не уедете? Я из Революционной Армии, на помощь не поскупимся. Да и у нас есть один «рокер» в рядах, ха-ха, – грубая рука не перестала успокаивать Елену поглаживаями. – Всяко лучше, чем эта пустыня…
Несмотря на допрос, деятельности врача она мешать не собиралась. Смиренно и покорно приняла банановую настойку: «Не получится её обогреть? Сполоснуть в горячей ванной? Съесть чего-нибудь такого? – Она наклонила голову девушки вперёд, чтобы не поперхнулась, и медленно-медленно, словно пролитая капля стоит жизни, залила всё внутрь. – Всё, что есть против льда, это до смешного случайная банановая настойка?»
Стоило немного подумать, поразмыслить, вспомнить увиденное, пережать и преподать словами. Мягкие губы трепещут, изрекая озабоченный и важный помысел. Юки выглядит как мать, которой ничего не стоит рискнуть жизнью ради дочери.
– Как Верена выдерживает этот холод? – Юки не собиралась молчать, если её что-то заботило. – В её секрете есть ответ и для нас?
ONE PIECE RP ·
[Гранд Лайн, 6 путь] Фрельйорд.7-ой остров.
Стелла (без биты...)
Следующие события развернулись настолько быстро, сбивчиво и хаотично, что Стелла попросту не успевала за ними уследить. Казалось, у Джинкс есть ровно пять минут, чтобы поговорить сразу со всеми, и она отчаянно старается уместить в это время абсолютно всё: от предложений руки и сердца и спонтанных обнимашек с кошкой, до восторженного созерцания Смолдер и... разговоров об амнезии? Вот тут Стелла уже была готова встрять, потому что на глупые теории розового майора у неё точно есть что ответить!
— Амнезия — это когда ты ничегошеньки не помнишь! — заявила Стелла с непоколебимой уверенностью. Она расправила плечи, гордо выпрямилась и упёрла руки в боки — поза человека, который вполне доволен своим положением и даже готов вписать его в резюме.
— У всех бывало: заходишь в комнату с одной мыслью и... внезапно забываешь, зачем пришёл. Ну вот, — Бита торжественно указала на себя, — я пришла на корабль Химеко с воспоминаниями из детства, а потом они вдруг пропали! Но прошу вас, не стоит меня жалеть! Амнезия — это, на самом деле, неоспоримое преимущество! Например, ни один психолог не сможет заявить, что в моих травмах виноваты родители, ведь я их не помню! А если бы у меня была совершенная амнезия, меня бы даже не тянуло на мусорные баки, которыми славится моя родина... — Она мечтательно закатила глаза и положила руку на сердце. — Но ничего. Я обязательно постараюсь забыть ещё больше в будущем!
Вероятнее всего, в столовой повисла неловкая тишина.
** ** **
Прошло некоторое время. Столовая наполнялась привычными звуками: свистом ветра за бортом, редкими звоном вилок о тарелки и тихими голосами тех, кто ещё оставался за столами. Стелла лениво ковырялась в остывшем рагу — вчерашнем, не первой свежести. Повар, к несчастью, отправилась тренироваться вместе с Джинкс, и корабельная кухня с тех пор явно переживала кризис... Разум Стеллы тем временем блуждал между великим, божественным и откровенно абсурдным. Где-то в глубине этих возвышенных размышлений всё время крутился один-единственный вопрос: когда уже на Сэнди Айленд? Если всё будет продолжаться в том же духе, а скука продолжит грызть Серовласку голодом, она либо совершит какую-нибудь необратимую глупость, либо уйдёт в 12-часовой сон — тут уж как повезёт.
Внезапно — тень.
Что-то стремительно проскользнуло под столом, тронуло ноги и — вжух! — выпрыгнуло в распахнутое (почему оно вообще было открыто?) окно.
— ААА! — завопила Стелла, вскочив с места и судорожно схватившись за волосы. С такой силой, что тут же взвизгнула ещё раз, но уже от боли. — Моя... моя бита! Я не знаю, что это за тварь, но она украла мою драгоценную биту! Без неё я больше не Человек-Бита, а... Человек-Человек! Это же отстой!
Она кинулась к окну и, повиснув на подоконнике, почти переваливаясь за край, попыталась разглядеть обидчика. Увы, тот уже удалялся, скользя по глади воды в сторону льдов. Разглядеть обидчика толком не удалось, но по силуэту и следам на воде можно было предположить: это был кто-то... тюлене-подозрительный. А девушки по эту сторону лишь наблюдали красивые ножки и которую юбочку Стеллы.
В этот момент у входа в столовую появилась Химеко. Она неспешно остановилась, скрестив руки на груди, и с любопытством наблюдала за происходящим. Выглядела она скорее заинтересованной, чем обеспокоенной. Мурата знала: когда Стелла действительно в отчаянии, она молчит, а вот такое представление — явный симптом смертельной скуки.
Следующие события развернулись настолько быстро, сбивчиво и хаотично, что Стелла попросту не успевала за ними уследить. Казалось, у Джинкс есть ровно пять минут, чтобы поговорить сразу со всеми, и она отчаянно старается уместить в это время абсолютно всё: от предложений руки и сердца и спонтанных обнимашек с кошкой, до восторженного созерцания Смолдер и... разговоров об амнезии? Вот тут Стелла уже была готова встрять, потому что на глупые теории розового майора у неё точно есть что ответить!
— Амнезия — это когда ты ничегошеньки не помнишь! — заявила Стелла с непоколебимой уверенностью. Она расправила плечи, гордо выпрямилась и упёрла руки в боки — поза человека, который вполне доволен своим положением и даже готов вписать его в резюме.
— У всех бывало: заходишь в комнату с одной мыслью и... внезапно забываешь, зачем пришёл. Ну вот, — Бита торжественно указала на себя, — я пришла на корабль Химеко с воспоминаниями из детства, а потом они вдруг пропали! Но прошу вас, не стоит меня жалеть! Амнезия — это, на самом деле, неоспоримое преимущество! Например, ни один психолог не сможет заявить, что в моих травмах виноваты родители, ведь я их не помню! А если бы у меня была совершенная амнезия, меня бы даже не тянуло на мусорные баки, которыми славится моя родина... — Она мечтательно закатила глаза и положила руку на сердце. — Но ничего. Я обязательно постараюсь забыть ещё больше в будущем!
Вероятнее всего, в столовой повисла неловкая тишина.
** ** **
Прошло некоторое время. Столовая наполнялась привычными звуками: свистом ветра за бортом, редкими звоном вилок о тарелки и тихими голосами тех, кто ещё оставался за столами. Стелла лениво ковырялась в остывшем рагу — вчерашнем, не первой свежести. Повар, к несчастью, отправилась тренироваться вместе с Джинкс, и корабельная кухня с тех пор явно переживала кризис... Разум Стеллы тем временем блуждал между великим, божественным и откровенно абсурдным. Где-то в глубине этих возвышенных размышлений всё время крутился один-единственный вопрос: когда уже на Сэнди Айленд? Если всё будет продолжаться в том же духе, а скука продолжит грызть Серовласку голодом, она либо совершит какую-нибудь необратимую глупость, либо уйдёт в 12-часовой сон — тут уж как повезёт.
Внезапно — тень.
Что-то стремительно проскользнуло под столом, тронуло ноги и — вжух! — выпрыгнуло в распахнутое (почему оно вообще было открыто?) окно.
