Фантом сел за стол и принялся писать отчёт.
"Отчёт от младшего лейтенанта Фантома, контр адмиралк Гору. Здравствуйте. Докладываю о проведенной операции по расследованию группы людей из тайной организации синий череп. Для начала хочу доложить что мои худшие подозрения подтвердились и эту организацию на данном острове Норт Гранд потдерживали дозорные. Не все, но многие. В частности старший лейтенант Фароу Георг. Сообщаю что мы захватили предателя нашей организации, а так же лидера груперовки синий череп на этом острове. Многих остальных нам пришлось ликвидировать, а предателей посадили за решетку. Мы так же узнали что организация тут относительно недавно. Они прибыли год назад, тогда же Георга и назначили на этот остров. То есть можно предположить что они и правда не только на тех двух островах где мы их нашли, а много где ещё и они тестер связаны с дозором. Следующим я хочу сообщить что мы смогли допросить наших поеников. Узнали мы не особо много, но все же. Для начала мы узнали систему рангов, но это и так было известно. Но Георг оказался очень труслив и оказался настоящей крысой. Он тут же предан своих коллег. Он поведал что он уже в этой организации уже семнадцать лет и вся его семья тоже там состоит. Да и многие дозорные. Хотя имён он не назвал. На сей ноте я заканчиваю свой доклад.
Конец островного квеста. Количество слов: 4232
ONE PIECE RP ·
[Последний остров Норд Блю] Норд-Гранд
[Начало самого халтурного островного квеста]
Гонимый энергией пара, корабль революционеров приближался к последнему острову Норд блю. Верно ли будет называть его последним? У них ведь нет порядковых номеров. Тем не менее, Норд Гранд – конечная цель перед выходом на Гранд Лайн, ибо остров находится в непосредственной близости от Ред Лайн.
Все действующие лица сей истории собрались на верхней палубе, столпившись возле небольшого стола, который заблаговременно притащили из кают. На нем располагалась карта острова, несколько каких-то бумаг с детальным описанием плана и ден ден муши. Совсем недавно пришло распоряжение от начальства о том, что захват острова отменяется, ибо революционная армия не располагает должной боевой мощью для реализации плана Энкиду, а потому, в кратчайшие сроки, нужно внести небольшие коррективы в их пребывание здесь.
— Ужас! Энкиду расстроен! Энкиду зол! – возмущался лейтенант, недовольно топая своими босыми ногами по палубе, да так, что его удары слышал каждый вокруг, ибо они расходились мощным звуком, при этом отпечатки ног оставались на древесине. В руках он держал несколько исписанных листков бумаг с детальным планом захвата и размахивал ими вокруг, активно жестикулируя. – Как они могут отменять операцию, когда всё уже готово? Каждая деталь была учтена, у нас всё готово! Единственное, чего не хватает – поддержки начальства, ибо у них решающая роль в этом плане. Просто пригнать сюда судно с армией, разве это так сложно? Виктор, что ты думаешь об этом?
— Хм… Видимо, они опасаются, что подобные действия вызовут… Неприятные последствия. Резонанс, который… — но не успел он закончить свой монолог, как зеленоволосый юноша перебил его, вставляя в реплику свои «пять копеек».
— Да к черту! Неприятные последствия? С дозорными мы разберемся, с королевской стражей тоже. Что касается жителей, то по имеющейся информации правительство поддерживает только верхушка, аристократия, а их меньшинство. Нельзя недооценивать обычных людей, граждан, жителей – в ответственный момент они бы поддержали нас, Энкиду уверен! – он кричал. Каждая фраза выплескивалась в мир на повышенных тонах, дабы уведомить всех о его негодовании. Словно ребенок. Капризный ребенок, которому не дают сделать то, что он хочет и поэтому он теперь недоволен.
— Если позволите, капитан. Я считаю, что начальство действительно поступило весьма странно, может быть есть какие-то детали, о которых нам неизвестно? Они не хотят рисковать, только и всего, — в разговор подключилась Джина, которая попыталась объяснить столь странное решение со стороны верхушки. Впрочем, её слова никак не подействуют на лейтенанта, ибо тот уже разозлился и тут поможет только время – он успокоится, определенно, но чуть позже.
— Да как они не понимают?! – крикнул он, с грохотом ударив ладонью по столу, прижимая листки своей маленькой рукой. – Хм… Хорошо. Энкиду понимает. Нет, Энкиду не понимает, он просто примет это и всё. Не станет продолжать этот монолог, не станет требовать ничего. Нужно просто смириться, тц.
Напряженная атмосфера потихоньку сходит на нет. Все облегченно вздохнули, ибо самое сложное позади – перетерпеть «истерику» лейтенанта, которая, между прочим, тянется достаточно долго. Начальство связалось с командой по ден ден муши с минут тридцать назад и передало ту самую информацию о сворачивании операции, а потому всё это время, до сего момента, фехтовальщик места себе найти не мог, ругаясь, словно ворчливый старик, проклиная чуть не всех на свете.
Гонимый энергией пара, корабль революционеров приближался к последнему острову Норд блю. Верно ли будет называть его последним? У них ведь нет порядковых номеров. Тем не менее, Норд Гранд – конечная цель перед выходом на Гранд Лайн, ибо остров находится в непосредственной близости от Ред Лайн.
Все действующие лица сей истории собрались на верхней палубе, столпившись возле небольшого стола, который заблаговременно притащили из кают. На нем располагалась карта острова, несколько каких-то бумаг с детальным описанием плана и ден ден муши. Совсем недавно пришло распоряжение от начальства о том, что захват острова отменяется, ибо революционная армия не располагает должной боевой мощью для реализации плана Энкиду, а потому, в кратчайшие сроки, нужно внести небольшие коррективы в их пребывание здесь.
— Ужас! Энкиду расстроен! Энкиду зол! – возмущался лейтенант, недовольно топая своими босыми ногами по палубе, да так, что его удары слышал каждый вокруг, ибо они расходились мощным звуком, при этом отпечатки ног оставались на древесине. В руках он держал несколько исписанных листков бумаг с детальным планом захвата и размахивал ими вокруг, активно жестикулируя. – Как они могут отменять операцию, когда всё уже готово? Каждая деталь была учтена, у нас всё готово! Единственное, чего не хватает – поддержки начальства, ибо у них решающая роль в этом плане. Просто пригнать сюда судно с армией, разве это так сложно? Виктор, что ты думаешь об этом?
— Хм… Видимо, они опасаются, что подобные действия вызовут… Неприятные последствия. Резонанс, который… — но не успел он закончить свой монолог, как зеленоволосый юноша перебил его, вставляя в реплику свои «пять копеек».
— Да к черту! Неприятные последствия? С дозорными мы разберемся, с королевской стражей тоже. Что касается жителей, то по имеющейся информации правительство поддерживает только верхушка, аристократия, а их меньшинство. Нельзя недооценивать обычных людей, граждан, жителей – в ответственный момент они бы поддержали нас, Энкиду уверен! – он кричал. Каждая фраза выплескивалась в мир на повышенных тонах, дабы уведомить всех о его негодовании. Словно ребенок. Капризный ребенок, которому не дают сделать то, что он хочет и поэтому он теперь недоволен.
— Если позволите, капитан. Я считаю, что начальство действительно поступило весьма странно, может быть есть какие-то детали, о которых нам неизвестно? Они не хотят рисковать, только и всего, — в разговор подключилась Джина, которая попыталась объяснить столь странное решение со стороны верхушки. Впрочем, её слова никак не подействуют на лейтенанта, ибо тот уже разозлился и тут поможет только время – он успокоится, определенно, но чуть позже.
