Она вновь пропадет с поля видимости девушки, оставляя за собой лишь остаточный образ, что смело струей жидкости. И прежде, чем, мужчина поймет, что промазал; что девушка вновь, взяв скорости свыше его реакции, ушла из-под атаки, он услышит её хриплый голос откуда-то сверху:
— Разве... Некого спасать? — хладный, пронзающий саму душу, тембр Акиры будто пробирал своей апатией. Подними мужчина взгляд, тот же час увидит, что она там, наверху. Словно парит над землей в метрах сорока, испуская из своих ступней сильный, но небольшой поток огня.
— Разве выживших нет..? — незамедлительно продолжила та, уже чуть громче. Так, чтобы голос доносился и до ушей её союзников: тройки ребят внизу.
И нет, она ничуть не издевалась над бедолагой. Она действительно отводила к своим словам, его вопросу и отчетливо намекала на, как минимум, одного "выжившего", что стоял под ней.
— Не стоит делать из меня злодея в своей истории, дозорный. Тебе самому не тошно от этого эгоистичного мышления? От той необоснованной злости ко мне?
Она фыркнет, словно упрекая мужчину, отводя голову чуть набок. Ветер, поднявшийся на локации, раздует её пряди, всколыхнет одежду, пока она на миг утихнет. Будто дала небольшую возможность для Густавссона осмыслить сказанное ею.
— Говоришь, они много значили для тебя... А как же те, кто много значил для меня? Тех, кого вы, вершители Справедливости, незаслужено забрали у меня? Думаешь, это мы жестоки, раз убили тех, кто был близок тебе..? Тебе хотя-бы дали выбор, когда как я была лишена этой роскоши... И в отличии от тебя, я не стремлюсь отомстить или утолить свой гнев. Но жажду истинной честности и справедливости.
Оскал, что все это время сохранялся на лице пиратки, постепенно уходил, возвращая спокойствие и меланхолию.
— Думаешь, что это я монстр? Потому что дала возможность избежать смерти вам? Тогда кто вы, Морской Дозор? Сидите здесь, установив символ власти на острове, закрывая глаза на торговлю людьми, насилие и жестокость прямо под носом... Не надо рассказывать мне про значимость и ценность жизни, не стоит говорить о том, что все это теперь неважно. Если у вас связаны руки, я самолично изменю Леан... Бас-Тер. И этот мир. И тебе не удастся мне помешать... Ты не сможешь отомстить за смерть своих товарищей. И свою вину ты не искупишь своей жизнью. Продолжать бессмысленно.
Она протянет руку к лицу, убирая локоны, что частично скрывали её лицо под натиском ветра.
— Уйди. Сохрани себе жизнь. И убеди тех, кто идет сюда - сохранить их жизни... — да, она четко ощущала появление новых голосов. Еще достаточно далеко, но что спешно шли в их сторону. Её предположение о подкреплении, помощи, возымело подтверждение. И хоть воля наблюдения поглощала огромный радиус, девушка четко осознавала дистанцию до них.
— Я еще раз дам тебе шанс отступить и принять верное решение. Последний раз. Все Дозорные должны покинуть этот остров... В противном случае - их ждет участь не лучшей той, что встретили твои друзья... — вновь небольшая пауза, — . . . Прошу, уходи, встрется с теми, кто подходит к нам... И если вернешься - я буду знать, что вы готовы умереть по чьей-то указке. И чем больше вас придет - тем меньше я теперь буду сдерживаться.
Так и умолкла, находясь в воздухе и ожидая ответ от мужчины внизу. Если, конечно, он дал ей договорить.
ONE PIECE RP ·
[Гранд Лайн, 2 путь] Бас-Тер. 3-й остров.
[id327871685:bp-36291248_260055|Андрей], [id341014268:bp-36291248_260076|Remina],
Произойди преображение Эмилии в какой-нибудь другой момент времени, Куросаки определённо отпустил бы какой нибудь комментарий по этому поводу, ведь выглядела она чертовски стильно! Ичиго определенно нравился фасон ее облачения, он ведь и сам обожал черные цвета, было приятно осознавать, что эта девушка так же обладала подобной формой...это делало их совсем чуть чуть ближе друг к другу. Но сейчас была не та ситуация...сейчас был не тот момент, чтобы восхищаться чьим-то дизайном...даже не хотелось комментировать стихийное фехтование паренька, наличие которого довольно сильно удивило носителя инициала Ди. Он чувствовал...чувствовал своей хаки как его атака унесла жизни тысячей людей...сначала это был гул голосов, приглушенный, выкрученный на такой уровень умелым управлением волей наблюдения, чтобы это никак не мешало мечнику концентрироваться...но...Ичиго никогда не игнорировал все эти голоса. Люди кричали в агонии, молились, плакали и дрожали от страха...и он одним взмахом меча заставил две тысячи с лишним голосов исчезнуть, будто перечеркнул ошибку в тексе, так же просто. Это было гложущее чувство...нет, Ичиго не считал что поступил неправильно, он не испытывал жалости к своим врагам, однако...что хорошего в том, чтобы убивать людей? Будь это один единственный человек, или же сотни...тысячи. Лишь безумец будет рад тому, что смог убить такое количество людей за считанные мгновения. Ичиго не был безумцем, он четко понимал тяжесть каждого взмаха своего клинка, он принял это бремя...еще тогда, когда впервые вышел в море. Раз за разом, каждый божий раз он принимал в свою душу убитых им людей, с того момента как он пробудил волю наблюдения он вслушивался в каждый голос, каждую ауру человека, которого лишал жизни.
- Остался...один, он сейчас сражается с Акирой.
Коротко резюмировал Куросаки, отвечая Эмилии на вопрос...странно, та не владела волей наблюдения? Или владела, но на недостаточном уровне? Но Блейк, судя по его словам, смог ощутить ауру дозорного, что гневно вел свою борьбу против Алого Бедствия...впрочем, важно ли это было сейчас? Нет, отнюдь. Куросаки остановился, чувствуя как группа Йесты уже добралась до остатков базы, чувствуя отсутствие живых там, помимо союзников. И ощущая приближение куда более...значимых сил. Куросаки развернулся, подходя к Эмилии и нежно, по дружески похлопывая ее по плечу, смотря на нее своими желтыми глазами сквозь маску.
- Ты хорошо справилась - отсылая к просьбе о защите произнес Куросаки, после чего он опустил руку и...продолжил говорить, смотря куда-то ей за спину.
- Акира ведь не интересуется прошлым людей...она вообще мало чем интересуется, но ты - не Акира. По этому я скажу тебе, Эмилия...и тебе, Блейк. Знаете, я всегда задаюсь одним и тем же вопросом: Что мне выбрать? Поверить в собственные силы, собственную правоту и собственные возможности, или же доверится своим товарищам? Людям, которые идут за мной, или со мной. Проблема в том, что правильного ответа нет и никогда не будет...никто не знает ответ на этот вопрос.
Ичиго сделал пару шагов назад, прочь от места где ранее была крепость, заходя за спину остальной части своего отряда, останавливаясь где-то в паре метров от них.
- Я чувствую приближение большого количества людей с той стороны - Ичиго поднял руку с клинком, указывая им в направлении откуда его воля наблюдения говорила ему о наличии потенциального противника:
- Это определенно дозорные...прямо сейчас я хочу сорваться с места и атаковать их напрямую, разобраться с противником до того, как они доберутся до вас, чтобы никто из команды Акиры не подвергся опасности. Должен ли я поверить в себя и сделать это?
