже расположена их лавка с товарами.
Уютное деревянное помещение усеяно необъяснимыми наивной дурочке приблудами, приборами?
– Это что? – указывая на металлическую коробочку с окошком, спрашивает инженерка.
– Паропечка. Подогреть небольшую тарелку еды, – по пути в детскую, отвечает она.
– А это?
– П-прошу, я в не том настроении… – Максимально вежливо, не желая обидеть потенциального спасителя, умоляет она.
– Кхм, да, извините, – с румянцем на щеках, она возвращается к делу. – Это его кроватка, да?
– Да… – Не желая вспоминать сломавший волю жить момент, грустно подтверждает она. Невредимая детская кроватка. На первый взгляд абсолютно никаких следов. – Вечером я уложила его спать, пришла ночью проверить, как он, а-а… Его нет…
– Вы не слышали никакого шума? Может, кто-то вломился? – Рогатая присела на корточки, дабы вблизи рассмотреть оконную раму – единственный выход на улицу из комнаты.
– Никакого. У нас тут пол скрипит, как чёрт, даже на первом этаже. Я была в своей комнате, так что смогла бы услышать… – Она нервно наматывала кудрявый локон на палец. Отойти не могла, ведь не полностью доверяла разукрашенной в розовый почти незнакомке, вдруг умыкнёт что-нибудь. Отврати
ONE PIECE RP ·
[Гранд Лайн, 6 путь] Стимхолл.5-ый остров.
тельные мысли, но после случившегося Сансе тяжело добродушно смотреть на такое чудо, написанное будто по сценарию.
«Из тебя никакущий детектив, бросай это дело».
«Тебя что, вообще не волнует, что у матери одиночки пропал ребёнок?»
«Ситуация грустная, но тебе-то какое должно быть дело? Не твой же ребёнок, или твоей знакомой. Только время потеряешь, не хватало ещё муравьям жизни спасать».
«Я согласилась помочь. Теперь я просто не могу отказаться. И не хочу. Отвянь».
– Понятно… Как вы назвали сына? Вдруг поможет? – Отворив окно, она выглядывает наружу, опасно повисая на раме.
– Рамси… О-ох, осторожнее! – Она протянула руки к сыщице, но передумала, замечая гибкость последней.
– Прикольное имечко, хе-хе, – пытаясь подбодрить, мимолётно говорит она, не оставляя попыток зацепиться за какую-то деталь.
Магическое испарение младенца отправляется в забвение как идея – реалистка сразу цепляется за теорию о похищении. Проверила крышу, соседние лавки – ничего. У подножья строения пучками растут декоративные кусты, бережно, натурально украшенные нежно-розовыми цветками. Дура переваливается через проём и падает, приземляясь на четыре лапы, как подобает настоящей кисоньке. Санса сразу подскочила к окну, дабы убедиться, что всё в порядке, но убедилась в этом, поймав взглядом копошащуюся в кустиках балбеску.
– Извините, немного попорчу вам экст… эстер… Внешний вид дома, – уловив чутким, не хуже кошачьего, носиком необычный запах. Не сказать, что приятный, но такой встречается впервые. Напоминал нашатырь, но гораздо легче и немного отдавал… Кровью?
– Н-не беспокойся… – чем дольше шло расследование, тем сильнее сжимались внутренности. А вдруг ничего не найдёт? Возьмёт и уйдёт? Убьёт последние частицы надежды?
– Что-то нашла! – Триумфально прокричала девчушка. – Это ваша лестница?
Среди кустов, лежала длинная деревянная лестница. На протяжении всей длины она испускала травянистый запах. Кровь только на первых ступенях.
– Нет… – Она сначала попыталась вспомнить, чтобы не соврать.
– Ну. Полагаю, вашего сына похитили. Похититель упал, когда спускался, тут кровь, но, кажется, это его, – она сидела на корточках, отчитываясь. Поднимись хоть.
– Ч-что?.. Но… Кому вообще понадобился младенец? Я не… О боже, Рамси, мой мальчик… – Мать прикрыла лицо руками.
– Попридержите слёзы, Санса. Я знаю, куда он пошёл. Он очень резко пахнет какой-то травой, запах ещё не успел полностью выветрится, – поспешила успокоить кошечка. – Оставайтесь здесь, и, эм… Как обычно говорят… Берегите себя! Вернусь с вашим сыном, хе!
Героический оскал внушил Сансе уверенность в этой маленькой девушке. Казалось, что горные хребты и глубины океана ей не по чём, лишь бы сдержать своё обещание. Блондинка распахнула глаза, когда увидела спасительницу, в мгновение ока обернувшуюся сверкающей молнией формой домашней кошки. Быстро перебирая лапками, она помчалась вниз по улице. Вдова ущипнула себя за щёку, считая, что всё это сон.
– Надо больше спать…
«Я не верю, что ты взялась за это… Есть вещи поважнее, чем незнакомый тебе младенец».
«Никто бы не помог, кроме меня».
«Ты не понимаешь мой вопрос! Зачем тебе сдался этот младенец? Подумаешь, пропал, ой какая беда».
«Потому что если я вернусь с ним, то спасу сразу две жизни. А может больше: вряд ли этот похититель остановится только на одном».
Вонючий след из нашатыря вёл в не самый благополучный район города. Крыши не настолько сильно слазили, в переулках шныряло не настолько много укурков, а женщины не настолько сильно боялись ходить в одиночку по улице, но разница была ощутимая: тут не такое технологическое развитие, и не так чисто… Не то чтобы Джинкс привереда в чистоте, это факт остаётся фактом. Место назначения: ничем не примечательный дом с железной входной дверью с множеством клёпок, что тут не редкость. Стены стоят, черепица не падает на макушку – хоть что-то хорошее. Пока прохожие с удивлением наблюдали за искрящейся домашней кошкой, пушистая пакость искала сп
«Из тебя никакущий детектив, бросай это дело».
«Тебя что, вообще не волнует, что у матери одиночки пропал ребёнок?»
«Ситуация грустная, но тебе-то какое должно быть дело? Не твой же ребёнок, или твоей знакомой. Только время потеряешь, не хватало ещё муравьям жизни спасать».
«Я согласилась помочь. Теперь я просто не могу отказаться. И не хочу. Отвянь».
– Понятно… Как вы назвали сына? Вдруг поможет? – Отворив окно, она выглядывает наружу, опасно повисая на раме.
– Рамси… О-ох, осторожнее! – Она протянула руки к сыщице, но передумала, замечая гибкость последней.
– Прикольное имечко, хе-хе, – пытаясь подбодрить, мимолётно говорит она, не оставляя попыток зацепиться за какую-то деталь.
Магическое испарение младенца отправляется в забвение как идея – реалистка сразу цепляется за теорию о похищении. Проверила крышу, соседние лавки – ничего. У подножья строения пучками растут декоративные кусты, бережно, натурально украшенные нежно-розовыми цветками. Дура переваливается через проём и падает, приземляясь на четыре лапы, как подобает настоящей кисоньке. Санса сразу подскочила к окну, дабы убедиться, что всё в порядке, но убедилась в этом, поймав взглядом копошащуюся в кустиках балбеску.
– Извините, немного попорчу вам экст… эстер… Внешний вид дома, – уловив чутким, не хуже кошачьего, носиком необычный запах. Не сказать, что приятный, но такой встречается впервые. Напоминал нашатырь, но гораздо легче и немного отдавал… Кровью?
– Н-не беспокойся… – чем дольше шло расследование, тем сильнее сжимались внутренности. А вдруг ничего не найдёт? Возьмёт и уйдёт? Убьёт последние частицы надежды?
– Что-то нашла! – Триумфально прокричала девчушка. – Это ваша лестница?
Среди кустов, лежала длинная деревянная лестница. На протяжении всей длины она испускала травянистый запах. Кровь только на первых ступенях.
– Нет… – Она сначала попыталась вспомнить, чтобы не соврать.
– Ну. Полагаю, вашего сына похитили. Похититель упал, когда спускался, тут кровь, но, кажется, это его, – она сидела на корточках, отчитываясь. Поднимись хоть.
– Ч-что?.. Но… Кому вообще понадобился младенец? Я не… О боже, Рамси, мой мальчик… – Мать прикрыла лицо руками.
– Попридержите слёзы, Санса. Я знаю, куда он пошёл. Он очень резко пахнет какой-то травой, запах ещё не успел полностью выветрится, – поспешила успокоить кошечка. – Оставайтесь здесь, и, эм… Как обычно говорят… Берегите себя! Вернусь с вашим сыном, хе!
Героический оскал внушил Сансе уверенность в этой маленькой девушке. Казалось, что горные хребты и глубины океана ей не по чём, лишь бы сдержать своё обещание. Блондинка распахнула глаза, когда увидела спасительницу, в мгновение ока обернувшуюся сверкающей молнией формой домашней кошки. Быстро перебирая лапками, она помчалась вниз по улице. Вдова ущипнула себя за щёку, считая, что всё это сон.
– Надо больше спать…
«Я не верю, что ты взялась за это… Есть вещи поважнее, чем незнакомый тебе младенец».
«Никто бы не помог, кроме меня».
«Ты не понимаешь мой вопрос! Зачем тебе сдался этот младенец? Подумаешь, пропал, ой какая беда».
«Потому что если я вернусь с ним, то спасу сразу две жизни. А может больше: вряд ли этот похититель остановится только на одном».