— ААА! — завопила Стелла, вскочив с места и судорожно схватившись за волосы. С такой силой, что тут же взвизгнула ещё раз, но уже от боли. — Моя... моя бита! Я не знаю, что это за тварь, но она украла мою драгоценную биту! Без неё я больше не Человек-Бита, а... Человек-Человек! Это же отстой!
Она кинулась к окну и, повиснув на подоконнике, почти переваливаясь за край, попыталась разглядеть обидчика. Увы, тот уже удалялся, скользя по глади воды в сторону льдов. Разглядеть обидчика толком не удалось, но по силуэту и следам на воде можно было предположить: это был кто-то... тюлене-подозрительный. А девушки по эту сторону лишь наблюдали красивые ножки и которую юбочку Стеллы.
В этот момент у входа в столовую появилась Химеко. Она неспешно остановилась, скрестив руки на груди, и с любопытством наблюдала за происходящим. Выглядела она скорее заинтересованной, чем обеспокоенной. Мурата знала: когда Стелла действительно в отчаянии, она молчит, а вот такое представление — явный симптом смертельной скуки.
Tori (https://vk.ru/id543751360), Миша (https://vk.ru/id752983679),
— Амнезия... — сначала с интересом, потом с удивлением, а потом с грустной улыбкой слушала она впечатляющую историю Человека-Биты. — Да, наверняка полезная вещь. Немножко пораньше я бы тоже хотела заамнезировать себя, но щас всё пучком.
Колыхать неспокойное нутро девушки комплиментами все равно, что касаться огня, будучи с ног до головы облитым бензином — один раз проверь свои силы, и пламя обратит на тебя внимание со всем первородным пристрастием. Джейн вела опасную игру, и брала в ней первые места. Зрачки Джинкс расширились, закрывая сиреневую радужку: "Я могу показать и без молнии", — не предложила, а поставила перед фактом она, намекая, что искрящееся бикини элемент весьма непостоянный.
С этого мига градус женского лесбиянства как-то поубавился. Непоседа Смолдер всё садила единственный шанс на спасение в этом бренном мире обратно на место, а Джинкс не имела права обижаться на такую небезразличную булочку.
"Как хочется потискать..." — Джинкс только потом заметила, что нежно мнёт щёки старой подруги, как свежий зефир. Тело действует быстрее мысли. Неловко, но революционерка не пожалела, лишь медленно отпрянула и приготовилась выходить на улицу.
— Да-да, Майор! Буквально недавно Изабелла назначила. Ну, вы только сильно не офигавайте от этого, мне не по кайфу, когда ярлык идёт первее действий. Для вас я просто Джинкс, а для Джейн — любимая, сладкая, ну и ещё какие-то слова.
Толстые сапожки глухо бьют по полу — они пошли наружу. По пути Бэдлак подобрала грохочащий ремень с ножнами, который она оставила у стены, металлические элементы заиграли разными бликами в свете ламп. Если серебряное и сиренево-чёрное произведения искусства как-то вливаются в принципе мировой антураж, то матово-белые ножны из пластика, сразу видно, плод воображения эмоционально и психически нездоровой революционерки. Отсутствие стиля, примесь "крутизны".
— Так, какой бы выбрать... — Надула губки в размышлениях, покручивая в руке не надетый пояс. — Давай вот этот.
С дрожащим звоном, опасным, но мелодичным шипением из чернильных ножен с узорчатой позолотой вырывается мощь Акутенко. Дневной свет течок по резкому и хаотичному хамону, который заставляет врага усомниться в своих идеалах и дважды обдумать своё положение. Но человеку напротив сегодня повезло, ведь, пусть это и не сходится геометрически, они на одной стороне!
— Нормально, так и стой.
Механические, далёкие от анатомического соответствия, но близкие к балетной грации, движения, и мечница замахнулась. Смолдер чётко могла различить разницу в ощущении оружия, ведь тогда, многие месяцы назад, это была неопытная дурочка, что схватила в оружейной первую попавшуюся блестяшку. Сейчас же это бритва, противостоять которой могут лишь краткий список имён на земном шаре.
Прыжок! Лишь облако пыли и снега на прежнем месте, тяжёлый звон, дальнейший стон и болезненная песнь металла. Джинкс оказалась позади подруги незаметной для взгляда, но весь её силуэт потрясывало от тяжести, с которой столкнулось её тело. Руки дрожали. Катана дрожала. На лице застыл ошарашенный оскал.
— Ахренеть! — Задыхаясь от восторга, шепчет рогатая.
Она развернётся и звонко постукает по сокрытой в алмаз руке кончиком меча. Сощуриться, будто веки сдавил многотонный груз, и с яркой улыбкой выпрямиться стрункой.
— Ни царапины! Я в шоке. В шоке от того, какой крутой фрукт тебе достался!!! — В этот раз она не ограничилась щеками и конкретно подняла подругу за подмышки. Конечно же, убирая на палубу оружие. — О лучшем и мечтать для тебя не могла. Хрен кто обидит тебя такую, алмазненькую!!!
Покружились, поплясали, и хватит на этом. Желание поцеловать хвостатую резко впрыскивается в мозг, но в этот раз киборг даже ощутила стыд за подобного рода неуважение.
— Ох, и не повезёт твоим врагам. Ну, если они не- ПУНЬК! — Она ткнула пальчиком девочке во вполне себе мягкий и мясистый бок. — Так что все равно не зазнавайся. Тебе бы к такому
— Амнезия... — сначала с интересом, потом с удивлением, а потом с грустной улыбкой слушала она впечатляющую историю Человека-Биты. — Да, наверняка полезная вещь. Немножко пораньше я бы тоже хотела заамнезировать себя, но щас всё пучком.
Колыхать неспокойное нутро девушки комплиментами все равно, что касаться огня, будучи с ног до головы облитым бензином — один раз проверь свои силы, и пламя обратит на тебя внимание со всем первородным пристрастием. Джейн вела опасную игру, и брала в ней первые места. Зрачки Джинкс расширились, закрывая сиреневую радужку: "Я могу показать и без молнии", — не предложила, а поставила перед фактом она, намекая, что искрящееся бикини элемент весьма непостоянный.
С этого мига градус женского лесбиянства как-то поубавился. Непоседа Смолдер всё садила единственный шанс на спасение в этом бренном мире обратно на место, а Джинкс не имела права обижаться на такую небезразличную булочку.
"Как хочется потискать..." — Джинкс только потом заметила, что нежно мнёт щёки старой подруги, как свежий зефир. Тело действует быстрее мысли. Неловко, но революционерка не пожалела, лишь медленно отпрянула и приготовилась выходить на улицу.
— Да-да, Майор! Буквально недавно Изабелла назначила. Ну, вы только сильно не офигавайте от этого, мне не по кайфу, когда ярлык идёт первее действий. Для вас я просто Джинкс, а для Джейн — любимая, сладкая, ну и ещё какие-то слова.
Толстые сапожки глухо бьют по полу — они пошли наружу. По пути Бэдлак подобрала грохочащий ремень с ножнами, который она оставила у стены, металлические элементы заиграли разными бликами в свете ламп. Если серебряное и сиренево-чёрное произведения искусства как-то вливаются в принципе мировой антураж, то матово-белые ножны из пластика, сразу видно, плод воображения эмоционально и психически нездоровой революционерки. Отсутствие стиля, примесь "крутизны".
— Так, какой бы выбрать... — Надула губки в размышлениях, покручивая в руке не надетый пояс. — Давай вот этот.