— Да как они не понимают?! – крикнул он, с грохотом ударив ладонью по столу, прижимая листки своей маленькой рукой. – Хм… Хорошо. Энкиду понимает. Нет, Энкиду не понимает, он просто примет это и всё. Не станет продолжать этот монолог, не станет требовать ничего. Нужно просто смириться, тц.
Напряженная атмосфера потихоньку сходит на нет. Все облегченно вздохнули, ибо самое сложное позади – перетерпеть «истерику» лейтенанта, которая, между прочим, тянется достаточно долго. Начальство связалось с командой по ден ден муши с минут тридцать назад и передало ту самую информацию о сворачивании операции, а потому всё это время, до сего момента, фехтовальщик места себе найти не мог, ругаясь, словно ворчливый старик, проклиная чуть не всех на свете.
Кухулин хотел что-то сказать и уже было открыл рот, но получил незаметный, но ощутимый, удар в бок от Беатрис, что стояла рядом. Мужчина поймал на себе недовольный взгляд девицы и отрицательный кивок головой, понимая, что именно она имеет ввиду. Кухулин – боец до мозга костей, настоящий эталон воина, который ценит силу и хорошую драку, а потому разговаривать и обсуждать какие-то умные темы – это не его конек, а в данной ситуации каждая необдуманная фраза может повлечь за собой незамедлительную реакцию и почти гарантированно вызовет отклик со стороны Энкиду. Лучше не рисковать. Тема закрыта и продолжать её не стоит. Даже не смотря на то, что они питают друг к другу чувства взаимоуважения, глупость, сказанная разъяренному Энкиду, может выбить его из колеи и разозлить ещё больше, а потому не стоит. Нужно немного помолчать. И они молчат.
Десять минут тишины. Лишь звуки бушующих волн и работы матросов разбавляли эту идиллию одиночества, как бы странно это не звучало в контексте большой компании. Энкиду думал, размышлял. Ему необходимо было время на то, чтобы быстренько переделать план, а потому, отдавшись в концентрацию, парень перебирал всевозможные варианты развития событий для выявления самого благоприятного. Он заговорил. Приятный, мелодичный голос, лишенный грубости, лишь с нотками грусти, донесся до ушей окружающих, с целью поделиться идеями лейтенанта.
— Так. Майор передала, что захват острова отменяется, но это не значит, что наша работа революционеров окончена и нам не нужно её выполнять. Энкиду отбросил план по захвату, но вместо этого есть другой – разведка. Эвереска говорила что-то про сбор информации, но как-то вяло и неоднозначно, словно… «Можете делать, а можете не делать». Энкиду решил, что делаем, — парень перевернул исписанные листы, и они преобразились в полностью белые, в руках у него был карандаш, а с другой стороны стола карта острова. Увлеченно он начал что-то чертить, рисовать и писать, отдавшись этому делу. Спустя пять минут работа была окончена. – План таков. Мы делимся на небольшие группы: Кухулин и Беатрис пойдут за город, в деревню, и узнают, что там да как, Виктор и Джина в район аристократов, Идзанами и Идзанаги в трущобы, а Энкиду… Послоняется по городу в поисках чего-нибудь интересного. Как вам план?
Сказать, что они были немного озадачены – ничего не сказать. Это и был весь его план? Это на него он потратил столько времени и раздумий? Где конкретика, где точные цели, где точные приказы с указанием мест и локаций? Ах, простите, локацию указал, но так размыто, что аж плакать хочется. Все трущобы? Весь район аристократов? Слишком неопределенно. Странный план. Команда план не оценила, но лишь обреченно вздохнула, синхронно покачивая головой, и наблюдая веселую мордашку Энкиду, отправились по своим делам – готовиться к высадке.
Высокие горы возвышались над горизонтом, громадные тени накрыли «Экстамелантанат» и скрыли его в своих мрачных объятиях. Корабль революционеров вошёл в порт и успешно состыковался с причалом. Матросы резво спрыгнули на пирс, обвязали веревками судно, закрепили, штурман приказала бросить якорь. Прибыли.
Яркое солнце на кристально чистом голубом небе. Лето. Несмотря на то, что сей море считается самым холодным, в летнее время тут довольно неплохо. Приятный климат. Особенно у этого острова. Нет какой-то аномальной жары из-за которой плавится обшивка корабля, нагревается древесина и ярко вспыхивает, словно не дерево, а сухие листья. И нет суровых холодных бурь, метелей, из-за которых нахождение на свежем воздухе превращается в испытание силы и духа. И именно в это удачное время команда решила наградить себя небольшим приключением на острове, выполнив задание от начальства и попутно собирая провизию и всё необходимое для дальнейшего приключения по Гранд Лайн.
— Всем удачи! – крикнул зеленоволосый юноша и ветром пронесся мимо прохожих, исчезая в запутанных улицах большого порта, скрываемый нескончаемым потоком людей и величественными зданиями.
Десять минут тишины. Лишь звуки бушующих волн и работы матросов разбавляли эту идиллию одиночества, как бы странно это не звучало в контексте большой компании. Энкиду думал, размышлял. Ему необходимо было время на то, чтобы быстренько переделать план, а потому, отдавшись в концентрацию, парень перебирал всевозможные варианты развития событий для выявления самого благоприятного. Он заговорил. Приятный, мелодичный голос, лишенный грубости, лишь с нотками грусти, донесся до ушей окружающих, с целью поделиться идеями лейтенанта.
— Так. Майор передала, что захват острова отменяется, но это не значит, что наша работа революционеров окончена и нам не нужно её выполнять. Энкиду отбросил план по захвату, но вместо этого есть другой – разведка. Эвереска говорила что-то про сбор информации, но как-то вяло и неоднозначно, словно… «Можете делать, а можете не делать». Энкиду решил, что делаем, — парень перевернул исписанные листы, и они преобразились в полностью белые, в руках у него был карандаш, а с другой стороны стола карта острова. Увлеченно он начал что-то чертить, рисовать и писать, отдавшись этому делу. Спустя пять минут работа была окончена. – План таков. Мы делимся на небольшие группы: Кухулин и Беатрис пойдут за город, в деревню, и узнают, что там да как, Виктор и Джина в район аристократов, Идзанами и Идзанаги в трущобы, а Энкиду… Послоняется по городу в поисках чего-нибудь интересного. Как вам план?
Сказать, что они были немного озадачены – ничего не сказать. Это и был весь его план? Это на него он потратил столько времени и раздумий? Где конкретика, где точные цели, где точные приказы с указанием мест и локаций? Ах, простите, локацию указал, но так размыто, что аж плакать хочется. Все трущобы? Весь район аристократов? Слишком неопределенно. Странный план. Команда план не оценила, но лишь обреченно вздохнула, синхронно покачивая головой, и наблюдая веселую мордашку Энкиду, отправились по своим делам – готовиться к высадке.
Высокие горы возвышались над горизонтом, громадные тени накрыли «Экстамелантанат» и скрыли его в своих мрачных объятиях. Корабль революционеров вошёл в порт и успешно состыковался с причалом. Матросы резво спрыгнули на пирс, обвязали веревками судно, закрепили, штурман приказала бросить якорь. Прибыли.
