Но обоим революционерам не привыкать к условиям лучше, так как для них было достаточно, что у них есть хоть какие-то условия, чтобы можно было спокойно реализовывать дела. Чжан давно наблюдала свои яркие сны, головой разместившись на плече Гиала, а блондин, в свою очередь, не поддающийся сну, смотрел в потолок.
- - Всё сделал в лучшем виде, - сразу с комментарием посетил хибару Крачка, передавая фехтовальщику осторожно, чтобы не разбудить капрала, несколько бумаг и тучно усаживаясь на скамейку. Стараясь излишне не двигаться, Гиал принялся изучать письменную сводку моряка, сразу же неосознанно в задумчивости прочищая горло.
- - Ей снова не понравится, что ты действуешь за её спиной, - нарушил вновь тишину старик, снимая с себя все кольца и браслеты.
- - У нас нет времени на её пререкания и обдумывание иных путей, - оправдался фехтовальщик и поднял взгляд на товарища, - Вот, по утру надо что-то решить.
- - Дай ей шанс взять всё в свои руки, - посоветовал Зиг.
- - Что вы к ней цепляетесь так, будто бы они не безнадёжна?
- - Потому что она умнее тебя, Гиал, и стократно, а ты этого признавать не хочешь. Рано или поздно своим высокомерием ты нас и загубишь. Действовать за спиной товарищей - не то же самое, что помогать.
- - Но ты поддержал мою инициативу.
- - Разово. Лишь потому, что мне понравилось. Но это не значит, что я буду дальше идти против командира. Ты ведёшь себя крайне не дисциплинированно, Гиал.
- - Ладно, старик, я тебя понял, - больше вызывающе и с сарказмом произнес блондин, переводя внимание на светлый кучерявый затылок спящей девушки. - Дадим ей шанс, и посмотрим.
Прежняя динамичность происходящих событий могла показаться детским лепетом на фоне той агрессии и инициативности, что лились от всех проявлений эмоций Юханны. Начиная с агрессии и выпадок на блондина за его не координацию и заканчивая какими-то чрезмерными планами с переподвыпедвертом, революционеры наконец сошлись на одном из возможных путей развития, выдвинутых капралом. Гиал согласился с тактикой крайне неохотно и больше под угнетающем взглядом Крачки, а Цина, всё это время их прослушивая, как аудиокнигу, полностью поддержала девушку, предоставляя ей любую необходимую от себя поддержку.
Есфирь, в сопровождении личной стражи (правда, девушку не охраняли, а держали, по большей части, как выгодную пленницу) шла по уже успевшим приесться коридорам в направлении своей "мастерской". От хвоста была какая-никакая польза: ей удалось заставить их тащить материалы, которые она запросила для работы. И хорошо, что их оказалось в избытке, а эти двое не привыкли задавать лишних вопросов. Забавно, что когда они получили взбучку за то, что оставили Есфирь без присмотра – она возымела обратный эффект. Теперь они не отходили ни на шаг, но злились на своего начальника. А для размышления, зачем мастеровой понадобились компоненты довольно мощной взрывчатки, места не осталось. Хватило и сшитого белыми нитками аргумента, что для измерения пропорций взрывного заряда.
В своей мастерской, без разглагольствований смотрителей, у которых резко поубавилось желания лишний раз мешаться под рукой, девушка корпела над зарядом. От гранаты она отказалась, так как там не получится направить ударную волну, и её с пленником будут долго оттирать со стен, поэтому заряд должен иметь направленное действие. Прикидывая свои небогатые познания в пиротехнике, она решила создать полую укреплённую чашу, чтобы взрывная волна, в первую очередь, ломанулась в стену. Не факт, что сработает как нужно. Но времени для выковывания крепкой металлической ёмкости не было. Железная миска хоть и не была эталоном прочности, но свою работу должна выполнить. Основным взрывающим было выбрано вещество, внешне похожее на пластилин, но, как предупредили, работать с ним нужно крайне осторожно, так Есфирь и поступила. Убив почти весь день на самодельную бомбу, нужно было придумать, как избавиться от хвоста. Ну, как избавиться - было не сложно, сложнее было решиться на это.
- - Фуф, что-то я устала, что там со временем?
ONE PIECE RP ·
[Саус Блю] Альдида
= Уже должно вечереть, скоро ужин будет.
- - Тогда испытывать, как подойдёт это вещество. будем уже завтра. – Есфирь вызывающе поправила свою одежду, убедившись, что зрители не пропустили этого акта. - Тогда предлагаю отправиться в столовую сейчас. У меня для вас будет ещё поручение, а то я так устала с этой работой.
Как же хорошо, что для преступников понятие "дисциплина" встречается только в словаре, который они не читали.
Есфирь аккуратно встала с кровати, не потревожив сон своего эскорта и, натянув на себя одежду, начала приводить свой план в исполнение. В первую очередь, нужно было уничтожить плоды своих многочасовых трудов. Если бы мастеровая показывала ненастоящие чертежи, ну или настоящие насколько она могла судить, то обман мог быть быстро раскрыт, так что бумаги должны исчезнуть во всепожирающем огне. Подпалив одну из бумаг, положила занявшийся огнём лист на кипу таких же, глядя с печалью, как умирают многие часы её трудов. Но она же знала изначально, что так придётся поступить. Схватив в руки бомбу, спешно, но аккуратно, покинула помещение. Уже скоро дым от горящих бумаг и дерева наполнит коридор, к тому моменту она должна быть настолько далеко отсюда, насколько это возможно.
Есфирь, словно мышь, прошмыгивала от одного помещения к другому. Бóльшая часть уже мирно спали; кто-то резался в карты и не сильно замечал, что творится вокруг. Проходя мимо коморки "коменданта", она даже уловила часть ругани о том, что посыльный так и не пришёл, а на территорию каким-то образом проник посторонний и споил десяток бойцов. Старый пройдоха (он же Крачка), кажется, мог выкрутиться из любой ситуации, если дать ему возможность орудовать языком. Следовало отправлять его. Глядишь и эвакуация бы не пригодилась.
Уже через пару минут девушка добралась до тюремных этажей, и оставалось найти того, кого она ищет, ведь ей известно только, с какой стороны находятся камер (но не точный этаж). А поторопиться стоило: снизу уже доносились крики о пожаре, а значит - или успех, или смерть, в лучшем случае. А ложиться ещё под пачку бандитов, в планы не входило. Стремглав Есфирь бросилась по коридору тюремного этажа. Встретив удивлённого дежурного, она сходу вырубила его ударом локтя и, отцепив связку ключей, бросилась дальше. Хорошо, что он оказался здесь, не придётся ломать голову, как выламывать решётку.
Добежав до нужного коридора, брюнетка сняла факел и начала заглядывать в камеры одну за другой. Увы, но почти во всех камерах она видела лишь тела, которые, кажется, не так давно покинула жизнь от постоянных побоев и отвратительного содержания. Наконец, она нашла камеру, где в человеке ещё теплилась жизнь. Хотя выглядел он не сильно живее своих соседей и мог скоро отправиться за ними.
- - Ты из революционеров?
= Отвали, я и так скоро сдохну, можешь избить мой труп, но дай хоть уйти по-нормальному.
- - Будем считать, что это - да. Я тоже. Меня зовут Есфирь, нас отправили вытащить вас с острова.
Человек на секунду приободрился, но от того он лишь ещё больше стал похож на живой труп.
= Нас не бросили? Мы ничего им не рассказали, хотя в пытках они были изобретательны. А мои товарищи?
- - Ты последний.
Есфирь ничего не оставалось, как подыграть бреду революционера, так как рассказывать о том, что он прибыл по заданию один и, ещё хуже, убедать его в этом - слишком долго. Открыла решётку, еле найдя подходящий ключ, и та со скрипом распахнулась.
- - Выйди в коридор, я сейчас сделаю для нас выход.
= Хорошо. Но я не смогу быстро, у меня ноги переломаны.