Ичиго опустил руку с клинком, его рука крепко сжимала рукоять Тенса Зангецу, пока он продолжал изливать душу
Произойди преображение Эмилии в какой-нибудь другой момент времени, Куросаки определённо отпустил бы какой нибудь комментарий по этому поводу, ведь выглядела она чертовски стильно! Ичиго определенно нравился фасон ее облачения, он ведь и сам обожал черные цвета, было приятно осознавать, что эта девушка так же обладала подобной формой...это делало их совсем чуть чуть ближе друг к другу. Но сейчас была не та ситуация...сейчас был не тот момент, чтобы восхищаться чьим-то дизайном...даже не хотелось комментировать стихийное фехтование паренька, наличие которого довольно сильно удивило носителя инициала Ди. Он чувствовал...чувствовал своей хаки как его атака унесла жизни тысячей людей...сначала это был гул голосов, приглушенный, выкрученный на такой уровень умелым управлением волей наблюдения, чтобы это никак не мешало мечнику концентрироваться...но...Ичиго никогда не игнорировал все эти голоса. Люди кричали в агонии, молились, плакали и дрожали от страха...и он одним взмахом меча заставил две тысячи с лишним голосов исчезнуть, будто перечеркнул ошибку в тексе, так же просто. Это было гложущее чувство...нет, Ичиго не считал что поступил неправильно, он не испытывал жалости к своим врагам, однако...что хорошего в том, чтобы убивать людей? Будь это один единственный человек, или же сотни...тысячи. Лишь безумец будет рад тому, что смог убить такое количество людей за считанные мгновения. Ичиго не был безумцем, он четко понимал тяжесть каждого взмаха своего клинка, он принял это бремя...еще тогда, когда впервые вышел в море. Раз за разом, каждый божий раз он принимал в свою душу убитых им людей, с того момента как он пробудил волю наблюдения он вслушивался в каждый голос, каждую ауру человека, которого лишал жизни.
- Остался...один, он сейчас сражается с Акирой.
Коротко резюмировал Куросаки, отвечая Эмилии на вопрос...странно, та не владела волей наблюдения? Или владела, но на недостаточном уровне? Но Блейк, судя по его словам, смог ощутить ауру дозорного, что гневно вел свою борьбу против Алого Бедствия...впрочем, важно ли это было сейчас? Нет, отнюдь. Куросаки остановился, чувствуя как группа Йесты уже добралась до остатков базы, чувствуя отсутствие живых там, помимо союзников. И ощущая приближение куда более...значимых сил. Куросаки развернулся, подходя к Эмилии и нежно, по дружески похлопывая ее по плечу, смотря на нее своими желтыми глазами сквозь маску.
- Ты хорошо справилась - отсылая к просьбе о защите произнес Куросаки, после чего он опустил руку и...продолжил говорить, смотря куда-то ей за спину.
- Акира ведь не интересуется прошлым людей...она вообще мало чем интересуется, но ты - не Акира. По этому я скажу тебе, Эмилия...и тебе, Блейк. Знаете, я всегда задаюсь одним и тем же вопросом: Что мне выбрать? Поверить в собственные силы, собственную правоту и собственные возможности, или же доверится своим товарищам? Людям, которые идут за мной, или со мной. Проблема в том, что правильного ответа нет и никогда не будет...никто не знает ответ на этот вопрос.
Ичиго сделал пару шагов назад, прочь от места где ранее была крепость, заходя за спину остальной части своего отряда, останавливаясь где-то в паре метров от них.
- Я чувствую приближение большого количества людей с той стороны - Ичиго поднял руку с клинком, указывая им в направлении откуда его воля наблюдения говорила ему о наличии потенциального противника:
- Это определенно дозорные...прямо сейчас я хочу сорваться с места и атаковать их напрямую, разобраться с противником до того, как они доберутся до вас, чтобы никто из команды Акиры не подвергся опасности. Должен ли я поверить в себя и сделать это?
Ичиго опустил руку с клинком, его рука крепко сжимала рукоять Тенса Зангецу, пока он продолжал изливать душу
(14 720)
- Так же я хочу остаться здесь, дождаться их прибытия, чтобы мы вместе смогли дать им отпор, единым фронтом, защищая друг друга и борясь за наше дело. Могу ли я поверить в вас, объединив усилия?
Вопрос был, очевидно, риторическим. Тяжелый вздох из под маски выдавал некую...усталость? Нет...скорее, это был вздох сомнения, вздох человека, который пытается найти правильно решение головоломки. Он повернулся и встал боком к Эмилии, Блейку и Габимару, повернув в их сторону свою голову, едва наклонив ее.
- Правильного ответа я не знаю, но я сделал свой выбор.
Куросаки медленно поднял левую руку к лицу, хватаясь за него ладонью и напрягая свое тело. Спустя пару мгновений маска слетела с его лица, вновь показывая лик Черного Шторма товарищам, владельцы воли могли ощутить небольшой спад его сил, что означало выход из гибридной формы зоана. Пусть та и не затрачивала сил, но были свои моменты, из-за которых ему не стоило находиться в этой форме постоянно, просто ожидая появления противника. После этого он медленно убрал черное лезвие своего меча в ножны на поясе.
- Мы дождемся их здесь, в случае необходимости пойдем им на перерез. Среди них есть сильные личности, так что это не будет легкой прогулкой как получилось с базой, будьте готовы столкнуться с отчаянной и стремительной атакой...они наверняка что-то задумали, нам остается лишь ждать.
Таковым был его ответ....он одновременно ответил на вопрос Блейка касаемо их плана на дозорных, одновременно же выдавая ответ на свои собственные вопросы, которые озвучивал немногим ранее. Неизвестно зачем он вообще выдал всю эту тираду о вопросах которые его терзали...с Блейком они знакомы чуть более половины дня, с Эмилией же у них отношения не задались с самого начала, но...тот факт, что он решил немного открыться им, открыть свою душу и терзающие его сомнения, идущие рука об руку с ним по жизни, что-то определенно да значил.
"Идите, дозорные....вы наверняка очень опечалены нашими действиями...и я могу вас понять. Но если вы и правда решите выступить против нас, пощады не ждите. Я обрушу всю мощь своего клинка на вас, смету одного за другим, отправив на тот свет и записав на счет своих грехов еще пару тысяч голосов..." этот монолог прозвучал уже лишь в голове Ичиго, недоступной ни для кого из здесь присутствующих.
"Черный Шторм", Куросаки Д. Ичиго просто ждал...он стоял на месте, своей волей отслеживая передвижения противника, максимально концентрируясь на своей хаки и органах восприятия, предварительно обострив их с помощью Управления Жизнью...все для того, чтобы прочитать появление действительно опасных ребят и предупредить об этом своих товарищей.
- Так же я хочу остаться здесь, дождаться их прибытия, чтобы мы вместе смогли дать им отпор, единым фронтом, защищая друг друга и борясь за наше дело. Могу ли я поверить в вас, объединив усилия?
Вопрос был, очевидно, риторическим. Тяжелый вздох из под маски выдавал некую...усталость? Нет...скорее, это был вздох сомнения, вздох человека, который пытается найти правильно решение головоломки. Он повернулся и встал боком к Эмилии, Блейку и Габимару, повернув в их сторону свою голову, едва наклонив ее.
- Правильного ответа я не знаю, но я сделал свой выбор.
Куросаки медленно поднял левую руку к лицу, хватаясь за него ладонью и напрягая свое тело. Спустя пару мгновений маска слетела с его лица, вновь показывая лик Черного Шторма товарищам, владельцы воли могли ощутить небольшой спад его сил, что означало выход из гибридной формы зоана. Пусть та и не затрачивала сил, но были свои моменты, из-за которых ему не стоило находиться в этой форме постоянно, просто ожидая появления противника. После этого он медленно убрал черное лезвие своего меча в ножны на поясе.
