[Саус Блю] Тёмное Королевство Драм

Саня, никакой редакции своих прошлых постов в данном случае быть не может.

(!)

[Но получив подзатыльник от Азако замок. Точнее он все ещё бубнил, что-то себе под нос, но он уже привык принимать Азако таким какой он есть и долго на него злиться не мог ребята уже стояли на корабле, как кунаичи взяла слово.]

= Что это было? "Спросила Нея." = Этот туман и огромный тигр.

- Я читал отчёты это некий человек, что уже сражался с нашими коллегами. "Объяснил Азако." - Видимо так он проверяет на.

[Ребята понимающий кивнули. Все кроме Узуме и Почи, они просто кивнулмя в знак солидарности. После чего Азако велел Неи встать за штурвал и они отправились дальше.]

— Конец островного квеста. —

Слов: 2673.

Переход —-> Каравелла Коконоцу.

—ОСТРОВНОЙ КВЕСТ.—

ПРИКЛЮЧЕНИЯ КАРЛОСА.
ДЕНЬ 1.

•Мрачное, холодное, неприятное и местами сырое место. Вот что это был за остров под названием Темное Королевство Драм. По слухам сам Вапол, здешний король сбежал из-за революционной армии. В стране были беспорядки и революционеры не успевали со всеми справиться. Но Карлосу это было не важно. Гигант просто сидел в той части острова, где не было людей. Сюда его привезли его коллеги, а после уплыли. Карлос решил начать свой путь отсюда.•

: Мда уж. - Сказал он зевая.
: Чем бы мне заняться? - Почёсывая затылок спросил он.

•Гигант встал в полный рост и осмотрелся. Сначала все было спокойно, но после из воды появился огромный осьминог. В нем было что то странное. После чего он начал яростно кого-то атаковать. Карлос размял кулаки с не особенно доброй улыбкой. После чего гигант направился в сторону города где буйствовал огромный осменог.•

: А вот это уже интересно. - Ухмыльнулся Карлос.

•Он подошёл ближе и заметил что на четырех щупальцах осменога надеты боксерские перчатки. Этими четырьмя щупальцами он и атаковал мирных жителей и солдат революционной армии. Карлос чувствовал себя поборником справедливости, а посему не собирался смотреть на избиение невинных людей.•

: Вот гаденыш. - Сквозь зубы прошипел Карлос.
: Творить такое на моих глазах. - Сказал он идя в сторону осменога.

•По пути Карлос вырвал большое дерево и держа его одной рукой стал набирать разгон. Он был все ближе и ближе, а оказавшись совсем рядом подпрыгнул, схватился за ствол дерева обеими руками при этом занося его над головой. И приземлившись босыми ногами на землю возле него и со всей силы ударил вырванным деревом по голове осменога. Однако дерево просто разлетелось в щепки, а осьминог злобно посмотрел на Карлоса.•

: Ну и чего ты вылупился? - Спросил Карлос.

• Осменог в это же мгновение нанес Карлосу два удара в лицо. Тот отшатнулся сделав шаг назад.•

: Сильный зараза. - сказал Карлос ловя два щупальца осменога с перчатками.
: ОРААААА ОРААА. - Закричал гигант держа левые щупальца осменога и натягивая их к себя, при этом атакуя его очень быстро в морду.

•Осьминог начал отступать. Но сдаваться не собирался. Он начал атаковать Карлоса оставшимися перчатками в лицо. Карлос напряг правую руку.•

: Tsuyoi migite. - Сказал он и со всей силы ударил осьминога.

•Этот сильный удар пришелся прямо в морду зверя. Более того Карлос выбил ему пару зубов. Пока зверь был в растерянности, Карлос схватился за щупальца обеими руками и ногой ударил в лицо осменога давя на него и одновременно с этим он тянул щупальца на себя и в итоге вырвал эти два щупальца с перчатками. Осменог заорал от боли. Зверь разозлился и стал атаковать оставшимися двумя щупальцами в перчатках. Карлос ушёл в защиту и стал отступать. За это время обычные люди сбежали. Неподалеку оставалось пару революционеров, что наблюдали за боем гигантских существ. Тут Карлос резко схватился обеими руками за щупальца осменога. Не за те что в перчатках, ибо именно эти продолжали бить гиганта, а за обычные.•

: Sutātorunēdo. - Произнес Карлос хватая противника.