Последний выживший, наконец обретя надежду на спасение, пополз на руках к выходу из камеры, но с каждым толчком он делал это всё медленнее, каждое последующее движение лишь больше подчеркивало его близость с концом существования. Как никак, простая надежда не могла вернуть в него жизнь окончательно. Видя жалкие потуги спасаемого, Есфирь установила заряд на стену и со скоростью, что и зайца бы посрамила, подхватывая на руки бедолагу, выскочила в коридор.
- - Тогда испытывать, как подойдёт это вещество. будем уже завтра. – Есфирь вызывающе поправила свою одежду, убедившись, что зрители не пропустили этого акта. - Тогда предлагаю отправиться в столовую сейчас. У меня для вас будет ещё поручение, а то я так устала с этой работой.
Как же хорошо, что для преступников понятие "дисциплина" встречается только в словаре, который они не читали.
Есфирь аккуратно встала с кровати, не потревожив сон своего эскорта и, натянув на себя одежду, начала приводить свой план в исполнение. В первую очередь, нужно было уничтожить плоды своих многочасовых трудов. Если бы мастеровая показывала ненастоящие чертежи, ну или настоящие насколько она могла судить, то обман мог быть быстро раскрыт, так что бумаги должны исчезнуть во всепожирающем огне. Подпалив одну из бумаг, положила занявшийся огнём лист на кипу таких же, глядя с печалью, как умирают многие часы её трудов. Но она же знала изначально, что так придётся поступить. Схватив в руки бомбу, спешно, но аккуратно, покинула помещение. Уже скоро дым от горящих бумаг и дерева наполнит коридор, к тому моменту она должна быть настолько далеко отсюда, насколько это возможно.
Есфирь, словно мышь, прошмыгивала от одного помещения к другому. Бóльшая часть уже мирно спали; кто-то резался в карты и не сильно замечал, что творится вокруг. Проходя мимо коморки "коменданта", она даже уловила часть ругани о том, что посыльный так и не пришёл, а на территорию каким-то образом проник посторонний и споил десяток бойцов. Старый пройдоха (он же Крачка), кажется, мог выкрутиться из любой ситуации, если дать ему возможность орудовать языком. Следовало отправлять его. Глядишь и эвакуация бы не пригодилась.
Уже через пару минут девушка добралась до тюремных этажей, и оставалось найти того, кого она ищет, ведь ей известно только, с какой стороны находятся камер (но не точный этаж). А поторопиться стоило: снизу уже доносились крики о пожаре, а значит - или успех, или смерть, в лучшем случае. А ложиться ещё под пачку бандитов, в планы не входило. Стремглав Есфирь бросилась по коридору тюремного этажа. Встретив удивлённого дежурного, она сходу вырубила его ударом локтя и, отцепив связку ключей, бросилась дальше. Хорошо, что он оказался здесь, не придётся ломать голову, как выламывать решётку.
Добежав до нужного коридора, брюнетка сняла факел и начала заглядывать в камеры одну за другой. Увы, но почти во всех камерах она видела лишь тела, которые, кажется, не так давно покинула жизнь от постоянных побоев и отвратительного содержания. Наконец, она нашла камеру, где в человеке ещё теплилась жизнь. Хотя выглядел он не сильно живее своих соседей и мог скоро отправиться за ними.
- - Ты из революционеров?
= Отвали, я и так скоро сдохну, можешь избить мой труп, но дай хоть уйти по-нормальному.
- - Будем считать, что это - да. Я тоже. Меня зовут Есфирь, нас отправили вытащить вас с острова.
Человек на секунду приободрился, но от того он лишь ещё больше стал похож на живой труп.
= Нас не бросили? Мы ничего им не рассказали, хотя в пытках они были изобретательны. А мои товарищи?
- - Ты последний.
Есфирь ничего не оставалось, как подыграть бреду революционера, так как рассказывать о том, что он прибыл по заданию один и, ещё хуже, убедать его в этом - слишком долго. Открыла решётку, еле найдя подходящий ключ, и та со скрипом распахнулась.
- - Выйди в коридор, я сейчас сделаю для нас выход.
= Хорошо. Но я не смогу быстро, у меня ноги переломаны.
Последний выживший, наконец обретя надежду на спасение, пополз на руках к выходу из камеры, но с каждым толчком он делал это всё медленнее, каждое последующее движение лишь больше подчеркивало его близость с концом существования. Как никак, простая надежда не могла вернуть в него жизнь окончательно. Видя жалкие потуги спасаемого, Есфирь установила заряд на стену и со скоростью, что и зайца бы посрамила, подхватывая на руки бедолагу, выскочила в коридор.
Юханне уже начинало казаться, что план был всё-таки сомнительным (действительно). Находясь на крыше штаба одной из ячеек бандитов, она находила в нём всё больше изъянов и вариаций, как всё могло пойти не по плану. Ночь тянулась крайне медленно, пока снизу не послышались движения. Кажется, кто-то кричал про пожар, люди забегали и засуетились. И всё не потому, что они не понимали, что происходит и что они должны делать, а даже наоборот - вкусившие азарт и привыкшие к взрывному (буквально) королевству, они готовы были находить ещё пути для дополнительных взрывов, устроив своеобразную вечеринку. Тем не менее из их криков можно было определить следующую информацию: кто-то пропал, возможно, кто-то сгорел, если не послышалось, то двое, выбежавших со страшными криками из какой-то комнаты. Значит, план перешёл в самую волнительную фазу – активную.
Чужеземка посильнее сжала в руках кусок толстой верёвки. Как раз такой, чтобы план (дырявый, как решето) имел шансы на исполнение.
Тишина ночи. Относительная тишина (снизу всё ещё галдели люди, пытающиеся совладать с огнём в положительную и отрицательную сторону того смысла) нарушилась громким, словно гром, взрывом. Подбежав к источнику, Чжан увидела лишь уже выпавший кусок стены, приземлившийся на крышу стоящего вплотную соседнего дома. Нужно отдать должное строителям, крыша не обвалилась. Юханна бросила верёвку вниз и почти мгновенно громко, насколько могла, крикнула.
- Прыгайте!
Если даже слово в своей полновесной четкой форме не достигло цели, но один из уникальных голосов Чжан, которая по природе своей являлась сборной солянкой довольно особенной, точно был узнаваем для необходимых ушей. Почти одновременно, когда верёвка достигла уровня резко увеличившегося окна, из него вылетел сначала человек, и, почти одновременно, выпрыгнула Есфирь, отчаянно держась за верёвку. Но она не оправдала ожиданий мастерицы - не натянулась под их весом. Падение продолжалось, не изменив скорости, так как девушка сжимала не кусок, а почти всю верёвку. Конец? Мог бы быть, если бы не одиозный план по приземлению, который мог пойти десятком способов, и девять из них были крайне болезненными. Но когда крыша уже опасно приблизилась, а Есфирь успела усомниться в плане эвакуации, верёвка с силой натянулась, останавливая падение и, почти сразу, вернулась в нормальное состояние, отчего падение было не очень приятным, но без повреждений. По крайней мере тех, которые страшнее возможных небольших синяков. Но этого хватило для революционера, который начал откашливать кровь. Пленник цеплялся за последние ниточки, держащие его среди живых.
- Держите верёвку!
Времени проверять исполнение приказа у Юханны не было. Кучерявая взяла небольшой разгон и спрыгнула с крыши, примерно, в ту же сторону, что и те, кого они спасали, только целясь в зону улицы. Долетев до того места, когда уже, кажется, что пора, чужеземка вновь притянула на себя верёвку, которая свободным концом устремилась навстречу хозяйке. Вцепившись в верёвку и молясь, чтобы не вцепилась слишком низко, Юханна описала дугу, едва не утянув за собой подругу, и кубарем приземлилась на брусчатку улицы, проклиная того, кто эти камни выкладывал.
Взрывы в этом городе не были для кого-то чем-то особенным. Кроме как для тех, кто понимал, что этот - необычный. Увидев приземление девушки, один из бандитов уже хотел поднимать тревогу, указывая на неё. Но не срослось, кричать с проломленным бумерангом лицом было крайне неудобно. Впопыхах девушки умудрились спустить на верёвке революционера, а вслед за ним съехала и мастерица.