Вонючий след из нашатыря вёл в не самый благополучный район города. Крыши не настолько сильно слазили, в переулках шныряло не настолько много укурков, а женщины не настолько сильно боялись ходить в одиночку по улице, но разница была ощутимая: тут не такое технологическое развитие, и не так чисто… Не то чтобы Джинкс привереда в чистоте, это факт остаётся фактом. Место назначения: ничем не примечательный дом с железной входной дверью с множеством клёпок, что тут не редкость. Стены стоят, черепица не падает на макушку – хоть что-то хорошее. Пока прохожие с удивлением наблюдали за искрящейся домашней кошкой, пушистая пакость искала сп
особ попасть внутрь.
«Как же её открыть без шума».
«Хмф»
«Если хочешь подсказать, что самое время… Пожалуйста?»
«Ты молния, алё. Пролезь и всё».
В самом деле! Если ты стала меньше оригинального тела, что мешает стать ещё меньше? Парой ловких кошачьих (!!!) прыжочков героиня взбирается на крышу и дугообразной искрой пробирается в дымоход. Мгновение ока и сиреневый пушистик оказывается в доме, готовая разносить всё в пух и прах!
Пусто. Наверняка тут должен быть какой-нибудь тайный проход, что-нибудь ультра злодейское! Может, для пущего эффекта обыскать комнату с важным видом, обжигая горло терпким дымом сигареты под закадровый голос? Звучит весело, но запах уходит под пол.
«Ага!»
«Вау, как оригинально. Подвал».
Обратившись в человеческую форму, мечница пинает ковёр на путь к… Полу? Обычный деревянный пол. Может, где-то ошиблась? Или противник умнее, чем мы думаем? Соседка не сдерживается и насильно кладёт руку хозяйки тела на щель одной из досок.
«Не тупи! Так смотреть не интересно!»
А-а-а! Деревянные доски на пути так же выступают в роли люка, как и тот, металлический, расположенный под ними. Для удобства тут хотя бы присутствует ручка. Вот бы никто не услышал несанкционированного вторжения – было бы неловко, хе-хе. Незнакомая территория требует особой осмотрительности: ладонь обхватила рукоять верного клинка, а воля наблюдения радаром сигнализирует о нескольких голосах глубоко под землёй. Все, кроме одного, медленно угасают, тлеют, делясь с девушкой своим достойным сожаления жжения.
«Не нравится мне это…».
Лестница кончается, ожидаемо, металлической дверью, за которой теплится несколько голосов. Выбить дверь, вынуть клинок, обезвредить плохиша… Звучит легко! Сбить толстую дверь с петель неповторимому киборгу оказалось весьма легко, смяла, как фольгу, увернулась от рыболовной сети, которой хотели сковать вторженку на пути клинка и пушки встало некое силовое поле, как резина отталкивающее рубящие удары киборга. Во время секундной заминки удалось разглядеть, что тут всё-таки твориться: хорошо освещённая лаборатория, по потолку шли длинные медные трубы, снисходящие в… Инкубаторы?
– Ч-чего? – Дрогнула девушка, ослабила хватку, когда в мутноватой жидкости они могла разглядеть лица новорожденных детей.
Мужчина за барьером был довольно крупным, в оранжевом комбинезоне и противогазе – хоть и не похоже, что использовал его по назначению. На левой стене, напротив капсул, висел огромный настенный экран, чёрные грани которого резко контрастировали на фоне скучной пыльной стены: «Босс, тут вторжение, – приглушённым, но басистым и низким голосом отрапортовал мужик в улитку».
– А ну отпусти этих детей! Это… Это что вообще такое?!?! – Криком допрашивала мечница, стараясь клинком разрезать злосчастный барьер. Шквал негативных эмоций нахлынул средь штиля, гнев затмил все остальные, пока ненависть подавала патроны.
Через секунду на экране возник пожилой, тощий мужчина с противной всезнающей улыбкой. Линия глаз украшена непонятного вида очками, будто многофункциональный визор. Пусть самих глаз не видно, он чётко смотрел прямо на незваную гостью: «Хм. Интересный экземпляр. Попробуй оставить её в живых, – игриво приказал он».
– Что делать с образцами? – Незнакомец так и стоял с вытянутой в сторону киборга рукой. Скорее всего, именно он и был виновником барьера.
– Уничтожь все, кроме шестого. Его ко мне. Конец связи, – Экран с писком потух
– Ч-что? Образцы? Нет! Пожалуйста! Я-я уйду, только не убивай их! Честно! – Девушка замерла. Физиономия вспыхнула ужасом, страхом за жизни этих новорождённых детей. – Для чего они вообще вам нужны?! Это не нормально!
– Приказ есть приказ. Отвянь, – удерживая руку в одном положении, он подошёл к консоли и нажал пару кнопок. Сначала содержимое шестой капсулы отправилось вверх по трубе. Вторая кнопка, сопровождаемая красной мигающей лампой, начала сливать содержимое остальных капсул прямо на пол.
«Как же её открыть без шума».
«Хмф»
«Если хочешь подсказать, что самое время… Пожалуйста?»
«Ты молния, алё. Пролезь и всё».
В самом деле! Если ты стала меньше оригинального тела, что мешает стать ещё меньше? Парой ловких кошачьих (!!!) прыжочков героиня взбирается на крышу и дугообразной искрой пробирается в дымоход. Мгновение ока и сиреневый пушистик оказывается в доме, готовая разносить всё в пух и прах!
Пусто. Наверняка тут должен быть какой-нибудь тайный проход, что-нибудь ультра злодейское! Может, для пущего эффекта обыскать комнату с важным видом, обжигая горло терпким дымом сигареты под закадровый голос? Звучит весело, но запах уходит под пол.
«Ага!»
«Вау, как оригинально. Подвал».
Обратившись в человеческую форму, мечница пинает ковёр на путь к… Полу? Обычный деревянный пол. Может, где-то ошиблась? Или противник умнее, чем мы думаем? Соседка не сдерживается и насильно кладёт руку хозяйки тела на щель одной из досок.
«Не тупи! Так смотреть не интересно!»
А-а-а! Деревянные доски на пути так же выступают в роли люка, как и тот, металлический, расположенный под ними. Для удобства тут хотя бы присутствует ручка. Вот бы никто не услышал несанкционированного вторжения – было бы неловко, хе-хе. Незнакомая территория требует особой осмотрительности: ладонь обхватила рукоять верного клинка, а воля наблюдения радаром сигнализирует о нескольких голосах глубоко под землёй. Все, кроме одного, медленно угасают, тлеют, делясь с девушкой своим достойным сожаления жжения.
«Не нравится мне это…».
Лестница кончается, ожидаемо, металлической дверью, за которой теплится несколько голосов. Выбить дверь, вынуть клинок, обезвредить плохиша… Звучит легко! Сбить толстую дверь с петель неповторимому киборгу оказалось весьма легко, смяла, как фольгу, увернулась от рыболовной сети, которой хотели сковать вторженку на пути клинка и пушки встало некое силовое поле, как резина отталкивающее рубящие удары киборга. Во время секундной заминки удалось разглядеть, что тут всё-таки твориться: хорошо освещённая лаборатория, по потолку шли длинные медные трубы, снисходящие в… Инкубаторы?
– Ч-чего? – Дрогнула девушка, ослабила хватку, когда в мутноватой жидкости они могла разглядеть лица новорожденных детей.
Мужчина за барьером был довольно крупным, в оранжевом комбинезоне и противогазе – хоть и не похоже, что использовал его по назначению. На левой стене, напротив капсул, висел огромный настенный экран, чёрные грани которого резко контрастировали на фоне скучной пыльной стены: «Босс, тут вторжение, – приглушённым, но басистым и низким голосом отрапортовал мужик в улитку».
– А ну отпусти этих детей! Это… Это что вообще такое?!?! – Криком допрашивала мечница, стараясь клинком разрезать злосчастный барьер. Шквал негативных эмоций нахлынул средь штиля, гнев затмил все остальные, пока ненависть подавала патроны.
Через секунду на экране возник пожилой, тощий мужчина с противной всезнающей улыбкой. Линия глаз украшена непонятного вида очками, будто многофункциональный визор. Пусть самих глаз не видно, он чётко смотрел прямо на незваную гостью: «Хм. Интересный экземпляр. Попробуй оставить её в живых, – игриво приказал он».
– Что делать с образцами? – Незнакомец так и стоял с вытянутой в сторону киборга рукой. Скорее всего, именно он и был виновником барьера.
– Уничтожь все, кроме шестого. Его ко мне. Конец связи, – Экран с писком потух
– Ч-что? Образцы? Нет! Пожалуйста! Я-я уйду, только не убивай их! Честно! – Девушка замерла. Физиономия вспыхнула ужасом, страхом за жизни этих новорождённых детей. – Для чего они вообще вам нужны?! Это не нормально!
– Приказ есть приказ. Отвянь, – удерживая руку в одном положении, он подошёл к консоли и нажал пару кнопок. Сначала содержимое шестой капсулы отправилось вверх по трубе. Вторая кнопка, сопровождаемая красной мигающей лампой, начала сливать содержимое остальных капсул прямо на пол.
– Нет-нет-нет! Нет! – Мечница ускорилась в попытках разрушить барьер. В процессе скоростной, но бесполезной резни протезы начала испускать пар от надвигающегося перегрева.
Нет, так его не порезать. Капсулы пусты наполовину, но барьер даже не шелохнулся. Успокойся. Наберись сил. Вздохни полной грудью и ударь всем, что есть. Вложи всё в одну атаку, наверняка у этого силового поля есть предел прочности.
