Аладей,
= А я уже думал пойти к Леннокс и объявить о том, что ты потерян для нас навсегда.
Герцог так и не понял, когда настал момент его выхода из собственных мыслей и возвращения в реальность. Он поднимался всё выше, а видения становились всё более расплывчатыми, смешивая в себе события из разных времён, из разных мест, становясь куда больше похожими на сны, чем на воспоминания. А затем «бац» и вот уже стоит посередине тёмной пещеры, видя перед собой Эмет-Селха.
- И я рад снова оказаться в твоей компании.
Он той дымки, что позволила рыжему оправиться в путешествие, не осталось и следа. Сквозь оконца в потолке теперь не проникал свет, а виднелись звёзды на ночном небе.
- Сколько прошло времени?
= День, насколько я могу судить. Я, как и ты, тоже на время предался лицезрению откровения, что таит в себе это место. Но покинул его несколько часов назад, ибо оно, явно, не было столь интересным, как твоё.
Музыкант кивнул и опять начал проверять внутренний карман. К его облегчению, тут сигареты всё ещё были при нём, так что он, незамедлительно, закурил, направившись к лестнице, ведущей наружу.
= Для тебя визит сюда был хоть сколько-то полезен?
- Был. В речах монахов есть правда.
= Повезло тебе. Ибо я не увидел совсем ничего полезного.
Остановившись рядом с Непрощённым, Герцог похлопал его по опалённом погону на плече.
- Быть может, ещё просто не время?
На лице Эмета отразилось удивление. Такого поведения от Герцога он не ожидал, что ещё за родительские утешения? Подавив в себе непонимание, он пожал плечами, ничего не ответив на предположение рыжего. Последний же пошёл дальше, выпуская дым из ноздрей.
= Тут уже нечем дышать, пойдём на поверхность.
Снова ночь, снова гуляющий по степи ветер. Хоть музыкант и осознавал, что прошло совсем немного времени, ему казалось, что с момента входа в пещеру прошла целая вечность. Рыжему пришлось заново пережить многие моменты своей жизни, многое переосмыслить.
= Вы как раз с ней разминулись, - сообщил монах.
Новость о том, что Леннокс ушла, не стала для мужчин какой-то великой неожиданностью. Для Герцога это, честно сказать, стало даже облегчением. И не потому, что большинство их встреч с момента пропажи Незримого, проходили не лучшим образом, а потому, что она чала бы задавать вопросы, на которые хамелеон пока не знает, как ответить. А если и знает, то явно не хочет.
= Лишь просила передать это, - монах, закончивший своё бдение, собрал свои вещи в скромный узелок и закинул его на спину. На постаменте у ног статуи лежал и другой свёрток – его алур передал Герцогу. = Она сказала, что это только для Незримого. Но по её лицу было понятно, что для обоих вас.
Раскрыв ткань, рыжий увидел внутри свежую еду – мясо и какие-то плоды, растущие только в степях Икаата. Леннокс времени зря не теряла, да и надо же ей было чем-то себя занять во время ожидания. Недалеко всё ещё тлел недавно затушенный костёр.
= Хотела сказать ещё что-то, уж простите за подробности, но вдруг погрустнела и замолчала. На том и ушла. И я ухожу.
Чуть поклонившись, опуская глаза к земле, монах не спеша зашагал по разрушенному тракту в направлении берега, туда, где он оставил свою лодку.
= И что теперь делать? – спросил Эмет, смотря алуру вслед.
- Для начала я поем, - сказала Герцог, усаживаясь на постамент. – Я проголодался и не пропадать же тому, что было с любовью приготовлено.
= Смотри не отравись этой любовью.
Улыбнувшись, рыжий затушил сигарету о бетонное основание статуи и откинулся, прислоняясь спиной к огромной ноге. Положив свёрток рядом, музыкант взял жареную ногу какой-то местной птицы и впился в неё зубами.
7100
ONE PIECE RP ·
Гранд Лайн | Архипелаг Альферац
Максим,
- Решено. - Вернувшись к костру, Карри нашла взглядом Дара. Его рыжина больно резанула по мыслям, но выглядела девушка достаточно решительно, чтобы мальчишка ничего не заметил. Он аж клацнул зубами по обглоданной кости. В свете взошедшей луны и неоновом мерцании местной флоры выглядело это... красноречиво.
- Я отдам тебя сейчас алурам. Нельзя, чтобы ты рисковал остаться голодным, простудился или еще что - пока я тут сама с собой разговариваю и со змеями. А затем, когда я вернусь, посмотрим, что будем с тобой делать.
= А если не вернешься?
- А за такие разговоры имею право по губам тебе надавать. - Девушка вскинула на плечо лук и подобрала с земли стрелы. Впрочем, хоть она и состроила злобное лицо, в этот раз Дар сам не понимал, почему не испугался. Она усмехнулась, когда мальчишка открыл было рот, и жестом повелела ему молчать дальше.
- Даже если вдруг по какой-то гхыровой причине я не вернусь, нас целый дирижабль. И на большинство из них я более чем могу положиться даже в плане обращения с такими вот шмыбздиками. Так что давай, собирай свои пожитки и показывай, где чаще всего алуры переправляются.
= А может быть так, что вы возьмете меня с собой?
Карри, только склонившаяся, чтобы поднять свою куртку, выпрямилась и строго взглянула на ребетенка, сощурив глаза, будто пыталась прожечь в нем дыру.
- Как ты думаешь, твоя сестра отдала бы тебя нам, когда есть альтернатива в виде алуров?
= Они не сберегли нашу семью. А ты хоть и не смогла бы спасти ее, спасла меня. Смекаешь?
На это ответить оказалось нечего. Карри пожала плечами, понимая, что тащить еще кого-то в их безумную обитель, да еще и такого юного - высшей пробы свинство, на которое она, почему-то, вполне готова.
- У нас можно умереть в любой момент. Что я периодически и пытаюсь сделать. Глупо было бы брать тебя, можешь как самого себя подвести, так и нас нечаянно подставить.
Дар задумался. С этой стороны на вопрос он еще не смотрел, и теперь только сухо кивнул, указывая Карри направление. Они весьма глубоко зашли по острову и теперь он направлялся к храму с родником.
Виды развалин города поражали своей масштабностью. Девушка остановилась, издалека глядя на разрушенный замок. Он показался ей чем-то знаком, хотя даже в тех событиях, которые ей довелось увидеть, Карри его не наблюдала. Заметив ее вдумчивость, парень указал на колонны, почти все разрушенные и заросшие багряными лианами.
= Это был замок моей семьи. К нам пробрались шпионы, так что наш дом и пал самым первым, а король приютил нашу семью в своем дворце.
- Вспомнила. Удивительная история, что ваше семейство не было принято за шпионов. Но, с другой стороны, как я понимаю, отец тоже был фруктовиком?