Яркое солнце на кристально чистом голубом небе. Лето. Несмотря на то, что сей море считается самым холодным, в летнее время тут довольно неплохо. Приятный климат. Особенно у этого острова. Нет какой-то аномальной жары из-за которой плавится обшивка корабля, нагревается древесина и ярко вспыхивает, словно не дерево, а сухие листья. И нет суровых холодных бурь, метелей, из-за которых нахождение на свежем воздухе превращается в испытание силы и духа. И именно в это удачное время команда решила наградить себя небольшим приключением на острове, выполнив задание от начальства и попутно собирая провизию и всё необходимое для дальнейшего приключения по Гранд Лайн.
— Всем удачи! – крикнул зеленоволосый юноша и ветром пронесся мимо прохожих, исчезая в запутанных улицах большого порта, скрываемый нескончаемым потоком людей и величественными зданиями.
Команда переглянулась. Задание приняли, а это значит, что пора действовать. Беатрис прошла мимо человека, что регистрировал все прибывающие суда в порту и у них завязался весьма деликатный разговор.
— Здравствуйте! Будьте любезны назовите имя судна, имя капитана, цель визита! – произнес щуплый мужчина во рваной рубахе от которого за полметра смердит перегаром. Он покачивался, стараясь удержать равновесие и стеклянными глазами глядел на рыжую девицу, думая лишь об одном – ром.
— Хм… Корабль называется «Сноходец», плывём с острова Ярсий, заплывали транзитом на Медвежий остров, бывали и на Тримонде, а вот теперь приплыли сюда. Нашего капитана зовут… Болл Роунс, вы могли видеть его – он совсем недавно убежал в город. Озорной, молодой парниша, но весьма талантливый, — говорила девушка с веселой ухмылкой, всем своим видом демонстрируя, что её рассказ – чистая правда, без капли лжи.
— Вот как? Хм, хм, хм… Записал, записал… Цель визита? Сколько пробудете тут? – чуть наклонив голову, глянул он вызывающе, как бы оценивая свою собеседницу.
— Цель проста: тоже транзитом. Путь держи на Гранд Лайн, планируем отправиться в Арабасту, так как у одного из наших пассажиров там живут родственники.
— Взнос за стоянку – 5.000 белли в сутки.
— Конечно! – весело произнесла она, доставая из кошелька несколько купюр. Девица протягивает их мужчине, утвердительно кивает и проходит мимо. Следом за ней мимо проходит Кухулин и одаривает своим злобным взглядом пьяницу, подразумевая что-то вроде: «Если ты её обидел – труп». Остальная команда уже давно ретировалась, отправившись в путешествие по местным красотам.
А что там с Энкиду?
Шагая по каменному тротуару, будучи на босую ногу, паренек весело оглядывался, рассматривая город. Он находился в районе, что делит трущобы и высший двор, а потому является промежуточным звеном и местом с населением, у которых средний достаток относительно других. Поэтому тут было вполне себе сносно. По улицам не слонялись бродяги, иногда встречались королевские патрули, что следили за порядком, люди выглядели чисто, аккуратно и опрятно, и их одежда не была вычурной, яркой – как у большинства аристократов. Энкиду нравилась. Такая простая и легкая атмосфера. Именно так и должны выглядеть города без дискриминации по происхождению. Именно этого и нужно добавиться, меняя политические строи и ломая устоявшиеся человеческие устои. Бар. Интересно, верно? Размышления и наивное удивление вскружили голову и понесли его в далекое странствие, а очнувшись, он оказывается возле самого клишированного места на свете – таверны. Скрип петель, деревянная дверь отворяется под напором руки фехтовальщика, и он входит во внутрь.
Стоит ли рассказывать о том, что за картина царила вокруг? Абсолютно депрессивная и унылая. Воздух пропах сигаретным дымом и запахом дешевого алкоголя. Приглушенный свет от нескольких затухающих свечей. Потасканная, использованная мебель с множеством трещин и дыр, что скрипит каждый раз, подражая полу. Интерьер лишен изюминки – это самое обычное помещение в самом обычном здании, что настолько старое, что уже и не счесть. Большинство здешних посетителей – старики или просто люди, что вот-вот шагнут в мир седины и внуков. Сей контингент – постоянные клиенты, что застали это место в самом расцвете и ходят сюда из-за необъяснимого чувства ностальгии и в силу привычки. Было немноголюдно. Двое пьянчуг, что растеклись по разным углам бара уже успели вырубиться из-за катастрофического количества алкоголя в их крови. По центру располагался средних размеров стол, за которым сидела девица в ярко-желтой одежде с золотыми вставками, ещё один весьма интересный факт про неё – полуобнаженная. Она хлестала кружки пива одну за другой, постепенно опустошая всю ту выпивку, что ей приносили. И, кажется, не планировала останавливаться.
— Здравствуйте! Будьте любезны назовите имя судна, имя капитана, цель визита! – произнес щуплый мужчина во рваной рубахе от которого за полметра смердит перегаром. Он покачивался, стараясь удержать равновесие и стеклянными глазами глядел на рыжую девицу, думая лишь об одном – ром.
— Хм… Корабль называется «Сноходец», плывём с острова Ярсий, заплывали транзитом на Медвежий остров, бывали и на Тримонде, а вот теперь приплыли сюда. Нашего капитана зовут… Болл Роунс, вы могли видеть его – он совсем недавно убежал в город. Озорной, молодой парниша, но весьма талантливый, — говорила девушка с веселой ухмылкой, всем своим видом демонстрируя, что её рассказ – чистая правда, без капли лжи.
— Вот как? Хм, хм, хм… Записал, записал… Цель визита? Сколько пробудете тут? – чуть наклонив голову, глянул он вызывающе, как бы оценивая свою собеседницу.
— Цель проста: тоже транзитом. Путь держи на Гранд Лайн, планируем отправиться в Арабасту, так как у одного из наших пассажиров там живут родственники.
— Взнос за стоянку – 5.000 белли в сутки.
— Конечно! – весело произнесла она, доставая из кошелька несколько купюр. Девица протягивает их мужчине, утвердительно кивает и проходит мимо. Следом за ней мимо проходит Кухулин и одаривает своим злобным взглядом пьяницу, подразумевая что-то вроде: «Если ты её обидел – труп». Остальная команда уже давно ретировалась, отправившись в путешествие по местным красотам.
А что там с Энкиду?
Шагая по каменному тротуару, будучи на босую ногу, паренек весело оглядывался, рассматривая город. Он находился в районе, что делит трущобы и высший двор, а потому является промежуточным звеном и местом с населением, у которых средний достаток относительно других. Поэтому тут было вполне себе сносно. По улицам не слонялись бродяги, иногда встречались королевские патрули, что следили за порядком, люди выглядели чисто, аккуратно и опрятно, и их одежда не была вычурной, яркой – как у большинства аристократов. Энкиду нравилась. Такая простая и легкая атмосфера. Именно так и должны выглядеть города без дискриминации по происхождению. Именно этого и нужно добавиться, меняя политические строи и ломая устоявшиеся человеческие устои. Бар. Интересно, верно? Размышления и наивное удивление вскружили голову и понесли его в далекое странствие, а очнувшись, он оказывается возле самого клишированного места на свете – таверны. Скрип петель, деревянная дверь отворяется под напором руки фехтовальщика, и он входит во внутрь.
