[Гранд Лайн. 3 путь.] Империал 1 и Империал 2. 5 остров

= Куда же ты намылилась, Ада!? Сбежать вздумала!? Не выйдет! Ты поплатишься собственной кровью за Мэлрика!
«Ага, ясно. Мэрлин и Мэлрик. Вот уж, два сапога пара…» – даже с таким неприятным исходом Рейн шутила, пусть и у себя в голове. Она снова избежала удара Мэрлина, отпрыгнув на приличное расстояние, но в этот раз он не дал ей убежать, использовав сору и оказавшись прямо перед ней.
«Нет!» – снова загородив себя руками, ощутив неприятные чувства на самой кости, шаманка со всей силы сжала зубы, прокусив нижнюю губу до крови. Она откинула его мощным ударом ноги, дрожащими из-за боли и побелевшими от избытка крови руками доставав колбы с пеплом, нацелилась взглядом в ухмыляющегося Фагоса, находящегося от неё в трёх метрах. Пусть она и ударила, что есть силы, в живот, вывести его из боя это не помогло.
= Ну что, как твои ручки?
– Сильно не тешься, урод. Эти ручки еще способны выколоть тебе глаза.
= Хах, неужели? Ну-ну, попробуй выколоть мне глаза, когда собственными не видишь! – и с этими словами он снова стал человеком-невидимкой, заставив рыжеволосую действительно напрячься. Он может её либо убить одним ударом, либо заставить её мучиться точно также, как она мучается сейчас с руками. Но, стоило ей только что-то подумать, как услышала перед собой взмах мечом и ощутила резкую боль в плече, куда ей попадала раньше стрела. Вытерпев боль и не делая никаких поспешных движений, Адантия бросила в него две склянки с пеплом и отпрыгнула кошачьими лапами к своим вещам, подбирая сброшенный кислотный хопеш, что был наспех размотан из плаща.
А Мэрлин, как получил, буквально, склянкой по лицу, сильно раскашлялся, когда она разбилась об него и осыпала пеплом, пытаясь смахнуть её с одежды, вытереть.
= И это все, что ты придумала!? Ничего лучше не смогла, хах? – хотя куда уж лучше – теперь Ада могла его видеть. Хотя, против сору это не помогало… Но, в прочем, сейчас хотя бы можно на что-то понадеяться.
– Да ну, разве не хороша идея?.. Теперь тебя видно, Фагос! – она смогла выдавить из себя усмешку, едва сжимая в изрезанной руке рукоять хопеша, еще прикрытого тканью плаща. Он медленно к ней подходил, прекрасно наблюдая, как она стоит. По двум её рукам очень смелыми ручейками бежала кровь практически беспрерывно, и если они еще будут так бегать, то совсем скоро дочь Шиетара, как называли уроженок того острова, плюхнется замертво на землю, без сил. Как раз-таки рядом с тем, кому она оборвала жизнь, позабыв о последствиях.
= Ну и пусть, милая. Увидишь, как к тебе приближается смерть. Хотя, мне даже фрукт не нужен, чтобы убить тебя! – он снова улыбнулся, показав заострённые клыки, что тоже являлись эдаким доказательством, откуда он. Пусть они и были малость короче.
= Мы с Мэлриком изучили тебя очень хорошо, прежде чем прийти по твою душу. Пусть он пал, но… Теперь вся награда достанется мне!
– Так ты за моей головой охотился?
= Ну, знаешь ли, мало того, что дозор дает за тебя не мало, так еще и орден святой Ровы готов выдать хоть целый замок, чтобы прекратить твой род, ведьма.
– И зачем вам тогда пришлось учить меня, если не секрет? Я все равно еле на ногах стою, может, хоть послушаю, как люди постарались, чтобы меня убить…
= Я сюда не болтать с тобою пришел, кошечка. Не забывайся, – он оказался совсем близко. Пусть и шел он медленно, но сейчас оказался в меньше, чем в трех метрах от неё, приближаясь еще ближе и занося для удара одноручный меч. Такой же, как и у Мэлрика. Она его узнала.