- Мы дождемся их здесь, в случае необходимости пойдем им на перерез. Среди них есть сильные личности, так что это не будет легкой прогулкой как получилось с базой, будьте готовы столкнуться с отчаянной и стремительной атакой...они наверняка что-то задумали, нам остается лишь ждать.
Таковым был его ответ....он одновременно ответил на вопрос Блейка касаемо их плана на дозорных, одновременно же выдавая ответ на свои собственные вопросы, которые озвучивал немногим ранее. Неизвестно зачем он вообще выдал всю эту тираду о вопросах которые его терзали...с Блейком они знакомы чуть более половины дня, с Эмилией же у них отношения не задались с самого начала, но...тот факт, что он решил немного открыться им, открыть свою душу и терзающие его сомнения, идущие рука об руку с ним по жизни, что-то определенно да значил.
"Идите, дозорные....вы наверняка очень опечалены нашими действиями...и я могу вас понять. Но если вы и правда решите выступить против нас, пощады не ждите. Я обрушу всю мощь своего клинка на вас, смету одного за другим, отправив на тот свет и записав на счет своих грехов еще пару тысяч голосов..." этот монолог прозвучал уже лишь в голове Ичиго, недоступной ни для кого из здесь присутствующих.
"Черный Шторм", Куросаки Д. Ичиго просто ждал...он стоял на месте, своей волей отслеживая передвижения противника, максимально концентрируясь на своей хаки и органах восприятия, предварительно обострив их с помощью Управления Жизнью...все для того, чтобы прочитать появление действительно опасных ребят и предупредить об этом своих товарищей.
Remina (https://vk.ru/id341014268),
Столкновение Дозора и пиратов Фуридамы даже и не думало заканчиваться, ведь за прологом последует первый акт, который и станет, пожалуй, основным в сей пьесе. Действующие лица прибывают на сцену: кто скрытно, кто открыто, а кто-то уже на ней и просто ждёт своего часа, чтобы показать ещё больше! Пока же…
Меч вернулся в ножны, вопреки желанию-приказу визави. Звуковая волна прошла сквозь логию, заставив немного пламени колыхнуться. Прощупывание почвы прошло для Альрика вполне успешно, однако вторая его атака…
На что вообще надеялся контр-адмирал, когда выступал против «Алого Бедствия»? Мог ли он выделить, убрать мешающие ему трезво мыслить эмоции? Почему не ушел он сразу? Почему не решился оставить пост? Так много вопросов возникало в его голове, так много ответов желал он получить, однако… Всему было объяснение. И объяснение простое, - долг. Пираты постоянно пытаются найти ключик, пытаются убедить, что все действия служителей Закона и Справедливости бессмысленны. И только самые верные способны лишь одним словом остановить эти поползновения, потому как эти пираты, будто демоны, способны лишь молвить слово, но не разумеют его, крутя значения как пожелают. Те, что берут от жизни все и считают себя выше других, никогда не поймут этой ценности посвятивших себя защите людей…
Акира оказалась уже в воздухе, без проблем используя свой элемент для плавания по небесной тверди, и Густаввсон пожелает продолжить свои усилия, но слова пиратки прервут этот порыв, заставят усомниться.
«Разве мог кто-то выжить?» - по краю разума скакнет мысль.
Аналогичный по семантике вопрос снова разорвал временно поселившуюся тишину. Но суть его попыталась ускользнуть от контр-адмирала.
«Никого не осталось, кроме меня, не могло просто! – гневно ответил в уме своем тот, но понял ее мысль, - Кроме… меня, да? Меня можно спасти?»
А вот следующая реплика… Она заставила Густавссона выпрямиться, глаза его раскрылись, но не от удивления, а, скорее, от оторопи: слова «Алого Бедствия» вновь пытались прогрызть ткань бытия, чтобы желаемое ею виделось остальным за действительное. Подобной наглости он не хотел ей прощать. Не мог ей простить.
- Не делать тебя злодеем МОЕЙ истории?! – чистая ярость затмила все, выкидывая «ненужные» чувства из души, - Вы с тем монстром вырвали кусок моей души, а теперь ты пытаешься нравоучать меня?!
Пренебрежительный «фырк» лишь больше раззадорил Альрика: если накидать достаточно дров, даже домашний очаг начинает обжигать. Йеста справилась с задачей на все сто процентов. Скрип с похрустыванием от сжимающегося хвата на булавах разнесся на пару метров от возвышающегося здоровяка. Он уже готов был вылить злобу на нее, но «Алое Бедствие» все не унималась в своих речах, продолжая течение мысли, и в этот раз, явно неверно трактуя свой титул «монстра», она решила поделиться и своей болью, ведь когда-то Акира что-то потеряла и по вине дозорных. А сейчас она хотела достичь благородной цели – избавиться от рабства и перекроить остров. Что ж, хороший пункт на пути, однако…
= … Продолжать бессмысленно. – единственная ее фраза, что нашла правильный отклик в душе Альрика. В корректности этого замечания не было изъянов, и Защитник Справедливости при всем желании не смог бы их найти.
- Тогда я сам создам этот смысл! – воскликнул все ещё пылающий злостью Густавссон.
Какая-то девчонка, что только что послужила причиной смерти тысяч людей будет говорить что-то о потерях? Да что она вообще знала об утратах? Потеряла одного-двух-трех ценных для нее людей, и теперь считает себя вправе наказывать всех, кто ей неугоден? Убить любого, не коря себя, потому что её рана, видите ли, глубже? Как мало знает она о несправедливости мира! Альрик поименно знал почти половину личного состава на этой базе, поддерживая и уважая каждого, а теперь все эти люди никогда не найдут покоя, оставаясь лишь в гневающемся сердце контр-адмирала.
Столкновение Дозора и пиратов Фуридамы даже и не думало заканчиваться, ведь за прологом последует первый акт, который и станет, пожалуй, основным в сей пьесе. Действующие лица прибывают на сцену: кто скрытно, кто открыто, а кто-то уже на ней и просто ждёт своего часа, чтобы показать ещё больше! Пока же…
Меч вернулся в ножны, вопреки желанию-приказу визави. Звуковая волна прошла сквозь логию, заставив немного пламени колыхнуться. Прощупывание почвы прошло для Альрика вполне успешно, однако вторая его атака…
На что вообще надеялся контр-адмирал, когда выступал против «Алого Бедствия»? Мог ли он выделить, убрать мешающие ему трезво мыслить эмоции? Почему не ушел он сразу? Почему не решился оставить пост? Так много вопросов возникало в его голове, так много ответов желал он получить, однако… Всему было объяснение. И объяснение простое, - долг. Пираты постоянно пытаются найти ключик, пытаются убедить, что все действия служителей Закона и Справедливости бессмысленны. И только самые верные способны лишь одним словом остановить эти поползновения, потому как эти пираты, будто демоны, способны лишь молвить слово, но не разумеют его, крутя значения как пожелают. Те, что берут от жизни все и считают себя выше других, никогда не поймут этой ценности посвятивших себя защите людей…
Акира оказалась уже в воздухе, без проблем используя свой элемент для плавания по небесной тверди, и Густаввсон пожелает продолжить свои усилия, но слова пиратки прервут этот порыв, заставят усомниться.
«Разве мог кто-то выжить?» - по краю разума скакнет мысль.
Аналогичный по семантике вопрос снова разорвал временно поселившуюся тишину. Но суть его попыталась ускользнуть от контр-адмирала.
«Никого не осталось, кроме меня, не могло просто! – гневно ответил в уме своем тот, но понял ее мысль, - Кроме… меня, да? Меня можно спасти?»