Стоит ли рассказывать о том, что за картина царила вокруг? Абсолютно депрессивная и унылая. Воздух пропах сигаретным дымом и запахом дешевого алкоголя. Приглушенный свет от нескольких затухающих свечей. Потасканная, использованная мебель с множеством трещин и дыр, что скрипит каждый раз, подражая полу. Интерьер лишен изюминки – это самое обычное помещение в самом обычном здании, что настолько старое, что уже и не счесть. Большинство здешних посетителей – старики или просто люди, что вот-вот шагнут в мир седины и внуков. Сей контингент – постоянные клиенты, что застали это место в самом расцвете и ходят сюда из-за необъяснимого чувства ностальгии и в силу привычки. Было немноголюдно. Двое пьянчуг, что растеклись по разным углам бара уже успели вырубиться из-за катастрофического количества алкоголя в их крови. По центру располагался средних размеров стол, за которым сидела девица в ярко-желтой одежде с золотыми вставками, ещё один весьма интересный факт про неё – полуобнаженная. Она хлестала кружки пива одну за другой, постепенно опустошая всю ту выпивку, что ей приносили. И, кажется, не планировала останавливаться.
Революционер сделал шаг и это было очень странно. Странным было его появление тут, да и в целом нахождение. Представьте мрачную, угнетающую обстановку, что витает вокруг, и всё, - от людей до интерьера, - пропитано безысходностью и желанием утопить горе в кружке. А теперь представьте жизнерадостное зеленое светило, что ворвалось в это место и своим ярким светом слепит каждого, существенно выделяясь на фоне всего прочего. Весело перебирая своим босыми ногами, парень вприпрыжку сблизился с барной стойкой, по-детски игриво запрыгнул на небольшой стул и стал размахивать ногами, просверливая добродушным взглядом пустые глаза старого бармена.
— Чего тебе? – устало произнёс он, не отрываясь от своего ежедневного занятия – натирания чистых стаканов.
— Энкиду хочет узнать по поводу правительства, ситуации в городе, того, о чём говорит люд, и что думает. В общем всё, всё, всё про вот эти вот штуки, — весело произнес он, раскачиваясь на стуле. Где-то послышался недовольный «фырк», а после – снова тишина. Но ненадолго. Та самая девица продолжала пить и активно разговаривала, но уже не одна, в компании трех парней, что увидели в ней «легкий вариант» и решили напоить литрами алкоголя. Их право.
— Мальчик, гуляй, мне не до шуток, — бармен проявил абсолютную незаинтересованность и тяжело вздохнул, поглядывая за спину собеседнику. Он смотрел на входную дверь, будто бы ожидая кого-то. Интересно, давно это? Подобная привычка.
— Энкиду нужна информация и Энкиду пришёл в это место, а значит… — протянул он, потянувшись во внутренний карман балахона и достал оттуда несколько купюр, а после чего положил на стол и подвинул к старику. Он не смотрел сколько там. Дал сколько дал, не задумываясь, в надежде, что благодаря этому он заполучит снисхождение старикана. Сработало.
— Другой разговор, что хотите узнать?
— Во-первых, Энкиду хочет какой-нибудь безалкогольный напиток, лучше яблочный сок, если нету, то стакан воды, а во-вторых… — и он заговорил.
В деталях описывать диалог не имеет никакого смысла. Поэтому, в угоду лаконичности, будет краткий пересказ с указанием всех основных моментов, что произошли.
Активно жестикулируя, паренек медленно и вдумчиво объяснял старику свою позицию и то, что ему нужно. Он опускал какие-то детали, что могли связать его и революционную армию, сделав упор больше на объеме информации и активно расспрашивал, не давая собеседнику и шанса задать встречный вопрос. Хитрый ход. Подозрительные взгляды падали на него и он всеми силами отнекивался, переводя тему в другое русло. Параллельно посетителей становилось всё меньше и меньше, а новых не прибавлялось. В конце концов единственные, кто остался в сей несчастном месте – это компания, что облюбовала странную желтую девушку, Энкиду и хозяин этого заведения. Информация, информация… Была получена. Последние слухи, настроение населения, их отношение к власти и к дозору в целом, их связи с пиратами и контрабандистами, а также про преступные группировки, что обитают в трущобах и своим существованием портят жизнь правящей верхушке – всё это.
— Спасибо. Этой информации более чем достаточно, — произнёс он и утвердительно кивнул головой, после чего рукой схватил стакан с соком и в мгновение ока осушил его. От взора маленького революционера не ускользнула и одна небольшая деталь. Та самая группа с «яркой» девицей, - такой же, как и Энкиду, но другого цвета, - исчезла, а если быть точнее, то с минуты три – четыре назад они ретировались, о чем-то весело разговаривая. Мечнику это показалось подозрительным, а потому он поднялся со своего места и выдвинулся прямиком за ними, распрощавшись с барменом.
— Чего тебе? – устало произнёс он, не отрываясь от своего ежедневного занятия – натирания чистых стаканов.
— Энкиду хочет узнать по поводу правительства, ситуации в городе, того, о чём говорит люд, и что думает. В общем всё, всё, всё про вот эти вот штуки, — весело произнес он, раскачиваясь на стуле. Где-то послышался недовольный «фырк», а после – снова тишина. Но ненадолго. Та самая девица продолжала пить и активно разговаривала, но уже не одна, в компании трех парней, что увидели в ней «легкий вариант» и решили напоить литрами алкоголя. Их право.
— Мальчик, гуляй, мне не до шуток, — бармен проявил абсолютную незаинтересованность и тяжело вздохнул, поглядывая за спину собеседнику. Он смотрел на входную дверь, будто бы ожидая кого-то. Интересно, давно это? Подобная привычка.
— Энкиду нужна информация и Энкиду пришёл в это место, а значит… — протянул он, потянувшись во внутренний карман балахона и достал оттуда несколько купюр, а после чего положил на стол и подвинул к старику. Он не смотрел сколько там. Дал сколько дал, не задумываясь, в надежде, что благодаря этому он заполучит снисхождение старикана. Сработало.
— Другой разговор, что хотите узнать?
— Во-первых, Энкиду хочет какой-нибудь безалкогольный напиток, лучше яблочный сок, если нету, то стакан воды, а во-вторых… — и он заговорил.
В деталях описывать диалог не имеет никакого смысла. Поэтому, в угоду лаконичности, будет краткий пересказ с указанием всех основных моментов, что произошли.
Активно жестикулируя, паренек медленно и вдумчиво объяснял старику свою позицию и то, что ему нужно. Он опускал какие-то детали, что могли связать его и революционную армию, сделав упор больше на объеме информации и активно расспрашивал, не давая собеседнику и шанса задать встречный вопрос. Хитрый ход. Подозрительные взгляды падали на него и он всеми силами отнекивался, переводя тему в другое русло. Параллельно посетителей становилось всё меньше и меньше, а новых не прибавлялось. В конце концов единственные, кто остался в сей несчастном месте – это компания, что облюбовала странную желтую девушку, Энкиду и хозяин этого заведения. Информация, информация… Была получена. Последние слухи, настроение населения, их отношение к власти и к дозору в целом, их связи с пиратами и контрабандистами, а также про преступные группировки, что обитают в трущобах и своим существованием портят жизнь правящей верхушке – всё это.
— Спасибо. Этой информации более чем достаточно, — произнёс он и утвердительно кивнул головой, после чего рукой схватил стакан с соком и в мгновение ока осушил его. От взора маленького революционера не ускользнула и одна небольшая деталь. Та самая группа с «яркой» девицей, - такой же, как и Энкиду, но другого цвета, - исчезла, а если быть точнее, то с минуты три – четыре назад они ретировались, о чем-то весело разговаривая. Мечнику это показалось подозрительным, а потому он поднялся со своего места и выдвинулся прямиком за ними, распрощавшись с барменом.