•Он начал раскручивается, а когда заметил, что Осменог пытается его обзвонить, гигант отпустил его в полет. Тот полетел в сторону лес. Зверь упал на деревья ломая их. Однако сломались не все и три из них проткнули стволами тела осменога, сильно его ранив. Он снова взревел. Кое-как освободившись зверь зло но смотря на Карлоса помчался в его сторону.•

: Хочешь пободаться? - Спросил герой справедливости .
: Ну хорошо. - Ухмыльнувшись сказал Карлос вставая в позу для начала бега в спорте.
: Abareru sai no ramu. произнес Карлос с ухмылкой.

•После чего гигант сорвался с места победы на осменога. Тот по пути махал щупальцами, но гигант предварительно защитил лево левой рукой. И вот они столкнулись и...•
•...и Карлос минуя, атаки осменога нанёс мощный удар правым кулаком в лицо зверя. То взревел, но казалось в этом что- то не так! Именно поэтому Карлос схватил ошейник. После он сжал его и вырвал тем самым сломав, а после отбросил его. От этого Осменог был в шоке. Он осмотрелся, после чего кивнул гиганту и полез в воду, а после уплыл.•

: И чё это было? - Сам себя спросил Карлос.

Начало ОП.

 

Корабль плавно причалил к  порту Королевства Драм, окаймленному величественными горными вершинами и окутанному вечным холодом. Снаружи, на палубе, матросы активно готовились к прибытию: кто-то закреплял канаты и сбрасывал якорь, другие разворачивали трапы, чтобы обеспечить спуск на берег, а часть экипажа проверяла крепления грузов, чтобы избежать их смещения при разгрузке. Оживление было повсюду — привычная суета для каждого мореплавателя, который не раз прибывал в порт. Пока экипаж занимался подготовкой к разгрузке и сменой вахт, Эдвард решил спустился в трюм, где его пленник, Робертс, находился в измождённом состоянии.

— Когда объявятся твои дружки? — сухо спросил Хокинс, скрестив руки на груди.

Робертс, едва держась на ногах, ответил, опустив глаза:

— Сегодня в полночь, когда никого не будет… Я должен буду отдать им бочку.

— Отлично. Я буду ждать с тобой. Там-то и прижму этого пирата.

— Ледяной Фэнк редко сам объявляется… Придут его люди…

— Тогда я последую за ними к логову, — уверенно произнёс Хокинс. — И тебе придётся помочь, хочешь ты того или нет. Если обманешь — уже не будешь думать о последствиях.

— Что… Что вы хотите, чтобы я сделал? – проронил тот, с трудом подняв взгляд на Эдварда и нервно сглотнув.

— Ты пойдёшь на встречу так, будто ничего не произошло. Скажешь им, что всё чисто, что никто ничего не заподозрил. Я буду рядом, но они не должны меня увидеть. Понял? - Эдвард наклонился к нему, его глаза сверкнули в тусклом свете фонаря.

— Да… Я понял. – Робертс кивнул, хотя его руки заметно дрожали.

Полуночный пёс ещё раз окинул его взглядом, проверяя, насколько тот сломлен страхом. Встав, он направился к двери трюма.

— Убедись, что играешь свою роль хорошо. Если почувствую подвох, — Эдвард остановился на пороге и  оглянулся через плечо. — будешь умолять о скорой смерти. И я тебе её дам.

Он закрыл за собой дверь, оставив Робертса в темноте. Тот тяжело выдохнул, чувствуя, как адреналин, вызванный страхом, постепенно стихает. Ему оставалось лишь надеяться, что этой ночью ему удастся выжить.

Выйдя из трюма, Эдвард сразу ощутил холодный, моросящий дождь, проникающий под его одежду. Его волнистые волосы сразу начали прилипать к лбу, став мокрыми от мелких капель, а порывистый ветер трепал их в сторону. Хокинс на мгновение поднял взгляд вверх, встречая серое небо, затянутое плотными, низкими облаками. Тёмные своды давили на всё вокруг, а дождь падал на лицо подобно ледяным иглам. В этот момент Эдвард остановился,  внимая небу и безмолвно вбирая в себя эту суровую картину природы — небо казалось таким же неприветливым, как и он сам. Он плавно перевел свой взор к причалу. Длинные деревянные настилы были скользкими и казались едва держащимися на месте от непрерывных волн, которые обрушивались на них с глухим шумом. Повсюду виднелись ржавые цепи и старые канаты, обвивающие стойки, обросшие мхом. Причал, как и весь этот остров, был мрачным и заброшенным, не видавший спокойных дней. Низкие каменные здания и тёмные силуэты замков едва вырисовывались на фоне серого горизонта. Эдвард шагнул вперёд, спускаясь по скользкому трапу, и его ботинки мягко ударились о каменистую поверхность берега. Он облегчённо вздохнул когда почувствовал под ногами привычную твёрдую землю. Но прежде чем он успел полностью насладиться этим моментом, из-за спины раздался голос повара:

— Лейтенант, как скоро мы планируем отплывать? Понадобится закупить припасов.