А вот следующая реплика… Она заставила Густавссона выпрямиться, глаза его раскрылись, но не от удивления, а, скорее, от оторопи: слова «Алого Бедствия» вновь пытались прогрызть ткань бытия, чтобы желаемое ею виделось остальным за действительное. Подобной наглости он не хотел ей прощать. Не мог ей простить.
- Не делать тебя злодеем МОЕЙ истории?! – чистая ярость затмила все, выкидывая «ненужные» чувства из души, - Вы с тем монстром вырвали кусок моей души, а теперь ты пытаешься нравоучать меня?!
Пренебрежительный «фырк» лишь больше раззадорил Альрика: если накидать достаточно дров, даже домашний очаг начинает обжигать. Йеста справилась с задачей на все сто процентов. Скрип с похрустыванием от сжимающегося хвата на булавах разнесся на пару метров от возвышающегося здоровяка. Он уже готов был вылить злобу на нее, но «Алое Бедствие» все не унималась в своих речах, продолжая течение мысли, и в этот раз, явно неверно трактуя свой титул «монстра», она решила поделиться и своей болью, ведь когда-то Акира что-то потеряла и по вине дозорных. А сейчас она хотела достичь благородной цели – избавиться от рабства и перекроить остров. Что ж, хороший пункт на пути, однако…
= … Продолжать бессмысленно. – единственная ее фраза, что нашла правильный отклик в душе Альрика. В корректности этого замечания не было изъянов, и Защитник Справедливости при всем желании не смог бы их найти.
- Тогда я сам создам этот смысл! – воскликнул все ещё пылающий злостью Густавссон.
Какая-то девчонка, что только что послужила причиной смерти тысяч людей будет говорить что-то о потерях? Да что она вообще знала об утратах? Потеряла одного-двух-трех ценных для нее людей, и теперь считает себя вправе наказывать всех, кто ей неугоден? Убить любого, не коря себя, потому что её рана, видите ли, глубже? Как мало знает она о несправедливости мира! Альрик поименно знал почти половину личного состава на этой базе, поддерживая и уважая каждого, а теперь все эти люди никогда не найдут покоя, оставаясь лишь в гневающемся сердце контр-адмирала.
Он уже приготовился прыгать, приготовился отправиться в последний бой, наплевав на слова «Алого Бедствия» о подкреплении… Или не наплевав. На секунду гнев отступил, открывая мысль в разуме, что внезапно посетила последний.
«Она знает, что сюда идут наши? Как?»
И этой секунды было более, чем достаточно. Достаточно для того, чтобы разнесшийся по полю крик «О-о-ой!» перебил Йесту и отвлек Густавссона. Этот голос бородач узнал не сразу, но после секундного замешательства рванулся в его сторону с потоками ветра, что исходили из его увеличившегося по размерам тела, оставляя противника самому себе, но в то же время покрывая заднюю часть своего тела Волей Вооружения для защиты от внезапной атаки. Одно из главных правил ведения боя: лучше сражаться бок о бок с союзниками, чем пытаться умереть героической смертью. А здоровяк все же хотел наказать «Алое Бедствие», раз уж представилась такая возможность!
«Она знает, что сюда идут наши? Как?»
И этой секунды было более, чем достаточно. Достаточно для того, чтобы разнесшийся по полю крик «О-о-ой!» перебил Йесту и отвлек Густавссона. Этот голос бородач узнал не сразу, но после секундного замешательства рванулся в его сторону с потоками ветра, что исходили из его увеличившегося по размерам тела, оставляя противника самому себе, но в то же время покрывая заднюю часть своего тела Волей Вооружения для защиты от внезапной атаки. Одно из главных правил ведения боя: лучше сражаться бок о бок с союзниками, чем пытаться умереть героической смертью. А здоровяк все же хотел наказать «Алое Бедствие», раз уж представилась такая возможность!
Андрей Юриков (https://vk.ru/id327871685) , Максим Репин (https://vk.ru/id19482413) , Андрей Тинеков (https://vk.ru/id182617020) , あきこ 藤田 (https://vk.ru/id791416990)
Кто же это был? Что же произошло? Оба сильнейших присутствующих из пиратов почувствуют жизненную энергию человека, что едва уловимо глазу приблизился и взобрался на груду обломков, что некогда носила название «башня». Поскольку она располагалась чуть в стороне от линии атаки Куросаки, то не стёрлась в пыль, как большая часть сооружений, а потому вполне могла быть эдаким помостом, с которого седой старикан в своем длинном одеянии, сложив руки рупором и зажав трость между ног, подал клич местному начальнику. Вице-адмирад О'Двайер вступает в игру!
- Ох-ох-ох, как же нехорошо получилось… - сложив и вытянув губы чуть вперёд, отметил он, - Печально опаздывать!
Трость лежала в его руке, опертая о камень, а на обломках он теперь стоял как на подиуме, красуясь перед смотрящими на него глазами.
- Дайте мне на вас поглядеть, о могучие пираты! – со слегка зловещей улыбкой громко обратился «Учитель», - Я, Кейн О'Двайер, вице-адмирал Морского Дозора. Пришел забрать ваши грешные души к Вратам Правосудия, поэтому, давайте-давайте, - небрежно свободная рука пару раз махнула в сторону, - побыстрее сдавайтесь и дело с концом!
Говорил старик неспешно, с расстановкой, но он был начеку, пусть его поведение говорило об обратном. Излишняя самоуверенность, возможно, даже кого-то бы обескуражила… или он просто настолько силен?
Впрочем, не одним вице-адмиралом живы: обладающие Волей Наблюдения заприметят, что жизненной силы вокруг О'Двайера значительно больше, чем положено для пожилого, пусть и сильного человека. Ещё три десятка «голосов», по силе превосходящие самые громкие ауры крепости, мелькали то тут, то там, словно светлячки в траве, в обширном секторе за спиной Кейна и на расстоянии в пятьдесят-сто метров. Возможно, они способны были даже одолеть Блейка с его товарищами и Ферокса…
Пока на сцену вышла только часть актеров. Очень скоро, что уже смогут увидеть все присутствующие, сюда придет ещё отряд дозорных, куда менее многочисленный, чем личный состав базы, но значительно более сильный, на уровне с тем, что имелся в ближайшей доступности от «Учителя», ведомый весьма интересными личностями… Интересны они были, правда, по-своему, уже знакомые нам беловолосый юноша с глефой, и молодой зеленоволосый мужчина с причудливым топором, на плече которого красовалась также и нашивка с фамилией, - «Круэл». Секира, имея симметричное лезвие, выделялась толстым древком, что было скорее сделано из металла, чем из дерева. Вдобавок к этому, само оно не отличалось симметрией, резко отличаясь своей верхней и нижней частью. Опытный мастер определил бы в этом чуде кузнечной мысли весьма специфический инженерный замысел. Надо только посмотреть поближе…
А пока же происходило все вышеперечисленное, особенно выступление господина О'Двайера, Хэвенфолл находился на почтительном расстоянии в семь сотен метров в небольшом залеске от «Черного Шторма». Позиция была выбрана не случайно: благодаря расположению, сейчас на одной линии были и голос Ичиго, и голос Акиры. Двоих одним махом задумал он убить? Не слишком ли легко? К сожалению или к счастью, наивности не было в числе пороков Сервантеса. Он уже имел дело с опасными пиратами и прекрасно понимал, что условия должны превосходить идеальные, чтобы избавить от подобного формата угрозы. Тем не менее…
Кто же это был? Что же произошло? Оба сильнейших присутствующих из пиратов почувствуют жизненную энергию человека, что едва уловимо глазу приблизился и взобрался на груду обломков, что некогда носила название «башня». Поскольку она располагалась чуть в стороне от линии атаки Куросаки, то не стёрлась в пыль, как большая часть сооружений, а потому вполне могла быть эдаким помостом, с которого седой старикан в своем длинном одеянии, сложив руки рупором и зажав трость между ног, подал клич местному начальнику. Вице-адмирад О'Двайер вступает в игру!