Улица. Снова. Прошло минут сорок с того момента, когда он в последний раз был тут. Ничего не изменилось. Людей, по ощущениям, стало чуть больше, а воздух стал менее легким и более тяжелым из-за обилия граждан на узкий улицах сей района. Революционер покрутил головой, увидел уже знакомый пернатый хохолок, что красовался на шляпе у той девушки, и выдвинулся за ней. Хорошо, что ростом она была высока, а потому, словно желтый маяк, привлекала внимание и потерять из виду её было попросту невозможно. Возле неё кружили те самые парни - двое поддерживали её за талию и плечи, помогая идти, а один шёл возле и о чём-то увлеченно рассказывал. Свернули за угол. Энкиду ускорился. Проходит несколько минут и слышится крик. Энкиду перешёл на бег, расталкивая прохожих, и вбежал в проулок, но тут же остановился, поглядывая на представшую перед его взором картину.
Разъяренная девица стояла, поставив руки в боки и чутка наклонив торс вперед. Она была высокой и объемной, поэтому солнечный свет, что яркими лучами бил у неё из-за спины, перекрывался массивным телом, и оно отбрасывало тень на собеседников. Недовольный взгляд, еле заметный оскал, сквозь который виднеются её аномально острые зубы. Однако, сам зеленоволосый всего этого не видел, так как девушка стояла к нему спиной. Что касается парней, то двое из них застыли, как истуканы, чуть пригнувшись от испуга, третий лежал в куче мусора, расположившись столь неестественно за двадцать метров от незнакомки. Предположительно он позволил себе лишнего за что и получил массивный удар, что и отправил его пародировать птицу линейного полета; оправиться после такого будет тяжело, у него, скорее всего, сломаны кости, да и сам парень не подает признаков жизни, поэтому… Переключаемся.
— Что это вы себе позволяете, никчемный мусор?! – злая незнакомка выставила ногу вперед и одновременно с этим вывела туда же руку, пригрозив кулаком. На её лице отражалась мина злобы и раздражения, которая очень складно ложилась на подвыпившее лицо. – Мусор, мусор, мусор! Просто подонки редкостные! Как вы смеете домогаться меня, великой Кетцы?! Этого я вам не прощу, челядь проклятая. Будете у меня землю есть! Ешьте! Начинайте прямо сейчас! Ты, — указала она пальцем на того, что стоял по левую руку. – Бери тот мусорный пакет и засовывай его себе в рот. А ты, — указала она на второго. – Вон валяется огрызок какой-то херни. Съедай!
Если абстрагироваться и оценивать её внешне, то она выглядит вполне прилично и красиво. Даже можно предположить, что она принадлежит какому-то особому роду аристократов, но с далеких земель, а всё из-за её необычной одежды, что не свойственна данной местности. Золотые украшения, разнообразные оперения, драгоценные камни – лакомый кусочек для воришек и грабителей, но ведь они всё ещё при ней, и глядя на её поведение паззл постепенно складывается – она умеет постоять за себя.
— Тц, тупая девка. Мы столько денег потратили на всё то бухло, что ты выжрала. Тебе придется за это заплатить! – произнес один из них и достал из-за пазухи две деревянные дубинки. Второй же вытащил из кармана нож. Из-за того, что пространство весьма ограничено, - проулок же всё-таки, - нападать вместе они не могут, поэтому действуют последовательно. Дубинный противник перешел в наступление.
— Ха-ха! Ну попробуйте, наглецы, — с устрашающей улыбкой произнесла она, да так, что каждый из её бритвенных зубов стал виден. Девица расставила ноги на ширине плеч, выгнула таз чуть-чуть назад, выпрямила спину и расставила руки в стороны, готовясь принимать удар.
Разъяренная девица стояла, поставив руки в боки и чутка наклонив торс вперед. Она была высокой и объемной, поэтому солнечный свет, что яркими лучами бил у неё из-за спины, перекрывался массивным телом, и оно отбрасывало тень на собеседников. Недовольный взгляд, еле заметный оскал, сквозь который виднеются её аномально острые зубы. Однако, сам зеленоволосый всего этого не видел, так как девушка стояла к нему спиной. Что касается парней, то двое из них застыли, как истуканы, чуть пригнувшись от испуга, третий лежал в куче мусора, расположившись столь неестественно за двадцать метров от незнакомки. Предположительно он позволил себе лишнего за что и получил массивный удар, что и отправил его пародировать птицу линейного полета; оправиться после такого будет тяжело, у него, скорее всего, сломаны кости, да и сам парень не подает признаков жизни, поэтому… Переключаемся.
— Что это вы себе позволяете, никчемный мусор?! – злая незнакомка выставила ногу вперед и одновременно с этим вывела туда же руку, пригрозив кулаком. На её лице отражалась мина злобы и раздражения, которая очень складно ложилась на подвыпившее лицо. – Мусор, мусор, мусор! Просто подонки редкостные! Как вы смеете домогаться меня, великой Кетцы?! Этого я вам не прощу, челядь проклятая. Будете у меня землю есть! Ешьте! Начинайте прямо сейчас! Ты, — указала она пальцем на того, что стоял по левую руку. – Бери тот мусорный пакет и засовывай его себе в рот. А ты, — указала она на второго. – Вон валяется огрызок какой-то херни. Съедай!
Если абстрагироваться и оценивать её внешне, то она выглядит вполне прилично и красиво. Даже можно предположить, что она принадлежит какому-то особому роду аристократов, но с далеких земель, а всё из-за её необычной одежды, что не свойственна данной местности. Золотые украшения, разнообразные оперения, драгоценные камни – лакомый кусочек для воришек и грабителей, но ведь они всё ещё при ней, и глядя на её поведение паззл постепенно складывается – она умеет постоять за себя.
— Тц, тупая девка. Мы столько денег потратили на всё то бухло, что ты выжрала. Тебе придется за это заплатить! – произнес один из них и достал из-за пазухи две деревянные дубинки. Второй же вытащил из кармана нож. Из-за того, что пространство весьма ограничено, - проулок же всё-таки, - нападать вместе они не могут, поэтому действуют последовательно. Дубинный противник перешел в наступление.
— Ха-ха! Ну попробуйте, наглецы, — с устрашающей улыбкой произнесла она, да так, что каждый из её бритвенных зубов стал виден. Девица расставила ноги на ширине плеч, выгнула таз чуть-чуть назад, выпрямила спину и расставила руки в стороны, готовясь принимать удар.
Завязалась потасовка. Дубина, - так мы назовём противника, что сражается одноименным оружием, - стремительно сблизился с ней и, совершив разворот на триста шестьдесят градусов, атаковал горизонтально, расположив дубинки параллельно друг другу. По его техники и движениям не сложно понять, что он – матерый боец, что прошёл через множество сражений, а потому его аура источает уверенность и силу. Однако, в контексте Кетцы всё это бесполезно, ибо она источает такую катастрофическую самоуверенность, что все другие на её фоне просто меркнут. Девица выставила своё правое предплечье на пути у дубин и раздался приглушенный звук удара деревянных орудий о человеческое тело. Она стояла неподвижно и улыбалась. Руки, да и всё тело Дубины тряслись, их охватил тремор. Мгновение спустя девушка убрала предплечье, наклонила торс вперед, - так, чтобы удар пролетел мимо, - и в тот момент, когда деревяшки были на уровне её груди, она молниеносно вцепилась в них своими руками и силой кистей сломала пополам. Глубинный ужас застыл на лице у противника и последнее, что он увидел перед собой – радостное лицо желтой девахи и приближающийся к его лицу кулак.
