Серые острова. Первый путь - третий остров. Селд

Ранее бывший относительно сдержанным и собранным, ныне кот утратил всё поддавшись тем навеянным мыслям и желанию убивать. Его уже не сдерживали этические и моральные принципы, лишь желание узнать какого же цвета будет кровь данной наглой особы, вследствие чего кот за время её акробатики и раздавания другим порции пиздюлей, уже успел претерпеть физическую трансформацию в гибридную форму, а в его руках из дыма успела материализоваться катана в ножнах. Рывком, сократив расстояние до дамочки, когда та собиралась доставать дощечки, кот находясь на расстоянии в полуметр, попытался провести атаку катаной «иайдзюцу», что подразумевало под собой мгновенное обнажение катаны, которое также сопровождалось атакой снизу вверх острой стороной лезвия. Не способный себя контролировать и четко отдавать себе отчёт о ситуации, кот все-таки был в состоянии провести атаку, при которой он использовал инерцию от рывка в купе с иайдзюцу, таким образом, продемонстрировав свою лучшую из возможных на данный момент атак, а именно в момент, когда он достиг необходимой дистанции, он ослабил свою правую ногу, а левую использовал как опорную, вследствие чего начал припадать на правое колено. По инерции, его верхнюю часть тела понесло вперёд, однако Изуру в этот момент перенёс центр тяжести таким образом, чтобы отклонить тело назад, а полученную инерцию перенёс на свою ведущею правую руку, позволив ей под этим воздействием и его собственной силой и скорость, быстро провести обнажение катаны, таким образом проведя удар. Разумеется, будь кот в сознании, он бы понимал что его противник способен избежать подобной атаки, а также нанести удар по с виду открытой голове Изуру, благодаря чему в момент попытки провести атаку по голове, мог бы расслабить ноги и просто упасть, назад проведя атаку когтями на левой руке. Однако сейчас, кот лишь злобно скалился, смотря на жертву глазами полными злобы.

Для уточнения, атака проходит уже после атак остальных личностей, так что в случае попытки уклонения, атака приходится в местоположение Фриги на момент последней атаки союзника.

Артимуса обвалок пепел, попутно вправив вывихнутую ногу, поднявшись на ноги появилась броня а в руках метательные ножи.
<Черт , вот же вляпылся, тело совсем не слушаеться. > Начал метать ножи во Фригу.

Этельвульф

Вот и нравилось же этой женщине бить его по лицу. Нет, я конечно, не спорю, что он не красавчик и его мордашку смазливой не назвать, но знаете, никому не хочется, чтобы их били по физиономии. Особенно если учитывать тот факт, что это уже второй раз. От пинка в лицо голова отклонилась назад и он машинально сделал шаг назад, чтобы его не оттолкнуло слишком сильно. Была бы его воля он бы уже схватил эту нахальную девицу за ногу и приложил пару раз об землю как какую-то игрушку, но она была слишком проворной. Сальтухи тут крутила, постоянно перемещалась и использовала какие-то дощечки.
К ней там на помощь даже пришли и говорили что-то о том, что им нужен какой-то там обряд. То есть, это сейчас им должны провести обряд очищения, да? Ух ты, а как это будет происходить? А, ладно, не важно.
В отличии от Эвелин и Эвери, которым требовались некоторые приготовления для сильнейших своих атак Этельвульфу это все было не нужно. Он же просто зоанщик с рукопашкой. Что ему там нужно было? Какие-то специальные техники? Зоан+ может быть? Ой, да не дорос он еще до всего этого. За пару рывков оказавшись рядом с группой свадов он принялся молотить сжатыми в кулак лапами по Фриге, но его удары, наверное, останавливали руны(?). Ну а дальше не трудно было догадаться что произошло. Уклоняться от атак своих же союзников? Да кому это нужно. Никому конечно. Из этого следует, что волк вполне успешно втанковал один взрывной бласт и ему сильно повезло, что из-за его силы его тушка была отброшена куда-то в сторону, а то словил бы он еще и остальные, пострадав еще сильнее. Того и гляди еще бы куски земли от Эвери словил бы. Приятного было бы мало.