С дрожащим звоном, опасным, но мелодичным шипением из чернильных ножен с узорчатой позолотой вырывается мощь Акутенко. Дневной свет течок по резкому и хаотичному хамону, который заставляет врага усомниться в своих идеалах и дважды обдумать своё положение. Но человеку напротив сегодня повезло, ведь, пусть это и не сходится геометрически, они на одной стороне!
— Нормально, так и стой.
Механические, далёкие от анатомического соответствия, но близкие к балетной грации, движения, и мечница замахнулась. Смолдер чётко могла различить разницу в ощущении оружия, ведь тогда, многие месяцы назад, это была неопытная дурочка, что схватила в оружейной первую попавшуюся блестяшку. Сейчас же это бритва, противостоять которой могут лишь краткий список имён на земном шаре.
Прыжок! Лишь облако пыли и снега на прежнем месте, тяжёлый звон, дальнейший стон и болезненная песнь металла. Джинкс оказалась позади подруги незаметной для взгляда, но весь её силуэт потрясывало от тяжести, с которой столкнулось её тело. Руки дрожали. Катана дрожала. На лице застыл ошарашенный оскал.
— Ахренеть! — Задыхаясь от восторга, шепчет рогатая.
Она развернётся и звонко постукает по сокрытой в алмаз руке кончиком меча. Сощуриться, будто веки сдавил многотонный груз, и с яркой улыбкой выпрямиться стрункой.
— Ни царапины! Я в шоке. В шоке от того, какой крутой фрукт тебе достался!!! — В этот раз она не ограничилась щеками и конкретно подняла подругу за подмышки. Конечно же, убирая на палубу оружие. — О лучшем и мечтать для тебя не могла. Хрен кто обидит тебя такую, алмазненькую!!!
Покружились, поплясали, и хватит на этом. Желание поцеловать хвостатую резко впрыскивается в мозг, но в этот раз киборг даже ощутила стыд за подобного рода неуважение.
— Ох, и не повезёт твоим врагам. Ну, если они не- ПУНЬК! — Она ткнула пальчиком девочке во вполне себе мягкий и мясистый бок. — Так что все равно не зазнавайся. Тебе бы к такому
воля наблюдения подошла, знаешь, "о нет, он меня щас ударит", и бам!! У него сломаны пальцы, рука, и вообще он взрывается к херам от твоей мощи!
[id543751360:bp-36291248_275460|Tori], АЛИТА
Проклята. Или не проклята – больна? Подмена понятий, метафора, кому какая разница, если Елену это не спасёт? Алита нервно грызла свой большой палец передними зубами, лишь быстренько его покусывая, размышляя, думая, сожалея. В её голове незамедлительно появилась красочная, подробная, жуткая картинка льдинок, готовых пронзить мозг насквозь при первой возможности.
— А если её голову засунуть в обогреватель? Мх... — самой первой, самой необдуманной, до наивности детской мыслью она поделилась с остальными. Но вряд-ли всё так просто. Она будто и не надеялась полозиьельного ответа. Будто задала вопрос в воздух. На её обычно холодном, важном лице откровенно читался страх в перемешку с надеждой. — А вытащить из мозга – ещё более невозможно... — промямлила та, не ожидая очевидного подтверждения.
Прибывший мужчина сразу захватил всё внимание. Алита тоже обратила на него внимание, стоило ей оторваться от мысленных экспериментов и раздумий. Перестала грызть металлический палец.
Серые глаза следили за каждым движением Уилла, уголки пухловатых губ опустились и напряглись. Надежда загорелась с новой силой, и в тот же миг была разбита, в дребезги, будто ударили ножом в самые сердце.
— Что?... — не столь сильной оказалась её ярость внешне, не думала подниматься и швырять посуду, лишь опустила голову, возложила руку на сердце, учащённо стучащее в глубине металла. — Совсем не знаешь, что делать? Да ну, как такое возможно? Должно же быть хоть что-то? Мы ведь отсюда не уйдём без неё! Не приемлю смерть из-за такой тупой глупости! Гр! Раз уже это не проклятие, а какая-то болезнь! Ох, Елена...
Накрыть пледом, положить у камина, напоить горячим чаем. Как исправить ледяные кристаллы? Она думала и, может, даже слишком много.
— Ладно, пойдём смотреть комнаты. — как отрезала, сухо, быстро, раздражённо и обиженно. — Уилл... Пожалуйста, найди способ ей помочь.
Они удалились. Были представлены комнатам, в которых только и остаётся, что ждать либо чуда, либо неизбежной насмешки самой судьбы. Всё походило на рассказ жестокого романа, целью которого было спасение. Она уже понимала, что нужно пробовать самые разные, самые.... ВСЕ возможные способы. Но везде было спасение. Везде был предмет или враг, поекращающий страдания главных героев. Пока им не давали даже намёк, приближающий их к цели.
В отличие от Элиота, сил на лишние разговоры у Алиты не было. Было невозможно кидать различные шуточки, пока друг, возможно, доживает свои последние часы.
— И? Ох. Да, можем в другой. Хотя не знаю что тут страшного. Чуть холодная комната, не более. — она вздохнула. Забила на выбор комнаты абсолютно, прислонив руку ко лбу, прикрыв глаза в безысходности. — Ну и бездну этот третий этаж. Элиот, пока мы не легли... Надо подумать что делать.
Они пришли. Алита сразу уселась на кровать, томно опустила голову в сторону своих коленей.
Проклята. Или не проклята – больна? Подмена понятий, метафора, кому какая разница, если Елену это не спасёт? Алита нервно грызла свой большой палец передними зубами, лишь быстренько его покусывая, размышляя, думая, сожалея. В её голове незамедлительно появилась красочная, подробная, жуткая картинка льдинок, готовых пронзить мозг насквозь при первой возможности.
— А если её голову засунуть в обогреватель? Мх... — самой первой, самой необдуманной, до наивности детской мыслью она поделилась с остальными. Но вряд-ли всё так просто. Она будто и не надеялась полозиьельного ответа. Будто задала вопрос в воздух. На её обычно холодном, важном лице откровенно читался страх в перемешку с надеждой. — А вытащить из мозга – ещё более невозможно... — промямлила та, не ожидая очевидного подтверждения.
Прибывший мужчина сразу захватил всё внимание. Алита тоже обратила на него внимание, стоило ей оторваться от мысленных экспериментов и раздумий. Перестала грызть металлический палец.
Серые глаза следили за каждым движением Уилла, уголки пухловатых губ опустились и напряглись. Надежда загорелась с новой силой, и в тот же миг была разбита, в дребезги, будто ударили ножом в самые сердце.
— Что?... — не столь сильной оказалась её ярость внешне, не думала подниматься и швырять посуду, лишь опустила голову, возложила руку на сердце, учащённо стучащее в глубине металла. — Совсем не знаешь, что делать? Да ну, как такое возможно? Должно же быть хоть что-то? Мы ведь отсюда не уйдём без неё! Не приемлю смерть из-за такой тупой глупости! Гр! Раз уже это не проклятие, а какая-то болезнь! Ох, Елена...
Накрыть пледом, положить у камина, напоить горячим чаем. Как исправить ледяные кристаллы? Она думала и, может, даже слишком много.
— Ладно, пойдём смотреть комнаты. — как отрезала, сухо, быстро, раздражённо и обиженно. — Уилл... Пожалуйста, найди способ ей помочь.