- Ох-ох-ох, как же нехорошо получилось… - сложив и вытянув губы чуть вперёд, отметил он, - Печально опаздывать!
Трость лежала в его руке, опертая о камень, а на обломках он теперь стоял как на подиуме, красуясь перед смотрящими на него глазами.
- Дайте мне на вас поглядеть, о могучие пираты! – со слегка зловещей улыбкой громко обратился «Учитель», - Я, Кейн О'Двайер, вице-адмирал Морского Дозора. Пришел забрать ваши грешные души к Вратам Правосудия, поэтому, давайте-давайте, - небрежно свободная рука пару раз махнула в сторону, - побыстрее сдавайтесь и дело с концом!
Говорил старик неспешно, с расстановкой, но он был начеку, пусть его поведение говорило об обратном. Излишняя самоуверенность, возможно, даже кого-то бы обескуражила… или он просто настолько силен?
Впрочем, не одним вице-адмиралом живы: обладающие Волей Наблюдения заприметят, что жизненной силы вокруг О'Двайера значительно больше, чем положено для пожилого, пусть и сильного человека. Ещё три десятка «голосов», по силе превосходящие самые громкие ауры крепости, мелькали то тут, то там, словно светлячки в траве, в обширном секторе за спиной Кейна и на расстоянии в пятьдесят-сто метров. Возможно, они способны были даже одолеть Блейка с его товарищами и Ферокса…
Пока на сцену вышла только часть актеров. Очень скоро, что уже смогут увидеть все присутствующие, сюда придет ещё отряд дозорных, куда менее многочисленный, чем личный состав базы, но значительно более сильный, на уровне с тем, что имелся в ближайшей доступности от «Учителя», ведомый весьма интересными личностями… Интересны они были, правда, по-своему, уже знакомые нам беловолосый юноша с глефой, и молодой зеленоволосый мужчина с причудливым топором, на плече которого красовалась также и нашивка с фамилией, - «Круэл». Секира, имея симметричное лезвие, выделялась толстым древком, что было скорее сделано из металла, чем из дерева. Вдобавок к этому, само оно не отличалось симметрией, резко отличаясь своей верхней и нижней частью. Опытный мастер определил бы в этом чуде кузнечной мысли весьма специфический инженерный замысел. Надо только посмотреть поближе…
А пока же происходило все вышеперечисленное, особенно выступление господина О'Двайера, Хэвенфолл находился на почтительном расстоянии в семь сотен метров в небольшом залеске от «Черного Шторма». Позиция была выбрана не случайно: благодаря расположению, сейчас на одной линии были и голос Ичиго, и голос Акиры. Двоих одним махом задумал он убить? Не слишком ли легко? К сожалению или к счастью, наивности не было в числе пороков Сервантеса. Он уже имел дело с опасными пиратами и прекрасно понимал, что условия должны превосходить идеальные, чтобы избавить от подобного формата угрозы. Тем не менее…
Инспектор сделал глубокий вдох, концентрируясь для следующих своих действий, и схватился за рукоять клинка, потянув за одну из лент, позволяя остальным, лишенным фиксации, быстро отступить от пылающего алым лезвия. И этот момент был самым опасным из всех, ведь именно он мог раскрыть местоположение готовящего скрытную атаку, однако почувствовать ее мог лишь один человек, - «Черный Шторм». Неприятное волнение коснется его разума, маленькими тварями пытающимися укусить его за естество. Конечно, оно не принесет никаких страданий, возможно, небольшой дискомфорт или вовсе предстанет в виде слегка волнительного ощущения, - ведь перед битвой ощущать подобное вполне естественно.
Когда клинок покажет себя свету, Хэвенфолл занесет его над головой, сосредотачиваясь на голосах и закрывая глаза. Мышцы его напряглись, начиная от плеча и заканчивая кончиками пальцев. Воздетый к небу меч, словно Дамоклов, а также начавшая исходить из его тела сила позволят ощутить его присутствие лишь в непосредственной близости. Воля Вооружения, подобная той, что использовал до этого лишь Куросаки, приготовится содрогнуть бытие, как ничто до этого…
- Я – инструмент, вершащий правосудие. – как литанию стал читать вслух могучий голос не торопясь ни капли, - Я – орудие, несущее погибель. Я – меч, а взмаху моему имя - «Согнутый Перст».
Меч опускается и останавливается у самой земли. Несмотря на истинность предложения, оно не отражает всей действительности.
В тот момент, когда О'Двайер закончит говорить, все, вне зависимости от их уровня совершенства, почувствуют, как сила, очень близкая к показанному Ичиго, устремится к ним, всесокрушающим импульсом проходясь по суше этого острова и рассекая верхние слои на двадцать метров вниз как горячий нож, режущий масло. Раскаты грома, содрогающие воздух, сопроводят атаку, а сама невидимая субстанция в ужасе побежит прочь, предрекая погибель тому, кто встанет на пути у столь чудовищной, можно сказать неудержимой силы! Но то, что будет чувствовать Ичиго, будет слегка отличаться от мироощущения остальных. Эта мощь… Этот трепет… Он будет знаком ему и одновременно чужд, как дежавю. Как будто бы «Черный Шторм» знавал это в прошлой жизни. А может… Может сам Шанго знавал «это»? Или даже когда-то боялся? Ведь нутро так и твердило пользователю Дьявольского Фрукта, что для него эта атака будет опаснее, чем для остальных.
Тот, кто останется на пути, будет стёрт в пыль, если окажется недостаточно силен. Но чем сможет ответить рыжеволосый пират из Нового мира?
Хэвенфолл отвлекся на мысль после атаки. Она всегда возникала перед ним в этих бесполезных сражениях. Каждый Божий раз она тревожила разум, заставляла вопрошать весь мир одно и то же, ведь сам Сервантес никак не мог понять этого… Грусть, печаль и тоска сковывали его душу, когда он спрашивал себя об этом. Тяжело давалось принятие реальности… И все же, позволив себе секундное замешательство, он сделал один мощный рывок вперёд, а потому, после реакции на атаку инспектора, все пираты без исключения услышат его исходящий из усиленных жизненной энергией голосовых связок громогласный крик, что рассекал небесные просторы подобно божественному, звуча буквально отовсюду:
- Я ПРОКЛИНАЮ ВАС, ПИРАТЫ!
И все присутствующие, кроме, на удивление, Ферокса, почувствуют, что прозвучавшее – это не пустой звук. Буквально каждый ощутит, что тело повинуется проклятью, словно настоящему заклинанию, а потому оно не станет сражаться с полной отдачей, пусть и не столь значительно ограничивая возможности их. И так начнется настоящая битва за Бас-Тер…
Когда клинок покажет себя свету, Хэвенфолл занесет его над головой, сосредотачиваясь на голосах и закрывая глаза. Мышцы его напряглись, начиная от плеча и заканчивая кончиками пальцев. Воздетый к небу меч, словно Дамоклов, а также начавшая исходить из его тела сила позволят ощутить его присутствие лишь в непосредственной близости. Воля Вооружения, подобная той, что использовал до этого лишь Куросаки, приготовится содрогнуть бытие, как ничто до этого…
- Я – инструмент, вершащий правосудие. – как литанию стал читать вслух могучий голос не торопясь ни капли, - Я – орудие, несущее погибель. Я – меч, а взмаху моему имя - «Согнутый Перст».