К сожалению, выпад белоперого обернулся для него неудачей - туманная глефа столкнулась с доспехом неизвестного свада, но не нанесла даже малейших повреждений. Павлин раздосадованно рыкнул, выдохнул и готов было нанести ещё один удар, влекомый лишь желанием уничтожать, навязанным ему проклятием. Однако следующей атаки не суждено было случиться - удар воина сначала прошел сквозь логийность вольного императора, и тот хотел было победно хмыкнуть, однако второй - по-мощнее - каким-то образом смог пройти сквозь возможность фрукта Азира, и причинил сильную боль, впечатывая пирата в землю. Зверолюд сдавленно захрипел, он уже и забыл о том, что способен принимать хоть какой-то урон. Что же это за сила, способная пробить даже силу дьявольского плода?
Белоперый откашлял кровь и кое-как поднялся, опираясь на своё улучшенное оружие. Он медленно провел лапой по земле, выравниваясь. То ли дело было в ударе, то ли просто он выдохся - но дыхание императора сбилось, он выдыхал тяжело и хрипло, а по телу свинцом наливалась усталость. Но сила, что заставляла Азира нападать, была куда сильнее, и поэтому зверолюд встал в боевую стойку и, повинуясь ярости, рванул вновь на Одиннадцатого, совершенно забывая о том, что может атаковать с дистанции.

Йомирин все еще находилась без сознания, совершенно не понимала, что творит на самом деле, но продолжала, ибо без осознания происходящего и желания что-то менять не могла ничего поделать с тем, куда невольно встряла. Наверное, окажись она в какой-либо другой ситуации, то наверняка что-нибудь предприняла, дабы избежать такой участи. Но она была слишком бесполезна и беспомощна. Поэтому ее тело просто продолжало двигаться машинально и как оно было необходимо.

Хакурю

Копейщик продолжал стоять, и наблюдал за всем, что творится вокруг. "Наблюдал" это громко сказано, ибо перед его глазами, из-за морального и физического переутомления, уже было непроглядное черное нечто, а не весь этот театр из спецэффектов. Этельвульф, Эвелинн и бла-бла-бла, они что-то делали, пытались задеть Фриду, но у них ничего не выходило. Как брюнет понял это? По звукам, которые он, все ещё, мог различать. Но, тем не менее, организм потихоньку начинал подводить, и покачивания из стороны в сторону не сулили ничего хорошего. Кровь идет, она не останавливается, а тело постепенно "выключает" бесполезные рецепторы, поэтому боль угасает. Болит меньше, но усталость все ещё трясет тело. Революционер находился в промежуточной стадии между кратковременной потерей сознания и ясным умом. Терпеть было тяжело. Все те эмоции, что Аэндир насильно влил в них, проникали в самую глубь сердца, и заполоняли каждую ячейку сознания.

- Слабак! Убей её, - снова галлюцинации, которые вызваны сильным моральным переутомлением. Властно приказывающий голос не подходил под категорию "мужской/женский", это была сборная солянка, мешанина из множества голосов: детский, взрослый, мужской, женский - смешалось все, и это Все разрывало сознание революционера.

- Если я решил не убивать её, значит так и будет, - тихо, шёпотом, произнес Рен, облокотившись о свой клинок. Ноги отказывались твердо держать его, сознание работало через раз, галлюцинации донимали своей приставучестью и, кажется, сил совсем не остается. Фрида кричит, чтобы каждый из них вдарил по ней своей сильнейшей способностью, но вся та ярость, вся та энергия, сошли на нет. Невозможно черпать силы из тела, который полностью истратил всю свою энергию, если конечно туман не подпитывает её, что вряд ли. Принц, в последнем рывке ненависти, поднял катану на уровне своей груди, сделал один неуверенный шаг и просто упал на колени, ибо силы окончательно покинули его, но перед этим хорошенько измотали измученное тело.