- А что с ногами?
- - Ты серьёзно сейчас хочешь об этом поговорить?
Причитать времени не было, из соседнего переулка вынырнул один из бандитов, но не успели девушки заметить его не самое боевое выражение лица, как он обмяк и тушей упал на землю. На его спине зиял глубокий и широкий разрез, по-видимому, добивший его, а над телом теперь возвышался Гиал.
- - Быстрее, нужно делать ноги, пока они все отходы не перекрыли.
Чужеземка посильнее сжала в руках кусок толстой верёвки. Как раз такой, чтобы план (дырявый, как решето) имел шансы на исполнение.
Тишина ночи. Относительная тишина (снизу всё ещё галдели люди, пытающиеся совладать с огнём в положительную и отрицательную сторону того смысла) нарушилась громким, словно гром, взрывом. Подбежав к источнику, Чжан увидела лишь уже выпавший кусок стены, приземлившийся на крышу стоящего вплотную соседнего дома. Нужно отдать должное строителям, крыша не обвалилась. Юханна бросила верёвку вниз и почти мгновенно громко, насколько могла, крикнула.
- Прыгайте!
Если даже слово в своей полновесной четкой форме не достигло цели, но один из уникальных голосов Чжан, которая по природе своей являлась сборной солянкой довольно особенной, точно был узнаваем для необходимых ушей. Почти одновременно, когда верёвка достигла уровня резко увеличившегося окна, из него вылетел сначала человек, и, почти одновременно, выпрыгнула Есфирь, отчаянно держась за верёвку. Но она не оправдала ожиданий мастерицы - не натянулась под их весом. Падение продолжалось, не изменив скорости, так как девушка сжимала не кусок, а почти всю верёвку. Конец? Мог бы быть, если бы не одиозный план по приземлению, который мог пойти десятком способов, и девять из них были крайне болезненными. Но когда крыша уже опасно приблизилась, а Есфирь успела усомниться в плане эвакуации, верёвка с силой натянулась, останавливая падение и, почти сразу, вернулась в нормальное состояние, отчего падение было не очень приятным, но без повреждений. По крайней мере тех, которые страшнее возможных небольших синяков. Но этого хватило для революционера, который начал откашливать кровь. Пленник цеплялся за последние ниточки, держащие его среди живых.
- Держите верёвку!
Времени проверять исполнение приказа у Юханны не было. Кучерявая взяла небольшой разгон и спрыгнула с крыши, примерно, в ту же сторону, что и те, кого они спасали, только целясь в зону улицы. Долетев до того места, когда уже, кажется, что пора, чужеземка вновь притянула на себя верёвку, которая свободным концом устремилась навстречу хозяйке. Вцепившись в верёвку и молясь, чтобы не вцепилась слишком низко, Юханна описала дугу, едва не утянув за собой подругу, и кубарем приземлилась на брусчатку улицы, проклиная того, кто эти камни выкладывал.
Взрывы в этом городе не были для кого-то чем-то особенным. Кроме как для тех, кто понимал, что этот - необычный. Увидев приземление девушки, один из бандитов уже хотел поднимать тревогу, указывая на неё. Но не срослось, кричать с проломленным бумерангом лицом было крайне неудобно. Впопыхах девушки умудрились спустить на верёвке революционера, а вслед за ним съехала и мастерица.
- А что с ногами?
- - Ты серьёзно сейчас хочешь об этом поговорить?
Причитать времени не было, из соседнего переулка вынырнул один из бандитов, но не успели девушки заметить его не самое боевое выражение лица, как он обмяк и тушей упал на землю. На его спине зиял глубокий и широкий разрез, по-видимому, добивший его, а над телом теперь возвышался Гиал.
- - Быстрее, нужно делать ноги, пока они все отходы не перекрыли.
Не задавая вопросов, тактик, без лишней деликатности и нежности, взвалил революционера на себя, и вся троица припустила исчезать в закате. Хоть и с серьёзным опозданием: солнца уже давно не было на горизонте. Сделав лишь одну остановку в неприметном закутке, чтобы проверить состояние спасаемого революционера, пришлось констатировать факт, что он рискует не дотянуть даже до корабля. Он пребывал в бреду, с каждой секундой, теряя связь с реальностью, однако умудрившись на короткое время вернуть здравый рассудок и вытянув всю возможную на данный момент информацию, бросились дальше к выходу из города.
За ними будет след. Их, возможно, будут искать. А тело спасённого пленника становилось будто легче по преодолению расстояния. Так что всё сводилось к тому, что им необходимо ещё задержаться на острове, но прочувствовать грань, когда следует незамедлительно уплыть. Попросить в очередной раз помощи в Слэб-Тауне, но не подставить под угрозу жизни населения. И убедиться в том, что спасённый выживет, а если нет - успеть вытащить из него хоть какие-то крупицы знаний, необходимые революционной армии.
(Островное приключение - конец\ 8027 слов)
За ними будет след. Их, возможно, будут искать. А тело спасённого пленника становилось будто легче по преодолению расстояния. Так что всё сводилось к тому, что им необходимо ещё задержаться на острове, но прочувствовать грань, когда следует незамедлительно уплыть. Попросить в очередной раз помощи в Слэб-Тауне, но не подставить под угрозу жизни населения. И убедиться в том, что спасённый выживет, а если нет - успеть вытащить из него хоть какие-то крупицы знаний, необходимые революционной армии.
(Островное приключение - конец\ 8027 слов)
(Дополнительный квест N1 - начало)
Самое большое безумие - видеть жизнь такой, какая она есть, и не замечать, какой она должна быть.
Утро в Слэб-Тауне выдалось относительно безрадостным. Разумеется, безумный план по спасению революционера увенчался успехом, и выбраться из городского муравейника удалось, ничего и никого не потеряв. Однако утро могло перечеркнуть все успехи: спасаемый был крайне плох. Остаток ночи он пребывал в явном бреду, и единственное, что спасало молодого человека - это постоянный присмотр за его состоянием со стороны команды. Основной вклад вносил бывший фельдшер, которого помогла отыскать Цина. Оставалось только надеяться, что бедняга не испустит дух окончательно; хотя бы до того, как удастся с ним переговорить и вытащить ту информацию, которую он добыл.
- - Я лишь надеюсь, что мы не зря сейчас тут надрываемся. - Гиал стоял в проходе, вновь облачившись в свои жестянки. Не сказать, что он как-то «надрывался»: его роль завершилась доставкой тела до места, а дальнейшего участия он уже не принимал, наблюдая со стороны. - Если он ничего не знает, то можно было и просто добить его. Хотя... в этом не было необходимости. К утру бы сам представился.
- Как можно быть таким чёрствым? - Юханна бросила полный злобы взгляд на юношу, чтобы он точно понял степень её неодобрения. - Он же один из вас… нас… в любом случае, мы должны хотя бы попытаться спасти его. Ты бы, наверняка, не хотел, чтобы мы с тобой поступили так же, как предлагаешь ты.
- - Скажу больше: я прошу, что если я стану обузой - добить меня прямо там на месте. Одна жизнь не стоит того, чтобы ставить под удар всех. Тем более.. чтобы ради твоей шеи рисковали другие и расплачивались за твою ошибку.
Теперь на Гиала были направлены все глаза, что были в этом помещении (кроме больного, он всё также смотрел сквозь потолок).
- - Что? Вам я могу обещать то же самое. Лучше сразу, чем... как он.
- Ты неисправим.
- - Потому что я идеален. К нам гости.
В дом вошла Цина, она была сильно удручена, погружённая в свои мысли и, видимо, собиравшаяся с мыслями сделать то, что не привыкла. Просить.
= Я вам не сильно помешаю? Юханна, я бы хотела обсудить с тобой кое-что. Если несложно, пройдём со мной.
Выйдя вслед за Циной, они вдвоём прошли едва ли всё поселение насквозь в гнетущем молчании, остановившись лишь у огромной цистерны, которая почти полностью была закопана в землю. Так что "огромная" - скорее предположение. Но по диаметру можно было предположить, что бочка вправду выше упомянутых размеров.