= Угу. И умер на войне. Про остальных ты знаешь.
Дорога заняла несколько часов. Старательно обходя места, в которых клубился туман или воздух пах иначе, Карри застыла неподвижно, в темноте увидев громаду зелени. Впрочем, когда Дар потянул ее вперед, она молча последовала, дабы вскоре увидеть родник и три статуи, скрывающиеся в праздничном объятии храма.
Это место выглядело так, словно время его почти не тронуло. Карри даже сначала не поверила, прислушиваясь к ощущениям, но никакой знакомой ряби не было. Оно такое оказалось само по себе.
= Доброй ночи, путники. - Старый алур, больше обычного укутанный в их хламиды, сидел возле родника. Взглянув седыми от времени глазами на девчонку и ребенка, он зачерпнул ладонью воды и выпил.
- И вам не хворать, мейстер Айнз. - Карри как-то не сразу подумала, что можно было обойтись без имени, потому что старик вздрогнул.
- Я тут вам подарочек веду, можете за ним приглядеть, пока мы с Герцогом и Эмет-Селхом не вернемся? Все же, ему здесь опасно.
= А кто это? - Он заинтересованно уставился на Дара и девушка вдруг задумалась. Правду говорить ей не хотелось и Дар, судя по всему, тоже потерялся. Закрывать им пространство для выбора и ссориться потом с алурами не хотелось, поэтому Карри относительно быстро нашлась.
- Решено. - Вернувшись к костру, Карри нашла взглядом Дара. Его рыжина больно резанула по мыслям, но выглядела девушка достаточно решительно, чтобы мальчишка ничего не заметил. Он аж клацнул зубами по обглоданной кости. В свете взошедшей луны и неоновом мерцании местной флоры выглядело это... красноречиво.
- Я отдам тебя сейчас алурам. Нельзя, чтобы ты рисковал остаться голодным, простудился или еще что - пока я тут сама с собой разговариваю и со змеями. А затем, когда я вернусь, посмотрим, что будем с тобой делать.
= А если не вернешься?
- А за такие разговоры имею право по губам тебе надавать. - Девушка вскинула на плечо лук и подобрала с земли стрелы. Впрочем, хоть она и состроила злобное лицо, в этот раз Дар сам не понимал, почему не испугался. Она усмехнулась, когда мальчишка открыл было рот, и жестом повелела ему молчать дальше.
- Даже если вдруг по какой-то гхыровой причине я не вернусь, нас целый дирижабль. И на большинство из них я более чем могу положиться даже в плане обращения с такими вот шмыбздиками. Так что давай, собирай свои пожитки и показывай, где чаще всего алуры переправляются.
= А может быть так, что вы возьмете меня с собой?
Карри, только склонившаяся, чтобы поднять свою куртку, выпрямилась и строго взглянула на ребетенка, сощурив глаза, будто пыталась прожечь в нем дыру.
- Как ты думаешь, твоя сестра отдала бы тебя нам, когда есть альтернатива в виде алуров?
= Они не сберегли нашу семью. А ты хоть и не смогла бы спасти ее, спасла меня. Смекаешь?
На это ответить оказалось нечего. Карри пожала плечами, понимая, что тащить еще кого-то в их безумную обитель, да еще и такого юного - высшей пробы свинство, на которое она, почему-то, вполне готова.
- У нас можно умереть в любой момент. Что я периодически и пытаюсь сделать. Глупо было бы брать тебя, можешь как самого себя подвести, так и нас нечаянно подставить.
Дар задумался. С этой стороны на вопрос он еще не смотрел, и теперь только сухо кивнул, указывая Карри направление. Они весьма глубоко зашли по острову и теперь он направлялся к храму с родником.
Виды развалин города поражали своей масштабностью. Девушка остановилась, издалека глядя на разрушенный замок. Он показался ей чем-то знаком, хотя даже в тех событиях, которые ей довелось увидеть, Карри его не наблюдала. Заметив ее вдумчивость, парень указал на колонны, почти все разрушенные и заросшие багряными лианами.
= Это был замок моей семьи. К нам пробрались шпионы, так что наш дом и пал самым первым, а король приютил нашу семью в своем дворце.
- Вспомнила. Удивительная история, что ваше семейство не было принято за шпионов. Но, с другой стороны, как я понимаю, отец тоже был фруктовиком?
= Угу. И умер на войне. Про остальных ты знаешь.
Дорога заняла несколько часов. Старательно обходя места, в которых клубился туман или воздух пах иначе, Карри застыла неподвижно, в темноте увидев громаду зелени. Впрочем, когда Дар потянул ее вперед, она молча последовала, дабы вскоре увидеть родник и три статуи, скрывающиеся в праздничном объятии храма.
Это место выглядело так, словно время его почти не тронуло. Карри даже сначала не поверила, прислушиваясь к ощущениям, но никакой знакомой ряби не было. Оно такое оказалось само по себе.
= Доброй ночи, путники. - Старый алур, больше обычного укутанный в их хламиды, сидел возле родника. Взглянув седыми от времени глазами на девчонку и ребенка, он зачерпнул ладонью воды и выпил.
- И вам не хворать, мейстер Айнз. - Карри как-то не сразу подумала, что можно было обойтись без имени, потому что старик вздрогнул.
- Я тут вам подарочек веду, можете за ним приглядеть, пока мы с Герцогом и Эмет-Селхом не вернемся? Все же, ему здесь опасно.
= А кто это? - Он заинтересованно уставился на Дара и девушка вдруг задумалась. Правду говорить ей не хотелось и Дар, судя по всему, тоже потерялся. Закрывать им пространство для выбора и ссориться потом с алурами не хотелось, поэтому Карри относительно быстро нашлась.
- Да так, мы подобрали мальчишку в путешествии и он пробрался со мной на лодку, а здесь для него опасно слишком. Будет плохо себя вести - оставим вам на воспитание. Если вы не против, конечно. - Она рассмеялась, в некой неловкости почесывая макушку.
= Меня Дар звать. - наконец угрюмо оповестил рыжик, сжигая Карри взглядом.
И, все же, он немного ее понимал. Так у них все еще оставались все варианты. Когда старик уводил Дара с собой, он обернулся - и Карри одними губами шепнула ему: "жди".
И ехидно подмигнула, после разворачиваясь и уходя в чащу.
Впереди Икаат.
= Меня Дар звать. - наконец угрюмо оповестил рыжик, сжигая Карри взглядом.
И, все же, он немного ее понимал. Так у них все еще оставались все варианты. Когда старик уводил Дара с собой, он обернулся - и Карри одними губами шепнула ему: "жди".
И ехидно подмигнула, после разворачиваясь и уходя в чащу.
Впереди Икаат.
[id213233084:bp-36291248_241255|Аладей],
- Тут много для меня одного, - сказал рыжий, выплёвывая косточку плода.