Меч опускается и останавливается у самой земли. Несмотря на истинность предложения, оно не отражает всей действительности.
В тот момент, когда О'Двайер закончит говорить, все, вне зависимости от их уровня совершенства, почувствуют, как сила, очень близкая к показанному Ичиго, устремится к ним, всесокрушающим импульсом проходясь по суше этого острова и рассекая верхние слои на двадцать метров вниз как горячий нож, режущий масло. Раскаты грома, содрогающие воздух, сопроводят атаку, а сама невидимая субстанция в ужасе побежит прочь, предрекая погибель тому, кто встанет на пути у столь чудовищной, можно сказать неудержимой силы! Но то, что будет чувствовать Ичиго, будет слегка отличаться от мироощущения остальных. Эта мощь… Этот трепет… Он будет знаком ему и одновременно чужд, как дежавю. Как будто бы «Черный Шторм» знавал это в прошлой жизни. А может… Может сам Шанго знавал «это»? Или даже когда-то боялся? Ведь нутро так и твердило пользователю Дьявольского Фрукта, что для него эта атака будет опаснее, чем для остальных.
Тот, кто останется на пути, будет стёрт в пыль, если окажется недостаточно силен. Но чем сможет ответить рыжеволосый пират из Нового мира?
Хэвенфолл отвлекся на мысль после атаки. Она всегда возникала перед ним в этих бесполезных сражениях. Каждый Божий раз она тревожила разум, заставляла вопрошать весь мир одно и то же, ведь сам Сервантес никак не мог понять этого… Грусть, печаль и тоска сковывали его душу, когда он спрашивал себя об этом. Тяжело давалось принятие реальности… И все же, позволив себе секундное замешательство, он сделал один мощный рывок вперёд, а потому, после реакции на атаку инспектора, все пираты без исключения услышат его исходящий из усиленных жизненной энергией голосовых связок громогласный крик, что рассекал небесные просторы подобно божественному, звуча буквально отовсюду:
- Я ПРОКЛИНАЮ ВАС, ПИРАТЫ!
И все присутствующие, кроме, на удивление, Ферокса, почувствуют, что прозвучавшее – это не пустой звук. Буквально каждый ощутит, что тело повинуется проклятью, словно настоящему заклинанию, а потому оно не станет сражаться с полной отдачей, пусть и не столь значительно ограничивая возможности их. И так начнется настоящая битва за Бас-Тер…
[id341014268:bp-36291248_260077|Remina], [id327871685:bp-36291248_260055|Андрей],
"Что это за чувство...." резко пронеслось в голове Ичиго...он ощущал чье-то присутствие, чье-то намерение, он определенно почувствовал тот самый опасный момент, когда Инспектор обнажал свое оружие...но этого было недостаточно! Он не мог понять откуда идет это чувство...присутствие, его воля наблюдения недостаточно хороша? Нет....этот кто-то...он может скрывать свое присутствие? Это уже было опасно...действительно опасно, лицо Куросаки моментально сменилось с нейтрального на напряженное, он слегка согнулся в коленях, приложив левую руку к лицу, а правую возложив на рукоять Тенса Зангецу:
- Эмилия! Готовься!
Молвил он....он правда не мог сейчас сделать ничего, у него не было возможности остановиться надвигающийся шторм, посланный не им...у Инспектора было крайне много времени на подготовку, чем он и воспользовался. Ичиго понимал лишь примерное положение, но не точную точку по которой стоит бить. И лишь в самый последний момент, когда дозорный выпустил свою разрушительную атаку в свет, парень смог обнаружить его:
"Черт...слишком долго! Я должен защитить их!" Ичиго обругал сам себя, недовольный тем фактом, что он так поздно смог заметить столь мощную атаку...столь мощное присутствие и не смог отреагировать на нее ранее. Мечник хотел было приняться за активные действия, но внезапно, лишь на мгновение, его тело сковал некий страх....почему он боится? Чего? Что это за ощущение невероятной опасности исходящей от этой атаки? Почему она выглядит настолько сильной и несокрушимой? Каков выход? Бежать? Надо определенно спасаться, уворачиваться от удара, нельзя принимать его напрямую...а Эмилия и Блейк? У девчонки ни за что в жизни не хватит сил защититься от такого абсолютного удара, подкрепленного продвинутой волей вооружения....и откуда вообще такой мощный человек в Раю?
"Нет, это не мой страх!"
Тут же понял Куросаки...он не осознал что это подсознательная реакция его организма, объединенного с зоаном. Он не понял о возможной связи Шанго с нечто, что сейчас атаковало....но он понял, что этот страх куда более глубже засел в его теле, нежели его собственный. Что-то, от чего его тело трепетало и боялось, оставляя лишь один выход. Бежать. Куросаки собрал всю свою волю в кулак, отбрасывая чуждые ему ощущения куда-то в глубину своей собственной души.
- Я...защищу!
Прокричал Ичиго, вскидывая свою руку и призывая маску на свое лицо, переходя в гибридную форму. Атака Инспектора уже была чрезвычайно близка, она неслась на них несокрушимой волной, вместе с продвинутой волей вооружения и лишь он был способен ей противостоять.
- Mizu no Kokyu! - Тело Ичиго внезапно стало еще быстрее, его стремление защититься от удара придавало ему сил, заставляя руки двигаться с неестественной скоростью. Резким движением правой руки он вытащил клинок из ножен, одновременно с этим делая взмах, рассекая воздух и отправляя навстречу атаки дозорного свою встречную, наполненную черным цветом Гетсугу, покрытую огнем и молнией:
- Getsuga Jujishooooo! - Яростный крик вырвался из его горла вместе с тем, как он произнес название своей техники, вместе с этим он использовал и способность своего клинка, выкладывая абсолютно все козыри что у него были для обороны своих товарищей.
А теперь, немного объяснений отличия обычной гетсуги от этого варианта. Суть в том, что когда две мощнейшие атаки соприкоснуться друг с другом в противостоянии, в слеш противника ударит вторая гетсуга, которая находится внутри первой. По аналогии с матрешкой, своим взмахом Ичиго отправил сразу два воздушных резака и если у первого не хватит сил для того чтобы развеять атаку, вторая гетсуга определенно должна смочь это сделать, прорвавшись сквозь мощь противника атаковав его позицию.
"Что это за чувство...." резко пронеслось в голове Ичиго...он ощущал чье-то присутствие, чье-то намерение, он определенно почувствовал тот самый опасный момент, когда Инспектор обнажал свое оружие...но этого было недостаточно! Он не мог понять откуда идет это чувство...присутствие, его воля наблюдения недостаточно хороша? Нет....этот кто-то...он может скрывать свое присутствие? Это уже было опасно...действительно опасно, лицо Куросаки моментально сменилось с нейтрального на напряженное, он слегка согнулся в коленях, приложив левую руку к лицу, а правую возложив на рукоять Тенса Зангецу:
- Эмилия! Готовься!
Молвил он....он правда не мог сейчас сделать ничего, у него не было возможности остановиться надвигающийся шторм, посланный не им...у Инспектора было крайне много времени на подготовку, чем он и воспользовался. Ичиго понимал лишь примерное положение, но не точную точку по которой стоит бить. И лишь в самый последний момент, когда дозорный выпустил свою разрушительную атаку в свет, парень смог обнаружить его:
"Черт...слишком долго! Я должен защитить их!" Ичиго обругал сам себя, недовольный тем фактом, что он так поздно смог заметить столь мощную атаку...столь мощное присутствие и не смог отреагировать на нее ранее. Мечник хотел было приняться за активные действия, но внезапно, лишь на мгновение, его тело сковал некий страх....почему он боится? Чего? Что это за ощущение невероятной опасности исходящей от этой атаки? Почему она выглядит настолько сильной и несокрушимой? Каков выход? Бежать? Надо определенно спасаться, уворачиваться от удара, нельзя принимать его напрямую...а Эмилия и Блейк? У девчонки ни за что в жизни не хватит сил защититься от такого абсолютного удара, подкрепленного продвинутой волей вооружения....и откуда вообще такой мощный человек в Раю?