Рвано вздохнув, укрыв себя левой рукой, Ада зажмурила глаза, понимая, что уже и стоять толком не может. Но, почему-то, боли не почувствовала.
= Ч… Что?
Мантикора испугано взглянула на руку, покрывшуюся черным пятном как раз там, где хотел ударить меч, и, не теряя ни секунды, правой рукой, со всей силы сжимая хопеш в своей руке, рубанула его боку, потому что левая рука не защищала бок, будучи немного согнутой в локте и выставленной аккурат перед мечевидным отростком. Кислота на хопеше разрезала всю ту область, которую только смогла протаранить лезвием Ада, но, для неё, этого было мало. Посему та, пока Фагос еще ничего не понимал, оставила хопеш в его теле и припала к его шее, вгрызаясь в сонную артерию, не боясь испачкаться в крови. Она разгрызла ему сосуды, жадно высасывая кровь, едя его плоть и прочее, чувствуя, как он, уже не из самых живущих людей, медленно падает. Руками удержать она его не может, посему, совсем немного подкрепившись, отпустила тело, едва оттолкнув, отчего оно упало на спину, продолжая истекать кровью. А Рейн продолжила стоять, едва удерживая руки перед собою в сгибе локтя. Они сильно болели, сильно дрожали и едва держались вообще, но то, что Рейн подкрепилась, ситуацию совсем немного улучшило.
«Нет… Так не пойдет. Я ведь совсем ничего сделать не смогу.» – снова посмотрев на руки, а потом – снова на своего соперника, шаманка глубоко вздохнула, перевоплотившись и вовсе в полную форму мантикоры. Именно в этой форме она подъела своего земляка, отгрызая пол части плеча, полностью руку и половину шеи, до которой вообще смогла достать резцами. Она также совсем немного подождала, полежав на травке, чтобы еда усвоилась в желудке мифического зверя, минут через двадцать принимая человеческую форму. На руках порезы стали не такими страшными, но они еще не налились кровью, будучи слабыми сейчас и белыми. Раны совсем немного подтянулись, за счет регенерации, представляя из себя теперь не едва держащиеся куски мяса, а просто сильные порезы. По возможности замотав раненную часть рук, а это от кисти до локтя, бинтами, рыжеволосая надела джинсовую куртку, прикрепила к поясу хопеш, накинула на плечо ремешок спортивной сумки и, окидывая взглядом двух сыновей Шиетара, устало вздохнула.
«Это ведь не в первый раз. Вы – не первые,» – с грустью произнес в голове зеленоглазки голос, пока та направлялась в сторону города. «… и не последние.»

Ещё в пути до этого странного острова ионийцу довелось переговорить с капитаном, они обменялись буквально несколькими фразами, но этого как минимум хватило для того, что бы познакомиться. Но было и ещё что-то. Эдакое задание, выполнение которого позволило бы несколько ближе узнать команду, и завоевать доверие этих людей. Найти их беглого товарища, хорошее занятие для охотника, не так ли? Вот только, мужчина не то что бы очень верил в то, что ему это удастся, внутреннее чутьё подсказывало, что что-то обязательно пойдёт не так. Но он ведь не мог не согласиться! И причин для этого было достаточно много.
Кароче говоря, как только Реншу сошёл на землю этого странного острова, он первым делом отправился опрашивать местных о том острове, куда ему предстоит отправиться, а так же о том, как это вообще можно будет сделать как можно быстрее.
М: В последний раз её видели на Ионии, значит, к тому моменту, как я там окажусь, она будет на Стимхолле... По крайней мере, я так думаю. Ах, как жаль, что на личные дела снова нет времени...

=====> Переход

«Я всегда считала, что жизнь – это сценарий, в который в зависимости от конкретных решений добавляют ту или иную сюжетную линию...»
Вспышка пламени от меча на секунду заставила ее противника зажмуриться, но голову так и не покинула картина, которую тот увидел перед этим: ее лицо и алые, пропитанные болью, ненавистью и желанием убить глаза. Скрывшись из поля зрения мужчины, она тут же сделала выпад, стараясь пронзить сердце оппонента. Словно змея, возжелавшая достать свою жертву, клинок начал удлиняться, сокращая дистанцию между пылающим лезвием и грудью врага.
«Я даже не задумывалась об этом прежде, но сейчас, оглядываясь назад, я точно могу сказать это... моя жизнь – одна сплошная дешевая драма... Ха! Забавно!..»
Звон металла поглотил все остальные звуки, в немом молчании заставив девушку поднять голову и наблюдать, как часть сломанного меча подлетела вверх. Блики от солнца тут же обхватывали клинок, словно напоминали о безграничной воле клана, что слабым огнем еще пылала в ее сердце.
«Интересно, чтобы произошло, не будь я такой упертой тогда?»
Она закричала. Настолько громко и яростно, что даже не заметила, как сорвала голос. А звук ее голоса пожрал ту погребальную тишину, что образовалась на одну жалкую секунду. Ведомый отчаянным криком своего владельца клинок распался, а его лезвия устремились к обидчику...
«Смогла бы я избежать этого, если бы в день нашей первой встречи повела себя иначе?»
Выживание. Ее это уже не волновало. Она и не ставила перед собой задачу спастись. Победа. Это все, что ей требовалось. Не более того.
«Тогда мне ведь просто нужно было сказать...»
Мысль ускользнула от нее как упавший меч из разжавшейся ладони, когда ее тело коснулось сырой от крови земли. Если задуматься, то все это началось еще тогда, ровно неделю назад.