= Провёл бы ты моё по ту сторону, чего я тебе конечно же не желаю, ты бы тоже к еде охладел.
- Надеюсь только к ней.
= Что это ты имеешь в виду? – спросил Эмет, хмурясь.
- Не важно, - ответил Герцог, уводя взгляд с Незримого к звёздам на небосводе. – И всё же съешь что-нибудь. Леннокс было бы приятно.
= Это низко с твоей стороны, - сказал мужчина, беря зелёное яблоко.
- Плюс она наверняка захочет оставить во мне ещё пару новых отверстий, если я съем всё сам.
Эмет-Селх откусил от яблока приличный кусок.
= Когда мы разделились, - продолжил он, прожевав. = Я попросил вас обоих не делать глупостей. И вот, когда я вернулся, то узнал, что вы чуть не убили друг друга. Сказать, что эта новость стала для меня разочарованием, стало бы огромным преуменьшением.
Рыжий ничего не ответил, поглощая ещё один кусок мяса.
= Правда, вы хоть и бродите по миру многим больше меня, но без присмотра становитесь как дети малые. Печальная картина. Надеюсь, вы сможете оставить эту глупость и действовать вместе. Как раньше.
- Если ждёшь от меня обещания, - подал голос музыкант. – То едва ли дождёшься. Но что смогу – то сделаю. Полагаю, Леннокс ответила бы так же, разве что у вас с ней общение всегда складывалось... благоприятнее.
= Ни слова больше, - ответил Эмет, хмурясь ещё сильнее.
Герцог ухмыльнулся, а на щеках Незримого появился румянец, совсем незаметный в темноте. Эмет-Селх доел яблоко и выкинул огрызок через плечо.
- Вот теперь, когда я поел, можно направляться дальше.
= И куда теперь? Будем бродить, пока не найдём ещё одного нашего знакомого, который тоже захочет раскрыть нам неведомые тайны?
- Ну уж нет, хватит с меня этого. Найдём Карри, наверняка её приключение было не менее увлекательным чем моё.
= Везёт вам обоими, если так!
- Если это так, то я бы не стал оставлять её одну на долго.
= Тогда стоит поспешить, - ответил Эмет, улыбнувшись.
- Что это ещё за улыбка?
= Просто я рад. В отличие от тебя, я не стану отпускать шутки, а просто порадуюсь, что есть кто-то, о ком ты заботишься. Кто заботится о тебе, так или иначе.
- Вот что бывает, когда позволяешь людям увязаться за собой. Но не стану убеждать тебя в том, что это не так. Твоя проницательность, как всегда, на высоте.
= Не нужно быть гением, чтобы видеть очевидное.
Они шли по остаткам тракта, следом за ушедшим вперёд монахом. Завывал ветер, как и хищники, что всё ещё остерегались подходить к людям.
= Интересно. Тот алур не мог далеко уйти, но я его не чувствую. Будто испарился.
Герцог лишь пожал плечами.
= И что до прошлого разговора. Я хочу немного побродить по миру, сам. Тем более, учитывая твой статус капера на службе у Правительства, нам лучше держать наше знакомство в секрете. Оставляя тебя сейчас, учитывая на какой-никакой прогресс с Леннокс, я оставлю тебя под присмотром.
- Что ты собираешься делать?
= Что и всегда! Плести интриги, строить схемы, пытаясь подтолкнуть этот мир в нужном нам направлении.
- Можно было и не спрашивать.
= Каждый хорошо в своём, зачем делать вид, будто это не так. Ты собрал вокруг себя много сильных и интересных людей и прочих... котов. У меня был это получилось едва ли. Действовать из тени, дёргать за ниточки – я всё ещё предпочитаю это. А Петля научила меня выживать. Интересное вы название придумали, конечно...
- Ты уже всё решил, да и к тому же ты прав. Только не уходи не попрощавшись.
- Тут много для меня одного, - сказал рыжий, выплёвывая косточку плода.
= Провёл бы ты моё по ту сторону, чего я тебе конечно же не желаю, ты бы тоже к еде охладел.
- Надеюсь только к ней.
= Что это ты имеешь в виду? – спросил Эмет, хмурясь.
- Не важно, - ответил Герцог, уводя взгляд с Незримого к звёздам на небосводе. – И всё же съешь что-нибудь. Леннокс было бы приятно.
= Это низко с твоей стороны, - сказал мужчина, беря зелёное яблоко.
- Плюс она наверняка захочет оставить во мне ещё пару новых отверстий, если я съем всё сам.
Эмет-Селх откусил от яблока приличный кусок.
= Когда мы разделились, - продолжил он, прожевав. = Я попросил вас обоих не делать глупостей. И вот, когда я вернулся, то узнал, что вы чуть не убили друг друга. Сказать, что эта новость стала для меня разочарованием, стало бы огромным преуменьшением.
Рыжий ничего не ответил, поглощая ещё один кусок мяса.
= Правда, вы хоть и бродите по миру многим больше меня, но без присмотра становитесь как дети малые. Печальная картина. Надеюсь, вы сможете оставить эту глупость и действовать вместе. Как раньше.
- Если ждёшь от меня обещания, - подал голос музыкант. – То едва ли дождёшься. Но что смогу – то сделаю. Полагаю, Леннокс ответила бы так же, разве что у вас с ней общение всегда складывалось... благоприятнее.
= Ни слова больше, - ответил Эмет, хмурясь ещё сильнее.
Герцог ухмыльнулся, а на щеках Незримого появился румянец, совсем незаметный в темноте. Эмет-Селх доел яблоко и выкинул огрызок через плечо.
- Вот теперь, когда я поел, можно направляться дальше.
= И куда теперь? Будем бродить, пока не найдём ещё одного нашего знакомого, который тоже захочет раскрыть нам неведомые тайны?
- Ну уж нет, хватит с меня этого. Найдём Карри, наверняка её приключение было не менее увлекательным чем моё.
= Везёт вам обоими, если так!
- Если это так, то я бы не стал оставлять её одну на долго.
= Тогда стоит поспешить, - ответил Эмет, улыбнувшись.
- Что это ещё за улыбка?
= Просто я рад. В отличие от тебя, я не стану отпускать шутки, а просто порадуюсь, что есть кто-то, о ком ты заботишься. Кто заботится о тебе, так или иначе.
- Вот что бывает, когда позволяешь людям увязаться за собой. Но не стану убеждать тебя в том, что это не так. Твоя проницательность, как всегда, на высоте.
= Не нужно быть гением, чтобы видеть очевидное.
Они шли по остаткам тракта, следом за ушедшим вперёд монахом. Завывал ветер, как и хищники, что всё ещё остерегались подходить к людям.
= Интересно. Тот алур не мог далеко уйти, но я его не чувствую. Будто испарился.
Герцог лишь пожал плечами.