– Shinkokuna shikka! – Нисходящий удар по диагонали, заряженный крупицей, но всё же воли вооружения, словно ножницы бумагу, режет барьер. Прислужник учёного замешкался, выставил вперёд вторую руку, но беглой, почти незаметной искрой божественный зверь проносится совсем рядом, к консоли, дабы остановить слив питающей образцы жидкости. Та же кнопка, что всё и начала, спасла положение – процесс прекратился так же быстро, как и начался. – Фух… Ты…
– Т-тварь..! Как ты проскочила через моё силовое поле? Это новейшая технология! – Он приготовился к самому худшему, глядя на… Стоп, а ведь девчонка уже не выглядит настолько рассеянной, запуганной и злой!
Она делает рывок вперёд, ловко, в паре сантиметров от кулаков, огибая удары. Оказалась на одном колене прямо под неприятелем, одной рукой схватила чужую ладонь, а второй провела, как по маслу, мечом, отделяя от остального тела. Металл. «Новейшая технология» заключена внутри рук. До второй конечности она не добралась – враг дал отпор. Мощный удар кулаком, снаряжённый силовым полем хоть и был заблокирован, но отправил кошечку в полёт до ближайшей стены. Тяжёлое тело из бомбсидиума оставило вмятину, посыпался бетон, Джинкс лишь неряшливо встряхнула головой, желая избавиться от одномоментного головокружения.
– Чёрт, твёрдая… – Сквозь протез мужчина почувствовал нешуточную отдачу. – Тоже киборг?
– Самый настоящий! – Гордо оскалившись, она бьёт локтями о стену и приземляется на пол. – Только я лучше. Теперь говори, зачем вам эти дети, пока можешь!
– Тебе все равно нечего делать с этой информацией. Поэтому просто сдайся! – Крикнул он, распахнув, как бутон, пальцы на руке.
Силовое после, словно грузовик врезалось в малышку, вдавливая последнюю, как муху, в стену позади. Джинкс встретила атаку с распростёртыми объятиями, пока её затылок с разгона целовал стену позади: «Нгх!! – Тяжело простонала мечница, сдавленная неведомой до этого технологией. – От… пусти…»
– Могучий учёный Дести Нова постарался о том, чтобы снарядить меня самым лучшим! – Сквозь противогаз рассмеялся он, подходя ближе.
Поле не в состоянии сломать бомбсидиум, но вот последний, в свою очередь, без проблем вдавливает бетон. Как под гидравлическим прессом, рогатая пытается придумать, что же делать… Что же делать?!
«Помочь не хочешь?!»
«Пф-ф, это слишком смешно, разбирайся сама».
Ясно. Глупенькой малютке осталась даже без второй Я, значит, остаёмся без нестандартных идей. Враг всё подступал. Живая часть, то есть, лицо, находилось под неописуемым давлением – кажется, ещё немного и голова просто лопнет, как бутылка колы, а мозги фонтаном вытекут наружу.
– Гх! Хватит! – Бубнит девчонка.
Досада настигла девочку. Не в состоянии что-либо предпринять, она вновь начинает беситься, раздражаться, синтокровь вскипает от собственной глупости, а зрачки хищно сузились. В этот момент киборг начала, если так можно выразиться, нажимать все кнопки подряд: постаралась силой оттолкнуть поле то рукой, то ногой, то головой, но ничем из этого она и дрогнуть не могла. Очередь дошла до способностей фрукта, и дела пошли в гору – заряженные электричеством пальцы беспрепятственно утопают в давящем, как морское дно, силовом поле, словно это желе.
– Ч-чего?! – Напрягся мужчина.
С кончиков пальцев соскользнула сиреневая ветвистая молния, которая ударила неприятелю прямо в грудь. Протез руки последнего разлетается на металлолом от перенапряжения. Теперь его очередь отдыхать в дырке в стене. Барьер, очевидно, спал, и гневная Джинкс подскочила к поверженному оппо
Нет, так его не порезать. Капсулы пусты наполовину, но барьер даже не шелохнулся. Успокойся. Наберись сил. Вздохни полной грудью и ударь всем, что есть. Вложи всё в одну атаку, наверняка у этого силового поля есть предел прочности.
– Shinkokuna shikka! – Нисходящий удар по диагонали, заряженный крупицей, но всё же воли вооружения, словно ножницы бумагу, режет барьер. Прислужник учёного замешкался, выставил вперёд вторую руку, но беглой, почти незаметной искрой божественный зверь проносится совсем рядом, к консоли, дабы остановить слив питающей образцы жидкости. Та же кнопка, что всё и начала, спасла положение – процесс прекратился так же быстро, как и начался. – Фух… Ты…
– Т-тварь..! Как ты проскочила через моё силовое поле? Это новейшая технология! – Он приготовился к самому худшему, глядя на… Стоп, а ведь девчонка уже не выглядит настолько рассеянной, запуганной и злой!
Она делает рывок вперёд, ловко, в паре сантиметров от кулаков, огибая удары. Оказалась на одном колене прямо под неприятелем, одной рукой схватила чужую ладонь, а второй провела, как по маслу, мечом, отделяя от остального тела. Металл. «Новейшая технология» заключена внутри рук. До второй конечности она не добралась – враг дал отпор. Мощный удар кулаком, снаряжённый силовым полем хоть и был заблокирован, но отправил кошечку в полёт до ближайшей стены. Тяжёлое тело из бомбсидиума оставило вмятину, посыпался бетон, Джинкс лишь неряшливо встряхнула головой, желая избавиться от одномоментного головокружения.
– Чёрт, твёрдая… – Сквозь протез мужчина почувствовал нешуточную отдачу. – Тоже киборг?
– Самый настоящий! – Гордо оскалившись, она бьёт локтями о стену и приземляется на пол. – Только я лучше. Теперь говори, зачем вам эти дети, пока можешь!
– Тебе все равно нечего делать с этой информацией. Поэтому просто сдайся! – Крикнул он, распахнув, как бутон, пальцы на руке.
Силовое после, словно грузовик врезалось в малышку, вдавливая последнюю, как муху, в стену позади. Джинкс встретила атаку с распростёртыми объятиями, пока её затылок с разгона целовал стену позади: «Нгх!! – Тяжело простонала мечница, сдавленная неведомой до этого технологией. – От… пусти…»
– Могучий учёный Дести Нова постарался о том, чтобы снарядить меня самым лучшим! – Сквозь противогаз рассмеялся он, подходя ближе.
Поле не в состоянии сломать бомбсидиум, но вот последний, в свою очередь, без проблем вдавливает бетон. Как под гидравлическим прессом, рогатая пытается придумать, что же делать… Что же делать?!
«Помочь не хочешь?!»
«Пф-ф, это слишком смешно, разбирайся сама».
Ясно. Глупенькой малютке осталась даже без второй Я, значит, остаёмся без нестандартных идей. Враг всё подступал. Живая часть, то есть, лицо, находилось под неописуемым давлением – кажется, ещё немного и голова просто лопнет, как бутылка колы, а мозги фонтаном вытекут наружу.
– Гх! Хватит! – Бубнит девчонка.
Досада настигла девочку. Не в состоянии что-либо предпринять, она вновь начинает беситься, раздражаться, синтокровь вскипает от собственной глупости, а зрачки хищно сузились. В этот момент киборг начала, если так можно выразиться, нажимать все кнопки подряд: постаралась силой оттолкнуть поле то рукой, то ногой, то головой, но ничем из этого она и дрогнуть не могла. Очередь дошла до способностей фрукта, и дела пошли в гору – заряженные электричеством пальцы беспрепятственно утопают в давящем, как морское дно, силовом поле, словно это желе.
– Ч-чего?! – Напрягся мужчина.
С кончиков пальцев соскользнула сиреневая ветвистая молния, которая ударила неприятелю прямо в грудь. Протез руки последнего разлетается на металлолом от перенапряжения. Теперь его очередь отдыхать в дырке в стене. Барьер, очевидно, спал, и гневная Джинкс подскочила к поверженному оппо
ненту, взялась за шею и замахнулась кулаком.
– Для чего вам дети?! – В нетерпении процедила она.
Один лишний хрип, в котором не было ответа на вопрос, и в противогаз приземляется увесистый удар девочки. Вопрос остался тем же. Нет ответа – кулак поможет его вспомнить.
– Дести… Нова… – Сквозь расколотый очковый узел можно заметить уставший взгляд, утопленный в собственной крови. – Делает солдат. Генно-модифицированных солдат… Шестой образец самый удачный, остальные – брак.
Ответ удовлетворил желание революционерки, но моральный компас пошатнулся от услышанного. Зубы заскрипели в непонимании, каким нужно быть человеком, чтобы такое устроить. Она замахнулась вновь, хотела избавить мир от одного аморального негодяя…
– Ты подвёл меня, Теон, – простодушный голос учёного нельзя было спутать ни с чем другим. – Ты знаешь, что я делаю с предателями.
– С-стойте, босс, я не зна-А-А-!
Противогаз начал испускать клубы горячего, как кипяток, пара прямо во внутрь. Паровую варку заживо остановить не удалось – слишком плотно засело на голове, прямо слилось в кожей. Осталось наслаждаться предсмертными криками агонии. К счастью, или к сожалению, они длились не долго – мужчина мёртв.
– А ты, девочка, лучше не суй в это свой нос. Пожалеешь, – связь с улиткой ещё не оборвалась.
– Я запомнила голос ребёнка. Ты не спрячешься, – холодно предупредила революционерка, забирая у мученика его улитку.
– Ой-ой, а вот это и вправду неприятная ситуация! Надо собирать свои вещи прямо сейчас! – Передатчик замолчал.