День 1.
Что бы не происходило в ее жизни, Эльза не могла изменить свою старую привычку прогуливаться по неизвестным местам в полном одиночестве. В этом таилось что-то особенное. Когда она была одна, девушка всегда замечала детали, которые не могла уловить, пока была с кем-то. Диковинные звук, шелест листвы, редкие мимолетные животное, которых она время от времени могла лицезреть где-нибудь вдали. Эльза не боялась опасности и не страшилась внезапного появления врага, потому что знала, что сможет дать отпор, а в случае чего и сбежать, пусть и не очень любила последнее. Иногда приходилось чем-то жертвовать, и гордость была меньшим из двух зол.
Девушка продолжала двигаться, все глубже заходя на территорию острова. Периодически она сжимала рукоять меча, словно проверяла его наличие на поясе. Она не боялась, но лишнюю уверенность это внушало, особенно после недавних событий.
= АЙ!
Аловолосая остановилась, тут же повернувшись в сторону неизвестного голоса где-то стороне. Это было недалеко, приблизительно метров десять, за листвой, откуда исходило журчание воды. Любопытство сыграло свое и заставило девушку проверить, что же именно произошло. Вряд ли бы она после мучилась от ночных кошмаров, но некий интерес все же загорелся в душе юной писательницы.
Она осторожно, стараясь не создавать лишний шум, приблизилась к крайнему дереву и отодвинула листву ближних кустов, чтобы увидеть, что же стало причиной звука. Ей открылась по-настоящему сказочное место, которое мало где можно было найти. Небольшое озеро, окруженное лишь растительностью вокруг и каменным подступом к воде. Недалеко, спиной к Эльзе сидела девочка с длинными розовыми волосами, которые были убраны в высокий хвост. Она была стройная и невысокого роста, но большего о ней сказать нельзя было кроме еще одного факта, незнакомка держалась за свою ногу и недовольным голоском бубнила себе под нос какие-то бессвязные толи слова, толи вообще ругательства.
– Эй, ты в порядке? – осторожно спросила аловолосая, смело ступив из своего укрытия на каменный берег.

Девочка вздрогнула, явно не ожидая увидеть в этом месте еще кого-то. Немедля ни секунды, розоволосая резко развернулась, чтобы взглянуть на окликнувшую ее Эльзу, и в этот момент сама мечница сотню раз прокляла себя за то, что решила пойти на поводу у своего любопытства.
– Эль?..
Она отказывалась верить в увиденное. Это ведь было глупо! Что за идиотские шутки судьбы?! Так не бывает! Люди не выживают при падении с обрыва в горную реку! Тогда почему она была здесь, так далеко от места, где умерла десять лет назад?
= Эль? – девочка вопросительно изогнула бровь и наклонила голову на бок, одарив писательницу доброй и донельзя доверчивой улыбкой. – Кто это? Твоя знакомая? Наверное, ты искала ее, но обозналась. Я правильно поняла?
Слишком много вопросов. Их исходило настолько много, что ответить на все было просто-напросто невозможно. Или… ответ находился на самой поверхности и состоял всего лишь из одной фразы: «Ты и есть Эль» – это звучало словно сказка со счастливым концом, которую мать давным-давно читала двум своим дочерям перед сном. Слишком оптимистично для этой жестокой реальности.
Эльза не могла их произнести ни звука. Ответ застрял где-то между желанием упасть на колени с криками «ты жива», крепко обняв девочку, и желанием убежать, чтобы больше никогда не видеть эту самозванку. Аловолосая не могла выбрать, потому что оба варианта ужасно пугали ее.
= Извини, но я не она, – спустя несколько секунд девочка поднялась на ноги, отряхнув подол платья. – Меня Остер зовут. Остер Амелия Хотджез, если быть точнее. И, отвечая на твой вопрос, со мной все в порядке. Просто споткнулась и упала, но ничего страшного, я уже привыкла к такому, потому что слишком неуклюжая.
На последних словах Остер громко рассмеялась, пытаясь разбавить эту нагнетающую атмосферу.
Слишком живая. Слишком энергичная. Слишком естественная. Да у них даже повадки были схожи! ПОЧЕМУ?! ПОЧЕМУ ОНА БЫЛА ВЫЛИТОЙ КОПИЕЙ ПОВЗРОСЛЕВШЕЙ ЭЛЬ?!