Впрочем, вернемся немного назад. Нож, - так мы назовём противника, что сражается одноименным оружием, - медленно приближался, стараясь действовать незаметно. В момент, когда руки и дубины соприкоснулись, он рванул с места и стал сокращать дистанцию до противника. В момент, когда деревяшки разлетелись, Нож использует сору и оказывается у Кетцы за спиной, намереваясь нанести удар. Увернуться трудно, практически невозможно, ибо в данный момент она сосредоточена на Дубине, которому прописывает решающий удар в челюсть. Поэтому в дело вступает главный герой!
Энкиду заметил неладное и рванул с места. Юноша был маленький, легкий и от этого быстрый, ловкий. В момент, когда Нож использует сору, революционер двигается близь правой стены, дабы оббежать его, и в тот самый момент, когда противник наносит колющий удар в грудной отдел спины Кетцы, лейтенант оказывается прямо перед его лицом и останавливается, словно несокрушимая статуя, живой щит, который готов принять удар на себя. Орудие врезается в тело Энкиду и тут же трескается – лезвие покрывается множеством трещин, неприятный звук, словно удар металл о металл, и нож падает на землю, будучи полностью разбитым.
— Ого, спасибо, малявка! – произнесла девица с всё той же маниакальной улыбкой. Она по дуге обходит фехтовальщика, сближается с Ножом, лицо и тело которого покрывается холодным потом. Треск костяшек, разминание кулаков и мощный хай кик в голову. Тяжелая нога, словно неостановимый поезд, врезалась в оппонента и впечатала того в стену. – Фух. Тебя как звать, мой защитник? Спасибо, спасибо большое!
— Энкиду… — произнёс он как-то отрешенно и стал крутить головой, глядя на поверженных парней. – А ты довольно сильная. Энкиду думал, что ты наивная и глупая, и поэтому тебя легко могут ограбить и ему придется тебе помогать, но как оказалось… Всё закончилось нормально.
— Наивная и глупая… — произнесла она и ударила кулаком в живот юноше, дабы проучить наглого мальца. Но тот не двинулся, а кулак Кетцы начал пульсировать. Она старалась не обращать на это внимание, сохраняя лицо, но болело знатно. – Гм… Сильный…
— А ты хорошо сражаешься, Энкиду нравится! – парень улыбнулся и глянул на девицу снизу вверх.
— Почему ты говоришь о себе в третьем лице… Ты шо… Больной? – её указательный палец коснулся щеки мальца, и она стала крутить кистью, стараясь «просверлить» в нём дырку. Но безуспешно. Стекло. Стеклянная броня мешает, а потому потуги тщетны.
Диалог прервало внезапно появление патруля. Статный мужчина в офицерской форме стоял на улице и глядел на двух нарушителей, позади него были солдаты с оружием в руках. Ситуация скверная. Его громкий, командирский голос привлек к себе внимание: «Стоять! Именем Короля Королевства Нукхаар, Его Величества Грера Нукхаара, вы обвиняетесь в нарушении общественного порядка и будете доставлены в тюрьму для допроса! Встать! Лицом к стене!»
Впрочем, вернемся немного назад. Нож, - так мы назовём противника, что сражается одноименным оружием, - медленно приближался, стараясь действовать незаметно. В момент, когда руки и дубины соприкоснулись, он рванул с места и стал сокращать дистанцию до противника. В момент, когда деревяшки разлетелись, Нож использует сору и оказывается у Кетцы за спиной, намереваясь нанести удар. Увернуться трудно, практически невозможно, ибо в данный момент она сосредоточена на Дубине, которому прописывает решающий удар в челюсть. Поэтому в дело вступает главный герой!
Энкиду заметил неладное и рванул с места. Юноша был маленький, легкий и от этого быстрый, ловкий. В момент, когда Нож использует сору, революционер двигается близь правой стены, дабы оббежать его, и в тот самый момент, когда противник наносит колющий удар в грудной отдел спины Кетцы, лейтенант оказывается прямо перед его лицом и останавливается, словно несокрушимая статуя, живой щит, который готов принять удар на себя. Орудие врезается в тело Энкиду и тут же трескается – лезвие покрывается множеством трещин, неприятный звук, словно удар металл о металл, и нож падает на землю, будучи полностью разбитым.
— Ого, спасибо, малявка! – произнесла девица с всё той же маниакальной улыбкой. Она по дуге обходит фехтовальщика, сближается с Ножом, лицо и тело которого покрывается холодным потом. Треск костяшек, разминание кулаков и мощный хай кик в голову. Тяжелая нога, словно неостановимый поезд, врезалась в оппонента и впечатала того в стену. – Фух. Тебя как звать, мой защитник? Спасибо, спасибо большое!
— Энкиду… — произнёс он как-то отрешенно и стал крутить головой, глядя на поверженных парней. – А ты довольно сильная. Энкиду думал, что ты наивная и глупая, и поэтому тебя легко могут ограбить и ему придется тебе помогать, но как оказалось… Всё закончилось нормально.
— Наивная и глупая… — произнесла она и ударила кулаком в живот юноше, дабы проучить наглого мальца. Но тот не двинулся, а кулак Кетцы начал пульсировать. Она старалась не обращать на это внимание, сохраняя лицо, но болело знатно. – Гм… Сильный…
— А ты хорошо сражаешься, Энкиду нравится! – парень улыбнулся и глянул на девицу снизу вверх.
— Почему ты говоришь о себе в третьем лице… Ты шо… Больной? – её указательный палец коснулся щеки мальца, и она стала крутить кистью, стараясь «просверлить» в нём дырку. Но безуспешно. Стекло. Стеклянная броня мешает, а потому потуги тщетны.
Диалог прервало внезапно появление патруля. Статный мужчина в офицерской форме стоял на улице и глядел на двух нарушителей, позади него были солдаты с оружием в руках. Ситуация скверная. Его громкий, командирский голос привлек к себе внимание: «Стоять! Именем Короля Королевства Нукхаар, Его Величества Грера Нукхаара, вы обвиняетесь в нарушении общественного порядка и будете доставлены в тюрьму для допроса! Встать! Лицом к стене!»
Подчиняться его приказам не хотелось. Поэтому Энкиду и Кетца переглянулись. Они кивнули друг другу и рванул навстречу противникам, раскидывая их одного за другим. Если девица особо не задумывалась о последствиях и просто вырубала воинов одного из другим, то лейтенант действовал аккуратно, стараясь скорее обезвреживать их, не нанося серьёзных повреждений. Так они и закончили. Вот только их перепалка подняла на уши весь район, и как следствие – город. Патрули дозорных вместе с королевской стражей выдвинулись по их душу и стали брать в «кольцо». Надо бежать. «Давай за Энкиду!», - крикнул он и рванул вперед, пробираясь сквозь толпы ошарашенных людей и минуя встречи с дозорными, ловко уворачиваясь от каждого удара, что ему предназначался. Она пожала плечами и проследовала за ним. Все равно деваться некуда. Раз уж вместе встряли в проблемы, то и вместе из них выкручиваться.
— Алло! – крикнул он в ден ден муши, что ловко достал из-за пазухи. Он не останавливался, бежал. Решил связаться с командой и уведомить их о том, что они уплывают прямо сейчас, ибо ситуация скверная. – Слушайте приказ Энкиду! Мы отправляемся на Гранд Лайн прямо сейчас, аха-ха-ха! Он тут немного привлек излишнее внимание, поэтому за ним гонятся дозорные и королевская стража. Собираемся возле корабля и отправляемся! Конец связи.