= И что до прошлого разговора. Я хочу немного побродить по миру, сам. Тем более, учитывая твой статус капера на службе у Правительства, нам лучше держать наше знакомство в секрете. Оставляя тебя сейчас, учитывая на какой-никакой прогресс с Леннокс, я оставлю тебя под присмотром.
- Что ты собираешься делать?
= Что и всегда! Плести интриги, строить схемы, пытаясь подтолкнуть этот мир в нужном нам направлении.
- Можно было и не спрашивать.
= Каждый хорошо в своём, зачем делать вид, будто это не так. Ты собрал вокруг себя много сильных и интересных людей и прочих... котов. У меня был это получилось едва ли. Действовать из тени, дёргать за ниточки – я всё ещё предпочитаю это. А Петля научила меня выживать. Интересное вы название придумали, конечно...
- Ты уже всё решил, да и к тому же ты прав. Только не уходи не попрощавшись.
Максим,
Когда она оставила храм, ночь едва вступала в свои владения.
Только оставшись наедине с самой собой, Карри решилась вновь обратиться к Оленю. Ей не терпелось добраться до берега, там, где свет звезд над морем и луна делали все яснее.
Хотя, в голове яснее не станет. Она чувствовала, как развернувшаяся перед ней история глушит и давит, как хочется, просто лишний раз вдохнув, опустившись на колени в этой лазурной траве, остановиться.
"Нельзя."
Карри шла напрямую. Вышедшему на нее волка девушка заглянула в глаза. Он неуверенно рыкнул, но воровка подняла ладонь.
- Шаг ступишь ко мне - получишь леща. Я не тот олень, которого ты ищешь.
Довод оказался достойным, к таким решительным добычам жизнь волка не готовила. Он скрылся в чаще, а Оленуха вскоре вывалилась из чащи на просеку, за которой виднелся простор ночного, усыпанного звездами неба. Дышать стало чуть проще, но что-то все равно резало горло, заставляя время от времени остановиться и закрыть глаза.
Такое увидишь только в море, когда все небо куполом простирается над тобой, без границы и совести, с сахарной крошкой и бродячими отсветами остывшего заката.
"Нельзя сейчас, когда осталось совсем чуть-чуть, просто остаться здесь. Вдохни еще раз. Послушай меня. Послушай меня. Просто послушай. Всех нас."
Остаться одной оказалось сложнее, чем Карри представляла. Потому что нет больше этого "одной" и на смену всклокоченному мелкому пройдохе приходит нечто темное, сумрачное, уже давно закопанное в самой глубине без какой-либо возможности обрести свободу.
А после столь долгого времени, проведенного в вынужденном одиночестве, не мудрено и со всем, что запрятано, по несколько раз переговорить. К добру или нет.
Она вышла на берег. Сняв ботинки, зашла на два шага в воду, ощущая, как та отнимает ее силы. Карри протянула руку на встречу другому берегу. Прежде, чем зайти в лодку, она должна была убедиться, что это место перестало быть ее тюрьмой.
Так и есть.
Сев в лодку, девушка только раз оглянулась на Фагу - на середине пути. Монахи, конечно, предупреждали, но вряд ли хоть кто-то из них полностью представлял, чем это место может оказаться.
Завывал ветер. На Икаате он оказался куда более хищным и порывистым, но Карри это не беспокоило. Она шла по тракту, полагая, что на этом острове надолго не задержится - просто потому, что чувствует в том самом тумане тени людей, которых не хотела бы видеть. Однако, перевалив через невысокий холм, она замерла.
Два знакомых силуэта. До боли знакомых, до рези в глазах. Девушка замерла, не в силах даже двинуться с места какую-то пару мгновений. Они говорили о чем-то, но ветер стирал все это, не давая услышать. Так долго - и теперь так близко, но чувство, словно все это очередной сон и не правда.
Так нельзя.
"Только не уходи, не попрощавшись."
Карри в пару скачков преодолела разделяющее их расстояние. Не дожидаясь какой-либо реакции на собственное явление, особенно в таком всклокоченном виде - а чего еще бы они ждали, буквально только что обсуждая ее любовь встревать во всякое - девушка стиснула Герцога и Незримого в объятиях. Причем, шанса увернуться Эмет-Селху судьба не предоставила, просто потому что Оленуха была быстра и неумолима. Крепко их стиснув, она опустила голову, утыкаясь макушкой в чье-то плечо, оказавшееся посередине.
- Как я рада вас видеть... Вы даже представить себе не можете. Даже не думайте, что можете. Вы самые... самые лучшие и самые странные люди на свете. Но и самые дорогие. Так и знайте.
Впрочем, эта акция насилия над ближними (особенно в лице Незримого, который наверняка опешил от подобного обращения) быстро закончилась. Девушка опустила руки и отошла на шаг назад, явно говоря с усилием и пряча лицо.
- Незримый, там мальчонка странный у алуров, посылка от меня, скажем так... Я так понимаю, ты направляешься к ним. Если будет время, пригляди пожалуйста, чтобы его никуда не задевали. или поручи кому-нибудь из Непрощенных. Только не Йену. Хоть Ярви, хоть йорсисам,
Когда она оставила храм, ночь едва вступала в свои владения.
Только оставшись наедине с самой собой, Карри решилась вновь обратиться к Оленю. Ей не терпелось добраться до берега, там, где свет звезд над морем и луна делали все яснее.
Хотя, в голове яснее не станет. Она чувствовала, как развернувшаяся перед ней история глушит и давит, как хочется, просто лишний раз вдохнув, опустившись на колени в этой лазурной траве, остановиться.
"Нельзя."
Карри шла напрямую. Вышедшему на нее волка девушка заглянула в глаза. Он неуверенно рыкнул, но воровка подняла ладонь.
- Шаг ступишь ко мне - получишь леща. Я не тот олень, которого ты ищешь.
Довод оказался достойным, к таким решительным добычам жизнь волка не готовила. Он скрылся в чаще, а Оленуха вскоре вывалилась из чащи на просеку, за которой виднелся простор ночного, усыпанного звездами неба. Дышать стало чуть проще, но что-то все равно резало горло, заставляя время от времени остановиться и закрыть глаза.
Такое увидишь только в море, когда все небо куполом простирается над тобой, без границы и совести, с сахарной крошкой и бродячими отсветами остывшего заката.
"Нельзя сейчас, когда осталось совсем чуть-чуть, просто остаться здесь. Вдохни еще раз. Послушай меня. Послушай меня. Просто послушай. Всех нас."
Остаться одной оказалось сложнее, чем Карри представляла. Потому что нет больше этого "одной" и на смену всклокоченному мелкому пройдохе приходит нечто темное, сумрачное, уже давно закопанное в самой глубине без какой-либо возможности обрести свободу.
А после столь долгого времени, проведенного в вынужденном одиночестве, не мудрено и со всем, что запрятано, по несколько раз переговорить. К добру или нет.