— Поручи это дело свободным матросам, - Хокинс не оглянулся, продолжая смотреть вперёд, оценивая суровую и мрачную улицу впереди. Впереди же простирались узкие улицы, покрытые мелкими лужами, тянущиеся от порта вглубь поселения. Холодный дождь продолжал моросить, смешивая землю и воду в грязь, делая каменные мостовые скользкими и неровными. Собравшись с мыслями, он двинул вперёд. Проходя вдоль ряда лавок и таверн, он лишь скользил взглядом по вывескам, отмечая скромные дома с грубыми каменными стенами, чёрными от постоянных дождей. Атмосфера острова  воплощала злов

На улице холодало. Эдвард достал из внутреннего кармана карманные часы и бросил взгляд на циферблат - три часа дня. До полуночи было ещё много времени, и предстояло найти способ занять его. Замерзшие пальцы скользнули по холодному металлу часов, прежде чем он вернул их на место. Его внимание привлёк небольшой бар в конце улицы, окна которого тускло светились сквозь плотный дождь. Решив хотя бы немного согреться и перекусить, Хокинс направился туда. Снаружи бар выглядел скромно, даже неприметно. Вывеска из потемневшего дерева со стёртым от времени названием еле читалась. Дверь, облупившаяся от постоянных штормов и сырости, скрипнула под его тяжестью, когда он вошёл внутрь.

Внутри помещение оказалось таким же мрачным, как и снаружи. Стены из грубого камня, испещрённые потёками влаг создавали ощущение вековой крепости. Пол был деревянным, но в некоторых местах доски прогибались. Небольшие круглые столы, некоторые из которых пустовали, были покрыты засаленными скатертями. Длинная барная стойка тянулась вдоль одной стены, сделанная из тяжёлого, почти чёрного дерева. Окна с мутными стёклами пропускали лишь слабый свет, создавая тусклую, но уютную атмосферу. В баре было почти пусто. В дальнем углу двое пьяниц что-то обсуждали приглушёнными голосами, склонившись друг к другу, их лица скрыты тенью от дрожащего огонька свечи. Официантка медленно и лениво протирала полы в углу зала, почти не обращая внимания на нового посетителя. Эдди подошёл к стойке и сел на один из высоких деревянных стульев, которые едва не заскрипели под его весом.

За стойкой стоял бармен - мужчина лет сорока пяти-пятидесяти. Его лицо было грубым, с резкими чертами. Тёмные волосы, местами уже с проседью, были небрежно зачёсаны назад, а на подбородке темнела недельная щетина. Его глаза были усталыми, но внимательными, он наблюдал за каждым посетителем, как за потенциальным источником неприятностей. На нём была простая льняная рубашка с засученными рукавами, открывающая мускулистые предплечья, покрытые едва заметными татуировками. Влзможно, напоминание о прошлой жизни на море или в порту. Он протирал пинту тряпкой, встретив нового посетителя кивком.

—     Чем у вас можно подкрепиться? – не затягивая тишину, проронил Эдди.

Мужчина вытер руки о передник и, тяжело вздохнув, кивнул на меню, висящее на стене за его спиной, написанное мелом на старой доске:

— Из еды только тушёная баранина с картофелем, - его голос был грубым, будто прокопченным от долгих лет работы в заведении с таким удушливым воздухом. — Из выпивки - тёмное пиво, ром и местная самогонка.

— Тушёную баранину и кружку рома, — коротко бросил он.