Убивать средство переговоров было бы слишком негуманно, хоть и было желание размазать её по стене: «Чёрт! Как же бесят эти аморалы, которые готовы погубить чужую жизнь, лишь бы достичь какой-то непонятной фигни! – Дыхание участилось от кипящей в неприязни крови. Либо юная голова не той формы, либо такие вещи просто не укладываются в ней – ну как так можно?! Порой желание сохранить чью-то жизнь разбивается о реальность, как судно о скалы, когда перед чьей-то смертью хочется лично вырезать у жертвы все зубы, сломать каждую косточку и с упоением души слушать чужие еле слышимые стоны. Возможно, подобные мысли это всего лишь пагубное воздействие альтер эго… Розоволосая обернулась к детям, что так и томились в капсулах. Судя по датчикам, их жизненные показатели в порядке. – Я обязательно вернусь за вами. Но мне надо спасти ещё одного».
Даже если среди тех детей, что остались в том подвале, и был Рамси, изначальная цель миссии, бросить последнюю жертву этого адского эксперимента в беде – свыше сил революционерки. Она будет драться за него. Она обязана. В образе неуловимой, скромной по размерам искрящейся кошечки она бежала навстречу голоса малыша, который она запомнила с помощью воли наблюдения. Пугало больше всего то, что он находится подозрительно высоко… Взгляд нехотя цепляется за толстенную цепь ведущую в небо.
«О нет…».
«Охо-хо, это будет интересно! Дай мне тело, пожалуйста! Я так хочу там побегать! Без кровавой резни, честно-честно!»
«Эм… Э… – замешкалась добренькая. С одной стороны определить тело только как своё она не имеет права, но с другой не стоит забывать про сущность этой подозрительной личности. – Ладно, но два условия».
«Конечно, конечно, подруга, всё для тебя!»
«Ты ОБЯЗАТЕЛЬНО спасёшь ребёнка. Учёного тоже не убивай, но сделай так, чтобы он больше не смог сеять свои злодеяния».
«Без базара, сестричка. Ну давай, давай, ты же почти добежала, дай мне!»
В подкорке нечто неприятно, почти нетерпимо сильно чесалось – это подруга, второе Я, старается взять тело под свой контроль. Верить в её обещания – глупо, но всё же… Как можно спасать, вызволять из цепкой цепи безнадёжности остальных, когда половинка тебя сидит взаперти? Достаточно достигнуть цели постепенно, по одному шажочку, и первый шаг к внутреннему спокойствию – доверие.
«Хорошо. Я доверяю тебе».
Сознание уходит на задний план. В мозгу, как в кинотеатре, она уселась перед экраном, наблюдая происх
– Для чего вам дети?! – В нетерпении процедила она.
Один лишний хрип, в котором не было ответа на вопрос, и в противогаз приземляется увесистый удар девочки. Вопрос остался тем же. Нет ответа – кулак поможет его вспомнить.
– Дести… Нова… – Сквозь расколотый очковый узел можно заметить уставший взгляд, утопленный в собственной крови. – Делает солдат. Генно-модифицированных солдат… Шестой образец самый удачный, остальные – брак.
Ответ удовлетворил желание революционерки, но моральный компас пошатнулся от услышанного. Зубы заскрипели в непонимании, каким нужно быть человеком, чтобы такое устроить. Она замахнулась вновь, хотела избавить мир от одного аморального негодяя…
– Ты подвёл меня, Теон, – простодушный голос учёного нельзя было спутать ни с чем другим. – Ты знаешь, что я делаю с предателями.
– С-стойте, босс, я не зна-А-А-!
Противогаз начал испускать клубы горячего, как кипяток, пара прямо во внутрь. Паровую варку заживо остановить не удалось – слишком плотно засело на голове, прямо слилось в кожей. Осталось наслаждаться предсмертными криками агонии. К счастью, или к сожалению, они длились не долго – мужчина мёртв.
– А ты, девочка, лучше не суй в это свой нос. Пожалеешь, – связь с улиткой ещё не оборвалась.
– Я запомнила голос ребёнка. Ты не спрячешься, – холодно предупредила революционерка, забирая у мученика его улитку.
– Ой-ой, а вот это и вправду неприятная ситуация! Надо собирать свои вещи прямо сейчас! – Передатчик замолчал.
Убивать средство переговоров было бы слишком негуманно, хоть и было желание размазать её по стене: «Чёрт! Как же бесят эти аморалы, которые готовы погубить чужую жизнь, лишь бы достичь какой-то непонятной фигни! – Дыхание участилось от кипящей в неприязни крови. Либо юная голова не той формы, либо такие вещи просто не укладываются в ней – ну как так можно?! Порой желание сохранить чью-то жизнь разбивается о реальность, как судно о скалы, когда перед чьей-то смертью хочется лично вырезать у жертвы все зубы, сломать каждую косточку и с упоением души слушать чужие еле слышимые стоны. Возможно, подобные мысли это всего лишь пагубное воздействие альтер эго… Розоволосая обернулась к детям, что так и томились в капсулах. Судя по датчикам, их жизненные показатели в порядке. – Я обязательно вернусь за вами. Но мне надо спасти ещё одного».
Даже если среди тех детей, что остались в том подвале, и был Рамси, изначальная цель миссии, бросить последнюю жертву этого адского эксперимента в беде – свыше сил революционерки. Она будет драться за него. Она обязана. В образе неуловимой, скромной по размерам искрящейся кошечки она бежала навстречу голоса малыша, который она запомнила с помощью воли наблюдения. Пугало больше всего то, что он находится подозрительно высоко… Взгляд нехотя цепляется за толстенную цепь ведущую в небо.
«О нет…».
«Охо-хо, это будет интересно! Дай мне тело, пожалуйста! Я так хочу там побегать! Без кровавой резни, честно-честно!»
«Эм… Э… – замешкалась добренькая. С одной стороны определить тело только как своё она не имеет права, но с другой не стоит забывать про сущность этой подозрительной личности. – Ладно, но два условия».
«Конечно, конечно, подруга, всё для тебя!»
«Ты ОБЯЗАТЕЛЬНО спасёшь ребёнка. Учёного тоже не убивай, но сделай так, чтобы он больше не смог сеять свои злодеяния».
«Без базара, сестричка. Ну давай, давай, ты же почти добежала, дай мне!»
В подкорке нечто неприятно, почти нетерпимо сильно чесалось – это подруга, второе Я, старается взять тело под свой контроль. Верить в её обещания – глупо, но всё же… Как можно спасать, вызволять из цепкой цепи безнадёжности остальных, когда половинка тебя сидит взаперти? Достаточно достигнуть цели постепенно, по одному шажочку, и первый шаг к внутреннему спокойствию – доверие.
«Хорошо. Я доверяю тебе».
Сознание уходит на задний план. В мозгу, как в кинотеатре, она уселась перед экраном, наблюдая происх
одящим как зритель. Управление незамедлительно перешло злостной, агрессивной, в то же время более расчётливой и смекалистой личности, у которой несколько иное видение на весь конфликт с ребёнком. Сдержит ли она обещание? Увидим позднее – сейчас глаза смотрят чётко на медно-зелёную точку, мелькающую далеко-далеко на цепи, ведущей в небо.
Очередное ненормальных, гигантских размеров кольцо промелькнуло под ногами. Стоит лишь наступить, как бросает в дрожь – насколько масштабен летучий город. Одна лишь его семь, явно больше двадцати метров в обхвати, внушает непонятный страх. А как подумаешь, сколько эту дрянь строили, так вообще свихнуться можно! Металлическая ступня вызывает глухой звон, пока бег соединяет это всё в своеобразную мелодию. Подобие робота, точнее, мехи, взбиралось всё выше и выше, но не так быстро, как сверхскоростной зверь. Главное не смотреть вниз и всё будет хорошо.
– Дести Нова! – Попытка обратить на себя внимание увенчалось успехом. – Готовь зубы!
Непризнанный учёный, облачённый в груду доспехов, непропорционально маленьким мечом в руке, с обычную катану, оборачивается. В центре бронекостюма, рост которого был около четырёх метров, виднелась мелкая капсула, под стать младенцу, чей силуэт чётко различим в питательной модифицированной смеси.
– И тебе привет, непонятная девочка, которой так и хочется сунуть нос не в своё дело! – Его надменная всесильная улыбка бросала бы в дрожь, будь на управлении всеми любимая героиня. – Сейчас последний шанс развернуться и пойти жить спокойной размеренной жизнью. Иначе бедолагам снизу придётся разбирать твоё искусственное тело по кускам.
– Нет, дружище, слушай, меня ты можешь даже не уговаривать, я так или иначе измордую тебя до неузнаваемости. Но перед этим я бы всё-таки хотела узнать: смысл тебе всё это делать? Чё тебе дадут суперсильные солдаты? Небось, ты хочешь силой завоевать верхний город, ведь ты непризнанный гений, да? – Мечница вальяжно опёрлась на монолитную цель сбоку. – А чё эт у тебя такой меч маленький? Я ожидала трёхметровый дрын под такое.
– Ты наполовину права, моя девочка! – Воспел он, направив руки к палящему лику солнца. – Но не совсем! Я был изгнан из верхнего города за, по их мнению, чудовищные эксперименты. Но показав им, чего можно добиться с моими знаниями, они не смогут устоять передо мной и вернут обратно! Разве перспектива безболезненно стать лучше, пару лет проведя в этой чудотворной капсуле? Тебя не коснётся обычная, присущая человеку, болезнь, ты на генетическом уровне станешь на две ступени выше любого другого человека! Честно говоря, я даже завидую этому малышу, – Рукой он потёр капсулу в своей груди. – Мечом я вооружился на случай, если мои доводы не дойдут до тебя, либо до кого-то в столице. Увы, наука требует жертв! Этот меч заковали в грозной буре, Акутенко, мой аргумент грубой силы против таких как ты!