Она вышла на берег. Сняв ботинки, зашла на два шага в воду, ощущая, как та отнимает ее силы. Карри протянула руку на встречу другому берегу. Прежде, чем зайти в лодку, она должна была убедиться, что это место перестало быть ее тюрьмой.
Так и есть.
Сев в лодку, девушка только раз оглянулась на Фагу - на середине пути. Монахи, конечно, предупреждали, но вряд ли хоть кто-то из них полностью представлял, чем это место может оказаться.
Завывал ветер. На Икаате он оказался куда более хищным и порывистым, но Карри это не беспокоило. Она шла по тракту, полагая, что на этом острове надолго не задержится - просто потому, что чувствует в том самом тумане тени людей, которых не хотела бы видеть. Однако, перевалив через невысокий холм, она замерла.
Два знакомых силуэта. До боли знакомых, до рези в глазах. Девушка замерла, не в силах даже двинуться с места какую-то пару мгновений. Они говорили о чем-то, но ветер стирал все это, не давая услышать. Так долго - и теперь так близко, но чувство, словно все это очередной сон и не правда.
Так нельзя.
"Только не уходи, не попрощавшись."
Карри в пару скачков преодолела разделяющее их расстояние. Не дожидаясь какой-либо реакции на собственное явление, особенно в таком всклокоченном виде - а чего еще бы они ждали, буквально только что обсуждая ее любовь встревать во всякое - девушка стиснула Герцога и Незримого в объятиях. Причем, шанса увернуться Эмет-Селху судьба не предоставила, просто потому что Оленуха была быстра и неумолима. Крепко их стиснув, она опустила голову, утыкаясь макушкой в чье-то плечо, оказавшееся посередине.
- Как я рада вас видеть... Вы даже представить себе не можете. Даже не думайте, что можете. Вы самые... самые лучшие и самые странные люди на свете. Но и самые дорогие. Так и знайте.
Впрочем, эта акция насилия над ближними (особенно в лице Незримого, который наверняка опешил от подобного обращения) быстро закончилась. Девушка опустила руки и отошла на шаг назад, явно говоря с усилием и пряча лицо.
- Незримый, там мальчонка странный у алуров, посылка от меня, скажем так... Я так понимаю, ты направляешься к ним. Если будет время, пригляди пожалуйста, чтобы его никуда не задевали. или поручи кому-нибудь из Непрощенных. Только не Йену. Хоть Ярви, хоть йорсисам,
только не Йену.
"Петля" и правда оказалось хорошим именем для подобного. Кратким и емким описанием.
Пройдя по ней, все равно вернешься к началу, но совсем не таким, каким был на старте. Глядя на Герцога и Эмет-Селха, девушка слабо улыбалась, а луна подсвечивала ее ссадины на скулах и желтоватые пятна на руках. Но глаза Оленухи выглядели совсем иначе, чем раньше. Впрочем, даже она сама не могла бы объяснить разницу. Так отличаются наверное только глаза людей, что резко и вынужденно повзрослели, никак не изменившись внешне.
"Петля" и правда оказалось хорошим именем для подобного. Кратким и емким описанием.
Пройдя по ней, все равно вернешься к началу, но совсем не таким, каким был на старте. Глядя на Герцога и Эмет-Селха, девушка слабо улыбалась, а луна подсвечивала ее ссадины на скулах и желтоватые пятна на руках. Но глаза Оленухи выглядели совсем иначе, чем раньше. Впрочем, даже она сама не могла бы объяснить разницу. Так отличаются наверное только глаза людей, что резко и вынужденно повзрослели, никак не изменившись внешне.
[id213233084:bp-36291248_241281|Аладей],
И Герцог, и Эмет, оба были весь озадачены такой радушной встречей. Хотя второй, конечно же в гораздо большей степени. А Герцог чего-то в таком роде и предполагал, учитывая и то, через что пришлось пройти ему. Хоть и в меньшей мере, но предполагал. Подавив изначальное удивление, рыжий тоже приобнял Карри, положив руку на её спину.
- Я тоже рад тебя видеть, - ответил хамелеон, освободившись от медвежьей хватки.
Музыкант перевёл взгляд на хмурившегося товарища. Поняв, что от него ждут хоть таких-то действий, Незримый, протяжно выдохнул.
= Да, да, и я рад тоже, - пробубнил он, недовольно покачивая головой.
Рыжий усмехнулся, заставляя Эмета хмурится ещё пуще прежнего, чувствуя, что его подтолкнули на какую-то муру.
= Всё, хватит с меня. Вы опять вместе, а потому я здесь больше не нужен. Но скажи мне, пожалуйста, с чего ты взяла, что я стану возиться с каким-то ребёнком?
- Потому, - Герцог перехватил вопрос, предназначенный Оленухе. – Потому, что ты не сможешь бросить кого-то просто так.
= Да за кого вы меня принимаете?!
- За дорого друга, что не откажет в просьбе.
= Вы просто невыносимы....
Щелчок пальцев и Эмет-Селх пропал. Рыжий улыбнулся, поворачивая голову к девушке. Вытащив из кармана пачку, он закурил и протянул сигарету Оленухе. Выпустив дым, мужчина чуть наклонился, заглядывая в глаза Карри.
- За мальчика не волнуйся. Эмет-Селх не подведёт. Он хороший друг. Прямо как ты.
Что-то там было, что-то другое. На мгновенье рыжий испугался, что эти места изменили её слишком, что она перестанет быть той оторвой без тормозов с тараном вместо мозга. Но нет, это едва ли когда-то произойдёт, а учитывая способ, которым она отметила их воссоединение, всё в целом на тех же рельсах.
- У меня ещё осталось еда, - он протянул свёрток. – Никогда не поверишь, кто её приготовил. Но она вкусная.
Рыжий разогнулся, закидывая рукой упавшие на лоб пряди волос.
- Где была, чем занималась? Откуда ты в этих местах взяла ребёнка, выжить ему здесь без чьей-либо помощи было бы совсем непросто.
И Герцог, и Эмет, оба были весь озадачены такой радушной встречей. Хотя второй, конечно же в гораздо большей степени. А Герцог чего-то в таком роде и предполагал, учитывая и то, через что пришлось пройти ему. Хоть и в меньшей мере, но предполагал. Подавив изначальное удивление, рыжий тоже приобнял Карри, положив руку на её спину.
- Я тоже рад тебя видеть, - ответил хамелеон, освободившись от медвежьей хватки.
Музыкант перевёл взгляд на хмурившегося товарища. Поняв, что от него ждут хоть таких-то действий, Незримый, протяжно выдохнул.
= Да, да, и я рад тоже, - пробубнил он, недовольно покачивая головой.
Рыжий усмехнулся, заставляя Эмета хмурится ещё пуще прежнего, чувствуя, что его подтолкнули на какую-то муру.