Бармен молча кивнул и удалился вглубь бара, оставив Эдварда наедине с его мыслями. Пока Хокинс ожидал заказ, он невольно осмотрелся, пытаясь уловить что-то необычное в этом месте. Пьяницы в углу всё ещё что-то шептали друг другу, но теперь взгляды периодически скользили в сторону Эдварда. В воздухе витал слабый запах сырости и дыма, смешанный с едва уловимым ароматом травяных настоек. Официантка, закончив протирать пол, поставила ведро у стены и лениво потянулась, зевнув. Её взгляд скользнул по Эдди, но она не задержалась на нём ни на секунду, продолжая свои рутинные действия. За стойкой вновь появился бармен, неся перед собой тарелку с тушёной бараниной и бокал рома. Поставив перед Эдвардом еду, он склонился к стойке и, как бы между делом, бросил:

— Ты не местный. Что привело тебя на этот мрачный остров?

Эдди, едва улыбнувшись краем губ, взял бокал рома и, поднеся его к губам, тихо ответил:

— Дела, которые требуют тишины, - отпив немного, он внимательно посмотрел на бармена, давая понять, что его цель на этом острове не касается посторонних дел. Ром оказался тягучим и крепким, сразу обжёг горло своим резким, но согревающим теплом. Во вкусе чувствовались нотки пряностей - тёмная патока, гвоздика и корица, которые смешивались с лёгким ароматом дубовых бочек, в которых напиток, вероятно, выдерживался.

— Мрачное у вас место, - произнёс Хокинс, даже не поднимая взгляда на бармена, его голо

— Говорят, что есть один тип, его зовут Ледяной Фэнк. Говорят, он творит чёрные дела здесь, и что у него есть покровители среди тех, кого ты обычно встретишь в королевских замках.

Эдвард на мгновение задумался, медленно переваривая услышанное. Ледяной Фэнк. Это имя всплыло вновь. Пират, чьи следы он уже успел обнаружить через предательство Робертса, а теперь ещё и слухи о его связях с местной знатью. Это дело оказалось куда более серьёзным, чем он думал.

—Ледяной Фэнк, - пробормотал Эдди. - Интересное прозвище. И что, никто не пытался взять его за жабры?

— О, многие пытались. Но говорят, что никто не уходит живым от встречи с его людьми. Фэнк же... Он как призрак. То появляется, то исчезает. Никто точно не знает, где он и чем занимается в каждый момент.

— Но ты, похоже, знаешь больше, чем большинство.

— Может, и так, - сказал он. — Но я давно научился держать язык за зубами. Тем более с такими типами.

Эдди выпрямился, держа мужчину в поле зрения, и протянул ему пару монет:

— Мне достаточно того, что ты уже сказал.

Бармен только кивнул в ответ, забрав монеты и продолжив заниматься своими делами. Эдди направился к выходу. Но не успел он достигнуть порога, как тот же голос вновь окликнул его:

—Эй, тут еще кое-что! – Бармен протянул ему сложенный листок бумаги, помятый и с едва заметными следами грязи. – Позавчера доставили. Думаю, тебе это будет интересно.

Эдвард развернул листовку и увидел знакомое имя -Ледяной Фэнк. Но теперь сумма награды была заметно больше: за голову этого пирата давали уже 78 миллионов бели.

— 78 миллионов, - произнёс Эдди, глядя на изображение грубого, угрюмого лица Фэнка, наложенного поверх морозных узоров. - Неплохой скачок.

— Да. Похоже, его дела идут в гору. Говорят, он провёл крупную сделку с контрабандой через наши порты. Наверное, это и подняло цену за его голову.

— Если мне повезет, - сказал Хокинс, убрав уже сложенную бумагу в карман. - Его цена умножится на ноль , когда я с ним покончу. – с этими словами лейтенант покинул заведение.

Холодный ветерок и дождь вернули мужчину в реальность. Ещё несколько часов до полуночи – времени, когда явятся люди Фэнка. Эдди взял ход к короблю. В голове он продумывал возможные сценарии встречи - если это будут простые наёмники, он справится с ними быстро. Но если появится сам Ледяной Фэнк, ситуация станет куда сложнее. За такого пиратского лидера назначена высокая награда не просто так. Подойдя к причалу, Эдди заметил, что матросы уже закончили выгрузку и закупку припасов. Он приказал штурману обеспечить корабль всем необходимым для длительного стоянки, так как ему предстоит операция, требующая времени. Затем он спустился в трюм к пленнику.

—Как обстановка?

— Всё как и обещал, лейтенант, — пробормотал он. — Они придут за товаром в полночь. Но... вы ведь щнаете, это не обычные люди, они могут быть вооружены и крайне опасны. Ледяной Фэнк, возможно, сам не придёт, но его люди...