– М-м-м… – Объяснение оказалось скучным, поэтому она показательно ковырялась в стальном ногте. Единственное, что её поистине заинтересовало – клинок, которым будет легче давать пиздов недругам. – А есть подводные камни? Так-то с правильной подачей можно покорить остальных и без насилия.
– Как же я рад, что ты меня понимаешь! Не придётся резать тебя на куски! Из непредвиденных последствий можно выявить, разве что, низкий уровень интеллекта… Но это же только образец! – Он позволил себе подойти ближе. – К сожалению, сдержанные моральными оковами, они не могут, не хотят притронуться к сущности человека. Как делать протезы, навсегда заменяющие плоть, так сразу, а как навсегда и без последствий многократно повысить свои показатели, все сразу водят носом!
– Ну так понятное дело. Протез они делает по своему желанию, а ребёнка ты насильно забираешь из чьей-то семьи, – кошечка пожала плечами. – Ладно, меня уже немного утомил этот разговор. Мне на тебя избить и спасти ребёнка, а ты лапшу на уши вешаешь.
Учёный потерял свою улыбку. Осталась только тоска, разочарование: только-только он нашёл единомышленник
Очередное ненормальных, гигантских размеров кольцо промелькнуло под ногами. Стоит лишь наступить, как бросает в дрожь – насколько масштабен летучий город. Одна лишь его семь, явно больше двадцати метров в обхвати, внушает непонятный страх. А как подумаешь, сколько эту дрянь строили, так вообще свихнуться можно! Металлическая ступня вызывает глухой звон, пока бег соединяет это всё в своеобразную мелодию. Подобие робота, точнее, мехи, взбиралось всё выше и выше, но не так быстро, как сверхскоростной зверь. Главное не смотреть вниз и всё будет хорошо.
– Дести Нова! – Попытка обратить на себя внимание увенчалось успехом. – Готовь зубы!
Непризнанный учёный, облачённый в груду доспехов, непропорционально маленьким мечом в руке, с обычную катану, оборачивается. В центре бронекостюма, рост которого был около четырёх метров, виднелась мелкая капсула, под стать младенцу, чей силуэт чётко различим в питательной модифицированной смеси.
– И тебе привет, непонятная девочка, которой так и хочется сунуть нос не в своё дело! – Его надменная всесильная улыбка бросала бы в дрожь, будь на управлении всеми любимая героиня. – Сейчас последний шанс развернуться и пойти жить спокойной размеренной жизнью. Иначе бедолагам снизу придётся разбирать твоё искусственное тело по кускам.
– Нет, дружище, слушай, меня ты можешь даже не уговаривать, я так или иначе измордую тебя до неузнаваемости. Но перед этим я бы всё-таки хотела узнать: смысл тебе всё это делать? Чё тебе дадут суперсильные солдаты? Небось, ты хочешь силой завоевать верхний город, ведь ты непризнанный гений, да? – Мечница вальяжно опёрлась на монолитную цель сбоку. – А чё эт у тебя такой меч маленький? Я ожидала трёхметровый дрын под такое.
– Ты наполовину права, моя девочка! – Воспел он, направив руки к палящему лику солнца. – Но не совсем! Я был изгнан из верхнего города за, по их мнению, чудовищные эксперименты. Но показав им, чего можно добиться с моими знаниями, они не смогут устоять передо мной и вернут обратно! Разве перспектива безболезненно стать лучше, пару лет проведя в этой чудотворной капсуле? Тебя не коснётся обычная, присущая человеку, болезнь, ты на генетическом уровне станешь на две ступени выше любого другого человека! Честно говоря, я даже завидую этому малышу, – Рукой он потёр капсулу в своей груди. – Мечом я вооружился на случай, если мои доводы не дойдут до тебя, либо до кого-то в столице. Увы, наука требует жертв! Этот меч заковали в грозной буре, Акутенко, мой аргумент грубой силы против таких как ты!
– М-м-м… – Объяснение оказалось скучным, поэтому она показательно ковырялась в стальном ногте. Единственное, что её поистине заинтересовало – клинок, которым будет легче давать пиздов недругам. – А есть подводные камни? Так-то с правильной подачей можно покорить остальных и без насилия.
– Как же я рад, что ты меня понимаешь! Не придётся резать тебя на куски! Из непредвиденных последствий можно выявить, разве что, низкий уровень интеллекта… Но это же только образец! – Он позволил себе подойти ближе. – К сожалению, сдержанные моральными оковами, они не могут, не хотят притронуться к сущности человека. Как делать протезы, навсегда заменяющие плоть, так сразу, а как навсегда и без последствий многократно повысить свои показатели, все сразу водят носом!
– Ну так понятное дело. Протез они делает по своему желанию, а ребёнка ты насильно забираешь из чьей-то семьи, – кошечка пожала плечами. – Ладно, меня уже немного утомил этот разговор. Мне на тебя избить и спасти ребёнка, а ты лапшу на уши вешаешь.
Учёный потерял свою улыбку. Осталась только тоска, разочарование: только-только он нашёл единомышленник
а, и сразу же его лишился. Права рука мехи, состоящая, кажется, из одних труб, впитала в себя окружающий воздух, используя его для нагрева клинка в ладони. Он раскалился до оранжевого, как закат, оттенка: «Я так и думал, что ты ничего не поймёшь, – второй рукой он выпустил в наглую девчонку поток горячего пара и пока та отвлечена, полез выше».
Достаточно было закрыть лицо руками и задержать дыхание, дабы не сжечь горло. Как раз в этот момент к месту битвы подлетел один паровой дирижабль. Кошечка в неприязни оскалилась.
– Ни с места! – В мегафон трубит воздушная полиция. – Вы задержаны за несанкционированную попытку-
– Да рот свой закрой! – Молния пробивает оболочку летательного аппарата насквозь, оставляя его на стремительное, но не безнадёжное снижение. От такой выходки в мозгу кольнуло. – Договор был только на ребёнка и учёного. Грязь сама виновата, что встала на моём пути.
Облачившись в гибридную форму зоана, кошеньчка в мгновение ока настигла убегающего вверх учёного. Проскользнув слева, внутрь кольца огромной цепи, она вылетает прямо в бок противника в попытках вытолкнуть с единственной опоры – справа остаётся лишь километры высоты. Происходит нечто необычное: мечница принимает раскалённый клинок прямо в грудь! Диким скрежетом о металл, будто плач, он вырывается из спины, испуская пар от испарения чёрной синтокрови.
– Гх! – От неожиданности стонет она.
– Смотри-ка, успела под конец увернуться! Я хотел проткнуть твоё сердце, ха-ха-ха! – Ядовито смеётся он, вытаскивает меч, вместо с этим прижимая наглую муху к полу. – Прощайся с жизнью!
Своими когтями зоанщица кромсает ногу робота в клочья и высвобождается за мгновение до того, как вражеский клинок хлёстким ударом отрежет ей голову. С этим мечом явно надо считаться… Из-за спины бронекостюма вырывается несколько ракет, убежать от которых в таком пространстве становится непростой задачей: увиливая между кольцами гигантской цепи, которой таким калибром ничего не будет, девочка прыжком оказывается над противником. Удар молнии с двух рук! Раскат грома вызывает недоумение у местных жителей, которые наблюдают над головой лишь ясное небо. Меха без проблем принимает чужой заряд, поглощает его для своих нужд, будто так и было изначально задумано.
– Ха-ха, глупышка! – Насмехается он. Смех рассеивается, стоит увидеть летящие в свою сторону воздушные порезы. – Ой-ой!
Не обладая должными навыками фехтования, он обязан ретироваться, оставляя противника глотать пыль. Такое поведение нереально выбешивает юную революционерку: спиралью она прыгает вокруг цепи в попытках запутать врага и встаёт прямо перед ним, преграждая путь.
– Пусть ты и киборг, но с такой глубокой раной бегать ты будешь не долго! – Напоминает учёный. – Ну, раз уж настаиваешь, делай свой ужасно прямолинейный рывок вперёд!
– Тц! Тварь! – Мечница прыгает вперёд и останавливается как раз там, где кончается чужое лезвие – удар противника идёт мимо. Тогда у фруктовика получается подобраться ближе и вести бой на ближней дистанции, где крупному роботу будет проблематично. Ловкость и грация кошки помогает избегать смертельно опасных порезов, пока она сама катаной-тесаком превращает костюм в труху. Попытки отразить атаку могут не увенчаться успехом. Первым делом костюм лишается правой ноги, кренится, подобно уставшему в битве воину, на одно колено. Чуйка, сокрытая в мозгу, чувствует неладное, и за секунду до взрыва силового полы Джинкс успевает отскочить назад. Покрытая электричеством, её оттолкнуло не так сильно.
– Противный у тебя фрукт, хе! – Поднимаясь на обрубок ноги, Дести Нова указывает рукой на оппонента. Что же ещё припрятано у этого ненормального?! Тело не в удерживается на месте и начинается медленно, своевольно, сближаться со стариком…
– Магнит?!.. Ха-ха, ладно, давай! – Дико улыбнувшись, чудачка с дополнительным ускорением прорывается вперёд и встречает вражеский клинок сбоку. Попытка заблокировать атаку увенчалась успехом! И пусть вра
Достаточно было закрыть лицо руками и задержать дыхание, дабы не сжечь горло. Как раз в этот момент к месту битвы подлетел один паровой дирижабль. Кошечка в неприязни оскалилась.