= Всё, хватит с меня. Вы опять вместе, а потому я здесь больше не нужен. Но скажи мне, пожалуйста, с чего ты взяла, что я стану возиться с каким-то ребёнком?
- Потому, - Герцог перехватил вопрос, предназначенный Оленухе. – Потому, что ты не сможешь бросить кого-то просто так.
= Да за кого вы меня принимаете?!
- За дорого друга, что не откажет в просьбе.
= Вы просто невыносимы....
Щелчок пальцев и Эмет-Селх пропал. Рыжий улыбнулся, поворачивая голову к девушке. Вытащив из кармана пачку, он закурил и протянул сигарету Оленухе. Выпустив дым, мужчина чуть наклонился, заглядывая в глаза Карри.
- За мальчика не волнуйся. Эмет-Селх не подведёт. Он хороший друг. Прямо как ты.
Что-то там было, что-то другое. На мгновенье рыжий испугался, что эти места изменили её слишком, что она перестанет быть той оторвой без тормозов с тараном вместо мозга. Но нет, это едва ли когда-то произойдёт, а учитывая способ, которым она отметила их воссоединение, всё в целом на тех же рельсах.
- У меня ещё осталось еда, - он протянул свёрток. – Никогда не поверишь, кто её приготовил. Но она вкусная.
Рыжий разогнулся, закидывая рукой упавшие на лоб пряди волос.
- Где была, чем занималась? Откуда ты в этих местах взяла ребёнка, выжить ему здесь без чьей-либо помощи было бы совсем непросто.
[id19482413:bp-36291248_241325|Максим],
Карри не надеялась, что ей вообще хоть как-то ответят. Зыбкая и вязкая пелена сходили неторопливо, разум просто отказывался так просто принять, что все это - реальность, а не очередное видение. Привыкнув к чему-то тяжелому, человеческий разум так боится обжечься о нечто более прекрасное.
Приняв врученную Герцогом сигарету, девушка сжала ее в дрогнувших губах. Она была мысленно ему благодарна, потому как диалог с Эметом Рыжий взял на себя - от того, как они говорили, от всей этой их короткой перепалки, ком в горле превратился в случайно проглоченного ежа.
Каждый проведенный в одиночестве день стоил того, чтобы дождаться этого момента. Это все равно, что после долгой разлуки вернуться домой и узнать, что тебя там ждали.
Но в глаза наклонившегося Герцога Оленуха заглянула с улыбкой, как обычно - самую малость бесшабашной.
- Надеюсь, только в крепости дружбы мы с ним идентичны, двух... трех таких любителей встрять в какую-нибудь жесть наш дирижабль не выдержит. - Она усмехнулась, опуская взгляд к протянутому свертку. - Но я очень рада, что ты... видишь во мне такого же надежного друга, как он.
Да, пожалуй, на первый взгляд сложно угадать, кем приготовлена еда. Однако, олень остается оленем, хороший звериный нюх даже упорное пристрастие к курению так и не смогло изжить. За принюхиванием девушка спрятала непрошенный шмыг носом. Таких слов в свой адрес Карри не ждала и никак не могла ждать. Не сейчас.
Мужчина мог увидеть, как удивленно вскинулись ее брови, а во взгляде проявились несколько обалдело-неверящие нотки.
- Если она готовила это мне, то удивлена, что не чую стрихнин какой-нибудь... Но, думаю, это было приготовлено тебе. Тут стрихнин бы не помог. Или же она готовила это Незримому?
Карри со сдавленным смешком приняла сверток и повернулась к дороге. Так пока и не спеша расправиться с внезапным ужином, не смотря на бурчащий живот, она поманила Герцога за собой. Ей хотелось бы покинуть Икаат уже к рассвету.
Здесь некому было ее узнать, но она чуяла в тенях внимательные взгляды из совсем иных времен.
И прозвучавший вдруг вопрос Рыжего застал девушку врасплох. Донельзя простой, логичный и ожидаемый, он заставил ее надолго замолчать, глядя куда-то под ноги и медленно выдыхая дым.
С сигаретами и правда думалось проще, но сейчас все мысли спутались, сплелись узлами и косичками, прячась за сотней слишком ярких образов, а перед внутренним взором творилась безумная кутерьма.
- Для вас прошло несколько дней. - Докурив, Карри шагнула к Герцогу чуть ближе и зачем-то взялась за его руку. Зажав сверток локтем, она устроила кисть Рыжего на своей руке, проводя теперь пальцем по его ладони от запястья к пальцам. Ей хотелось тепла, хотелось спрятаться от всего мира, но в то же время даже разрыдаться Карри не могла себе позволить, уважая чувства Рыжего, что проживал подобное совсем иначе и куда тяжелее. Так что теперь она с увлечением разглядывала его ладонь, концентрируя мысли на словах. - Для меня прошло около сотни лет. Этот мальчишка - местный. Это долгая история и я хотела бы рассказать ее не здесь. Давай покинем Икаат. Есть же еще третий остров, не так ли? Думаю, там будет спокойнее и вряд ли создательница этого чудного ужина захочет со мной расправиться, так что можно идти без лишних опасений.
Карри не надеялась, что ей вообще хоть как-то ответят. Зыбкая и вязкая пелена сходили неторопливо, разум просто отказывался так просто принять, что все это - реальность, а не очередное видение. Привыкнув к чему-то тяжелому, человеческий разум так боится обжечься о нечто более прекрасное.
Приняв врученную Герцогом сигарету, девушка сжала ее в дрогнувших губах. Она была мысленно ему благодарна, потому как диалог с Эметом Рыжий взял на себя - от того, как они говорили, от всей этой их короткой перепалки, ком в горле превратился в случайно проглоченного ежа.
Каждый проведенный в одиночестве день стоил того, чтобы дождаться этого момента. Это все равно, что после долгой разлуки вернуться домой и узнать, что тебя там ждали.
Но в глаза наклонившегося Герцога Оленуха заглянула с улыбкой, как обычно - самую малость бесшабашной.
- Надеюсь, только в крепости дружбы мы с ним идентичны, двух... трех таких любителей встрять в какую-нибудь жесть наш дирижабль не выдержит. - Она усмехнулась, опуская взгляд к протянутому свертку. - Но я очень рада, что ты... видишь во мне такого же надежного друга, как он.
Да, пожалуй, на первый взгляд сложно угадать, кем приготовлена еда. Однако, олень остается оленем, хороший звериный нюх даже упорное пристрастие к курению так и не смогло изжить. За принюхиванием девушка спрятала непрошенный шмыг носом. Таких слов в свой адрес Карри не ждала и никак не могла ждать. Не сейчас.
Мужчина мог увидеть, как удивленно вскинулись ее брови, а во взгляде проявились несколько обалдело-неверящие нотки.