День 2.
Эльзе не прекращало казаться, что за ней кто-то пристально наблюдал, старательно прячась за деревьями, но настолько неумело, что каждый раз, когда аловолосая оборачивалась, желая взглянуть на своего «тайного» преследователя, она видела копну розовых волос, которые небрежно развивались от любого, даже самого слабого дуновения ветра. И вы называете это маскировкой?
Девушка остановилась, но заговорила не сразу. Она думала, стоило показывать свою осведомленность или позволить преследователю наблюдать за ней дальше. А ведь это могло продолжаться довольно долго. Писательница томно вздохнула, решив разрушить все планы той, с кем никогда больше не думала встретиться.
– Сколько еще будешь бегать за мной, а?
Остер насупилась, пробубнив себе под нос что-то невнятное. Она вышла из своего укрытия не сразу, словно опасалась, что дальнейшее действие может как-то навредить ей, поэтому и не торопилась.
= Почему ты вчера убежала? Это не вежливо, знаешь ли, – заговорила Остер, так не показавшись из-за дерева.
– Отвечать вопросом на вопрос тоже не вежливо, – в ответ резко заявила девушка, демонстративно скрестив руки на груди.
– Эльза Скарлетт, я видела тебя на розыскной листовке. Интересно, все пираты такие грубые или только такие, как ты?
Аловолосая насторожилась, мгновенно поменяв отношения ко всей этой ситуации. Раньше она воспринимала это как глупую несмешную шутку, но обычно такие разговоры с упоминанием ее листовки ничем хорошим не заканчивались.
– Такие как я?
Остер резко дернулась в сторону, наконец соизволив показаться перед мечницей. Ей сердитый взгляд, нарочно надутые от обиды и злости щеки, лежащие по бокам руки – все это ясно давало понять о намерениях девочки. Она была слишком предсказуема.

= Да, такие как ты: наглые, зазнавшиеся и чувствующие свое превосходство перед другими, более слабыми людьми, которые не могут постоять за себя.
– Как бы… я не такая, – Эльза вопросительно изогнула бровь, так и не отведя взгляд с розоволосой особы.
= Неужели?
Остер победно усмехнулась, когда уловила задержку в ответе мечницы. Писательница замолчала, а, значит, в какой-то степени должна была принять услышанные слова. Вот только Эльза думала немного о другом. Она тяжело вздохнула, потерев переносицу, и медленно начала подходить к девочке.
– Как думаешь, такая награда за мою голову была дана мне за мою внешность? Я людей убивала, Ости, много людей – столько, сколько ты вряд ли могла видеть на этом острове.
Эльза нарочно говорила медленно, понизив тон своего голоса, чтобы обстановка казалась еще более пугающей, чем была на самом деле. По крайней мере, так хотела сама девушка в душе, но ее взгляд выдавал полыхающую внутри ненависть.
– Думаешь, мне будет сложно забрать еще одну жизнь?
Девочка нервно проглотила ком в горле и отступила на маленький шаг назад, где-то в отдаленных участках своего сознания понимая, что не успеет сбежать, даже если попытается. Единственное, что ей оставалось, так это молча смотреть на подошедшую к ней аловолосую, на то, как Эльза вздохнула и как подняла руку. Остер моментально зажмурилась, моля всех известных ей богов, чтобы те смилостивились над ней.
– Расслабься, я шучу, – девушка коснулась плеча розоволосой, похлопав по нему несколько раз, пока проходила мимо. – Но не смей больше показываться мне на глаза. Уяснила?..