– Ни с места! – В мегафон трубит воздушная полиция. – Вы задержаны за несанкционированную попытку-
– Да рот свой закрой! – Молния пробивает оболочку летательного аппарата насквозь, оставляя его на стремительное, но не безнадёжное снижение. От такой выходки в мозгу кольнуло. – Договор был только на ребёнка и учёного. Грязь сама виновата, что встала на моём пути.
Облачившись в гибридную форму зоана, кошеньчка в мгновение ока настигла убегающего вверх учёного. Проскользнув слева, внутрь кольца огромной цепи, она вылетает прямо в бок противника в попытках вытолкнуть с единственной опоры – справа остаётся лишь километры высоты. Происходит нечто необычное: мечница принимает раскалённый клинок прямо в грудь! Диким скрежетом о металл, будто плач, он вырывается из спины, испуская пар от испарения чёрной синтокрови.
– Гх! – От неожиданности стонет она.
– Смотри-ка, успела под конец увернуться! Я хотел проткнуть твоё сердце, ха-ха-ха! – Ядовито смеётся он, вытаскивает меч, вместо с этим прижимая наглую муху к полу. – Прощайся с жизнью!
Своими когтями зоанщица кромсает ногу робота в клочья и высвобождается за мгновение до того, как вражеский клинок хлёстким ударом отрежет ей голову. С этим мечом явно надо считаться… Из-за спины бронекостюма вырывается несколько ракет, убежать от которых в таком пространстве становится непростой задачей: увиливая между кольцами гигантской цепи, которой таким калибром ничего не будет, девочка прыжком оказывается над противником. Удар молнии с двух рук! Раскат грома вызывает недоумение у местных жителей, которые наблюдают над головой лишь ясное небо. Меха без проблем принимает чужой заряд, поглощает его для своих нужд, будто так и было изначально задумано.
– Ха-ха, глупышка! – Насмехается он. Смех рассеивается, стоит увидеть летящие в свою сторону воздушные порезы. – Ой-ой!
Не обладая должными навыками фехтования, он обязан ретироваться, оставляя противника глотать пыль. Такое поведение нереально выбешивает юную революционерку: спиралью она прыгает вокруг цепи в попытках запутать врага и встаёт прямо перед ним, преграждая путь.
– Пусть ты и киборг, но с такой глубокой раной бегать ты будешь не долго! – Напоминает учёный. – Ну, раз уж настаиваешь, делай свой ужасно прямолинейный рывок вперёд!
– Тц! Тварь! – Мечница прыгает вперёд и останавливается как раз там, где кончается чужое лезвие – удар противника идёт мимо. Тогда у фруктовика получается подобраться ближе и вести бой на ближней дистанции, где крупному роботу будет проблематично. Ловкость и грация кошки помогает избегать смертельно опасных порезов, пока она сама катаной-тесаком превращает костюм в труху. Попытки отразить атаку могут не увенчаться успехом. Первым делом костюм лишается правой ноги, кренится, подобно уставшему в битве воину, на одно колено. Чуйка, сокрытая в мозгу, чувствует неладное, и за секунду до взрыва силового полы Джинкс успевает отскочить назад. Покрытая электричеством, её оттолкнуло не так сильно.
– Противный у тебя фрукт, хе! – Поднимаясь на обрубок ноги, Дести Нова указывает рукой на оппонента. Что же ещё припрятано у этого ненормального?! Тело не в удерживается на месте и начинается медленно, своевольно, сближаться со стариком…
– Магнит?!.. Ха-ха, ладно, давай! – Дико улыбнувшись, чудачка с дополнительным ускорением прорывается вперёд и встречает вражеский клинок сбоку. Попытка заблокировать атаку увенчалась успехом! И пусть вра
жеский клинок медленно, но верно плавит оружие насквозь, есть несколько секунд, чтобы…
Малышку располовинило. Литры чёрной крови льются на холодные цепи, на прохожих бедолаг. Невозможно…
– Я победил! – Проносится в голове.
Ещё находясь в полёте, девочка когтями отрезает ведущую руку мехи когтями, берёт её и бьёт по голове кулаком… Они оба падают на неровную поверхность цепи: «Надо… Спасти ребёнка… Надо выжить… – Войд буквально всосал в себя две половинки меча. Чужим мечом она разбивает капсулу, аккуратно, по своей воле, а не благодаря обещанию, не желая навредить ребёнку, достаёт его из непонятной жижи. Надо… Надо спуститься… Глаза закрываются… Рано! Ещё рано! Живи! Ты не для того просила тело, чтобы с позором проиграть какому-то деду! Стук сердца становился всё реже, холодный пот прошёлся по шее. Удерживая кованый небом меч в одной, а ребёнка в другой, она толкает свою нижнюю половину вниз, скатывается сама… Не закрывай глаза! Не смей! Не смей засыпать! Земля всё ближе. Надо лишь выжить! Как бы тяжело это не было, цепляйся за крохи жизненных сил так крепко, как только можешь… Сохраняя гибридную форму последней толикой своих сил, она, по приближению к земле, в повороте вокруг оси замахивается наносит удар. Поток ветра действует воздушной подушкой и замедляет падение. Лишь бы ребёнок выдержал. Его укутали в плотную броню из бомбсидиума, лишь бы пережил… Затылок касается земли. Детский плач. Можно отдохнуть… Закрыть глаза.
Веки… Такие тяжёлые. Лишь приложив все силы, можно увидеть чей-то размытый лик: светлые кудри, острый носик, обеспокоенная улыбка.
– Т-ты в порядке! – Радостно ликует женщина, придерживая двумя руками чужую ладошку. – Я думала ты не вытянешь! Ты была так искалечена…
Джинкс опускает взгляд ниже, на своё тело, и обнаруживает кривой, любительский, но всё-таки шов. Всеобщая усталость сигнализирует о том, что в теле крови совсем немного, хватает только на базовое функционирование без резких движений. Туповатым взглядом она вновь обращается к блондинке.
– Мои инструменты еле-еле осилили твоё неподатливое тело! Ха-ха, – она выглядит радостной, даже счастливой.
– Ребёнок… – еле слышимо начинает она. Оказывается, даже закончить вопрос ей тяжело.
– Рамси в порядке! Я-я… Я так рада! Кто бы мог подумать, что мне поможет девочка, вдвое младше меня… Словами не описать, как я тебе благодарна.
– Был ли там… Со мной... Робот? Человек внутри? – Сквозь головную боль она поднимается на локти. Тело физически не способно болеть, но состояние все равно хреновое.
– Да… Я не знаю, был ли он жив, но голова точно разбита. Я и несколько ребят сразу дотащили тебя до моего дома. Я так понимаю, это он похитил Рамси, да? – Однако, видя отречённость малышки от этого разговора, мать одиночка решила сменить тему. – Ты отлично постаралась! Наподдала вору детей, теперь город может спать спокойно.
– Логово… У него есть логово. Преступный район, железная дверь, подвал под досками. Когда выбегала, то пометила крестом. Там… Ещё дети. Медлить нельзя… – На тумбе она могла увидеть две половинки своего меча, а так же новоприобретённое оружие, сокрытое в ножнах.
– Я-я сейчас отправлюсь туда с ребятами. Спасибо тебе за всё, Джинкс. Ты всегда будешь жаленной гостьей в этом доме. Отдыхай, сколько потребуется.
– Хе-хе, спасибо… Возможно, мне понадобится ваша помощь, чтобы добраться до порта, там мой корабль… – с усталой улыбкой просит она.
– Обязательно, Джинкс! Но сначала отдохни, ты только открыла глаза.
Бэдлак осталась наедине со своими мыслями. Или не только своими?
«Знаю, ты сейчас будешь ругать меня за тело».
«Ты сдержала обещание… – неоднозначно протянула она, так и не договорив. Уснула со спокойной улыбкой».
Малышку располовинило. Литры чёрной крови льются на холодные цепи, на прохожих бедолаг. Невозможно…
– Я победил! – Проносится в голове.
Ещё находясь в полёте, девочка когтями отрезает ведущую руку мехи когтями, берёт её и бьёт по голове кулаком… Они оба падают на неровную поверхность цепи: «Надо… Спасти ребёнка… Надо выжить… – Войд буквально всосал в себя две половинки меча. Чужим мечом она разбивает капсулу, аккуратно, по своей воле, а не благодаря обещанию, не желая навредить ребёнку, достаёт его из непонятной жижи. Надо… Надо спуститься… Глаза закрываются… Рано! Ещё рано! Живи! Ты не для того просила тело, чтобы с позором проиграть какому-то деду! Стук сердца становился всё реже, холодный пот прошёлся по шее. Удерживая кованый небом меч в одной, а ребёнка в другой, она толкает свою нижнюю половину вниз, скатывается сама… Не закрывай глаза! Не смей! Не смей засыпать! Земля всё ближе. Надо лишь выжить! Как бы тяжело это не было, цепляйся за крохи жизненных сил так крепко, как только можешь… Сохраняя гибридную форму последней толикой своих сил, она, по приближению к земле, в повороте вокруг оси замахивается наносит удар. Поток ветра действует воздушной подушкой и замедляет падение. Лишь бы ребёнок выдержал. Его укутали в плотную броню из бомбсидиума, лишь бы пережил… Затылок касается земли. Детский плач. Можно отдохнуть… Закрыть глаза.