= Это наш колодец. Один из. Дело в том, что наше бедственное положение более бедственное, чем кажется. Я ещё не распространялась об этом, но в наших колодцах почти не осталось воды. Боюсь, если мы не найдём воду в ближайшее время, поселение может...
- У тебя есть идея? Иначе бы ты спросила по-другому. Ты знаешь, откуда можно взять пресной воды?
= На самом деле, да. Среди нас нет ни бойцов, ни солдат, так что на реализацию такого плана мы бы не решились, но с вашей помощью… в общем, по острову разбросаны скважины, откуда пресную воду берёт столица. Оттуда ежедневно курсируют обозы с водой в город, но они охраняются. Не слишком качественно; на острове нет таких сорвиголов, кто грудью мог бы броситься на них, но всё же.
- Ты просишь ограбить этот обоз? А как же люди в самой столице, ведь если не будет воды там, то мы поставим под угрозу уже жителей самого города.
= Я бы не сказала, что меня это сильно беспокоит. Но если тебе от этого будет легче, этих обозов достаточно много, больше десяти уж точно. От потери одной бочки город не пострадает, а нам это даст время, чтобы найти другой выход. Я не могу от вас требовать чего либо, но я про…
- - Так, когда выдвигаемся? Капрал.
Самое большое безумие - видеть жизнь такой, какая она есть, и не замечать, какой она должна быть.
Утро в Слэб-Тауне выдалось относительно безрадостным. Разумеется, безумный план по спасению революционера увенчался успехом, и выбраться из городского муравейника удалось, ничего и никого не потеряв. Однако утро могло перечеркнуть все успехи: спасаемый был крайне плох. Остаток ночи он пребывал в явном бреду, и единственное, что спасало молодого человека - это постоянный присмотр за его состоянием со стороны команды. Основной вклад вносил бывший фельдшер, которого помогла отыскать Цина. Оставалось только надеяться, что бедняга не испустит дух окончательно; хотя бы до того, как удастся с ним переговорить и вытащить ту информацию, которую он добыл.
- - Я лишь надеюсь, что мы не зря сейчас тут надрываемся. - Гиал стоял в проходе, вновь облачившись в свои жестянки. Не сказать, что он как-то «надрывался»: его роль завершилась доставкой тела до места, а дальнейшего участия он уже не принимал, наблюдая со стороны. - Если он ничего не знает, то можно было и просто добить его. Хотя... в этом не было необходимости. К утру бы сам представился.
- Как можно быть таким чёрствым? - Юханна бросила полный злобы взгляд на юношу, чтобы он точно понял степень её неодобрения. - Он же один из вас… нас… в любом случае, мы должны хотя бы попытаться спасти его. Ты бы, наверняка, не хотел, чтобы мы с тобой поступили так же, как предлагаешь ты.
- - Скажу больше: я прошу, что если я стану обузой - добить меня прямо там на месте. Одна жизнь не стоит того, чтобы ставить под удар всех. Тем более.. чтобы ради твоей шеи рисковали другие и расплачивались за твою ошибку.
Теперь на Гиала были направлены все глаза, что были в этом помещении (кроме больного, он всё также смотрел сквозь потолок).
- - Что? Вам я могу обещать то же самое. Лучше сразу, чем... как он.
- Ты неисправим.
- - Потому что я идеален. К нам гости.
В дом вошла Цина, она была сильно удручена, погружённая в свои мысли и, видимо, собиравшаяся с мыслями сделать то, что не привыкла. Просить.
= Я вам не сильно помешаю? Юханна, я бы хотела обсудить с тобой кое-что. Если несложно, пройдём со мной.
Выйдя вслед за Циной, они вдвоём прошли едва ли всё поселение насквозь в гнетущем молчании, остановившись лишь у огромной цистерны, которая почти полностью была закопана в землю. Так что "огромная" - скорее предположение. Но по диаметру можно было предположить, что бочка вправду выше упомянутых размеров.
= Это наш колодец. Один из. Дело в том, что наше бедственное положение более бедственное, чем кажется. Я ещё не распространялась об этом, но в наших колодцах почти не осталось воды. Боюсь, если мы не найдём воду в ближайшее время, поселение может...
- У тебя есть идея? Иначе бы ты спросила по-другому. Ты знаешь, откуда можно взять пресной воды?
= На самом деле, да. Среди нас нет ни бойцов, ни солдат, так что на реализацию такого плана мы бы не решились, но с вашей помощью… в общем, по острову разбросаны скважины, откуда пресную воду берёт столица. Оттуда ежедневно курсируют обозы с водой в город, но они охраняются. Не слишком качественно; на острове нет таких сорвиголов, кто грудью мог бы броситься на них, но всё же.
- Ты просишь ограбить этот обоз? А как же люди в самой столице, ведь если не будет воды там, то мы поставим под угрозу уже жителей самого города.
= Я бы не сказала, что меня это сильно беспокоит. Но если тебе от этого будет легче, этих обозов достаточно много, больше десяти уж точно. От потери одной бочки город не пострадает, а нам это даст время, чтобы найти другой выход. Я не могу от вас требовать чего либо, но я про…
- - Так, когда выдвигаемся? Капрал.
Этот консервированный чёрт мог быть на удивление тихим. Особенно, когда ему это было нужно. Особенно, когда у него есть возможность сыграть ещё пару нот на нервах чужеземки.
- Предки бы тебя драли, Гиал. Давно ты здесь?
- - Почти с самого начала. Не думаю, что нам есть смысл отказывать. Пока наш горемыка не придёт в сознание, делать нам всё равно не особо есть что. Да и Цина нам изрядно помогает. Можно и оказать ответную услугу.
- Да, как не хочется с ним соглашаться, но мы действительно вам задолжали. Так что... да, хотя бы привезти вам воды мы, пожалуй, можем.
Узнав основные маршруты следования обозов с водой и определив лучшие места для возможной засады, революционеры сошлись на небольшой заросли, которую дорога рассекала пополам. Гиал и Юханна решили, что и их сил должно хватить для такого налёта, в частности, если охраны действительно окажется немного.
Добравшись до места, парочка грабителей была, пожалуй что, удивлена. Они ещё не привыкли к тому факту, что на Альдиде зарослями вполне могут считаться даже кустарниковые поросли, которые едва дотягиваются до уровня пояса. Прятаться в таких условиях было значительно сложнее, да и присесть в теньке, укрываясь от нещадного солнца, не выйдет. Делать было нечего; пришлось аккуратно забраться в центр зеленоватого пятна. Благо, что с обеих сторон. Лежать рядом с фехтовальщиком неизвестно сколько времени, ожидая повозок с водой, было выше сил чужеземки, которая пропустила свой законный сон прошедшей ночью и теперь была особенно раздражительна. Пребывать под ветвями кустарников было сомнительным удовольствием, но в таком положении хотя бы несильно беспокоило солнце, хотя примятые в паре мест ветки уже начинали отзываться болью в постепенно затекающих конечностях.
- - Эй, капрал. Кажется, ещё долго ждать. Я отойду ненадолго.
- Ссы под себя! - возмущение девушки могло вполне граничить с негромким криком. Оставалось лишь надеяться, что резкий звук не распугал всё живое в округе.
- - Ладно, но стирать потом сама будешь.
- С чего бы это?
- - Слышала поговорку про инициативу и инициатора? А про ответственность начальствующих?
Так бы перепалка могла выйти из-под контроля, если бы в паузах между репликами парочка не услышала отзвуки громких переговоров. Окружающая их территория была весьма открытой, так что звук разносился достаточно хорошо. Обратив, наконец, внимание на дорогу, засадчики увидели невысокий столб пыли, поднимающийся под копытами лошадей, тащащих тяжёлые бочки с живительной водой. Их слабо беспокоил сам разговор, важно было уже его наличие. Прижавшись к земле плотнее чем раньше, революционеры ожидали приближения намеченной цели. Когда первая лошадь пересекла условную линию между позициями в кустах, словно по команде, почти синхронно над кустами выросли две фигуры, явно с недобрыми, для каравана, намерениями.