— Меня это не волнует, - перебил его Эдвард. – Главное, чтобы явились причастные к этому – неважно кто.

Покинув трюм, он с минуты пять задержался на палубе, наблюдая за делами матросов, кой проверяли канаты, закрепляли паруса и готовили запасы на случай шторма. Вернувшись в свою каюту, Эдди начал снимать пропитавшуюся влагой одежду. Его пальцы методично расстёгивали ремни и пуговицы, а через секунды уже застегивали свежую форму. Переодевшись в сухую одежду, он почувствовал долгожданный момент облегчения. Он улёгся на кровать, положив руки за голову, и устремил взгляд в потолок. Его мысли путались в клубок неясностей, планов и догадок. Дождь снаружи барабанил по палубе, убаюкивая своим монотонным звуком, но сон к нему не шёл. Он посмотрел на часы Стрелки часов едва двигались. Казалось, время замедлило свой ход.

Ближе к девяти часам вечера, когда солнце окончательно скрылось за густыми тёмными облаками, а проливной дождь никак не прекращался, Эдвард поднялся с кровати. Размышления наполняли его голову весь вечер, и несмотря на попытки отвлечься, ясности в действиях не прибавилось. Погода за окном только усиливала это состояние неопределённости: ветер стучал по стеклу, а капли дождя гулко ударяли по палубе. Он подошёл к шкафу, откуда вытащил плотный тёмный плащ, который идеально подходил для подобной непогоды. Эдвард обернулся в этот плащ, кой свободно сидел на его широких плечах, спускаясь до самых лодыжек. Капюшон плотно прилегал к голове, скрывая его лицо от посторонних глаз и защищая от проливного дождя. Оно было сделано из грубого, водоотталкивающего материала, что идеально подходило для таких погодных условий, и не позволял влаге проникать внутрь. Под его весом фигура Эдварда казалась ещё массивнее, а сам он будто растворялся в ночи, становясь еодстать мрачной атмосферы острова.

На палубе уже царила тишина. Несколько матросов, оставшихся на дежурстве, тихо осматривали снасти и проверяли узлы. Вдалеке слышался только гул дождя и слабый скрип дерева, когда волны мягко били о борт каравеллы. Эдди подошёл ближе к ним, бросив быстрый взгляд на готовность корабля.

— Все свободны до завтрашнего утра. Двигайтесь к ближайшему поселению и арендуйте жильё. – он достал из под плаща увесистый мешок с монетами и бросил к одному из подопечных.

Такой щедрости от Эдварда Хокинса они не ожидали, но возражать не стали. Оставив свои дела, они поспешно собрали необходимые вещи и направились в ближайшее поселение, ещё не до конца веря в своё временное освобождение. Эдвард провожал их взглядом, наблюдая, как они исчезали в темноте, а их силуэты растворялись в моросящем дожде, пока последние шаги не утонули в звуках штормящего моря. Для него безопасность подчинённых всегда оставалась в приоритете, потому подвергать их опасности в столь рискованном задании, он не стал.

Он вздохнул, поднял капюшон выше, прикрывая лицо от дождя, и, не теряя времени, двинулся в трюм. Там, внизу, его ждал Робертс — человек, через которого и должно было начаться это нелегкое дело. Едва ступив на лестницу, Эдди уловил знакомый запах от бочки, что стояла недалеко от клетки. Зловоние исходило от наркотиков, тщательно спрятанных, но не менее опасных. Неподалеку находилась и сама клетка, в коем был заперт Робертс. Его глаза изменились: теперь в них виднелось смирение, нежели привичный страх. Кажется, он принял свое положение. Эдди прислонился к стене. Ожидание было тягостным, и в тишине трюма оставалось лишь слушать ритмичное постукивание капель дождя по кораблю. Время шло медленно.

— Знаешь, - неожиданно проговорил Робертс, ломая молчание. - я никогда не думал, что всё закончится вот так. Сижу в клетке, как преступник, хотя когда-то я просто хотел лучшей жизни. - рн усмехнулся, хотя в этом не было радости. - Ирония, да?

—Все хотят лучшей жизни, - Эдвард медленно повернул голову, не отрывая взгляда от пленника. - Но это не оправдание. Твои методы к ней привели тебя в клетку.

—Методы, говоришь? - Робертс покачал головой. - А что мне было делать? Родился на задворках, одной ногой в могиле с рождения. Никогда не было шанса нормально пожить. Хотелось просто вырваться, выбраться хоть куда-нибудь.