Они удалились. Были представлены комнатам, в которых только и остаётся, что ждать либо чуда, либо неизбежной насмешки самой судьбы. Всё походило на рассказ жестокого романа, целью которого было спасение. Она уже понимала, что нужно пробовать самые разные, самые.... ВСЕ возможные способы. Но везде было спасение. Везде был предмет или враг, поекращающий страдания главных героев. Пока им не давали даже намёк, приближающий их к цели.
В отличие от Элиота, сил на лишние разговоры у Алиты не было. Было невозможно кидать различные шуточки, пока друг, возможно, доживает свои последние часы.
— И? Ох. Да, можем в другой. Хотя не знаю что тут страшного. Чуть холодная комната, не более. — она вздохнула. Забила на выбор комнаты абсолютно, прислонив руку ко лбу, прикрыв глаза в безысходности. — Ну и бездну этот третий этаж. Элиот, пока мы не легли... Надо подумать что делать.
Они пришли. Алита сразу уселась на кровать, томно опустила голову в сторону своих коленей.
[id284464598:bp-36291248_275541|Константин],
⠀⠀СМОЛДЕР
⠀⠀Густые бровки нахмурились, уголки губ скривились в лёгкой улыбке, стойка, казалось, была нерушима, как и её алмаз! И всё же она подрагивала, неровно дышала, прищурилась... Первое, самое серьёзное испытание её новообретённых сил, которое решит всю её дальнейшую судьбу. Действительно ли она столь неразрушима, как все говорят?
⠀⠀И всё же блеск её алмазной руки внушал спокойствие, твёрдость. С ней будто говорил замок, толстый, могучий, надёжный. "Я приму весь удар на себя, не бойся" — прозвучал кратко мощный, воодушевляющий голос, заставляющий не побояться, но положиться на него. Она доверилась, окрепчала, улыбка сверкнула в непоколебимой вере! Уверенность. Непобедимость. Неразрушимость!
⠀⠀ДЗЫ-Ы-ЫНЬ!!! В тот же миг на всех парах, быстрее взгляда и быстрее мысли, пронеслась Джинкс, выставив свой смертоностный клинок для атаки. Девушка даже зажмуриться не успела, лишь ощутила мощный удар по руке, такой сильный, что наверняка сломал бы ей кость! Пол под алмазной опорой не выдержал — потрескался, заставив ногу выскользнуть и потерять свою силу. С выкриком она пролетела по залу несколько метров, едва успев приземлиться на ноги и, пройдя несколько неуверенных шагов назад, потеряла равновесие и вовсе упала на пол.
⠀⠀Мимолётная паника взяла над неё верх, и тут же она взглянула на свою руку. Ни пореза, ни даже маленькой царапины не было на защищённой руке! Боль, что точно должна была появиться от такого удара, решила не лезть к непробиваемой полторашке.
⠀⠀— О-ого... Ха-ха-ха!! — шок сменился настоящим восторгом и неподдельной детской радостью. Даже не стала сопротивляться, стоило Джинкс схватить её за подмышки и поднять с пола. — Такая крутота, ха-ха! Это был самый мощный удар, который я получала, но я вообще ничего не почувствовала! Теперь я неуязвима!
⠀⠀С высоко поднятыми руками, Смолдер ещё порадовалась некоторое время в руках Джинкс, а затем встала обратно на свои мягкие сапожки, убрала с руки броню, стремительно впитавшуюся обратно в синюю кожу, словно воду в губку.
⠀⠀— Так, ну взрывать я никого не намерена! Но если я буду ломать их оружие, то им будет нечем сражаться и они добровольно сдадуться! Хорошая стратегия, разве нет?!... Только... — она чуть хихикнула, почесала затылок. — А-а что такое "воля наблюдения"?... Это... это очки типа какие-то или... Я правда не знаю, ха-ха...ха.
⠀⠀Она чуть задрожала от холода в этой комнате, вздохнула полной грудью резко выдохнула объёмные клубы пара из своих ноздрей, подобно быку. Сердечко вновь заработало быстрее, качая кровь, создавая тепло. От Смолдер повеяло лёгким жаром.
⠀⠀— Кстати с мечом твоим всё хорошо, не сломался? Такой удар сильный вышел... Ты стала нереально сильной! Ну, от майора меньшего не ожидала! А я аж лейтенант, тоже не хухры-мухры! — гордо заявила она, столь же гордо отставая от подруги на несколько званий и несколько (4) десятков баллов!
⠀⠀СМОЛДЕР
⠀⠀Густые бровки нахмурились, уголки губ скривились в лёгкой улыбке, стойка, казалось, была нерушима, как и её алмаз! И всё же она подрагивала, неровно дышала, прищурилась... Первое, самое серьёзное испытание её новообретённых сил, которое решит всю её дальнейшую судьбу. Действительно ли она столь неразрушима, как все говорят?
⠀⠀И всё же блеск её алмазной руки внушал спокойствие, твёрдость. С ней будто говорил замок, толстый, могучий, надёжный. "Я приму весь удар на себя, не бойся" — прозвучал кратко мощный, воодушевляющий голос, заставляющий не побояться, но положиться на него. Она доверилась, окрепчала, улыбка сверкнула в непоколебимой вере! Уверенность. Непобедимость. Неразрушимость!
⠀⠀ДЗЫ-Ы-ЫНЬ!!! В тот же миг на всех парах, быстрее взгляда и быстрее мысли, пронеслась Джинкс, выставив свой смертоностный клинок для атаки. Девушка даже зажмуриться не успела, лишь ощутила мощный удар по руке, такой сильный, что наверняка сломал бы ей кость! Пол под алмазной опорой не выдержал — потрескался, заставив ногу выскользнуть и потерять свою силу. С выкриком она пролетела по залу несколько метров, едва успев приземлиться на ноги и, пройдя несколько неуверенных шагов назад, потеряла равновесие и вовсе упала на пол.
⠀⠀Мимолётная паника взяла над неё верх, и тут же она взглянула на свою руку. Ни пореза, ни даже маленькой царапины не было на защищённой руке! Боль, что точно должна была появиться от такого удара, решила не лезть к непробиваемой полторашке.
⠀⠀— О-ого... Ха-ха-ха!! — шок сменился настоящим восторгом и неподдельной детской радостью. Даже не стала сопротивляться, стоило Джинкс схватить её за подмышки и поднять с пола. — Такая крутота, ха-ха! Это был самый мощный удар, который я получала, но я вообще ничего не почувствовала! Теперь я неуязвима!
⠀⠀С высоко поднятыми руками, Смолдер ещё порадовалась некоторое время в руках Джинкс, а затем встала обратно на свои мягкие сапожки, убрала с руки броню, стремительно впитавшуюся обратно в синюю кожу, словно воду в губку.
⠀⠀— Так, ну взрывать я никого не намерена! Но если я буду ломать их оружие, то им будет нечем сражаться и они добровольно сдадуться! Хорошая стратегия, разве нет?!... Только... — она чуть хихикнула, почесала затылок. — А-а что такое "воля наблюдения"?... Это... это очки типа какие-то или... Я правда не знаю, ха-ха...ха.
⠀⠀Она чуть задрожала от холода в этой комнате, вздохнула полной грудью резко выдохнула объёмные клубы пара из своих ноздрей, подобно быку. Сердечко вновь заработало быстрее, качая кровь, создавая тепло. От Смолдер повеяло лёгким жаром.
⠀⠀— Кстати с мечом твоим всё хорошо, не сломался? Такой удар сильный вышел... Ты стала нереально сильной! Ну, от майора меньшего не ожидала! А я аж лейтенант, тоже не хухры-мухры! — гордо заявила она, столь же гордо отставая от подруги на несколько званий и несколько (4) десятков баллов!