Гиал рванул к первой телеге, сбрасывая с козел возницу, параллельно выхватывая поводья, а второго, немного смазанным от расстояния ударом, ударил по бедру ноги, отчего тот, а может больше от неожиданности, отзеркалил действия своего соседа. Юханна же не стала отвлекаться на возничих, а метнула свой бумеранг в поднявшегося на ноги охранника, который, по всей видимости, решил точнее рассмотреть, что в данный момент происходит. Увидел, молодец. Бумеранг с противным звуком угодил прямо ему в лоб, отчего тот, ударившись о бочку, рухнул на дорогу. Оставшиеся охранники, словно из мешка, высыпались на дорогу. Их было около семи, что с уже отдыхающими составляло десяток человек, охранявших такой же десяток довольно больших пузатых бочек, подвязанных через повозку. Они были сцеплены между собой, так что лошади не разбредались и шли стройной шеренгой.
Сосредоточившись каждый по своей стороне, Гиал и Юханна выбивали охранников одного за другим. Гиал старался двигаться так быстро, как только мог, настигая опешивших караванщиков, пока те не одумались, но это только на первых двух. Следующий в очереди уже пришёл в себя и блокировал удар фехтовальщика своим тесаком, не намереваясь отдавать свои жизнь и здоровье за так.
- Предки бы тебя драли, Гиал. Давно ты здесь?
- - Почти с самого начала. Не думаю, что нам есть смысл отказывать. Пока наш горемыка не придёт в сознание, делать нам всё равно не особо есть что. Да и Цина нам изрядно помогает. Можно и оказать ответную услугу.
- Да, как не хочется с ним соглашаться, но мы действительно вам задолжали. Так что... да, хотя бы привезти вам воды мы, пожалуй, можем.
Узнав основные маршруты следования обозов с водой и определив лучшие места для возможной засады, революционеры сошлись на небольшой заросли, которую дорога рассекала пополам. Гиал и Юханна решили, что и их сил должно хватить для такого налёта, в частности, если охраны действительно окажется немного.
Добравшись до места, парочка грабителей была, пожалуй что, удивлена. Они ещё не привыкли к тому факту, что на Альдиде зарослями вполне могут считаться даже кустарниковые поросли, которые едва дотягиваются до уровня пояса. Прятаться в таких условиях было значительно сложнее, да и присесть в теньке, укрываясь от нещадного солнца, не выйдет. Делать было нечего; пришлось аккуратно забраться в центр зеленоватого пятна. Благо, что с обеих сторон. Лежать рядом с фехтовальщиком неизвестно сколько времени, ожидая повозок с водой, было выше сил чужеземки, которая пропустила свой законный сон прошедшей ночью и теперь была особенно раздражительна. Пребывать под ветвями кустарников было сомнительным удовольствием, но в таком положении хотя бы несильно беспокоило солнце, хотя примятые в паре мест ветки уже начинали отзываться болью в постепенно затекающих конечностях.
- - Эй, капрал. Кажется, ещё долго ждать. Я отойду ненадолго.
- Ссы под себя! - возмущение девушки могло вполне граничить с негромким криком. Оставалось лишь надеяться, что резкий звук не распугал всё живое в округе.
- - Ладно, но стирать потом сама будешь.
- С чего бы это?
- - Слышала поговорку про инициативу и инициатора? А про ответственность начальствующих?
Так бы перепалка могла выйти из-под контроля, если бы в паузах между репликами парочка не услышала отзвуки громких переговоров. Окружающая их территория была весьма открытой, так что звук разносился достаточно хорошо. Обратив, наконец, внимание на дорогу, засадчики увидели невысокий столб пыли, поднимающийся под копытами лошадей, тащащих тяжёлые бочки с живительной водой. Их слабо беспокоил сам разговор, важно было уже его наличие. Прижавшись к земле плотнее чем раньше, революционеры ожидали приближения намеченной цели. Когда первая лошадь пересекла условную линию между позициями в кустах, словно по команде, почти синхронно над кустами выросли две фигуры, явно с недобрыми, для каравана, намерениями.
Гиал рванул к первой телеге, сбрасывая с козел возницу, параллельно выхватывая поводья, а второго, немного смазанным от расстояния ударом, ударил по бедру ноги, отчего тот, а может больше от неожиданности, отзеркалил действия своего соседа. Юханна же не стала отвлекаться на возничих, а метнула свой бумеранг в поднявшегося на ноги охранника, который, по всей видимости, решил точнее рассмотреть, что в данный момент происходит. Увидел, молодец. Бумеранг с противным звуком угодил прямо ему в лоб, отчего тот, ударившись о бочку, рухнул на дорогу. Оставшиеся охранники, словно из мешка, высыпались на дорогу. Их было около семи, что с уже отдыхающими составляло десяток человек, охранявших такой же десяток довольно больших пузатых бочек, подвязанных через повозку. Они были сцеплены между собой, так что лошади не разбредались и шли стройной шеренгой.
Сосредоточившись каждый по своей стороне, Гиал и Юханна выбивали охранников одного за другим. Гиал старался двигаться так быстро, как только мог, настигая опешивших караванщиков, пока те не одумались, но это только на первых двух. Следующий в очереди уже пришёл в себя и блокировал удар фехтовальщика своим тесаком, не намереваясь отдавать свои жизнь и здоровье за так.
Не очень у него это получилось, что он осознал, когда торец щита Гиала тараном доказал, что зубы ему не помеха. Последний же в очереди получил достаточно времени, чтобы оценить свои шансы на победу или, хотя бы, выживание. Несильно рассчитывая обыграть мечника в ближнем бою, он вытащил одну из гранат, которые висели у него на поясе. Но не успел он поджечь запал, как идею оборвал прилетевший на впечатляющей скорости в висок бумеранг. Чжан хорошо понимала, что метать бумеранг, из раза в раз притягивая его к себе, займёт слишком много времени, так что пришлось соображать на ходу, как можно ускорить процесс. Она не тренировалась толком с этим приёмом, хотя и думала о нём прежде.
Притянув к себе бумеранг после первого броска, она освободила его от силы своего фрукта, отчего тот пролетел мимо, расчертив воздух, чуть не предав свою хозяйку. Скорректировав своё положение относительно следующей цели, чужеземка вновь притянула бумеранг и тот, словно пущенный из пращи, вновь пролетел опасно близко от Чжан и ударил охранника аккурат в грудь, ломая своим ударом рёбра.
Проделав такой трюк ещё раз, девушка осознала, что жуть как не хочет отдавать первенство по счёту своему "оппоненту". Ведь, в теории, у Гиала было на одно очко больше, так как с первой повозки он выбил обоих.
Торопливо бросившись вдоль бочек, девушка мимолётом увидела, как мечник поправил лицо одному из стражи своим щитом. Бросив свой бумеранг вперёд и немного в сторону, она увидела, что последний уже почти зажёг гранату. Но не сегодня. Притянув к себе бумеранг в последний раз, тот оборвал попытку подорвать всё, что получится, ударом в висок. Все охранники теперь лежали на земле: кто-то стонал, а кому-то это уже было не суждено.
- - Хорошо сработано. Теперь можно без особых проблем забирать свою добычу.
- Мы, кажется, хотели забрать только одну бочку.
- - И ты оставишь этих бедолаг здесь? - Гиал скорчив обиженную мину, подошёл к одной из лошадей. - Ты посмотри на них. Как у тебя ещё сердце кровью не обливается от их участи.
- Да погребённые с тобой! Берём всех, что делать дальше - разберёмся.
- - Да забить их, вряд ли в Слэб-Тауне будут сильно переживать по этому поводу.
- Гиал!
- - Ты оставишь бедных горожан на голодную жизнь? - Мечник состроил такую же мину, как пару секунд назад. - Оставишь бедных деток пухнуть от голода?
- Заткнись и бери поводья, отвезём это всё в Слэб-Таун.
- - Слушаюсь, капрал.
Хоть и съязвив, но он всё же взял поводья и погнал лошадей по дороге. Стоит ли говорить, что путь на повозке занял значительно меньше времени и отнял намного меньше сил, пока весь обоз не оказался там, куда его и направляли. В Слэб-Таун.