- Если она готовила это мне, то удивлена, что не чую стрихнин какой-нибудь... Но, думаю, это было приготовлено тебе. Тут стрихнин бы не помог. Или же она готовила это Незримому?
Карри со сдавленным смешком приняла сверток и повернулась к дороге. Так пока и не спеша расправиться с внезапным ужином, не смотря на бурчащий живот, она поманила Герцога за собой. Ей хотелось бы покинуть Икаат уже к рассвету.
Здесь некому было ее узнать, но она чуяла в тенях внимательные взгляды из совсем иных времен.
И прозвучавший вдруг вопрос Рыжего застал девушку врасплох. Донельзя простой, логичный и ожидаемый, он заставил ее надолго замолчать, глядя куда-то под ноги и медленно выдыхая дым.
С сигаретами и правда думалось проще, но сейчас все мысли спутались, сплелись узлами и косичками, прячась за сотней слишком ярких образов, а перед внутренним взором творилась безумная кутерьма.
- Для вас прошло несколько дней. - Докурив, Карри шагнула к Герцогу чуть ближе и зачем-то взялась за его руку. Зажав сверток локтем, она устроила кисть Рыжего на своей руке, проводя теперь пальцем по его ладони от запястья к пальцам. Ей хотелось тепла, хотелось спрятаться от всего мира, но в то же время даже разрыдаться Карри не могла себе позволить, уважая чувства Рыжего, что проживал подобное совсем иначе и куда тяжелее. Так что теперь она с увлечением разглядывала его ладонь, концентрируя мысли на словах. - Для меня прошло около сотни лет. Этот мальчишка - местный. Это долгая история и я хотела бы рассказать ее не здесь. Давай покинем Икаат. Есть же еще третий остров, не так ли? Думаю, там будет спокойнее и вряд ли создательница этого чудного ужина захочет со мной расправиться, так что можно идти без лишних опасений.
[id213233084:bp-36291248_241326|Аладей],
- В дружбе, но не только в ней, - ответил Герцог касательно схожести девушки с Незримым. – Но во многом другом вы совсем разные. Даже если подумать, как вы, такие разные, оба смогли в доверие ко мне втереться?
Рыжий усмехнулся в кулак, делая ещё затяжку сразу после.
«Вы оба знаете, во что я вас втянул, что за ношу с вами разделил. И хоть он может и видел больше, но ведь и ты всё понимаешь. Понимаешь и идёшь даже не рядом со мной, а подчас даже ведёшь меня за собой»
- Скорее для Незримого, да. Потому яда там нет, не беспокойся. Тебе ещё предстоит узнать об их взаимоотношениях, но я не стану бабкой-сплетницей. Главное, что тебе стоит знать – сердце Леннокс более не столь холодно. Следующие встречи с ней должны быть более... приятными.
Рассказ Оленухи о её путешествии на какое-то время выбил хамелеона из колеи, он остановился, отворачиваясь от девушки и закрывая, и так слабо видное под луной, лицо рукой. Ещё одна параллель с Эметом, которая Герцогу ничуть не нравится. Только один покинул западню, так сразу в ней оказалась Карри.
«Не забывай, что виновник всего – я»
Он чувствовал, как холод расходится в груди, как становится тяжело дышать, будто рыжий снова вернулся в то видение, будто он снова падает в бездонную пропасть, внизу которой лишь боль. Боль и ненависть к себе.
«Нет, хватит. Можешь ненавидеть себя сколько хочешь. Но не сейчас. Но не здесь. Она тебя не ненавидит, разве ты не видишь? Утри слёзы и иди вперёд. Вместе с ней. Ради неё. Вместе со всеми и ради всех. И ради себя»
Когда Герцог повернулся, Карри на мгновенье могла заметить блеск в его глазах, отражающий звёзды на ночном небе. Но долго этим зрелищем рыжий наслаждаться не дал – сжав руку девушки, он подтянул её к себе и обнял, кладя свободную руку на голову Оленухи и прижимая к груди.
- Прос...
«Нет, чёрт возьми. Нет. Это не то, что она хочет слышать. С тобой она не из жалости, ты прекрасно знаешь, что она не жалеет»
- Спасибо. За всё спасибо. И не меняйся.
- В дружбе, но не только в ней, - ответил Герцог касательно схожести девушки с Незримым. – Но во многом другом вы совсем разные. Даже если подумать, как вы, такие разные, оба смогли в доверие ко мне втереться?
Рыжий усмехнулся в кулак, делая ещё затяжку сразу после.
«Вы оба знаете, во что я вас втянул, что за ношу с вами разделил. И хоть он может и видел больше, но ведь и ты всё понимаешь. Понимаешь и идёшь даже не рядом со мной, а подчас даже ведёшь меня за собой»
- Скорее для Незримого, да. Потому яда там нет, не беспокойся. Тебе ещё предстоит узнать об их взаимоотношениях, но я не стану бабкой-сплетницей. Главное, что тебе стоит знать – сердце Леннокс более не столь холодно. Следующие встречи с ней должны быть более... приятными.
Рассказ Оленухи о её путешествии на какое-то время выбил хамелеона из колеи, он остановился, отворачиваясь от девушки и закрывая, и так слабо видное под луной, лицо рукой. Ещё одна параллель с Эметом, которая Герцогу ничуть не нравится. Только один покинул западню, так сразу в ней оказалась Карри.
«Не забывай, что виновник всего – я»
Он чувствовал, как холод расходится в груди, как становится тяжело дышать, будто рыжий снова вернулся в то видение, будто он снова падает в бездонную пропасть, внизу которой лишь боль. Боль и ненависть к себе.
«Нет, хватит. Можешь ненавидеть себя сколько хочешь. Но не сейчас. Но не здесь. Она тебя не ненавидит, разве ты не видишь? Утри слёзы и иди вперёд. Вместе с ней. Ради неё. Вместе со всеми и ради всех. И ради себя»
Когда Герцог повернулся, Карри на мгновенье могла заметить блеск в его глазах, отражающий звёзды на ночном небе. Но долго этим зрелищем рыжий наслаждаться не дал – сжав руку девушки, он подтянул её к себе и обнял, кладя свободную руку на голову Оленухи и прижимая к груди.
- Прос...
«Нет, чёрт возьми. Нет. Это не то, что она хочет слышать. С тобой она не из жалости, ты прекрасно знаешь, что она не жалеет»
- Спасибо. За всё спасибо. И не меняйся.
[id19482413:bp-36291248_241375|Максим],
Известие о том, что еда действительно приготовлена для Незримого, немало удивило Карри. И натянуло в ее разуме несколько новых нитей в историю Герцога, которую он не спешил рассказать. Раньше ей часто казалось - дело в недоверии. И вполне логичном, надо сказать, поскольку балбесину, подобную ей, пойди еще найди на всем белом свете. Даже само ее возвращение к Герцогу выглядело как что-то среднее между самоубийством и крайней степенью идиотии.