Елена Вальс-Гренье.
— Если вас не устраивает эта комната, отель может предложить ещё три. Вовсе не обязательно тесниться вдвоём на одной кровати, будто мы не в состоянии обеспечить вам базовый комфорт, — проговорила Верена почти шёпотом и с интонацией, будто бы обращалась к детям, которым нужно всё объяснять заранее.
Не теряя ритма, она двинулась дальше по коридору, так же покручивая ключи в тонких пальцах. У следующей двери вновь щёлкнула замком, повернула ручку и показала ребятам новую комнату. На вид она ни чем не отличалась от прошлой: та же кровать, тот же календарь, тот же унылый шкаф. Но здесь не было ледяной тоски, витавшей в воздухе. Не было и следов недавней смерти.
Затем она прошлась ещё на пару шагов и отперла третью комнату — на случай, если пара решит спать раздельно, как люди, а не как загнанные в нору крысы.
— В номерах не курить. Алкоголь не распивать. Имущество не портить, — добавила она устало, почти на автомате, уже поглядывая в сторону выхода. Всё, что ей хотелось в этот момент — чашка горячего чая и вчерашняя булочка, а не чужие заботы и нудные вопросы.
— Что касается третьего этажа... не стройте себе глупых теорий. Там просто находится кабинет Уилла. И, поверьте, будет крайне невежливо ворваться туда без приглашения...
С этими словами она развернулась, не дожидаясь ответа. Каблуки цокнули по деревянному полу, мерно и гулко, постепенно удаляясь. И вскоре её фигура растворилась в тишине, оставив коридор в том же холодном полумраке, с которого всё началось.
** ** **
— Я не говорил, что решения нет, — Уилл усмехнулся, но в голосе не было легкомыслия. — Проблема в том, что о проклятии нельзя рассказать простыми словами. Верена, несомненно, знает больше моего, но она из тех, кто предпочитает показывать лично. Могу сказать лишь одно: путь к нашему спасению лежит через уничтожение Теней. Многих Теней...
Позже Юки, аккуратная и внимательная, словно родная мамочка, напоила Елену банановой настойкой. Девушка во сне поморщилась, но не очнулась, ведь лекарство не творит чудес за одну секунду. И пока они ждали первых признаков улучшения, можно было обсудить другие, менее тревожные темы. Например, феномен Верены — загадочной женщины, способной спокойно гулять в пиджаке под ледяным ветром.
— Это... особенность её биологии, — пытался объяснить Уилл. — Верена действительно не чувствует холода. Врожденная невосприимчивость. Конечно, она иногда принимает разогревающие настойки, а её костюм сшит из плотной ткани, но даже без этого, буду честен, она могла бы пройтись по снегу босиком и не дрогнуть.
Вдруг послышался кашель. Слабый, но резкий, будто тело внезапно вспомнило, что оно живое. Елена дёрнулась под руками Юки, как всё ещё боролась с кем-то. Её дыхание стало прерывистым, а пульс неожиданно подскочил.
— Мамочка... Пожалуйста, не бей... Мамочка, — прошептала она слабо, будто бы ещё находилась во сне. Губы двигались быстро и бессвязно, как у ребёнка в лихорадке.
И вдруг — словно кто-то внутри неё щёлкнул тумблером — Елена подскочила и резко распахнула глаза. Её взгляд метался как у загнанноного в угол зверя, а рука автоматически легла на оружие под курткой.
— Я... Я жива?! Продолжаем огонь! Стрелять по этим тварям! У меня есть... э-эм... револьвер… — она заговорила сбивчиво, хрипло, пытаясь встать, будто всё ещё находилась в бою.
Но вместо льда — мягкий диван. Вместо противников — тепло камина. Тишина. Мягкие лица и понимающие взгляды. Елена замерла. Глаза сначала метались по комнате, не в силах за что-то зацепиться, но вскоре остановились на светлом пятне — лице Юки. Тёплом. Живом.
И как только осознание пришло, девушка отстранилась на диване, сохраняя привычные рамки личного пространства. Всё верно — она не любила лишние прикосновения.
— Юки... — прошептала она. — Где мы? Что произошло? И... кто этот приятный человек? — Она кивнула в сторону Уилла, стараясь сохранить вежливость даже сквозь остатки страха. Тот лишь мягко улыбнулся, не проронив ни слова. Отвечать должна была Юки.
— Если вас не устраивает эта комната, отель может предложить ещё три. Вовсе не обязательно тесниться вдвоём на одной кровати, будто мы не в состоянии обеспечить вам базовый комфорт, — проговорила Верена почти шёпотом и с интонацией, будто бы обращалась к детям, которым нужно всё объяснять заранее.
Не теряя ритма, она двинулась дальше по коридору, так же покручивая ключи в тонких пальцах. У следующей двери вновь щёлкнула замком, повернула ручку и показала ребятам новую комнату. На вид она ни чем не отличалась от прошлой: та же кровать, тот же календарь, тот же унылый шкаф. Но здесь не было ледяной тоски, витавшей в воздухе. Не было и следов недавней смерти.
Затем она прошлась ещё на пару шагов и отперла третью комнату — на случай, если пара решит спать раздельно, как люди, а не как загнанные в нору крысы.
— В номерах не курить. Алкоголь не распивать. Имущество не портить, — добавила она устало, почти на автомате, уже поглядывая в сторону выхода. Всё, что ей хотелось в этот момент — чашка горячего чая и вчерашняя булочка, а не чужие заботы и нудные вопросы.
— Что касается третьего этажа... не стройте себе глупых теорий. Там просто находится кабинет Уилла. И, поверьте, будет крайне невежливо ворваться туда без приглашения...
С этими словами она развернулась, не дожидаясь ответа. Каблуки цокнули по деревянному полу, мерно и гулко, постепенно удаляясь. И вскоре её фигура растворилась в тишине, оставив коридор в том же холодном полумраке, с которого всё началось.
** ** **
— Я не говорил, что решения нет, — Уилл усмехнулся, но в голосе не было легкомыслия. — Проблема в том, что о проклятии нельзя рассказать простыми словами. Верена, несомненно, знает больше моего, но она из тех, кто предпочитает показывать лично. Могу сказать лишь одно: путь к нашему спасению лежит через уничтожение Теней. Многих Теней...
Позже Юки, аккуратная и внимательная, словно родная мамочка, напоила Елену банановой настойкой. Девушка во сне поморщилась, но не очнулась, ведь лекарство не творит чудес за одну секунду. И пока они ждали первых признаков улучшения, можно было обсудить другие, менее тревожные темы. Например, феномен Верены — загадочной женщины, способной спокойно гулять в пиджаке под ледяным ветром.
— Это... особенность её биологии, — пытался объяснить Уилл. — Верена действительно не чувствует холода. Врожденная невосприимчивость. Конечно, она иногда принимает разогревающие настойки, а её костюм сшит из плотной ткани, но даже без этого, буду честен, она могла бы пройтись по снегу босиком и не дрогнуть.
Вдруг послышался кашель. Слабый, но резкий, будто тело внезапно вспомнило, что оно живое. Елена дёрнулась под руками Юки, как всё ещё боролась с кем-то. Её дыхание стало прерывистым, а пульс неожиданно подскочил.
— Мамочка... Пожалуйста, не бей... Мамочка, — прошептала она слабо, будто бы ещё находилась во сне. Губы двигались быстро и бессвязно, как у ребёнка в лихорадке.