Тсукико.

Всё также испытывая ярость и временную слепоту, Зеро поняла, что находится перед врагом. Вытащив пистолет, девушка начала стрелять в разные стороны, атакуя врага.

! Дед 24.06 в 22.00 по мск

Ярость, бушевавшая в вольном императоре, никак не спадала, а сил на удары оставалось всё меньше. В слуховых проходах большого птица нещадно звенело, но желание атаковать даже не послабело, а словно становилось всё сильнее с каждой неудачной атакой. = ...Думаю, пока заканчивать, пока вы не померли, – вся фраза не дошла до белоперого, да и обрывки, что коснулись слуха императора, связным текстом назвать было сложно. "Заканчивать... Померли?" – Азир с трудом смог разобрать всего пару слов. Тяжелая усталость пульсировала, заставляя трясти голову, дабы хоть как-то двигаться вперед. Пират уже было готов был двинуться снова на врага, но неведомая – как неожиданно – сила прибила его, как мухобойкой, к земле, не позволяя двинуться с места. Глаза зверолюда налились кровью: лопнули многочисленные капилляры, что питали орган зрения. Павлин из всех сил пытался сопротивляться давлению на спину, однако ни к чему эти действия не вели, а скорее наоборот – казалось, что с каждой попыткой вырваться становилось всё тяжелее. Перед туманным взглядом императора возникли чьи-то сначала сапоги, а потом кто-то залил в клюв не имеющего возможности сопротивляться Азира странную жидкость, и начался ад. Если бы зверолюд был в силах хоть что-то подумать, он посчитал бы, что его напоили самым страшным и сильным ядом, но он не мог связать ни единой мысли в единую, в голове красным цветом подсвечивалось лишь одно слово "Больно". Несколько секунд стали для вольного императора вечностью: болела, кажется, каждая клетка истощенного организма, это было похоже на сгорание заживо, и, вероятно, император выдавал вслух бессвязные хрипы, похожие на имена, если ещё был в состоянии. "Так ощущается смерть?" – единственная мысль, несущая хоть какой-то смысл, пронеслась в мутном сознании павлина за мгновение до того, как он провалился в густую и вязкую тьму, окончательно отключившись.

Хакурю

Волшебные таблички, барьер. Копейщик не видел всего того, что происходило прямо перед глазами. Тьма и пустота окутали его сознание, заполонив собою взор. Если вы помахаете около его лица рукой, то не заметите никакой реакции. Он ничего не видел. Его сознание находилось за пределами деревни, да и всего острова в целом. Стресс, моральное и физическое истощение - все это комком смешалось в его голове, и мы имеем то, что имеем. Обессиленный принц стоял на коленях, опустив голову вниз. Его единственная опора - руки, кое-как держали измученное тело, и тряслись под натиском всей той массы, что давила на них сверху. Он был в сознании, но долгое время не мог прийти в себя. Даже собственный голос казался ему чем-то чужим, как будто множество разных голосов объединились в один и донимают его своими бесконечными советами. Раздражают. Не было сил сопротивляться. Нет сил твердо стоять на земле. Руки сдались, и повалились на землю, а следом за ними и тело Хакурю, который просто потерял сознание из-за всей той неразберихи, что ему пришлось пережить. Перед этим он, кажется, чувствовал какую-то боль. Агония, жжение. Все эти ощущения дошли до него с опозданием, ибо чувствительность притупилась. Но это не значит, что он не ощутил их в полной мере. Мгновение перед потерей сознания может длиться слишком долго. Иногда это "слишком долго" нельзя описать секундами или минутами. Принц прикрыл уставшие глаза и отдался страданиями, провалившись в обморок.