День 3.
Она не знала, сколько часов пробродила по неизведанной территории острова. Единственным ориентиром было солнце, которое уже начинало клониться к горизонту, намекая об окончании дня. Она знала, что уже стоило возвращаться, но было кое-что, что удерживалось аловолосую здесь.
В голове созрел один хитроумный план, который девушка поспешно решила привести в исполнение. Она бродила еще около получасу, пока в один прекрасный момент ее тело не начало превращаться в пепел, исчезая из поля зрения следящего.
– Мне казалось, мы договорились…
Эльза положила ногу на ногу, с интересом наблюдая за тем, как настырная преследовательница начала бегло осматривать территорию вокруг, пытаясь определить, откуда же исходил голос мечницы. А ведь ее предупреждали…
Вскоре Остер развернулась к дереву, на массивной ветке которого сидела сама аловолосая. Девочка насторожилась и попятилась назад, ненароком вспомнив предостережение, сказанное сидящей напротив девушкой днем ранее.
= К-к-к-как ты это сделала?
Эльза не стала отвечать сразу. Вместо этого девушка молча оттолкнулась от ветки руками и спрыгнула с нее. Однако вопреки ожиданиям Остер аловолосая не упала, громко приземлившись на землю из-за высоты, на которой сидела прежде, а мягко коснулась ногами травы, при этом умудрившись зависнуть в воздухе в нескольких сантиметрах от земли.
= Э-э-э-это магия какая-то?
Мечница проигнорировала и этот вопрос, сверху вниз взглянув на Остер с такой строгостью, что та даже почувствовала, как по спине прошелся неприятный холодок. Эльза начала медленно подходить к розоволосой девочке, нарочно делая шаги чуть медленнее ее привычного темпа. А ей уже начинало нравиться это.
– Чего ты пытаешься добиться, преследуя меня? Думаешь, что незаметно наблюдаешь за мной в ожидании, когда я ослаблю бдительность, чтобы напасть и одним ударом убить меня? Забудь. Я тебя еще часов семь назад заметила, но такое упорство и осведомленность о награде за мою голову… Ты работаешь на какого-нибудь охотника за головами, что ли?

На последних словах Эльза остановилась напротив девочки, скрестив руки на груди и слегка наклонив голову на бок, словно этим говоря, что не позволит той уйти, пока не получит должного ответ она поставленные вопросы.
= Я? Шпионю?
Губы Остер растянулись в слабом подобии улыбки. Хотя, если присмотреться, это больше напоминало нервную улыбку с толикой жалкой попытки сделать вид, будто она не начала судорожно перебирать в своей голове возможные варианты ответа.
Эльза решила продолжит настаивать на своем. Иногда даже она могла проявлять упертость, особенно когда дело доходило до ее преследований.
– Да, ты. И да, ты шпионишь. Так что, как преследуемый человек, я имею право знать причину такого поступка с твоей стороны.
Остер нервно сжала часть своего платья, недовольно покусывая нижнюю губу.
= Я и не скрываю причину…