И вдруг — словно кто-то внутри неё щёлкнул тумблером — Елена подскочила и резко распахнула глаза. Её взгляд метался как у загнанноного в угол зверя, а рука автоматически легла на оружие под курткой.
— Я... Я жива?! Продолжаем огонь! Стрелять по этим тварям! У меня есть... э-эм... револьвер… — она заговорила сбивчиво, хрипло, пытаясь встать, будто всё ещё находилась в бою.
Но вместо льда — мягкий диван. Вместо противников — тепло камина. Тишина. Мягкие лица и понимающие взгляды. Елена замерла. Глаза сначала метались по комнате, не в силах за что-то зацепиться, но вскоре остановились на светлом пятне — лице Юки. Тёплом. Живом.
И как только осознание пришло, девушка отстранилась на диване, сохраняя привычные рамки личного пространства. Всё верно — она не любила лишние прикосновения.
— Юки... — прошептала она. — Где мы? Что произошло? И... кто этот приятный человек? — Она кивнула в сторону Уилла, стараясь сохранить вежливость даже сквозь остатки страха. Тот лишь мягко улыбнулся, не проронив ни слова. Отвечать должна была Юки.
[id752983679:bp-36291248_275575|Миша],
Лезвие блестит девственной остротой, еле слышно вибрирует каким-то внеземным космическим звоном. Джинкс прямо ощущает, как неблагосклонно относится сущность Скверной Погоды к этому необдуманного, беспричинному выпаду, и всё же личный эгоизм побеждает дребезжание какого-то клиночка. Нет-нет, не подумайте, что не последней в навыке фехтования все равно на собственное оружие. Это же перо летописца, молот кузнеца, игла швеи! И всё же, более реалистичный и научно-обоснованный склад ума найдёт в звоне металла выгоду, а не угрозу.
Пробуя на большой палец остроту клинка и щурясь, розововолосая тихонько выдыхает, словно опасения Смолдер передались и ей. Но всё хорошо.
– Не, моему арсеналу хоть бы хны. Этот я достала на Стимхолле, и он под стать моим крутым силам: нагревается, молнией бьёт, всё такое. Вот этот, в пластиковых ножнах, я сделала сама – он из бомбсидиума и ваще бабах взрывается. Третий мне подарили в штабе, и он… Ну короче вот.
Ножны вновь гремят. Заряженная чужим любопытством девочка убирает одну катану, чтобы достать другую, из серебряных ножен. Руки киборга вновь множатся с гудением и щёлканьем деталей, и в пустых ладонях возникают копии, абсолютно неотличимые от оригинала: «Ну короче вот, да».
Всё возвращается на круги своя. Джинкс предполагала такую реакцию на впервые услышанный навык – она была примерно того же уровня сил, когда впервые и случайно пробудила таинственную силу.
– Бха-ха, не-не, будь это очки какие-то, я бы их вам подарила по приколу! Если без шуток, это навык, который можно развить, и с помощью которого можно видеть эмоции и намерения человека насквозь, а так же в принципе его положение. Понимаю, звучит как магия какая-то, и я сама пугалась от коротких моментов, когда сила давала о себе знать, но это очень сильная опора против серьёзных дурашек. – Дурочка погладила подбородок. – Например, даже находясь здесь, я знаю, где сейчас моя команда. Далековато, м-м, но вроде могу понять их общее настроение. Чё-то им там не очень кайф… Холодно, наверное. И, короче, чем круче шаришь, тем больше видишь врага, можно даже атаки предсказывать!
Сразу после слов, кружащих в этом холодном помещении, Джинкс промелькнула в пространстве и оказалась прямо перед личиком ящерки, освещая до невозможности сладкую моську лиловым светом глаз.
– Могу научить! Помимо воли наблюдения есть воля вооружения, и в первой я очень даже неплохо разбираюсь! – Пальцы ухватились за веко и оттянули до упора. Джинкс как бы показала, что видит многое. – Может, я читаю тебя прямо сейчас? Кислая примесь недопонимания, пышное облако восторга от крутизны собственным фруктом! Ох, какой же кайф. Да ты прямо голая! У тебя такая сладкая и ветреная аура, прямо как сахарная вата.
Похоже, революционерка до болезненного помешательства погрузилась в анализ чужого «голоса», еле слышно промурчала, прокручивая головой. Странная, и всё же искренне настроена на помощь.
– Пока Лог-Пос настраивается, ты вполне её освоишь… На начальном уровне. Ну как?
В завершение контракта, Джинкс мягко ткнула подругу в нос.
Лезвие блестит девственной остротой, еле слышно вибрирует каким-то внеземным космическим звоном. Джинкс прямо ощущает, как неблагосклонно относится сущность Скверной Погоды к этому необдуманного, беспричинному выпаду, и всё же личный эгоизм побеждает дребезжание какого-то клиночка. Нет-нет, не подумайте, что не последней в навыке фехтования все равно на собственное оружие. Это же перо летописца, молот кузнеца, игла швеи! И всё же, более реалистичный и научно-обоснованный склад ума найдёт в звоне металла выгоду, а не угрозу.
Пробуя на большой палец остроту клинка и щурясь, розововолосая тихонько выдыхает, словно опасения Смолдер передались и ей. Но всё хорошо.
– Не, моему арсеналу хоть бы хны. Этот я достала на Стимхолле, и он под стать моим крутым силам: нагревается, молнией бьёт, всё такое. Вот этот, в пластиковых ножнах, я сделала сама – он из бомбсидиума и ваще бабах взрывается. Третий мне подарили в штабе, и он… Ну короче вот.
Ножны вновь гремят. Заряженная чужим любопытством девочка убирает одну катану, чтобы достать другую, из серебряных ножен. Руки киборга вновь множатся с гудением и щёлканьем деталей, и в пустых ладонях возникают копии, абсолютно неотличимые от оригинала: «Ну короче вот, да».
Всё возвращается на круги своя. Джинкс предполагала такую реакцию на впервые услышанный навык – она была примерно того же уровня сил, когда впервые и случайно пробудила таинственную силу.
– Бха-ха, не-не, будь это очки какие-то, я бы их вам подарила по приколу! Если без шуток, это навык, который можно развить, и с помощью которого можно видеть эмоции и намерения человека насквозь, а так же в принципе его положение. Понимаю, звучит как магия какая-то, и я сама пугалась от коротких моментов, когда сила давала о себе знать, но это очень сильная опора против серьёзных дурашек. – Дурочка погладила подбородок. – Например, даже находясь здесь, я знаю, где сейчас моя команда. Далековато, м-м, но вроде могу понять их общее настроение. Чё-то им там не очень кайф… Холодно, наверное. И, короче, чем круче шаришь, тем больше видишь врага, можно даже атаки предсказывать!
Сразу после слов, кружащих в этом холодном помещении, Джинкс промелькнула в пространстве и оказалась прямо перед личиком ящерки, освещая до невозможности сладкую моську лиловым светом глаз.
– Могу научить! Помимо воли наблюдения есть воля вооружения, и в первой я очень даже неплохо разбираюсь! – Пальцы ухватились за веко и оттянули до упора. Джинкс как бы показала, что видит многое. – Может, я читаю тебя прямо сейчас? Кислая примесь недопонимания, пышное облако восторга от крутизны собственным фруктом! Ох, какой же кайф. Да ты прямо голая! У тебя такая сладкая и ветреная аура, прямо как сахарная вата.
Похоже, революционерка до болезненного помешательства погрузилась в анализ чужого «голоса», еле слышно промурчала, прокручивая головой. Странная, и всё же искренне настроена на помощь.