"Нет, это не мой страх!"
Тут же понял Куросаки...он не осознал что это подсознательная реакция его организма, объединенного с зоаном. Он не понял о возможной связи Шанго с нечто, что сейчас атаковало....но он понял, что этот страх куда более глубже засел в его теле, нежели его собственный. Что-то, от чего его тело трепетало и боялось, оставляя лишь один выход. Бежать. Куросаки собрал всю свою волю в кулак, отбрасывая чуждые ему ощущения куда-то в глубину своей собственной души.
- Я...защищу!
Прокричал Ичиго, вскидывая свою руку и призывая маску на свое лицо, переходя в гибридную форму. Атака Инспектора уже была чрезвычайно близка, она неслась на них несокрушимой волной, вместе с продвинутой волей вооружения и лишь он был способен ей противостоять.
- Mizu no Kokyu! - Тело Ичиго внезапно стало еще быстрее, его стремление защититься от удара придавало ему сил, заставляя руки двигаться с неестественной скоростью. Резким движением правой руки он вытащил клинок из ножен, одновременно с этим делая взмах, рассекая воздух и отправляя навстречу атаки дозорного свою встречную, наполненную черным цветом Гетсугу, покрытую огнем и молнией:
- Getsuga Jujishooooo! - Яростный крик вырвался из его горла вместе с тем, как он произнес название своей техники, вместе с этим он использовал и способность своего клинка, выкладывая абсолютно все козыри что у него были для обороны своих товарищей.
А теперь, немного объяснений отличия обычной гетсуги от этого варианта. Суть в том, что когда две мощнейшие атаки соприкоснуться друг с другом в противостоянии, в слеш противника ударит вторая гетсуга, которая находится внутри первой. По аналогии с матрешкой, своим взмахом Ичиго отправил сразу два воздушных резака и если у первого не хватит сил для того чтобы развеять атаку, вторая гетсуга определенно должна смочь это сделать, прорвавшись сквозь мощь противника атаковав его позицию.
15 698
Плюсом к этому, способность Тенса Зангецу заключалась в невероятной пробивной мощи. Словно продвинутая воля вооружения, или же продвинутая королевская воля, клинок придавал любой атаке Ичиго возможность проникать в объект, даже если это слеш, разрушая его изнутри и нанося непоправимый ущерб. Эта способность, в совокупности с продвинутой волей вооружения Ичиго, а так же Getsuga Jujisho определенно должно было хватить для того, чтобы не только развеять атаку противника, но еще и пробиться сквозь нее, атаковав позицию врага.
- Эмилия, нельзя позволить ему уйти, мне придется связать его боем!
Эти слова Куросаки произнес уже на бегу...он сделал правильный выбор, что решил остаться на месте и не атаковать тех дозорных, чье присутствие он чувствовал ранее. Ведь сделай он это, человек которого он не смог почувствовать смог бы атаковать точно так же...вот только, Ичиго бы не было здесь чтобы защитить своих товарищей.
"Один"
Отсчитал в своей голове Ичиго пока бежал и лишь он знал что означает это слово. Куросаки чувствовал большое количество сильных противников вокруг позиций команды Акиры, но он не мог защищать их ото всех сразу. Сейчас он видел наиболее опасную личность на этой шахматной доске...ему придется поверить в возможности остальных членов команды, а самому сосредоточиться на этом неизвестном. В этот же момент громогласный крик раздался по округе, крик проклятия. Сначала он был воспринят носителем инициала Ди как простая злость, однако...в следующее мгновение он почувствовал странное ощущение...будто его тело стало более тяжелым, его мышцы налились свинцом...незначительно, но это определенно усложняло движение. Естественно, опытный в подобных вещах, мечник сразу же попытался избавиться от этого влияния своей волей, наполняя своей тело хаки вооружения изнутри, пытаясь уничтожить это гнетущее чувство. Получилось ли?
Независимо от результата, Ичиго а короткий промежуток времени преодолел расстояние в триста метров, так, чтобы между его союзниками и прошлой точкой где находился враг было примерно одинаковое расстояние. Отсюда он сможет защитить Эмилию и остальных в случае внезапной атаки Инспектора по их позиции, но Куросаки не думал, что противник настолько наивен, чтобы подставлять свою спину Черному Шторму...ведь если он сделает это, Ичиго определенно не оставит это просто так. Он остановился, взмахивая своим клинком перед собой, создавая вокруг себя небольшие потоки черного пламени....ни сколько для атаки или защиты, сколько просто чтобы привлечь к себе внимание.
- Хватит прятаться, дозорный! Ты понимаешь что это не имеет смысла и я знаю, что моя атака тебя не задела!
Примет ли Инспектор это приглашение на танец? Или же он решит оставаться в тени и дальше, используя свою способность скрываться от воли наблюдения?
Так же...если этот мужчина был знаком фруктом Куросаки, видел его до этого, читал или слышал, то мог заметить что его гибридная форма была...какой-то неправильной. Будто бы Черный Шторм насильно придавал ей именно такой внешний вид, который он имел сейчас в виде подобия маски вместо своего лица.
Плюсом к этому, способность Тенса Зангецу заключалась в невероятной пробивной мощи. Словно продвинутая воля вооружения, или же продвинутая королевская воля, клинок придавал любой атаке Ичиго возможность проникать в объект, даже если это слеш, разрушая его изнутри и нанося непоправимый ущерб. Эта способность, в совокупности с продвинутой волей вооружения Ичиго, а так же Getsuga Jujisho определенно должно было хватить для того, чтобы не только развеять атаку противника, но еще и пробиться сквозь нее, атаковав позицию врага.
- Эмилия, нельзя позволить ему уйти, мне придется связать его боем!
Эти слова Куросаки произнес уже на бегу...он сделал правильный выбор, что решил остаться на месте и не атаковать тех дозорных, чье присутствие он чувствовал ранее. Ведь сделай он это, человек которого он не смог почувствовать смог бы атаковать точно так же...вот только, Ичиго бы не было здесь чтобы защитить своих товарищей.
"Один"
Отсчитал в своей голове Ичиго пока бежал и лишь он знал что означает это слово. Куросаки чувствовал большое количество сильных противников вокруг позиций команды Акиры, но он не мог защищать их ото всех сразу. Сейчас он видел наиболее опасную личность на этой шахматной доске...ему придется поверить в возможности остальных членов команды, а самому сосредоточиться на этом неизвестном. В этот же момент громогласный крик раздался по округе, крик проклятия. Сначала он был воспринят носителем инициала Ди как простая злость, однако...в следующее мгновение он почувствовал странное ощущение...будто его тело стало более тяжелым, его мышцы налились свинцом...незначительно, но это определенно усложняло движение. Естественно, опытный в подобных вещах, мечник сразу же попытался избавиться от этого влияния своей волей, наполняя своей тело хаки вооружения изнутри, пытаясь уничтожить это гнетущее чувство. Получилось ли?