Веки… Такие тяжёлые. Лишь приложив все силы, можно увидеть чей-то размытый лик: светлые кудри, острый носик, обеспокоенная улыбка.
– Т-ты в порядке! – Радостно ликует женщина, придерживая двумя руками чужую ладошку. – Я думала ты не вытянешь! Ты была так искалечена…
Джинкс опускает взгляд ниже, на своё тело, и обнаруживает кривой, любительский, но всё-таки шов. Всеобщая усталость сигнализирует о том, что в теле крови совсем немного, хватает только на базовое функционирование без резких движений. Туповатым взглядом она вновь обращается к блондинке.
– Мои инструменты еле-еле осилили твоё неподатливое тело! Ха-ха, – она выглядит радостной, даже счастливой.
– Ребёнок… – еле слышимо начинает она. Оказывается, даже закончить вопрос ей тяжело.
– Рамси в порядке! Я-я… Я так рада! Кто бы мог подумать, что мне поможет девочка, вдвое младше меня… Словами не описать, как я тебе благодарна.
– Был ли там… Со мной... Робот? Человек внутри? – Сквозь головную боль она поднимается на локти. Тело физически не способно болеть, но состояние все равно хреновое.
– Да… Я не знаю, был ли он жив, но голова точно разбита. Я и несколько ребят сразу дотащили тебя до моего дома. Я так понимаю, это он похитил Рамси, да? – Однако, видя отречённость малышки от этого разговора, мать одиночка решила сменить тему. – Ты отлично постаралась! Наподдала вору детей, теперь город может спать спокойно.
– Логово… У него есть логово. Преступный район, железная дверь, подвал под досками. Когда выбегала, то пометила крестом. Там… Ещё дети. Медлить нельзя… – На тумбе она могла увидеть две половинки своего меча, а так же новоприобретённое оружие, сокрытое в ножнах.
– Я-я сейчас отправлюсь туда с ребятами. Спасибо тебе за всё, Джинкс. Ты всегда будешь жаленной гостьей в этом доме. Отдыхай, сколько потребуется.
– Хе-хе, спасибо… Возможно, мне понадобится ваша помощь, чтобы добраться до порта, там мой корабль… – с усталой улыбкой просит она.
– Обязательно, Джинкс! Но сначала отдохни, ты только открыла глаза.
Бэдлак осталась наедине со своими мыслями. Или не только своими?
«Знаю, ты сейчас будешь ругать меня за тело».
«Ты сдержала обещание… – неоднозначно протянула она, так и не договорив. Уснула со спокойной улыбкой».
Задание РА 1
«Долг сводится к сознанию внутренней мощи. Внутренне чувствовать, что способен на что-либо, - это сознавать обязанность совершить это».
Солнечным днём Стимхолла, когда стальную обшивку подлодки выше спокойной глади воды бережно укрывают тёплые лучи, Джинкс лежала и загорала. Даже если неестественно бледная кожа никогда не меняет своего пигмента, революционерка обожает жар солнца, готова лежать под ним хоть целый день без оглядки на время.
Священное кошачье спокойствие грубо нарушил звон колокола, доносящийся с пристани. Знакомая голубая, как море, чайка на белом фоне… Морской Дозор? Разве это их территория? Или вновь хотят оккупировать ещё один остров, который без гнёта Правительства развился до невиданных высот. ОПК Æгир имел некоторые преимущества перед остальными пиратами – трогать Шичибукая лишний раз, без приказов, просто так никто не будет, а потому и волноваться не приходится. Цель пребывания этих морских псов не покидала головушку, оцепила извилины крепкой хваткой. В сердце взыграли обязанности революционера в их первой инстанции – помешать Дозору творить бесчинства… Но что они собираются тут делать? Надо выяснить! Ох, кровь забурлила от возбуждения, знакомое покалывание в груди от восторга – что-то интересное! Невольно, на ходу, назревает план действий. Беспроигрышный, даже бить никого не надо!
Для начала, стоит воспользоваться мощью войда (это свойство позднее понадобится нам ещё раз) и сменить внешний облик своей одежды. Закроем лицо, руки, ноги, всё тело. Ничего, даже пол, с первого взгляда определить невозможно – чёрный костюм, плотно облегающий стройное, тонкое тело. Немой шпион, сокрытый в тени, скользкой змеёй двигался по порту, огибая лавки со свежей рыбой, моллюсками. Зеваки, покой которых лучше не рушить, так же ничего не заметили – так и продолжили заниматься своими делами.
– Не свежая она! – Кричит один, размахивая рыбой.
– Свежая! – Отвечает второй.
– Ты сам-то попробуй! – Во время замаха он задел ловкую, размытую фигуру позади. Революционерка опешила на шаг, вытерла шлем. – Ой, звиняйте!
– … Свежая, – решает опытный дегустатор на незнакомке и продолжает свой путь до голубой чайки.
– Слышал?!
Кошечка точно разбиралась в свежести рыбы, будто в крови написано. Нет, она не умела готовить, рыбачить, но чуткий нос мог различить запах тухлятины.
Искрящаяся дуга пробралась на судно через самый нижний пушечный порт корабля. На свету яркая молния почти не различима глазом, что позволило хитрожопой встать обеими ногами на нижней палубе. К превеликому счастью весь экипаж занят разгрузкой коробок неизвестного содержимого. Стоило только пяткам коснуться деревянного пола войд сменил облик на матроса Морского Дозора – лёгкая белая маечка, укрывающая от солнца кепочка. Объёмная причёска в виде подковы приветливо выглядывала из-под головного убора и водопадом снисходила до лопаток. Сердце застучало быстрее. Это ощущалось как… Игра? Песочница, где вседозволенность щекочет нервы. Как по сценарию, бледнолицая хватает пустую коробку и мчится к выходу, вся уставшая, еле дышит. Прямо на лестнице посчастливилось встретиться с громоздким мужчиной в длинном белом пальто, свойственное высокопоставленным чинам. Рядом с ним, как тень, не смея отойти дальше расстояния руки, двигалась скромных размеров девушка с планшетом для записей, строгих очках и длинной, как подобает, юбке. Глаза мужчины миновали мелькающую пылинку на своём пути, в то время секретарша учтиво оценила ту взглядом. Коробка стукается о пол, розововолосый матрос отдаёт честь.
– Вольно, – мужчина безразлично махнул рукой. Революционерка под прикрытием уши греть не стала и с коробкой двинулась на верхнюю палубу. – Беатрис, что говорят местные?
Парочка двинулась дальше по нижней палубе. Интересно, что им там надо?
– Ситуация напряжённая. Открыто нападать на Дозор управление города не решилось, ведь это конфликт с Правительством, но нам тут не рады, – чётко отчиталась она.
Кошечка всё же решила
«Долг сводится к сознанию внутренней мощи. Внутренне чувствовать, что способен на что-либо, - это сознавать обязанность совершить это».
Солнечным днём Стимхолла, когда стальную обшивку подлодки выше спокойной глади воды бережно укрывают тёплые лучи, Джинкс лежала и загорала. Даже если неестественно бледная кожа никогда не меняет своего пигмента, революционерка обожает жар солнца, готова лежать под ним хоть целый день без оглядки на время.
Священное кошачье спокойствие грубо нарушил звон колокола, доносящийся с пристани. Знакомая голубая, как море, чайка на белом фоне… Морской Дозор? Разве это их территория? Или вновь хотят оккупировать ещё один остров, который без гнёта Правительства развился до невиданных высот. ОПК Æгир имел некоторые преимущества перед остальными пиратами – трогать Шичибукая лишний раз, без приказов, просто так никто не будет, а потому и волноваться не приходится. Цель пребывания этих морских псов не покидала головушку, оцепила извилины крепкой хваткой. В сердце взыграли обязанности революционера в их первой инстанции – помешать Дозору творить бесчинства… Но что они собираются тут делать? Надо выяснить! Ох, кровь забурлила от возбуждения, знакомое покалывание в груди от восторга – что-то интересное! Невольно, на ходу, назревает план действий. Беспроигрышный, даже бить никого не надо!
Для начала, стоит воспользоваться мощью войда (это свойство позднее понадобится нам ещё раз) и сменить внешний облик своей одежды. Закроем лицо, руки, ноги, всё тело. Ничего, даже пол, с первого взгляда определить невозможно – чёрный костюм, плотно облегающий стройное, тонкое тело. Немой шпион, сокрытый в тени, скользкой змеёй двигался по порту, огибая лавки со свежей рыбой, моллюсками. Зеваки, покой которых лучше не рушить, так же ничего не заметили – так и продолжили заниматься своими делами.
– Не свежая она! – Кричит один, размахивая рыбой.
– Свежая! – Отвечает второй.
– Ты сам-то попробуй! – Во время замаха он задел ловкую, размытую фигуру позади. Революционерка опешила на шаг, вытерла шлем. – Ой, звиняйте!
– … Свежая, – решает опытный дегустатор на незнакомке и продолжает свой путь до голубой чайки.
– Слышал?!
Кошечка точно разбиралась в свежести рыбы, будто в крови написано. Нет, она не умела готовить, рыбачить, но чуткий нос мог различить запах тухлятины.