Жара так и не спала, а единственным спасением была тень. Хоть сама Эльза теперь переносила высокую температуру куда легче, чему была несказанно благодарна, это совсем не означало, что она была не прочь посидеть на теплом камушке и помочить ноги в каком-нибудь водоеме с прохладной водичкой. Правда, теперь уж о купаниях и речи быть не могло.
Она томно вздохнула, попутно бросая взгляд на сидящую рядом Остер. Ее история…
= Вообще мой отец торговец, а здесь мы остановились ненадолго, чтобы починить аппаратуру на корабле.
– И тебе не страшно гулять здесь одной? Место-то явно небезопасное.
Остер слабо помотала головой, переведя взгляд на кристально-чистую гладь воды. Она даже сама не заметила, как натянула слабую улыбку, пытаясь скрыть за ней тревогу, но Эльза заметила это куда быстрее предполагаемого, потому что сама поступала так же, чтобы не показывать того, что таилось глубоко в ее душе.
= Я привыкла к такому, быть одной и гулять в полном одиночестве, – начала девочка, продолжая упорно разглядывать едва колышущуюся от ветра поверхность воды. – Видишь ли, там, откуда я родом, местные считали меня странной. Для них мое желание увидеть мир казалось настолько отвратительным, что те перестали обращать на меня внимание. Мои сверстники игнорировали меня, поэтому я осталась совершенно одна со своими мечтами и фантазиями. Мой отец тоже не хотел меня брать, говорил, что маленьким девочкам, как я, нечего делать на Гранд-Лайне, так что я тайком пробралась на корабль, а когда меня заметили, было уже поздно. Так я и оказалась вместе с отцом, но он плавает только по определенным островам, которые не сильно отличаются от моего родного острова. А потом мы оказались здесь и появилась ты с предложением о помощи, хоть совершенно не знала меня. Знаешь, тогда, когда я наговорила тебе все эти гадости... извини меня за это. На самом деле у тебя доброе сердце.
Эльза не верила в то, что слышала, точнее отказывалась. И дело было не в комплиментах, которые градом осыпались на ту, кто по большей части привыкла слышать в свой адрес лишь брань, здесь все было иначе. Слишком похожа. Раньше Эль ведь тоже была белой вороной, кто свято верил, что их клан сможет жить как все остальные люди, не перемещаясь каждый месяц на новое место, стирая за собой все следы своего существования. Она верила в это и всячески пыталась убедить остальных, но ее попытки оказались тщетны. В тот день Эльза поняла, что не всем мечтам суждено сбыться, а чем они сильнее, тем больше риск.
– Недоброе, Ости, теперь недоброе, – отстранено произнесла аловолосая, не отрывая взгляд от насекомого, что пытался выбраться из-под придавившего его тело камня, но сколько бы усилий он ни прилагал, все его попытки были тщетны.
Верно. Невозможно всегда получать то, что хочется. Иногда приходится чем-то жертвовать и от веса желания зависит вес этого пожертвования. Глупые игры судьбы, правила которой становятся понятны только после того, как что-то теряешь. Что-то самое близкое…

– Я не горжусь этим и никогда не стану, но я убивала, а иногда просто потому что срывалась, потому что не справлялась со своими эмоциями, а сейчас я вообще не вижу ничего страшного в том, чтобы отнять жизнь у того, кто пытается убить меня, поскольку в обратном случае получу удар в спину. Око за око, как говорится. И после этого ты думаешь, что у меня доброе сердце?
Остер задумалась, но только на несколько секунд, словно нарочно выдерживала эту тошнотворную паузу, чтобы потом выдать самые странные слова, которые приходилось слышать Эльзе после таких редких проявлений откровения.
= И что с того? Ты ведь пыталась выжить, или я не права? Любой бы на твоем месте так поступил.
Аловолосая не торопилась с ответом. Остер точно была ребенком, настолько наивным и глупым, что даже не видела таких очевидных вещей: рядом с ней сидела уже далеко не та добрая и мечтательная девушка, которая только покинула деревню с желанием изучить этот мир.
– У меня был выбор…
= Значит, не было. Если ты убила, значит, не было у тебя никакого выбора.
Напоследок Остер громко хмыкнула и отвернула голову от мечницы, тем самым намека на окончание этой темы разговора. Эльза лишь ненадолго задержала свой взгляд на девочке перед тем, как снова начать рассматривать открывающийся перед ее глазами пейзаж.
«Вот же упертая коза…»

День 4.
Она начала привыкать к этому ребенку. Пусть ее внешность по-прежнему напоминала о погибшей сестренке, но Эльза чувствовала, как с каждым новым часом, проведенным вместе с Остер, на ее душе становилось легче. Отчего? Возможно, все было следствием детской травмы аловолосой, которая таким образом пыталась заполнить пустоту в душе. Но Эльза еще не знала, что та пустота представляла собой глубокую и непроглядную яму, которую заполнить было куда труднее, чем казалось на первый взгляд.
Рядом с этой девочкой она чувствовала, что ее младшая сестренка была жива, была рядом и видела, чего смогла добиться Эльза спустя эти десять лет. Ей было все равно на остальной мир. Стало все равно, потому что она дорожила лишь настоящим. Была она, была Эль и где-то вдалеке находился остальной мир. Эльза впервые за долгое время была счастлива. Да, она сияла, даже не замечая, как сгущалась ее тень.
= Интересно, а в этом мире есть остров, состоящий только из водопадов?
Мечница тут же перевела взгляд, полный удивления и непонимания, на розоволосую девочку, которая с интересом смотрела на свою собеседницу, словно та знала ответы на любые вопросы.
– Водопадов? – переспросила Эльза, не совсем поняв суть прозвучавшего вопроса.
= Ну да, остров из водопадов. Очень люблю их, и подумала, что было бы здорово, если бы существовал такой вот остров. Как думаешь, такое возможно?
Писательница в раздумьях поджала губу. А был ли? С одной стороны, за прошедшие годы Эльза повидала немало островов, которые теми или иными вещами запомнились девушке, о некоторых других она слышали из разговоров или находила информацию в книгах, но, чтобы остров, состоящий из водопадов?
– Не думаю, что такой есть. Хотя, кто знает, – в итоге ответила мечница.
= Ты слишком скучная для писателя, сестренка, – нарочно вытягивая гласные обиженным тоном, пробубнила Остер.
– Я просто стараюсь рассуждать логично. И вообще, я же просила не называть меня так!
= Почему?
Эльза опустила голову вниз, чтобы не показывать своих истинных эмоций, едва не промелькнувших на ее лице. Она не могла и не имела никакого права рассказывать это… особенно ей.
– Это очень долгая и длинная история, которой здесь точно не место. Лучше скажи мне, что еще ты хочешь увидеть? Неужели только остров из водопадов?
И она повелась, совсем позабыв о теме их едва ли не зародившегося разговора. Оно было к лучшему.
= Дай подумать…
Остер скрестила ноги и положила на лодыжки руки, в странной задумчивости покачиваясь вперед-назад и параллельно издавая слабо уловимое мычание. Она думала недолго, но настолько забавно, что Эльза вновь начала сравнивать сидящую напротив девочку со своей погибшей сестрой, но недолго… к счастью.