Независимо от результата, Ичиго а короткий промежуток времени преодолел расстояние в триста метров, так, чтобы между его союзниками и прошлой точкой где находился враг было примерно одинаковое расстояние. Отсюда он сможет защитить Эмилию и остальных в случае внезапной атаки Инспектора по их позиции, но Куросаки не думал, что противник настолько наивен, чтобы подставлять свою спину Черному Шторму...ведь если он сделает это, Ичиго определенно не оставит это просто так. Он остановился, взмахивая своим клинком перед собой, создавая вокруг себя небольшие потоки черного пламени....ни сколько для атаки или защиты, сколько просто чтобы привлечь к себе внимание.
- Хватит прятаться, дозорный! Ты понимаешь что это не имеет смысла и я знаю, что моя атака тебя не задела!
Примет ли Инспектор это приглашение на танец? Или же он решит оставаться в тени и дальше, используя свою способность скрываться от воли наблюдения?
Так же...если этот мужчина был знаком фруктом Куросаки, видел его до этого, читал или слышал, то мог заметить что его гибридная форма была...какой-то неправильной. Будто бы Черный Шторм насильно придавал ей именно такой внешний вид, который он имел сейчас в виде подобия маски вместо своего лица.
Кажется, события стали развиваться куда как стремительнее, так что придется адаптироваться под них так быстро, как только это будет возможно. Три часа наконец-то прошли и казалось бы что от базы Морского Дозора, которая была атакована мечом Короля Демонов и Гетсугой ничего не осталось, а значит и бояться нечего, так как живые там вряд ли есть, поэтому самым логичным было бы сместиться к позиции капитана и добить одного единственного дозорного, что сражался не покладая рук с их капитаном, но судя по всему такой план не особо рассматривался для команды, так как было нечто, что Блейк с его уровнем Воли Наблюдения не мог заметить четко, до того момента пока Ичиго не огласил это буквально вслух, а именно то что к ним направляется какой-то отряд врагов, которые являлись при всём при этом дозорными. Что ж, не стоило исключать того факта что за три часа они позвали подкрепление, это было действительно разумно, но вот что смущало Кларка так это то что за три часа это подкрепление прибыло. Как, откуда он увы не знал и разбираться в этом сейчас это просто тратить время и что самое главное концентрацию на это всё, так что стоило просто попытаться перенести свою Волю Наблюдения с базы на то место, которое указал Ичиго как надвигающуюся опасность и понять, что людей там достаточно много. В очередной раз жаль, что Кларк не может определить их уровень сил относительно себя, а с другой стороны это же и хорошо, не будет поводов бояться тех монстров, что по описанию вполне себе способны победить его с командой.
Пока же Блейк размышлял обо всем что касалось новой партии врагов у себя в голове Куросаки стал размышлять вполне себе вслух и Блейк прислушался к вопросу, после чего дал на него резонный ответ.
- Как бы ты ни был силен по одному нас выкосить куда как быстрее, так что думаю лучше будет сражаться всем вместе, независимо от того как уже я сам слаб на твоём фоне – мечи горели также сильно как воля Блейка к сражению, поэтому он теперь был готов отдаться на полную этой драке, которая очевидно скоро будет и всё же ему будет куда как спокойнее если его спину будет прикрывать Ичиго, с которым они пусть и действительно знакомы полдня, но он хотя бы внушал доверие своими словами и действиями.
Через секунду после сказанного Ичиго снял свою маску и остался с ними. С одной стороны, хорошо, а с другой не особо то понятно было почему он решил уменьшить свои силы. Попытаться таким образом скрыться от врага и обмануть его Волю Наблюдения? Наверняка это имело ещё меньше смысла чем оставаться в зоане, так как спад сил будет ясно видно, но это не Блейку судить уже, ведь на стороне Куросаки не только превосходящая сила, но ещё и боевой опыт, который у Кларка был минимальным, ведь он редко с кем-то сражался напрямую, оставаясь в тени, что было отсылкой как на его стиль фехтования, так и на отряд в Реквиеме.
- Думаю после увиденного, когда туман спал с меня я в целом не считаю это легкой прогулкой – Блейк нервно усмехнулся и покрепче взял оба подаренных клинка в руки, поддерживая на них поток пламени.
«Может чет пойму ещё и с Хи-рю в этом поединке»
Пройдет какое-то время, наверняка даже меньше пары минут, как вдруг Блейк услышит голос, который судя по обращению явно обращался к ним. Их прокляли, что бы это мать его не значило, вот только чего-то особенного ни сам Блейк, ни Вельт с Габимару не почувствовали. Может быть они тоже не попали под это проклятие? Или же оно по какой-то причине действовало на них куда как хуже? Это было не ясно, но в любом случае было ясно то что драка судя по всему начинается, вот только противники не спешат являть себя на сцену для того чтобы понять с кем вообще сражаться, что в целом быстро изменилось, так как на горизонте было видно беловолосого парня с глефой и зеленоволосого с секирой.
«Мда, не самые приятные для конфронтации оружия»
Блейк судил это уже даже не с позиции фехтовальщика, который предпочитал сражаться катанами или какими-то подобными одноручными оружиями, сколько с позиции мастера кузнечного дела, который явно видел то что банально более длинное оружие будет иметь выигрыш в
Пока же Блейк размышлял обо всем что касалось новой партии врагов у себя в голове Куросаки стал размышлять вполне себе вслух и Блейк прислушался к вопросу, после чего дал на него резонный ответ.
- Как бы ты ни был силен по одному нас выкосить куда как быстрее, так что думаю лучше будет сражаться всем вместе, независимо от того как уже я сам слаб на твоём фоне – мечи горели также сильно как воля Блейка к сражению, поэтому он теперь был готов отдаться на полную этой драке, которая очевидно скоро будет и всё же ему будет куда как спокойнее если его спину будет прикрывать Ичиго, с которым они пусть и действительно знакомы полдня, но он хотя бы внушал доверие своими словами и действиями.
Через секунду после сказанного Ичиго снял свою маску и остался с ними. С одной стороны, хорошо, а с другой не особо то понятно было почему он решил уменьшить свои силы. Попытаться таким образом скрыться от врага и обмануть его Волю Наблюдения? Наверняка это имело ещё меньше смысла чем оставаться в зоане, так как спад сил будет ясно видно, но это не Блейку судить уже, ведь на стороне Куросаки не только превосходящая сила, но ещё и боевой опыт, который у Кларка был минимальным, ведь он редко с кем-то сражался напрямую, оставаясь в тени, что было отсылкой как на его стиль фехтования, так и на отряд в Реквиеме.
- Думаю после увиденного, когда туман спал с меня я в целом не считаю это легкой прогулкой – Блейк нервно усмехнулся и покрепче взял оба подаренных клинка в руки, поддерживая на них поток пламени.
«Может чет пойму ещё и с Хи-рю в этом поединке»
Пройдет какое-то время, наверняка даже меньше пары минут, как вдруг Блейк услышит голос, который судя по обращению явно обращался к ним. Их прокляли, что бы это мать его не значило, вот только чего-то особенного ни сам Блейк, ни Вельт с Габимару не почувствовали. Может быть они тоже не попали под это проклятие? Или же оно по какой-то причине действовало на них куда как хуже? Это было не ясно, но в любом случае было ясно то что драка судя по всему начинается, вот только противники не спешат являть себя на сцену для того чтобы понять с кем вообще сражаться, что в целом быстро изменилось, так как на горизонте было видно беловолосого парня с глефой и зеленоволосого с секирой.
«Мда, не самые приятные для конфронтации оружия»
Блейк судил это уже даже не с позиции фехтовальщика, который предпочитал сражаться катанами или какими-то подобными одноручными оружиями, сколько с позиции мастера кузнечного дела, который явно видел то что банально более длинное оружие будет иметь выигрыш в
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)