(Дополнительный квест N1 - конец\ 1658 слов)
Притянув к себе бумеранг после первого броска, она освободила его от силы своего фрукта, отчего тот пролетел мимо, расчертив воздух, чуть не предав свою хозяйку. Скорректировав своё положение относительно следующей цели, чужеземка вновь притянула бумеранг и тот, словно пущенный из пращи, вновь пролетел опасно близко от Чжан и ударил охранника аккурат в грудь, ломая своим ударом рёбра.
Проделав такой трюк ещё раз, девушка осознала, что жуть как не хочет отдавать первенство по счёту своему "оппоненту". Ведь, в теории, у Гиала было на одно очко больше, так как с первой повозки он выбил обоих.
Торопливо бросившись вдоль бочек, девушка мимолётом увидела, как мечник поправил лицо одному из стражи своим щитом. Бросив свой бумеранг вперёд и немного в сторону, она увидела, что последний уже почти зажёг гранату. Но не сегодня. Притянув к себе бумеранг в последний раз, тот оборвал попытку подорвать всё, что получится, ударом в висок. Все охранники теперь лежали на земле: кто-то стонал, а кому-то это уже было не суждено.
- - Хорошо сработано. Теперь можно без особых проблем забирать свою добычу.
- Мы, кажется, хотели забрать только одну бочку.
- - И ты оставишь этих бедолаг здесь? - Гиал скорчив обиженную мину, подошёл к одной из лошадей. - Ты посмотри на них. Как у тебя ещё сердце кровью не обливается от их участи.
- Да погребённые с тобой! Берём всех, что делать дальше - разберёмся.
- - Да забить их, вряд ли в Слэб-Тауне будут сильно переживать по этому поводу.
- Гиал!
- - Ты оставишь бедных горожан на голодную жизнь? - Мечник состроил такую же мину, как пару секунд назад. - Оставишь бедных деток пухнуть от голода?
- Заткнись и бери поводья, отвезём это всё в Слэб-Таун.
- - Слушаюсь, капрал.
Хоть и съязвив, но он всё же взял поводья и погнал лошадей по дороге. Стоит ли говорить, что путь на повозке занял значительно меньше времени и отнял намного меньше сил, пока весь обоз не оказался там, куда его и направляли. В Слэб-Таун.
(Дополнительный квест N1 - конец\ 1658 слов)
(Дополнительные квест N2 - начало)
Даже если нелицеприятные факты о прошлом пациента правдивы, медицинская помощь не является благом, которое необходимо заслужить. А товарищ-тактик зачастую плотно оперировал явной видимостью безысходного состояния спасённого революционера и предлагал не тратить ресурсы в пустоту. Но Юханна Чжан была убеждена, что отказ в помощи - это прямой путь к обществу, в котором не уважают человеческую жизнь. И пускай она подобна рассатанной нити, что уже не пригодна для исполнения своего предназначения. Пускай она больше забирает, чем даёт. Но всё ещё есть, даёт о себе знать через едва уловимый ритм, через периодические страдальческие вдохи.
Чужеземка не ощущала пути к выходу ситуации, в которую вляпалась. Понимала, что смерть человека равна не просто проваленной операции, но и крушению её собственных идеалов. После выполненной просьбы, с которой к ним обратилась Цина, девушка ни на шаг не отходила от умирающего революционера, ни разу по-нормальному не пришедшего в сознание. И впервые за столько времени путешествия, в течение которого капрал могла вырубиться при любых обстоятельствах и в любое время, так как в этом вопросе организм напрочь отставлял мнение и занятость владелицы, то сейчас глаза стремились вовсе не смыкаться и состояние было будто под не исчерпывающимся адренилом.
- - Лекарь из Столицы ранним утром снова должен нас навестить, - вошёл в хибару и начал разговор Аппион с обновлённым тазом воды, сопровождая приход перезвоном склянок, что мотылялись из стороны в стороны в тканевом просторном мешочке. Кучерявая неоднозначно ответила на информацию рычащим выдохом и освободила место на койке больного для товарища. Своевременно Крачка завёл на корабле разговор с новобранцем об его умениях, что способствовало скорому отправлению паренька в Слэб-Таун для поддержки состояния больного. Сильными знаниями в области медицины ещё не блистал, но в нём был примечателен внимательный уход за пациентом и сделать всё возможное, лишь бы не во вред. Всё представление о нём, как у буйном и безответственном человека, складывалось в совершенно иной пазл, что заставляло Чжан уходить далеко в мысли, размышляя, как плохо она осведомлена об умениях и возможностях товарищей.
- - Мне же не надо и в этот раз идти к Цине, чтобы она насильно выталкивала тебя наружу? - вновь обратился Аппион к командиру, не оборачиваясь на девушку и продолжая заниматься своими делами, а именно - в данный момент обтирать шею и зону за ушами пострадавшего какими-то пахучими растворами. Именно из-за них Юханна почувствовала себя настолько тошно, что едва ли дослушала товарища и тут же легким порывом вылетела из хибары.
На улице оказалось темно, и приятная свежесть вдохнула немного живительности в уставшего капрала. Пытаясь избавиться от запылённости, приобретённой своей долгой недвижимостью, девушка агрессивно встряхнула ладонями волосы и стала ими же хлопать себя по одежде. Может, это было сделано и просто для того, чтобы привести себя в чувства. Но за таким танцем, который был сравним с борьбой человека против кровососущих насекомых, застал её фехтовальщик. Гиал остановился в метре от неё и с ухмылкой наблюдал за чудоковатой процессией до тех пор, пока кучерявая сама не заметила юношу, обернувшись к нему лицом.
- - Размяться не хочешь? Сидишь, ничего не делаешь, - произнёс тактик, и тон его было практически невозможно угадать: говорит он это шутя или всерьёз. Но капрал, что успела раздухариться от наполнившего организм свежего воздуха, от выплеснутой энергии и от появления нежеланного собеседника, даже не дала значимый ответ, как сразу ловким движением метнула в фехтовальщика бумеранг. Можно было подумать, что она откровенно хочет его убить. Практически с его одобрения. Юноша же, хоть и едва, но успел выставить холодное оружие в такое положение, чтоб по чистой случайности его кончиком попасть во внутренний угол бешено вертящегося бумеранга, таким образом его немного приподняв и сменив траекторию.
Даже если нелицеприятные факты о прошлом пациента правдивы, медицинская помощь не является благом, которое необходимо заслужить. А товарищ-тактик зачастую плотно оперировал явной видимостью безысходного состояния спасённого революционера и предлагал не тратить ресурсы в пустоту. Но Юханна Чжан была убеждена, что отказ в помощи - это прямой путь к обществу, в котором не уважают человеческую жизнь. И пускай она подобна рассатанной нити, что уже не пригодна для исполнения своего предназначения. Пускай она больше забирает, чем даёт. Но всё ещё есть, даёт о себе знать через едва уловимый ритм, через периодические страдальческие вдохи.
Чужеземка не ощущала пути к выходу ситуации, в которую вляпалась. Понимала, что смерть человека равна не просто проваленной операции, но и крушению её собственных идеалов. После выполненной просьбы, с которой к ним обратилась Цина, девушка ни на шаг не отходила от умирающего революционера, ни разу по-нормальному не пришедшего в сознание. И впервые за столько времени путешествия, в течение которого капрал могла вырубиться при любых обстоятельствах и в любое время, так как в этом вопросе организм напрочь отставлял мнение и занятость владелицы, то сейчас глаза стремились вовсе не смыкаться и состояние было будто под не исчерпывающимся адренилом.
- - Лекарь из Столицы ранним утром снова должен нас навестить, - вошёл в хибару и начал разговор Аппион с обновлённым тазом воды, сопровождая приход перезвоном склянок, что мотылялись из стороны в стороны в тканевом просторном мешочке. Кучерявая неоднозначно ответила на информацию рычащим выдохом и освободила место на койке больного для товарища. Своевременно Крачка завёл на корабле разговор с новобранцем об его умениях, что способствовало скорому отправлению паренька в Слэб-Таун для поддержки состояния больного. Сильными знаниями в области медицины ещё не блистал, но в нём был примечателен внимательный уход за пациентом и сделать всё возможное, лишь бы не во вред. Всё представление о нём, как у буйном и безответственном человека, складывалось в совершенно иной пазл, что заставляло Чжан уходить далеко в мысли, размышляя, как плохо она осведомлена об умениях и возможностях товарищей.