= Точно! Я думала увидеть драконов!
Они были слишком похожи.
– Драконов?
= Ахахах! Ты, наверное, опять сейчас скажешь, что такого не может быть. Я и сама знаю, что драконы – это всего лишь сказка, но разве плохо мечтать о чем-то подобном.
– Нет, не плохо, – немного отстраненно ответила аловолосая. – Знаешь, драконы, они существуют…
= Невозможно!
– Но это правда.
Эльза взглянула на приятно удивленное выражение лица Остер и поняла, что не может сдержать улыбки при виде этих сияющих глаз. Но стоило ли вообще зажигать этот огонь?

День 5.
Если бы погода на этом острове хоть немного изменялась, то Эльза бы определенно не рискнула так поступить, но, пробыв здесь ни один день, она почему-то чувствовала, что все получится так, как надо.
Дорога оказалось не такой долгой и трудной. Скорее всего это было вызвано тем, что за прошедшие дни Эльза уже успела привыкнуть к пути, который ей приходилось преодолевать, поэтому, оказавшись возле знакомого водоема, она лишь коснулась губами макушки детеныша дракона, которая мирно покоилась на руках матери, и двинулась дальше.
Остер заметила приближающуюся девушку не сразу, но тут же развернулась, когда услышала раздающиеся позади нее шаги. Ее первоначальное радостное выражение лица изменилось на удивленное, а все внимание было приковано к существу, что покоилось на руках у аловолосой. Эльза тихо хмыкнула, пока наблюдала за тем, как удивление перерастает в шок, а следом меняется на поистине детский восторг.
= Великие Боги, это же дракон!
Эльза слабо улыбнулась и не нашла ничего лучшего, чем кивнуть в знак согласия.
– Мне не особо разрешают выносить ее с корабля, но иногда я беру ее с собой погулять. К тому же ты хотела увидеть дракона, вот я и решила показать тебе свою дочь.
= Она? Значит, это девочка? А как ее зовут? Сколько ей лет? А она умеет дышать огнем? Ты сказала дочь? Получается, ты ее мать, но ты ведь не дракон, тогда как?
Мечница даже не заметила, как перестала сдерживать легкую улыбку и начала улыбаться во все тридцать два зубы, едва хихикая от звучащего потока вопросов со стороны розоволосой девочки.
– Не все сразу, Ости. Давай постепенно, ладно?
Она кивнула, даже на секунду ради приличия не задумавшись над ответом. Настолько сильно было впечатлена увиденным? Или не хотела тратить время на лишние раздумья? Так или иначе Эльза опустилась на свое любимое место, удобно устроив Ранию на своих коленка, которая в свою очередь охотно улеглась, положив мордочку на одно из колен, но не позволив убрать материнские руки от себя. Эльза даже не собиралась отпускать ребенка.
= Тогда…
Остер начала задавать один вопрос за другим. Конечно, на небольшую часть девушка и сама ответить не могла, но старалась не допустить подобных промахов, чтобы не разочаровать свою собеседницу. Именно это и стало ее роковой ошибкой.