Искрящаяся дуга пробралась на судно через самый нижний пушечный порт корабля. На свету яркая молния почти не различима глазом, что позволило хитрожопой встать обеими ногами на нижней палубе. К превеликому счастью весь экипаж занят разгрузкой коробок неизвестного содержимого. Стоило только пяткам коснуться деревянного пола войд сменил облик на матроса Морского Дозора – лёгкая белая маечка, укрывающая от солнца кепочка. Объёмная причёска в виде подковы приветливо выглядывала из-под головного убора и водопадом снисходила до лопаток. Сердце застучало быстрее. Это ощущалось как… Игра? Песочница, где вседозволенность щекочет нервы. Как по сценарию, бледнолицая хватает пустую коробку и мчится к выходу, вся уставшая, еле дышит. Прямо на лестнице посчастливилось встретиться с громоздким мужчиной в длинном белом пальто, свойственное высокопоставленным чинам. Рядом с ним, как тень, не смея отойти дальше расстояния руки, двигалась скромных размеров девушка с планшетом для записей, строгих очках и длинной, как подобает, юбке. Глаза мужчины миновали мелькающую пылинку на своём пути, в то время секретарша учтиво оценила ту взглядом. Коробка стукается о пол, розововолосый матрос отдаёт честь.
– Вольно, – мужчина безразлично махнул рукой. Революционерка под прикрытием уши греть не стала и с коробкой двинулась на верхнюю палубу. – Беатрис, что говорят местные?
Парочка двинулась дальше по нижней палубе. Интересно, что им там надо?
– Ситуация напряжённая. Открыто нападать на Дозор управление города не решилось, ведь это конфликт с Правительством, но нам тут не рады, – чётко отчиталась она.
Кошечка всё же решила
сь подслушать. Стояла до тех пор, пока ни слова из чужих уст не разобрать, после двинулась на верхнюю палубу. Работа кипит, ноги стучат толстым каблуком сапог по полу, все мельтешатся. За бортом негодует народ. Всем и так хорошо живётся, чего нос суёте?! Несмотря на крайней «радушный» приём, в городе наверняка есть несколько постов Морского Дозора. Кажется, от этой дряни вовсе не избавиться, как бы ты не старался. Им обязательно надо иметь ввиду, что происходит на каждом острове – авось, когда-нибудь получится вставить свои три копейки. Тем не менее, такой наглый жест без внимания не останется – особенно без внимания чуткой революционерки!
– Рекрут, ты чего коробку пустую тащишь? – Заметил один из матросов, тяжёлые вздохи которого разносились по всей палубе.
– Я думала ядер набрать. Коробка от ядер, – пожимая плечами, отвечает она.
– Да забей на них, это перед отплытием. Не хочется просить девушку, но помоги лучше ящик дотащить, – предложил крепкого, но скромного по размеру телосложения.
Деревянный короб бережно оставили у корабельной пушки. Быстрой искрой в мозгу пронеслась мысль о том, что показаться слабой и немощной, чем поднять жалкий ящик в одиночку и привлечь к себе лишнее внимание: «Хыть! – Надрываясь, стонет девушка, еле подняв тяжесть до уровня пояса. – Чё они туда кладут?»
Вопрос был риторический, наверняка солдаты имеют представление о содержимом, но узнать это в своих целях бы не помешало. Собеседник, кажется, ничего не заподозрил.
– Это доля Пароманьяков, – напомнил он, осторожно переступая трап. – Самая большая, как и сама группировка… Тц, до сих пор не верю, что мы этим занимаемся. Уверен, что можно было и без этого…
– Ага…
«Что могут значить его слова? Говоря про долю, люди обычно имеют в виду деньги. Группировка – явно сборище бандитов… Зачем Дозору платить?»
– Ха-ха, надеюсь ты не проболтаешься, что я так думаю, – нервно продолжил парень.
– Фух, – опуская коробку на пол просторного, пустого помещения, где всё заставлено грузом с корабля, устало вздыхает девочка. Её лицо заметно приблизилось к товарищу. – Нет-нет, я с тобой согласна. Дозор так не должен поступать…
– Угу… – В одышке опираясь на груз, соглашается. – Слушай, а как тебя зовут? А то корабли такие большие, что с некоторыми можно и не пересечься.
Лишь на самую долю секунды революционерка запаниковала, позабыла все женские имена. Прямо оторвали кусок мозга.
– Олеся, – заминка была обставлена как реакция на неожиданный вопрос. – Олеся Армс. А тебя?
– Роджер Бэдлак, – оскалившись в улыбке, он опирается на стоящий рядом ящик. – И я собираюсь стать Адмиралом!
У киборга перехватило дыхание. Она плохо запоминает имена. Плохо запоминает, лица, фамилии, повадки… Но свою фамилию она помнит. Помнит хорошо. Это фамилия не витает в воздухе – она высечена в камне, на коре мозга. Узкие кошачьи зенки только сейчас обратили внимание на короткую стрижку юноши, скрытую под кепкой. Да и выглядит он… Моложе. Ему лет пятнадцать. Совсем пацан.
«Да ну…»
«Невозможно…»
– Что? Это нормальная мечта! – В шутку вспылил он. – Жаль, что Дозор, в который я верил, подкупает каких-то воришек… Олеся?
Тот заметил неестественную дрожь своей собеседницы. Попытка коснуться руки не увенчалась успехом – та дёрнулась: «Эм… Я… Извини. Что-то мне не очень хорошо… – неловко ответила она в попытках скрыть истинную причину негодования. – А… Как ты решил пойти в Дозор?»
Немного погодя, юноша нервно улыбается и вальяжно опирается на ящик. В его жемчужной улыбке виднелась уверенность, чёткий путь к мечте. Взгляд его розовых глаз свидетельствовал у преданности своему делу… Такой же взгляд был и у Джинкс.
– Ты о чём? Каждый мальчишка хочет служить в Морском Дозоре! Мы помогаем нуждающимся, боремся с преступностью!.. Ну, сейчас, правда, не совсем так, но всё ради общего блага! Позже мы не дадим продохнуть этим подлым бандюганам!
Революционерка вытаращилась на собеседника. Слушать про одинаковы
– Рекрут, ты чего коробку пустую тащишь? – Заметил один из матросов, тяжёлые вздохи которого разносились по всей палубе.
– Я думала ядер набрать. Коробка от ядер, – пожимая плечами, отвечает она.
– Да забей на них, это перед отплытием. Не хочется просить девушку, но помоги лучше ящик дотащить, – предложил крепкого, но скромного по размеру телосложения.
Деревянный короб бережно оставили у корабельной пушки. Быстрой искрой в мозгу пронеслась мысль о том, что показаться слабой и немощной, чем поднять жалкий ящик в одиночку и привлечь к себе лишнее внимание: «Хыть! – Надрываясь, стонет девушка, еле подняв тяжесть до уровня пояса. – Чё они туда кладут?»
Вопрос был риторический, наверняка солдаты имеют представление о содержимом, но узнать это в своих целях бы не помешало. Собеседник, кажется, ничего не заподозрил.
– Это доля Пароманьяков, – напомнил он, осторожно переступая трап. – Самая большая, как и сама группировка… Тц, до сих пор не верю, что мы этим занимаемся. Уверен, что можно было и без этого…
– Ага…
«Что могут значить его слова? Говоря про долю, люди обычно имеют в виду деньги. Группировка – явно сборище бандитов… Зачем Дозору платить?»
– Ха-ха, надеюсь ты не проболтаешься, что я так думаю, – нервно продолжил парень.
– Фух, – опуская коробку на пол просторного, пустого помещения, где всё заставлено грузом с корабля, устало вздыхает девочка. Её лицо заметно приблизилось к товарищу. – Нет-нет, я с тобой согласна. Дозор так не должен поступать…
– Угу… – В одышке опираясь на груз, соглашается. – Слушай, а как тебя зовут? А то корабли такие большие, что с некоторыми можно и не пересечься.
Лишь на самую долю секунды революционерка запаниковала, позабыла все женские имена. Прямо оторвали кусок мозга.
– Олеся, – заминка была обставлена как реакция на неожиданный вопрос. – Олеся Армс. А тебя?
– Роджер Бэдлак, – оскалившись в улыбке, он опирается на стоящий рядом ящик. – И я собираюсь стать Адмиралом!
У киборга перехватило дыхание. Она плохо запоминает имена. Плохо запоминает, лица, фамилии, повадки… Но свою фамилию она помнит. Помнит хорошо. Это фамилия не витает в воздухе – она высечена в камне, на коре мозга. Узкие кошачьи зенки только сейчас обратили внимание на короткую стрижку юноши, скрытую под кепкой. Да и выглядит он… Моложе. Ему лет пятнадцать. Совсем пацан.
«Да ну…»
«Невозможно…»
– Что? Это нормальная мечта! – В шутку вспылил он. – Жаль, что Дозор, в который я верил, подкупает каких-то воришек… Олеся?
Тот заметил неестественную дрожь своей собеседницы. Попытка коснуться руки не увенчалась успехом – та дёрнулась: «Эм… Я… Извини. Что-то мне не очень хорошо… – неловко ответила она в попытках скрыть истинную причину негодования. – А… Как ты решил пойти в Дозор?»
Немного погодя, юноша нервно улыбается и вальяжно опирается на ящик. В его жемчужной улыбке виднелась уверенность, чёткий путь к мечте. Взгляд его розовых глаз свидетельствовал у преданности своему делу… Такой же взгляд был и у Джинкс.
– Ты о чём? Каждый мальчишка хочет служить в Морском Дозоре! Мы помогаем нуждающимся, боремся с преступностью!.. Ну, сейчас, правда, не совсем так, но всё ради общего блага! Позже мы не дадим продохнуть этим подлым бандюганам!
Революционерка вытаращилась на собеседника. Слушать про одинаковы
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)