– Пока Лог-Пос настраивается, ты вполне её освоишь… На начальном уровне. Ну как?
В завершение контракта, Джинкс мягко ткнула подругу в нос.
[id752983679:bp-36291248_275553|Миша], [id543751360:bp-36291248_275578|Tori],
Хладнокровие Верены лишь разогревало интерес кудрявого авантюриста. Долгом нависла цель — прощупать то хрупкую корочку, за которой неподатливое безразличие расколется и проявит интересную реакцию.
— Не курим, не распиваем, не портим, — солдат хлопнул толстыми каблуками, чуть не ударил себя по виску рукой — отдал честь. — Никаких глупых теорий и никаких невежливых посещений просто кабинета Уилла!
Цирк закончен, стрелок проводил возлюбленную за плечо к койке, не смея не заметить, как ту подавила новость о Елене. Тяжело. Нет, правда тяжело, но Элиоту хватало храбрости на то, чтобы не отдать на растерзание негативным мыслям хотя бы Алиту. Присел рядом, приобнял и прижал к себе. Не ей одной это расхлёбывать.
— Елена не умрёт, — поджав губы в улыбке, он просто и по-светски похлопал киборга по плечу. — Видишь, как всё хорошо идёт? Нам сразу повезло наткнуться на тех, кто в этом разбирается. Мы развязывали войны кланов, помнишь?
Иллюзионист не привык видеть Алиту в таком состоянии, и именно поэтому не мог отлучиться ни на секунду.
— Я тебе обещаю — Елена поправиться. У нас достаточно времени, чтобы со всем разобраться, ты ведь видела Уилла. Вполне себе целенький мужик..! И если что-то пойдёт не так, а так не будет, мы позовём Джинкс. Уж она-то всё сделает на раз-два! А пока отдохни. Подождём здесь Юки, посмотрим, что она скажет.
—
— Тогда я хочу, чтобы вы оба мне показали всё, что необходимо. В ваших же интереса поспособствовать, там ведь и для тебя, Уилл, найдётся лечение, — Продолжала давить по благо Юки, не желая тратить ни одной лишней секунды. Кулаки горят, но не от нефтяных ожогов, а от острого желания пустить их в дело.
Блондинка держала голову девочки-счетовода на своих коленях, конечно, не таких мягких до агрегатного состояния зефира, как у самой Елены, но их строгий объём создаёт удобный наклон. Рука гладит, не переставая, будто именно от этого зависит жизнь человека на коленях. Это и позволило поймать и предотвратить возможные травмы от лихорадочного припадка: Тсукумо обняла проклятую, прижала к своей груди, одаряя теплом и делая всё, чтобы юная девица не поддалась кошмару: "Никто тебя бить не будет, дорогая. Всё хорошо", — ласково и мелодично прошептала она, пшеничные локоны слетают водопадом, щекоча щёки.
Больше денег Елена, пожалуй, любит жизнь, отчего поправилась невообразимо быстро и уже вскочила, чуть не столкнувшись с острым подбородком Юки.
"Даже грустно. Я хотела подержать её подольше".
— Жива-жива. Ты в кабинете этого любезного господина по имени Уилл. Как ты себя чувствуешь? — Она возвысилась над Еленой и приложила ладонь ко лбу. — Голова не кружится? К чему я это — ты...
Юки опешила, провела языком по дёснам, готовясь грамотно выбирать слова.
— Ты ранена. Прямо вот сюда, и это ранение имеет свои последствия. Последствия, с которыми мы разберёмся, так что тебе лучше отдохнуть. Нам выделили комнаты, представляешь? Не придётся думать, где пятую точку посадить.
Она подхватила подругу за плечо и медленно зашагала к выходу из кабинета. Лишь когда линия сапог сравнялось с порогом, она оборачивается на мужчину.
— Уилл, не забудьте о чём я просила. Я хочу знать и видеть всё. Пошли, Елена, приляжешь, наверняка закутаться в одеялко охота, да? — Засияла мадам улыбкой, неподдельной и лучезарной, будто только её и хватит, чтобы растопить лёд в чужом мозге.
Хладнокровие Верены лишь разогревало интерес кудрявого авантюриста. Долгом нависла цель — прощупать то хрупкую корочку, за которой неподатливое безразличие расколется и проявит интересную реакцию.
— Не курим, не распиваем, не портим, — солдат хлопнул толстыми каблуками, чуть не ударил себя по виску рукой — отдал честь. — Никаких глупых теорий и никаких невежливых посещений просто кабинета Уилла!
Цирк закончен, стрелок проводил возлюбленную за плечо к койке, не смея не заметить, как ту подавила новость о Елене. Тяжело. Нет, правда тяжело, но Элиоту хватало храбрости на то, чтобы не отдать на растерзание негативным мыслям хотя бы Алиту. Присел рядом, приобнял и прижал к себе. Не ей одной это расхлёбывать.
— Елена не умрёт, — поджав губы в улыбке, он просто и по-светски похлопал киборга по плечу. — Видишь, как всё хорошо идёт? Нам сразу повезло наткнуться на тех, кто в этом разбирается. Мы развязывали войны кланов, помнишь?
Иллюзионист не привык видеть Алиту в таком состоянии, и именно поэтому не мог отлучиться ни на секунду.
— Я тебе обещаю — Елена поправиться. У нас достаточно времени, чтобы со всем разобраться, ты ведь видела Уилла. Вполне себе целенький мужик..! И если что-то пойдёт не так, а так не будет, мы позовём Джинкс. Уж она-то всё сделает на раз-два! А пока отдохни. Подождём здесь Юки, посмотрим, что она скажет.
—
— Тогда я хочу, чтобы вы оба мне показали всё, что необходимо. В ваших же интереса поспособствовать, там ведь и для тебя, Уилл, найдётся лечение, — Продолжала давить по благо Юки, не желая тратить ни одной лишней секунды. Кулаки горят, но не от нефтяных ожогов, а от острого желания пустить их в дело.
Блондинка держала голову девочки-счетовода на своих коленях, конечно, не таких мягких до агрегатного состояния зефира, как у самой Елены, но их строгий объём создаёт удобный наклон. Рука гладит, не переставая, будто именно от этого зависит жизнь человека на коленях. Это и позволило поймать и предотвратить возможные травмы от лихорадочного припадка: Тсукумо обняла проклятую, прижала к своей груди, одаряя теплом и делая всё, чтобы юная девица не поддалась кошмару: "Никто тебя бить не будет, дорогая. Всё хорошо", — ласково и мелодично прошептала она, пшеничные локоны слетают водопадом, щекоча щёки.
Больше денег Елена, пожалуй, любит жизнь, отчего поправилась невообразимо быстро и уже вскочила, чуть не столкнувшись с острым подбородком Юки.
"Даже грустно. Я хотела подержать её подольше".
— Жива-жива. Ты в кабинете этого любезного господина по имени Уилл. Как ты себя чувствуешь? — Она возвысилась над Еленой и приложила ладонь ко лбу. — Голова не кружится? К чему я это — ты...
Юки опешила, провела языком по дёснам, готовясь грамотно выбирать слова.
— Ты ранена. Прямо вот сюда, и это ранение имеет свои последствия. Последствия, с которыми мы разберёмся, так что тебе лучше отдохнуть. Нам выделили комнаты, представляешь? Не придётся думать, где пятую точку посадить.