День 6.
Она никак не могла решить, что делать дальше. Словно увидевшая перед собой тупик в огромном непроходимом лабиринте, не имея возможности вернуться назад, она не знала, как выкарабкаться из сложившейся ситуации. Это было выше ее возможностей.
День с самого его начала пошел наперекосяк, начиная с беспочвенной ссоры с Марвином и заканчивая внезапным вопросом Остер, который настолько поразил девушку, что писательница смогла ответить только спустя полминуты бездумного молчания.
– Ты не можешь поплыть со мной, Остер, – как-то отстраненно произнесла Эльза, так и не сумев отвести взгляд от розоволосой девочки.

Она слишком поздно поняла, что натворила, слишком поздно заметила последствие своих действий. Она не понимала, что творит, пока наконец не столкнулась с обратным эффектом происходящего. Она не понимала, на что были похожи ее действия, и не понимала, что фактически покрутила ключами от ошейника перед рабом, заставив его возжелать их так, как никогда раньше; не понимала, что раскидывалась сочным куском мяса перед голодным хищником, который только и ждал возможности утолить свой дикий голод – Эльза не замечала этого, пока была накрыта волной, состоящей из мимолетного проявления счесться. Вот только волны не вечны и быстро исчезают, оставляя на поверхности лишь белую пену, которая теперь показывала результат содеянного.
= Почему мне с тобой нельзя?!
Ее можно было понять, и из-за этого становилось только хуже. Остер хотела выбраться из-под опеки своего отца, хотела приключений, хотела свободной самостоятельной жизни, точно так же, как когда-то этого желала сама Эльза. Вот только теперь, будь у нее выбор и возможность вернуться в прошлое, она бы отдала все, чтобы поступить иначе, и уж точно не хотела перевешивать такую судьбу на плечи ребенка.
= Сестренка, ответь мне, почему?!
– Потому что я не могу рисковать твой жизнью!
Она не поверила, а другого Эльза и не ожидала пусть где-то глубоко в душе и продолжала надеяться на обратное, но при этом уже успела прекрасно понять, что девочка не примет никаких отказов.
= И это твой ответ? Думаешь, я поверю тебе? Зачем ты тогда проводила со мной столько времени? Зачем тешила глупыми надеждами и рассказами о каких-то далеких островах?
Эльза понимала, что это неправильно, но не знала, как возразить и убедить остаться вместе с семьей. Она понимала рвение девочки, но не могла принять его, зная, что после Остер будет жалеть о сделанном решении.
= Почему ты делала все это, если не собиралась взять меня с собой?! Ответь мне, сестренка, почему?!
Девушка в немой беспомощности опустила голову вниз, не в силах найти должного ответа. Она просто не знала, что делать, что сказать, как поступить, и это пугало ее куда сильнее.
= Почему ты молчишь? Скажи хоть что-нибудь! Ты не можешь так просто оставить меня здесь!
Ей нужно было что-то ответить. Что-то сказать, чтобы убедить Остер остаться, но не в мягкой форме: такого бы эта девочка точно не приняла.
– Могу, – резко заявила аловолосая, решив действовать резко. – И сделаю. А знаешь, почему? Потому что не хочу, чтобы с тобой произошло тоже самое, что и случилось с Эль.
Эльза подняла голову, надеясь увидеть перед собой удивленное выражение лица Остер, которая только сейчас почувствовала вкус разрушившийся мечты. Уж лучше так, чем потом увидеть ее труп после очередного сражения.
= Эль? Это имя…
Хватило всего лишь доли секунды, чтобы понять.
= Я настолько похожа на нее?
Мечница не нашла ничего лучше, чем молча утвердительно кивнуть, но после почувствовала, что должна дать понять этой девочке, истинную причину своего отказала. Остер заслуживала знать правду, хотя бы потому что теперь была вынуждена вновь вернуться в свою клетку, когда только почувствовала вкус свободы. И Эльза ей рассказала…
Как бы больно ей ни было, как бы сильно воспоминания не разрывали ее душу изнутри, жадно выедая каждый кусочек счастья, что успел накопиться за прошедшее время, она все рассказала так, как было, чтобы защитить… чтобы не подвергать ту, кто так похожа на Эль, опасности, которой нельзя было миновать, пойди эта розоволосая девочка с ней.
= Вот оно как…
И это было единственное, что тогда сказала Остер.