Эдвард замер, задумчиво глядя на него. Его лицо не выражало ни сочувствия, ни злорадства — лишь холодную сосредоточенность.

—Все имеют выбор, Робертс, - сказал он наконец. - Даже когда кажешься в ловушке.

—Выбор? - Робертс засмеялся. - Ты так уверен? Ладно, может, у тебя был выбор. Но мне никто не давал выбора. Одна дорога: либо умирать, либо выживать любыми средствами.

Эдвард прищурился, но не сказал ничего, ожидая продолжения. Он лишь молчаливо смотрел на пленника, чьи слова проносились сквозь темное помещение, периодически освещаемый светом молнии, проникающий чрез палубу.

—Я хотел просто... жить, понимаешь? - продолжил Робертс с тяжестью в голосе. - Безопасности. Чтобы не бояться за каждую минуту. Чтобы хоть на мгновение ощутить, что всё в порядке. Это преступление?

—Это не преступление, - спокойно отозвался Эдвард. - Преступление - это то, как ты к этому стремился.

—Легко тебе говорить, Хокинс. Ты носишь этот мундир дозорного, думаешь, что твоя правда — единственная правильная. Но мир не такой чёрно-белый. Не все могут сдаться, как ты. Не все могут отречься от семьи, от прошлого. Ты выжил потому, что смог отречься. А мне никто не дал такого шанса.

—Ты не знаешь, через что мне пришлось пройти, - Эдвард чуть напрягся, едва заметно дернув уголком рта. - Никто не дал мне “шанса”. Я сам его вырвал, заплатив за это слишком много. И я выбрал правду, а не ложь. Ты же выбрал самый лёгкий путь.

—Лёгкий путь, говоришь? Думаешь, это было легко? Думал, я просто шел по гладкой дороге? Нет, Эдвард. Это был ад. Каждый шаг был битвой. Каждое решение — борьбой за кусок хлеба, за выживание. И ты смеешь называть это “лёгким”?

—Ты сам выбрал свои битвы, - произнёс Эдди. — И ты сам за них отвечаешь.

— А ты? - спросил Робертс. - Ты не выбирал свои битвы? Или думаешь, что только твои сражения важны?

—Каждое сражение важно. Но не каждое стоит победы. – Эдвард прищурился, его голос стал тише, почти шепотом.

— Может, ты и прав, - ответил тот после долгого молчания. - Но знаешь, иногда победа — это просто выжить. Иногда... это всё, что нужно.

Эдвард посмотрел на него, затем отвернулся к выходу из трюма, ьудто пытаясь скрыть свои собственные мысли. Помещение заполнилось тишиной. Оба были погружены в свои раздумья и каждый не замечал соседа. Эдвард неподвижно стоял у стены трюма, прислушиваясь к каждому звуку. За его спиной царила глубокая, почти осязаемая тишина, которую нарушал лишь едва слышный стук его пальцев по карманным часам, что то и дело щёлкали, когда он открывал и закрывал их. Время тянулось медленно. За бортом свистел ветер, его порывы носили солёный морской воздух по палубе и заставляли паруса и мачты тихо скрипеть. Вдали слышался рокот волн, разбивающихся о берег - единственное напоминание о том, что ночь продолжает идти своим чередом.

Часы показали 11:00. Время. Скоро начнётся.

— Время близится, - коротко бросил он.

Робертс поднял голову, во вщгляде коего читалась смесь страха и обречённости. Он знал, что до сделки осталось совсем немного, и ничто уже не спасёт его от последствий. Тонкие губы дрожали, но слова застряли где-то глубоко в груди - он не хотел озвучивать те мысли, которые терзали его последние часы. Эдди, не дождавшись ответа, повернулся и покинул трюм. Он позволил холодному ветру ударить в лицо, ощущая, как капли дождя хлестали по капюшону его тёмного плаща. Ткань плотного материала плотно облегала плечи, ниспадая длинными складками до самого пола, придавая фигуре Хокинса ещё больше мрачности. Плащ становился частью окружающей тьмы, сливаясь с пасмурным небом. Он вернулся в каюте, где его ждали два верных соратник, из боя в бой сопровождающие лейтенанта. Привычная тяжесть щитов на поясе придало ему ещё большей уверенности. Укомплектовавшись, он покинул каюту, возвращаясь к пленнику.