- - Мне же не надо и в этот раз идти к Цине, чтобы она насильно выталкивала тебя наружу? - вновь обратился Аппион к командиру, не оборачиваясь на девушку и продолжая заниматься своими делами, а именно - в данный момент обтирать шею и зону за ушами пострадавшего какими-то пахучими растворами. Именно из-за них Юханна почувствовала себя настолько тошно, что едва ли дослушала товарища и тут же легким порывом вылетела из хибары.
На улице оказалось темно, и приятная свежесть вдохнула немного живительности в уставшего капрала. Пытаясь избавиться от запылённости, приобретённой своей долгой недвижимостью, девушка агрессивно встряхнула ладонями волосы и стала ими же хлопать себя по одежде. Может, это было сделано и просто для того, чтобы привести себя в чувства. Но за таким танцем, который был сравним с борьбой человека против кровососущих насекомых, застал её фехтовальщик. Гиал остановился в метре от неё и с ухмылкой наблюдал за чудоковатой процессией до тех пор, пока кучерявая сама не заметила юношу, обернувшись к нему лицом.
- - Размяться не хочешь? Сидишь, ничего не делаешь, - произнёс тактик, и тон его было практически невозможно угадать: говорит он это шутя или всерьёз. Но капрал, что успела раздухариться от наполнившего организм свежего воздуха, от выплеснутой энергии и от появления нежеланного собеседника, даже не дала значимый ответ, как сразу ловким движением метнула в фехтовальщика бумеранг. Можно было подумать, что она откровенно хочет его убить. Практически с его одобрения. Юноша же, хоть и едва, но успел выставить холодное оружие в такое положение, чтоб по чистой случайности его кончиком попасть во внутренний угол бешено вертящегося бумеранга, таким образом его немного приподняв и сменив траекторию.
Везения хватило, чтоб оружие капрала прошлось по плечу свободной руки, которую увести просто бы не хватило реакции. А Юханна тем временем сделала пару шагов назад и начала призывать бумеранг обратно, лишь провоцируя твёрдым безэмоциональным взглядом товарища на проявление агрессии.
- - Когда человек ставит закрытый вопрос, то он ждёт да или нет. Если, конечно, они друзья, - обратился Гиал. Срыв на крик был близок, но твёрдый мужской тон компенсировал возможность такого перехода. Но на слова фехтовальщика Юханна, ловко ухватывая пальцами бумеранг, только пожала плечами и встала рабочим боком по отношению к навязавшемуся противнику. И Чжан впервые за долгое время почувствовала себя уверенно, потому что ощущала прилив сил к кончикам пальцев, вырывающуюся наружу накопленную ненависть и чувствовала замешательство Гиала. На самом деле, он блефовал. Часто и много. А сейчас, когда столкнулся лицом к лицу с реальной возможностью помериться силами, оказалось, что он не был в себе уверен настолько, чтобы сломя голову принять (принятый) вызов.
Но не в первый и не в последний раз с революционным отрядом играет сама Случайность, ведь стоило фехтовальщику сделать хоть и широкий, но шаткий шаг, как из хибары донёсся крик Аппиона, просящего о помощи. У спасённого началась лихорадка.
Революционер, который, по скромным сведениям, носил позывной Агат, сейчас походил на труп больше, чем когда-либо до этого. Его кожа была бледной, как мрамор, а руки на ощупь холодные (даже слишком). Но пока что принять человека за труп было нельзя хотя бы потому, что судороги и болезненные стоны делали его слишком живым.
- - Срочно, ему нужно дать что-то тёплое! Юханна, не стой столбом! Гиал, держи ему голову чуть приподнятой, мне нужно влить в него лекарство.
На удивление Гиал препираться не стал, а последовал требованиям Аппиона, вне зависимости от тех убеждений, которые буквально требовали скорой кончины несостоявшегося революционера, которые он озвучил регулярно раннее. Вероятно, что на него подействовал повелительный тон юноши, а, может, ему не хотелось, чтобы все его телодвижения на острове оказались тщетны. Юханна же пулей подскочила к чайнику, где была ещё не остывшая вода. Быстро налив жидкость в деревянную чашу, она бросила туда пару сухих листьев, которые оставил врач. От горячей воды мгновенно стал исходить запах липы и череды. Оставалось лишь надеяться, что это поможет. Тем временем парни стали медленно вливать в пациента какой-то вязкий раствор, отчего тот успокоился так же резко, как и задёргался. Но мгновения его спокойствия проносились значительно быстрее, чем те десятки секунд, в течение которых бессознательное тело преодолевало рамки возможного для больного и стремилось выпустить из себя дух мертвеца. Прошло точно более пяти минут прежде, чем присутствующие наконец поверили в обездвиженность Агата.
- - Кажется, пронесло. Спои ему отвар, это ещё облегчит его состояние.
Аппион уселся на козлы, не сводя глаз с подопечного. В его глазах читалась горечь от того, что это его первый настоящий пациент, но его знаний и умений катастрофически не хватало, чтобы оказывать действительно медицинскую помощь. Можно предположить, что именно этот момент в его жизни станет безусловным толчком для продвижения в выбранной отрасли интересов. Или сломает его.
- - Остаётся только ждать. Увы, но я могу лишь поддерживать в нём жизнь, остальное уже за ним. Если бедолага не сдастся, должен выкарабкаться, - в заключение высказался Виндж голосом с хрипотцой, что свидетельствовало о той грани, когда у самого медика вот-вот начнётся припадок. Но юноша держался из последних сил, чтобы не показаться слабину. По крайней мере, до тех пор, пока один из вариантов конца не настигнет спасённого революционера. Ещё два приступа прошло до тех пор, пока этот человек не выключился после приступа.
- - Когда человек ставит закрытый вопрос, то он ждёт да или нет. Если, конечно, они друзья, - обратился Гиал. Срыв на крик был близок, но твёрдый мужской тон компенсировал возможность такого перехода. Но на слова фехтовальщика Юханна, ловко ухватывая пальцами бумеранг, только пожала плечами и встала рабочим боком по отношению к навязавшемуся противнику. И Чжан впервые за долгое время почувствовала себя уверенно, потому что ощущала прилив сил к кончикам пальцев, вырывающуюся наружу накопленную ненависть и чувствовала замешательство Гиала. На самом деле, он блефовал. Часто и много. А сейчас, когда столкнулся лицом к лицу с реальной возможностью помериться силами, оказалось, что он не был в себе уверен настолько, чтобы сломя голову принять (принятый) вызов.
Но не в первый и не в последний раз с революционным отрядом играет сама Случайность, ведь стоило фехтовальщику сделать хоть и широкий, но шаткий шаг, как из хибары донёсся крик Аппиона, просящего о помощи. У спасённого началась лихорадка.
Революционер, который, по скромным сведениям, носил позывной Агат, сейчас походил на труп больше, чем когда-либо до этого. Его кожа была бледной, как мрамор, а руки на ощупь холодные (даже слишком). Но пока что принять человека за труп было нельзя хотя бы потому, что судороги и болезненные стоны делали его слишком живым.
- - Срочно, ему нужно дать что-то тёплое! Юханна, не стой столбом! Гиал, держи ему голову чуть приподнятой, мне нужно влить в него лекарство.