Никто не ответил. Но кто-то точно слышал его приказ. А если кто-то услышал, то он тут же передаст его остальным. Слово за слово, дело за дело, шаг за шагом, он приближался к кораблю. Количество дозорных росло. Ситуация забавная! Его, кстати, узнали. Дело в том, что Энкиду – образцовый революционер и головная боль всех местных дозорных, поэтому, даже несмотря на то, что за его голову не назначена награда, базы получили распоряжение о нем и готовы были ловить незамедлительно. Почему тянут с наградой? Ситуация неопределенная. То ли хотят скрыть, замять его деятельность, то ли просто не могут определиться с цифрами. Не важно! Бежим.
Корабль. «Экстамелантанат» стоял там же, где его и оставили. Экипаж был на нем. На палубе суета. Дозорные пробрались на судно и устроили бой. На пирсе стоит Кухулин и в одиночку сражается с полчищами врагов, не подпуская их ближе. Слышны выстрелы, лязг металла, крики – всё это не очень хорошо, поэтому нужно отправляться. Энкиду забежал на пирс, спиной развернулся к кораблю и не сбавляя темп помахал рукой Кетце, при этом крича: «Запрыгивай на корабль! Мы отплываем». Сказать, что она была в шоке – ничего не сказать. Когда это девушка согласилась плавать вместе с ними? Но деваться некуда. Из-за собственных безрассудных действий и безрассудных действий паренька, она теперь втянута в череду событий, которые не контролирует. Сблизившись с судном, девушка присела на корточки и оттолкнулась от земли, мощным прыжком она запрыгнула на палубу и тут же с кулака вырубила какого-то дозорного. Она втянулась. Она помогает.
— Алло! – крикнул он в ден ден муши, что ловко достал из-за пазухи. Он не останавливался, бежал. Решил связаться с командой и уведомить их о том, что они уплывают прямо сейчас, ибо ситуация скверная. – Слушайте приказ Энкиду! Мы отправляемся на Гранд Лайн прямо сейчас, аха-ха-ха! Он тут немного привлек излишнее внимание, поэтому за ним гонятся дозорные и королевская стража. Собираемся возле корабля и отправляемся! Конец связи.
Никто не ответил. Но кто-то точно слышал его приказ. А если кто-то услышал, то он тут же передаст его остальным. Слово за слово, дело за дело, шаг за шагом, он приближался к кораблю. Количество дозорных росло. Ситуация забавная! Его, кстати, узнали. Дело в том, что Энкиду – образцовый революционер и головная боль всех местных дозорных, поэтому, даже несмотря на то, что за его голову не назначена награда, базы получили распоряжение о нем и готовы были ловить незамедлительно. Почему тянут с наградой? Ситуация неопределенная. То ли хотят скрыть, замять его деятельность, то ли просто не могут определиться с цифрами. Не важно! Бежим.
Корабль. «Экстамелантанат» стоял там же, где его и оставили. Экипаж был на нем. На палубе суета. Дозорные пробрались на судно и устроили бой. На пирсе стоит Кухулин и в одиночку сражается с полчищами врагов, не подпуская их ближе. Слышны выстрелы, лязг металла, крики – всё это не очень хорошо, поэтому нужно отправляться. Энкиду забежал на пирс, спиной развернулся к кораблю и не сбавляя темп помахал рукой Кетце, при этом крича: «Запрыгивай на корабль! Мы отплываем». Сказать, что она была в шоке – ничего не сказать. Когда это девушка согласилась плавать вместе с ними? Но деваться некуда. Из-за собственных безрассудных действий и безрассудных действий паренька, она теперь втянута в череду событий, которые не контролирует. Сблизившись с судном, девушка присела на корточки и оттолкнулась от земли, мощным прыжком она запрыгнула на палубу и тут же с кулака вырубила какого-то дозорного. Она втянулась. Она помогает.
Вернемся к лейтенанту. До Кухулина оставалось метров десять, но перед зеленоволосым возник щуплый, но весьма быстрый дозорный, который мощным пинком в живот отправил того в исходную точку – начало пирса. Завязалась драка.
— Я – капитан Морского Дозора, меня зовут… — с важным видом молвил он, но не договорил.
Энкиду без разницы как его зовут, и кто он. Если стоишь на пути – будь добр уйди в сторону, не мешай. Если не уходишь – тебя подвинут. Молниеносный фехтовальщик создал в руке небольшую стеклянную палку, и словно катаной стал размахивать, намереваясь попасть по оппоненту. Тот на рефлексах успешно уворачивался, но иногда пропускал удары, из-за чего страдал. Что касается контратак, то они были безуспешны, так как стеклянная броня Энкиду отрабатывала отлично. Каждый удар встречался с ней и не мог пробить. Если на ней появлялись трещины, то в ту же секунду юношу их закрывал. Безупречная защита. Сражение длилось с минут пять, ибо, даже несмотря на откровенный перевес в силу в сторону революционера, дозорный хорошо держался и у него была поставлена техника боя. Не зря он капитан, верно? Значит прошёл через множество битв и переловил немало недругов. Тем не менее, после пропущенного удара в бок он открылся, и позволил Энкиду сделать финт ногами для создания стеклянной поверхности на земле, из этой поверхности выстроилась небольшая преграда об которую оппонент запнулся. А затем… Лейтенант просто пихнул плечом дозорного и тот свалился в море. Битва была выиграна, бежим дальше.
Следующие несколько минут проходили сумбурно и в спешке. Матросы сражались с дозорными, им помогали верные соратники Энкиду, да и сам капитан забрался на корабль и уже готов был отплывать. Слушая приказы Беатрис, которая являлась квартирмейстером, он, как и все, снимал паруса, поднимал якорь, чтобы побыстрее отправиться в путь. Спустя томные минуты ожидания судно, наконец-то, двинулось вперед и медленно удалялось из порта под злобные выкрики дозорных и выстрелы их мушкетов. На встречу горизонту.
[Конец халтурного островного квеста / 4056 слов]
— Я – капитан Морского Дозора, меня зовут… — с важным видом молвил он, но не договорил.
Энкиду без разницы как его зовут, и кто он. Если стоишь на пути – будь добр уйди в сторону, не мешай. Если не уходишь – тебя подвинут. Молниеносный фехтовальщик создал в руке небольшую стеклянную палку, и словно катаной стал размахивать, намереваясь попасть по оппоненту. Тот на рефлексах успешно уворачивался, но иногда пропускал удары, из-за чего страдал. Что касается контратак, то они были безуспешны, так как стеклянная броня Энкиду отрабатывала отлично. Каждый удар встречался с ней и не мог пробить. Если на ней появлялись трещины, то в ту же секунду юношу их закрывал. Безупречная защита. Сражение длилось с минут пять, ибо, даже несмотря на откровенный перевес в силу в сторону революционера, дозорный хорошо держался и у него была поставлена техника боя. Не зря он капитан, верно? Значит прошёл через множество битв и переловил немало недругов. Тем не менее, после пропущенного удара в бок он открылся, и позволил Энкиду сделать финт ногами для создания стеклянной поверхности на земле, из этой поверхности выстроилась небольшая преграда об которую оппонент запнулся. А затем… Лейтенант просто пихнул плечом дозорного и тот свалился в море. Битва была выиграна, бежим дальше.
Следующие несколько минут проходили сумбурно и в спешке. Матросы сражались с дозорными, им помогали верные соратники Энкиду, да и сам капитан забрался на корабль и уже готов был отплывать. Слушая приказы Беатрис, которая являлась квартирмейстером, он, как и все, снимал паруса, поднимал якорь, чтобы побыстрее отправиться в путь. Спустя томные минуты ожидания судно, наконец-то, двинулось вперед и медленно удалялось из порта под злобные выкрики дозорных и выстрелы их мушкетов. На встречу горизонту.