Она подхватила подругу за плечо и медленно зашагала к выходу из кабинета. Лишь когда линия сапог сравнялось с порогом, она оборачивается на мужчину.
— Уилл, не забудьте о чём я просила. Я хочу знать и видеть всё. Пошли, Елена, приляжешь, наверняка закутаться в одеялко охота, да? — Засияла мадам улыбкой, неподдельной и лучезарной, будто только её и хватит, чтобы растопить лёд в чужом мозге.
[id543751360:bp-36291248_275529|Tori],
БОТЫ
⠀⠀Маленький лейтенант удалился с майором ради своих личных дел, мешать которым никто не хотел. Уже разок послышался сверху, словно удар грома, маленький взрыв, заставивший Фумэй завести уши назад, а хвост вспушиться. Ласковая рука игривой мышки её успокоила, нежно прогулявшись меж её ушей, но сразу после сама с интересом взглянула наверх.
⠀⠀— Видимо всё-таки ударила её алмаз. Интересно, не сломался ли её меч? — весело виляя хвостом девушка наслаждалась компанией шерстяной подруги и тёплым кофе, приготовленным ею не так давно. Фрельйорд не такой уж и холодный, если не выходить за пределы отопляемого корабля!
⠀⠀Но спокойствие камбуза разрушилось с криками Стеллы! Не уследили девушками за вторженцем, однако сразу обратили внимание на Человека-Биту, что истерично кинулся к окну и повис на подоконнике! Недолго думая, они оба встали со своих стульев и быстренько оказались рядом.
⠀⠀Стелла, раздосадованная, гневная и грустная, могла почувствовать нежные руки на своей талии. Но нет, не было ни объятий, ни интересного продолжения, просто Джейн сняла девушку с подоконника и закрыла окно, чтобы до боли холодный ветер не забрал с собой Стеллу.
⠀⠀— Тише, тише. — сразу погладила пепельноволосую по голове, успокивая. Её чуткие глазки смотрели в даль. — Боже, и как оно вообще попало на корабль? Ну и дела...
⠀⠀Раздумие, нерешительность. Она щуть прищурилась, пытаясь заметить хоть что-то, и единственное, что увидела — мелкий след посреди белого полотна снега.
⠀⠀— Давай найдём твою биту, пока очередной снегопад не засыпал её следы? — всё так же поглаживая младшую по званию проговорила Доу.
⠀⠀— Бр-р... Там же холодрыга, мя... — Фумэй тихо запротестовала, но в ответ получила укоризненный взгляд от Джейн.
⠀⠀— Вряд-ли у нашей подруги есть запасная бита, верно, Стелла? Наверняка она тебе очень дорога, и мы не можем так это оставить! Поймаем воришку, накажем, а потерянное вернём. — теперь она положила руки на плечи Стеллы, чуть сжала. — Пойду надену шапку и можем выдвигаться. А ты, Фумэй, можешь не идти, никто не заставляет... — Вздох. Наигранный.
⠀⠀— Мхм. — кошечка засомневалась, снова глянула на ледяную пустыню и вздрогнула. Но всё-таки, взглянув на грустное личико Стеллы, не смогла устоять. — Л-ладно, вам вдвоём будет тяжело, я помогу, мяу. Оденусь потеплее, возьму сняряжение и пойдём. Не люблю тёплую одежду, двигаться тяжело... — проворчав под конец, она мягко, но безумно быстро удалилсь из камбуза.
⠀⠀— Готовься к выходу, Стелла! — ободряюще она хлопнула потеряшку по плечам и сама удалилась, менее быстро.
⠀⠀Но стоит хоть кому-то оказаться у выхода, там уже первее всех будет стоять Фумэй, что укутала свои самые уязвимые участки. В такой холод её не спасёт даже густая шерсть, вспушившаяся для защиты хозяйки. Пистолеты, бинокль... что она ещё с собой взяла?
⠀⠀Чуть позже подойдёт и Джейн, сверкая своей женской красотой даже в объятиях тёплого тулупа и громоздкой шерстяной шапки. Напоследок она натянула шарф на лицо.
БОТЫ
⠀⠀Маленький лейтенант удалился с майором ради своих личных дел, мешать которым никто не хотел. Уже разок послышался сверху, словно удар грома, маленький взрыв, заставивший Фумэй завести уши назад, а хвост вспушиться. Ласковая рука игривой мышки её успокоила, нежно прогулявшись меж её ушей, но сразу после сама с интересом взглянула наверх.
⠀⠀— Видимо всё-таки ударила её алмаз. Интересно, не сломался ли её меч? — весело виляя хвостом девушка наслаждалась компанией шерстяной подруги и тёплым кофе, приготовленным ею не так давно. Фрельйорд не такой уж и холодный, если не выходить за пределы отопляемого корабля!
⠀⠀Но спокойствие камбуза разрушилось с криками Стеллы! Не уследили девушками за вторженцем, однако сразу обратили внимание на Человека-Биту, что истерично кинулся к окну и повис на подоконнике! Недолго думая, они оба встали со своих стульев и быстренько оказались рядом.
⠀⠀Стелла, раздосадованная, гневная и грустная, могла почувствовать нежные руки на своей талии. Но нет, не было ни объятий, ни интересного продолжения, просто Джейн сняла девушку с подоконника и закрыла окно, чтобы до боли холодный ветер не забрал с собой Стеллу.
⠀⠀— Тише, тише. — сразу погладила пепельноволосую по голове, успокивая. Её чуткие глазки смотрели в даль. — Боже, и как оно вообще попало на корабль? Ну и дела...
⠀⠀Раздумие, нерешительность. Она щуть прищурилась, пытаясь заметить хоть что-то, и единственное, что увидела — мелкий след посреди белого полотна снега.
⠀⠀— Давай найдём твою биту, пока очередной снегопад не засыпал её следы? — всё так же поглаживая младшую по званию проговорила Доу.
⠀⠀— Бр-р... Там же холодрыга, мя... — Фумэй тихо запротестовала, но в ответ получила укоризненный взгляд от Джейн.
⠀⠀— Вряд-ли у нашей подруги есть запасная бита, верно, Стелла? Наверняка она тебе очень дорога, и мы не можем так это оставить! Поймаем воришку, накажем, а потерянное вернём. — теперь она положила руки на плечи Стеллы, чуть сжала. — Пойду надену шапку и можем выдвигаться. А ты, Фумэй, можешь не идти, никто не заставляет... — Вздох. Наигранный.
⠀⠀— Мхм. — кошечка засомневалась, снова глянула на ледяную пустыню и вздрогнула. Но всё-таки, взглянув на грустное личико Стеллы, не смогла устоять. — Л-ладно, вам вдвоём будет тяжело, я помогу, мяу. Оденусь потеплее, возьму сняряжение и пойдём. Не люблю тёплую одежду, двигаться тяжело... — проворчав под конец, она мягко, но безумно быстро удалилсь из камбуза.
⠀⠀— Готовься к выходу, Стелла! — ободряюще она хлопнула потеряшку по плечам и сама удалилась, менее быстро.
⠀⠀Но стоит хоть кому-то оказаться у выхода, там уже первее всех будет стоять Фумэй, что укутала свои самые уязвимые участки. В такой холод её не спасёт даже густая шерсть, вспушившаяся для защиты хозяйки. Пистолеты, бинокль... что она ещё с собой взяла?
⠀⠀Чуть позже подойдёт и Джейн, сверкая своей женской красотой даже в объятиях тёплого тулупа и громоздкой шерстяной шапки. Напоследок она натянула шарф на лицо.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)