На удивление Гиал препираться не стал, а последовал требованиям Аппиона, вне зависимости от тех убеждений, которые буквально требовали скорой кончины несостоявшегося революционера, которые он озвучил регулярно раннее. Вероятно, что на него подействовал повелительный тон юноши, а, может, ему не хотелось, чтобы все его телодвижения на острове оказались тщетны. Юханна же пулей подскочила к чайнику, где была ещё не остывшая вода. Быстро налив жидкость в деревянную чашу, она бросила туда пару сухих листьев, которые оставил врач. От горячей воды мгновенно стал исходить запах липы и череды. Оставалось лишь надеяться, что это поможет. Тем временем парни стали медленно вливать в пациента какой-то вязкий раствор, отчего тот успокоился так же резко, как и задёргался. Но мгновения его спокойствия проносились значительно быстрее, чем те десятки секунд, в течение которых бессознательное тело преодолевало рамки возможного для больного и стремилось выпустить из себя дух мертвеца. Прошло точно более пяти минут прежде, чем присутствующие наконец поверили в обездвиженность Агата.
- - Кажется, пронесло. Спои ему отвар, это ещё облегчит его состояние.
Аппион уселся на козлы, не сводя глаз с подопечного. В его глазах читалась горечь от того, что это его первый настоящий пациент, но его знаний и умений катастрофически не хватало, чтобы оказывать действительно медицинскую помощь. Можно предположить, что именно этот момент в его жизни станет безусловным толчком для продвижения в выбранной отрасли интересов. Или сломает его.
- - Остаётся только ждать. Увы, но я могу лишь поддерживать в нём жизнь, остальное уже за ним. Если бедолага не сдастся, должен выкарабкаться, - в заключение высказался Виндж голосом с хрипотцой, что свидетельствовало о той грани, когда у самого медика вот-вот начнётся припадок. Но юноша держался из последних сил, чтобы не показаться слабину. По крайней мере, до тех пор, пока один из вариантов конца не настигнет спасённого революционера. Ещё два приступа прошло до тех пор, пока этот человек не выключился после приступа.
Казалось, что операция по поддержке какого-никакого состояния до прихода более квалифицированного медика (как хотелось думать по поводу того лекаря, что позвала из Столицы Цина) провалена, но через минуту его глаза открылись, и в них было то, чего не наблюдалось уже сколько времени. Осознание.
= Где я?
Тишина ещё на какое-то время задержалась в хибаре, так как присутствующие пытались отличить реальность от невозможного и сделать вывод, что они не сошли с ума. Никто не решился резко подскочить к больному, так как боялись спугнуть состояние, что можно читать чудом.
- В Слэб-Тауне, среди друзей. Мы революционеры, как и ты, - осторожно ответила Юханна, как если бы не хотела спугнуть мотылька на своём носу. Слабая улыбка зардела на лице Агата.
= Не приснилось, - произнёс юноша и взял солидную паузу, набирая силы для следующей фразы, - думал, там и сдохну. А Есфирь?
- Да, она с нами.
= Спасибо ей.
- - Это всё очень хорошо, но мы тут не для того надрывались, - сказал довольно холодно фехтовальщик, наконец нарушая режим недвижности и усаживаясь на корточки возле больного.
- Гиал, полегче. Он ещё слишком слаб для твоих нападок.
- - И тем не менее. Твоя миссия. Тебя же отправили сюда для разбирательств в местном подполье, ведь так?
= Да, но я не справился, меня повязали почти сразу.
- - Ты выведал что-нибудь? Какая-нибудь ценная информация, которая поможет устранить её.
Революционер снова взял паузу, переводя дух.
Неспешно и с длительными паузами он рассказал всё, что узнал, пока планировал покушение. Одно за другим. Но с каждым предложением революционеру становилось всё труднее говорить, и, закончив последнее предложение из последних сил, Агат провалился в сон.
Его грудь равномерно поднималась и опускалась. Хотя бы сейчас его жизни ничего не угрожает.
- - Кажется, с ним всё будет в порядке. По крайней мере, сейчас, - Аппион переживал, что за время разговора его пациент ослабнет слишком сильно и начнётся очередной припадок, но, кажется, лекарство подействовало.
- - Ну, мы узнали всё, что нужно. Или всё, что могли. Мы сможем его перевезти в штаб? Думаю, ему есть что рассказать капитанам.
- - Ни в коем случае. - Аппион замотал головой с небольшой амплитудой. - Он не выдержит даже перехода до судна. Боюсь, что он здесь задержится ещё на какое-то время.
- - А его у нас как раз и нет.
- Не оставлять же его на шее у местных жителей, - включилась в разговор Чжан, не отрывая взгляд от умиротворённо спящего Агата.
- - Знал что ты это скажешь. Значит, нужно найти способ передать всю информацию отсюда.
Оставшаяся частичка ночи прошла настолько спокойно, что каждый из присутствующих смог урвать поочередно по часу собственного сна. Ранним утром, как и было обещано, в хибару вошёл обеспокоенный лекарь. Его тревожность не была связана с состоянием пациента, а скорее - с возможным хвостом и хрупким равновесие в сохранении головы на своих плечах из-за связи с жителями Слэб-Тауна. Как и везде, старые связи и должки играли значимую роль в построении жизни и возникновении дополнительных рисков. И хорошо, что благодаря этому революционеры безвозмездно получили гарантию на его посещения и медицинскую помощь.
(Дополнительный квест N2 - конец\ 1655 слов)
= Где я?
Тишина ещё на какое-то время задержалась в хибаре, так как присутствующие пытались отличить реальность от невозможного и сделать вывод, что они не сошли с ума. Никто не решился резко подскочить к больному, так как боялись спугнуть состояние, что можно читать чудом.
- В Слэб-Тауне, среди друзей. Мы революционеры, как и ты, - осторожно ответила Юханна, как если бы не хотела спугнуть мотылька на своём носу. Слабая улыбка зардела на лице Агата.
= Не приснилось, - произнёс юноша и взял солидную паузу, набирая силы для следующей фразы, - думал, там и сдохну. А Есфирь?
- Да, она с нами.
= Спасибо ей.
- - Это всё очень хорошо, но мы тут не для того надрывались, - сказал довольно холодно фехтовальщик, наконец нарушая режим недвижности и усаживаясь на корточки возле больного.
- Гиал, полегче. Он ещё слишком слаб для твоих нападок.
- - И тем не менее. Твоя миссия. Тебя же отправили сюда для разбирательств в местном подполье, ведь так?
= Да, но я не справился, меня повязали почти сразу.
- - Ты выведал что-нибудь? Какая-нибудь ценная информация, которая поможет устранить её.
Революционер снова взял паузу, переводя дух.
Неспешно и с длительными паузами он рассказал всё, что узнал, пока планировал покушение. Одно за другим. Но с каждым предложением революционеру становилось всё труднее говорить, и, закончив последнее предложение из последних сил, Агат провалился в сон.
Его грудь равномерно поднималась и опускалась. Хотя бы сейчас его жизни ничего не угрожает.
- - Кажется, с ним всё будет в порядке. По крайней мере, сейчас, - Аппион переживал, что за время разговора его пациент ослабнет слишком сильно и начнётся очередной припадок, но, кажется, лекарство подействовало.
- - Ну, мы узнали всё, что нужно. Или всё, что могли. Мы сможем его перевезти в штаб? Думаю, ему есть что рассказать капитанам.
- - Ни в коем случае. - Аппион замотал головой с небольшой амплитудой. - Он не выдержит даже перехода до судна. Боюсь, что он здесь задержится ещё на какое-то время.
- - А его у нас как раз и нет.
- Не оставлять же его на шее у местных жителей, - включилась в разговор Чжан, не отрывая взгляд от умиротворённо спящего Агата.
- - Знал что ты это скажешь. Значит, нужно найти способ передать всю информацию отсюда.
Оставшаяся частичка ночи прошла настолько спокойно, что каждый из присутствующих смог урвать поочередно по часу собственного сна. Ранним утром, как и было обещано, в хибару вошёл обеспокоенный лекарь. Его тревожность не была связана с состоянием пациента, а скорее - с возможным хвостом и хрупким равновесие в сохранении головы на своих плечах из-за связи с жителями Слэб-Тауна. Как и везде, старые связи и должки играли значимую роль в построении жизни и возникновении дополнительных рисков. И хорошо, что благодаря этому революционеры безвозмездно получили гарантию на его посещения и медицинскую помощь.
(Дополнительный квест N2 - конец\ 1655 слов)
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)