[Конец халтурного островного квеста / 4056 слов]
Переход с [Норд Блю] КокХол
Островное приключение |Персиваль Монселе|
Кровь звенела в ушах, отражая стук надрывающегося сердца. Холодный воздух обжигал лёгкие. Он бежал по крышам домов состоятельного района, преследовал вора, который рвал когти изо всех сил, пытаясь оторваться от преследователя. Но бежать с пищащей и брыкающейся птицей подмышкой было не так-то просто.
–––––
– Меня интересует специалист по редким животным, наверняка на острове есть такой, – говорил стрелок.
Персиваль сидел за столом, облокотился о столешницу и глядел на собеседника. Как оказалось, репутация играет немалую роль. А встретить человека, кому прежде продал несколько старинных побрякушек на другом конце Норд Блю, иначе как судьбой назвать нельзя было.
– Что, господин Монселе, вы расширили компетенции не только на артефакты и, так говорят слухи, оружие, но и на экзотические виды? – Мужчина с пышными усами накручивал напомаженное достояние с лёгкой ухмылкой – Это тебе надо было путь держать на Мессу. В тамошнем торговом доме есть на редкость хороший оценщик. Правда, мало кто видел его вживую. Но раз ты здесь… на острове действительно есть один человек. Достаточно образованный и, как говорят, специалист многих областей. Ходячая энциклопедия. Он занимается преподаванием королевских детей и отпрысков богатых семейств. Если вам нужен человек с редкими знаниями, то начать стоит с него.
– И как же мне найти этого господина?
Персиваль взял бокал с бренди, пригубил крепкий напиток и не сводил строгости глаз с собеседника.
–––––
Прогремели два выстрела на тихих улицах, когда Персиваль попытался окончить погоню образом столь радикальным, но вёрткая мишень не желала заканчивать забег, и результатом была лишь подпорченная черепица на покатой крыше. Вниз бежать времени не было. Монселе, оторвав кусок покрытия, скатился сидя на нём, дабы не рисковать рухнуть, как если бы он стоял на куске кровли. Решение грубое едва ли не привело к падению вниз, на улицы, но расстояние, между героем и целью, оказалось сокращено. Спешно поднялся. Юноша побежал по краю крыши в продолжение погони.
–––––
– Господин Юз, верно?
Персиваль стоял на пороге трёхэтажного дома, в месте коем должно найтись решение пищащей на корабле проблемы.
– Смотря, кто интересуется моей скромной персоной – Мужчина, который разменял пятый десяток, снял и протёр запотевшие от перепада температуры очки – Но вы пришли по правильному адресу. Зачем незнакомец, вроде вас, искал меня?
– У меня есть некоторая сложность с одним экземпляром экзотического животного. Мне порекомендовали вас, как самого образованного человека на острове, так что я решил прийти сразу к вам. Ведь даже если вы не сможете мне помочь, то сможете указать на человека, кто достаточно компетентен в искомом вопросе, – ответил Монселе.
Готовность ранняя руки заблокировать ход закрывающейся двери сошла на нет, и стрелок стал дожидаться приглашения войти внутрь, для продолжения сложившегося разговора. Выдерживал приветливую улыбку.
–––––
Треск ломающихся досок разрезал ночную тишину, когда два человека приземлились на крышу складского помещения. Вор был заинтересован в сохранности птицы. Персиваль протаранил его плечом, сбивая с ног, и оный предпочёл врезаться в крышу спиной, а не отпускать животное, спасая птенцу жизнь. Приземлились на мансарде склада, где находились мешки с содержимым мягким и не боящимся влаги. Оба отделались парой заноз, синяков. В лунном свете сверкнула сталь, когда вор обнажил нож.
Намеревался избавиться от седого раз и навсегда, настолько ему надоела погоня.
Островное приключение |Персиваль Монселе|
Кровь звенела в ушах, отражая стук надрывающегося сердца. Холодный воздух обжигал лёгкие. Он бежал по крышам домов состоятельного района, преследовал вора, который рвал когти изо всех сил, пытаясь оторваться от преследователя. Но бежать с пищащей и брыкающейся птицей подмышкой было не так-то просто.
–––––
– Меня интересует специалист по редким животным, наверняка на острове есть такой, – говорил стрелок.
Персиваль сидел за столом, облокотился о столешницу и глядел на собеседника. Как оказалось, репутация играет немалую роль. А встретить человека, кому прежде продал несколько старинных побрякушек на другом конце Норд Блю, иначе как судьбой назвать нельзя было.
– Что, господин Монселе, вы расширили компетенции не только на артефакты и, так говорят слухи, оружие, но и на экзотические виды? – Мужчина с пышными усами накручивал напомаженное достояние с лёгкой ухмылкой – Это тебе надо было путь держать на Мессу. В тамошнем торговом доме есть на редкость хороший оценщик. Правда, мало кто видел его вживую. Но раз ты здесь… на острове действительно есть один человек. Достаточно образованный и, как говорят, специалист многих областей. Ходячая энциклопедия. Он занимается преподаванием королевских детей и отпрысков богатых семейств. Если вам нужен человек с редкими знаниями, то начать стоит с него.
– И как же мне найти этого господина?
Персиваль взял бокал с бренди, пригубил крепкий напиток и не сводил строгости глаз с собеседника.
–––––
Прогремели два выстрела на тихих улицах, когда Персиваль попытался окончить погоню образом столь радикальным, но вёрткая мишень не желала заканчивать забег, и результатом была лишь подпорченная черепица на покатой крыше. Вниз бежать времени не было. Монселе, оторвав кусок покрытия, скатился сидя на нём, дабы не рисковать рухнуть, как если бы он стоял на куске кровли. Решение грубое едва ли не привело к падению вниз, на улицы, но расстояние, между героем и целью, оказалось сокращено. Спешно поднялся. Юноша побежал по краю крыши в продолжение погони.
–––––
– Господин Юз, верно?
Персиваль стоял на пороге трёхэтажного дома, в месте коем должно найтись решение пищащей на корабле проблемы.
– Смотря, кто интересуется моей скромной персоной – Мужчина, который разменял пятый десяток, снял и протёр запотевшие от перепада температуры очки – Но вы пришли по правильному адресу. Зачем незнакомец, вроде вас, искал меня?
– У меня есть некоторая сложность с одним экземпляром экзотического животного. Мне порекомендовали вас, как самого образованного человека на острове, так что я решил прийти сразу к вам. Ведь даже если вы не сможете мне помочь, то сможете указать на человека, кто достаточно компетентен в искомом вопросе, – ответил Монселе.
Готовность ранняя руки заблокировать ход закрывающейся двери сошла на нет, и стрелок стал дожидаться приглашения войти внутрь, для продолжения сложившегося разговора. Выдерживал приветливую улыбку.
–––––
Треск ломающихся досок разрезал ночную тишину, когда два человека приземлились на крышу складского помещения. Вор был заинтересован в сохранности птицы. Персиваль протаранил его плечом, сбивая с ног, и оный предпочёл врезаться в крышу спиной, а не отпускать животное, спасая птенцу жизнь. Приземлились на мансарде склада, где находились мешки с содержимым мягким и не боящимся влаги. Оба отделались парой заноз, синяков. В лунном свете сверкнула сталь, когда вор обнажил нож.
Намеревался избавиться от седого раз и навсегда, настолько ему надоела погоня.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)