Но она знала причины. Пусть тогда и не задумывалась о них столь долго, но сейчас у нее было время подумать. Перекопать всю историю, понять, что все это время творилось в голове Рыжего, хотя Карри и ни на миг не позволила себе решить, будто поняла абсолютно все.
Время разрушает память, разрушает личность, стирает души, оставляя от них только пепельные следы на стенах, но Карри слишком долго была рядом с тем, кого не должно существовать. Она научилась на многое смотреть под другим углом и только благодаря этому сейчас на Герцога глядел почти тот же человек, что и раньше.
Разумеется, почти - но она намеревалась сделать из этого только новую броню.
Впрочем, известие о теплоте встреч с Леннокс ее тоже порядком удивило. В конце концов, предыдущие разы рыжеволосая мадам воспринимала Оленуху, в основном, как инструмент достижения некой своей цели. И в основном виновата во всем была манера девушки совать свой нос куда ни попадя.
Впрочем...
Все это сейчас не имело никакого значения. Всему свое время и сейчас Карри вела свой короткий рассказ - который позже намеревалась значительно расширить. Она понимала, как могло удивить это известие Рыжего, но чтобы настолько...
Увидев его глаза, девушка ощутила, как сердце проваливается куда-то в пустоту, немея. Она жалела - но только о том, что причинила ему настолько сильную боль и вскрыла раны, которые только чуть-чуть затянулись.
В объятиях она просто закрыла глаза. Хотелось реветь навзрыд, за все то время, которое не могла, хотя мстилось волком выть на луну от одиночества и тоски по нему, хотелось сжать его так крепко, чтобы хрустнули все кости, а может и какие лишние.
Что ж...
Она так и сделала. Пальцы Карри сжались и скрючились на спине Герцога, пока она, упираясь лбом в его грудь, тихо взвыла, всхлипывая и пытаясь себя унять. Его тепло - живое, настоящее, невыдуманное - вскрыло колодец отчаяния, который все это время девушка старательно закапывала.
- Я так скучала! Герцог, я так скучала, я так хотела вас увидеть, но я не могла... Я боялась, что больше никогда тебя не увижу! И что, если вернусь потом, так сильно изменюсь, что ты не захочешь меня видеть, не захочешь, чтобы рядом было такое... напоминание. - Она зажмурилась, хватаясь за мужчину еще крепче и стараясь себя унять.
- Не смей даже думать о какой-то своей вине. Это было моим решением, от и до. И я ни разу о нем не пожалела, слышишь? Ни о том, что решила сюда поехать, ни о том, что произошло. Да, это было больно и ужасно... Но так надо было. Так всегда надо было! Потому что я... я горжусь тем, кем стала рядом с тобой. Ну, не вот этим зареванным чудовищем, конечно, а чем-то за минут пять до, но...
Карри глубоко вдохнула. Отклонившись, заглянула в лицо Герцогу, сверкая, как наливное яблоко, от собственных слез, и улыбнулась так жизнерадостно, как вообще была способна.
- Я всегда вернусь к тебе, Герцог. Просто поверь, я всегда найду путь и вернусь. И я тебя защищу - как ты защищал все это время меня.
Известие о том, что еда действительно приготовлена для Незримого, немало удивило Карри. И натянуло в ее разуме несколько новых нитей в историю Герцога, которую он не спешил рассказать. Раньше ей часто казалось - дело в недоверии. И вполне логичном, надо сказать, поскольку балбесину, подобную ей, пойди еще найди на всем белом свете. Даже само ее возвращение к Герцогу выглядело как что-то среднее между самоубийством и крайней степенью идиотии.
Но она знала причины. Пусть тогда и не задумывалась о них столь долго, но сейчас у нее было время подумать. Перекопать всю историю, понять, что все это время творилось в голове Рыжего, хотя Карри и ни на миг не позволила себе решить, будто поняла абсолютно все.
Время разрушает память, разрушает личность, стирает души, оставляя от них только пепельные следы на стенах, но Карри слишком долго была рядом с тем, кого не должно существовать. Она научилась на многое смотреть под другим углом и только благодаря этому сейчас на Герцога глядел почти тот же человек, что и раньше.
Разумеется, почти - но она намеревалась сделать из этого только новую броню.
Впрочем, известие о теплоте встреч с Леннокс ее тоже порядком удивило. В конце концов, предыдущие разы рыжеволосая мадам воспринимала Оленуху, в основном, как инструмент достижения некой своей цели. И в основном виновата во всем была манера девушки совать свой нос куда ни попадя.
Впрочем...
Все это сейчас не имело никакого значения. Всему свое время и сейчас Карри вела свой короткий рассказ - который позже намеревалась значительно расширить. Она понимала, как могло удивить это известие Рыжего, но чтобы настолько...
Увидев его глаза, девушка ощутила, как сердце проваливается куда-то в пустоту, немея. Она жалела - но только о том, что причинила ему настолько сильную боль и вскрыла раны, которые только чуть-чуть затянулись.
В объятиях она просто закрыла глаза. Хотелось реветь навзрыд, за все то время, которое не могла, хотя мстилось волком выть на луну от одиночества и тоски по нему, хотелось сжать его так крепко, чтобы хрустнули все кости, а может и какие лишние.
Что ж...
Она так и сделала. Пальцы Карри сжались и скрючились на спине Герцога, пока она, упираясь лбом в его грудь, тихо взвыла, всхлипывая и пытаясь себя унять. Его тепло - живое, настоящее, невыдуманное - вскрыло колодец отчаяния, который все это время девушка старательно закапывала.
- Я так скучала! Герцог, я так скучала, я так хотела вас увидеть, но я не могла... Я боялась, что больше никогда тебя не увижу! И что, если вернусь потом, так сильно изменюсь, что ты не захочешь меня видеть, не захочешь, чтобы рядом было такое... напоминание. - Она зажмурилась, хватаясь за мужчину еще крепче и стараясь себя унять.
- Не смей даже думать о какой-то своей вине. Это было моим решением, от и до. И я ни разу о нем не пожалела, слышишь? Ни о том, что решила сюда поехать, ни о том, что произошло. Да, это было больно и ужасно... Но так надо было. Так всегда надо было! Потому что я... я горжусь тем, кем стала рядом с тобой. Ну, не вот этим зареванным чудовищем, конечно, а чем-то за минут пять до, но...
Карри глубоко вдохнула. Отклонившись, заглянула в лицо Герцогу, сверкая, как наливное яблоко, от собственных слез, и улыбнулась так жизнерадостно, как вообще была способна.
- Я всегда вернусь к тебе, Герцог. Просто поверь, я всегда найду путь и вернусь. И я тебя защищу - как ты защищал все это время меня.
Сообщений игроков на странице: 10
Пользователи, просматривающие эту тему: 1 Гость(ей)